Read the book: «Как перестать беспокоиться и начать жить», page 10

Когда Элеонора Рузвельт³⁹, впервые вышла замуж, ее беспокоила плохая готовка кухарки. Но со временем она научилась относиться к таким вещам с юмором. Екатерина Великая смеялась, когда ее повар портил блюда.

Важно помнить, что мелочи – это лишь часть нашей жизни. Они не должны определять наше настроение и поведение. Мы можем научиться принимать их с легкостью и не позволять им разрушать наше внутреннее спокойствие.

Однажды мы с миссис Карнеги пригласили друзей на ужин. Незадолго до их прихода моя жена обнаружила, что три салфетки не сочетаются со скатертью.

«Я бросилась к кухарке, – призналась она мне позже, – но узнала, что нужные салфетки уехали в прачечную. Гости уже были у двери. Времени на замену не оставалось. Я чувствовала, что вот-вот заплачу! Почему эта глупая ошибка должна испортить мой вечер? Но затем я подумала: “Ну хорошо, почему бы и нет?” Я вышла к ужину с решимостью хорошо провести время, и мне это удалось.

Я решила, что лучше показаться неряшливой хозяйкой, чем нервной и раздражительной. И, насколько я могла судить, никто даже не заметил эти салфетки!»

Известный юридический принцип гласит: De minimis non curat lex – «закон не занимается мелочами». Это применимо и к человеческой жизни: если мы хотим душевного покоя, не стоит зацикливаться на пустяках.

Часто, чтобы преодолеть раздражение из-за мелочей, достаточно изменить восприятие. Создать в уме новую, более приятную точку зрения. Гомер Крой, автор книги «Они должны были увидеть Париж» и множества других произведений, прекрасно иллюстрирует этот принцип.

Он был почти доведен до отчаяния шумом радиаторов в своей нью-йоркской квартире. Пар стучал и шипел, и Гомер тоже шипел от раздражения, работая за своим столом.

«Затем, – вспоминает Гомер, – я отправился с друзьями в поход. Сидя у костра и слушая треск веток, я подумал, насколько этот звук похож на шум радиаторов. Почему один из них меня раздражает, а другой нравится? Вернувшись домой, я решил: “Треск веток у костра был приятным звуком; шум радиаторов примерно такой же. Я лягу спать и не буду обращать на него внимания”».

И он так и сделал. Несколько дней он еще осознавал шум, но вскоре полностью забыл о нем.

«Так же и со многими мелкими заботами. Мы не любим их, потому что преувеличиваем их значение… Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на мелочи», – говорит Дизраэли⁴⁰.

«Эти слова, – писал Андре Моруа⁴¹ в журнале This Week, – помогли мне пережить множество болезненных моментов. Часто мы позволяем себе расстраиваться из-за пустяков, которые должны презирать и забыть.

Мы живем на этой земле всего несколько десятилетий и теряем много бесценных часов, размышляя об обидах, которые уже через год забудутся нами и всеми остальными.

Давайте посвятим нашу жизнь значимым делам и чувствам, великим мыслям, искренним привязанностям и долговечным начинаниям. Жизнь слишком коротка, чтобы мелочиться».

Даже такой выдающийся человек, как Редьярд Киплинг, порой забывал, что жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на пустяки. И что из этого вышло? Самая знаменитая судебная тяжба в истории Вермонта, о которой была написана целая книга: «Редъярд Киплинг и вражда в Вермонте».

Все началось с того, что Киплинг женился на Кэролайн Балестье и построил дом в Брэттлборо. Его деверь, Битти Балестье, стал близким другом и партнером. Вместе они работали, отдыхали и строили планы на будущее. Однажды Киплинг купил у Балестье землю, договорившись, что тот сможет каждый сезон срезать сено.

Но однажды Балестье заметил, что на участке, где он планировал косить, Киплинг разбил цветочный сад. Это вызвало у него бурю негодования. Киплинг ответил тем же. Разгорелся конфликт.

