Read the book: «Светлик Тучкин и украденные каникулы»

© Ледерман В. В., текст, 2020

© Громова О. Н., иллюстрации, 2020

© ООО «Издательский дом «КомпасГид», 2020

Глава первая
о том, как раскрывается обман

Обман бывает разный. Обмануть можно кого угодно и как угодно. Можно обмануть так, что никто не обидится. Например, сказать однокласснику Борьке Чеснокову, что завтра вместо рисования будет физкультура. А когда он поверит, посмеяться вместе с ним. Главное, вовремя сообщить, что ты пошутил. Пока он не принёс вместо альбома с красками коньки и не треснул ими тебя по голове. Потом уже поздно будет уверять, что это была просто шутка.

Очень здорово обманывать наоборот. К примеру, у тебя в прописи наконец-то появляется долгожданное «Молодец! Отлично!», а ты приходишь домой с виноватым видом, смотришь в пол и не поднимаешь на родителей глаз. Они, конечно, думают, что у тебя снова всё плохо, и начинают вздыхать, расстраиваться и упрекать тебя. А ты – раз! Пропись им в руки: вот, смотрите! Я вас обманул! И тогда все вздыхают с облегчением, улыбаются и прощают тебя за такой обман.

Можно обмануть, чтобы не обижать. Вот идёшь ты на день рождения к соседке Марусе Зориной, а она вся такая нарядная, в фиолетовом платье с какими-то непонятными кружевными волнами. Она вертится перед тобой и так и эдак: «Тебе нравится моё новое платье?» А ты в девчачьих платьях ничего не понимаешь и фиолетовый цвет вообще ненавидишь. Но разве можно сказать ей правду? Лучше солгать, что платье очень красивое, чтобы у именинницы было хорошее настроение.

Бывает обман случайный. Это когда мама приходит с работы и спрашивает, почему во всей квартире пахнет её любимыми духами. Ты пугаешься, потому что не готов к такому вопросу. Ты и не думал, что мама учует запах, ведь прошло целых полдня. И ты в панике отвечаешь: «Я ничего не знаю! Я их не трогал!» Потом, конечно, всё равно придётся признаться, что тебя оцарапал уличный кот, которого ты ловил вместе с двоюродным братом Родькой. Кот в руки так и не дался, а царапины надо было срочно обработать. Родька сказал, что духи – это всё равно что йод, даже лучше. А тут ещё и пузырёк выскользнул из рук… Тебе обязательно попадёт и за уличного кота, и за духи, и за обман, несмотря на то что как раз обманывать ты и не хотел. Просто так получилось, случайно.

А вот когда ты обманываешь намеренно и готовишься к этому заранее, тогда жди больших неприятностей. Ничего хорошего из этого не выйдет. Правда обязательно выплывет наружу, и ты получишь хорошую взбучку.

– Святослав, как тебе в голову такое пришло? – спросил папа и сел на стул напротив Светлика. А мама, наоборот, вскочила с дивана и принялась в волнении ходить по комнате. Светлик вздохнул. Ну вот, началось. Святослав! Значит, родители очень рассердились, раз называют его полным именем. Когда всё хорошо, его зовут Светликом.

– Это не ему в голову пришло, а наверняка Родиону! – воскликнула мама. – Это же Родион постоянно подбивает его на всякие глупости!

– И ничего не Родиону, – пробурчал Светлик понурившись.

– Скажешь, это ты сам придумал?

– Мы вместе придумали.

– Что, сразу оба? Одновременно?

– Да… Одновременно.

На самом деле родители угадали. Всё придумал Родька. Он вообще был очень изобретательным. В его голову постоянно приходили интересные идеи, до которых Светлик и додуматься бы не смог. Зато маме, в отличие от Светлика, Родькины затеи никогда не нравились. Она называла их «всякими глупостями» и даже «хулиганскими выходками». Но разве можно человека считать хулиганом, если он активно тянется к знаниям? Если он просто любопытный… то есть любознательный? И его неудержимо влечёт ко всяческим экспериментам?

Вот сказала как-то бабушка, что её любимая кружка сделана из небьющегося стекла, а Родька не поверил. Почему он должен верить на слово? Разве бывает небьющееся стекло? Ведь известно – всё, что сделано из стекла, можно разбить. Вдруг бабушка ошибается? Нужно обязательно проверить. И они вместе со Светликом начали проверять. Целых два дня экспериментировали, пока бабушка не видела. Бросали кружку на пол, стучали ею об стены и уже были готовы согласиться, что всё-таки бывает небьющееся стекло… Но увы! Кружка не выдержала столкновения с чугунной ванной и разлетелась на осколки. Все, конечно, подумали, что братья просто так расколотили небьющуюся кружку, из баловства. Никто даже не захотел слушать, что это был научный эксперимент.

Или взять ту осеннюю историю с домашним муравейником. Как он там по-научному называется? А, формикарий! Родькина старшая сестра Ариша рассказывала, что есть такие муравьиные фермы, которые можно держать дома, в стеклянном аквариуме. Только, конечно, без воды, иначе все муравьи утонут. Ариша уже взрослая, она учится аж в третьем классе. И про муравьёв знает много, потому что писала про них целую научную работу. Вот Родька и захотел иметь такой формикарий в своей комнате, чтобы наблюдать за муравьями. И Светлик тоже захотел. Разве не интересно своими глазами увидеть, как муравьи строят жилища, как добывают пищу, и выяснить, впадают ли они в спячку зимой? Но взрослые снова не поняли всей важности Родькиной затеи и отказались покупать муравьиную ферму. Сказали, что не собираются тратить деньги на такую пакость.

