Go to audiobook
© Миш Виктория
© ИДДК
Вечер. Май. Еще два часа до назначенного времени. Я бегаю по квартире, покрикиваю на детей и маму, чтобы не путались под ногами.
– Алина, ты уверена, что не хочешь надеть красное платье? – в третий или даже в сотый раз спрашивает мама.
Я рычу, чтобы не мешали мне краситься – сын снова утащил тушь, и я едва выудила ее из горы игрушек. Потратила на это пять ценнейших минут.
Он, видите ли, спрятал ее в домик. Раз маме нужна – значит, хорошая вещь. Надо зацапать.
– Я еще думаю! – отвечаю на очередной вопрос, подтаскивая к себе поближе косметичку.
Пусть лежит рядом со мной, на диване. Не хватало еще, чтобы Илюшка разбросал румяна-шарики по всему ковру. Как вчера было.
Тогда я точно никуда не пойду и буду весь вечер ползать на коленках.
Глянула на часы и мысленно выругалась. Не успеваю!
– А мне красное нравится больше. Классический стиль тебе идет, – рассуждает мама, приглаживая Илюшке волосы.
Сыну пять, но хулиганит он, как будто ему два! И никак не достучишься до его сознательности.
Впрочем, с Анькой так же. Даром что пятнадцатилетняя… Тоже не достучишься. И не заставишь сидеть с младшим братом. Заперлась в своей комнате и опять не пойми что делает: то ли в Ютубе сидит, то ли в «Майнкрафт» играет. Обедать отказалась, сказала, что занята.
Уж точно не учебой!
– Ты же собиралась включить мультики в спальне! – намекаю я маме, тщетно надеясь, что мне дадут спокойно собраться.
Нет. Мама подходит к платьям и трогает ткань.
Я наношу бежевые тени и стараюсь не злиться понапрасну.
«Еще весь вечер впереди», – мысленно уговариваю себя я и натужно улыбаюсь.
Черт меня дернул вывесить платья на шкафу. Рядом с черным из тонкой тюлевой ткани и короткой юбкой – сантиметров на двадцать выше колен – висело красное. Я до последнего не была уверена, какое платье выбрать. Красное сидело на мне отлично и выгодно подчеркивало фигуру – длина до колен, форма – юбка-карандаш, скрывающая чуть полненький животик, с запа́хом на груди. Идеальное платье!
Но красное.
Цвет слишком яркий, а пробуждать сомнительный интерес мне не хотелось.
Я ведь не ради внимания туда иду.
Черное выглядело попроще. И легкомысленнее, так как короткое. Но зато не привлекало внимание и было мне к лицу. Особенно теперь, когда я перекрасилась в платиновую блондинку.
А может, плюнуть на все и надеть белое платье на бретельках, которое купила ко дню рождения на январской распродаже? Уже полгода оно висит в шкафу. Пора бы и надеть. Если влезу…
Платье моментально было выужено на свет. Осмотрено со всех сторон. Ярлык срезан.
К счастью, я в него влезла. Тогда, может, белое надеть? Вечер обещает быть теплым. Накину пиджак на плечи – и все!
…Эх, чертовски сложный выбор!
– Мамочка, мне нравится красное! – тоненько пропищал сын, и я снова заскрежетала зубами.
Да что же такое! Собраться спокойно не дадут. Кстати, к платьям нужна обувь и сумочка. Не та большая с потрепанными уголками, с которой я шастаю каждый день на работу, а нормальная – миниатюрная и вечерняя. Утонченная и праздничная, как мои платья.
…Так какое все же выбрать?!
Когда я выбежала в коридор, отделавшись по дороге от родственников – мама смилостивилась и увела Илюшку в спальню смотреть мультики, – то открыла шкафчик, внизу которого хранились стройные горы коробок с обувью, и вновь зависла.
– Черные или красные? Или красные под черное?.. Красные под белое?.. Хм!.. Ну, так теперь не носят. Но и с черным черные – это как-то скучно. Что же делать?!
…Если бы я сразу согласилась пойти на вечер встречи выпускников и заранее озаботилась бы своим внешним видом, такой спешки не было бы. Я бы открыла сайт своего любимого магазина, выбрала несколько моделей на примерку и в течение недели остановилась на идеальном варианте.
