Read the book: «Пять травм и твоя карьера», page 3

2. Прими себя.

Следующий шаг – разреши себе быть тем, кем ты боишься быть. Не осуждай и не обвиняй себя. Позволь себе быть человеком.

Взрослый ребёнок из примера должен будет позволить себе иногда разочаровывать других, если его работа не совпадёт с чьим-то идеалом. Только так он сможет перестать быть рабом этого страха.

Замечаешь, как эго убеждает его, что он никогда не должен разочаровывать, что он обязан всегда соответствовать ожиданиям?

3. Возьми на себя ответственность.

Ты единственный, кто отвечает за то, что позволяет своим убеждениям управлять своей жизнью. Только ты выбираешь – позволить страхам вести тебя или следовать за своими потребностями. Это выбор. И за него придётся нести последствия. Важно успокоить своё эго. Скажи ему: «Я понимаю, ты хотело меня защитить. Тогда, в прошлом, я не знал, как справляться с теми своими чертами, которые не нравились другим. Спасибо, что хотело помочь. Но теперь я готов принимать решения сам и нести за них ответственность. Можешь отдохнуть».

Помни: не бывает перемен без принятия. Именно поэтому твоё эго должно почувствовать, что ты признаёшь и принимаешь его добрые намерения – даже если они больше не соответствуют твоим потребностям. Только тогда эго сможет трансформироваться.

В нашем примере взрослый должен будет взять на себя ответственность – либо за то, что продолжает верить: «если я горжусь – я разочаровываю» – и жить с последствиями, запрещая себе гордость. Либо за то, чтобы удовлетворить свою потребность в том, чтобы чувствовать гордость, даже если иногда это разочаровывает кого-то. Для этого ему важно понять: эго лишь пыталось его защитить. А значит, теперь он может почувствовать гордость за себя – без ожиданий и условий.

А теперь, начиная со следующей главы, мы увидим, как именно эго проявляется через пять эмоциональных травм и как сильно они могут влиять на твою профессиональную жизнь.

Глава третья
Пять травм, которые мешают быть собой в профессиональной сфере

Что такое эмоциональная травма?

Эмоциональная травма – это острая внутренняя боль, пережитая в отношениях, когда наша потребность в самовыражении не была удовлетворена и мы отреагировали на это, осудив или обвинив себя или другого.

Это состояние эмоционального хаоса, прожитое в одиночку, потому что мы не понимали, что именно вызывает такую сильную боль. Травма возникает в момент, когда у нас ещё не было ни знаний, ни ресурсов, чтобы справиться с переживаемым страданием. Именно тогда в нас укореняется чувство, что нас отвергли, покинули, унизили, предали или что с нами обошлись несправедливо.

Каждый раз, когда наша естественная потребность быть собой остаётся неудовлетворённой – когда нас осуждают или обвиняют за то, какими мы являемся, – травма активизируется и вызывает у нас страх за себя. Страх быть осуждённым мешает нам быть собой. Мы принимаем решение приспособиться, потому что верим: быть естественным – значит быть плохим, неправильным. Так, как мы уже видели в предыдущей главе, постепенно выстраивается система убеждений и ценностей, призванная помочь нам соответствовать идеалу.

Представим ученика, который спонтанно говорит учителю, что не согласен с его словами. Если учитель отреагирует обвинением в грубости или невежливости, потребность ученика в спонтанности будет подавлена. В этот момент может активироваться травма отверженности – особенно если ученик испытывает панику от мысли, что не имеет права быть собой, потому что это поведение считается «неприемлемым».

Боясь снова испытать панику, ученик может принять решение: больше не проявлять спонтанность рядом с учителем, а позже – с руководителем, наставником, директором. Он убеждает себя: быть спонтанным – значит быть отвергнутым. И пятнадцать лет спустя, уже во взрослой жизни, он всё ещё будет подавлять в себе эту естественную черту в общении с начальством – просто чтобы снова не почувствовать боль от возможного выговора или ощущения вины за «неуместность». Он перестаёт быть собой.

Следовательно, каждый раз, когда ты испытываешь эмоции на работе, – это сигнал: активировалась непринятая тобой модель поведения, с которой ты не научился обращаться. Это может быть твоё собственное поведение или поведение твоих коллег.

Представим, что ты – фрилансер и тебя раздражает поведение одного из твоих коллег. Это значит, что ты не принимаешь в себе эти же черты. То есть ты осуждаешь или обвиняешь себя за то, что сам тоже бываешь таким, – в той же степени, в какой осуждаешь другого. Проблема в том, что гораздо легче заметить, что не принимаешь в других, чем увидеть это в себе.