Тогда братья нашли во дворе небольшой муравейник, лопатой переложили его в ведро и спрятали дома у Светлика. А потом побежали обедать к бабушке. Семья Светлика и бабушка с дедом жили рядом, а до Родькиного дома надо было ехать на автобусе. Когда и те и другие родители были на работе, за братьями присматривала бабушка. После школы они собирались у неё, а вечером расходились по домам. Вот Родька и решил, что ведро с муравьями постоит до вечера в комнате Светлика, а потом он увезёт его к себе. Но не получилось. А что получилось, даже и вспоминать не хочется! Муравьям вовсе не приглянулась идея стать Родькиной фермой для изучения, и они просто расползлись из ведра по всей квартире. Был грандиозный скандал, братьям здорово влетело от родителей. А мама Светлика так рассердилась, что ещё долго не хотела пускать Родьку на порог своего дома.

Светлик очень переживал, он вообще не мог надолго расставаться с двоюродным братом. А Родька его успокаивал, говорил, что за науку многие страдали. И великих учёных в детстве никогда не понимали родители. Это ему Ариша сказала. А уж она-то точно знает, о чём говорит. Третий класс, как-никак.

Глава вторая,
в которой неразумные поступки приводят к крупным неприятностям

– Ну ладно Родион без головы, это всем давно известно, – возмущённо сказала мама и остановилась перед Светликом. – Но ты! Святослав, как ты мог? Даже представить страшно, чем всё могло закончиться! Вы могли покалечиться!

– Ну мам! Там вовсе не опасно.

– Поехать так далеко! Забраться на самую высокую гору в районе!

– Ну мы же осторожно! Мы на самый верх не лазили, с середины катались, – пытался оправдаться Светлик, но мама его не слушала.

– Вам по семь лет! Вы ещё слишком маленькие, чтобы ходить туда без родителей!

– Не семь, а уже почти восемь. И там много взрослых было, и детей тоже много. Мама! Ну что тут такого? Мы просто с горки покатались.

– Откуда у вас деньги на проезд?

– Мы не на автобусе… Мы пешком шли.

– Пешком?! – мама схватилась за голову. – Три остановки? В такой мороз? О чём вы только думали?

– Мы тепло оделись… Мы же долго кататься собирались…

Мама издала протяжный стон и без сил опустилась на диван. Светлик вздохнул. О чём они думали? О горке и думали. Очень хотелось прокатиться с той самой высоченной горы, которая появлялась каждую зиму в соседнем микрорайоне. Её никто специально не строил, она образовывалась сама, когда снегом заметало крутой склон огромного холма на пустыре. Счастливчики, жившие в соседних многоэтажках, могли хоть каждый день кататься с этой горы. А Родьку со Светликом привезли туда всего однажды, в прошлом году. И скатиться разрешили только три раза, да ещё вместе с папой на одной «ватрушке». Только раздразнили. Этой зимой так и не выбрались на гору: родители постоянно были заняты. А кататься хотелось! И «ватрушка» простаивала без дела у бабушки на балконе. «Ватрушка» – она же специально для снега, она ехать должна, детей на себе возить, а не на балконе пылиться. Зачем тогда вообще зима и зачем снег, если на горку нельзя? Вот Родька и предложил самим туда съездить.

Готовились долго, целую неделю. Всё никак не могли придумать, что сказать родителям. Как отпроситься из дома на весь день? Или хотя бы на полдня? Несколько раз братья вытаскивали «ватрушку» с бабушкиного балкона, возили на ней друг друга по расчищенному тротуару. Чтобы бабушка привыкла, что они всегда так гуляют, и ничего не заподозрила в нужный момент.

А тут вдруг Ольга Витальевна, учительница Светлика, объявила, что в субботу на школьном дворе состоится праздник «Зимние забавы». Первоклассники тоже могут прийти и поучаствовать в весёлых играх. Светлик сразу записался и дома предупредил, что в субботу идёт в школу. Он и в самом деле собирался пойти. Даже не подумал, что это и есть тот самый «нужный момент». А Родька подумал. Правда, в его школе никаких зимних забав не намечалось. Братья учились в первом классе, но в разных школах, каждый – недалеко от своего дома. Родька сказал домашним, что в субботу идёт вместе со Светликом. И даже остался ночевать у бабушки, чтобы утром не ехать к ней на автобусе. Всё равно никто из взрослых не смог бы его привезти: папа работал, мама болела, Ариша училась.

В субботу братья оделись потеплее, взяли «ватрушку» и отправились как будто бы в школу на праздник. Бабушка не пошла их провожать: она уже привыкла, что Светлик ходит в школу самостоятельно. Тем более до школы было рукой подать – пять минут медленным шагом.

Конечно, в школьном дворе Светлик с Родькой так и не появились. Они сразу свернули за дом и пошли к остановке. Уже хотели залезть в автобус, как сообразили, что им нечем оплатить проезд. Родька сказал, что три остановки – это не так уж далеко и вполне можно дойти пешком. К тому же идти надо всё время прямо, не заблудишься. И они решительно пустились в путь.

Братья бодро шагали по тротуару вдоль шоссе, а «ватрушка» скользила за ними на верёвке. Когда надо было согреться, Светлик с Родькой бежали наперегонки или везли друг друга. Зря мама беспокоилась, они нисколько не замёрзли. Когда тянешь за собой тяжеленного Родьку на «ватрушке», никакой мороз не ощущается. Ещё и жарко становится.

