Read the book: «Прекрасная ложь», page 6
– И долго вы там шептаться будете? – позвала нас мама. – Присаживайтесь, девочки!
– Идем! – взяла меня за руку Мия и потянула за собой. – Мне не терпится увидеть вас вместе и задать кучу вопросов!
– …Каких вопросов?
Мой желудок завязался в крепкий узел. Мы уже подходили к столу, а мой вопрос так и оставался без ответа. Максим отодвинул свой стул и поднялся, будто мы были в романе Джейн Остин, где мужчины вставали на ноги при появлении дам.
– Ия, деточка, я ухожу! – поспешила освободить для меня место бабушка.
– Почему? Оставайся здесь, я сяду рядом с мамой.
– Рядом с мамой сижу я! – воскликнула Мия и плюхнулась на стул с широченной улыбкой. – А вот ты должна сидеть рядом с Максом!
Макс.
– Бабушка, ну, куда ты? Останься, я ведь только пришла.
– Ия, я уже поела и выяснила всё, что мне было необходимо! – заявила она, глянув на Максима с подозрительной хитринкой в сияющих глазах. Он стоял за моей спиной, и я отчего-то побоялась взглянуть на него. На ходячее доказательство моей нечестности в отношении семьи. – А теперь мне пора на кухню. У нас ещё столько дел! Столько дел! Ночь будет грандиозной!
– Мама, прошу, не переусердствуй!
– Я пью таблетки от давления, со мной всё в полном порядке! Отдыхайте! Пейте чай и обязательно попробуйте пирожные!
Забрав свою тарелку со стола, бабушка упорхнула из гостиной, как бабочка.
– А вы прекрасно смотритесь вместе! – с ходу выдала моя сестра, едва мы с Максимом сели за стол. – Сочетаетесь, как белое и черное! Хрупкое и крепкое. Кислое и сладкое! Мне нравится! Хотя, если смотреть на вас порознь, кажется, что вы абсолютное не сочетаемые. Чужие друг другу люди! Макс спустился к нам, а я смотрю на него и думаю, это в него влюбилась моя младшая сестричка? В него? Макс, не пойми меня неправильно! Я подразумеваю только то, что ты являешься абсолютнейшей противоположностью тем парням, которые привлекают Ию. Точнее, привлекали! – захохотала Мия, до которой, к сожалению, моя нога была не в состоянии дотянуться под столом.
– Мия, как у тебя дела? – спросила я, потерев ладони друг о друга. – Как работа? Как салон?
Бабушка говорила попробовать пирожное? Кажется, сейчас самое время! Схватив с тарелки то, что ближе, я откусила большую его часть вместе с густым белым кремом.
– Да всё прекрасно, как и всегда! – ответила Мия так, словно эта сфера её жизни никогда не столкнется с переменами и потому обсуждению она не подлежала. – Лучше расскажите, как вы двое познакомились? Где это случилось? Хочу знать все детали!
Даже не почувствовав вкуса, я взяла второе пирожное и ответила:
– Наше знакомство особенным не было. – В этот раз я полностью запихнула его в рот. – Мы с подругами решили пойти в…
– Мы живем вместе, – перебил меня Максим, и глаза всех моментально увеличились в размерах. Я резко повернула к нему голову, пирожное с кремом едва не вываливалось из моего открытого рта, а он продолжал спокойно намазывать половинку домашней булки сливочным маслом. – Я имею в виду в одном доме. На одном этаже.
Родители смотрели на меня в молчаливом удивлении, а Мия, подперев рукой подбородок, поспешила спросить:
– Так вы соседи?
– Да. Хотя, вообще-то мы ими были, – кивнул Максим и поделился со мной половинкой ароматной булочки. От злости я защелкала пальцами под столом. – Чуть больше года.
– …Надо же, – с улыбкой вздохнула мама. – Я только сейчас поняла, что вчера за ужином мы ни разу не поинтересовались историей вашего знакомства.
– Это потому что меня не было! – вставила Мия и снова взглянула на нас с Максимом. – А что значит – были?
– Теперь мы живем вместе.
Я его убью!
– Всё так же на одном этаже, но уже не в разных квартирах.
Мерзавец!
