Read the book: «Уоррен Баффетт. Уроки великого инвестора и предпринимателя»

Warren Buffett: Investor and Entrepreneur

Todd A. Finkle

Copyright © 2023 Todd A. Finkle

This Russian language edition is a complete translation of the U.S. edition, specially authorized by the original publisher, Columbia University Press Published by arrangement with Proprietor via Igor Korzhenevskiy of Alexander Korzhenevski Agency

Упоминаемые в книге социальные сети Facebook и Instagram запрещены на территории Российской Федерации на основании осуществления экстремистской деятельности.

Деятельность интернет-ресурсов http://www.linkedin.com, http://linkedin.com, владелец LinkedIn Corporation, признана нарушающей требования Закона «О персональных данных» и права граждан на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну на основании решения Таганского районного суда гор. Москвы от 04.08.2016 года и указанные ресурсы заблокированы на территории Российской Федерации.

© Алеся Заракуа, перевод на русский язык, 2025

© Екатерина Гузнякова, генерация изображения на обложку, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Спасибо моей жене Патти Ливингстон за ее неизменную любовь и поддержку. Посвящаю эту книгу всем учителям, чьи уроки оказали влияние на мою жизнь. Особенно Уоррену Баффетту

Предисловие

Когда я встретил Уоррена Баффетта впервые, кто-то спросил его, чем бы он занялся, если бы не Berkshire Hathaway. Не раздумывая инвестор ответил: «Преподаванием». На мой вопрос почему, он объяснил: «Учителя очень сильно повлияли на мою жизнь».

Я проработал в университете больше 30 лет и хочу поделиться с миром знаниями об одном из самых успешных предпринимателей мира. Я вырос в Омахе и окончил ту же школу¹, что и первая жена Уоррена, его отец и дети. Я ходил в нее в одно время с сыном Баффетта Питером. Он был на два года старше меня. Мы часто обедали вместе с общими друзьями. Позже мне посчастливилось познакомиться с самим Уорреном Баффеттом. В 2008 году, когда экономика переживала тяжелый финансовый кризис, сравнимый с Великой депрессией², я твердо решил узнать как можно больше о самом умном бизнесмене со времен Дж. П. Моргана³.

В этой книге я анализирую черты характера, которые помогли парню из Омахи добиться выдающегося успеха. Я рассматриваю факты из его жизни в хронологическом порядке. Изучая все, что связано с ним, Чарли Мангером⁴ и другими известными людьми из мира финансов, я собрал немало полезной информации. Я находил ее в самых разных источниках: записях интервью, публичных выступлениях, письмах акционерам, книгах других авторов, беседах с людьми.

Я встречался с Баффеттом шесть раз, в том числе вместе со своими студентами. Позже мы обсуждали, какой самый важный урок они получили от предпринимателя. К моему удивлению, их ответы почти всегда касались не денег, а взглядов и ценностей.

Родившийся в разгар Великой депрессии Уоррен Баффетт стал одним из богатейших людей мира. Многие называют его самым эффективным инвестором всех времен. Из этой книги вы узнаете, как он получил этот статус и как можно использовать его принципы в собственной жизни.

Вы узнаете, как на него повлияли семья и главные наставники: Бенджамин Грэм и Филип Фишер. Я расскажу о его предпринимательских приключениях в школьные и студенческие годы. И, конечно, об основании собственного дела.

Из главы 3 вы узнаете о главном бизнес-партнере Баффетта – Чарли Мангере. Его свежий взгляд сильно повлиял на философию инвестора. В следующих трех главах я расскажу об особенностях стратегии Баффетта.

Глава 7 посвящена вредным предубеждениям, главы 8 и 9 – истории Berkshire Hathaway, 10 – инвестиционным ошибкам, 11 – ценностям, филантропии и представлениям о счастье, 12 – личности и характеру Баффетта. Я несколько раз встречался с ним лично. Каково оказаться в одной комнате с гениальным инвестором? Вопросы и ответы Уоррена Баффетта.

Из главы 13 вы узнаете о самых современных финансовых технологиях, криптовалюте и блокчейне. Все это определенно часть будущего Berkshire Hathaway.

Прочитав множество книг о великом инвесторе, я понял, что большинство авторов, когда-либо писавших о нем, не пытались объяснить, как именно он выбирал объекты для вложений. В этом смысле моя цель – научить вас подходить к оценке компаний так, как это делает Уоррен Баффетт. Это прекрасный способ начать принимать хорошие инвестиционные решения.

Наконец, вы узнаете, какие ошибки совершал «Оракул из Омахи» и какие уроки можно извлечь из его опыта.

* * *

Отказ от ответственности: как прямой владелец акций Berkshire Hathaway заверяю, что написанное в этой книге не связано с моими личными инвестиционными стратегиями и не должно восприниматься как рекомендация для ваших решений.

Благодарности

Обычно я советую своим друзьям не писать книг. Это изматывающий труд. Однако я получил настоящее удовольствие от погружения в биографию Уоррена Баффетта. Более того, моя жизнь изменилась за время работы над этой книгой. И, скорее всего, я не написал бы ее без поддержки моих друзей и близких.

Прежде всего, я благодарю главного героя за встречи, которые позволили лучше узнать его. Также я благодарю дочь Уоррена Сьюзи за рассказ об отношениях внутри семьи. Я говорю спасибо генеральному директору Brooks Sports Джиму Веберу и профессору Индианского университета Дональду Ф. Куратко.

Кроме того, если бы не мой кузен Стив Ногг, я, скорее всего, никогда бы не познакомился с Баффеттом лично. В 2007 году Стив сказал мне, что инвестор приглашает студентов провести с ним день в Омахе. Я подал заявку, которую тут же отклонили. Но, проявив настойчивость, я все же встретился с Уорреном, причем не один раз. Работа над этой книгой позволила мне создать более тесные отношения со Стивом, за что я очень благодарен.

Также я блогодарю Марка Пиготта и его семью за создание профессорской кафедры предпринимательства в Gonzaga University. Без его поддержки эта книга никогда не увидела бы свет. Хочу поблагодарить за содействие в моем исследовании и своего декана, доктора Кеннета Андерсона.

Спасибо Брайану Смиту и Майлзу Томпсону из издательства Колумбийского университета. Они помогли мне найти двух отличных редакторов: Клаудию Роу и Грега Шоу из Clyde Hill Publishing. Они оба пишут книги и сыграли важную роль в том, чтобы моя тоже получилась хорошей.

Особого упоминания заслуживают Мэтт Кауфлер, сертифицированный финансовый аналитик (CFA), и Чарльз Фишкин. Они безвозмездно помогали мне в процессе работы, а Мэтт порекомендовал добавить раздел о поведенческих стереотипах. Так в книге появилась глава об ошибках Баффетта. Именно эти ребята мотивировали меня копать глубже. Лично Чарльз дважды просмотрел черновик. Он был моим постоянным источником поддержки.

На разных этапах мне также помогали несколько профессоров. Благодарю Кэтлин Аллен, Рейнхольда (Ринни) Лэмба, Рика Зубера, Тома О’Брайена, Кента Хикмана, Марка Шрейдера, Пола Буллера и Бада Барнса. Также выражаю благодарность Эндрю Томасу за его отзывы и советы.

Я искренне благодарю своих друзей из финансовой индустрии. Пэт Террион из Founders Capital Management несколько лет поддерживал и наставлял меня. Адам Мид из Mead Capital Management, прочитав рукопись, предложил пару отличных идей. А Джон Шейн из Merrill Lynch неустанно снабжал меня материалами о текущих событиях жизни Баффетта.

Еще одну особую благодарность я выражаю Джону Хеммингсону из Lakeside Companies. Он добровольно взял на себя расходы и организовал три группы студентов для участия в ежегодном собрании акционеров Berkshire Hathaway. Спасибо каждому из вас за то, что нашли время мне помочь.

Также я очень ценю вклад Эвана Конрада, Кена Уолтерса, Брэда Питерсена и Марка Блюменталя. Я благодарю своих аспирантов, помогавшим мне с книгой на протяжении многих лет: Хью Трана, Хосе Лопеса, Джозефа Сайрена, Грега Синклера и Хантера Прибила-Хьюглета. Их помощь в сборе материалов и исследованиях бесценна. Особенно усердно работал Хантер, который сейчас учится в докторантуре. Спасибо за ваш вклад!

Кроме того, благодарю моего брата, доктора Дэвида Финкла и старого школьного друга Ричарда Кусирека. Вместе со мной они посещали собрания акционеров Berkshire. Мы проводили бессонные ночи в очередях перед местом их проведения, болтали с людьми со всего света, а потом неслись со всех ног, чтобы оказаться как можно ближе к сцене.

Я благодарен всем, кто верил в меня: моим профессорам, учителям, тренерам, коллегам, друзьям. Вы сделали меня тем, кто я есть.

Наконец, хочу выразить самую теплую благодарность своей семье: мой жене Пэтти, 90-летней матери Барбаре, отцу Мэйнарду (именно он научил меня ценить тяжелый труд), трем братьям, их женам и детям, Скотту и Карен, Дэвиду и Джуди, Терри и Сью, моему пасынку Джо Ритцо и его жене Эмили, их детям Бенджамину и Элайе. И, наконец, Киту и Нэнси Ливингстонам.

Моя супруга наблюдала, как я целыми днями пропадал в своем кабинете. Периодически она спрашивала: «Когда ты закончишь?» Это продолжалось в течение 14 лет! И я наконец-то поставил финальную точку.

Часть I
Ранние годы

Глава 1
Бэкграунд Уоррена Эдварда Баффетта

Можно 20 лет работать на репутацию, а затем разрушить ее за пять минут. Подумайте об этом, и ваш подход изменится навсегда^{1}.

УОРРЕН БАФФЕТТ

В первый день занятий по предпринимательству я рисую на маркерной доске холодильник с открытой дверцей, а затем спрашиваю студентов: «Что это?» Я не слишком хороший художник, поэтому редко получаю правильные ответы. Объясняя, что это холодильник, я задаю вопрос: как бы вы его описали? И обычно получаю совсем не те ответы, которые хотел бы услышать.

«Он пустой», – говорю я наконец, обращая внимание аудитории на этот очевидный факт.

С помощью этой метафоры я объясняю, что предприниматели испытывают особый, неутолимый голод, но их холодильники пусты. Я не могу заставить студентов почувствовать аппетит к успеху. Он либо есть где-то внутри, либо нет. После первой лекции ко мне обычно подходят несколько человек. Они энергичны, выдают одну идею за другой, некоторые из них уже занимаются бизнесом. Мне не нужно мотивировать их – они и так нацелены на результат. Правда, одного стремления обычно недостаточно.

К концу семестра еще несколько студентов понимают, что предпринимательство у них в крови. Больше всего меня удивляют те, кого я бы никогда не принял за будущих миллионеров. Я узнаю об их успехах, когда они связываются со мной через пять или десять лет после выпуска. Они говорят, что мои слова вдохновили их. В такие моменты понимаешь, как важно быть крутым учителем. Даже Уоррен Баффетт признает: если бы не страстное увлечение бизнесом, он бы посвятил свою жизнь именно преподаванию.

Это может показаться странным, учитывая уровень дохода инвестора. Но он определенно умеет вдохновлять. Его астрономический успех при скромном стиле жизни впечатляет людей по всему миру.

Главу Berkshire Hathaway⁵ часто сравнивают с финансистом Джей Пи Морганом. За всю жизнь Баффетт отдал на благотворительность больше 100 миллиардов долларов. Несмотря на свое космическое богатство, он скромен, мягок, щедр и чертовски умен.

В период экономического кризиса 2008 года, когда мир переживал шок на фоне Великой рецессии⁶, Уоррен оставался рассудительным, честным и невозмутимым. Голосом здравого смысла он был и во время других бедствий: краха фондового рынка в 1987 году, войны в Персидском заливе, пузыря доткомов⁷, теракта 11 сентября⁸.

Моя история знакомства с Баффеттом началась с того, что я подал заявку на встречу с ним в Омахе. Этот богач с душой педагога приглашал студентов и профессоров американских вузов, чтобы поделиться своими знаниями. Получив отказ, я не сдался и в конце концов все-таки познакомился с великим инвестором. Думаю, он вызывал у меня такой интерес, потому что я тоже вырос в Омахе и учился в той же школе, что и его дети. Мы часто обедали в университетской столовой с сыном Уоррена Питером. Но тогда я даже не знал, что отец моего однокашника настоящий миллиардер.

