Quotes from 'Первое Солнце Шестой Воды. Книга 3. Альма-Матер'
Она живет во всех мирах. Она – сила, которая есть в каждой женщине. Она – женская энергия вселенской Матери-Природы. Она пришла вылечить вселенную от эгоизма, соединить мозг и сердце, и разбудить человечество.
В кубе оказалось семь её «я»: семь сторон её сути, все семь её свойств. Одно важное и шесть важных других. И каждому предстояло увидеть дверь, и пройдя нелёгкий путь, обнаружить выход: найти себя. – Если есть вход, значит – есть и выход!
и ось земли встанет на место, и разделённое воссоединится в целое; и любовь воцарит над всем, и любой хищник перестанет быть хищником.
В Альма-Матер хранятся ключи от дверей всего квеста и ребусов первых двух книг серии. В этой книге хранится тайна тайн, вскрыв которую мир уже никогда не останется прежним.
У каждого есть тень. У всего есть тень. Вселенная больна смертельным вирусом эгоизма. Живая энергетическая связь вселенной разорвана и заменена искусственной. Вселенские энергии Он и Она воюют друг с другом. Любовь поможет вспомнить всё. Он и Она проснутся, чтобы вывести всех из сна иллюзий.
Ева не имела никакого отношения к глине. И ребро, из которого была сотворена Ева, не имело отношения к глине. И тот, из чьего ребра была сотворена Ева, не имел отношения к глине.
А потом происходит взрыв! И твоя самость высвобождается! И пробка из бутылки, в которой ты прячешь этого джина, вылетает! И вселенная раскрывается! И твой мир перестаёт быть трёхмерным. И твоя самость, открываясь сама, открывает все двери, распахивает все окна. И теперь весь мир – для тебя. И он тебе нужен. И ты ему нужен. Очень редко, но всё же бывает…. Со всеми.
В сердцевине серии читатель вместе с героями проникнет в запутанный клубок сплетения миров и мерностей, ребусов и головоломок, загадок и тайн, времени и безвременья; а в лепестках расплетёт все ниточки сюжетной линии в цельное полотно.
Ответы лежали на поверхности поверхностного, которая была выше любой материи.
И с тех пор, как упрятали люди чистую воду под землю, не смогла вода видеть небо, и начала портиться от людской грязи. Да так, что уже ничего не было видно в той воде, кроме испражнений и огромных белых тараканов.
