– Итак, это подойдет, а это нет.
Ларри сортировал снимки, которые я подготовила к статье. Как он и собирался, заметка уже была выпущена, мы готовили основной текст к утренним новостям. Я сидела тихо, выжидая окончательного вердикта. Знаю, информации мне едва ли удалось наскрести. Полиция отказывалась сотрудничать, в частности от Чейза я чуть не получила пинка под зад, когда попыталась проникнуть в квартиру к жертве. Ну, это громко говоря. По факту же поднялась на нужный этаж, помогая старушке, и там-то меня поймали. Для Чейза моя благотворительность – всего лишь пустой звук. Пришлось уносить ноги, пока детектив не вышел из себя. И вот все, что у меня было, я принесла Ларри.
Когда редактор отбраковал очередную фотографию, я поджала губы. Еще чуть-чуть, и не останется вообще ничего. Но Ларри был неумолим. Его наметанный глаз и проницательный ум, а также десятки лет в редакции газеты беспощадно сортировали мусор, выискивая настоящий бриллиант. Смотря на стопку мусора, ощутила прилив грусти. Когда я приносила больше бриллиантов, а сейчас… Черт, не знаю, что со мной происходило, но даже я понимала, что пользы от меня все меньше и меньше.
– А чем тебе это не нравится? – поинтересовалась, покрутив в руках снимок, который сделала перед домом, как раз тот момент, когда выносили тело жертвы.
– Слишком жестко для начала, – покачал головой Ларри. – Всё это можно будет включить в разворот, если дело примет угрожающий масштаб.
Я плюхнулась в кресло напротив рабочего стола редактора и вновь взглянула на снимки. Слова Ларри не давали мне покоя.
– Думаешь, это «то самое»?
Он пожал плечами, откидываясь назад. Переплетя пальцы в замок, сложил руки на животе. Когда-то, лет тридцать, а может, и более назад, Ларри Хокинс был красавчиком, от которого невозможно было оторвать взгляд. Я, конечно, тогда еще пешком под стол ходила, но помню старые, в том числе, черно-белые снимки, которые Ларри мне показывал как-то раз, когда мы отмечали очередное успешное дело. Теперь же передо мной сидел угрюмый, с сединой в волосах человек, с поплывшей некогда атлетической фигурой и пожелтевшими от кофе зубами.
– Без понятия, оно или не оно. Но очень уж похоже.
Я не могла не согласиться с боссом, тем более от полиции мы так и не получили никаких комментариев, а Чейз и вовсе послал меня куда подальше, явно недовольный тем, что я давила на него. Впрочем, Чейз меня всегда посылал.
– Может, нам стоит намекнуть? – робко, пожалуй, впервые, намекнула я, рассматривая черный мешок, в котором покоилось тело Люси Кайл. – Дело Марш они так и не закрыли. И уж точно не будут рассматривать их вместе как серию.
Ларри отмахнулся.
– Полиция ни за что на свете не свяжет дела, пока им в лоб не ткнешь неопровержимыми уликами. Ты же знаешь, Джой. Не первый год в теме.
Я кивнула. Постукивая пальцами по бедру, никак не могла выкинуть из головы момент, который напугал меня, но редактору, конечно, я не торопилась рассказывать. Это всего лишь мои мысли, которые точно не имели никакого отношения к убийству. Возможно, он нашел себе подружку на ночь где-то поблизости и у нее остался, а когда утром возвращался, увидел толпу и, заинтересовавшись, присоединился к прочим зевакам. А на меня посмотрел, потому что узнал. Вот и все объяснение. Но отчего кожу до сих пор пробирало до озноба – я понять не могла.
– Ладно, твоя взяла, – заговорил Ларри, выпрямляясь. – Только аккуратно, полунамеком. Ты поняла?
Я кивнула, мысленно улыбаясь. Чейз спустит с меня шкуру. Но чего не сделаешь ради острых ощущений.
– Хорошо. Пойду внесу правку и пришлю тебе.
Ларри кивнул, с горечью поглядывая на снимки.
– Эх, Джой, не нравится мне это.