Но.
Дело было в том, что я до последнего не хотела туда идти. Встречаться с Пашей и Андреем? Увольте! Глаза б мои их не видели. Жила я без них как-то пятнадцать лет и дальше бы прожила.
Но… моя подружка Светка сказала, что Дина тоже там будет. Дина, с которой мы не виделись после вручения школьных аттестатов. Дина, о которой никто ничего не слышал эти пятнадцать лет – она поступила в престижный заграничный ВУЗ и осталась после учебы в Европе.
И вот теперь впервые вышла на связь. И согласилась прийти повидаться – так написала в чате Телеграма наша бывшая староста. Пусть и бывшая, но все так же ретиво собирающая нас вместе на очередное мероприятие.
Как будто и не было этих пятнадцати лет. И мы все вместе должны поехать на очередную экскурсию.
– Помнишь, как вы соперничали? Соревновались, кто будет встречаться с Андреем? – бередила старые раны Света. – Думаешь, он изменился? Растолстел?
– Не знаю, – гулко сглотнула я, прожевывая булочку. Светка позвонила мне в обеденный перерыв. И лишила аппетита на добрую неделю! – Я не пойду. Мне все равно, что она приезжает…
– Интересно, она такая же красавица? – Светка никогда не комплексовала. Она считала, что все втроем мы вполне себе модели.
Мы дружили. Я, Дина и Света. Жили в соседних дворах и ходили в одну школу. И все было прекрасно до одного момента…
Я не хотела это вспоминать. Чувство горечи разъедало приятные школьные воспоминания. Любовный треугольник – как это банально. Или обычно? В любом случае я пятнадцать лет считала, что это все в прошлом.
Но… поразмыслив два дня, решила, что пойду.
Ведь мне нужно поговорить с Диной. С моей самой лучшей, пусть и бывшей подругой.
…Из дома я выбегала вприпрыжку. Перед моим уходом, буквально за пять минут, когда я стояла перед зеркалом и красила темно-красной помадой губы, выползла Анька и жалостливо попросила ее накормить. Есть она, видите ли, хочет после трехчасовой игры в «Майнкрафт».
Я ей честно объяснила, где стоит кастрюля с пюре, в какой миске лежат котлеты и что ей самой надо это все положить на тарелку и разогреть. Ибо я опаздываю и убегаю, а бабушка читает книжку Илье.
По печальному кивку дочери я поняла, что она не будет копаться в холодильнике. И разогревать нормальную еду тоже не будет. Воспользуется моментом и заварит себе лапшу.
Со вздохом я скинула туфли и сама положила ей ужин. Проследила, чтобы дочь все съела – и помидор порезанный тоже. И только потом с ощущением выполненного долга схватила темно-красную сумочку – под цвет туфель – и выпрыгнула на улицу.
Вечер. Май. Встреча с моим бывшим… Сердце гулко стучало всю дорогу до ресторана. Наверное, было бы лучше встретиться в нейтральном месте. Мама говорила, что раньше выпускники школы встречались в школе.
Но не теперь.
– Потанцуем под живую музыку. Посмотрим друг другу в глаза, – писал в телеграмском чате Николай, первый красавец нашего класса.
Ему вторили девчонки.
Меня все это не интересовало, ведь я не собиралась идти.
А теперь вот вспомнилось. И нервировало.
Ведь Андрей тоже обещал прийти. И танцевать.
Выпивку надо было приносить с собой. Такое условие вытребовал Николай у администрации, чтобы вышло дешевле. Ведь депозит в пять тысяч с человека в грузинском ресторане и так был приличным, но, к сожалению, не включал в себя спиртное. Только еду.
К счастью, у меня была Светка. А у нее – шампанское.
Мы списались накануне, и я полностью доверилась ее вкусу.
Светка принесла две бутылки шампанского. Я перевела ей на карту свою долю, и мы чинно уселись в самом углу. Я думала, что сильно опоздаю, но мы пришли чуть ли не первыми.
Опаздывали все!
Даша, наша староста, в длинном платье цвета морской волны встречала нас на входе в зал. Она хохотала, кокетничала со всеми подряд и обещала, что вечер будет незабываемым. Переглянувшись с подругой, мы сошлись во мнении, что она вообще не изменилась. Только похорошела, учитывая постройневшую фигурку.
