Read the book: «Вальдомбра. Дыхание Чудесного Криптида», page 6

– Эй! – позвала его я, но он, погружённый в свои мысли, не обращал на меня внимания. – Эй! – повторила я, отбросив смущение. – …Ансельмо?

Наконец он повернулся. Я указала ему на голову, он всё понял и как-то чересчур сильно хлопнул себя по лбу.

– Вот это да!

– Подожди здесь, – сказала я и пошла за одной из чистых повязок, которые подготовил Тео.

Я подумала, что ему нужна помощь, но, когда принесла ему повязку, он лишь поблагодарил меня и, смахнув светлую прядь волос со лба, принялся самостоятельно и весьма ловко бинтовать себе голову.

В этот момент подошёл мой отец с ещё одной порцией завтрака.

– Ансельмо, – поздоровался он, протягивая ему хлеб с кружкой, – ты ранен?

– Ничего серьёзного, мастер Люцерн. Я ждал новые письма в городе, чтобы снова отправиться в путь, а вчера на выходе из хранилища на меня упал обломок.

– Как думаешь, уже можно отправляться в путь?

– Я должен. Учитывая произошедшее, уверен, работы будет много.

– Тогда могу я попросить тебя об одолжении? – спросил отец, наклонившись, чтобы переговорить с ним лицом к лицу. – Я хотел бы попросить тебя сопроводить Айседору и Теодориго в город Стретта, к моему дяде Космо Люцерну, который делает там свечи.

– Что? – вмешалась я. – Зачем?

– Ура! Путешествие! – воскликнул Тео, который подслушивал наш разговор, наблюдая за работой кузнеца.

– Потому что у нас больше нет дома, – нахмурившись, объяснил отец тоном, не терпящим возражений. – Дом Космо – дворец, не имеющий ничего общего с нашими скромными домишками. Он смог бы выдержать натиск даже полчища разбойников…

– Но…

– По сравнению с Финисвалле в Стретте гораздо меньше горных оползней.

– А если…

– В любом случае у Космо несколько резиденций, и если его особняк пострадал, то наверняка хоть один из его домов неподалёку остался цел.

– Однако…

– У нас не хватает ресурсов, поэтому я бы предпочёл, чтобы вы были там в безопасности, чем оставались здесь и спали среди обломков и пыли, без какого-либо укрытия в случае опасности. Понимаешь меня, Айседора?

На секунду потеряв дар речи, я повернулась к Тео, но он спокойно напевал песню, сидя на камнях около кузнеца, мешая тому сосредоточиться на работе. Затем посмотрела на гонца, который тут же отвёл взгляд.

– Ты сможешь это сделать, Ансельмо? – продолжал отец. – Ты получишь достойную награду.

– Конечно, мастер Люцерн, – пробормотал Ансельмо.

Я посмотрела на небо. Мне не хотелось уходить, я хотела помогать отцу, помогать всем, и внезапно мысли снова закрутились вихрем у меня в голове.

– Иса, я долго размышлял об этом, и это действительно лучшее решение, – заключил отец, поглаживая мои волосы. – С Космо вам ничего не угрожает, а когда наш дом будет восстановлен, всё вернётся на круги своя.

В моих воспоминаниях уголки губ Космо всегда были опущены, подозреваю, оттого что он вечно на что-то жаловался.

* * *

Тогда я ещё не понимала, насколько важную роль сыграет Ансельмо в этой истории. Бросив на него взгляд, я задалась вопросом, не стоит ли поделиться с ним своими мыслями…

Нет, не стоит. Лучше держать всё в секрете, по крайней мере пока мы не доберёмся до Стретты, которая, насколько мне известно, служит перевалочным пунктом на пути к месту, куда я хотела попасть. Оттуда я бы продолжила путь уже самостоятельно.

Дорога в Стретту

Мы шли уже полдня, Финисвалле скрылся из вида за поворотом. Отец выдал нам два мешка припасов и наказал во всём слушаться Ансельмо, не уходить от него далеко. Сама мысль о путешествии так взволновала Тео, что он воспринял рекомендации буквально и шёл так близко к гонцу, что умудрился споткнуться.

Хотя гораздо больший интерес у Тео вызывал мул. Когда началось землетрясение, мул ускакал, а позже Ансельмо нашёл его и спас из горящего почтового склада.

Тео был без ума от него и с тех пор, как мы отправились в путь, постоянно гладил его короткую гриву, разговаривая с ним. О чём, понятия не имею.

С каждым шагом мы всё дальше и дальше уходили от Финисвалле, и моё сердцебиение учащалось. Я никогда ещё не уезжала так далеко от дома.

– Как далеко до Стретты? – спросила я.

Ансельмо изумлённо взглянул на меня, будто намекая, что путь нам предстоит долгий, а затем указал на дорогу.

– После следующего поворота будет подъём на холм через лес. Оттуда уже виднеется город Стретта.

– А как мне добраться до моря?

– До моря? – удивился Ансельмо и почесал затылок. – Это ещё более увлекательное путешествие.

Он перекинул рюкзак на одно плечо и, порывшись внутри, вытащил маленький квадратный лист бумаги, сложенный несколько раз.

Ансельмо принялся разворачивать его, и через мгновение у меня в руках оказалась подробная карта.

Я заворожённо уставилась на неё, словно у меня на глазах случилось какое-то колдовство.