Я пожала плечами, не зная, что ответить. Внутри было пусто. Десять лет в криминальной журналистике притупили мои чувства, создав вокруг сердца стальной щит, а душа… Впрочем, я сомневалась в ее наличии. Поэтому всё, что делала или говорила, порой не вызывало у других отклика, а чаще меня и вовсе считали бесчувственной стервой, готовой ради сенсации вывернуться наизнанку. Может и так, я не знала. Но одно знала наверняка – дело у меня ладилось, пусть и внутри, как оказалось, все обратилось в пепел.
– Пришлю текст через полчаса.
Ларри вновь кивнул. Я уже собиралась выйти из его кабинета, как на пороге возникла белая, как полотно, Никки и уставилась на меня.
– Эй, ты чего? – спросила я, едва не столкнувшись с помощницей Ларри. Та захлопала длинными светлыми ресницами. Ее губы задрожали. Прошмыгнув мимо меня, она облокотилась на стол редактора так, будто ее не держали ноги.
– Там такое…
Я обернулась, рассматривая чуть сгорбленную фигуру Никки. Ларри был также удивлен ее внезапному вторжению.
– Что там?
– Общая почта. Посмотри.
У нас была одна рабочая почта, куда шел весь спам, информация от различных очевидцев и так далее. Мусорка, как я ее называла, вот только Никки эту почту каждый день разбирала, убивая не меньше часа на чистку.
Ларри наклонился к клавиатуре компьютера и в несколько щелчков открыл почту.
– Третье сверху, – шепнула Никки, и я готова была поклясться в том, что ее голос дрожал.
Ларри вновь щелкнул мышкой, а после громко выругался, да так, что я чуть не подпрыгнула на месте.
– Джой! Иди сюда! – крикнул он, и на его лбу я в ту же секунду рассмотрела проступившие капли пота.
На ватных ногах приблизилась к столу босса и заглянула ему за плечо. Пожалуй, испариной покрылось и мое лицо.
– Твою мать! – едва не выблевав бургер, съеденный на обед, я смотрела на снимки с места преступления. На настоящие снимки, где было отчетливо до ужаса видно растерзанное тело Люси. – Не может быть. Но как?
Я взглянула на Никки, занявшую место, которое я совсем недавно освободила. Кажется, ее все еще трясло.
Она покачала головой.
– Я без понятия кто и откуда. Почта явно одноразовая, да и такую только специалисты отследят, – сообщила она, растирая плечи ладонями.
Ларри кивнул, соглашаясь с помощницей. Он свернул три снимка, которые были в письме без какой-либо информации, и взглянул на меня.
– У отдела Чейза появился информатор?
Я пожала плечами.
– Слушай, какую бы нам информацию не сливали в участке, но такие снимки, – отрицательно покачала головой. – Нет, это не они. Открой еще раз.
Ларри с неохотой выполнил мою просьбу. Нагнувшись поближе к экрану, я выхватила мышку из рук редактора и стала щелкать по снимку, то увеличивая его, то уменьшая, пока не убедилась в своих предположениях. Полностью сосредоточившись на деталях, я более не замечала зияющих ран на теле несчастной, не видела алые пятна, расползающиеся по одежде, и совершенно игнорировала лужу крови рядом. Еще одна причина оставаться одиночкой – когда видишь подобное, сложно сохранить рассудок.
– Это не полиция. Посмотри внимательно.
Ларри наклонился, прищурившись. Ткнув пальцем в экран, стала ждать, когда он наконец-то заметит одну непримечательную с первого взгляда, но очень важную деталь.
– Видишь, здесь абсолютно пусто. Никого.
Он кивнул.
– И еще тут, – я навела мушкой на стену, которая едва попадала в кадр. В самом уголку был кусочек окна. – Темнота за окном. Это ночь. А полиция, как мы с тобой знаем, приехали в шесть сорок пять. Уже светало.
Ларри шумно сглотнул.
– Черт побери, – выдохнул он. – Мне нужно связаться с Чейзом. Никки, немедленно заблокируй доступ для остальных к почтовому ящику, а ты, – он взглянул на меня, – ни слова никому. В печать пойдет лишь то, что уже готово. Про убийство Марш ни строчки, понятно?
