Ольга Дашкова
3,7Кsubscribers
Я приехал в деревенский дом деда, чтобы залечить боевые раны.
Мне нужна была тишина. Никаких людей. Никаких женщин. Никаких чувств.
Но соседка в мокрой белой футболке решила все по-своему.
Она смеется слишком громко, печет вишневые пироги и смотрит на меня так, что я забываю, как дышать.
Я умею держать дистанцию. А она ее просто не признает.
Бывший муж сказал, что на такую, как я, нормальные мужчины не смотрят.
Десять лет я почти в это верила и терпела.
А потом на соседнем крыльце появился суровый десантник с позывным Грозный.
Один взгляд, и я поняла: все, что я себе внушала, – ложь.
Теперь я буду приносить ему пироги. По-соседски. Конечно же.
Один умеет только воевать.
Вторая – только делать вид, что ей не больно.
Этим летом оба сильно ошибутся.
Popular books
Popular audiobooks
All books by the author
Quotes
крошечные жизни, которые растут во мне. Мама плакала вместе со мной, обещала приехать, но не смогла – она теперь живет в Италии, с новым мужем, Марио, который любит ее щала приехать, но не смогла – она теперь живет в Италии, с новым мужем, Марио, который любит ее
ужина. Дошла до туалета, посмотрела на себя в зеркало – и правда, она была бледная, на лице лишь огромные глаза и слишком яркие губы. Но Диане казалось, что она горит. Открыла воду, пальцы
Будет больно
мне предстоит трудный день. А еще на кафедре на моем рабочем месте стоит красивейший
снова побежал холодок по шее, пробираясь на спину, и растекся по пояснице теплом. Пальцы мелко задрожали, я вцепилась в вилку и нож, лязгнула ими о тарелку. – Тебе очень идет этот цвет.
отчим резко дернул мою руку, опуская ее в воду, прямо к пираньям. Сердце перестало биться, ужас накрыл такой, что парализовал тело, я не могла ничего сказать, даже кричать и разжать пальцы, чтобы
Аделина нервно дернула плечами, не любила мадемуазель Галич все эти провинциальные рестораны
кричу, а хриплю, потому что все происходящее кажется нереальным. Царапаю его, давлю на глаза, за что Вильям, замахнувшись, бьет ладонью по лицу. Боль обжигает щеку, я толкаю Вильяма в грудь, испытываю только отвращение, потому что он лапает меня своими мерзкими
