Volume 500 pages
1874 year
12+
About the book
1793 год – одна из самых главных, переломных дат эпохи Французской революции. Год, насыщенный роковыми событиями: казнь Людовика XVI, объявление войны Англии, начало контрреволюционного восстания в Вандее и Бретани, начало якобинской диктатуры, убийство Марата, казнь королевы Марии-Антуанетты.
«Ни пощады, ни снисхождения!» – провозглашает Республика. Тех, кто раньше ездил в карете, теперь ждет только повозка палача. Гражданская война на западе Франции вспыхивает с неимоверной силой. Роялисты, поддерживаемые крестьянами Вандеи, нуждаются только в «вожде и порохе». И если порох можно частично смешать с песком, то вот с вождем не все так просто. «За неимением орла и ворон хорош!» – слышатся возгласы и поспешные предложения, но все понимают – необходимо найти ястреба.
Классический роман Виктора Гюго с неимоверной силой показывает борьбу белых и синих, роялистов и республиканцев, против самих себя и во имя своей страны.
Other versions of the book
Reviews, 1 review1
Книга написана немного сложным языком, приходилось останавливаться, вдаваться в подробности, искать доп. информацию. С другой стороны книга поучает читателя к самоизучению материала, в книги не хватает иллюстраций, пусть даже небольших.
Там, где взрослого охватывает ужас, ребенок испытывает только любопытство. Кто легко удивляется, пугается с трудом; неведение полно отваги. Дети так не заслуживают ада, что даже при виде пламени преисподней пришли бы в восторг.
Моя мысль проста: всегда вперед. Если бы бог хотел, чтобы человек пятился назад, он поместил бы ему глаза на затылке.
Видно, так надо, чтобы все безобразие человеческих законов выступало во всей своей неприглядной наготе среди вечной красоты мира. Человек крушит и ломает, человек опустошает, человек убивает; а лето — все то же лето, лилия — все та же лилия, звезда — все та же звезда.
Природа безжалостна; она не желает перед лицом людской мерзости поступаться своими цветами, своей музыкой, своими благоуханиями и своими лучами; она подавляет человека контрастом божественной красоты и социального уродства; она не щадит его – она подчеркивает яркость крылышек бабочки, очарование соловьиной трели, и человек в разгар убийства, в разгар мщения, в разгар варварской бойни осужден взирать на эти святыни; ему не скрыться от укора, который шлет ему отовсюду благость вселенной и неумолимая безмятежность небесной лазури. Видно, так надо, чтобы все безобразие человеческих законов выступало во всей своей неприглядной наготе среди вечной красоты мира.
Человек — какое же это необъятное поле битвы!
Мы отданы во власть богов, чудовищ, гигантов, чье имя — наши мысли.
Часто эти страшные бойцы растаптывают своей пятой нашу душу.