– Ия! – ахнула мама. – Почему ты не рассказывала? Я понятия не имела, что ваши отношения перешли на новый уровень! Я думала, ты живешь с Эрикой?
– Господи, ты снова меня удивила! – подмигнула мне Мия. – Ну, даешь!
– Она это может, – прокомментировал бессовестный болван и, взглянув на меня, опустил свою горячую ладонь на мою руку. Я пыталась убрать её, но его пальцы крепко обхватили мои и буквально пригвоздили кисть к моей ноге. – Удивляет меня каждый день.
– Ия, милая, почему ты не рассказывала нам, что у вас с Максимом настолько серьезные отношения? – спросил меня папа.
В сияющих глазах мамы ликовало счастье, которое я ни за что не посмела бы уничтожить. Мия смотрела на меня с любопытством и восхищением. Я почувствовала, как повзрослела в глазах старшей сестры, которая всегда считала меня маленькой и глупой девочкой. Я не была наравне с ней, но уже почувствовала, что поднялась на несколько ступеней.
– Сюрприз! – сказанула я с улыбкой, от которой болезненно свело мышцы лица. – Я не знала, как…как сообщить вам об этом и…
– И мы просто решили, что будет лучше поделиться с вами новостью не через экран бездушного телефона, – договорил за меня Максим. – Технологии – это прекрасно. Но очень часто они лишают нас возможности прочувствовать и по-настоящему прожить счастливые и трогательные моменты с близкими людьми.
Меня не на шутку встревожила эта его особенность врать на ходу с поразительнейшей легкостью! Я поймала себя на мысли, что, слушая выдумки Максима, я в какой-то момент даже сама поверила в них. Это ведь ненормально, да?
А ещё меня до чертиков ужаснуло единственное объяснение этой огромной яме, которую Максим собственноручно рыл для меня…
Сумасшедший.
Психопат.
Неадекват.
И я сама притащила его в дом своей семьи.
* * *
– У меня просто нет слов! Почему ты не рассказывала, что живешь с парнем? Ладно от родителей утаила, но от меня-то почему?
Может, потому что я и сама не знала об этом до сегодняшнего дня?
– Ты всегда была очень скрытной, – продолжала говорить Мия, нанося мягкой кистью тон на мое лицо. – Я часто узнавала о тебе что-то новое из школьных сплетен. Но, чтобы вот так – не рассказать старшей сестре о серьезных отношениях!
– Ты всегда так много болтаешь за работой?
– Я в недоумении, Ия! Ты живешь с парнем, а мне и полслова не сказала. Вообще-то, такими вещами принято делиться с близкими. И особенно со старшей сестрой.
– Пожалуйста, хватит уже об этом. От ваших бесконечных допросов мне становится не хорошо.
– Варя сказала, что ты и вчера чувствовала себя неважно, – сощурилась Мия. – Бабушка предположила, что…
– Мия! Хватит!
– Ладно, молчу.
Надолго ли?
– Но с такими темпами…
– Мия!
Внезапно её рука с кистью замерла в воздухе.
– Ты ведь говорила, что его зовут Миша.
Ну, приехали.
– Миша? – удивилась я.
– Да, ты говорила, что его зовут Миша.
– Тебе явно послышалось. Может, продолжишь? – с деланной усталостью напомнила я о макияже. – У тебя впереди ещё бабушка, мама и…
– Нет, точно! – перебила Мия, отступив на пару шагов от высокого стула, на котором я сидела. – Мы болтали с тобой по телефону! Ты говорила, что его зовут Миша!
Раньше мне казалось, что Мия получала удовольствие, придираясь к мелочам и доводя, тем самым, собеседника до нервного срыва. Но, чем старше я становилась, тем яснее понимала, что чрезмерная любознательность и желание докопаться до истины, были у нее от природы, чей силе она никак не могла противостоять.
С моих губ слетел терпеливый вздох, но настолько тихий, что Мия этого даже не заметила.
– Думаешь, я забыла имя своего парня?
Бросив задумчивый взгляд на кисть в своей руке, Мия коротко усмехнулась.
– Да, если Макс у тебя не один, – засмеялась Мия. – У тебя что, есть кто-то ещё? – вытаращила она глаза, когда я никак не отреагировала на её дурацкое предположение.
– А может это у тебя есть какой-то Миша и услышала то, что хотела?
