Go to audiobook
Я смочила бинт перекисью, повернулась и… Моя нога коснулась крепкого бедра, светло-карие глаза внимательно уставились на меня, и обработка сразу перестала казаться легкой. Во рту пересохло, коленки ослабли. Вот напасть. А ну-ка, Николь, возьми себя в руки! Я решительно приложила бинт к ране, и, видимо, слишком решительно, потому что Дэвид дернулся. – Тс-с-с, – сказала я, склоняясь ниже. И осторожно подула на рану. Карие глаза мгновенно прилипли к моим губам, зрачки расширились, поглотив почти всю радужку, и в их глубине жарко полыхнуло что-то. В
Теперь я точно знаю, как хорошие девочки становятся беспощадными убийцами. Их до этого доводят лучшие подруги!
Может быть, у меня бы и вышло, если бы мы реже виделись… Если бы! Но мы встречались на занятиях, в коридорах, в кафе, в дискуссионном клубе, куда я по собственной дурости попала. И всегда, всегда Дэвид был окружен вниманием. Девчонки не сводили в с него идиотски восторженных взглядов, парни искали его дружбы, и даже преподаватели (это было особенно обидно, ведь им не положено иметь любимчиков!) выделяли его. «Животный магнетизм. Харизма и обаяние, ничего больше», – говорила я себе, чтобы меньше злиться. Из чистого упрямства я не желала признавать, что меня тоже к нему тянет. А меня тянуло.
Выглядит как самая глупая отмазка года. Я
Мелькнула трусливая мысль вообще отказаться от ужина. Ну мало ли, вдруг у меня аллергия на… На серебро! Да, как у вампира.
Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты, – невозмутимо сообщил Дэвид.
ложечкой свой кофе. Золотисто-коричневая пенка раздвигалась, открывая тёмную ароматную жидкость. – Не знаю, Элис, – вздохнула я наконец. – Пока шел конкурс, я так мечтала победить, учиться здесь. Или, может быть, мне просто хотелось изменить свою жизнь. И вот свершилось, а я… Я боюсь этого огромного чужого города, бесконечных толп, автобусов, метро…
Я купила это платье на случай, если вдруг сойду с ума
Дэвид Морган в последние дни уж точно не искал со мной встречи, вряд ли бы ему понадобилось устраивать всё это. Зато я
Умные не столько ищут одиночества, сколько избегают создаваемой дураками суеты,