Любовь Карцивадзе

– В леворукости видели признак дьявольского влияния. Дурная рука и так далее. – Это правда? – Что правда? – Что это признак дьявольского влияния. – Конечно, нет. Демоны одинаково свободно владеют обеими руками. – А мы вообще должны бороться с демонами? – Конечно, нет. Демоны содержатся в каком-то аду за Покровом, а те, которые способны за него проникнуть, запросят гораздо больше нашей зарплаты. – Какой зарплаты? – Вот именно.

По причинам, понятным только женщинам и дизайнерам интерьеров, одна стена выкрашена в масляно-желтый цвет

Затем он обратился к Серене: – Желаете высказаться первой? Серена долго думала, с чего начать. Обычно она не слишком хорошо справлялась с такими ситуациями. Она предпочитала нападать, таков был ее характер. До этой секунды она старалась не смотреть на девочку, – возможно, боясь, что совершила огромную

и читала «Тита Андроника» к следующей неделе: у нас начинался цикл семинаров по Шекспиру. Это была жестокая, кровавая пьеса, в которой отрубали руки и запекали головы в пироги. Лавинию, дочь полководца, подвергли групповому изнасилованию, а потом покалечили. Насильники отрезали ей язык, чтобы она не могла говорить, и отрубили руки, чтобы она не могла писать. И все же она так отчаянно хотела обличить своих мучителей, что научилась держать трость во рту и выцарапала их имена на песке.

Стоит один раз нарушить правила, и уже не сможешь остановиться. Когда думаешь только о себе, когда ведешь себя эгоистично, то начинаешь верить, что важны лишь твои желания, твои мнения и твои чувства, и тут-то все идет наперекосяк, и люди страдают, ужасно страдают по твоей вине.

Тот, кто утверждает, будто не любит сильных женщин, обманывает сам себя: он любит сильных женщин, которые умеют мило дуть губки и сюсюкать детским голоском и под конец упрячут его яйца в косметичку.

никогда не  было лучшей сестры, чем моя Куинни, – запричитала тетя Лили, позабыв, что большинство людей в комнате в то или иное время