Во время худшего финансового кризиса последних десятилетий я решил разузнать все, что можно, об умнейшем инвесторе 21 века. Я осознал, что между моим увлечением предпринимательством и восхищением семьей Баффетта есть связь. Как ни крути, Уоррен – выдающийся предприниматель.

Любой бизнесмен занимается своим делом ради дохода. При этом важно, как именно он подходит к управлению. Будучи прирожденным предпринимателем, Баффетт начал с инвестиционного партнерства, а затем создал одну из самых уважаемых финансовых компаний в мире. Его управленческая стратегия и философия сформировались еще в юности.

С раннего детства Уоррен стремился к самостоятельности. В шесть лет он уже вертелся как мог, зарабатывая первые деньги. К 26 годам Баффетт стал миллионером, а в 34 приобрел будущего инвестиционного гиганта, компанию Berkshire Hathaway. К этому моменту он уже почувствовал вкус успеха, хотя его известность пока не выходила за пределы делового мира. Многие молодые предприниматели быстро выгорают. Но Баффетт продолжал двигаться вперед. В результате рыночная стоимость его компании с 1964 по 2021 год выросла на 3 641 613 %. Для сравнения, прирост индекса S&P 500⁹ за этот же период составил всего 30 209 %^{2}. Это значит, что Berkshire Hathaway ежегодно превосходила результаты самого популярного индексного фонда в среднем на 10,4 %.

Про финансовые достижения Уоррена известно немало. Но мы начнем с того, как повлияли на него семья и учителя.

Баффетт всегда был скромным, но настойчивым молодым человеком. Когда он был студентом магистратуры Колумбийского университета, его преподаватель, Бенджамин Грэм¹⁰, купил 50 % акций компании GEICO¹¹. Чтобы узнать об этой фирме больше, Уоррен отправился в Вашингтон. Стоя у дверей главного офиса в первую субботу января, он стучал до тех пор, пока уборщик не впустил его. На шестом этаже Баффетт встретил единственного человека, который оказался на рабочем месте в выходной, – исполнительного директора Лоримера «Дэви» Дэвидсона. Сегодня трудно представить, что руководитель крупной компании не вызвал охрану и не выгнал незваного гостя. Судя по всему, Уоррену помогло, что он был студентом Грэма. Так или иначе, это классический пример баффеттовской настойчивости. Благодаря ей он беседовал с Лоримером Дэвидсоном целых пять часов.

За это время будущий миллиардер узнал, что в страховой индустрии можно заработать двумя способами. Первый – страховые взносы¹², второй – доходы от инвестиций (или free-float¹³, подробнее об этом читайте в главе 6). Также Дэвидсон рассказал, что GEICO работает без посредников и поэтому на 10–25 % превосходит результаты конкурентов – остальные страховщики того времени торговали через агентов, выплачивая им комиссию.

Уоррен понял, что восхищается стратегией GEICO^{3}. Годы спустя он признался, что за те пять часов узнал больше, чем за все время обучения в университете.

Я рассказываю эту историю, чтобы продемонстрировать предпринимательский голод Баффетта.

В США говорят, успех бизнесмена начинается с его первого лимонадного киоска. Этот опыт в продажах Уоррен получил, когда ему было шесть лет.

Американская экономика в это время была погружена в Великую депрессию. Многие дети вынуждены были ходить от дома к дому, продавая все подряд. И для Баффетта таким товаром стала жвачка.

У меня был маленький зеленый поднос с пятью секциями. Я почти уверен, что мне подарила его тетя Эдди. Я разместил на нем пять разных марок жевательной резинки: Juicy Fruit, Spearmint, Doublemint и так далее. Я купил их у своего дедушки в надежде выгодно перепродать. Обычно я делал это по вечерам. Помню, как одна женщина сказала: «Дайте мне одну пластинку Juicy Fruit». Я ответил: «Мы не продаем по одной пластинке – только пачками. Это моя принципиальная позиция»^{4}.

Юный Баффетт зарабатывал по два цента на каждой пачке. Продать одну пластинку казалось соблазнительным, но что делать с остальными четырьмя? Купит ли их кто-то по отдельности? Риск был не оправдан^{5}.

Не каждый шестилетний мальчишка способен на такие вычисления. Но у Баффетта это явно было в крови. После истории с жевательной резинкой у него появилась новая идея: продавать Coca-Cola. Бизнес-логика была проста. Собирая на заправках крышечки от бутылок, он понял, что большинство из них были от колы. В магазине его деда эта газировка продавалась упаковками – по 25 центов за шесть бутылок. Уоррен же продавал поштучно – по 5 центов за одну. Таким образом, прибыль юного предпринимателя составляла 20 %^{6}. Параллельно он работал разносчиком газет двух конкурирующих изданий, успевая ежедневно проходить по трем разным маршрутам. Позже Баффетт вспоминал: «Мне нравилось работать в одиночку. Я выполнял свои обязанности и думал о чем хотел. В целом, у меня было два варианта: сидеть в своей комнате и размышлять или кататься на велике, разбрасывать газеты, получать за это деньги и рассуждать о том, что я еще могу сделать. Конечно, я выбрал второе»^{7}.

Детство

Ценности, манера поведения и отношение к жизни Уоррена сформировались во многом благодаря его старшим родственникам. Семейная летопись Баффеттов в США насчитывает семь поколений, начиная с 1600-х годов. В это время предки будущего инвестора переехали в Америку из Франции, обосновались в Нью-Йорке и занялись фермерством на Лонг-Айленде. Сидни Хоуман Баффетт, прапрадед Уоррена, не желая работать на ферме, перебрался на запад, в Небраску. Здесь он основал собственный бизнес. Уже тогда, в 1860-х годах, Баффетты умели давать ценные советы. Отец Сидни писал сыну: «Будь пунктуален… Не имей дел с людьми, с которыми тебе некомфортно… Цени репутацию выше денег… В бизнесе довольствуйся умеренной прибылью. Не спеши обогатиться… Живи так, чтобы быть достойным как жизни, так и смерти»^{8}.

Сидни женился на девушке по имени Эвелин Кетчум в 1870 году. У пары родилось шестеро детей. Сыновья Эрнест и Фрэнк помогали родителям управлять продуктовым магазином. Родившийся в 1877 году Эрнест в 1898 году женился на Генриетте Дюваль. В этом союзе появились четверо сыновей и дочь: Кларенс, Джордж, Фред, Говард и Элис. Эрнест, дед будущего миллиардера, был трудолюбивым человеком, который много требовал и от себя, и от своих работников. Он часто повторял финансовые афоризмы, которые позже стали приписывать Оракулу из Омахи¹⁴: трать меньше, чем зарабатываешь, и не бери кредиты^{9}. Именно это он советовал своему внуку Уоррену.

Баффетты были экономными и ценили хорошее образование. Эрнест ушел из школы после восьмого класса из-за Паники 1893 года¹⁵ и начал подрабатывать в семейном продуктовом бизнесе^{10}.

Позже Эрнест настаивал, чтобы все его дети, включая дочь Элис, получили высшее образование. Для девочки того времени получить диплом было особенно серьезным достижением.

Тяжелый ручной труд

Эрнест Баффетт был так же строг к своим родственникам, как и к обычным сотрудникам. В магазине деда Уоррен занимался разгрузкой и расстановкой товара, контролировал продовольственные квоты в военное время и чистил от снега тротуары зимой. За 12-часовой рабочий день Эрнест платил всего 2 доллара (примерно 17 центов в час или 2,65 по сегодняшним ценам). Уже в те годы будущий инвестор понял, что не хочет заниматься тяжелым физическим трудом и должен устроить свою жизнь так, чтобы работать на самого себя^{11}.

Как позже сказал Чарли Мангер: «Тогда никто не слышал о минимальной оплате труда по субботам»^{12}. Законов о детском труде тоже не существовало. Социальная страховка была новым явлением, и Эрнест относился к ней с явным пренебрежением. По его мнению, она подрывала веру в собственные силы. При этом Уоррен, его друг Джон Пескаль и будущий партнер Чарли Мангер должны были отдавать по два пенни из каждых двух долларов, заработанных тяжелым трудом, в качестве взноса на страховку.

Баффетт вспоминает о тех годах и важном уроке, который преподал ему дедушка:

Самая кошмарная работа – убирать снег. Однажды дед попросил нас с Джоном Пескалом заняться этим во время ужасной метели. Мы убирались везде: перед и за магазином, на погрузочной площадке и парковке у гаража. Мы работали около пяти часов – чистили, чистили, чистили. Когда наши руки уже не поднимались, дедушка сказал: «Ну, и сколько же я должен вам заплатить, ребята? 10 центов – слишком мало, а доллар – слишком много!» Никогда не забуду, как мы с Джоном в тот момент посмотрели друг на друга^{13}.

Более того, Эрнест говорил о сумме, которую друзьям предстояло поделить на двоих. В этот момент Баффетт твердо уяснил правило: «Всегда обсуждай условия сделки заранее»^{14}.

В начале XX века в Омахе правили несколько влиятельных семей, в число которых Баффетты явно не входили. Сын Эрнеста Говард ходил в общеобразовательную школу в рваной одежде и чувствовал себя чужаком. Он сбежал оттуда, чтобы учиться в колледже Небраски в Линкольне по специальности «журналистика». Здесь он стал редактором студенческой газеты Daily Nebraskan и нанял яркую молодую женщину по имени Лейла Сталь, на которой вскоре женился. Спустя два года пара переехала в Омаху. В следующие несколко лет у них родились трое детей: Дорис в 1928 году, Уоррен в 1930-м и Роберта в 1934-м.

В Омахе Говард торговал страховками, а затем, в 1929 году, стал брокером в Union State Bank. Это произошло ровно за два года до краха фондового рынка. Умер Говард, когда ему было всего 60. Перед этим отец Уоррена успел построить карьеру в политике: на протяжение четырех сроков он занимал пост конгрессмена от республиканской партии. За это время социальный статус Баффеттов немного повысился.

Баффетт и Великая депрессия

Великая депрессия стала первым испытанием, оказавшим большое влияние на мировоззрение Уоррена. В начале сентября 1929 года промышленный индекс Доу Джонса достиг своего пика – 381,17 пункта. К ноябрю он обрушился до 220,39, то есть на 42 %. К началу 1930 года акции вернули большую часть своей стоимости. Но, поднявшись в апреле до 294,07 пункта, в июле 1932 года рынок обрушился до невероятной отметки в 41,22, потеряв в итоге 89 % от прежней стоимости. Это отбросило миллионы людей за границу нищеты и погрузило мир в крупнейшую за всю историю экономическую депрессию. Как раз во время этого финансового водоворота, 30 августа 1930 года, родился Уоррен Баффетт.

Через два дня после первого дня рождения сына его отец потерял работу. Говард лишился не только должности брокера, но и всех сбережений: за обрушением фондового рынка последовал крах более 4000 банков. «Можно я поработаю в твоем продуктовом магазине?» – спросил Говард своего отца. Но у Эрнеста не было денег на зарплаты. Вместо этого он предложил сыну и внукам брать у него продукты в долг.

Говард рискнул и открыл собственное брокерское агентство. Через него он торговал муниципальными облигациями, акциями коммунальных предприятий и другими ценными бумагами, которые казались ему безопасными. Бизнес развивался вполне успешно и начал приносить прибыль. Но не все у Баффеттов шло гладко. Финансовые проблемы повлияли на поведение жены Говарда, Лейлы. Она стала все чаще срываться и оскорблять мужа и детей. Дорис, старшая сестра Уоррена, позже предположила, что Лейла страдала от биполярного расстройства^{15}. В это же время у Говарда обнаружили болезнь сердца. Дети Баффеттов позже вспоминали, что каждое утро могли по тону голоса матери определить, каким будет их день^{16}. Похожие проблемы с психическим здоровьем были и у бабушки Лейлы, и у ее матери Стеллы^{17}. В свое время она погрузилась в депрессию после нервного срыва. Из-за этого дети были вынуждены самостоятельно заботиться о себе. Ее сестра покончила с собой^{18}, а бабушка Лейлы умерла в психиатрической клинике.

Трудные ранние годы сильно повлияли на Уоррена. Он решил, что должен во что бы то ни стало обрести финансовую независимость и самостоятельно контролировать свою жизнь. Пообещав себе стать миллионером к 30 годам, он достиг этой цели даже на четыре года раньше.

Позже Баффетт тепло отзывался о своей семье. Его родители были умными и интересными собеседниками. Они смогли обеспечить ему хорошее образование. Впрочем, по мнению Уоррена, многое в его жизни зависело от удачи. «Мне повезло родиться в нужное время в нужном месте. Я выиграл лотерею жизни^{19}, – говорил он. – У меня было так много всего в этом мире. Например, была вероятность 50 к 1 против того, что я появлюсь на свет в США в 1930 году. Но я победил в лотерее сперматозоидов в тот день, когда родился именно здесь, а не в какой-то другой стране, где мои шансы на успех были бы совсем другими»^{20}.