Я поджала губу, но согласилась. Дело набирало оборот, и нам точно кто-то хотел что-то сказать. Убийца, возможно, вышел на связь с газетой, решив заявить о себе. И мне, черт побери, это дело совершено не нравилось.
***
Уходила с работы одной из последних, оставался разве что Ларри, который почти весь вечер провел в компании полицейских. Чейз так и не приехал, хотя должен был заглянуть утром. Боюсь, ему все равно не понравится моя статья, а то, что в газете появились снимки с места убийства, так вдвойне огорчит детектива. С Чейзом у меня ничего, кроме рабочих интересов, не было, хотя однажды мы едва не переступили черту. Но вовремя остановились, что даже к лучшему, особенно сейчас.
Взглянув на неоновую вывеску бара, я решила заглянуть к Заку. Он приветствовал меня приятной мягкой улыбкой, уже готовясь принять заказ.
– Давай чего-нибудь безалкогольного. Просто горло промочить.
Брови Закари резко взметнулись вверх, придав его лицу комичное выражение.
– Джой, ты меня пугаешь.
– Это старость, друг.
Зак усмехнулся, но подготовил для меня легкий коктейль без грамма алкоголя. Поставив передо мной стакан, он стал натирать бокалы. Сегодня было пустовато. Возможно, зверское убийство, которое уже ни для кого не было секретом, спугнуло пьяниц и прожигателей жизни.
Меня же это дело порядком злило и волновало.
– Слушай, – пробормотала, поигрывая бесцветной жидкостью в стакане, – можешь мне кое-что подсказать?
Зак кивнул. Оглянулась через плечо, чтобы убедиться в том, что я хочу спросить, не услышит кто-то из редких посетителей.
– Помнишь, вчера ко мне подошел парень и предложил угостить?
Зак кивнул.
– А ты не помнишь, во сколько он ушел?
Закари призадумался.
– Да сразу за тобой, – проговорил он, составляя бокалы на полке.
– И больше не возвращался?
Он отрицательно покачал головой.
– Я подумал, что он ушел с тобой.
Я скривилась, закатив глаза.
– Какого же ты обо мне мнения, дружище!
Закари усмехнулся.
– Я думала, он к друзьям своим вернулся.
Бармен покачал головой.
– Он был один.
– Что? Разве он не был со студентами?
– Он был один, – повторил Зак. – Он сидел за другим столиком. Вон в том углу. – Зак поднял руку и указал на нужное место. Вот туда-то я вчера не смотрела. Все мое внимание было приковано к шумным парням, среди которых, как мне казалось, и был наглец, напугавший уже дважды меня до усрачки.
Я хмыкнула и влила в себя коктейль.
– Что-то случилось?
Отрицательно покачав головой, положила на стол купюру и попрощалась с Закари, чувствуя, что должна немедленно вернуться домой и распечатать снимки с места преступления. Что-то меня волновало. То самое чувство, из-за которого я и пришла в криминальные хроники. Ларри говорил, что это и есть чуйка, и мне бы работать в полиции, вот только время упущено, да и нет никакого желания разгребать чужое дерьмо.
Поигрывая бокалом вина, я рассматривала снимки. Первый, как и думала, получился смазанным. На втором снимке, как оказалось, тоже вышла не самая четкая картинка, на которую я рассчитывала. Разглядеть лицо парня мне не удалось, да и в памяти ни черта не отложилось. Будто призрак, он обитал на неудачных снимках, но отчего-то я четко ощущала ледяной ужас, скользивший по коже. Я просто знала, что там был он, и от этого знания становилось не по себе. Словно что-то дергало меня изнутри, нашептывало противным голоском, а я упрямо гнала прочь мысли, пытаясь запить их вином.
– Да черт бы с тобой! – выругалась, отбрасывая снимок.
Это всего лишь глупое совпадение, в которое я отказывалась верить. Взглянув на почти пустой бокал, потянулась за бутылкой. Утром у меня вновь будет болеть голова, но подумаю я об этом, конечно же, завтра.