Я думала, что нам будут выдавать бейджики с фамилиями, ведь народу обещало прийти много – собирали два класса, но Дашка пожала плечами и сказала, что за креатив ей не доплачивают, а узнать нас и так можно. В крайнем случае спросить.
– Тебе идет блонд, – бросила она мне, когда ко входу подошла парочка из соседнего класса. – А косы жаль, что обрезала. Тебе шло…
Кажется, это были Наташа и Настя. Не помню!
Надо же. Пятнадцать лет прошло, а я с трудом вспомнила их имена.
Мы как раз не общались, даже не здоровались в школе. Девчонки перевелись перед самым выпуском, классе в десятом. И сильно зазнавались, ходили вдвоем везде.
Вот в этом случае бейджики все-таки пригодились бы.
Мы с подругой нашли уютное местечко и присели. Тут же внесли депозит – мысленно я назвала его «грабежом средь белого дня» – и сделали заказ. Светка гордо водрузила на стол шампанское, и мы попросили принести бокалы.
– Нервничаешь? – На всякий случай я проверила телефон.
Шесть пятнадцать. Суббота. Анька в сети, но не пишет. Значит, дома все в порядке – я, по крайней мере, на это надеялась. Бабушка с Ильей оставалась нечасто, так как сама еще работала. На пенсию нынче не проживешь.
Поэтому я боялась, что сын устроит скандал и будет требовать меня перед сном. Конечно, в случае болезни мы вызывали посидеть с ним няню – маму Анькиной подружки. Удобно и можно довериться. Но укладывала его перед сном всегда я.
– Нет, – подруга отмахнулась. – Чего нервничать-то? Я наслаждаюсь! Хоть из дома под благовидным предлогом свалить. Серега бы просто так не отпустил.
– Ну да, с младенцем сидеть не каждый папа может, – поддакнула я, чем вызвала ожидаемое недовольство подруги.
– Аль, у нас уже второй сын. И ему, между прочим, уже восемь месяцев. Не вижу причин, чтобы не покараулить его один вечер. Накормить кашей и уложить спать – это же несложно. Здесь дело в принципе, что родительство – это дело двоих.
– Ну да, ну да… – хмыкнула я, вспоминая своего Андрея.
– Смотри! Настька идет! О… она похудела килограмм на десять. Явно не замужем.
– Это что, как-то влияет на вес? – пробурчала я, пытаясь рассмотреть со своего места первую красавицу нашего класса Анастасию Ростовскую.
Настя не просто была самой популярной девочкой, еще и училась лучше всех. «Идеал во плоти. Пример для подражания» – так считала моя мама.
«Зубрилка! – всегда неодобрительно отзывалась о ней Светка. – Если бы я все вызубривала, то тоже получала бы пятерки. Много ума не надо… Подумаешь!»
Почему-то в детские годы мы считали, что зубрить – зазорно. Вот понять материал, проанализировать, запомнить и сделать выводы – гораздо круче. Жаль, что обычно мы останавливались на стадии «проанализировать». И на ней как раз и случалось что-то такое неожиданное: то парни гулять позовут, то в художке выставка и мы со Светкой готовимся, рисуем птичек и цветы все вечера подряд… Да много чего отвлекало нас от «анализа материала», и мы останавливались только на стадии «понять».
В итоге учились хорошо и считались крепкими хорошистками. Но вот серебряной медали нам не светило.
Впрочем, Насте, как выяснилось, тоже.
– Там у нее в семье что-то произошло, – горячо шептала мне на ухо Светка. – Помнишь, я рассказывала, что ее мать забрали в дурдом? Так вот, не мать. Бабку. А мать забрали, когда мы уже в универе учились…
Да, жизнь, которая в детстве казалась нам простой и безыскусной, прямой, как палка, на поверку оказалась намного объемнее и многограннее.
Теперь становилось понятно, почему половину одиннадцатого класса красавица и умница Настя прогуляла. И почему классная так и не могла дозвониться до ее матери и вернуть ее в школу.
