Ёжик в тумане и другие сказки

У кого ещё первой книжкой была «В сладком морковном лесу»? Мне подарили её в начале 1970-х, когда мне было годика два или три, и знал я наизусть, как это часто бывает с маленькими детьми, — да так, что до сих пор не могу избавиться от иллюзорного воспоминания, что я её читал сам (то есть по тексту, а не напамять). И вот — вау! — оказалось, что её автором указан Сергей Козлов, тот самый, что и про ёжика в тумане, и про Тилимилитрямию…

Замечательные сказки, добрые и очень романтические.

Весëлая детская книга. Мне очень понравилось. По моему мнению самая прикольная глава это Трям. Рекомендую вам почитать детям понравится.

очень интересно прочитать, в памяти всплывает мультфильм, даже интонации подбираются . и детям интересно слушать. рекомендую

Это медитация. Козлов написал не для детей — он написал для тех, кто когда-нибудь терялся в тумане и выходил к реке, не зная, что там, на том берегу.

Я перечитываю его каждый раз, когда мне нужно замедлиться. Когда мир разгоняется до воя, а я не успеваю. Ёжик идёт сквозь туман — не бежит, не продирается, именно идёт. И в этом его главная сила. Он не боится не знать. А жить — это НЕ знать. Он не боится потеряться. Он просто продолжает путь — с узелком малинового варенья, с фонариком, с доверием к миру, который больше и страннее его самого.

А Медвежонок ждёт. Это вообще отдельный вид героизма — сидеть и ждать. Не дёргать, не бежать на поиски, не паниковать. Просто верить, что Ёжик дойдёт. И он доходит. Всегда. Потому что когда тебя кто-то ждёт — туман расступается.

Козлов — минималист. У него нет лишних слов. Только туман, река, лошадь, фонарик, можжевеловая веточка. И паузы. Тишина, в которой слышно больше, чем в ином романе на пятьсот страниц. Он как будто набирает текст из тех же тридцати трёх букв, что и все, — но в его порядке они звучат тише. И глубже.

Это книга, которую надо читать вслух. Себе. Ребёнку. Собаке. Вслух — потому что тогда ты сам становишься Ёжиком, который выдыхает: «А всё-таки хорошо, что мы снова вместе».

Сергей Козлов — гений парадокса! Впарить детям коротенький философский хоррор про экзистенциальный кризис, завернутый в обёртку из осенних листьев — это надо уметь. В моём доме эта книга стоически пережила троих пацанов и превратилась в труху, и это не просто книжка, это трофей, орден родительской выдержки!

Пока современные детские авторы на серьёзных щах объясняют, как правильно дышать маткой и проживать эмоции, Козлов просто берет Ёжика и кидает его в молочный апокалипсис. И тот идёт, маленький сталкер, цепляясь за узелок с малиновым вареньем, как за смысл жизни. А вокруг — туман, в котором всё теряет очертания, Филин ухает, как припадок тревожности, а безобидная улитка превращается в слона. Это же чистый Кафка для детсадовцев, только с хэппи-эндом в виде Медвежонка и самовара!

И знаете, в чём абсолютное дзен-удовлетворение? Моим троим разным пацанам — одна и та же книжка дала три разных смысла. Первый орал «Ёжик утонул!», когда того уносила река (тут мама-Ёжик сама чуть не утонула в слезах умиления). Второй требовал объяснить, почему Филин псих и зачем переворачивать дом вверх дном. Третий просто слушал этот гипнотический речитатив «а Ёжик подумал… а Ёжик представил…» и отключался ровно на фразе «всё-таки хорошо, что мы снова вместе». Это не книга, а калиброванный инструмент укладывания детей, работающий безотказно, как швейцарские часы.