Так потихоньку и добрались до места. И резвились там до самого обеда. Карабкались по выдолбленным снежным ступеням и, вереща от восторга, мчались вниз с такой скоростью, что дух захватывало. С самого верха тоже скатились, правда, всего два раза. Уж слишком долго и тяжело оказалось туда забираться. Им было достаточно площадки на середине горы, откуда катались все дети.

Домой братья вернулись красные, взмыленные, с головы до ног облепленные снегом. Бабушка долго ворчала – что же это за странные забавы в школе? Дети превратились в настоящих снеговиков, а их шапки, варежки и даже штаны покрылись ледяной коркой! Поворчала, поворчала, накормила внуков, высушила одежду и вечером отправила их по домам. И всё. Никто ничего не узнал бы, если бы Светлик не потерял шарф. Он даже и не видел, когда тот развязался и сполз с шеи. А мама на следующий день заметила: шарфа нет. К сожалению, мамы всегда всё замечают. Она подумала, что шарф остался где-то на школьном дворе, и в понедельник зашла в школу. Вот тут-то всё и выяснилось. Светлик с Родькой не стали больше изворачиваться и во всём сознались. Разве можно не сознаться, когда мама смотрит на тебя своим особенным взглядом и требует сказать правду?

– Мам, ну правда, ты зря так волнуешься, – заверил Светлик. – С нами же ничего не случилось.

Мама расстроенно покачала головой, поднялась с тяжёлым вздохом и вышла из комнаты. Папа проводил её взглядом, потом пересел со стула на диван.

– Сынок, – сказал он. – Ты вообще понимаешь, что вы сделали?

– Понимаю. Сходили на горку без вас.

– А мне кажется, не понимаешь. Ушли без разрешения – раз, напрасно рисковали – два, всех напугали – три. Но не это самое страшное.

– А что?

– А то, что вы нас обманули. Ты считаешь, это нормально – обманывать своих близких? Да ещё так бессовестно!

– Ну пап! – воскликнул Светлик. – Что же нам было делать? Если бы мы сказали правду, вы бы нас не отпустили!

– Конечно, не отпустили бы, – подтвердил папа.

– Ну вот!

– Ты думаешь, это вас оправдывает? Это веская причина, чтобы обманывать?

– Ну а как мы ещё могли туда попасть?

– Светлик! Вы смотрели нам в глаза и говорили неправду. И знали, что это неправда. Мы вам поверили, а вы нас просто-напросто одурачили, посмеялись над нами.

– Папа, мы вовсе не смеялись!

– Но вы же обрадовались, когда ваш обман удался?

Светлик опустил голову. Конечно, обрадовались, чего уж скрывать? А Родька и в самом деле смеялся. Да ещё хвастался, какой он ловкий и как здорово обвёл всех вокруг пальца.

– Вы нас обидели, – сказал папа. – И нам с мамой теперь очень досадно и неприятно. И горько.

– Как это – горько? – не понял Светлик.

– Невыносимо горько! – папа сделал ударение на слове «невыносимо». – Тебе было когда-нибудь по-настоящему горько?

Светлик задумался и вспомнил, как он однажды откусил сразу половину луковицы на спор. (Конечно, и тут без Родьки не обошлось.) Вот тогда ему было действительно невыносимо горько, даже дыхание остановилось и слёзы выступили.

– Это как будто ешь лук без хлеба? – уточнил он.

– Именно, – кивнул папа. – Считай, что из-за вашего обмана мы все наелись горького лука, да не по одной луковице, а… по десять.

По десять! Вот это да! Светлик представил себе, как все Тучкины сидят за столом и с хрустом поедают сочные белые луковицы. Морщатся, кривятся, плачут от горечи, но всё равно жуют. Светлика даже передёрнуло от такой картины.

– А ты знаешь, что у каждого нехорошего поступка есть неприятные последствия? – спросил папа.

– Знаю, – вздохнул Светлик. – Что, опять Родьку ко мне не пустите?

Папа молча вышел из комнаты и тут же вернулся, держа в руках какие-то красочные открытки.

– Мы с мамой хотели сделать тебе сюрприз, – начал он. – Мы собирались на зимних каникулах всей семьёй съездить в Великий Устюг, в гости к настоящему Деду Морозу. Вот путёвки. Три для нас, а четвёртая для Родика.

– К Деду Морозу? – встрепенулся Светлик. – С Родькой? Это правда?

– Правда в том, что мы теперь никуда не поедем.

Светлик задохнулся и просипел пересохшим от ужаса горлом:

– Как не поедем?! А путёвки?

– Сдадим обратно, – сказал папа. – Пусть их получат дети, которые не обманывают родителей.

Глава третья
о том, где находится дача Деда Мороза и как правильно есть снег

Увидеться с Родькой удалось только в следующее воскресенье, когда обе семьи Тучкиных пришли в гости к бабушке. Родькина мама, тётя Наташа, из-за болезни не ходила на работу, поэтому всю неделю держала Родьку возле себя, чтобы он ещё чего-нибудь не натворил. Светлик же после школы, как всегда, шёл к бабушке и скучал в одиночестве. Без Родьки делать домашние задания было совсем тоскливо.

– Нет, как-то это всё неправильно, – сказал Родька, когда они всё же встретились и отпросились погулять. Правда, для этого пришлось клятвенно пообещать, что они не отойдут от бабушкиного дома ни на шаг.