– Тебе нужно идти на северо-запад по узким горным тропам, чтобы перейти на другую сторону, – объяснял он, внимательно всматриваясь в карту. – Это самый короткий маршрут, и тебе не придётся пересекать всю долину, обходить горы, делая большую петлю к морю. Кстати, почему ты спрашиваешь?

Я пожала плечами.

– Потому что я никогда там не была.

Ансельмо ненадолго задумался.

– Как и я, – бросил он, сворачивая карту.

Хотя на мгновение мне показалось, будто Ансельмо что-то скрывает. Я проводила глазами исчезнувший в недрах рюкзака свёрток. Мне была просто необходима эта карта, чтобы добраться куда я хотела. Однако я понимала, что Ансельмо вряд ли одолжит мне её или согласится помочь в моих поисках. Мне оставалось только одно – тайком стащить карту. И, так как Стретта уже близко, я могла провернуть это только нынешней ночью.

* * *

С закатом солнца Ансельмо устроил привал и начал устанавливать палатку для нашей ночёвки.

– Почему мы сразу не идём в Стретту? – спросил Тео, не переставая поглаживать мула по голове.

– Никто в здравом уме не пойдёт в лес ночью.

– А-а. Именно в этот лес?

– В любой лес, – ответил Ансельмо, вбивая колышки для палатки в землю.

Тео, разочаровавшись, повернулся к мулу.

– Вперёд, мой ослик.

Казалось, что у Ансельмо на всё был готовый ответ и он просто не хотел объяснять. Если раньше он был мне безразличен, то теперь я испытывала к нему неприязнь. Присмотревшись к нему внимательнее, я поняла, что он гораздо моложе, чем мне казалось раньше, возможно даже, он мой ровесник.

Я решила, что лучше оставить его в покое, и пошла проверить, чем занимается Тео. Он стоял поодаль, прислонившись к мулу, который спокойно щипал влажную траву.

– Ты чего задумала? – спросил он, не оборачиваясь.

– О чём ты? – опешила я.

– Очевидно же, что ты что-то удумала, – продолжал Тео, энергично почёсывая мула между ушами, – но пока не догадался, что именно. Я бы попросил тебя поделиться со мной, но ты скорее предпочтёшь поцеловать Ансельмо, чем рассказать мне.

Интересно, как он понял, что у меня есть план, пожалуй, спрашивать его об этом не стану.

– В одном ты прав, – нахально ответила я. – Даже если я что-то задумала, я бы никогда не рассказала об этом тебе.

– Значит, предпочла бы поцеловать Ансельмо?

– Ни за что!

– Тогда ты хочешь оставить меня в Стретте и тайком провернуть всё в одиночку, – спокойно заключил Тео, чмокнув мула в нос.

Я была готова провалиться под землю от стыда, понимая, что меня разоблачили. По-видимому, Ансельмо утомила наша компания, и в конечном итоге все разбрелись, а я сидела одна на камне, считая трилистники, как Тео.

* * *

В тот вечер мы все трое не смогли заснуть. Несмотря на то, что прошлой ночью мы почти не спали и подъём в гору был утомительным, мы молча лежали в палатке, а сна ни в одном глазу.

Дело в том, что как только я закрывала глаза, биение моего сердца учащалось, и каждый малейший звук в моих ушах звучал как рёв. Я еле сдерживалась, чтобы не вскочить и не выбежать на улицу.

Поэтому мы лежали неподвижно, глядя в темноту, вздрагивая при каждом стрекоте сверчка.

– Бедный ослик, на улице совсем один! – в какой-то момент воскликнул Тео.

– Он охраняет нас, – возразил Ансельмо. – Если кто-то приблизится, он закричит. К слову, он не осёл, а мул. Это большая разница.

– А в чём разница?

– В том, что осёл тут только ты, – хмыкнула я.

Тео повернулся ко мне.

– Иса, всё в порядке? Ты ничего не хочешь нам рассказать?

– Я хочу спать, – ответила я, пожав плечами.

Ансельмо поморщился и пожелал нам спокойной ночи.

– Всё-таки, жалко ослика, – вздохнул Тео.

– Это мул! – снова поправил его Ансельмо.

На самом деле сон – последнее, о чём я думала, и не только потому, что мне не спалось. Ансельмо положил свой рюкзак под голову вместо подушки. Чтобы заполучить карту, достаточно было лишь руку протянуть, и, конечно же, между мной и Ансельмо лежал Тео, являясь, пожалуй, самым коварным препятствием.

Я выжидала, пока дыхание моих спутников станет спокойным и размеренным. В палатке царила кромешная тьма, ни единого лучика лунного света. Повернувшись на бок, я осторожно протянула руку.

Этот жест можно было выдать за дурной сон. В глубине души у всех нас были свои кошмары. Я вытянула левую руку как можно дальше, пока мои пальцы не коснулись ремней рюкзака Ансельмо.

В этот момент Тео что-то пробормотал и одним плавным танцевальным движением, если можно танцевать во сне, повернулся и обхватил меня руками, поглаживая моё лицо.

Я отложила попытку добраться до рюкзака и лежала совершенно неподвижно, ожидая, когда Тео откроет глаза или начнёт говорить, но тот продолжал спать, обнимая меня как щенка. Тогда я почувствовала запах травы от его волос, и моё сердце будто сжалось.