About the book
Многие ученые уехали из Германии с приходом «коричневой чумы». Они прокляли и забыли страну, которая буквально выбросила их на помойку истории, но только не Карл Ясперс, решивший пройти это испытание вместе со своим народом. Он проклял Германию в 1945-м.
В 1937-м году его с позором лишили звания профессора за сочувствие евреям, а затем бывшие коллеги стали травить профессора. Ученый не захотел уезжать из страны даже тогда. Долгих восемь лет он писал «в стол» и жил под ежедневной угрозой ареста. В 1945-м году все изменилось, оковы фашизма пали. Ясперс думал, что теперь все, кто сотрудничал с режимом, отправятся на свалку истории, на которой он провел долгих восемь лет, но придя в университет, он встретил тех же людей, кто организовал на него травлю. Казалось, все забыли о прошлом. Ученый не смог пережить этого позора, он проклял Германию и уехал из страны. Никогда больше он не ступал на немецкую землю, а итогом его разочарования стала главная работа философа: «Вопрос о виновности», в этом эссе он впервые обосновал и сформулировал понятие «коллективной вины». Эта работа стала началом большого процесса осмысления феномена фашизма, именно она, а также ряд эссе и интервью Карла Юнга и Зигмунда Фрейда, пытавшихся осмыслить вопрос о вине с позиций аналитической психологии, и составили эту книгу.
В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Other versions of the book
Reviews, 2 reviews2
Очень познавательная книга. Удивлена что плохие оценки и нет комментариев. Такие книги расширяют человеческое сознание, избавление от узкости кругозора.
Рекомендую начинать изучать уже сейчас:
? В ближайшее время введут в обязательную школьную программу! Преступления и наказания, неба Ауштерлица оказалось недостаточно
Когда нацисты пришли за коммунистами, я молчал, я
Речи Геббельса не что иное, как немецкая психология, спроецированная на врага
Нельзя забывать, что и в начале этой войны – а она началась не в 1939, а в 1933 году – были упразднены права человека. «Права человека упразднены» – провозгласил тогда д-р Геббельс в берлинском Дворце спорта, и десять тысяч одураченных болванов ревом выразили жалко-бессмысленное ему одобрение.
Хуже того, многие люди не хотят по-настоящему думать. Они ищут только лозунгов и повиновения. Они не спрашивают, а если отвечают, то разве что повторением заученных фраз. Они умеют только повиноваться, не проверять, не понимать, и поэтому их нельзя убедить. Как говорить с людьми, которые отстраняются там, где надо проверять и думать и где люди идут к своей самостоятельности через понимание и убеждение