– Ну, да, – закатила она глаза. – Скажешь тоже. Макс, так Макс!
– Отлично. Разобрались. А теперь продолжай, сестренка! Мне ещё нужно собраться и всё такое.
Под «всё такое» я подразумевала капитальный разнос всеобщего любимчика, который вынудил меня буквально утонуть в болоте лжи. Я не успела сделать этого сразу после завтрака, потому что он решил составить компанию папе и прокатиться с ним на снегоходах. Пока они собирались, все женщины нашего дома буквально прижали меня к стене и выпытывали подробности нашей с Максимом жизни.
– Ты говорила, что он лепит фигурки изо льда.
– Я пошутила.
– И в чем здесь шутка?
У меня возник тот же вопрос, когда Максим предложил использовать это паршивое объяснение.
– Слушай, почему мы с самого утра говорим только обо мне? Что насчет тебя? Как жизнь? Как у вас с Олегом? Собираетесь расширять бизнес или планируете заняться чем-нибудь другим?
Мия повернулась к столику и долго выбирала нужную ей кисть и средство. Даже непривычно оказаться в тишине, нарушаемой лишь слабым звучанием известной песни из новогоднего фильма по телеку. Несколько секунд я по-настоящему наслаждалась этим восхитительным мгновением и даже ощутила зарождающиеся искорки праздничного настроения. Вот только это мгновение умудрилось растянуться в целые минуты, и всё это время моя сестра никак не могла определиться с выбором.
– Что-то не так? – поерзала я на стуле. Мия даже не шелохнулась, продолжая стоять у косметического столика с опущенной головой. – Мия, что такое?
– А вот и я! – воскликнула Варя, войдя в мою комнату с двумя бокалами и бутылкой шампанского. – Алексеевна распорядилась, девочки! Новый год спешит, а мы ещё не поблагодарили старый за всё то хорошее, что он нам подарил!
Мия радостно подхватила инициативу и вызвалась открыть бутылку. Варя весело плясала под песню из новогоднего фильма и звенела бокалами, пока я пыталась понять, что это сейчас такое случилось с сестрой.
Чтобы Мия молчала?
Чтобы позволила властвовать тишине?
– С наступающим, девочки мои любимые! Пусть все ваши мечты обязательно сбудутся! – воскликнула Варя, держа бокалы, которые Мия наполняла игристым. Вручив их нам, она ещё немного поплясала и ушла вниз.
– Кажется, на кухне уже начался праздник, – прокомментировала Мия, глядя ей вслед. – С наступающим, моя повзрослевшая сестричка!
Я сделала пару глотков и хотела спросить у Мии, что с ней случилось пять минут назад, но в комнату вошла мама. К счастью, пока Мия была занята моим лицом, мы обсуждали самые громкие новости уходящего года, а не мою фальшивую личную жизнь.
К пяти часам к нам приехали гости из Сочи. Все женщины дома, за исключением нас с сестрой, после громких, долгих и нескончаемых приветствий принялись размещать долгожданных родственников. Радовало, что теперь всё внимание переключилось к беременной Кристине, которая была ровесницей Мии, и её мужу Саше. В этом году они построили свое гнездышко недалеко от моря и вовсю готовились к появлению ребенка.
– Беременность ей к лицу, – тихонько сказала Мия, когда мы остались стоять вдвоем у лестницы. – Впрочем, как и многим женщинам.
– Жду не дождусь, когда увижу тебя с круглым животиком. Но мои ожидания ничто!
– Да, я знаю, – улыбнулась Мия. – С ожиданиями родителей твои не сравнятся.
– Ага.
– Но, кто знает, может ты первая подаришь им внуков. У вас с Максом всё очень даже серьезно.
Я засмеялась. Да так громко, что сама чуть не оглохла. Пришлось затормозить, ведь непонимающий с зарождающимся подозрением взгляд Мии буравил меня насквозь.
– С чего бы мне сейчас задумываться о детях? Я на ноги ещё толком не встала и замужем не побывала, как минимум год.
– А разве об этом должна задуматься только ты? – усмехнулась Мия. – А как же Макс?
– Мия, мы просто встречаемся. – Господи боже. Даже эти простые слова дались мне с трудом. Нелепая выходка Максима за завтраком уничтожила всякое к нему доверие. – Вполне возможно, что у нас ничего не получится.
