Book duration 7 h. 04 min.
2026 year
12+
About the book
В романе «Дым» (1867) действие разворачивается на курорте в Баден Бадене. Главный герой тридцатилетний помещик Григорий Литвинов ждёт приезда своей невесты, с иронией и скукой наблюдая за спорами русской интеллигенции о судьбах Отечества.
Жизнь Литвинова кардинально меняется после случайной встречи с Ириной Ратмировой его юношеской любовью. Вспыхнувшее чувство ставит героя перед мучительным выбором: долг перед невестой или страсть к женщине, которая предлагает бросить всё ради их любви.
Через любовную драму Тургенев раскрывает более глубокий смысл: зыбкость и неопределённость эпохи, где судьбы людей и будущее страны кажутся столь же неуловимыми, как дым. Роман сочетает психологическую глубину с острой общественной сатирой, запечатлевая противоречия русской жизни середины XIX века.
Other versions of the book
"Сойдется, например, десять англичан, они тотчас заговорят о подводном телеграфе, о налоге на бумагу, о способе выделывать, крысьи шкуры, то есть о чем-нибудь положительном, определенном; сойдется десять немцев, ну,тут,разумеется, Шлезвиг-Гольштейн и единство Германии явятся на сцену; десять французов сойдется, беседа неизбежно коснется "клубнички", как они там ни виляй; а сойдется десять русских, мгновенно возникает вопрос <...> вопрос о значении, о будущности России, да в таких общих чертах, от яиц Леды,бездоказательно, безвыходно. Жуют, жуют они этот несчастный вопрос, словно дети кусок гуммиластика: ни
соку, ни толку. Ну, и конечно, тут же, кстати, достанется и гнилому Западу. Экая притча, подумаешь! Бьет он нас на всех пунктах, этот Запад,- а гнил! И хоть бы мы действительно его презирали, <...> а то ведь это все фраза и ложь. Ругать-то мы его ругаем, а только его мнением и дорожим, то есть, в сущности, мнением парижских лоботрясов".
Она не без хороших качеств: очень добра, то есть щедра, то есть дает другим, что ей не совсем нужно.
Да, да, все это люди отличные, а в результате ничего не выходит; припасы первый сорт, а блюдо хоть в рот не бери.
Характер людской разве меняется? Каким в колыбельку, таким и в могилку.
Литвинов тотчас признал их за русских, хотя они все говорили по французски... потому что они говорили по французски.