– Что неправильно? – не понял Светлик.

– Что наши путёвки сдали, – пояснил Родька, прыгая по ступенькам и утаптывая снег на крыльце. – Разве справедливо? Разве мы так сильно виноваты, чтобы к Деду Морозу не ехать?

– Ну мы же всех обманули…

– И что? Подумаешь! Как будто никто никогда не обманывает! Меня вон папа летом так обманул!

– Как?

– Обещал, что мы пойдём на картинг. И велел в пять часов ждать у подъезда. А сам не вернулся, ни в пять, ни в шесть. Пришёл поздно, когда я уже спал!

– А‐а, помню. Это когда у него на работе авария была и он остался там до ночи?

– Ну и что, что авария? Я‐то его ждал! А он обманул.

– Это не считается, – возразил Светлик. – Он же не хотел тебя обманывать. Он и сам не знал, что не придёт. А мы всё придумали заранее. Папа сказал, что им было очень обидно.

– А нам разве не обидно, что мы никуда не едем?

Родька спустился с крыльца и бороздил сапогами заснеженный газон. Потом схватил горсть снега и попытался слепить комок.

– Не, слишком пушистый, в снежки не поиграешь. Жаль! А пойдём за дом в сугробах валяться? Там снега намело полным-полно, я в окно видел.

– Нам нельзя, – напомнил Светлик. – Мы обещали не уходить от дома.

– Мы и не уйдём от дома. Мы просто его обойдём. Дом ведь тот же, только сторона другая.

– Ну, не знаю… Нас потеряют.

– Да как потеряют? У бабушки окна как раз на ту сторону. Пока мы здесь, у подъезда, они нас не видят. А там мы будем прямо перед глазами. Пойдём!

Светлик не мог долго сопротивляться уговорам брата. Они обогнули дом, и перед ними раскинулось настоящее снежное поле, огромное и широкое, без единой тропинки и без единого следа. Казалось, что всё пространство от дома до далёкого шоссе с гудящими машинами укрыли гигантским пушистым одеялом ослепительно белого цвета.

– Ура! Мы на Северном полюсе! – закричал Родька и с разбегу сиганул в сугроб. – Мы идём к избушке Деда Мороза! Двигай за мной!

– Почему на Северном полюсе? – пропыхтел Светлик, утопая по пояс в снегу. Он старался идти по следам брата, но постоянно заваливался в сторону. – Разве Дед Мороз живёт там?

– Конечно, там же вечная зима, – уверенно сказал Родька, останавливаясь, чтобы передохнуть. – Где ему ещё жить? В Африке, что ли?

– А Великий Устюг как же?

– Великий Устюг – это его… дача!

– Дача?

– Ну да. А что тут удивительного? У всех может быть дача, а у Деда Мороза – нет?

– Ну, не знаю… А зачем ему дача?

– Как зачем? Он туда приезжает на Новый год, чтобы встречаться с детьми. Не все же могут добраться до Северного полюса. Там жутко холодно, вечная мерзлота. Разве родители захотят детей морозить? Туда ни один поезд не доедет и самолёт не долетит! Там только на собаках можно проехать. Ну, или на оленях, как Дед Мороз.

– А папа говорил, что Дед Мороз ездит в санях, запряжённых тройкой лошадей, – возразил Светлик.

– Это на даче, в Великом Устюге, он на лошадях ездит, – важно ответил Родька. – А на Северном полюсе – только на оленях. В таких сугробах любая лошадь застрянет.

Подумав немного, Светлик согласился. Почему бы Деду Морозу и в самом деле не жить на Северном полюсе, где можно ездить только на оленях? И почему ему нельзя иметь дачу в Великом Устюге?

Устав бороздить снежную целину, Родька повалился спиной в снег и раскинул руки в стороны.

– Фу-ух! Жарко!

Светлик добрёл до него и упал рядом.

– Ага, и пить хочется!

– Вон снег, пей, – предложил Родька. Он зачерпнул полную пригоршню снега и отправил в рот.

– Снег нельзя есть, – неуверенно проговорил Светлик. – Простудишься.

– А ты сразу не глотай. Подержи во рту, он и согреется.

– Мама говорила, что он грязный.

– Во дворе, может, и грязный. Там все по нему ходят. А здесь он чистый, только что выпал. Свеженький! До него ещё даже никто не дотрагивался. Так что ешь спокойно, – сказал Родька и снова заглотил горсть снега.

Светлик перевернулся на живот и осторожно лизнул рыхлую снежную поверхность. Тысячи ледяных снежинок мгновенно растаяли на языке, превратившись в несколько капель воды.

– Ну как, вкусно? – спросил Родька.

– Ничего так, – ответил Светлик и снова лизнул снег. – Мокро.

– Родик! Светлик! – донёсся до них Аришин крик. – Быстро домой!

Она стояла на углу дома, перед снежной равниной, и сердито махала руками.

– Вас для чего отпустили? Чтобы вы в снегу валялись?

– А для чего же ещё? – пробормотал Родька, поднимаясь на ноги. – Зима всё-таки.

– Вас домой зовут! Сейчас же! – кричала Ариша. – А вы снег едите! Я всё расскажу!

– Вредина, – буркнул Родька.

– И ябеда, – добавил Светлик и тоже встал.

Проваливаясь в глубокий снег и падая, они с трудом побрели обратно, к дому.

– Вы что, правда ели снег? – спросил дядя Женя, Родькин папа, когда Ариша прямо с порога наябедничала на братьев.