Почему? Потому что нами управляет эго. Именно оно лежит в основе наших убеждений и формирует эмоциональные травмы. В предыдущей главе мы подробно говорили о природе эго, и, читая книгу, ты увидишь, насколько оно влияет на нас. Проблема в том, что мы редко осознаём: каждая эмоция, которую мы переживаем, уходит корнями в убеждение, сформированное в возрасте от рождения до семи лет.

В книгах «Пять травм, которые мешают быть собой» и «Исцеление пяти травм» ты найдёшь подробное описание этих травм и соответствующих им масок. Также там объясняется, как каждая травма влияет на тело, эмоции и мышление, и предлагаются конкретные инструменты для их исцеления, применимые в жизни в целом.

А в этой книге мы рассмотрим, как те же самые травмы проявляются в профессиональной сфере и как именно они мешают тебе быть собой на работе.

Я не стану здесь повторять всё, что уже изложено в указанных книгах. Если ты хочешь глубже познакомиться с общей концепцией, я предлагаю тебе их прочитать.

Информация, представленная в этой книге, сосредоточена на применении нашего подхода к жизни на работе и направлена на то, чтобы ты мог шаг за шагом освобождаться от влияния эмоциональных травм в профессиональной среде.

Процесс исследования

Мои книги стали возможны благодаря настойчивости многих исследователей, которые, как и я, не побоялись обнародовать плоды своих наблюдений и синтеза, несмотря на споры и скепсис, которые они вызывали. Всё это рождалось из желания способствовать эволюции человека.

Среди них в первую очередь я хочу поблагодарить австрийского психиатра Зигмунда Фрейда за его монументальное открытие бессознательного и смелость утверждать, что физическое состояние человека может быть связано с его эмоциями и мыслями.

От всей души благодарю одного из его учеников – Вильгельма Райха, который, на мой взгляд, стал величайшим первопроходцем метафизики. Он был первым, кто установил связь между психологией и физиологией, доказав, что неврозы затрагивают не только психику, но и физическое тело.

Позже американский психотерапевт Александр Лоуэн, ученик Райха, разработал биоэнергетический анализ, который подтвердил: эмоции и мысли играют ключевую роль в процессе физического исцеления.

Но особенно важно для меня признать вклад Джона Перриакоса и его жены Евы Брукс. Именно благодаря их работе мне удалось создать синтез пяти травм души и соответствующих масок – то есть адаптивных моделей поведения, которые мы вырабатываем в ответ на эти травмы. Я тщательно изучала их труды, пока не сформулировала этот подход.

Всё, что ты найдёшь в этой книге, было многократно подтверждено как опытом тысяч людей, прошедших мои тренинги, так и ситуациями, взятыми из самой профессиональной жизни. У меня нет научных доказательств этих утверждений, но я приглашаю тебя проверить мои наблюдения на собственном опыте, прежде чем отвергать их. Главное – попробуй. Возможно, именно это поможет тебе улучшить качество своей профессиональной жизни.

Пять травм, которые мешают быть собой

Мне особенно близка идея, что все человеческие страдания можно свести к пяти травмам, которые разворачиваются в течение жизни в определённой последовательности:

1. ОТВЕРЖЕННОСТЬ (маска беглеца)

2. ПОКИНУТОСТЬ (маска зависимого)

3. УНИЖЕНИЕ (маска мазохиста)

4. ПРЕДАТЕЛЬСТВО (маска контролёра)

5. НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ (маска ригидного)

Классификация характеров, описанных в этой книге, может напоминать типологию из других психологических систем. Это нормально. Каждое исследование имеет свой взгляд. Моя цель не в том, чтобы отменить или заменить другие подходы.

Мы создаём поведенческие привычки, которые мешают нам быть собой. Это и есть маски – способы защититься от боли. Чем глубже травма, тем прочнее маска. Иногда она настолько доминирует, что начинает определять наш характер. Эти маски начинают формироваться с момента зачатия до семилетнего возраста. К примеру, нежеланный ребёнок может начать страдать ещё до рождения. И если мы не осознаём этого, с годами маски только усиливаются. Я напоминаю: всё, что мы проживаем в этой жизни, – это продолжение множества прошлых жизней, отпечатки которых хранятся в памяти души.