Несколько дней спустя, когда Киплинг ехал на велосипеде, Балестье внезапно выехал на дорогу на повозке с лошадьми и вынудил его упасть. Киплинг, который всегда славился своим спокойствием, потерял самообладание и добился ареста деверя. Последовал громкий судебный процесс, который привлек внимание прессы со всего мира. Но ни одна из сторон не одержала победы.

Этот конфликт заставил Киплинга и его семью покинуть свой американский дом и вернуться в Англию. Все из-за пустяка – кучи сена.

«Давайте, господа, мы слишком долго сидим над мелочами», – говорил Перикл⁴². И действительно, мы часто тратим свою энергию на пустяки, забывая о главном.

Однажды доктор Гарри Эмерсон Фосдик⁴³ рассказал историю о трех гигантских деревьях на склоне пика Лонгса в Колорадо. Эти деревья простояли около четырехсот лет, пережив множество бурь, лавин и ударов молний. Но в конце концов их погубили маленькие жуки.

Разве мы не похожи на эти деревья? Мы переживаем штормы и удары судьбы, но часто позволяем маленьким беспокойствам разрушать нас изнутри.

Несколько лет назад я путешествовал по национальному парку Тетон в Вайоминге с Чарльзом Сейфредом и его друзьями. Мы собирались посетить поместье Джона Д. Рокфеллера, но наша машина заблудилась. Чарльз ждал нас в лесу, окруженный комарами. Но он не позволил им испортить свое настроение. Он сделал свисток из ветки осины и играл на нем, пока мы не приехали.

Этот случай напомнил мне о том, как важно не придавать значения мелочам. Чтобы избавиться от привычки беспокоиться, нужно помнить второе правило: «Жизнь слишком коротка, чтобы быть мелкой».

Глава 8
Закон, который развеет многие ваши тревоги

Я вырос на ферме в Миссури. Однажды, помогая маме собирать вишню, я неожиданно разрыдался. Мама спросила: «Дейл, что случилось?»

Я, всхлипывая, ответил: «Я боюсь, что меня похоронят заживо!»

В те годы я был полон тревог. Во время гроз я боялся молнии, в трудные времена – голода, а после смерти – ада. Я переживал, что Сэм Уайт, старший мальчик, отрежет мои уши, как он однажды угрожал. Боялся, что девочки будут смеяться надо мной, если я приподниму шляпу. Тревожился, что ни одна девушка не захочет выйти за меня замуж. Волновался, о чем скажу своей жене сразу после свадьбы. Представлял, как нас поженят в деревенской церкви, мы сядем в экипаж с бахромой на крыше и отправимся обратно на ферму… но как поддерживать разговор в такой поездке? Как?

Этот вопрос мучил меня часами, пока я шел за плугом, вспахивая землю.

С годами я понял: девяносто девять процентов моих тревог никогда не сбывались.

Например, когда-то я боялся молнии. Теперь я знаю, что шанс быть убитым молнией составляет, по данным Национального совета безопасности, один к тремстам пятидесяти тысячам.

Мой страх быть погребенным заживо оказался еще абсурднее: подобное случается с одним человеком из десяти миллионов. Однако когда-то я плакал, терзаемый этим страхом.

Зато каждый восьмой умирает от рака. Если уж хочется поволноваться, стоило бы думать о раке, а не о молнии или погребении заживо.

Конечно, я говорю о тревогах юности и подросткового возраста. Но и во взрослой жизни мы часто поддаемся напрасным страхам. Мы могли бы избавиться от большей части своих тревог, перестав думать о маловероятном и попытавшись понять, есть ли реальные причины для опасений.

Lloyd's of London, одна из самых известных страховых компаний в мире, заработала миллионы на человеческой склонности беспокоиться о том, что редко происходит.

Эта компания делает ставки на то, что катастрофы, которых мы боимся, никогда не произойдут. Впрочем, они не называют это ставками. Они называют это страхованием. Но по сути, это ставки, основанные на законе средних чисел. Lloyd's of London существует уже двести лет, и если человеческая природа не изменится, компания будет процветать еще века, страхуя обувь, корабли и сургуч от катастроф, которые на самом деле случаются гораздо реже, чем мы думаем.