– А не замужем потому, что за фигурой следит, – продолжала рассуждать Светка. – Вот я, как бы ни хотела влезть в свою эмку, все равно не буду себя мучить. Буду постепенно возвращаться. Сидеть на диетах – зло!
– С чего ты взяла, что у нее нет детей? Она могла родить их лет семь назад и постепенно вернуться в форму. Как и ты мечтаешь. – Я разглядывала бывшую одноклассницу, пока та разговаривала со Степой – нашим троечником.
Вот парню повезло. Мог ли он пятнадцать лет назад думать, что Настя снизойдет до разговора с ним? Нет, конечно.
А теперь вот разговаривает от нечего делать.
Степа пришел почти одновременно с нами. Быстренько поздоровался и встал на входе вместе с Дашей. Одет он был модно и дорого: в клетчатый пиджак с кожаным воротом, синие джинсы и легкую рубашку небесного цвета.
– Зарабатывает неплохо. Не женат, – припечатала Светка, стоило Степе отойти. – Ты помнишь, что он писал в чате про Сталина? Так вот, он то ли коммунист, то ли социалист – в общем, не до женщин ему.
– Мда, – отозвалась я, жалея Степу. Судя по всему, он был охоч до женского внимания. – Мог бы и волосы отрастить. Стал бы похож на богемного профессора, уши бы скрыл… тогда бы и женщины заинтересовались… Он даже в модном прикиде выглядит странно.
– Как городской сумасшедший?
– Типа того.
Он до сих пор носил дурацкую стрижку почти под ноль, при которой были видны его неэлегантно оттопыренные уши.
– Он где-то в банке работает. – Светка удивительным образом смогла узнать обо всех если не все, то многое. – Там, наверное, дресс-код… Нельзя длинные… Алька, гляди! Николаша идет!.. Какой красивый!.. Блин, обалдеть! Ничуть не изменился.
– О, Николя! – без энтузиазма кивнула я первому красавцу в нашем классе.
Николай махнул рукой и сел в противоположном углу. Потом к нему подошли Степа и еще один парень. Завязался разговор.
Почему-то Николай мне никогда не нравился. Вообще. Не мой типаж. Смотрит на всех хмуро, исподлобья. Даже как-то зло. Криво усмехается и большого мнения о собственной персоне. Хотя ни школьными знаниями, ни какими-то талантами похвастаться не может.
Только высоким ростом и смазливой внешностью.
Интересно, кем он стал и как живет сейчас?
Перед нами остановился официант и вовремя открыл шампанское. Мы со Светкой подняли бокалы.
– Вот и вправду жаль, что они с Настей не стали парой. Хорошо вместе смотрелись, – сказала я, наблюдая, как Настя садится рядом с Николаем.
Поцелуи в щечку. Смех. Искренняя радость от встречи. Даже удивительно, что судьба разбросала нас по свету. И теперь мало кто с кем общается.
– Жаль, что он не стал моей парой, – проворчала Света и залпом опрокинула в себя бокал шампанского.
Я сочувственно промолчала. Света в целом не изменилась – такая же бойкая шатенка невысокого роста, с длинными кудрями, которые уже лет пять грозится выпрямить и отрезать. Сделать такое же каре, как у меня.
Но не отрезает. Светкин муж считает, что с ними она похожа на богиню – так и сказал ей в первую встречу, отчего все и завертелось.
Я же свои косы без всякого зазрения совести или каких-то долгих раздумий отрезала на втором курсе. Мама вечером рыдала в подушку, но мне ничего не сказала. Скандала не было. Мама поняла, что я стала взрослой и должна сама принимать жизненно важные решения.
В такие моменты мама меня поражала поистине космической выдержкой и вызывала признательность. Когда я шла домой, то внутренне готовилась пережить скандал. Но обошлось… А Светкина мама устроила бы ей головомойку, еще бы и вещами кидалась.
Определенно, домашний уклад влияет на то, кем мы становимся в жизни!
Вот Светка: вроде бы и бойкая, и решительная, и все время что-то хочет и куда-то рвется, но… не дорывается. Постоянно что-то мешает извне. Я бы сто раз поверила во внешние силы, карму и порчу, если бы не знала подругу и не видела ее насквозь. Светка сама боялась любых изменений и вечно топталась на том, что знакомо.