Всё, что мы пережили в семье с момента зачатия, впоследствии проявляется в наших отношениях с близкими. А всё, что мы переживали в процессе обучения – дома или в школе, – отразится в нашей профессиональной жизни.

Чтобы проиллюстрировать связь между травмой и маской, представь следующее: у тебя есть незалеченная физическая рана на руке, которую ты долгое время игнорируешь. Вместо того чтобы заняться её исцелением, ты надеваешь перчатку – просто чтобы её не видеть. Эта перчатка и есть маска. Но значит ли это, что рана зажила? Думаю, ответ очевиден.

Мы часто чувствуем себя несправедливо отвергнутыми, покинутыми, униженными, преданными или обиженными. На самом деле, всякий раз, когда мы чувствуем себя задетыми, наше эго хочет верить, что виноват кто-то другой. Мы ищем виноватого. Иногда мы решаем, что виноваты сами, – хотя и это не более верно. Я ещё вернусь к теме вины позже.

А сейчас хочу сказать: в жизни нет ни злых, ни виноватых. Есть только страдающие люди, которые боятся потерять любовь. И потому не любят себя настолько, чтобы принять себя такими, какие они есть.

Теперь я знаю: чем больше мы обвиняем – себя или других, тем чаще повторяется один и тот же сценарий. Обвинения делают нас несчастными. А когда мы смотрим на страдающую часть себя с состраданием, ситуации, события и даже люди начинают меняться.

Твоё тело общается с тобой при помощи личных сообщений

Маски, которые мы создаём, чтобы защитить себя, отпечатаны в нашем теле. Оно настолько разумно, что всегда находит способ показать нам, с чем внутри себя мы ещё не примирились. В следующих главах ты узнаешь, как распознать маски в профессиональной жизни.

Описание того, как травмы проявляются в физическом теле, – это эффективный способ узнать свои травмы, особенно тогда, когда эго мешает нам увидеть их через поведение. Потому что тело не лжёт. В каждой главе, посвящённой травмам, ты найдёшь: тест, который поможет оценить, как та или иная травма влияет на твои установки и действия; иллюстрацию, показывающую, как травмы отражаются на физической форме тела.

Возможно, ты узнаешь в этих описаниях себя. И может быть, тебя заденет тот факт, что каждая из травм отражает отношения с одним из родителей. Прежде чем я пришла к такому выводу, я проверила это на множестве примеров. И ответ был однозначный: родитель, с которым, как нам казалось, у нас были самые близкие отношения в подростковом возрасте, – это именно тот, с кем у нас осталось больше всего нерешённого. Признаться себе в том, что ты испытываешь боль или злость по отношению к родителю, которого любишь больше всех, бывает очень непросто.

Описание поведения и установок, связанных с травмами, может показаться тебе неприятным. Я не раз слышала: «Я прочитал описание своей травмы и был шокирован. Мне было тяжело принять, что это обо мне». Первая реакция у многих – желание избавиться от травмы. Важно не поддаваться этой иллюзии. Не думай, что теперь у тебя есть все инструменты, чтобы больше никогда не сталкиваться с болью. Вместо этого ты познакомишься с подходом, который поможет тебе наблюдать за своими травмами и управлять ими – не подавляя, не отвергая. Именно это постепенно ведёт к исцелению.

Желание избавиться от травмы – это уже признак непринятия.

Так же как человек, желающий избавиться от лишнего веса, чаще всего отвергает себя, вместо того чтобы принять. Даже если тебе удастся «избавиться» от какого-то качества или человека, не приняв при этом ситуацию, облегчение будет временным. Проблема вернётся. Иногда – в другой форме. Иногда – с ещё большей силой.

Осознание того, какая травма активна, и готовность принять её поможет тебе не надевать маску, связанную с этой травмой.

Ты будешь приятно удивлён, когда почувствуешь: ты можешь наложить на эту рану бальзам, чтобы она перестала болеть. Этот бальзам – принятие. Ему посвящена отдельная глава 10 «Путь к профессиональному расцвету».

Постепенно интенсивность твоих травм начнёт снижаться. Они будут всё меньше влиять на тебя – даже в моменты, когда снова активизируются. Чтобы помочь тебе лучше осознать, какие из травм проявлены сильнее всего, в каждой главе я привожу примеры того, как они выражаются в поведении и отношениях. Всё, что от тебя требуется, – это открыть своё сердце и позволить этим страницам с нежностью прикоснуться к тебе.