– Ну и что? – проворчал Родька. – Он вовсе и не холодный.

– Мы только чистый брали, – пояснил Светлик. – Где ещё никто не ходил. Свеженький.

– Чистый? Свеженький? – переспросил дядя Женя. – А ну-ка не раздевайтесь. Пойдёмте со мной.

– Куда? – в один голос спросили Светлик и Родька.

– Один фокус покажу.

Дядя Женя оделся, взял стеклянную банку, вывел братьев на улицу и уверенным шагом направился за дом. Заинтересованные, Светлик и Родька бросились за ним.

– Где самый чистый снег? Там? – спросил дядя Женя, показывая на снежную поляну. Только теперь она уже смотрелась не такой ровной и гладкой. Середина была обезображена кривыми следами и ямами, оставшимися от исследователей «Северного полюса».

Дядя Женя пробороздил свою дорожку через равнину и набрал в банку самого чистого и нетронутого снега.

– А где фокус? – спросил Светлик.

– Фокус будет дома, – пообещал дядя Женя. – Примерно через полчаса.

Дома банку поставили на подоконник и тут же забыли о ней. Как раз подоспел бабушкин пирог с яблоками, и все принялись пить чай. Потом Родька со Светликом затеяли весёлую игру с беготнёй по всей квартире. А потом братьев усадили смотреть телевизор, чтобы от них отдохнуть.

Про банку со снегом Родька вспомнил только в прихожей, когда все стали собираться домой.

– Пап, ты обещал фокус! – воскликнул он.

– Точно, фокус! – Дядя Женя хлопнул себя по лбу, сходил в комнату и принёс банку. – Ну вот, смотрите, что получилось.

Вместо снега в ней плескалась мутная вода с какими-то хлопьями.

– Тоже мне фокус! – закричал Родька. – Как будто мы не знаем, что снег тает!

– Знаете? Ну тогда нате, пейте, – дядя Женя протянул ему банку.

– Зачем? – сморщился Родька. – Я не буду. Тут грязи полно.

– Но это же ваш чистый снег. Вы его ели, а теперь можете попить.

Братья переглянулись и замотали головами.

– Что, не нравится? Когда снова захотите снега, вспомните вот этот, свеженький, – посоветовал дядя Женя. А вредная Ариша противно захихикала.

– Ужас, да? – прошептал Светлик Родьке, когда они спускались по лестнице. – Какую мы гадость проглотили!

– Кто же знал, что снег такой грязный! – негромко отозвался Родька. – Надо на сосульки переходить, они хотя бы прозрачные. Сразу будет видно, чисто внутри или нет.

Глава четвёртая,
в которой кто-то подозрительно шуршит в конфетной куче

В понедельник братьям увидеться не удалось, а во вторник, ближе к вечеру, Родька неожиданно приехал к Светлику в гости. Он увязался за тётей Наташей, которой нужно было что-то обсудить с мамой и папой. Светлик только что вернулся со школьной ёлки и собирался распаковать свой сладкий новогодний подарок.

– А у нас не будет ёлки, – мрачно объявил Родька, вертя в руках яркую картонную коробку с изображением Деда Мороза. – Нашу школу на карантин закрыли, до самого Нового года.

– Ужас! – посочувствовал ему Светлик. «Ужас», конечно, относился к отмене новогоднего праздника, а никак не к внезапному карантину. Вряд ли Родька печалился о том, что не попадёт в школу до зимних каникул.

– А как же подарок? – спохватился Светлик. – Вам и подарки не дадут?

– Подарки дадут, – успокоил его Родька. – Папа сегодня после работы зайдёт в школу и заберёт. Но ёлки-то не будет! Ты вот на праздник сходил, Аринка на кремлёвскую ёлку поедет… А я в этом году совсем без Деда Мороза останусь.

– На кремлёвскую ёлку?

– Ага. Прямо в Кремлёвский дворец.

– Ух ты! А почему без тебя?

– Так она с классом. Аринкина учительница меня не возьмёт без мамы, я уже спрашивал. А мама не может, она только после болезни на работу вышла. Её никто не отпустит. Вот и получается, что у меня этот Новый год какой-то ненастоящий… Совсем бездедморозный!

– Ну почему? В новогоднюю ночь Дед Мороз всё равно к тебе придёт.

– Прийти-то он придёт. Только как его увидеть? Он хитрый, выбирает время, когда все засыпают.

– А ты не спи, жди его, – предложил Светлик.

– Я уже пробовал на прошлый Новый год, – вздохнул Родька. – Ждал-ждал – и всё равно уснул. И Аринка уснула, и мама с папой. Чудеса какие-то. Никто спать не хотел, все договорились его дождаться. А потом незаметно раз – и уснули. А утром подарки под ёлкой появились. Значит, он приходил… Я вот думаю, что Дед Мороз специально всех усыпляет перед своим приходом.

– Как усыпляет?

– Сонными снежинками. Он сдувает их со своей варежки, они кружатся по комнате, и ты незаметно засыпаешь.

– Если бы снежинки кружились в комнате, ты бы их увидел, – резонно заметил Светлик.

– А они прозрачные и невидимые, – тут же нашёлся Родька.

– Нет, всё равно Дед Мороз не может усыплять, – засомневался Светлик.

– Дед Мороз всё может! Уж если он через запертую дверь проходит, то всех усыпить ему раз плюнуть! А откуда, по-твоему, он узнаёт, кому какие подарки приносить?