Оттого и к Николя никогда не подходила – даже не выказывала ему свой интерес. Единственное, что мог заметить первый красавчик класса, – это тайком посылаемые влюбленные взгляды.
Правда, подойди Светка к нему на самом деле, а не в своих фантазиях, и пригласи на свидание, он отказал бы. Николаше нравились продвинутые и модные девчонки. Те, кто ходил с ультрамодным мелированием или вообще рискнул покраситься в блондинку. Тогда, будучи в школе.
Нас за такие эксперименты ругали, и отважились немногие. Совсем немногие… Например, Настя.
Да и я сама в платиновую блондинку покрасилась не сразу. Долго шла к своей тайной мечте: сначала опробовала ореховый цвет, потом мелирование, потом уже, спустя два года после окончания универа, отважилась на пшеничный…
– Как ты думаешь, нас представлять будут? – Светка потянулась к сырной тарелке, которую только что принес официант. – Я не помню вон того парня. Видишь, в синей рубашке? Он из параллельного? Вроде симпатичный… Здоровается за руку с нашими парнями. Получается, он их знает? – недоуменно глянула подруга. – Слушай, это даже как-то неудобно. Я не помню его… Вот вообще!
– Его зовут Сергей, а фамилия… – Я наморщилась, искренне попытавшись его вспомнить. – Не помню… Хлестков или Хистров?.. Из головы вылетело. Да, он из параллельного. Местный чмошник.
– Тшш… Он идет к нам! – Светка вытерла пальцы салфеткой и натянула на лицо приветливую улыбку. – Привет, Сережа! Как дела?..
Мужчина скромно пожал нам руки и присел за столик. От него приятно пахло мужским одеколоном со сладкими цитрусовыми нотками. Видно было, что он намылился, побрился, помылся… намарафетился, в общем. И все – для нас, для встречи выпускников.
Она так важна для него? Интересно почему?
Я испытала некоторое чувство неловкости, обозвав его чмошником. Сережа выглядел уже совершенно по-другому и был не мальчиком, а взрослым состоявшимся мужчиной, судя по золотому кольцу на правой руке.
– У меня все хорошо, – охотно принялся рассказывать он, – работаю в международной компании по производству медицинского оборудования. Езжу часто в Европу… Семья, жена, трое мальчишек…
– Трое! – уважительно присвистнула Светка. – А фото жены покажешь?
«И зачем тебе фото его жены?» – недовольно поглядела я на подругу, но та лишь дернула плечом – отвали.
– Конечно. – Сережа будто только и ждал этого вопроса и полез в карман брюк за бумажником. – Вот, смотрите: это Елена, Артем, Евгений и Леонид.
– У… какая стройная, – восхитилась Светка, передавая мне фотографию из бумажника.
На фотокарточке они все улыбались, как в голливудском семейном фильме. Красивая жена-блондинка и три милых карапуза. Погодки.
– Она у тебя не работает? – спросила чисто из вежливости и меньше всего ожидала услышать ответ:
– Работает. Фитнес-инструктором.
– Тогда понятно, отчего она такая худая! – воскликнула Светка. – Если бы она была обычной женщиной и родила сама всех их троих…
– Она родила сама, – вздернул брови Сережа. – Почему ты так говоришь?
– Я имею в виду, – Светка чуть запуталась и покраснела с досады, – ну, то есть я говорю, что она из этих… фитнес-няшек. У них отдельная каста… А если бы она была обычной, то после второго сына немного бы располнела…
– Если бы она была обычной, я бы на ней не женился, – тонко улыбнулся Сергей и спрятал бумажник. – Ну ладно, девчонки, был рад повидаться. Пойду здороваться дальше…
– Ага, давай! – быстро кивнула я, придерживая под столом Светку за юбку.
Подруга послушалась. Мило улыбнулась Сергею и дождалась, пока он отойдет. И только потом накинулась на меня:
– Ты чего?!
– Не стоит его удерживать.
– Да я и не планировала! – вспыхнула подруга. – Я просто сделала комплимент его жене.
– Весьма сомнительный, – усмехнулась я. – Так и обидеть человека недолго… И вообще, успокойся! То, что ты весишь семьдесят килограммов, – это не приговор. Ты похудеешь через год и будешь вспоминать это время со смехом!