Прежде чем измениться, наблюдай и принимай себя

Чем больше ты подпитываешь травму, тем сильнее она болит. Чем быстрее и резче ты реагируешь, тем дольше длится реакция. Чем сильнее ты хочешь что-то изменить, тем медленнее это меняется. Чем больше ты принимаешь – даже если не согласен, тем легче происходят перемены.

Почему мы всё чаще наблюдаем случаи выгорания, зависимости, самоубийств? Почему так много людей становятся зависимыми от сигарет, сахара, азартных игр, алкоголя, медикаментов или даже наркотиков – всего того, что мешает им взглянуть в лицо настоящей проблеме в своей профессиональной жизни? Почему, несмотря на все достижения науки и техники, несмотря на улучшение условий труда, профессиональных заболеваний становится только больше? Почему так много людей уходят с работы – увольняются, выгорают, «исчезают» в разных формах?

Потому что они не хотят чувствовать боль своей души. А отрицание боли лишь усиливает её. И тогда остаётся два пути: угаснуть или расцвести.

Нам нужно как можно скорее осознать: мы имеем право жить той профессиональной жизнью, о которой мечтаем, – жизнью, которая даёт чувство наполненности, а не страдания.

За годы работы я слышала тысячи историй о трудных ситуациях на работе. И я поняла одну простую истину: в зависимости от своих травм мы сами притягиваем определённые модели поведения со стороны других людей. Мы сами участвуем в этом взаимодействии – осознанно или нет. Со временем я пришла к выводу: практически каждый из нас страдает как минимум от четырёх из пяти травм. Мы все – в большей или меньшей степени – знакомы с болью отвержения, покинутости, предательства и несправедливости. Лишь травма унижения, похоже, встречается не у всех.

Я выросла в многодетной семье. Родители делали всё что могли ради одиннадцати детей, но у них не было ни времени, ни сил, чтобы быть по-настоящему внимательными к нашим эмоциональным потребностям. Они не могли нас выслушивать, не успевали нас похвалить. Так почему же одни дети чувствовали себя отвергнутыми, другие – покинутыми, третьи – преданными или уязвлёнными несправедливостью? А кто-то униженным? Теперь я знаю: дело было не в родителях. А в том, как мы воспринимали их поведение.

Причина страдания – всегда в нашем восприятии, в нашей интерпретации происходящего. Не в том, кем человек является или что он делает.

Треугольник жизни

Треугольник жизни – это образ, показывающий, что другие относятся к тебе так же, как ты к ним, и так же, как ты сам относишься к себе. Уровень страдания, страхи и эмоции проживаются в равной степени.

Представь, что ты работаешь с коллегой, которого считаешь грубым. Ты его осуждаешь. Посмотри: может быть, он в какой-то момент мог бы осудить тебя за грубость? А ты сам – когда ты бываешь груб с собой или с другими? К сожалению, мы редко замечаем, когда сами себя осуждаем. А ведь грубость считается недопустимой, и потому она вызывает сильные эмоции и страх.

Но как только ты увидишь, что и ты, и твой коллега носят маску грубости, чтобы защититься от своей уязвимости, – ваши отношения изменятся. Ты перестанешь злиться, начнёшь сохранять спокойствие, сможешь увидеть его сильные стороны, потому что поймёшь: вы оба – в защите.

Когда ты носишь маску – ты больше не являешься собой. И это верно не только про тебя, но и про других. Помня об этом, ты станешь терпимее. Тебе будет проще смотреть на коллег с состраданием, а не с раздражением.

И знай: маски, которые ты создал для самозащиты, не вечны. Если ты начнёшь применять предложенные в этой книге методы, ты заметишь, как маски ослабевают. И с ними меняется твоё отношение к работе. То же самое касается и твоего тела. Но телесные изменения требуют времени. Один из способов отследить прогресс – фотографироваться хотя бы раз в год.

Взаимосвязанные травмы

Наиболее заметные и легко распознаваемые травмы – это травма несправедливости и травма предательства. Мы осознаём их раньше других, поэтому чаще стараемся с ними работать. Однако за ними часто скрываются более глубокие и болезненные травмы – травма отверженности и травма покинутости. Осознать их труднее: к ним нужно подойти с большей честностью и внутренней готовностью, потому что они затрагивают самые уязвимые наши слои. Именно поэтому мы так долго сопротивляемся: отверженность и покинутость больнее, чем предательство и несправедливость. Но чем больше ты будешь исцелять свои реакции на несправедливость и предательство в рабочем окружении, тем в меньшей степени будут проявляться травмы отверженности и покинутости.

