Read the book: «Исповедь Пугала. Осенняя история о безусловной любви»
Глава
Осенняя история о безусловной любви
Исповедь Пугала
Часть первая.
Царь поля
Он стоял в центре поля столько, сколько себя помнил. А помнил он не много — только солнце, ветер, ворон и своё величие.
Две перекладины, сбитые ржавыми гвоздями, торчали в стороны, как руки, разучившиеся обнимать. Соломенная шляпа съехала набок, из-под неё торчали жёсткие рыжие клочья. Лицом служил мешок из-под муки, серый от дождей, с двумя кривыми пуговицами вместо глаз. Одна — чёрная, с четырьмя дырочками. Другая — жёлтая, с двумя. От этого взгляд всегда был чуть косым.
Рваный синий пиджак выцвел до болотного оттенка. Вместо ног — палка, вкопанная в землю. Старая, рассохшаяся, но держала крепко.
Пугало считало себя царём поля. Не королём даже — царём. Потому что короли ещё могут быть слабыми, а цари — никогда.
Каждое утро, едва солнце поднималось над оврагом, пугало расправляло тряпичные плечи и оглядывало владение. Взгляд его скользил по картофельным грядкам, меже с диким укропом, старому забору — и всякий раз задерживался на краю поля, у самого оврага, где одиноко стояла яблоня. Оно смотрело как солнце касается её ветвей.
