Вероника Лесневская

Трое детей? У этой секси-кошечки? Да ну на хрен! С тоской облизываю Агату угасающим взглядом. Напоследок. Потому что тройное табу – это слишком. Шлагбаум, который по шее даст, если я рискну пересечь

кроватках рыжики. Мое исцеление. – Это был

Типичная женщина! Сдалась красивому мужчине без боя. – Проходите

Так больно, что не могу дышать. Разреветься бы, чтобы выпустить злость и обиду, но слез нет. Только всепоглощающее разочарование. В самой себе. С первыми лучами солнца сказка рассеялась. Сейчас, при свете дня – все кажется далеко не таким романтичным, как я нафантазировала вчера в парализующих объятиях мужа. Первая брачная ночь. Любовь до гроба. В горе и в радости…

всматриваюсь в изображение и кривлю губы с отвращением. Ничего общего. Совсем слепой, что ли? – Так, а документы пассажирки где? – перегибает палку, будто мы в розыске. Жестит. Точно тариф в канун Нового года поднимает. – А, вот! Вижу, – открывает документ Киры. – Что же вы жену не бережете? А если бы авария? – цокает с укором. – Полностью согласен, признаю свою вину. Отпусти, начальник, будь человеком, – боковым зрением улавливаю, как паренек расправляет плечи. – Давай договоримся

Больше всех в колхозе работала лошадь, но председателем она так и не стала, – выдыхает морозным

вскидываю взгляд, погружаюсь в вязкий мед родных глаз, крепче сжимаю пальцы на сильных плечах. Из музыки у нас сейчас есть