Ранние приключения в предпринимательстве

На 10-й день рождения отец отвез Уоррена в Нью-Йорк. Финансовая столица страны привлекала мальчика по трем причинам. Он хотел посетить Нью-Йоркскую фондовую биржу и офисы компаний Scott Stamp and Coin и Lionel Train. Воспоминания об атмосфере богатства, которую он ощутил в столовой биржи, запечатлелись в его уме на всю жизнь. Даже спустя многие годы Баффетт помнил этот день в деталях:

Мы обедали с очень представительным голландцем по имени Эт Мол. В конце к нам подошел парень с лотком, на котором были разложены разные сорта табачных листьев. Он скрутил сигару для мистера Мола из листьев, которые тот выбрал. В этот момент я понял: это то, чего я хочу! Ничего нет лучше этого… {Деньги} могли бы сделать меня независимым. Ну, а главное, чего я тогда хотел, – работать на себя^{21}.

Баффетт с детства увлекался чтением книг о финансах. Одна из его любимых называлась «Тысяча способов сделать тысячу долларов»^{22}. Уже в 10 лет Уоррен продавал арахис и попкорн на футбольных матчах в Омахском Университете. Занимаясь этим, он демонстрировал незаурядные познания в математике: «Арахис, попкорн, пять центов, никель¹⁶, полдайма¹⁷, одна пятая четверти от сотни баксов, забирайте ваш арахис и попкорн!»^{23}

Вскоре Баффетт узнал, что бизнес, связанный с гольфом, выгоднее продажи закусок. Теперь он собирал потерянные мячи и перепродавал их гольфистам по шесть долларов за дюжину. Это продолжалось до тех пор, пока предприятие будущего миллиардера не привлекло внимание полиции. Но родители Уоррена по этому поводу не волновались: в этом инциденте они увидели очередной пример зрелости и целеустремленности их сына^{24}.

Предпринимательский пыл юного Уоррена нисколько не угас даже после того, как в его бизнес-планы вмешалась полиция. Он был еще слишком мал для азартных игр, но мог свовободно проводить время на местном ипподроме Ак-Сар-Бен¹⁸. Здесь он подбирал выброшенные билеты, которые могли оказаться выигрышными. Позднее Баффетт объяснял:

Мы называли это собирательством. В начале сезона на скачки приходили дилетанты, которые думали: если лошадь не пришла первой, значит, ставка не сыграла. Они расстраивались и выбрасывали билеты. Особенно круто было, когда случался спорный забег. Люди уже ушли, а мы только начинаем свою игру^{25}.

Даже будучи подростком, Уоррен ловко использовал свои знания или чужое невежество, чтобы заработать. Например, используя аналитические и математические способности, он составлял и продавал листовки с прогнозами результатов скачек. Его листовка «Выбор конюха» стоила 25 центов – немного дешевле официального «Синего листка»^{26}.

Чтобы заниматься этим, нужно быстро считать в уме. И Баффетт утверждает, что по сей день не использует для расчетов ни калькулятор, ни компьютер.

Первые инвестиции в акции и недвижимость

В 1942 году 11-летний Уоррен впервые вложил деньги в ценные бумаги. Он купил три акции Cities Service по 38,25 доллара за штуку (в общей сложности потратив 114,75 долларов, наверняка заработанных на ипподроме). Сначала подешевев до 27 долларов, акция компании подорожала до 40. В этот момент Уоррен продал свои активы, не подозревая, что вскоре их цена подскочит аж до 200 долларов за акцию^{27}. Из этого случая он извлек важный урок: когда дело касается инвестиций, нужно запастись терпением. В следующие 77 лет динамика фондового рынка это подтвердила: сегодня те акции стоили бы больше 600 000 долларов^{28}.

Когда Уоррену исполнилось 20 лет, его отец стал конгрессменом. Баффетты переехали в Вашингтон, округ Колумбия. Хотя будущему магнату не хватало друзей в Омахе, он нашел свое место в столице, где продолжил предпринимательские эксперименты. Здесь Уоррен зарабатывал по 175 долларов в месяц, разнося газеты Washington Post. Свою первую налоговую декларацию в Internal Revenue Service (IRS) он подал в 1944 году^{29}. Стоимость велосипеда – 35 долларов – будущий миллиардер отнес к деловым расходам. В 15 лет^{30} Баффетт за 1200^{31} долларов купил 40 акров земли в Небраске, которую начал сдавать в аренду. Благодаря этому к девятому классу предприимчивый подросток накопил 14 275 долларов (в сегодняшних долларах).

Баффетт-предприниматель в старшей школе

Деньги приносили Уоррену не меньше удовольствия, чем ощущения от первых шагов в предпринимательстве. Каждый новый успешный опыт подогревал его амбиции. Во время учебы в старшей школе Вудро Уильсона в Вашингтоне он вместе со своим другом Доном Дейли купил за 25 долларов (при оригинальной цене в 300 долларов) старый игровой автомат. Компаньоны договорились с владельцем местной парикмахерской о том, что будут брать по 5 центов с человека за возможность поиграть и делить выручку пополам^{32}. Вскоре они купили еще шесть автоматов, которые установили в разных местах. Это приносило им по 50 долларов в неделю. В 1947 году друзья продали игровой бизнес ветерану за 1200 долларов^{33}. В это же время они купили на автомобильной свалке старый Rolls Royce 1928 года выпуска. Это приобретение обошлось им всего в 350 долларов. Дейли починил машину, и компаньоны начали сдавать ее в аренду за 35 долларов в день^{34}.

В 16 лет Баффетт окончил школу, заняв по успеваемости скромное 16-е место из 350 возможных^{35}. К этому моменту он заработал в общей сложности 6000 долларов (или 76 366 в сегодняшних ценах). Его фотографию в школьном альбоме редакторы сопроводили фразой: «Любит математику. Будущий брокер»^{36}. В этом они не ошиблись, но вряд ли могли предположить, что к марту 2022 года личное состояние Уоррена достигнет 126 миллиардов долларов (см. приложения 1–3 и таблицу 1.1).

ТАБЛИЦА 1.1 Список компаний, принадлежащих Berkshire Hathaway, по данным на март 2022 года

Источник: Дочерние компании Berkshire Hathaway, Inc. Взято из: https://www.berkshirehathaway.com/subs/sublinks.html

Роль корней

Баффетт был убежден: окружение и семья оказывают огромное влияние на человека. Именно поэтому я рассказываю о наиболее важных – по крайней мере, на мой взгляд – эпизодах из его детства. Я тоже вырос в Омахе и учился в той же средней школе, что и члены семьи Уоррена. Это же, к слову, касается и его многолетнего бизнес-партнера Чарли Мангера, окончившего ее в 1941 году (больше информации о нем и его влиянии на Баффетта читайте в главе 3).

Что можно рассказать об Омахе? Это крупнейший город Небраски с западной культурой и ценностями. 1,3 миллиона его жителей уважают трудолюбие и скромность. В омахской центральной школе около 2500 учеников. Когда я оканчивал эту школу в 1970-х, она была открыта для всех горожан, в том числе чернокожих, испаноговорящих, евреев, азиатов и коренных американцев. Сегодня 60 % учеников – представители национальных меньшинств.

В мое время четырехэтажное здание школы было старым. Полы скрипели. Входные двери не закрывались. Зимой по коридорам гулял холодный ветер. Мальчики и девочки пользовались разными лестницами, а крошечные туалетные кабинки частенько утопали в сигаретном дыме.

Питер Баффетт

В школе мы с друзьями часто обедали вместе с Питером Баффеттом, младшим сыном Уоррена. Многие из этой компании добились больших успехов. Кто-то входил в математическую команду, которая стабильно занимала три верхние строчки национального рейтинга. После выпуска некоторые поступили в Гарвард, Массачусетский технологический институт (MIT), Университет Чикаго. А один из нас даже возглавил две компании в Кремниевой долине¹⁹. Математика в нашей школе была на высшем уровне. При этом я, как и другие ученики, даже не подозревал о происхождении Питера и финансовом положении его отца. Можно сказать, Уоррен Баффетт оставался в тени для общества. Даже его дети не знали об инвестиционных успехах отца. Каждый вечер он ужинал дома с семьей и был для них самым обычным папой.

Сегодня Питер – музыкант, писатель, филантроп, композитор, обладатель премии «Эмми»²⁰ и автор бестселлера «Послать деньги на…»²¹. Его часто спрашивают о том, как воспитывали сына самого богатого человека Омахи? В интервью 2011 года он вспоминал:

Мне нравилось, что вокруг меня не было лишнего шума. Кроме того, никто не диктовал мне, как надо выглядеть или вести себя, чтобы быть крутым. В моем детстве главным было простое и честное окружение. Мы с братьями и сестрой даже не знали, что наш отец богат. Мои бабушка с дедушкой жили рядом. Я ходил в школу, где когда-то учились мои родители. Все это создавало комфортную и безопасную среду. Я не могу согласиться с тем, что музыканты или художники непременно должны голодать, чтобы творить. Да, из-за различных страданий появилось немало классных песен и других хороших вещей. Но это далеко не единственный способ создать что-то прекрасное. Лично мне творить лучше всего помогает отсутствие шума и суеты. Мой старик остался в Омахе именно поэтому – чтобы углубиться в свое искусство. Среда, которую многие считают скучной и серой, на самом деле может быть отличной теплицей для гениальных идей^{37}.

С 1955 по 1971 годы в Омахе располагался крупнейшей в мире скотный двор. В момент основания в 1884 году он содержал 7000 голов, которых к концу 1940-х годов стало 7,7 миллионов. Это предприятие прекратило работу в 1999 году, но старое здание животноводческой биржи осталось на месте. Сегодня Омаха – дом для Бойз-тауна²² и CWS²³. Помимо Berkshire Hathaway, в городе находится несколько других компаний из списка Fortune 500 и Fortune 1000²⁴, включая Aflac (страхование и финансы), Union Pacific (крупнейшая железная дорога в Соединенных Штатах), Peter Kiewit Sons (строительство), Mutual of Omaha (страхование и финансы), TD Ameritrade (финансы), Green Plains Renewable Energy (производство топлива), Werner Enterprises (транспорт и логистика) и Valmont Industries (производство).

Здравоохранение в Омахе и филантропия Berkshire Hathaway

Особое место в Омахе занимают здравоохранение и благотворительность. Вместе с командой студентов и профессоров я несколько раз встречался с Баффеттом в его родном городе. Мы увидели центральную школу, дом Уоррена и офис Berkshire Hathaway. Но больше всего нас удивила медицинская инфраструктура. В Крейтонском университете и Университете Небраски есть несколько специализированных школ, в том числе фармацевтическая, а в 2018 году открылась новая стоматологическая. Кроме того, здесь находятся шесть центров по подготовке медсестер. Эти учреждения делают Омаху лидером по уровню здравоохранения в стране.

Среди всех медицинских объектов невозможно не заметить огромное новое здание, в котором располагается Центр по борьбе с раком имени Фреда и Памелы Баффеттов. Фред, кузен Уоррена и один из первых инвесторов Berkshire Hathaway, умер от рака почек 25 лет назад. Чтобы построить онкологический центр, названный в его честь, вдова Фреда инициировала благотворительный сбор и привлекла таким образом 370 миллионов долларов.

Выдающийся омахский предприниматель Дик Холланд, один из первых инвесторов Баффетта, вложил в развитие города больше 1 миллиарда долларов. В числе прочего он передал 90 миллионов долларов Голландскому Центру исполнительских искусств. Еще несколько ранних инвесторов Berkshire – Карл и Джойс Маммелы, Билл и Рут Скотты, Ли и Уилл Симманы, Дэн Монен, Джон и Джэнис Клири, Леланд и Дороти Олсоны, Стэнли и Дороти Трульсены, Дональд и Милдред Топп Отмер – также немало вложили в развитие образования и здравоохранения Небраски. Среди проектов, которые они финансировали, – колледж бизнеса, учебный корпус в Линкольне, медицинские исследования и футбольный стадион в Центральной старшей школе Омахи^{38}.

