Volume 224 pages
16+
About the book
Но можно ли вытравить из человека жажду свободы, пока он остается человеком?
Other versions of the book
Reviews, 11 reviews11
Прекрасная книга Замятина, любимая и лучшая антиутопия, после «Мы» никакой Оруэлл уже рядом не стоит. Зачитывалась ещё в школе, писала выпускную экзаменационную работу по этой книге, а теперь заслушиваюсь аудиоверсией. Уже второй раз переслушиваю. Много, очень много параллелей с реальностью сегодняшнего дня…
Павел Ломакин великолепен! Великую Книгу Мастера знаю со школьных лет, но именно это прочтение чувствуется наиболее аутентичным авторской задумке. Невероятное совпадение тембра и подачи с характерностью темы и эпохи!
Не мой "формат" книги. Текст жёсткий, разграниченный, без лишнего. Действия сухие, чёткие. Но когда приходит любовь, когда чувства так и льются весенним ручьем на страницы оживляя буквы внутри начинает сжиматься пружина, сдавливая что-то возле горла и выстреливает молнией, как искра электрического тока пронзает в окончании глав. Остаётся боль.
Посыл автора понятен, но как он это сделал!!!
Читала роман в старших классах школы и тогда была в восторге от него. Сейчас, больше 20 лет спустя, выбрала аудио-формат из-за занятости и рада, что чтец мне подошёл, приятный голос, уместное изменение тембра при озвучке разных героев.
О самом романе могу сказать, что нет того восторга, который испытала при первом чтении. Но больше понимаю героев, их характеры.
Потрясающая книга! Сразу же начал переслушивать, так как подумал, что не все детали прочувствовал. Наверное, послушаю и еще раз, и погуглю комментарии. Еще почитаю текст.
Боишься – потому что это сильнее тебя, ненавидишь – потому что боишься, любишь – потому что не можешь покорить это себе. Ведь только и можно любить непокорное.
– Кто тебя знает… Человек – как роман: до самой последней страницы не знаешь, чем кончится. Иначе не стоило бы и читать…
если капнуть на идею «права». Даже у древних – наиболее взрослые знали: источник права – сила, право – функция от силы. И вот – две чашки весов! На одной – грамм, на другой – тонна, на одной – «я», на другой – «мы», Единое Государство. Не ясно ли: допускать, что у «я» могут быть какие-то «права» по отношению к Государству, и допускать, что грамм может уравновесить тонну, – это совершенно одно и то же. Отсюда – распределение: тонне – права, грамму – обязанности; и естественный путь от ничтожества к величию: забыть, что ты – грамм, и почувствовать себя миллионной долей тонны…
Я чувствую себя. Но ведь чувствуют себя, сознают свою индивидуальность – только засоренный глаз, нарывающий палец, больной зуб: здоровый глаз, палец, зуб – их будто и нет. Разве не ясно, что личное сознание – это только болезнь?
счастье без свободы – или свобода без счастья; третьего не дано.