Аркадий Кабалкин

Я тоже отвел взгляд; никто не желает напоминаний о том, как мало мы сто ́ им, какой стремительной, простой и безликой бывает смерть. Пусть рассудком я и стремился к смерти, подсознание шарахалось от нее, как девственница от дефлорации. Я бы предпочел смерть с предуведомлением, позволяющим подготовиться. Я не знал, к чему и как готовиться, зато мог, озираясь, сообразить, что прощаться мне пришлось бы совсем с немногим.

ходили в обносках и стояли в очередях за бесплатным ланчем; зато в школе они могли не опасаться

Она вспоминает мудру, которую ей показал профессор Капур, и поочередно прикасается кончиком каждого пальца к подушечке большого. Са… Та… На… Ма… Родиться. Вырасти. Умереть. Возродиться .

«Мне плохо без тебя. Там, где сердце – я и не знал об этом, – все время болит. Не знаю, каким я буду человеком, врачом, мужем, зато знаю, что редко произношу слова, которые тебе нужны. И еще я знаю, что люблю тебя. Люблю всем своим существом. Ты – раствор, который скрепляет меня. Останься со мной навсегда. Будь моей женой. Пожалуйста…»

которой можно было разглядеть пыльные книги.

Самое сильное успокоительное средство зовется смертью.

Моя мать говорила: «Уж если быть каплей, то той, что переполнит чашу»