Баффетт: Предприниматель

Выше я рассказал о некоторых эпизодах из жизни Баффетта, которые помогли ему стать одним из самых успешных инвесторов в мире. Отчасти это связано с тем, что предпринимательство было частью жизни его семьи: у его родителей была собственная типография, а дедушка, Эрнест Баффетт по отцовской линии, основал продуктовый магазин. Многие справедливо считают Баффетта скромным и экономным человеком. При этом он обладает рядом типичных качеств успешного бизнеснема.

Так, предприниматели стремятся к успеху и должны уметь признавать свои ошибки. Они рискуют, не боятся неопределенности и трезво оценивают вероятность проигрыша и поражения. Ими движет потребность в независимости, а поддерживает – способность сохранять уверенность в себе и оптимизм в любых ситуациях. Их не останавливают неудачи на ранних этапах. Вместо этого они находят способы решать проблемы благодаря своей энергии и умению создавать крутые команды.

Предприниматели не присоединяются к толпе. Они не боятся двигаться в противоположном направлении. Это открывает дорогу для новаторских решений. Баффетт и его партнер Чарли Мангер не раз подчеркивали: чтобы достичь успеха, предприниматель должен уметь мыслить самостоятельно.

Как стать предпринимателем

Занимаясь своей академической карьерой, я многое узнал о Уоррене Баффетте. Как и другие бизнесмены, которых я встречал, он обладал еще одним типичным качеством, а именно – неутолимым предпринимательским голодом! Успешные люди в этой сфере хотят зарабатывать больше, укрепляя свою независимость и удовлетворяя потребность ставить и достигать все более грандиозные цели.

Многие известные бизнесмены выросли в семьях с долгой предпринимательской традицией. Так, опыт работы в продуктовом магазине дедушки Эрнеста вдохновил молодого Уоррена устремиться к жизни, свободной от тяжелого ручного труда.

Партнер Баффетта Чарли Мангер тоже начал пробовать свои силы в предпринимательстве очень рано. Для определения таких упорных и мотивированных людей есть специальный термин – «серийный предприниматель». Неважно, сколько они заработали и каких успехов достигли – у них всегда есть планы и новые идеи для будущих бизнес-свершений.

Любая организация может быть предпринимательской: корпорации, небольшие бизнесы, семейные фирмы, франшизы, социальные проекты и быстрорастущие компании. О чем бы ни шла речь, бизнес требует от руководителя умения мыслить творчески. Однако история молодого Баффетта показывает, что большинство предпринимателей предпочитают работать на себя, а не на чужие организации.

Что касается мотивации бизнесменов, она, судя по всему, отличается для мужчин и женщин. Первыми чаще движет потребность в независимости и высоком доходе. В это время женщины, исторически не допускавшиеся до высших уровней управления, стремятся получать от работы удовольствие.

Наконец, из-за неутолимого голода и неистощимой энергии, которая требуется для построения бизнеса, предпринимателю желательно обладать молодостью (но из этого правила существует немало исключений).

В каком возрасте лучше всего начинать строить карьеру предпринимателя?

Пожалуй, молодые люди больше готовы к риску и легче справляются с неопределенностью. Но перечисленные ниже бизнесмены запустили свои компании в самом разном возрасте:

• Facebook: Марк Цукерберг, сооснователь, 20 лет;

• Apple: Стив Джобс, сооснователь, 21 год;

• Tesla, PayPal, Neuralink, Open AI и Zip2: Илон Маск, основатель, 24 года;

• Nike: Фил Найт, сооснователь, 26 лет;

• Google: Сергей Брин и Ларри Пейдж, сооснователи, 27 лет;

• Spanx: Сара Блэйкли, основательница, 27 лет;

• Robinhood: Владимир Тенев и Байджу Бхатт, сооснователи, 27 и 28 лет;

• Merrill Lynch: Чарльз Меррилл, сооснователь, 28 лет;

• Alibaba: Джек Ма, сооснователь, 31 год;

• Amazon: Джефф Безос, основатель, 31 год;

• Twitter: Джек Дорси, основатель, 32 года;

• Urban One: Кэти Хьюз, основатель, 33 года;

• Charles Schwab Corporation: Чарльз Шваб, основатель, 34 года;

• Appaloosa Management: Дэвид Теппер, основатель, 35 лет;

• IBM: Томас Уотсон и Чарльз Флинт, сооснователи, 36 и 60 лет;

• Ford Motor Company: Генри Форд, основатель, 40 лет;

• Walmart: Сэм Уолтон, основатель, 40 лет;

• Home Depot: Берни Маркус, сооснователь, 50 лет;

• eTrade: Билл Портер, сооснователь, 54 года;

• Kentucky Fried Chicken (KFC): Харлан Сандерс, основатель, 62 года.

Один из лучших примеров выдержки и оптимизма – китайский предприниматель Джек Ма. Прежде чем стать всемирно известным миллиардером, он должен был преодолеть множество препятствий. Чтобы выучить английский, он девять лет перевозил иностранцев по своему городу на велосипеде: еще будучи подростком, он каждый день проезжал по 17 миль в любую погоду. Джек Ма дважды не сдал важный экзамен в начальной школе и трижды не справился с этим же заданием в средней. Он был единственным из 24 претендентов, кого не взяли на работу в KFC. Также Ма не сдал вступительные экзамены в колледж (хотя позже его все-таки взяли), получил 10 отказов от Гарвардской бизнес-школы. И тем не менее сегодня его состояние оценивается в миллиарды^{39}.

Какие шаги объединяют самых успешных бизнесменов? Что они делали в начале карьеры?

• Участвовали в новых предприятиях.

• Запустили собственный бизнес.

• Знали, где искать советы (социальные сети).

• Приобрели навыки в определенной отрасли.

• Сосредоточились на прибыльности.

• Непрерывно учились.

• Окружили себя творческими, находчивыми и умными людьми, которым дали возможность принимать самостоятельные решения.

• Заботились о сотрудниках, в том числе делясь с ними прибылью.

• Отдавали себе отчет в том, что не могут разбираться во всем сразу (например, Баффетт знаменит тем, что инвестирует только в те отрасли, которые хорошо понимает).

Как стать успешным предпринимателем?

• Наладьте связи с людьми, обладающими разнообразными навыками.

• Найдите нескольких наставников, к мнению которых готовы прислушиваться.

• Обеспечьте себе достаточно хорошее образование: не всем нужна степень МВА, но пройти курсы по маркетингу, переговорам или бухгалтерии лишним точно не будет.

• Получите опыт работы в маркетинге, финансах и/или операционной деятельности.

• Не бойтесь участвовать в новых проектах и учиться на своих ошибках.

Что может мотивировать человека заняться бизнесом?

Это могут быть внутренние причины вроде личных амбиций или внешние, например тяжелый развод, вынужденное увольнение или пандемия нового вируса. Так или иначе, муза однажды может шепнуть вам на ушко: «Просто рискни».

Своим студентам я советую начинать с работы по найму в той отрасли, которая их действительно интересует. Вникайте, задавайте вопросы и ищите ниши, в которых можете и хотите проявить себя. Копите деньги, чтобы иметь достаточно средств, когда придет время начать свое дело.

Даже если вам не присущи типичные для предпринимателя черты, помните: обстоятельства могут сложиться так, что вам придется стать одним из них.

Например, из-за пандемии COVID-19 случился настоящий бум безработицы. Миллионы людей занялись самостоятельной работой, которая очень близка предпринимательству: вождение Uber, блогинг, консультирование, репетиторство, продажи в социальных сетях, запись аудиокниг. Вот только, в отличие от случайных, ни к чему не обязывающих заработков, собственный бизнес требует гораздо более мощной самодисциплины и уверенности в себе. Так или иначе, даже если вы не предприниматель, в современной Америке вам придется действовать как таковой.

Глава 2
Источники вдохновения, колледж и годы партнерства

Есть важное правило, которое способно привлечь в вашу жизнь и счастье, и множество друзей. Беды будут обходить вас стороной. Но как только вы нарушите это правило, неприятности не заставят себя ждать. Звучит оно так: «Позволь другому почувствовать свою значимость». Джон Дьюи утверждал, что именно это основная психологическая потребность человека, а Уильям Джеймс добавлял: «Стремление к признанию – фундаментальный принцип человеческой природы»^{1}.

ДЕЙЛ КАРНЕГИ

Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей

В молодости Уоррен Баффетт чувствовал себя неуверенно, общаясь с другими людьми. Чтобы справиться с этим, он обращался к людям и книгам, которые могли его чему-то научить. И одним из главных его наставников стал Дейл Карнеги – автор бестселлера «Как завоевывать друзей и оказывать влияние на людей».

Будучи специалистом по продажам и публичным выступлениям, Карнеги обучал других навыкам общения. В школе Баффетт активно применял его принципы. Его близкая подруга Элис Шредер вспоминает: «В старших классах он обзавелся еще несколькими друзьями и присоединился к команде по гольфу. Это не сделало его популярным, но он перестал быть незаметным. Система Дейла Карнеги подсветила естественную остроту ума Уоррена, усилила его убедительность и вывела на новый уровень талант продавца»^{2}. Эти качества помогали Баффетту на протяжении всей его карьеры и жизни.

Баффетт шутил, что одним из лучших решений в его жизни было потратить 100 баксов на курс Дейла Карнеги. К этому моменту будущему миллиардеру исполнился 21 год. Он окончил аспирантуру, работал брокером в инвестиционной фирме своего отца и преподавал в омахском Университете Небраски, где студенты были в среднем вдвое старше него.

На стенах офиса Баффетта не висят дипломы о высшем образовании, но зато есть сертификат о прохождении курса Карнеги. Ниже – принципы, которые Баффетт считал особенно полезными. Все они приведены из книги Карнеги^{3}.

Будь более дружелюбным

1. Не критикуй, не осуждай, не жалуйся.

2. Благодари от всего сердца.

3. Пробуждай живой интерес.

4. Искренне интересуйся другими людьми.

5. Улыбайся.

6. Помни, что имя собеседника – самое приятное для него слово на любом языке.

7. Будь внимательным слушателем и побуждай других говорить о себе.

8. Говори о том, что интересует собеседника.

9. Позволь другому человеку почувствовать свою значимость.

Воодушевляй людей своей точкой зрения

1. Помни, что единственный гарантированный способ выиграть спор – избежать его.

2. Проявляй уважение к мнению собеседника и не говори ему: «Ты не прав».

3. Если ошибаешься, признай это как можно скорее.

4. Начинай диалог дружелюбно.

5. Добейся от собеседника ответа «да» три раза подряд.

6. Позволь другому человеку говорить столько, сколько он захочет.

7. Дай собеседнику почувствовать, что хорошая идея принадлежит ему.

8. Постарайся посмотреть на вещи с точки зрения другого человека.

9. Прояви симпатию к идеям и желаниям собеседника.

10. Действуй из высоких побуждений.

11. Привлекай внимание к своим идеям.

12. Привноси в общение элемент игры.

Будь лидером

1. Начни с похвалы и благодарности.

2. Не будь слишком прямолинейным, указывая на чужие ошибки.

3. Расскажи о собственных промахах перед тем, как кого-то критиковать.

4. Задавай вопросы вместо того, чтобы раздавать указания.

5. Какой бы ни была ситуация, позволь другому сохранить достоинство.

6. Хвали даже за мелочи, оставайся искренним и щедрым на добрые слова.

7. Создай позитивный образ собеседника, чтобы ему захотелось его оправдать.

8. Подбадривай окружающих, чтобы они знали: ошибиться – это не страшно, ведь любую ошибку можно исправить.

9. Постарайся пробудить в собеседнике ощущение радости от того, что ему предлагаешь.

Ниже – еще несколько мыслей из книги Карнеги, которые Баффетт использовал в своей работе.

Бенджамин Франклин в молодости не отличался тактичностью. Но со временем он стал мастером общения и получил дожность посла США во Франции. Секрет успеха политика можно описать цитатой: «Я не скажу ничего плохого ни об одном человеке. И скажу все хорошее, что знаю о каждом»^{4}.

Любой дурак умеет критиковать, осуждать и жаловаться. Большинство людей именно так и поступают. Ведь чтобы оставаться понимающим и прощающим, необходимы сила воли и самоконтроль^{5}.

Сила великого человека в том, как он относится к маленьким людям^25{6}.

Самым ценным ресурсом я считаю способность заражать людей энтузиазмом. Чтобы раскрыть лучшие качества другого человека, похвали его и вознагради за старания. Ничто так не демотивирует, как критика со стороны начальства. Я никогда никого не критикую и избегаю разговоров о недостатках. Если же мне что-то нравится, я говорю об этом с удовольствием^26,{7}.

Единственный способ влиять на других людей – это говорить о том, чего они хотят, объясняя, как именно этого добиться^{8}.