Наверное, я успела задремать, потому что едва не свалилась с кровати, когда тишину разрезал резкий, как пощечина, звонок. Выпучив глаза, сначала уставилась в потолок. В комнате было темно. Не помню, чтобы выключала свет. Когда звонок повторился, я уже соображала чуть-чуть яснее. Схватив телефон, мазнула взглядом по часам. Почти одиннадцать.
– Да? – сонно пробормотала, не удосужившись посмотреть на номер входящего.
– Спишь, что ли, Морган?
Его едкий, как кислота, голос я бы узнала из тысячи.
– Да быть такого не может, – протянула, плюхаясь обратно на кровать. – Сам Дэрил Чейз соизволил позвонить его покорной слуге и преданной фанатке!
– Прекрати ерничать, Морган. Свободная минутка найдется?
Я хмыкнула. Он никогда не звонил мне просто так. Точнее, Дэрил Чейз звонил мне лишь тогда, когда хотел вынести мозг за очередную порочащую полицию статейку, как он говорил. Хотя я никогда не пыталась выставить копов в плохом свете, лишь указывала на то, что кое-кому надо бы пошевелиться. Но разве Чейзу объяснишь? Для него вся пресса была личным врагом, а я возглавляла этот список.
– Мы поменялись местами, мистер детектив? – проворковала, принимая удобную позу. В голове сразу же заштормило – вино все еще действовало на меня как снотворное, и лишь желание послушать ворчливый голос Чейза не позволяло тут же вернуться в постель и уснуть.
– Я сброшу.
– Но ты же сам позвонил!
– Так есть или нет? – пробасил он, видимо, пытаясь произвести на меня впечатление. Бесполезный номер, если честно. И я могла бы еще поспорить с ним, если бы не понимала, что Чейз просто так не будет звонить. Особенно на ночь глядя. Возможно, мне что-то удастся вытянуть из детектива, если я перестану с ним спорить.
– Конечно, Чейз. Куда я денусь-то?
– Мало ли, – как-то странно произнес он. – Вдруг помешаю.
– Напиваться? – съязвила я, глянув на пустой бокал, оставленный на тумбочке. – Сегодня я всё. Пас.
– Жаль. Хотел пригласить тебя выпить, – произнес он, хотя жалости в его голосе я не услышала. То ли не поверил мне, то ли действительно было плевать на то, буду ли я пить или нет. Но упустить момент увидеться с мистером Занудная Задница я не могла.
– Ты знаешь, как покорить женское сердечко, детектив Чейз.
– Твоё, Морган. Только твоё.
Чертов Дэрил знал, как заткнуть меня одним словом, вот только настроение было не то. Спорить с ним сейчас на хмельную голову означало проиграть бой до начала объявления войны.
– Говори где. И да, мне нужны комментарии.
– Нет, Морган. Как и прежде: без комментариев.
– Тогда зачем мне напиваться в твоей компании?
– Потому что в моей компании безопасно.
Я расхохоталась, поднимаясь с кровати. Ноги утопали в брошенной на полу одежде. Пожалуй, мне все-таки стоит позаботиться об уюте в своей миленькой квартирке.
– Жду тебя у братьев Квин.
– Хреновый из тебя джентльмен. Мог бы и забрать даму.
– У дамы две ноги, которыми она неплохо перебирает, когда надо. Так что жду, Морган. Шевелись!
Он сбросил вызов, ввергнув меня в немое возмущение. Хотя чего я должна была ожидать от Чейза? Мы знали друг друга достаточно, чтобы не тешиться надеждами и уж тем более не питать чувства, которых и не должно было быть. Сейчас я могла спокойно выдохнуть и не заморачиваться, хотя еще некоторое время назад меня все же задевали его слова. До поры. Потом я обросла пуленепробиваемой броней для чувств и превратилась в ту самую злодейку, которой меня считали даже собственные родители. Чьих надежд я не оправдала, так их.
Натянув джинсы и накинув поверх мятой футболки, в которой умудрилась уснуть, куртку, выскочила из дома и поймала такси. До бара братьев Квин можно было добраться и пешком, но по ночам я все же старалась не бродить вдоль тёмных улочек в одиночку.
