Александр Дюма

which we have no doubt) this first part should

может, некоторое вырождение, то мы могли бы прийти к выводу, что человеку

– Я сказал бы, что чувствую себя виноватым в другом преступлении и хочу покаяться в нем ради спасения своей души. Я бы сказал, что долго блуждал в неверии, что я манихей и еретик… – Но ведь это неправда! – воскликнул Бетизак

Женщины никогда не имеют такой силы, как после поражения

я был отважен в молодости, но умным я был всегда.

Упрямые люди, – пробормотал Арамис, – всегда найдут способ заставить восхищаться собою.

Любовь, как я ее понимаю, – это совершенное, полное, непрерывное самопожертвование, и притом обоюдное. Если я полюблю когда-нибудь, я буду умолять своего возлюбленного не посягать на мою чистоту и свободу; я скажу ему – и он поймет это, – что душа моя разрывается, отказываясь от наслаждений; а он, обожая меня и тронутый моей скорбной жертвой, с своей стороны также пожертвует собою; он будет уважать меня, не будет добиваться моего падения, чтобы после нанести мне оскорбление, по вашей кощунственной теории. Так я понимаю любовь.