Известный австрийский психолог Альфред Адлер в книге «Наука жить» писал: «Тот, кто не интересуется окружающими людьми, сталкивается с огромными трудностями и сильнее остальных вредит обществу. От таких людей исходят все человеческие неудачи»^{9}.

Чарльз Шваб однажды сказал, что его улыбка стоит миллион долларов. Но я думаю, это заниженная оценка. Харизма Шваба, обаяние, способность влюблять в себя людей – главные факторы его успеха. Если действия говорят громче слов, улыбка дополняет их сообщением: «Ты мне нравишься. Ты делаешь меня счастливым. Я рад встрече с тобой»^{10}.

Баффетт и высшее образование

Баффетт не собирался учиться в колледже^{11}. Он считал, что можно получить хорошее образование самостоятельно. Практический опыт в бизнесе казался ему гораздо более ценным ресурсом, чем просиживание штанов в учебной аудитории. Когда Berkshire Hathaway приобрела ювелирный магазин Borsheims в Омахе, Уоррен оставил на своем месте главного исполнительного директора, у которого не было высшего образования. Во время встречи с моими студентами в ноябре 2009 года Баффетт рассказывал: «Есть исследование о связи между IQ, средним баллом, местом обучения и достижениями в бизнесе. И оно показало, что наиболее явная закономерность прослеживается между успехом и непосредственным предпринимательским опытом».

От Лиги плюща²⁷ до Университета в Небраске

В 17 лет по настоянию отца Уоррен поступил в Уортонскую школу бизнеса при Пенсильванском университете. Почти сразу он понял, что знает больше, чем его профессора. Это не пустые слова: один из соседей по комнате будущего миллиардера восхищался тем, как тот справлялся с экзаменами после 15 минут подготовки.

Молодого Уоррена возмущало бесконечное теоретизирование в академической среде. Однокурсники вспоминали, как он поправлял своих преподавателей во время занятий. Практика всегда интересовала Баффетта гораздо больше. После года обучения он сказал отцу, что планирует бросить учебу и начать собственное дело. Говарду удалось уговорить сына дать бизнес-школе еще один шанс. Тот согласился, но вскоре перевелся в Университет Небраски в Линкольне, где в 19 лет получил степень бакалавра по бизнес-администрированию. Как видите, будущий миллиардер оставался скромным даже в выборе образования.

После возвращения в Небраску он сразу же приступил к делу. Несмотря на обилие учебы, Баффетт устоился работать разносчиком газеты Lincoln Journal. Вскоре в его подчинении было больше 50 доставщиков, маршруты которых он координировал.

Баффетт и Бенджамин Грэм

Вопреки негативному отношению к академической среде, Уоррен подал заявку на обучение в магистратуре Гарварда. Ему отказали, порекомендовав сначала получить больше опыта в бизнесе.

Расстроившись, он ушел с головой в самообразование. Главным источником знаний для него стали книги об инвестировании. Одна из них – «Разумный инвестор» Бенджамина Грэма – заинтересовала Баффетта настолько, что он решил поступить в бизнес-школу Колумбийского университета в Нью-Йорке, где в то время преподавал ее автор. Позже Уоррен назвал «Разумного инвестора» самой значимой книгой в мире инвестиций (об этом он говорил на каждой встрече с моими студентами). Получив отказ от Гарварда, он заинтересовался книгой «Анализ ценных бумаг», написанной Грэмом в соавторстве с Дэвидом Доддом.

Тщательно изучив перечень курсов бизнес-школы Колумбийского университета, Баффетт написал и отправил письмо примерно такого содержания: «Уважаемый профессор Додд. Я думал, вы давно на том свете, но с удивлением обнаружил, что вы все еще живы и преподаете в Университете Колумбии. Так что я готов у вас поучиться». Его рассказ об этом воспоминании много лет спустя, возможно, звучал несколько иронично^{12}. Но что бы он ни написал, этого было достаточно, чтобы Баффетта приняли в магистратуру.

Осенью 1950 года Уоррен перебрался в одно из самых доступных мест для жизни в Нью-Йорке. Из-за поздней подачи заявки ему не удалось найти жилье в кампусе университета, так что он вступил в YMCA²⁸. Делая ежедневные взносы в 10 центов, он платил по доллару в сутки за комнату в Sloane House на 34-й улице, недалеко от вокзала Пенн-Стейшн^{13}. У Грэма он проучился целый год – вплоть до 1951-го.

Бэкграунд Грэма

Грэм, рожденный в Лондоне под именем Бенджамин Гроссбаум, переехал в Нью-Йорк будучи младенцем. К 20 годам он изменил фамилию, пытаясь таким образом защищаться от антисемитизма. Отец будущего экономиста скончался в 1903 году, когда Бену было восемь. Вскоре после этого, на фоне финансового кризиса 1907 года, его мать потеряла основную часть семейного состояния.

Детские травмы, с которыми столкнулся Грэм, влияли на него всю жизнь. Осознав, что у него не так много вариантов, он сосредоточился на учебе. Его целеустремленность и энергия быстро дали свои плоды: сначала он вошел в число стипендиатов Колумбийского университета, а к 20 годам закончил обучение вторым по успеваемости среди однокурсников. После выпуска молодой человек получил предложения стать преподавателем сразу от трех факультетов: математики, философии и английского языка. Вот только его гораздо больше привлекала работа на Уолл-стрит.

Он начал с должности курьера в компании New burger, Henderson & Loeb, получая по 12 долларов в неделю. В его обязанности входила публикация цен на акции и облигации. Продлилось это недолго. В 26 лет Грэму предложили заняться аналитическими отчетами компании, так что вскоре он стал полноправным бизнес-партнером с годовой зарплатой в 600 000 долларов (эквивалентно 9,6 миллиона долларов по курсу 2022 года)^{14}.

Грэм становится предпринимателем

Когда Грэму исполнилось 32 года, он вместе с Джеромом Ньюманом создал собственную инвестиционную компанию Graham-Newman Corporation. Этот ранний предпринимательский опыт принес ему значительные доходы. Активы компании ежегодно увеличивались в среднем на 17,4 % и превосходили фондовый рынок на 5,5 процентных пункта. В это же время Грэм руководил бизнесом, бесплатно преподавал в Колумбийском университете и работал над книгой в соавторстве со своим коллегой и ассистентом – Дэвидом Доддом. В результате в 1934 году на свет появилась одна из важнейших книг об инвестициях – «Анализ ценных бумаг».

Компания Graham-Newman осталась на плаву в период двух Мировых войн, но Великая депрессия, разразившаяся между ними, лишила ее 70 % капитала. Опыт финансовых трудностей заставил Грэма стать более осторожным. С тех пор он придерживался двух принципов: приобретать бизнес менее чем за две трети чистой стоимости активов и покупать акции с низким коэффициентом соотношения цены и прибыли^{15}. Из этого напрашивается вывод о том, что Грэм еще много лет назад придавал финансовым показателям большее значение, чем качественным характеристикам.

Баффетт и Грэм в Колумбийском университете

У Грэма и Додда в 1950 году учились два десятка студентов, в число которых входил и Уоррен Баффетт. Он был младше всех, но стал одним из лучших в классе. Например, ему единственному удалось получить оценку А+¹ от Грэма. И это неудивительно. Они оба были свободно мыслящими и предприимчивыми людьми. Уоррен понимал, как важно иметь хорошего наставника, а Бен ценил талантливых студентов. Его влияние на будущего миллиардера было настолько сильным, что тот использовал методику обучения Грэма, когда начал преподавать сам.

Под руководством наставника Баффетт углубился в изучение книг «Анализ ценных бумаг» и «Разумный инвестор». Позже он говорил, что 8-я и 20-я главы «Разумного инвестора» – лучшее, что когда-либо было написано об инвестировании.

В 1951 году Уоррен окончил Колумбийский университет, получив степень магистра по экономике.

Баффетт на Уолл-Стрит

После окончания университета Баффетт, не теряя времени, подал заявку на работу в Graham-Newman Corporation. Он так хотел сотрудничать с Грэмом, что даже отказался от зарплаты. Однако наставник ему отказал. В то время он принимал на работу только евреев, которых не брали в другие финансовые компании на Уолл-стрит. В результате Баффетт вернулся в Омаху, где с 1951 по 1954 год работал брокером в инвестиционной компании своего отца.

В этот же период он учился выступать перед публикой у Дейла Карнеги и вел свой курс по инвестициям в Университете Небраски. Все это время он поддерживал связь с Грэмом, делясь с ним своими соображениями о фондовом рынке. К слову, от преподавания Уоррен не отказывался никогда: в Нью-Йорке он проводил уроки об инвестировании в местной школе, а в Омахе вплоть до 1970-х годов бесплатно вел курсы в Крейтонском Университете^{16}.

Graham-Newman Corporation

В 1954 году Грэм наконец нанял своего звездного ученика. К тому моменту ему исполнилось 24 года. Его ежегодный заработок составлял 12 000 долларов (эквивалентно 126 500 долларам сегодня). Бен научил Уоррена арбитражной торговле. На сайте Investopedia этот способ заработка на фондовом рынке инвестор Джейсон Фернандо описывает так:

Арбитраж – это одновременная покупка и продажа одного и того же актива на разных рынках. Таким образом, извлекается прибыль из мельчайших различий в цене. Например, акции компании X торгуются по 20 долларов на Нью-Йоркской фондовой бирже (NYSE), в то время как на Лондонской (LSE) они стоят по 20,05 доллара. Трейдер может купить их на NYSE и сразу же продать на LSE, заработав таким образом по 5 центов на каждой акции. Это может продолжаться до тех пор, пока специалисты на NYSE не исчерпают запасы активов компании X или пока NYSE или LSE не скорректируют свои цены^{17}.

В Graham-Newman Баффетт проработал недолго. Когда ему исполнилось 25 лет, Грэм объявил, что собирается уйти на пенсию. Он предложил своему протеже стать младшим партнером (в свою очередь, сын Джерома Ньюмана Микки занял место старшего). Фонд фирмы был относительно небольшим и составлял около 7 миллионов долларов (или 75 миллионов сегодня). Баффетт, которому еще не было 30 лет, столкнулся с серьезным выбором. «Это было тяжелым решением, – вспоминал он в 2012 году. – С одной стороны, я мог занять место своего героя… Я ведь даже назвал первого сына Говардом Грэмом Баффеттом. С другой стороны, мне очень хотелось вернуться в Омаху. Целый месяц я ходил на работу, думая только о том, как сообщить мистеру Грэму о своем уходе. Как же это было трудно!»^{18}

Грэм вышел из партнерства в 1956 году и стал пенсионером в 61 год. Баффетт вернулся в Омаху со 127 000 долларов на счете (примерно 1,3 миллиона долларов сегодня). Фундаментом его финансового плана был сложный процент – понятие, которое он называл «восьмым чудом света». Оно предполагает начисление процентов и на первоначальную сумму, и на проценты, полученные от нее. Как Баффетт позже рассказывал в интервью журналу Forbes: «Я собирался вернуться в Омаху, преподавать в колледже и много читать. Я уже был готов стать пенсионером. Мне казалось, мы с семьей сможем неплохо жить на 12 000 долларов в год. Моих 127 000 должно было хватить. Я говорил жене: «Сложный процент нас обогатит»^{19}.

Филип Фишер

Вторым после Бенджамина Грэма наставником Уоррена стал Филип Артур Фишер. Его книга «Обыкновенные акции и необыкновенные доходы» (1958) оказалась первым бестселлером об инвестициях в списке New York Times. Фишер рекомендовал покупать акции высококачественных компаний по заниженным ценам и владеть ими долгосрочно. Он фокусировался на поиске фирм, способных увеличивать прибыль выше среднего показателя по отрасли ^{20}.

Кроме того, Фишер подчеркивал, что в долгосрочной перспективе фондовый рынок всегда работает в пользу инвестора. Этот консервативный подход прекрасно сочетался с принципами Грэма. Но если первый наставник Баффетта опирался на статистику, Фишер предпочитал использовать «метод слухов». Он заключается в сборе полезной информации из самых разных источников. Так, собственно, действовал Уоррен перед тем, как инвестировать в Apple в 2016 году. Он обратил внимание, что его внуки и их друзья буквально не выпускают из рук свои iPhone. Он наблюдал за ними в ресторане Dairy Queen, где все сидели рядом, но общались, молча отправляя друг другу сообщения.