Чейза я нашла за дальним столиком в окружении полупустого пивного бокала и шумящей толпы. Кажется, клиенты Зака предпочли провести этот вечер подальше от места, где совсем недавно рыскала полиция. А то и понятно. Не все завсегдатаи подобных заведений отличались примерным поведением или безупречной биографией.
– Привет, – я положила руку на плечо Чейза. Тот даже не вздрогнул. Лишь косо глянул на меня, кивая, чтобы я приземлилась уже и не привлекала внимание пьяных мужиков. – А что не в старом добром месте? Или боишься, что нас там могут увидеть и поползут слушки, что это ты сливаешь информацию прессе?
То, что в полиции были языки, знали даже ленивые. Мы пользовались подобными услугами, пока это не выходило из-под контроля. Пусть и не всем нравилось, что пресса так легко могла достать нужную ей информацию. Особенно это бесило Чейза, поэтому когда я видела Дэрила, так и хотела съязвить, чтобы поддеть детектива. Впрочем, он отвечал тем же.
– Нет, – покачал головой, – еще решат, что я сплю с этим.
Он одарил меня надменным взглядом, и я хохотнула, ни капельки не расстроившись. В чем-то он был прав. Спутанные волосы, наспех затянутые в узел на затылке, подтекший макияж, который не смыла перед сном. Мятая одежда, потому что я всегда была неряхой. Увы, но такова я, и, кажется, в тридцать четыре меняться уже поздно.
– Под этим, – дернула куртку, – скрывается шикарное тело. Просто ты еще его не видел.
– И упаси меня Боже это увидеть, – фыркнул он, подзывая официанта. – Пиво будешь?
Пожала плечами, совсем не планируя пить этим вечером. Но я ведь уже проиграла битву за трезвый день? Поэтому кивнула и спустя несколько минут наслаждалась прохладным пенистым напитком, пытаясь рассмотреть лицо Чейза.
– И кто виновник твоих глубоких беспокойных морщин? – ткнула пальцем в лоб детектива.
– Руки, Морган.
– А то что? Пристрелишь?
– С удовольствием, но не в этой жизни.
Я усмехнулась, делая новый глоток, которым смочила горло.
– Говори, зачем позвал. Явно не для того, чтобы я составила тебе компанию.
Дэрил усмехнулся в ответ.
– С тобой только и напиваться.
Я пожала плечами. Увы, со мной можно было напиваться, как и сказал Чейз, трахаться и обсуждать чью-нибудь смерть. Все остальные темы шли как-то мимо моей «скромной» персоны. Профдеформация налицо, плюс нездоровый образ жизни.
– Если не бухло и секс, то, видимо, убийство. Ты хочешь поговорить о сегодняшнем деле?
Чейз оторвался от созерцания плескавшейся на дне пенистой жидкости и медленно кивнул.
– Завтра выйдет статья.
– Хокинс уже сказал.
– Так все-таки ты был в редакции. Когда я уходила, босс все еще оставался там.
Он вновь кивнул.
– Я заехал чуть позже.
– И как тебе? – тихо поинтересовалась, зная, что Чейза те снимки явно не впечатлили. – Это же не ваши, я права? Кто-то другой слил?
Дэрил нахмурился, и морщинка, располосовавшая его лоб чуть ли не надвое, стала еще глубже. Казалось, если он будет и дальше хмуриться, то кожа там лопнет и обнажит белоснежный череп. Ему бы расслабиться чуток, отдохнуть. Взять отпуск или уволиться к чертовой матери. Однако все это было лишь моими мыслями. Дэрил Чейз до мозга костей был копом и скорее сдохнет при исполнении, чем уйдет из отдела. В этом мы и были похожи. Я давно могла выбрать иное направление в журналистике или рвануть еще куда. Опыт и возраст позволяли мне экспериментировать, но все же что-то неведомое держало меня за руки в газете. И как бы я хотела не видеть смерть каждый день, но упрямо шла, смотрела и рассказывала. Потому что иначе просто уже не могла. Не получалось поставить точку.