– Ну… дети ему письма пишут.

– Я вот не пишу. И Аринка не пишет. А на прошлый Новый год я захотел робота-трансформера с пультом управления, он мне его и принёс. А Аринке микроскоп. Она о таком давно мечтала. Откуда он узнал?

– Не знаю.

– Да потому что он волшебник! Он и так всё знает. Вот ты написал ему хоть одно письмо?

– Нет. Я в прошлом году и писать ещё не умел.

– А подарок получил? Тот самый, который хотел?

– Да. Новый конструктор, гигантский. Мы с тобой из него потом древний город строили.

– Вот видишь!

– Но другие дети ему точно пишут! У него дома целые мешки писем! Я по телевизору видел.

– Ну и пусть пишут, раз им так хочется, – махнул рукой Родька. – А мне и в школе прописей хватает. Ладно, открывай подарок, посмотрим, какие там конфеты.

Братья разодрали нарядную упаковку и высыпали содержимое на кровать. Получилась целая конфетная гора, яркая и разноцветная. Братья принялись было рыться в пёстрой куче, но тут в комнату заглянула мама.

– Уже на сладости напали? Я же просила – после ужина. Бегом на кухню! Все давно за столом. А конфеты оставьте к чаю.

Мама ушла. Светлик с Родькой выбрали по две конфетки и уже направились к двери, как вдруг позади себя услышали громкий шорох. Они остановились и обернулись, как по команде.

– Ты слышал? – понизив голос, спросил Родька.

– Слышал, – кивнул Светлик.

Они замерли и снова прислушались.

– А где шуршало?

– Где-то тут.

Они обвели взглядом комнату. Всё было тихо и спокойно.

– Показалось, – решил Светлик.

– Обоим сразу? – не согласился Родька. – Нет, что-то и правда шуршало. А может, у тебя живёт мышь?

– Какая мышь?

– Обыкновенная, серая.

– Откуда она взялась?

– Прибежала от соседей. И теперь живёт у тебя в комнате, такая крохотная и симпатичная.

– Зачем ей бежать ко мне? Жила и жила бы себе у соседей.

– А они завели кота! – не растерялся Родька. – Вот она и спряталась здесь. У вас же нет кота?

Светлик подумал, что такое вполне может быть. Почему бы соседской мышке не перебраться к нему, спасаясь от кота? Только это вряд ли понравится маме. Мамы ведь не любят, когда в квартире кто-то заводится, да ещё без их разрешения. Даже если этот «кто-то» – всего лишь крохотная и симпатичная мышь.

– Надо срочно рассказать маме, – решил он, но Родька порывисто схватил его за руку.

– Стой! Не надо никому рассказывать! Давай сами её поймаем. Посадим в клетку и будем дрессировать.

– Зачем?

– Как зачем? Не понимаешь? Дрессированная мышь – это же какая польза! Мы её научим…

Родька не успел объяснить, чему собирается научить мышь и какую пользу это может принести её хозяевам. В этот момент снова раздался шорох, и конфетная куча подозрительно зашевелилась. Светлик испуганно отпрянул в сторону, а Родька, напротив, коршуном бросился на кровать и накрыл животом конфеты.

– Поймал! – закричал он. – Она здесь, здесь! В подарке спряталась!

– Раздавишь! – закричал в ответ Светлик и кинулся к нему. – Вставай сейчас же!

– Не могу, – пропыхтел Родька, не двигаясь с места. – Если встану, она убежит.

– А если не встанешь, то и дрессировать будет некого! Подними живот.

Родька немного приподнялся на локтях, и Светлик принялся выгребать из-под него конфеты.

– Осторожнее, не упусти, – командовал Родька. – Сунь руку в кучу и щупай. Лови её за хвост.

– Нет там никого, – ответил Светлик. – Только зря весь мой подарок помял.

– Там она, ищи, – не сдавался Родька. – Мыши – они хитрые. Притаилась в самом низу и ждёт удобного момента, чтобы улизнуть.

– Дети! – крикнул из кухни папа. – Долго вас ждать?

– Уже идём! – громко отозвался Светлик и пихнул Родьку. – Вставай.

Тот скатился с кровати и, стоя на коленях, принялся ворошить помятые конфеты.

– Нету… Куда она делась?

Светлик пожал плечами.

– Может, её и не было?

– Была. Только удрать успела… Ой, смотри! – Родька что-то выхватил из кучи. – Фигурка!

– Шоколадная? – спросил Светлик и протянул руку, но брат не спешил отдавать свою находку.

– Да вроде нет, – Родька повертел пластикового человечка величиной с ладошку и на всякий случай попробовал его на зуб. – Не конфета. Просто игрушка.

– Дай мне!

– Да погоди ты! Я первый нашёл.

– Но ты же нашёл в моём подарке.

– Какая разница, в твоём или в моём? Все подарки одинаковые.

– Раз одинаковые, значит, у тебя человечек тоже есть.

– У меня же дома, а не здесь.

Наконец Светлику удалось взять у Родьки фигурку и как следует рассмотреть. Это был паренёк, один глаз лукаво прищурен, рот застыл в озорной улыбке, руки заложены за спину. Одежда у него была необычной – голубая курточка и короткие, до колен, штанишки, из-под которых виднелись полосатые гетры. А на ногах – грубые коричневые башмаки, слишком большие для такой маленькой ноги. Светлые вихры паренька украшал бордовый колпачок, почти как у гномов.

