Read the book: «На руинах великой империи. Книга 3. Мы наш, мы новый…», page 2

Вся страна – военный лагерь

Ещё недавно лидер партии большевиков Ленин утверждал, что в стране победившего пролетариата армия будет не нужна, а теперь её в спешке стали формировать. Соответствующий декрет Совет народных комиссаров принял уже в конце января 1918 года. Теперь Ленин называл Советскую республику осаждённой всемирным капиталом крепостью и считал, что население поголовно нужно мобилизовать для войны, «кого на военную работу в прямом смысле, а кого на всякого рода подсобную для войны деятельность».

Запись добровольцев в Красную армию

Новую армию первоначально предполагалось создавать на добровольной основе «из наиболее сознательных и организованных элементов трудящихся масс». Однако этот принцип быстро показал свою несостоятельность. Несмотря на то, что бойцам помимо полного государственного обеспечения платили 50 рублей в месяц (с середины 1918 года уже 150) и обещали помощь нетрудоспособным членам семей, количество добровольцев было небольшим, и поток их постоянно уменьшался. На момент подписания Брестского мира Красная армия представляла собой небольшое число разрозненных отрядов и частей, которые подчинялись различным советам и чрезвычайным штабам и которыми командовали выборные командиры.

Германское наступление, начавшееся после срыва переговоров в Брест-Литовске, для молодого государства стало катастрофой. Так, Псков был занят уже 23 февраля; без боя кайзеровским войскам досталась и Нарва. Всего за пару месяцев страна потеряла территорий больше, чем Российская империя за три года тяжелейшей войны. Собранные отряды были малочисленны и воевали плохо, не хватало оружия, боеприпасов и грамотных офицеров. Да и выучка была слабой, поскольку большую часть отрядов составляли рабочие-добровольцы, впервые оказавшиеся на фронте. Вдобавок такие части отказывались выстраивать систему подчинения друг другу и воевали сами по себе без какого бы то ни было взаимодействия.

В регионах же происходило не становление советской власти, а её падение. Вопрос о создании боеспособной армии становился всё острее. С мая 1918 года набор в неё стал принудительным. С этой целью создали сеть военных комиссариатов. Выборность командиров отменили. При поступлении в армию призывники стали принимать присягу.

Мобилизаиия в Красную армию

Чтобы они получили хотя бы минимальное военное образование, специальным декретом ВЦИК ввёл всеобщее военное обучение трудящихся (Всевобуч). Каждый мужчина в возрасте от 18 до 40 лет был обязан без отрыва от основной работы пройти 96-часовой курс военного обучения, стать на учёт как военнообязанный и по первому зову советского правительства вступить в ряды Красной армии.

Парад Всевобуча. Москва, 1918 г

Результат не мог не сказаться. В середине сентября в ней числилось уже 452,5 тысячи человек. Ещё 95 тысяч служили в тыловых и вспомогательных частях. Неуклонно росла численность Красной армии и в дальнейшем. В октябре 1918 года Ленин заявлял: «Мы решили иметь армию в миллион человек к весне, нам нужна теперь армия в 3 миллиона человек. Мы можем её иметь. И мы будем её иметь». Слова вождя сбылись полностью. В начале 1919 года общая численность Красной армии была 1 миллион 630 тысяч человек, а на 1 ноября 1920 года уже 5,5 миллиона человек, правда ввиду нехватки оружия отправлять на фронт их было незачем.

Огромную массу народа нужно было одеть, накормить и, главное, вооружить. У старой императорской армии имелись немалые запасы, но огромное их количество было растащено дезертировавшими с фронта солдатами ещё в конце 1917 года. Промышленность же страны находилась в удручающем состоянии. С развалом экономики на заводах стало меньше квалифицированных специалистов. Чтобы накормить семьи, рабочие в поисках пропитания уходили в деревни. Оказалась нарушенной и логистика. Серьёзной проблемой стала потеря топливно-сырьевой базы в Донбассе, Кривом Роге и на Урале, где развернулись боевые действия. Текстильная промышленность полностью лишилась туркестанского хлопка. И если руководство Белого движения полагалось на помощь стран Антанты, то Советскому правительству уповать было не на кого.

Мобилизаиия в Красную армию

Увеличение производства, конечно, в первую очередь военного, требовало огромных усилий. По сути, происходила милитаризация промышленности. Рабочие комитеты, управлявшие заводами и фабриками, были ликвидированы. Как могли, старались привлечь старых «спецов». Трудившиеся для фронта получали большие пайки. При совершенно скудных возможностях (особенно не хватало металла, в 1919 году его заявки были удовлетворены всего на 10 %), работая на пределе своих возможностей, советская промышленность смогла обеспечить минимальные потребности армии в оружии и снаряжении для ведения боевых действий. Строились даже бронепоезда.

В результате таких чрезвычайных действий в ходе Гражданской войны Красная армия разгромила все вооружённые формирования противников советской власти. В декабре 1920 года началась демобилизация. К январю 1923 года армия и флот сократились с более чем пяти миллионов до 610 тысяч человек. Стоит добавить, что максимальная суммарная численность белых армий на всех фронтах Гражданской войны за всё её время не превышала 500 тысяч.