Питер Линч, знаменитый инвестор из Fidelity Investments, тоже успешно применял «метод слухов». Лучше всего потенциал компании демонстрировали длинные очереди у торговых точек. Одним из ярких примеров этого подхода стала инвестиция в Dunkin Donuts. Линч обратил внимание на толпы людей в кофейнях этой сети. Он объехал несколько городов, зашел в разные заведения и понял, что клиенты обожают их кофе. Это наблюдение принесло ему прибыль, в 10–15 раз превосходящую сумму инвестиций.

Говорят, Линч часто посещал местный торговый центр вместе с семьей, наблюдая за тем, что они покупают. Пусть это только один из инструментов инвестора, мораль этой истории в том, что крутые возможности часто «прячутся» на самом видном месте.

Образование Фишера

Родители Фишера, в отличие от семьи Баффетта, не особо доверяли школьной системе образования. Филип родился в Сан-Франциско в 1907 году. Здесь он получил частное начальное образование, после чего поступил в престижную среднюю школу Лоуэлла. Окончив ее в 1923 году в 16 лет (как и Баффетт), Фишер стал студентом Калифорнийского университета в Беркли^{21}.

Там он проучился недолго: сначала перевелся в Стэнфорд, а затем бросил учебу ради должности аналитика ценных бумаг в Anglo-London Paris National Bank в Сан-Франциско. В 1931 году, когда Великая депрессия разрушила многие брокерские конторы, Фишер основал собственную консультационную фирму по инвестициям – Fisher & Company^{22}. Взяв на себя руководство в 24 года, он управлял делами вплоть до ухода на пенсию в 1999 году в возрасте 91 года.

Фишер тщательно подбирал сотрудников. Он верил, что лучший способ управлять компанией – нанимать профессионалов и не мешать им работать.

Личность предпринимателя

Методы Фишера сильно повлияли на философию управления Баффетта. Например, Berkshire Hathaway, как правило, приобретает 80 % акций компании, оставляя ее руководству 20 %. Вкупе со свободой действий это мотивирует управляющих сохранять прибыльность своих предприятий. В этом смысле подход инвестора можно описать как «невмешательство». В главе 4 я расскажу о правилах инвестирования Фишера, которые создали фундамент для невероятного финансового успеха Berkshire Hathaway.

Предпринимательство Баффетта: Череда случайностей

После того как Грэм закрыл свою инвестиционную фирму в 1956 году, Уоррен задумался о следующем карьерном шаге. Ему не нравились принципы работы Уолл-стрит, где интересы клиентов стояли явно не на первом месте^{23}. Он предпочитал атмосферу Омахи: добродушие, спокойный образ жизни и тесные связи между людьми. Здесь жили все его бабушки и дедушки, дяди и тети. Этот город обходился без лишнего шума, который сбивал с толку жителей финансовых мегаполисов вроде Нью-Йорка, Бостона и Сан-Франциско. По сравнению с ними Омаха была гораздо более спокойным местом. Кроме того, у Баффеттов теперь было двое детей – Говард и Сьюзи. Небольшой город казался идеальным местом для их воспитания.

Вернувшись в Омаху, Уоррен за 175 долларов в месяц арендовал дом по адресу 5202 Ундервуд Авеню – недалеко от места, где раньше располагался продуктовый магазин его деда.

Позже Баффетт вспоминал:

Я не планировал торговать ценными бумагами, создавать собственное партнерство или искать постоянную работу. Но семь человек, в том числе несколько моих родственников, рассудили иначе. Они обратились ко мне со словами: «У тебя есть опыт в инвестициях, и мы хотим, чтобы ты подсказал, как поступить с нашими деньгами». Я ответил: «Хорошо. Я создам партнерство, как у Бена и Джерри, а вы, если хотите, сможете к нему присоединиться». Тесть, сестра, тетя Элис, колледжский сосед по комнате, его мать и мой адвокат так и сделали. К их деньгам я добавил свою сотню баксов. Так все и началось – совершенно случайно. В тот вечер мы собрались за ужином в клубе Омаха. На 99 % уверен, что именно тогда я купил за 49 центов книгу учета, а семеро моих партнеров принесли свои чеки. Прежде чем принять их деньги, я вручил каждому по половине листа бумаги, на котором были расписаны «правила игры». Я сказал: «Есть пара-тройка страниц юридических документов о нашем партнерстве. Но не волнуйтесь. Я расскажу, что в них написано. Сюрпризов не будет».

Я не рекламировал свои услуги, но вскоре чеки стали приходить от незнакомых мне людей. В то время в Нью-Йорке компания Graham-Newman проходила процедуру ликвидации. Однажды Гомер Додж, президент колледжа из Вермонта и один из инвесторов Грэма, спросил у него: «Что мне делать со своими деньгами дальше?» Грэм посоветовал обратиться к «одному молодому парню». Додж отправился в Омаху и зашел в мой арендованный дом. Мне было 25 лет, я выглядел на 17, а вел себя как 12-летний. «Чем ты занимаешься?» – спросил он. «Работаю с деньгами своей семьи. И могу делать то же самое для вас», – ответил я. Это определенно было переломным моментом. Я изменил свою жизнь, затеяв то, что впоследствии превратилось в партнертво под названием Berkshire Hathaway. Я делал то, что любил. И продолжаю заниматься этим по сей день^{24}.

Создание партнерских организаций: 1956–1969

В 1956 году 25-летний Баффетт в качестве генерального партнера зарегистрировал Buffett Partnership Limited. Остальные семеро стали ограниченными партнерами и позже создали семь отдельных организаций. Первая из них называлась Buffett Associates Ltd. Уоррен вложил в нее всего 100 баксов, остальные – 105 000 долларов. Первым внешним инвестором партнерства стал Гомер Додж, профессор физики и президент Университета Норвич в Нортфилде, штат Вермонт. Он проехал 1500 миль, чтобы передать Баффетту 120 000 долларов своих сбережений. К моменту смерти Доджа в 1983 году эта сумма превратилась в десятки миллионов долларов^{25}.

Со временем Уоррен купил трехэтажный дом в голландском колониальном стиле. В нем он живет до сих пор. Приобрение обошлось ему в 31,5 тысячи долларов, но сегодня стоимость объекта превышает 1 миллион. Дом находится рядом с оживленной улицей Фарнэм, в подвале есть игровое поле для гандбола.

У Баффетта долгое время не было своего офиса. Он управлял делами из небольшой гостиной возле спальни на верхнем этаже, обходясь без секретаря и калькулятора^{26}.

Ограниченные партнеры ежегодно приносили инвесторам по 6 % плюс 75 % от любых прибылей сверх этой суммы. Себе Уоррен забирал оставшиеся 25 %. С 1957 по 1961 годы прирост партнерства составил 251 %. За это же время индекс Доу Джонса поднялся всего на 75 %^{27}. К 1958 году Баффетт управлял уже пятью компаниями. Через два года их количество увеличилось до семи, а общая стоимость – до 7 миллионов долларов. В эти годы Уоррен начал писать свои знаменитые «письма акционерам». В них он объяснял, что происходит в партнерстве, на фондовом рынке и все свои действия за предыдущий год. Фактически он использовал модель современного хедж-фонда, в котором генеральный партнер рискует одновременно и своими деньгами, и средствами ограниченных партнеров. Таким образом, их интересы полностью совпадают: если зарабатывает управляющий, прибыль получают и все остальные.

Однако, в отличие от хедж-фондов, Баффетт не стремился привлечь как можно больше активов. Он предпочитал оставлять партнерства небольшими.

В первую очередь его интересовало, мыслят ли операционные менеджеры компаний как владельцы или принимают решения в своих ограниченных интересах.

Покупка акций American Express

В 1963 году партнерство заработало 20 миллионов долларов, инвестировав в акции American Express. В то время банк потерял 58 миллионов долларов из-за вложений в Allied Crude Vegetable Oil. Оказалось, что под руководством Энтони Де Анджелиса фирма подделывала содержимое контейнеров для салатного масла: гигантские бочки наполнялись им только частично – весь остальной объем занимала обычная вода. Де Анджелиса приговорили к семи годам тюрьмы, а акции American Express, одного из трех крупнейших инвесторов Allied, обрушились более чем на 50 %.

Принимая решение, Баффетт использовал «метод слухов», разработанный Филом Фишером. Он задался вопросом: продолжают ли люди пользоваться картами American Express? Поужинав в нескольких местах, он убедился в том, что это так. То же самое касалось покупателей в универмагах: они продолжали расплачиваться картами банка. Основываясь на этих наблюдениях, Уоррен вложил в компанию 25 % активов партнерства. В течение следующих двух лет акции American Express подорожали вдвое^{28}.

Покупка Berkshire Hathaway: 1962–1964

В 1962 году офис Баффетта переехал в здание Kiewit Building, находившееся в четырех минутах езды от его дома. В это же время он купил первые акции массачусетской текстильной компании Berkshire Hathaway.

Спустя два года Уоррен владел 7 % предприятия. В том же 1964 году управление Berkshire Hathaway предложило выкупить долю Уоррена по цене 11,5 долларов за акцию. Баффетт согласился. Но в документах, которые он получил через две недели, была указана другая цена – 11,375 доллара. Баффетта это настолько разозлило, что он отказался от сделки и вместо этого выкупил всю компанию. К концу 1965 года он контролировал Berkshire Hathaway, одна акция которой стоила 18 долларов^{29}. Кроме того, Баффетт получил записку с лаконичным текстом «Я в деле» от Лоуренса Тиша, который решил вложить в партнерство 300 000 долларов. Позже он основал Loews Corporation, отзываясь о Баффетте как об одном из величайших инвесторов своего поколения^{30}.

В 1966 году Баффетт стал председателем Berkshire Hathaway, вложив в компанию 25 % капитала своего партнерства. Позже он признал, что это решение, принятое под влиянием эмоций, было его крупнейшей инвестиционной ошибкой. Berkshire не смогла выстоять, что обернулось потерей миллионов. Спустя годы Чарли Мангер предположил, что на решение Уоррена повлияла смерть его отца, выбившая инвестора из колеи.

Ценные сделки – это скрытые сокровища. К 1969 году стало все сложнее находить стоящие объекты для инвестиций. Баффетт решил ликвидировать партнерство, вложив все средства в Berkshire Hathaway. Он раздал участникам их доли и принял решение использовать компанию в качестве холдинга для приобретения других предприятий.

ТАБЛИЦА 2.1 Производительность ограниченного партнерства Баффетта (1957–1968)²⁹

Источник: Письмо Buffett Partnership Ltd от 22 января 1969 года.

К тому моменту доходность партнерства достигла 31,6 %. В это же время индекс промышленных предприятий Доу Джонса показал всего 9,1 % (см. таблицу 2.1)^{31}. К 1969 году партнерство стоило 100 миллионов долларов, из которых 25 принадлежали Баффетту^{32}.

Глава 3
Чарли Мангер

За всю жизнь я не встретил ни одного мудрого человека, который бы не читал регулярно. Вы, скорее всего, удивитесь, узнав, сколько читаем мы с Уорреном. Мои дети шутят, что их отец – книжка с парой ножек^{1}.

ЧАРЛЬЗ ТОМАС МАНГЕР

Баффетт и Мангер

Каждый крупный бизнесмен нуждается в поддержке. Чаще всего в группу болельщиков входят семья, друзья и коллеги. Для Уоррена важнейшую роль в этом смысле всегда играл Чарли Мангер. Инвесторы любят этого обаятельного человека за остроумие и простую мудрость, заключенную в афористических высказываниях в духе Бенджамина Франклина. О вице-президенте Berkshire Hathaway сам Баффетт говорит так:

Ну что же, вот мои советы по выбору напарника – слушайте внимательно. Сначала найдите кого-то умнее и опытнее вас. Обнаружив такого человека, попросите его не выпендриваться, чтобы вы смогли сполна насладиться похвалами за то, чего достигнете благодаря его идеям. Ищите партнера, который никогда не усомнится в вас, не обидится и не будет подкалывать в случае дорогостоящей ошибки. Ищите добрую душу – человека, готового вкладывать свои деньги и работать за копейки. Наконец, найдите того, с кем вам будет весело на протяжении очень долгого пути. Все это настолько шикарные советы, что в 1959 году я решил следовать им безоговорочно. И нашел единственного человека, подходящего под все эти критерии^{2}.

Оба – и Баффетт, и Мангер – родились в Омахе с разницей в шесть лет. Их семьи несколько поколений жили в Небраске. В подростковом возрасте оба работали в продуктовом магазине, принадлежавшем дедушке Уоррена. Несмотря на похожее детство в одном и том же городе, карьерные пути двух финансовых магнатов не пересекались до 1959 года. Встретившись однажды на званом ужине, оба сразу же признали друг в друге единомышленников с широким кругозором и пытливым умом.