– Но вы съехались, – закатила она глаза.
– И что? Многие пары так делают.
– Ага, чтобы сократить расходы на аренду жилья. Но, насколько я поняла, он совсем не бедствует. И ты тоже.
– Знаешь, чего я не пойму? – из меня вырвался нервный и колючий смешок. – Почему мы снова говорим о нас с Максимом?
– Потому что у вас любовь, деточка! – ответила Мия, выпучив глаза, как делала это в детстве. – И она точно приведет к браку! Хочешь, я открою тебе секрет?
– Не хочу, – покачала я головой и стала подниматься по лестнице.
– Я проиграла спор! – воскликнула Мия, следуя за мной.
– О! Мне очень жаль.
– Но секрет не в этом. А в том, что после сегодняшних новостей мы нашли новый повод устроить пари.
Я резко остановилась и повернулась к сестре. Мия улыбалась, азарт сиял в её бледно-зеленых глазах.
– «Мы»?
– Девочки. Ну, знаешь, это чисто женская темка. Мы сделали ставки!
– …Какие ставки?
– А ты не догадываешься?
– Нет, – ответила я максимально ровным тоном.
– Когда Макс сделает тебе предложение?
– Мия! – таращилась я на сестру в полном недоумении и ужасе. – Какого черта?
– Такого, что к этому всё идет.
– Я просто в шоке!
– А что такого? Да, я инициатор, но вот наши девочки с радостью подхватили мою идею! Никому даже в голову не пришло отказываться, потому что всё очевидно!
– Это… Это ужасно! Какого черта вы забавляетесь за счет…меня?
– Не будь занудой! Как будто ты сама не хочешь выйти замуж за такого классного парня! Макс просто мечта!
Да с чего это вдруг?!
– Макс совсем не похож на того, кто будет тянуть время. Он не станет годами строить с тобой отношения, чтобы в конечном итоге сделать тебя своей женой. Или того хуже расстаться с тобой в декабре! – засмеялась Мия, в одно мгновение вернув меня в паршивенькое начало декабря. – И вы уже живете вместе! Советую тебе быть готовой к сюрпризу в ближайшие несколько месяцев. Регулярно обновляй маникюр, делай укладку и не забывай посещать косметолога! О! И старайся не обращать внимания на слишком счастливые улыбки мамы и бабушки. Они так долго ждали, когда ты встретишь того самого! А Макс именно он и есть.
В который раз за сегодня я была не в силах сдвинуться с места. Не этого я добивалась! Я вовсе не хотела, чтобы вся моя семья за какие-то несколько часов выстроила грандиозные планы на мою жизнь с мужчиной, которого я совсем не знала! Я даже предположить не могла, что всё обернется настолько кошмарным и абсурдным образом! О чем они вообще думали, так легко открываясь душой и безоглядно доверяя незнакомцу с милым личиком?!
Я почувствовала легкий чмок на щеке и затуманенным от пугающих мыслей взглядом смотрела вслед поднимающейся по лестнице сестре. Всегда беззаботная. Живая. Веселая. Азартная. Жаждущая веселых игр и красочных зрелищ! Я любила Мию. Всем сердцем, всей душой. Но иногда совсем не понимала, чувствовала ли она то же самое ко мне.
– Кстати! – тихонько воскликнула она, наклонившись к деревянному лестничному ограждению. – Знаешь, почему Макс тот самый? Уже конец декабря, а он с тобой так и не расстался!
Отправив мне воздушный поцелуй, Мия исчезла, напевая себе под нос какую-то песню.
9
Максим появился в моей комнате в начале девятого. Я сидела на подоконнике, укутанная темнотой и молчанием стен. Он не заметил меня даже, когда над кроватью загорелась узкая полоска теплого света, сработавшая на движение. Я молча наблюдала за тем, как парень, о жизни которого я ничерта не знала, хозяйничал на моей территории с таким видом, словно всё здесь принадлежало ему.
С грохотом и тяжелым вздохом он завалился на застеленную кровать, не соизволив снять с себя черный термокостюм, который был на нем весь этот день. Раскинув в стороны руки и ноги, мой дорогой, безотказный, внимательный и послушный сосед плавно опустил свои тяжелые и уставшие веки, чтобы восполнить потраченную энергию и получить удовольствие от долгожданного сна.