– Не похудею, – тоскливо отозвалась подруга и подозвала официанта, чтобы сделать еще заказ. – У меня нарушен обмен веществ. Врач говорит, что скоро меня раздует, как воздушный шарик. Без толку сидеть на диетах… Могу вообще есть только хлеб и воду – не поможет! – Потом она мило улыбнулась подплывшему красавцу-официанту: – Принесите классических хинкали. Пять штук, пожалуйста. Хоть душу отведу… Без сметаны, да.
Что отличает встречу выпускников от любой другой встречи? То, что ты знаешь всю подноготную этих людей, видишь их насквозь. Воспоминания о школьных годах дают представление, насколько человек честен, добр, открыт новому или злопамятен. Это чушь, что люди меняются с годами. Может, с кем-то подобное и происходит, но лишь после кропотливой внутренней работы. Что в принципе доступно не каждому. Так что исключение лишь подтверждает правило.
Мне подумалось, что гораздо проще встречаться с незнакомыми людьми. Нет этого бэкграунда, который тянет вниз и омрачает встречу. Нет ассоциаций, что вызывают смешки и внутреннюю улыбку.
Как можно серьезно относиться к Георгию, если я помню, как он пришел в седьмом классе на русский? Опоздал на десять минут и надел брюки задом наперед. Это заметили все. И сколько бы умным и начитанным Гоша ни оказался в десятом и одиннадцатом классе, все относились к нему с насмешкой.
Потому, что брюки – это даже не штаны. Это – БРЮКИ!
…Ладно, Гоша был всегда не от мира сего. И стал, судя по протянутой визитке, кандидатом исторических наук. Вполне себе хорошая работа, чтобы немного помечтать и пофантазировать. Это вам не машины строить и не поезда проектировать.
– Прикольно! – Светка выдернула ее из моих рук и взглядом коршуна пробежалась по названию института. – Мой муж тоже историк. Только не пошел по научной части. Переучился на финансового директора.
– Вот как! – Гоша, одетый, как на парад, в черный классический костюм (брюки, слава богу, надеты правильно!), нервно встряхнул кожаным портфелем. – А я не думал, что успею. Экзамен принимал у первого курса. Я еще преподаю…
– И как тебе?.. – Светка явно хотела пошутить про студенточек, но я решила пощадить Гошу – он и теперь, в тридцать два, выглядел чуть получше, чем просто недотепа, и поспешно прервала подругу: – Светуль, у тебя хинкали остынут. Доедай скорее…
– А, ну да! – Подруга с сожалением посмотрела на две одинокие хинкали. – Точно…
Подкалывать и насмехаться исподтишка она очень любила. Разумеется, беззлобно. Чисто чтобы посмеяться.
А тут я лишала ее такой возможности!
Света была хорошей подругой и понимала меня с полуслова. Как и я ее.
– Ты потанцуешь со мной? – вдруг спросил Гоша Свету, застенчиво вцепившись в свой портфельчик. – Я тебя приглашаю.
– О! – Хинкали выскользнула из ее рук. – Конечно!.. Эм. А мы что, будем танцевать?
– Думаю, да. – Гоша оглянулся. – Музыканты скоро должны подойти. Даша обещала живую музыку, да и места много – все поместятся.
– Ну тогда… здорово! – Светка выглядела растерянной. Польщенной и сбитой с толку одновременно.
Гоша кивнул и пошел к столику с парнями – вроде он дружил с кем-то в одиннадцатом классе, когда нас перемешали. То ли со Славой, то ли с Димой. Или с обоими.
– Я ему что, нравлюсь? – Хинкали были забыты, и подруга во все глаза смотрела на меня, пытаясь сообразить, права ли она в своих подозрениях. – Никогда бы не подумала! Он даже на выпускном не подходил ко мне!..
– Набрался смелости за пятнадцать лет, – улыбнулась я. – Гоша хороший парень. Наверное… Сложно сказать – я же с ним не дружу.
– В школе он вел себя достойно. Сносил все насмешки, терпел придирки парней… – сказала Света, морща лоб. – Но я не знаю… может, зря я согласилась танцевать с ним? Это же ГОША!.. Гоша!.. Ну, ты меня понимаешь, да?