– Интересно, кто это? – вслух подумал Светлик.

– Какой-нибудь герой из мультика, – уверенно сказал Родька.

– Я что-то такого мультика не помню… Смотри, у него дырка в колпачке, – Светлик поднёс человечка к самым глазам. – Для чего это?

– Что за дырка? – заинтересовался Родька. – Дай-ка посмотреть.

Но выяснить, зачем человечку дырка в колпачке, не удалось. В комнате появилась мама и решительно выставила их за дверь. Пришлось идти на кухню и садиться ужинать вместе со всеми.

Глава пятая,
в которой начинает происходить нечто удивительное

Поздно вечером, когда Светлик уже лежал в постели, позвонил Родька. Телефон у Светлика был, но совсем простой, не то что у Ариши. Этот телефон не мог ни фотографировать, ни показывать мультики, ни играть, а умел только звонить. Мама отдала Светлику свою старую трубку, чтобы он был на связи, когда её нет рядом.

Мама услышала звонок и заглянула в детскую.

– Кто звонит? Родик? Не наговорились за сегодня? Скажи ему, что ты уже спишь.

– Ладно, ладно, я быстро, – пообещал Светлик.

– А в моём подарке нет ничего, – с некоторым разочарованием сказал в трубку Родька. – И в Аринкином нет. Интересно, почему?

– Может, вам случайно не положили? Забыли? – предположил Светлик.

– И Воробьёву не положили, Аринкиному однокласснику. И у Лизки, у подруги, нет. Всем забыли, а тебе одному не забыли, что ли?

– Ну, не знаю. А если такой подарок вообще один был? Сюрприз. Кому достанется.

– И он достался именно тебе? – Голос в трубке звучал обиженно. – А почему не кому-то другому?

Под «кем-то другим» Родька явно подразумевал себя.

– Мы можем вместе играть, – предложил Светлик, чтобы утешить брата. – Какая разница, кому он попался? Кстати, я понял, для чего у него дырка в колпачке.

– Для чего? – тут же заинтересовался Родька.

– Для верёвочки. Можно продеть верёвочку в дырку и повесить…

– Куда повесить?

– Да на ёлку же! – негромко воскликнул Светлик и тихонько засмеялся. – Это не простая игрушка, а ёлочная!

– Ёлочная? Ну вот! – снова обиделся Родька. – Ты теперь повесишь её на свою ёлку, да?

– Не повешу, не бойся, – пообещал Светлик и погладил пальцем лежащего возле подушки человечка. – Пусть он будет наш общий.

Он хотел добавить, что человечек и сейчас рядом с ним, но решил лишний раз не дразнить брата. Хотя, если разобраться, он, Светлик, ни в чём не виноват. Просто ему больше повезло, вот и всё. Именно он оказался тем счастливчиком, кому достался единственный подарок с сюрпризом.

Светлик попрощался с Родькой, положил телефон на стул возле кровати и снова лёг на подушку. И стал думать, как помочь брату. Ведь действительно несправедливо, что Родька в этом году останется без праздника – и на ёлку не попадёт, и Деда Мороза не увидит. Ну и что, что на школьных ёлках Дед Мороз не настоящий, а всего лишь переодетый взрослый? Всё равно здорово – гирлянды огней, весёлая музыка, карнавальные костюмы, сладкие подарки, праздничное настроение! Конечно, настоящего Деда Мороза тоже хотелось бы увидеть… Но вот как это сделать?

У Светлика уже слипались глаза, как вдруг он услышал громкий шорох возле уха. И с ужасом почувствовал, как возле его плеча что-то шевельнулось. Светлик негромко вскрикнул и кубарем скатился на пол. Потом бросился к столу и зажёг настольную лампу. Сердце колотилось как бешеное, ноги дрожали. Он во все глаза смотрел на свою постель и боялся подойти. Что там такое? Показалось, что ли? Сейчас всё тихо и спокойно, и возле подушки ничего нет. Может быть, ему это приснилось? Но ведь он ещё не спал. Разве может что-то присниться, когда не спишь?

Светлик сделал два шага к кровати и остановился в нерешительности. Кто там притаился? Кто забрался в постель и прячется под одеялом? Надо откинуть уголок и посмотреть. А может, это и правда мышь? Та самая серая мышь от соседей, про которую говорил Родька. Ведь кто-то же шуршал сегодня вечером в куче конфет.

– Эй! Кто ты? – дрожащим голосом проговорил Светлик и сделал ещё один шаг к кровати. – Вылезай! Эй, мышь!

– Сам ты мышь! – раздался вдруг тоненький голос. Уголок одеяла зашевелился, и из-под него показался… человечек в голубой курточке и коротких штанишках. Та самая ёлочная игрушка, которую Светлик с Родькой нашли в новогоднем подарке. Но теперь эта игрушка двигалась и разговаривала и была похожа вовсе не на застывшую пластиковую фигурку, а на настоящего маленького человечка. На озорного паренька со светлыми вихрами, в мягком колпачке и больших башмаках, которые непонятно как удерживались на худеньких ножках. Светлик протёр глаза. Нет, всё-таки он спит и видит сон.

Он надавил на свежий синяк, который появился на плече вчера во время игры с одноклассниками. Больно! Разве во сне может быть больно? Значит, не сон. Но как можно наяву разговаривать с ёлочной игрушкой?

– Я что, похож на мышь? – сердито поинтересовался человечек и забрался на подушку. – Разве у меня есть хвост и четыре лапы?

