Andrey Kurpatov

Наша кажущаяся жизнь проходит в саркофаге нашего разума и наших страданий. Мы смирились, что это нормально, что по-другому и не бывает.

Счастливый человек счастлив с тем, что у него есть. Он любит, не требуя, дарит от сердца, не ожидая ответной благодарности. Его счастье в том, что он умеет радоваться малому, но всегда открыт новому. Он удерживает свои мысли в настоящем моменте и искренне дорожит им, ибо в нём – вся его жизнь. Вопрос только в том, насколько это вообще возможно? И можно ли настроить себя таким образом раз и навсегда? И вот тут на сцене появляется второй персонаж, имя которому – «мышление».

«Давай исследуем, как сам термин “искусственный интеллект” формирует наше понимание этой технологии. Какие неявные предпосылки содержатся в этой метафоре? Как изменились бы наши представления о возможностях и ограничениях этой технологии, если бы мы использовали другие метафоры – например, “расширенное познание”, “статистический оракул” или “зеркало коллективного знания”? Какие возможности становятся видимыми, а какие скрываются при использовании разных концептуальных рамок?».

кого-то, кто будет любить вас без причины,

Уловите эту хитрость. На самом деле мы нуждаемся в удовлетворении нашего иерархического инстинкта: мы хотим чувствовать себя в стае, которая хорошо к нам относится, любит нас, понимает и поддерживает. Но стая не будет делать это просто так, и она не будет этого делать, если вы ей не нужны. Поэтому, если мы хотим успеха для себя, мы должны думать о том, как осчастливить других. С одной стороны, вроде бы и странно, а с другой – просто. Да и альтернативы нет, только таким путём.

тупы становятся для вас более или менее привычным делом, то значит, это уже «паническая атака». И, разумеется, лечить такую «болезнь» можно и нужно не сердечными препаратами, а средствами, влияющими на эмоциональное состояние. Вот почему во всем цивилизованном мире людям, страдающим «паническими атаками» (читай – ВСД), назначают антидепрессанты с противотревожным эффектом. А в России-матушке пока, к сожалению, человека оставляют один на один с его проблемой.

Если же этого не происходит, если близкий человек не отвечает на ваше обращение к нему, не идет с вами на душевный, эмоциональный контакт, вполне возможно, что он сам намеренно саботирует вашу близость. Но вероятность его злого умысла не следует преувеличивать. Она невелика. Думаю, 1–2 %, не больше. Скорее всего, мы просто сами ошиблись – сформировали в своей голове неправильный образ этого человека. А потом реагировали не на самого человека, а на это ошибочное представление о нем и, разумеется, не получили положительного эмоционального отклика.