Вот она, предвзятость к человеку.
– Да, – кивнула я. – А если отвлечься от того впечатления, которое он на всех произвел тогда, и сосредоточиться на том, что он представляет собой сегодня? Ты согласишься с ним потанцевать?
– С кандидатом наук?.. – Света мялась и смотрела в зал, выискивая взглядом Николашу. Да уж, подойди он к ней с таким предложением, подруга бы не раздумывала и уж точно не сомневалась. – Как я выгляжу, кстати?
– Тебе идет красное платье. – Я налила нам морса. – Только не напивайся. А то тебя понесет.
– Алька! – фыркнула подруга, сразу расслабившись. – Ты знаешь, что на встрече я ни-ни!
– Вижу-вижу, – подмигнула я. – У тебя уже два кавалера на уме. Один потенциальный, второй – реальный.
– Глупости это все! Я мужа люблю, – отозвалась Света, но глаза ее хитро заблестели.
Меж тем бывшие выпускники все прибывали да прибывали. Заходили толпой, компаниями по три-четыре человека. И, заболтавшись с Гошей, мы пропустили нескольких знакомых. Теперь они уже сидели за своими столиками и махали всем присутствующим.
– Попозже подойдем. Сделаем круг почета.
– Если они первыми не подойдут, – поддакнула Светка. Она уже оправилась и дожевывала последнюю хинкали. – Только я твоего Андрея не вижу. Неужели он не придет? В чате отписывался, что стопроцентно будет… Пашу я тоже не вижу. Они придут вместе?..
Единственное, что бесило меня иногда в подруге, так это полное пренебрежение к деликатным личным чувствам. Когда дело касалось парней.
Вот и теперь я же ясно дала понять, что пришла сюда не из-за Андрея. И не из-за Паши!.. Но нет. Светка упорно разглядывает толпу, снующую туда-сюда, и пытается найти моего бывшего.
…Знала бы она, какая броня у меня внутри и как сложно ее пробить – не старалась бы.
Впрочем, я прощала Светке ее слабости, как она прощала мне мои. А именно: «домоседство», «нерасторопность» и «осторожность».
В мой секрет, деликатный и позорный, я свою единственную школьную подругу не посвящала.
– Их нет! – расстроилась Светка. – Уже без четверти семь. Куда дальше опаздывать?!
Я выпила морс и прислушалась к своим ощущениями. Жду ли я их? Не особо. Волнения душевного нет. Предвкушения встречи – тоже. Если только совсем чуть-чуть. Но это как раз объяснимо – мне просто любопытно, как парни изменились со временем. Понять это по их аватаркам в Телеграме было невозможно. Обычное любопытство, которое совершенно не претендует на что-то большее.
– Интересно, придет ли Дина, – ответила я и перевела взгляд на входную дверь.
…А там стоял он.
Сердце сжалось от болезненного воспоминания и превратилось в один маленький комок.
Я не ожидала, что его появление снесет все мои установки. Нарушит спокойствие и ввергнет в то, чего я боялась больше всего – в смятение.
О, я не боялась с ним встречи. И не предвкушала!
Наверное…
Он совсем не изменился. Лишь возмужал и заматерел. Из юноши превратился в солидного и такого притягательного мужчину. Подтянутого, с серьезным умным лицом и этим бесконечным поиском в глазах…
Я следила за тем, как он входит в зал, здоровается с ребятами – а я сама еще не со всеми поздоровалась. Светка со своими хинкали и шампанским словно пригвоздила меня к столу! Как проходит от столика к столику. Не все ему улыбаются – кто-то протягивает руку или машет, кто-то лишь кивает. Андрей никогда не был душой компании, но общался со многими.
Помнится, меня особенно привлекала в нем эта независимость и самодостаточность. Он всегда знал, что не хуже других. А на многих смотрел если не свысока, то уж с тайной усмешкой, будто понимая их слабости.
Квадратный зал, не такой уж большой на самом деле, превратился в безразмерное поле – недосягаемое и не имеющее конца. Время потянулось медленно и сладко, превращая секунды во что-то невероятно томительное…
Андрей должен был дойти и до нашего столика, но… не дошел. Притормозил рядом со своими друзьями. Те протянули ему рюмку коньяка. Послышался смех. Звон стопочек.
