Gene Rodman Wolfe

еще, сотрясаемый дрожью, одолевал я рвотные спазмы, умывался и полоскал рот, а прохладный чистый ручей уносил прочь вино пополам с полупереваренной пищей. Наконец, кое-как поднявшись, я вернулся к Ионе. – Уходить надо. Иона взглянул на меня словно бы с жалостью – думаю, вполне искренней. – Повсюду вокруг бойцы Водала. – Тебя, я гляжу, в отличие от меня, не тошнит. Но ты же слышал, кто их союзники. Возможно, Хуниальд соврал. – Я слышу, как стерегущие нас прохаживаются за деревьями

Я задержал на нем взгляд, гадая, всерьез ли он это все. Как и во многих людях средних лет, в нем уже поселился старик, коим ему лишь предстояло стать – раздраженный, озлобленный на весь мир, заранее бормочущий колкости да ругательства, приготовленные для последней схватки.

На пустом танцполе под джазовую запись они плавно покачивались, словно облачка дыма.

- Почему ты пригласил меня? - прямо спросила Сара.

Он обнимал ее за талию и тут чуть притянул к себе.

- Потому что когда твоя подруга сказала: "Сколько тут звезд!" - ты единственная во всем этом чертовом клубе посмотрела на небо.