Если в профессиональной ситуации ты испытываешь бурные эмоции и глубокую боль, вполне возможно, что активировалось сразу несколько травм. Чтобы понять, какая из них «ведущая», задай себе один вопрос: какая маска активировалась первой? После этого – одна за другой – начинают включаться и остальные.

Я помню ситуацию, произошедшую более десяти лет назад, которая вызвала у меня мощную эмоциональную реакцию. Члены моей команды получили премии за отличные результаты. Генеральный директор объявил, что на следующий день приедет лично поблагодарить агентства и команды, которыми я руководила. Я была полна энтузиазма и гордости.

Но когда он приехал, он показал мне финансовый отчёт и – при всей команде – строго спросил, способна ли я на большее. Я почувствовала себя одинокой, несправедливо покинутой своими руководителями (все они были мужчинами). Я ощутила гнев – мне казалось, что меня предали.

Чтобы не впасть в панику, я, как всегда с детства, надела маску ригидного. Это был мой способ не показывать боли перед теми, кто для меня значим. Чтобы не разочаровать их. Когда он ушёл, я закрылась в своём кабинете. Я не могла выйти оттуда несколько часов. Меня охватила паника – я столкнулась лицом к лицу с травмой отверженности и это буквально парализовало меня. Вслед за ней поднялась травма покинутости, и я ощутила бесконечную грусть. У меня дрожали руки, сбивалось дыхание. Всё, чего мне хотелось в тот момент, – это исчезнуть.

Этот опыт активировал во мне четыре из пяти травм и помог мне осознать, насколько высокую планку я себе установила в плане профессионального совершенства. Этот идеал постоянно заставлял меня чувствовать себя ничтожной и некомпетентной – особенно в сравнении с мужчинами, с которыми я работала. Это была та же Натали-девочка, которая продолжала считать себя недостойной рядом с идеалом отца – человека, который, по моему представлению, символизировал профессионализм. И только мужчинам – так думала я – позволено быть признанными, успешными, компетентными.

Эта история – повод напомнить: когда ты сталкиваешься с проблемой в отношениях с человеком противоположного пола, очень часто активируются все четыре травмы, кроме травмы унижения. Кроме того, мы часто забываем, что глубина боли, которую мы чувствуем, напрямую связана с уровнем травмы отверженности, которую мы пытаемся отрицать.

Это и есть механизм отрицания: когда мы не хотим признать, что то, что кажется нам отвержением со стороны другого, на самом деле отражает наше внутреннее отвержение себя. Нашу непринятую часть. Нашу нелюбовь к себе.

Почему мы так не хотим в этом признаться? Потому что мы отдали управление своей жизнью эго. Это больше не наше истинное «Я» делает выбор, а эго. Вот почему, когда травма активируется, это всегда сигнал: мы больше не управляем своей жизнью. Эго взяло штурвал. И именно это лежит в основе большинства трудностей, с которыми мы сталкиваемся в профессиональной среде.

Быть собой на работе – странная идея, правда?

Когда я только начинала свой путь пробуждения, мне и в голову не приходило, что можно быть собой в профессиональной жизни. Я была мастером приспосабливаться. И как многие «хамелеоны», я большую часть карьеры подстраивалась под ожидания других. Я старалась соответствовать представлениям о том, «какой должна быть». Потому что я очень боялась быть нежеланной на работе. А соответствие ожиданиям давало ощущение, что у меня есть на это право.

Влияние окружения

Напомню: эмоциональные травмы формируются и повторяются с самого детства. Таким образом, любое отношение к учёбе, работе и взаимодействию с другими людьми, которое вызывает страдание в профессиональной сфере, – это продолжение того, с чем ребёнок не смог справиться в процессе обучения и воспитания.

Примерами для подражания, которые формируют отношение ребёнка к профессиональной сфере, обычно становятся:

• родители или значимые взрослые, выполнявшие родительскую функцию, – например, бабушка или дедушка;

• учителя или те, кто выполнял роль воспитателя.

Именно отношение к работе родителей (или тех, кто выполнял их роль) становится для ребёнка моделью, по которой он будет строить своё поведение и восприятие в профессиональной жизни.

Если в процессе учёбы ребёнок чувствовал, что его принимают, – это значит, что один из родителей тоже принимал себя в аналогичной манере. Повзрослев, такой человек не будет испытывать эмоций, проявляя это поведение. Оно не будет вызывать внутреннего конфликта. Он будет просто собой – без оценки «хорошо» или «плохо».

