Rick Riordan

– Остановись, – сказал Нерон. – Я передумал.

— Послушайте, повелитель Гермес, что касается Луки… — Бог поднял брови. — Ну, мы видели его, да, конечно, — бормотал я, — но…

— Тебе так и не удалось научить его уму-разуму?

— Ну, скорее, мы пытались убить друг друга во время поединка.

— Понятно. Ты проявил чудеса дипломатии.

Иногда знать, что греческие боги существуют, даже неплохо – ведь на них всегда можно свалить вину, если что-то пошло не так. Например, если ты под проливным дождем пытаешься убраться подальше от автобуса, в котором на тебя напали жуткие твари и в который жахнула молния, обычный человек подумает, что ему дико не повезло, но ты-то знаешь: просто какое-то божество очень хочет испортить тебе день

пробормотав: – О, Ирида, богиня радуги, покажи нам эту угрозу.

Слушай, а есть хоть что-нибудь, чего египтяне не боялись? – Младших сестер, – тут же ответил Картер. – Когда от их трескотни уже спасения не было, египтяне просто скармливали их крокодилам.

— Ух, ты! — пробормотала Талия. — Горячий парень, этот Аполлон.

— Он бог солнца, — напомнил я.

— Я про другое.

Справедливость означает, что каждый получает то, что ему нужно. А единственный способ получить то, что тебе нужно, - это добиться всего самому.

– Не груби! У Сторуких пятьдесят разных лиц. – Да, непросто им, наверно, на паспорт фотографироваться! – заметил я.

– Но, мой повелитель… обычно пророчества непонятны! Они окутаны завесой тайн. В них есть рифма, и… Марс как бы между прочим снял с ремня еще одну гранату: – И? – У нас есть пророчество! – объявил Октавиан. –

плохо. – О. – У Лео участился пульс. – Да ну… моя одежда слегка подкоптилась, и я работал с машинным маслом