– Кажется, ты прекрасно провел время, да?
От внезапности моего присутствия его глаза резко распахнулись, а я немного да посмаковала острый привкус дьявольского наслаждения.
– Целый день дышал свежим и морозным воздухом, носился по бескрайним снежным просторам и любовался красотой здешнего неба, – продолжала я ровным и приглушенным голосом. – Оно здесь совсем другое. Солнце намного ярче, а облака низкие и густые.
Максим молча повернул голову в мою сторону, и я нажала на клавишу, чтобы включить настенный светильник прямо над моей головой.
– Зрелищно, – прокомментировал он. – Что-то в духе «Крестного отца» с элементами психологического триллера.
– Тебе понравился сегодняшний день, Макс?
Подложив под голову обе руки, он спокойно ответил:
– Вполне. А тебя, судя по всему, он не устроил?
– Это ещё мягко сказано. Использованный кошачий лоток выглядит в сотню раз привлекательнее и обнадеживающее, чем всё то, что сегодняшний день мне преподнес.
– Сочувствую. Будем надеяться, что новогодняя ночь не посмеет тебя огорчить, чтобы тебе даже в голову не пришло сравнивать её с использованным кошачьим лотком.
Я выдержала паузу. Она далась мне с трудом, ибо последние несколько часов я провела в крепких объятиях неустанного гнева и единственное, чего я ждала, так это возможности поскорее расцарапать этому выскочке его наглую и лживую физиономию.
– Ты стоишь на учете в психоневрологическом диспансере? – спросила я, не сводя с него глаз. – Или ты частый пациент какой-нибудь фешенебельной психиатрической клиники, спрятанной где-нибудь в заснеженных горах Швейцарии?
– А-а, – произнес Максим с фальшивым чувством вины на своей распрекрасной роже. – Ты наверное злишься на меня за то, что я сказал за завтраком.
– И-и?
Я начинала терять терпение. Подлец нарочно играл на моих нервах, сохраняя продолжительное молчание.
– Ты нуждаешься в объяснениях, – усмехнулся он и поднялся на локтях. – Что ж. Ничего сверхъестественного. Просто вырвалось и всё.
– Ты надо мной издеваешься? – спросила я на последних остатках спокойствия. Потому что в следующую секунду, я уже спрыгнула с подоконника и подлетела к кровати, как смертоносный смерч. – Я не пойму, у тебя не все дома? Ты не дружишь с головой? Ты поспорил с кем-то из своих друзей, что доведешь меня до истерики за два дня?!
– Кажется, мне действительно стоило это сделать, – ляпнул ублюдок, пройдясь по мне откровенно смеющимся взглядом. – Не сомневаюсь, победа была бы за мной.
– Я тебя не понимаю! Ты кто вообще такой? Какие у тебя проблемы, что ты пытаешься решить их за счет меня и моей семьи?
– А что я такого сделал?
– Господи, дай мне терпения! – с силой сжала я кулаки. – Ты сказал, что мы живем вместе. Живем вместе! – разжевывала я по буквам. – Это автоматически дает право всем думать, что между нами всё очень и очень серьезно!
– А разве ты не этого хотела?
– Нет! Нет, черт возьми! Ты должен был просто быть, ясно? БЫТЬ! Парень для галочки!
– Парня для галочки не приглашают в родительский дом. И не знакомят его со всей своей семьей.
– Со вчерашнего дня у тебя не закрывается рот в присутствии моих близких! – вспыхнула я не на шутку. – Ты говоришь только то, что хочешь, и напрочь игнорируешь мое мнение и желание! Мы обговорили с тобой всё на берегу, но теперь ты ведешь какую-то свою игру, и она мне не нравится! Сегодня ты окончательно перегнул палку, так что собирай свои вещи и катись отсюда ко всем чертям!