Изучая закон средних чисел, мы часто удивляемся фактам. Например, представим, что мне предстоит участвовать в битве, подобной Геттисбергу. Я был бы в ужасе и постарался максимально подготовиться. Однако, согласно закону средних чисел, вероятность погибнуть в мирное время в возрасте от пятидесяти до пятидесяти пяти лет так же высока, как и риск быть убитым на поле боя. В мирное время столько же людей умирает на тысячу в этом возрасте, сколько было убито на тысячу среди 163 000 солдат, сражавшихся при Геттисберге.

Я написал несколько глав этой книги в роскошном лодже Джеймса Симпсона «Нум-Ти-Га», расположенном на берегу кристально чистого озера Боу в сердце Канадских Скалистых гор. Однажды летом, остановившись там, я встретил удивительных людей – мистера и миссис Герберт Х. Сэлинджеров из Сан-Франциско.

Миссис Сэлинджер – женщина с мягким голосом и невозмутимым спокойствием, создавала впечатление, что тревоги ей неведомы. Однажды вечером у потрескивающего камина я спросил ее, беспокоится ли она когда-нибудь. Ее ответ меня удивил:

– Беспокоюсь? – переспросила она с легкой улыбкой. – Тревога чуть не разрушила мою жизнь. До того как научилась ее побеждать, я провела одиннадцать лет в рукотворном аду. Я была раздражительной, вспыльчивой, жила в постоянном напряжении. Каждую неделю ездила на автобусе из Сан-Матео в Сан-Франциско за покупками. Но даже там, среди полок с товарами, меня охватывал ужас: а вдруг я оставила утюг включенным? Вдруг дом загорелся? Вдруг няня ушла и оставила детей без присмотра? Вдруг они катались на велосипедах и попали под машину? Я доводила себя до холодного пота, выбегала на улицу, чтобы убедиться, что все в порядке. Неудивительно, что мой первый брак закончился катастрофой.

Но все изменилось, когда я встретила своего второго мужа. Он юрист, спокойный, аналитический человек. Он научил меня не поддаваться тревогам. Когда я становилась напряженной, он говорил: «Расслабься. Давай разберемся. О чем ты на самом деле волнуешься? Давай посмотрим на закон средних чисел».

Например, помню, как мы ехали из Альбукерке, в Нью-Мексико, в Карлсбадские пещеры по узкому грунтовому серпантину. Внезапно начался ливень, и машина стала скользить. Я была уверена, что мы попадем в канаву. Но муж спокойно повторял: «Я еду очень медленно. Ничего страшного не случится. Даже если мы попадем в канаву, по закону средних чисел, мы останемся целыми и невредимыми». Его уверенность успокоила меня, и мы добрались до пещер без происшествий.

Летом мы отправились в поход в долину Тукуин в Канадских Скалистых горах. Мы разбили лагерь на высоте семи тысяч футов над уровнем моря, когда внезапно разразилась буря. Ветер свистел, палатки тряслись, как в лихорадке. Я была в ужасе, что нас сдует с места. Но муж сказал: «Посмотри, дорогая. Мы путешествуем с гидами Брюстера, которые знают эти горы уже шестьдесят лет. Эта палатка выдержала множество бурь. По закону средних чисел, она простоит и эту ночь. А даже если она рухнет, у нас есть запасная». Я расслабилась и спокойно проспала до утра.

Несколько лет назад по Калифорнии прокатилась эпидемия детского паралича. В прежние времена я бы впала в панику. Но муж убедил меня действовать спокойно. Мы приняли все меры предосторожности: держали детей подальше от людных мест, школ и кинотеатров. Проконсультировавшись с Советом здравоохранения, мы выяснили, что за всю историю штата и за весь период эпидемии было поражено всего 1835 детей, хотя обычно заболевает около двухсот-трехсот. Эти цифры были трагичны, но мы понимали, что, согласно закону средних чисел, шансы на то, что наш ребенок заболеет, были невелики.

«По закону средних чисел, этого не произойдет». Эта простая фраза изменила мою жизнь.

Она стала моим талисманом, источником спокойствия и уверенности. Эти слова подарили мне двадцать лет, наполненные гармонией и радостью, о которых я даже не мечтала.