Оставалось всего три столика до нас. Три чертовых столика!
– Андрей! – запоздало вскинулась Светка. – Оу! Вот это… Андрей!
Да, он все-таки изменился. Стал шире в плечах, прибавил в весе. Но не сильно. Ему шло. Светло-синяя рубашка, джинсы, черные кроссовки. Он выглядел по-домашнему. Будто пришел не на встречу выпускников, торжественное мероприятие, а к друзьям в бар.
Впрочем, судя по второму тосту, так оно и было. Андрей не рассматривал зал, не искал меня (хотя если он не искал меня эти пятнадцать лет, то с чего бы ему искать сейчас?!), а просто стоял с парнями и глушил коньяк.
А что? Субботний вечер. Выходной… Можно позволить себе расслабиться.
– Он общается с Пашей? Не знаешь? – Светка кивнула официанту. – Давай по бокальчику? Что-то мне немного нервно.
– Почему? – Отвлечься от созерцания своего бывшего и перенестись на подругу было спасением. – Ты была влюблена в Андрея?
– Только если после твоих слов, – ровно сказала подруга, а потом неожиданно усмехнулась: – Паша мне нравился больше.
– Паша?! Ты никогда не говорила об этом… – Новость была и вправду ошеломляющей. Стоило ждать пятнадцать лет, чтобы сказать это! – Ты же сохла по Максиму с соседнего двора! Так убивалась по нему… что он не обращает на тебя внимания… Я же помню. А потом вы один раз ходили в кино – ты сама предложила… Свет, ты никогда не говорила, что тебе нравится Паша!..
– Не говорила, – легко согласилась Светка. – И Макс был отличным решением. Он старше, красивее, первокурсник… В кого еще влюбляться, если не в него?
– Тогда я не понимаю… – покачала головой я.
Вечер откровений. Вечер воспоминаний. Вечер неприятных открытий.
– Зачем мне было сохнуть по Паше, если с ним ничего не светило? – с горечью призналась подруга. – Ведь он был твоим рыцарем.
– Был да сплыл! – отмахнулась я.
Мне стало неудобно, что я виновата в любовных переживаниях подруги (только не Светки! Боже мой, только не Светки! Ее я бы никогда не хотела обидеть), и я принялась тараторить:
– Зря ты все-таки мне не сказала, что он тебе нравится. Я бы свела вас! Да, Свет, не смотри на меня так – я могла бы честно отшить его в очередной раз, и вы были бы вместе. Хотя бы попытались!
Светка рассмеялась громовым голосом. Кажется, она уже опьянела от шампанского и пошла вразнос. Или мы вместе пошли?
– Он был в тебя влюблен с седьмого класса, – подавшись ко мне, прошептала она. Нет, значит, еще не совсем напилась, раз понимает, что разговор деликатный. – Сколько раз ты его посылала?
– Раз пять? – предположила я.
Честно, я не помнила! Паша никогда не занимал много места в моем сердце. Иногда вызывал стыд и чувство неловкости, что я не разделяю его чувств.
– Но он – верный рыцарь и всегда был рядом, – продолжила Светка. – Он бы ни за что не стал со мной встречаться! Ни за что!
– Прости. – Я не знала, как загладить свою вину сейчас. – Я не давала ему обещаний, не обнадеживала и не удерживала его… Не манипулировала его чувствами и не заставляла отказываться от других…
– Да знаю я!.. Все знаю! Ты ангелочек в белом пальто, которому только и нужен был вон тот знойный мужчина!.. Странно, что он все еще не замечает твоего присутствия и даже не подошел поздороваться! – воскликнула Светка с досадой. – Можешь не извиняться. Все я знаю. И тогда все прекрасно понимала… Поэтому и переспала с Максом в тот вечер.
– Что?! – Меня будто окатило холодной водой. Я не ожидала, что подруга могла совершить и утаить от меня такое. – Ты говорила, что первым был твой муж…
– Ага. Первым. – Светка долила себе остатки шампанского, выпила и поднялась с диванчика. – Пойду узнаю, когда уже придут эти чертовы музыканты… Танцевать хочется!