Эмоции захватили меня, да настолько, что стремление быть твердой и безжалостной сдалось без боя под натиском нахлынувшей безнадежности. До приезда сюда у меня была всего одна проблема и только сейчас я поняла, что она была вполне решаема. Мне стоило просто смириться и в очередной раз признать, что декабрь безжалостно отбирает у меня парней! Ну, и что с того? Господи, что с того?!А теперь меня атаковала целая сотня проблем! И даже, если я расправлюсь с половиной из них, другая половила непременно породит новые. Мне теперь ни за что не выбраться из этой проклятой лжи без тяжелых для себя последствий. Я навсегда останусь в памяти своих близких несчастной, глупой и отчаявшейся Ией, которая однажды притащила обаятельного чужака в родительский дом, потому что просто не хотела в который раз отмечать Новый год в чертовом одиночестве!
– А ты сама-то знаешь, чего хочешь? – спросил Максим, сев на кровати. – Сначала ты сказала, что хочешь успокоить родных, которые выражают беспокойство относительно твоей несложившейся личной жизни. Они волнуются за тебя, а тебе всего-то хочется их немного порадовать. Как-то так, ведь, да? – Я нехотя взглянула на него и так же нехотя признала его правоту. Мысленно. – Но потом всплыла твоя любопытная сестра. В её присутствии ты так сильно нервничала, что едва не стерла собственные ладони до дыр. Сегодня я окончательно убедился, что тебе нужен был парень только из-за нее. Судя по тому, как много Мия говорит, комментирует и делится своим непрошеным мнением, она единственная в твоей семье, кого ни капельки не волнует твоя личная жизнь. Точнее её отсутствие. Мию это забавляет, ведь ты её младшая сестра – всегда маленькая, глупенькая и смешная. И на самом деле ты очень хочешь хотя бы раз утереть ей нос и показать, насколько она ошибается.
Я не могла позволить себе разрыдаться. Всё, что сказал Максим, было правдой, и меня просто убивал тот факт, что ему удалось так легко это понять.
«Знаешь, почему Макс тот самый? Уже конец декабря, а он с тобой так и не расстался».
Я почувствовала, как слезы приливают к глазам, и поспешила отойти от Максима на безопасное для себя расстояние.
«Ты снова меня удивила, сестренка».
– У меня нет цели утирать кому-то нос.
– Мы можем называть это по-разному, но суть остается одна.
«Ну, ты же знаешь свою сестру, Ия! Она в шутку говорит, что со временем ты превратишься в одинокую кошатницу».
– И ты не можешь не согласиться, что благодаря новости о нашей «совместной» жизни, ты убила сразу двух зайцев. Твои родители и бабушка светились от радости, а старшая сестра по-настоящему удивилась. К такому повороту событий она точно не была готова.
– Вау. Вот так достижение.
– В твоем случае, очень даже весомое. Для Мии не существует границ, когда дело касается твоей личной жизни. Она прет напролом, пренебрегая твоими чувствами, и задает вопросы, которые не должны слышать чужие уши. И я думаю, так было всегда. Может, именно поэтому ты и уехала за три тысячи километров.
Мне с трудом удавалось держать рот закрытым. Я чувствовала, как очередная волна стыда вот-вот норовила обжечь мое лицо, и быстрым шагом направилась в ванную. Закрыв дверь, я нерешительно взглянула на свое отражение в зеркале. Даже с идеальными волнами длинных волос, с превосходным вечерним макияжем, подчеркивающим мои большие глаза и полные губы, я выглядела безнадежно смешно.
«Знаешь, почему Макс тот самый? Уже конец декабря, а он с тобой так и не расстался».
Опустив голову, я вздохнула с глубоким отчаянием. Мне никогда не обрести уверенность. Никогда не повзрослеть в глазах старшей сестры. Никогда не быть с ней наравне. Успех в карьере и благополучие в личной жизни в стократ возвышает её надо мной. Мия никогда не будет воспринимать меня всерьез и относиться к моей жизни с должным уважением, пока я не буду твердо стоять на своих ногах и не приближусь к её уровню. И как бы мне не хотелось этого признавать, но пока Максим был единственным из возможных для этого ускорением.
– И что дальше? – спросила я спустя несколько минут, которые понадобились мне, чтобы взять себя в руки. Я стояла перед Максимом, который всё так же сидел на кровати. – Допустим, в некоторых моментах ты прав. Но что дальше? Ты так и будешь продолжать выдумывать небылицы, чтобы из раза в раз шокировать мою семью?