– Да, это не ваши. Можешь и не говорить.
– Как ты догадалась?
– Ларри тебе же все рассказал, ведь так?
Чейз кивнул и осушил бокал, махнув рукой. Официант принес новый бокал и забрал пустой.
– Слушай, Морган, мы все проверим. Обязательно будем искать того, кто это сделал. В наших же интересах найти. Ты и сама это понимаешь.
Теперь настала моя очередь кивать и слушать детектива.
– Только не лезь в это дело, ладно?
– Он рассказал тебе и про совпадения с Элизабет Марш?
Чейз поджал губу так, словно хотел выругаться, но сдержался. Сделав глоток, вернул бокал на стол и сложил перед собой руки. На несколько секунд засмотрелась на его мозолистые жесткие пальцы. Когда-то мне хотелось, что эти пальцы ласкали и грели меня, но Чейз сам был сплошной мозолью, который ничего, кроме боли, не мог причинить. Впрочем, примерно тоже самое он думал обо мне. Наверное, именно поэтому у нас ничего и не сложилось.
– Просто не лезь, ладно?
– Вы ни за что на свете не свяжете эти дела? – я проигнорировала его вторую попытку взять с меня слово. Впрочем, я всегда отказывалась что-либо обещать детективу. Потому что пришлось бы держать слово, но только с ним.
Тем временем Чейз отрицательно покачал головой.
– Там и связывать нечего. Все совершенно иначе, чем было с делом Марш. Абсолютно иначе.
– А как же звонок?
Дэрил пожал плечами.
– Знаешь, сколько нам поступает анонимных звонков, в которых сообщается про преступления?
– Знаю, – сквозь зубы прошептала, чувствуя, как злость наполняла меня. Я была права. Ларри был прав. Пока не ткнешь им в лицо уликами, они ни за что не возьмутся расследовать оба дела вместе. – А как же запертая дверь?
Чейз горько усмехнулся.
– Я, черт тебя дери, не хотел бы говорить, но так уж и быть, сделаю это. В квартире Марш был замок, который легко захлопывался без ключа. Стоило лишь правильно выставить механизм.
– То есть ты хочешь меня убедить, что тот, кто убил Марш, просто захлопнул за собой дверь?
Дэрил вновь пожал плечами.
– Я тебе ничего не говорил.
– А как же в квартире Люси Кайл? Там тоже такой замок или…
– Все, хватит. Без комментариев.
Я шумно выдохнула, взглянув на свой бокал. Наполовину пуст. Или наполовину полон? Я не была ни оптимистом, ни пессимистом. Чертов реалист, который понимал, что моя работа заключается лишь в наборе слов для нескучной статьи. Люди любили читать про преступления. Преступления кормили меня.
Выдохнув, поставила бокал на стол. Неожиданно приятный вкус пенистого напитка стал отвратительно горьким.
– Ладно, Чейз, делай свою работу, но не мешай делать мне свою.
– Ты не отступишь, да?
Я хмыкнула, но ничего обещать не стала. Остаток вечера мы провели за мирным распиванием напитков, пока я наконец-то не почувствовала знакомую тяжесть в животе. Голова порядком затуманилась, и можно было отправляться к себе. Чейз по привычке не предложил меня подкинуть до дома, но такси поймал.
– Аккуратней там, Морган.
– Поцелуй меня в зад, детектив.
Он усмехнулся, закрывая дверь. Махнул рукой на прощание, я показала средний палец. Наши, черт побери, возвышенные отношения, от которых шла кругом голова.
Я едва не задремала в такси, но так как путь был коротким, водитель меня без проблем разбудил. Я сунул ему смятую купюру и, пошатываясь, вышла напротив своего дома. Во многих окнах не горел свет, а несколько фонарей на улице так вовсе были то ли сломаны, то ли разбиты. Машина стартовала с места, оставляя позади себя запах выхлопных газов. Поморщившись, я повертела головой и направилась к себе, пока краем глаза не заметила какое-то движение сбоку. Времени на реакцию почти не оставалось…
The free excerpt has ended.