А вот если в детстве ребёнок не чувствовал себя принятым – это значит, что родитель тоже не принимал себя в этом качестве. Повзрослев, человек будет осуждать или обвинять себя за подобное поведение и переживать эмоции. Он будет считать это «неправильным» и будет испытывать за это вину.

Возьмём пример ребёнка, который откладывает выполнение домашних заданий до последнего момента. Если при этом он не чувствует страха или вины и если его родители или учителя не критикуют его за такую особенность, – значит, он принимает себя, чувствует, что его принимают, и он принимает других.

Но если кто-то из значимых взрослых обвинял его в прокрастинации (чаще всего из-за собственного страха), то во взрослой жизни он будет реагировать на подобное поведение сильными эмоциями. Это может выражаться в постоянном стрессе, когда он вновь будет поступать так, как когда-то было для него естественно. Или он станет перестраховываться всю жизнь – делать всё заранее, только чтобы не испытать ту же боль.

Сколько людей – столько и систем убеждений и ценностей. Каждый, кто выходит на рынок труда, – это ребёнок, выросший в своём уникальном окружении.

Наши родители стали для нас моделью отношения к обучению и работе. И они оказали на нас огромное влияние, даже если мы этого не осознаём.

Ребёнок может либо воспроизводить эту модель, либо восстать против неё – особенно если считает установки родителей неприемлемыми. Например, если тебе внушали: «Чтобы чего-то добиться, надо тяжело работать» или «Ты получишь признание, только если принесёшь нужную оценку», – скорее всего, ты начал профессиональную жизнь именно с таким мышлением.

Если только ты не пошёл в противоположную сторону, решив, что будешь «не таким, как они». Но это тоже ловушка: в этом случае твоё эго лишь создаёт иллюзию, что ты отличаешься от родителя того же пола.

Так и происходит из поколения в поколение: родители расстраиваются, что их дети отвергают ценности и убеждения, которые они старались им передать. А причина в том, что дети чувствуют: родители действовали из страха, а не из целостности.

На твою карьеру также повлияло то, как ты воспринимал отношения родителей с авторитетами. Особенно это обостряется в подростковом возрасте, когда ты начинаешь ставить под сомнение систему ценностей, усвоенную от родителей или учителей.

Я помню, как за семейным столом мой отец часто рассказывал, каким двоечником он был в школе и как любил подшутить над учителями, – например, перевести часы, чтобы перемена длилась дольше. Мне это казалось забавным… до тех пор, пока он не добавлял, как учитель бил его линейкой по пальцам, а дома его ждал ремень от отца. Уверяю тебя: в начальной школе я была примерной девочкой. Я предпочитала слушаться, приносить хорошие оценки, а не «куролесить».

Я пишу это, не чтобы обвинить моего деда, который воспитывал четырёх мальчиков, а скорее наоборот, чтобы с сочувствием отнестись и к той части себя, которая бунтует, и к той, которая цепко держится за правила. И та, и другая часть жили во мне, особенно в мире бизнеса.

В завершение этой главы я предлагаю тебе тест, который поможет лучше понять, какое влияние оказали твои родители на твою профессиональную жизнь.

Тест: как ты воспринимал отношение родителей к работе

Отметь по шкале от 0 до 10, как ты воспринимал отношение к работе своего отца и матери (или тех, кто выполнял родительскую роль) в подростковом возрасте (до 16 лет).

Вопросы – Отец – Мать

Качество отношений с профессиональными партнёрами своего пола – ___ – ___

Качество отношений с профессиональными партнёрами противоположного пола – ___ – ___

Способность справляться с эмоциями – ___ – ___

Способность справляться со стрессом – ___ – ___

Уровень здоровья на работе – ___ – ___

Умение утверждаться – ___ – ___

Готовность к развитию – ___ – ___

Баланс между личной и профессиональной жизнью – ___ – ___

Отношения с начальством – ___ – ___

Стабильность и ощущение безопасности в работе – ___ – ___

Умение признавать свои навыки и способности – ___ – ___

Способность хвалить себя, делать себе комплименты – ___ – ___

Умение слушать свои потребности – ___ – ___

Уважение к собственным границам – ___ – ___

Умение отключаться от работы – ___ – ___

В следующих главах ты увидишь, как твоё отношение и поведение в профессиональной среде связано с одной или несколькими эмоциональными травмами.