Людмила Козлова

Патрули не выходят за стену, значит со стороны людей мне ничего не грозит. А серые… им следует бояться меня, а не наоборот.

Человечество деградировало настолько, что сейчас я уверена – оно заслужило тех бед, что на него свалились. Но людям все мало, никаких выводов они не делают, продолжая методично уничтожать себя своими же руками.

Взгляд цепляется за оставленную шипом воспаленную рану, пошатываюсь

кивнул, тем самым выражая мысли командира группы. – Неплохой результат за столь короткий срок, – ровно произнес Кроу. Его фразу ни в коем случае нельзя было принять

– Знаю, – бурчу я и отправляюсь ставить цветы в воду. Пока занимаюсь нехитрым делом, прислушиваюсь к шепоту сестры и ее парня, которые о чем-то шушукаются в гостиной, где Рони накрыла стол. Делаю быстрое дыхательное упражнение. Нельзя показывать Веронике, что я враждебно настроена к Леонарду, незачем волновать ее сильнее того, чем уже разволновала чуть ранее. К моему удивлению, ужин проходит весьма спокойно. Леонард оказывается крайне приятным собеседником, и мне приходится постоянно

на подбородке и хмурое выражение

– Ты согласишься, – уверенно заявляет он. – Ты слишком самонадеян. – Знаю. – Напоследок сверкнув потемневшими глазами, он уверенно произносит, сделав акцент на последнем слове: – Увидимся завтра, Дани. Некоторое время стою неподвижно, наблюдая за тем, как он удаляется походкой