– Всё, что твоим близким нужно было знать, они уже узнали, – с полуулыбкой ответил Максим и придвинулся к краю. Ещё чуть-чуть и я бы подумала, что он собирается притянуть меня к себе за руку и зажать ногами. На мгновение я забыла, что сказала ему несколько секунд назад. Внимательный, таинственный и глубокий взгляд словно подчинил меня своей воле. – Да и ты грозишься прогнать меня, а мне это совсем не нужно. Ты мне ещё нужна, Ия.
Необъяснимое волнение так и застряло в груди пузырьком воздуха. Я понимала, что Максим подразумевал необходимость во мне, как в фальшивой девушке для своей семьи, но его последние слова задели что-то ещё ни разу не тронутое кем-то. Мне ещё не приходилось слышать подобное в свой адрес и даже то, что суть простого выражения не имела ничего общего с действительностью, оно понравилось мне.
– Папа что-то спрашивал у тебя? – спросила я, отступив на безопасное расстояние. – Про наши отношения и «совместную» жизнь? – показала я кавычки пальцами.
– В этом не было необходимости, – ответил Максим коротко и поднялся.
– Как это? – захлопала я глазами и пошла следом за ним в гардеробную. – Неужели ни одного вопроса не задал?
– Говорю же, в этом не было необходимости.
– И почему?
Взяв чистую одежду, Максим направился к выходу, но так же, как и утром, я упрямо продолжала стоять в проходе. Я надеялась, что моя требовательная поза и укоризненный взгляд заставят его дать развернутый ответ на мой вполне простой и логичный вопрос, однако Максим уверенно пошел на меня, как огромный внедорожник, у которого заклинили тормоза. От неожиданности и даже опасения за себя, я, запинаясь, второпях попятилась назад, пока не ударилась спиной о стену. Максим остановился лишь, когда я беспрепятственно ощутила запах морозной улицы, исходящий от его шеи. Мои глаза буквально врезались в его выпирающий кадык.
– Мы прекрасно провели время, – произнес Максим каким-то волнительным и слишком глубоким полушепотом. – Целый день дышали свежим и морозным воздухом, носились по бескрайним снежным просторам и любовались красотой здешнего неба. Оно здесь совсем другое. Солнце намного ярче, а облака низкие и густые. Не было нужды разбавлять всё это пустыми разговорами о нашей «совместной» жизни. К тому же, твоему отцу и без того ясно, нам вдвоем «очень хорошо», – медленно прошептал Максим над моим ухом. Когда он немного отстранился, я осознала, что от каждого его слова у меня настолько увлажнился рот, что я едва не подавилась, попытавшись проглотить собственную слюну. – Я приму душ. Пора собираться на грандиозную вечеринку. Кажется, она обещает быть шумной и незабываемой.
* * *
– Ия, да он же просто красавчик!
– Не то слово, – буркнула я.
– А ему точно тридцать?
– Ага.
– Хотя, это даже хорошо, когда мужчина выглядит чуть старше своих лет.
– Наверное.
– Колись! Как ты умудрилась подцепить настолько неповторимого парня?
– Поверь, я задаюсь тем же вопросом с самого утра!
Смеясь, Мия подтолкнула плечом Риту, с которой они вместе учились в одном классе, сидели за одной партой и пообещали назвать своих дочерей в честь друг друга. Порой мне казалось, что именно в ней Мия видела свою родную сестру. Младший брат Риты был моим одноклассником и тем беднягой, над которым она всё время подтрунивала. Я всегда думала, что после школы Андрюша сорвется со всех ног из этого города и начнет новую жизнь подальше от своей семьи, но, получив высшее образование в Тюменском университете, он снова вернулся в родные края и женился на нашей однокласснице. Мне очень хотелось верить, что Рита изменила свое отношение к младшему брату и перестала видеть в нем тощего и наивного мальчишку, над которым ей так нравилось смеяться. Может, хоть ему в этом плане повезло.
– А я думала, что после университета ты просто отсиживаешься в своей кошмарной Москве! – продолжала Рита. – Мой вот непутевый братик вернулся, чтобы на папу работать, но по глупости женился на очень сомнительной…
– Она вовсе не кошмарная, – перебила я, чувствуя, как внутри меня зажигается фитиль. – Москва удивительна.