Омаха была относительно небольшим городом. Удивительно, что эти двое не познакомились раньше. Люди, работавшие с Баффеттом, не раз замечали, что он напоминает им одного адвоката. А знакомые Мангера – что он отдаленно похож на одного инвестора. Уоррен знал, что дедушка Чарли был федеральным судьей, назначенным президентом Теодором Рузвельтом, а отец – известным юристом. На вечеринке, куда их пригласили общие друзья, 29-летний Баффетт и 35-летний Мангер отлично провели время, оказавшись в центре всеобщего внимания. Позже Уоррен вспоминал: «Чарли буквально валялся от смеха над собственными шутками! Как человек, который тоже так делает, я подумал: парней вроде нас не так уж много, так что нам определенно стоит подружиться»^{3}.

Похожее чувство юмора и острота ума стали основой дружбы, которая продлилась больше 60 лет. Те же качества в конце концов повлияли и на их подход к инвестированию. Несмотря на то что Мангер в роли адвоката дьявола жестко оппонировал многим идеям Баффетта, оба утверждают, что ни разу в жизни по-настоящему не ссорились. Вопросы и сомнения Чарли заставляли глубже вникать в детали и принимать более взвешенные решения (подробнее об этом читайте в главе 7).

Особым явлением стали их совместные публичные выступления. На ежегодных собраниях акционеров Баффетт и Мангер сидят на сцене рядом. Пока Уоррен рассказывает об экономике и положении дел в Berkshire Hathaway, Чарли метко шутит, подкидывая в нужные моменты остроумные замечания. Его реплики заметно оживляют представление, которое не только просвещает, но и развлекает собравшихся.

Бэкграунд Чарли Мангера

Восхождение Мангера на вершину мира инвестиций во многом связано с высоким положением его семьи. Благодаря ему он получил блестящее образование. Но дело было не только в этом. Социально-исторический контекст Великой депрессии оставил неизгладимый отпечаток на его личности. Он решил, что знания – лучшее средство защиты от нищеты. И оказался прав.

«Я один из немногих ныне живущих людей, которые все еще хорошо помнят Великую депрессию. Это очень помогает в жизни, – сказал Мангер в 2017 году. – У людей в то время не было ни копейки. Даже у прежних богачей. К дверям нашего дома постоянно приходили люди, которые умоляли дать им немного еды»^{4}.

Чарльз Томас Мангер родился в Омахе 1 января 1924 года. Его отец Альфред, юрист с гарвардским дипломом, обеспечивал жену Флоренс «Туди» Мангер (в девичестве Рассел) и троих детей: Чарли, Мэри и Кэрол.

Дедушка Чарльза, почтенный Томас Чарльз, много лет работал юристом в Небраске. Он начал буквально с нуля: его родители, работавшие учителями, были по-настоящему бедными. Пример деда вдохновил сына, а затем и внука. Чарли Мангер вспоминал о своем предке так:

Он ходил в мясную лавку и покупал те части животных, которые больше никто не хотел брать. Так жили два школьных учителя в те времена. Это бесило моего деда. Он твердо решил вырваться из нищеты и никогда больше в нее не возвращаться. Так оно и случилось. Он поднялся, как Авраам Линкольн: самообразовывался в адвокатских конторах и других местах. Ему пришлось бросить колледж, потому что он не мог платить за обучение. Но он продолжил учиться сам и справился с этим без особых проблем^{5}.

Чарли Мангер в числе прочего унаследовал от деда уважительное отношение к образованию. Сам он говорит об этом с гордостью:

У него была чертовски радикальная точка зрения. Он считал, что, помимо заботы о семье, его главная обязанность в жизни – стать умнее. Он был религиозен, и, судя по всему, для него это было чем-то вроде христианского долга. Он твердо верил, что быть разумным – это моральная обязанность, усердно над этим работал и презирал тех, кто этим пренебрегал^{6}.

Образование

Учеба в школе во время Великой депрессии

Отец Чарли сумел сохранить свою юридическую практику, продолжая содержать семью даже в самые трудные периоды. В это время его жена «Туди» приобщала детей к чтению. Юный Чарли поглощал книги с очевидным удовольствием, особенно – биографии успешных людей. Еще будучи школьником, он начал разводить и продавать хомяков. Этот предпринимательский опыт продолжался до тех пор, пока животных не стало слишком много. Обнаружив, что по дому носятся 35 пищащих грызунов, «Туди» настояла на немедленном закрытии бизнеса.

Мангер окончил омахскую Центральную школу в 1941 году. В это время, как он позже выразился, Великая депрессия «внезапно испарилась по случаю Второй мировой войны». Несмотря на скромное телосложение, юный Чарли четыре года проходил службу в корпусе подготовки офицеров запаса для подростков и получил звание младшего лейтенанта^{7}.

Колледж и Вторая мировая

Мангер хотел поступить в Стэнфорд. Но его отец настоял, чтобы Чарли выбрал место подешевле и поближе^{8}. Они оба были чрезвычайно амбициозными людьми, так что Университет Небраски им тоже не подходил. Для жителя Среднего Запада США лучшим выбором был Университет Мичигана. Как позже сказал Мангер: «Что я мог возразить? Не хочу туда, отправьте меня в Стэнфорд? Нет. Я выбрал Мичиган и ни разу об этом не пожалел»^{9}.

В университете Мангер изучал математику и физику. Когда через два года США вступили во Вторую мировую войну, его отправили в Университет Нью-Мексико в Альбукерке, а затем в Калифорнийский технологический институт в Пасадене. Теперь он должен был стать метеорологом ВВС США. В последние годы войны Мангер служил по этой специальности в Номе на Аляске. Там он встретил свою будущую жену – Нэнси Хаггинс. В 1946 году Чарли демобилизовали^{10}.

И в университете, и в армии многие считали его настоящей «занозой в заднице». Он был прямолинеен, не любил выполнять поручения и не принимал всерьез приказы от тех, кого считал глупее себя. И, ко всему прочему, не умел скрывать свои чувства. Он рассказывал: «Старшие офицеры видели мое отношение к их приказам. Я ничего не мог с этим поделать. Меня никогда серьезно не наказывали, но кому, черт возьми, понравится терпеть такое от младшего офицера? Но я хорошо справлялся с работой, так что им нечего было мне предъявить. При этом сам я понимал, что это не то место, где я хотел бы преуспеть»^{11}.

Гарвардская юридическая школа

Не окончив бакалавриат, благодаря льготам по программе GI Bill³⁰ Чарли поступил в юридическую школу Гарварда. Чиновники не хотели принимать его без диплома, так что в ситуацию вмешался бывший декан юридического факультета. Он поручился за молодого человека и не ошибся: в 1948 году 24-летний Мангер окончил обучение с отличием.

Юриспруденция стала для него естественным выбором не только из-за наследия отца и деда. Он умел отвечать на сложные вызовы и стремился к большей независимости, чем могла дать другая корпоративная работа. Чарли говорил: «Я знал, что не хочу начинать с самого дна и годами карабкаться наверх. Я природный оппозиционер, так что это просто бы не сработало. К тому же люди, которых я считал идиотами, сразу это понимали. А такое явно не способствует продвижению в крупной корпорации» ^{12}.

Знакомые Мангера объясняли его поведение нежеланием следовать общепринятым нормам. Но сегодня можно сказать без сомнений: бунтарство Чарли – это проявление его предпринимательского духа.

Начало рабочей карьеры

После выпуска Чарли вместе с женой и маленьким сыном Тедди перебрался в Калифорнию. Вместо того чтобы присоединиться к отцовской юридической практике в Омахе, он приступил к работе в фирме Wright & Garrett. Будучи бережливым и трудолюбивым, он всегда беспокоился, сможет ли содержать семью на зарплату адвоката. Позже Мангер вспоминал: «По сути, у меня не было выбора. У нас очень быстро появилась целая армия детей. Можно сказать, я сам себя загнал в угол»^{13}.

В 1950-х Чарли понял, что хочет зарабатывать больше. Теперь он должен был выплачивать алименты Нэнси, с которой развелся в 1953 году, оставив ей дом в Пасадене. После 30 лет юридической карьеры зарплата Мангера составляла примерно 350 000 долларов в год. При этом работа адвоката нравилась ему все меньше. С гораздо большим удовольствием он инвестировал в предприятия своих клиентов. Позже Чарли вспоминал: «Я ненавидел моменты, когда приходилось выставлять счета и ждать денег. Это унизительно. Я сам хотел быть богатым. Но не для роскоши или статуса, а ради независимости»^{14}.

Мангер в мире предпринимательства

Пока у Мангера голова кипела от новых карьерных возможностей, его личная жизнь тоже кардинально менялась. В 1956 году он встретил на свидании вслепую девушку по имени Нэнси Барри Бортвик. Она родилась в Лос-Анджелесе и получила диплом экономиста в Стэнфордском университете. От первого брака у нее остались двое детей: Уильям и Дэвид. Она была скромницей и обожала помогать людям.

Чарли и Нэнси, не теряя времени, поженились. Ближе к концу 1950-х Мангер начал вкладывать деньги в электронные компании своих клиентов, продолжая заниматься юридической практикой. Но в 1962 году предпринимательская лихорадка захватила его полностью.

Он взялся за дело в своем непревзойденном стиле: основал юридическую фирму по работе с недвижимостью Munger, Tolles & Hills (позже переименованную в Munger, Tolles & Olson LLP). Вдобавок к этому Чарли совместно с давним приятелем по покеру Джеком Уилером создал инвестиционную фирму Wheeler, Munger & Company в Лос-Анджелесе. Компания быстро заняла свое место на Тихоокеанской фондовой бирже. В следующие четыре года Мангер заработал 4 миллиона долларов.

ТАБЛИЦА 3.1 Результаты партнерства Мангера в сравнении с Dow Jones и S&P 500

Подход Мангера и Уилера к инвестированию был очень похож на баффеттовский: они акцентировали внимание на арбитраже и стратегии «сигарных окурков». Последнее подразумевает покупку дешевых акций, с помощью которых опытный инвестор все еще может получить прибыль. Этот метод одинаково любили и Грэм, и Баффетт, и Мангер.

Однако стратегия Чарли немного отличалась. В отличие от Бена и Уоррена, он предпочитал качественные предприятия с мощным руководством и сильными конкурентными преимуществами. Он не хотел вливать в развитие компаний дополнительные средства. Вместо этого Мангер искал предприятия, в которые деньги приходили сами собой. Именно такой для Berkshire стала компания See’s Candies (о ней я расскажу немного позже).

Окончательно оставив юридическую практику, Чарли полностью сосредоточился на инвестициях. Он работал точечно, так что его фонд несколько лет успешно придерживался этой стратегии (см. таблицу 3.1). В качестве партнера Мангер привлек девелопера Фрэнклина «Отиса» Бута. Позже они оба стали инвесторами Berkshire Hathaway.

Но не каждое решение Чарли приносило золотые горы. В 1973 году на фоне коррекции цен его фирма лишилась 32 % средств. В следующем году ситуация почти повторилась. Несмотря на это, Мангер удержал компанию на плаву, и уже в 1975 году его небольшой инвестиционный фонд принес 73,2 % прибыли (в годовом исчислении и с учетом капитализации). По подсчетам Баффетта, с 1962 по 1975 годы доходность предприятия его партнера превосходила индекс Доу Джонса в среднем на 15 процентных пунктов (таблица 3.1)^{15}.

Встреча двух предпринимателей

Партнерство на честном слове

Баффетт и Мангер встретились в 1959 году, когда Уоррен приехал в Омаху на похороны отца. Познакомившись на званом ужине, они быстро подружились. Когда Чарли вернулся в Калифорнию по делам своей юридической фирмы, они оставались на связи: каждую неделю часами обсуждали по телефону всевозможные инвестиции и обменивались длинными письмами с размышлениями. Так, без какого-либо официального соглашения Баффетт и Мангер фактически стали партнерами по бизнесу. Бенджамин Грэм к этому моменту вышел на пенсию. Уоррен довольно тяжело переживал его отсутствие. Но, несмотря на некоторые различия во взглядах, честность, рациональность, любопытство и неординарное мышление Чарли смогли восполнить эту потерю.

После очередной беседы Мангер понял, почему Баффетт приобрел текстильную фабрику Berkshire Hathaway. Позже он объяснял: «Грэм научил Уоррена покупать компании дешевле себестоимости, не обращая внимание на то, насколько плохи их дела. Трудно представить себе более провальный бизнес, чем текстильные фабрики Новой Англии. Баффетту следовало 10 раз подумать, прежде чем вкладываться в абсолютно обреченное предприятие. Но оно было настолько дешевым, что позволяло заработать на ликвидационной стоимости»^{16}.