В колыбели революции

После переезда советского правительства из Петрограда в Москву в марте 1918 года бывшая столица Российской империи переживала далеко не лучшие времена. Наладить нормальную жизнь в городе у большевиков не получилось, а Петроград как никакой другой город России зависел от бесперебойных поставок буквально всего. Уже через год после большевистского переворота, по мнению современников, он стал самым нищим, грязным, голодным и страшным в стране.

И. Владимиров. С бесплатным супом

Первое время жили на имеющихся запасах, затем власти вообще не занимались снабжением, поскольку не были уверены, что Петроград удастся удержать ввиду приближения кайзеровских войск, а потом это стало им просто не по силам. Не хватало буквально всего: продовольствия, топлива, самых необходимых товаров и лекарств. Аптеки были или закрыты, или национализированы. Совершенно обесценились деньги, обнаглели преступники.

Бездомные в Петрограде в ожидании открытия пункта помощи

Практически прекратил работу общественный транспорт. «По бывшему Невскому проспекту, – вспоминал позднее в своих мемуарах бывший член Госсовета В. М. Андреевский, – народ идёт всё пешком посередине улицы, многие с салазками, все с узелками. На углах пред советскими лавками, где выдают хлеб, стоят хвосты измождённых понуренных особей…» С большими перебоями в дома подавали воду и электричество. Свечей и керосина было не купить.

И. Владимиров. Уплотнили

Условия жизни стали практически первобытными. Не было тепла, горячей воды, в домах с паровым отоплением от холода полопались трубы. Горожане грелись печками, которые именовались «буржуйками». Топили их бумагой, щепками, книгами, рамами от картин, паркетом и мебелью, на них же и готовили. Спали не раздеваясь, почти не мылись, отчего у людей заводились вши. Известно, что только в 1920 году работники коммунальных служб разобрали на дрова более тысячи деревянных домов. По свидетельствам переживших то страшное время, встречавшиеся на улицах жители в основном были с опухшими от голода лицами, в сильно поношенной одежде, поскольку лучшая ушла в обмен на продукты на рынке.

И. Владимиров. У павшей лошади

Нередко на улицах можно было увидеть человеческие трупы. Никакого удивления они не вызывали. О болезнях и эпидемиях не беспокоились, никто вообще не задумывался, отчего умер человек – от голода или от болезней. Горожане больше интересовались трупами павших лошадей. Из них можно было вырезать хоть кусок мяса, а это означало несколько лишних дней жизни. Мёртвые лошади свидетельствовали не только об отсутствии извозчиков, но и о прекращении вывоза нечистот и мусора. Свирепствовали цинга, холера, тиф, грипп-«испанка». Мёртвых хоронили в общих могилах, без гробов.

И. Владимиров. Голод

В июле 1918 года для населения в городе ввели дифференцированный «классовый» паёк. В первую очередь снабжалась армия, затем рабочие заводов, выполняющих военные заказы. Если таких заказов не имелось, категория снабжения снижалась. Советские служащие (вторая категория) получали по фунту хлеба в день (фунт – 450 г). «Нетрудовые элементы» (буржуазия, священники и др.) относились к четвёртой категории. Когда поступление продовольствия в город становилось минимальным, выдача продуктов по карточкам 2-й категории снижалась до 125 граммов хлеба, а по карточкам 4-й прекращалась совсем. Цены же на продукты на толкучках были запредельными.

Уличная торговля личными вещами. Петроград, 1920 г.

Петроград являлся не только столицей империи, где жили чиновники, но и крупным промышленным центром. Однако теперь заводы стояли без дела. Не было сырья, не было топлива и энергии, на железных дороrax – транспортный коллапс. Уже в апреле 1918 года соратник Ленина по партии и председатель Петросовета Г. Зиновьев честно признал, что в вверенном ему городе голодают даже рабочие.

И. Владимиров. Расстрел на мосту

Картину экономической и социальной катастрофы дополнял произвол властей. Аресты и обыски проводились постоянно. Процветали доносы. В ЧК десятками расстреливали реальных и мнимых врагов Советской власти. Нередко под видом чекистов орудовали банды грабителей. При этом все предъявляли мандаты. В страхе перед террором интеллигенция, офицеры и прочая «контра» покидали город.

Однако уходили из города не только «классовые враги», но и рабочие. Чтобы хоть как-то прокормить семьи, они разбредались по ближним и дальним деревням и городам, где для мастерового человека имелось больше шансов найти работу. Дворяне старались перебраться в Финляндию или другие страны Балтии. Так, в 1916 году население Петрограда составляло более 2,4 миллиона человек, в 1919 году в городе проживало 900 тысяч, а год спустя и вовсе 740 тысяч. Дореволюционной численности город достиг только в середине 1930-х годов.

Очистка тротуара в рамках трудовой повинности

В феврале 1921 года на особом заседании В ЦИК отдельно обсуждался «Петроградский вопрос». На нём было официально признано, что вследствие Гражданской войны Петроград разорён больше, чем любой другой город России, он больше всех понёс жертв и уже не может быть восстановлен собственными силами, без помощи всей страны.

Беды, постигшие город в первые годы после революции, историки нередко сопоставляют с блокадой в годы Великой Отечественной войны. Но если блокаду Ленинграда справедливо трактуют как подвиг, то о том, что творилось в городе в годы войны Гражданской, предпочитают вообще не вспоминать.