– Ну, да, – прыснула Мия и сделала несколько глотков шампанского. Они с Ритой переглянулись так же, как делали это в школе, и я снова ощутила себя гребаной шестиклассницей, мечтающей как можно скорее уехать из родного города куда подальше. – Прямо-таки лучший город земли! Но речь не об этом, а о том, как тебе удалось завоевать настолько брутального и загадочного парня? Да ещё и продержаться до самого тридцать первого декабря!
Мия громко засмеялась, привлекая внимание гостей. А их оказалось намного больше, чем обычно.
– Ну, правда! Он ведь не из наших, – продолжала Рита. – Какой-то он слишком обалденный!
– Для меня? – уточнила я, мрачно глянув на Риту.
«Ты не в моем вкусе, Ия».
Мой вопрос, прозвучавший непривычно резким и требовательным тоном, заметно отрезвил двух неразлучных подружек. Они даже волосы красили в один оттенок блонда. Мия смотрела на меня так, словно впервые видела, и я была даже рада, что невольно поддалась короткой вспышке злости из-за вчерашних слов Максима. Как бы я не пыталась это отрицать, но они задели меня.
– Я не это имела в виду! – постаралась улыбнуться Рита. – Я лишь хотела сказать, что Макс разительно отличается от здешних мужчин.
– Как и от твоего излюбленного типажа, – вставила Мия. – Ты ведь предпочитаешь милых, нежных, осторожных, а он совсем не такой. Он классный! – засмеялась сестра.
– Значит ли это, что ты не считаешь своего мужа обалденным? – проигнорировала я слова Мии и уставилась на Риту. – Он ведь местный. Родился и вырос здесь. И ты сама его выбрала.
– С каких это пор ты стала придираться к словам, Ия? – усмехнулась Мия, поддев меня плечом. – Мы тут твоему парню дифирамбы поем, а тебе не нравится! Расслабься, малышка.
Не знаю, что сильнее разозлило меня: очередная издевка вечных подружек и их откровенное мнение о том, что Максим был слишком хорош для меня или его же слова, в который раз прозвучавшие в моих ушах? Вообще-то я была с ним согласна. Да! Я не была в его вкусе точно так же, как и он в моем! И всё же услышать такое от привлекательного мужчины довольно-таки неприятно… Пожалуй, слишком неприятно, учитывая, что я едва не подавилась собственной слюной, когда его низкий шепот скользил по моей шее мягким и теплым бархатом. Эти ощущения оказались для меня в новинку.
– А вам обеим не кажется, что вы, напевая дифирамбы моему парню, принижаете своих мужей? Спасибо, конечно, за комплименты, но по-моему вам обеим стоит притормозить, как с шампанским, так и с болтовней. Схожу на кухню, – сказала я, выдавив улыбку. – Может, девочкам нужна помощь.
Меня раздражали их лица. Идеальные, похожие, как будто родные. Раньше мне часто казалось, что у них один мозг на двоих.
К сожалению, до кухни я так и не дошла. Мне приходилось останавливаться у каждого гостя, у кого мое присутствие вызывало непривычную радость. Меня засыпали вопросами о моих планах, о том, собираюсь ли я возвращаться в родной город и чем вообще планирую заняться, учитывая, что мой папа, сестра, зять – успешные бизнесмены. Пойду ли я по их стопам или так и останусь работать на тетю в магазине косметики?
– Ты ведь не собираешься посвятить свои молодые годы продажам?
– А как к твоей работе относится Максим?
– Если у вас всё серьезно, то навряд ли ему будет по душе то, чем ты занимаешься.
Тетки, дядьки, соседи, друзья родителей, старики и старухи, которых я впервые видела, все считали важным высказать свое паршивое мнение. Я не искала поддержки Максима, когда меня окружали все эти беспардонные сплетники. Но я много раз ловила себя на мысли, что, блуждая взглядом по лицам присутствующих, мне очень хотелось увидеть именно его – уверенное, непоколебимое, надменное и не выражающее ни единого чувства ко всем этим людям лицо. Максим оказался случайным гостем и то, что он не был связан ни с кем, казалось мне настоящим островком спасения. Мне просто хотелось увидеть его, чтобы остановить ход раздражительных мыслей. И, спустя достаточное количество времени, эта возможность мне, наконец, предоставилась.