Если Грэм придерживался стратегии стоимостного инвестирования³¹ и искал недооцененные акции, Мангер таких «окурочных» компаний, наоборот, избегал. Вместо этого он выбирал хорошо управляемые фирмы, требующие минимального надзора. Он посоветовал Баффетту либо сделать слабые активы в портфеле Berkshire Hathaway прибыльными, либо поскорее от них избавиться. Это была новая для Уоррена точка зрения, которую он принял, доверившись «силе ума Чарли»^{17}.

Мангер и его влияние на Баффетта

Больше никаких окурков

Именно Мангер указал Баффетту на бренды See’s Candies, Blue Chip Stamps, GEICO, Coca-Cola и Gillette. Все они были хорошо зарекомендовавшими себя компаниями. Наблюдая, как фабрика Berkshire Hathaway приходила в упадок в 1970 году, Чарли предложил лучший способ сделать лимонад из мятого лимона: «Единственный выход – это выжать достаточно денег из убыточного бизнеса. Нужно постараться получить больше, чем заплатил за покупку. А затем использовать эти деньги для новых инвестиций. Идти этим сложным обходным путем я бы не рекомендовал никому. Но у нас просто не было выбора. Мы сделали что-то глупое, а потом попытались это исправить. Да, это сработало, но вам вряд ли стоит поступать так же»^{18}.

Мангер всегда считал свой вклад в их общее дело довольно скромным. Он вспоминал: «Уоррену было непросто отказаться от стратегии Грэма, которая приносила хорошие результаты. Но я уверен: даже если бы Чарли Мангера никогда не существовало, его достижения были бы не менее значительными»^{19}.

Так или иначе, See’s Candies стала главной инвестицией Berkshire Hathaway. И предложил ее именно Мангер. Урок, извлеченный из этого опыта, Баффетт описывал так:

Мои сомнения могли сорвать великолепную сделку. К счастью, продавцы согласились принять наше предложение в 25 миллионов долларов. С тех пор See’s заработала 1,9 миллиарда при всего 40-миллионных вложениях. Благодаря этому мы смогли инвестировать огромные суммы в другие прибыльные предприятия. Кроме того, наблюдая за работой See’s, я понял, насколько ценным может быть сильный бренд. Это открыло мне глаза на множество других объектов для вложений^{20}.

Работа в Berkshire Hathaway на полную ставку

В 1978 году Мангер занял должность вице-председателя Berkshire Hathaway. С момента встречи на ужине в Омахе в 1959 году их партнерство успешно прошло испытание временем. Отчасти этому способствовали чувство юмора и любопытство, присущие обоим. История этих двух инвесторов показывает, как важно правильно выбирать компаньонов. Как шутил Баффетт: «Когда мы спорим, Чарли обычно говорит: “Уоррен, хорошо подумай, и ты согласишься со мной, потому что ты умен, а я прав”»^{21}.

Акционеры наблюдали за шутливыми перепалками партнеров на ежегодных собраниях Berkshire Hathaway. Баффетт сыпал мудростью, а Мангер – остротами. Когда обоим было уже по 90 лет, они беспокоились, что атмосфера в компании может измениться после их ухода. Но тогда их волновало настоящее. Мангер однажды сказал: «Мы просто делаем то, что работает, пока это работает. Когда это изменится, мы остановимся. Вероятно, на наших собраниях дерзких шуточек больше, чем это уместно. И я главный остряк»^{22}.

Взгляд мангера на инвестирование

Инвестирование в стиле «Сиди на попе ровно»

Мангер, как и Баффетт, не верил в традиционные методы обучения бизнесу. Он предпочитал самообразование и черпал вдохновение из самых разных областей знаний: химии, физики, психологии. Оба не доверяли сложным формулам и считали, что успешный инвестор должен много читать.

Основной финансовый принцип Мангера можно определить как «прицельное инвестирование». Но сам он называл это методом «Сиди на попе ровно». Его суть он объяснил на ежегодном собрании акционеров Berkshire Hathaway в 2000 году:

Я согласен, что самая разумная стратегия – это стоимостное инвестирование. Получить больше, чем заплатил, по определению предполагает умение считать и оценивать. Отличаются только способы поиска объектов для выгодных вложений. Например, вы можете проанализировать всю инвестиционную вселенную и скупать недооцененные акции. Но тогда вам придется постоянно дергаться: как только их стоимость приблизится к определенному значению, от них нужно будет быстро избавиться и отправиться искать новые. Как по мне, такое активное инвестирование – не лучшая стратегия. Ведь гораздо круче – вложиться в парочку стабильно прибыльных компаний и просто «сидеть на попе ровно»^{23}.

Баффетт и Мангер критиковали стратегии, которые уделяли слишком большое внимание диверсификации. Они считали, что лучше вложиться в несколько хорошо управляемых компаний, и никогда не пытались угадать, что ждет фондовый рынок через год или два. Мангер говорил: «Людям всегда было интересно будущее. Когда-то короли нанимали предсказателей, чтобы те гадали по внутренностям овец. Спрос на тех, кто якобы знает будущее, всегда был высоким.

Но слушать нынешних аналитиков – такое же безумие, как нанять кого-то для гадания по овечьим внутренностям^{24}.

Простота

Суть стоимостного инвестирования легко описать: вложите деньги в недооцененные активы и наберитесь терпения. Но на деле для этого нужна серьезная дисциплина. При этом Баффетт и Мангер считали, что очень важно сохранять легкость. Именно так они подходили к управлению Berkshire Hathaway, где бюрократия сводилась к минимуму. Сегодня в их омахском офисе всего 25 штатных сотрудников. Половина портфеля Berkshire состоит из акций Apple. Это четверть всей рыночной стоимости «яблочной» компании. Berkshire владеет ценными бумагами более 40 фирм, но 75 % ее портфеля представляют пять больших пакетов акций крупнейших предприятий Америки.

За время существования партнерства Уоррен и Чарли приобрели 62 компании с 360 тысячами сотрудников. Они позволили работать этим предприятиям самостоятельно под эгидой Berkshire Hathaway. А сами сосредоточились на распределении капитала. На протяжении полувека партнеры то и дело заключали сделки на миллиарды долларов за один день и подписывали очень короткие контракты.

Как уже было сказано, Баффетт и Мангер не использовали сложные математические модели, хотя оба отлично умели считать. Чарли говорил: «Ни Уоррен, ни я, ни Бен Грэм никогда не опирались на слишком сложные расчеты. Все, что я делал, можно было просчитать с помощью алгебры и геометрии, сложения и умножения. Я не использовал высшую математику на практике ни разу за всю свою чертову жизнь»^{25}.

Также Мангер замечал: «Я не припомню ни одного случая, когда простота бы нас подвела. Мы совершали ошибки, но не из-за того, что все упрощали. Напротив, главное преимущество Berkshire – способность держаться в стороне от громоздких бюрократических систем. Мы давали талантливым людям возможность действовать самостоятельно и принимать решения без лишних проволочек» ^{26}.

Чтобы сосредоточить инвестиционный портфель на небольшом числе выдающихся компаний, Мангер подчеркивает важность оценки риска концентрации как ключевого фактора успеха: «Компании вроде Berkshire Hathaway и Daily Journal стабильно превосходили рынок. Почему? Ответ прост: мы старались делать меньше. Ни я, ни Уоррен никогда не питали иллюзий о том, что можно нанять толпу умных молодых людей, которые будут знать все о консервированном супе, авиации, коммунальных услугах и о чем угодно еще»^{27}.

Избыточный капитал и обратный выкуп акций³²

Мангер и Баффетт старались не поддаваться стадному инстинкту. При этом они были готовы действовать быстро, когда на горизонте появлялась хорошая возможность. Чарли объяснял это так: «У нас нет четкого плана. Мы просто ищем разумные способы использовать капитал. У нас всегда есть куча лишних денег. Обнаружив что-то стоящее, мы действуем без промедлений. А если ничего не находим, просто позволяем деньгам копиться»^{28}.

Этот консервативный подход требует от инвестора готовности умерить свои ожидания. Выражение «медленно, но верно» могло бы стать девизом Berkshire. Мангер как-то сказал: «Профессиональные инвесторы должны смириться с тем, что будут получать меньше, чем привыкли. Мир изменился. Мы должны примерить на себя ожидания старика, который знает, что его сексуальная жизнь больше не будет такой, как 40 лет назад»^{29}.

Если Баффетт считает, что акции Berkshire Hathaway недооценены, он их выкупает. Мангер поясняет: «Представьте, что вы ведете бизнес с тремя больными родственниками, и один из них нуждается в деньгах. Разве вы не выкупите его долю за счет компании? Это вопрос морали. Однако не стоит злоупотреблять этим механизмом, как это делают некоторые»^{30}.

Понимая, каким привлекательным может казаться фондовый рынок, Мангер предостерегает новичков: «В современном мире вас со всех сторон призывают торговать акциями. Но это примерно то же самое, что убеждать молодежь начать употреблять героин» ^{31}.

Психология и модели мышления

Мангер и Баффетт известны тем, что читают по крайней мере по 500 страниц в день. Полученные знания они применяют на практике. Мангер использует модели мышления, которые помогают выявлять логические ошибки при принятии решений. Его идеи во многом заимствованы из книги «Психология влияния»^{32} Роберта Чалдини. Ее он упомянул в своей публичной речи «Психология человеческих заблуждений» в Гарварде в 1995 году. Во время этого выступления Чарли рассказал о главных предубеждениях, которые создают «слепые зоны» и приводят к проблемам^{33}.

В числе прочего он говорил о необъективности, которая возникает из-за ревности. Как и Баффетт, Чарли считал, что миром движет не жадность, а зависть. Страх потерять что-то стоящее заставляет инвесторов действовать неразумно. Стоит помнить о том, что трейдеры в любой момент могут взвинтить цену акции, которую вы весь день пытались купить. Это усиливает ощущение, что вы потеряли что-то очень важное, даже если на самом деле это не так^{34}.

Несмотря на страсть к предпринимательству, Мангер всегда стремился минимизировать потенциальные потери, избегая ошибок и не гоняясь за головокружительными успехами. Он считал: каким бы умным ни был человек, у каждого найдутся свои «слепые зоны». И если не думать о рисках, рано или поздно обязательно обнаружишь, что удача от тебя отвернулась^{35}.

Лоллапалуза

Если вовремя не распознать ошибку мышления, останется воспользоваться «эффектом Лоллапалузы». Он возникает, когда несколько факторов толкают инвестиции в одном направлении. Этот термин Мангер использовал в своей речи в Гарварде в 1995 году^{36}. Чтобы этот эффект возник, несколько тенденций должны сойтись в одной точке, заставив человека действовать определенным образом ^{37}.

Отличный пример – открытые аукционы. Сайт GuruFocus описывает происходящее на них так: «Участников подталкивают делать ставки, апеллируя к взаимности (“Я должен купить, потому что меня пригласили”), последовательности (“Я говорил, что мне это нравится, значит, я должен это купить”), исполнительности (“Я уже делаю ставки, значит, должен продолжать”) и общественному мнению (“Я знаю, что это выгодно, потому что так поступают все другие”)» ^{38}.

Мангер считал, что психология недостаточно хорошо объясняет, как особенности мышления взаимодействуют и проявляются в реальной жизни. Отчасти это связано с тем, что в этой области трудно проводить эксперименты^{39}. Так или иначе, хороший пример эффекта Лоллапалузы – обстоятельства покупки Berkshire Hathaway.

В конечном итоге партнерам удалось извлечь из этого приобретения пользу. Но иногда ошибки мышления оборачиваются настоящей катастрофой. Например, стремление повторять за толпой вызвало мощный экономический кризис 2007–2009 годов.

Стадное чувство – худший враг инвестора.

Продавая, когда это делают все, вы с большой вероятностью понесете убытки. А вот покупая, когда все продают, можете стать счастливым обладателем отличных акций по низкой цене. Таким образом, преуспевает на фондовом рынке тот, кто понимает, какие психологические факторы провоцируют иррациональное поведение инвесторов^{40}.

Эффект Лоллапалузы, как правило, ассоциируется с ошибочными решениями, однако он может быть полезным. Например, Мангер говорил, что участники программы «Анонимные алкоголики» имеют больше шансов излечиться. Они следуют за группой людей, объединенных общей целью. В этом смысле сообщество «Анонимных алкоголиков» Мангер считал прекрасным примером умелого использования психологии в благородных целях^{41}.