Основной контент книги Мы
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги
Изображение бумажной книги

Volume 224 pages

12+

4,4
45 ratings
livelib16
4,0
26 ratings

About the book

Знаковый роман, с которого официально отсчитывают само существование жанра "антиутопия" Запрещенный в советский период, теперь он считается одним из классических произведений не только русской, но и мировой литературы ХХ века. Роман об "обществе равных", в котором человеческая личность сведена к "нумеру". В нем унифицировано все — одежда и квартиры, мысли и чувства. Нет ни семьи, ни прочных привязанностей...
Но можно ли вытравить из человека жажду свободы, пока он остается человеком?
Количество страниц:
224
Тип обложки:
Мягкий переплёт
Издательство:
АСТ
Возрастное ограничение:
12+
Все характеристики

Other versions of the book

17 books from $0.81
See all reviews

Далёкое будущее, где всемирное государство, живущее по строгим математическим правилам, обеспечивает "счастье" своим гражданам. И тут один строитель некого "Интеграла" "заболевает" у него проявляется "душа".


Книга в виде записок этого строителя, где он приводит свою "историю болезни".


В государстве огороженном стеклянными стенами где "все идёт по плану" вспыхивает революция.


Книга зацепила, тут есть и шпионская линия, и романтическая.

Для читателя остаётся и большой пласт для размышлений - автор не раскрывает полностью все карты.

Кто такой Благодетель?

Что привело к построению стеклянной стены? Кто эти волосатые "дикари"?


Показалось странным, что предками Единого Государства называются христиан и их Бога, а тех свободных волосатых дикарей - антихристанами)

Log in, to rate the book and leave a review

это разве не абсурд, что государство (оно смело называть себя государством!) могло оставить без всякого контроля сексуальную жизнь? Кто, когда и сколько хотел… Совершенно ненаучно, как звери. И как звери, вслепую, рожали детей. Не смешно ли: знать садоводство, куроводство, рыбоводство (у нас есть точные данные, что они знали все это) и не суметь дойти до послед

потому что это сильнее тебя, ненавидишь – потому что боишься, любишь – потому что не можешь покорить это себе. Ведь только и можно

Государства, а если так, то разве это не

Да, хорошо… – вслух сказал я себе. И потом ей: – Я ненавижу туман. Я боюсь тумана. – Значит – любишь. Боишься –

тьмой. В голове – легкий, зыбкий туман. Сквозь туман – длинные стеклянные столы; медленно, молча, в такт жующие шароголовы. Издалека, сквозь туман постукивает метроном, и под эту привычно-ласкающую музыку и машинально, вместе со всеми, считаю до пятидесяти