Он вытащил руки из карманов, расставил их в стороны и покружился, показывая себя со всех сторон.

– Ну, посмотри внимательно. Есть?

– Нет, – вынужден был признать Светлик. – Ты не мышь.

– Вообще-то в мышах нет ничего плохого, – смягчился человечек, расхаживая по подушке. – И, если бы я был мышью, я бы так и сказал, что я мышь. Но дело в том, что я вовсе не мышь, а совсем даже наоборот.

Светлик подошёл поближе. Он уже не боялся человечка, ему стало любопытно. Ведь не каждый день находишь такие занятные игрушки.

– Здорово тебя сделали! Ты и двигаешься, и даже разговариваешь, – восхищённо прошептал он. – Ты на батарейках? Или на пульте управления?

– Это ты на пульте управления! А твои мозги на батарейках, – проворчал человечек, продолжая ходить взад-вперёд. На цветной наволочке оставались едва заметные вмятины от его грубых башмаков. – А я просто живой. Понимаешь? Живой! У нас вообще все живые, если хочешь знать.

– Где это – у вас? И кто ты такой? – спросил Светлик.

Человечек встал как вкопанный.

– Кто я?! – воскликнул он. – Ты спрашиваешь, кто я такой?

– Спрашиваю, – подтвердил Светлик. – Я хочу познакомиться. Меня зовут Светлик. А тебя?

– Ты не шутишь? Ты и вправду меня не знаешь?! – изумлённо произнёс человечек.

– Н‐нет… – совсем растерялся Светлик, – не знаю.

– Ну ничего себе! – Человечек брякнулся на подушку навзничь, заложил руки за голову и с досадой проговорил: – Вот так фокус!

– Но ведь и ты меня не знаешь, – попытался оправдаться Светлик.

– А почему я должен тебя знать? – Человечек снова легко вскочил на ноги. – Кто ты такой? Обычный мальчишка, каких миллионы! А меня знают все! И дети, и взрослые. Потому что я… кто?

– Кто?

– Я герой! Знаменитый и прославленный! Умный, смелый и находчивый. Подсказываю: я спас несколько человек и проучил одного громадного негодяя. Ну, соображай, соображай! Догадался?

– Нет пока.

– Это же известная сказка! Ей очень-очень много лет. Ты что, сказок никогда не читал?

– Читал… То есть, конечно, не сам, а с папой… Мы очень много сказок читали, – поспешил заверить Светлик, лихорадочно пытаясь припомнить известную старую сказку, в которой был такой умный и находчивый герой в колпачке, курточке и башмаках. Но, как назло, ничего в голову не приходило. – И мультиков я много смотрел. Но там тебя точно не было, – смущённо добавил Светлик, присаживаясь на краешек кровати.

– Вот, значит, как, – горько усмехнулся человечек. – Выходит, знаменитых сказочных героев уже никто не помнит… И что теперь делать, скажите на милость? Кому я могу довериться? Кто мне поможет? Этот бестолковый мальчишка, который даже не знает, кто я такой?

Человечек рассерженно ткнул маленьким пальцем в сторону Светлика и вдруг мгновенно замер, превратившись в неподвижную фигурку. Дверь открылась, и в комнату заглянула мама.

– Всё ещё болтаешь по телефону? – спросила она.

– Нет, – ответил Светлик, поспешно набрасывая одеяло на игрушку. – Уже давно не болтаю.

– Мне показалось, я слышала твой голос. А что это ты сидишь? И почему горит настольная лампа? – удивилась мама.

– Это я… простыню поправлял, – сказал Светлик и нырнул на своё место, натянув одеяло до подбородка.

– Простыню? Давай помогу.

– Нет, не нужно. Всё уже нормально.

– Ладно, спи. Спокойной ночи.

Мама потушила лампу и вышла. Светлик нащупал возле себя неподвижную пластиковую фигурку и крепко сжал в руке.

Глава шестая,
в которой выясняется, что Новый год и зимние каникулы в опасности

Как только за мамой закрылась дверь, человечек вновь зашевелился. Светлик знал, что он только притворяется игрушкой, но всё равно вздрогнул от неожиданности и разжал руку.

– Ты это из-за мамы… ну, опять застыл? – шёпотом спросил он, садясь в постели. – Ты испугался, что она тебя увидит?

– Очень мне нужно её пугаться! – фыркнул человечек, карабкаясь на подушку. – Просто я не могу показываться взрослым.

– Почему не можешь?

– Да потому что они взрослые. Они уже всё забыли и хотят жить спокойно. Им не нужны сказки, не нужны чудеса. Они их боятся.

– А я не боюсь, – поспешил заверить Светлик. – Я люблю сказки… и чудеса тоже люблю.

– Ага, любишь! А меня не узнал! – укоризненно произнёс человечек.

Без лампы в комнате стало совсем темно, и Светлик едва различал его силуэт. Как вообще можно разговаривать в таких условиях и тем более кого-то узнавать? Светлик подошёл к окну и отдёрнул штору. Теперь свет уличного фонаря падал на край постели и маленькую фигурку на подушке.

– Ну ладно, – ворчливо сказал человечек, меряя шагами наволочку. – Так и быть, скажу, раз ты такой недогадливый.

Он остановился, снял с головы колпачок и, поклонившись, торжественно объявил:

– Позволь представиться: я – Мальчик-с-пальчик!

– Да? – удивился Светлик.

Он, конечно, что-то слышал о Мальчике-с-пальчике (кажется, они с папой читали такую сказку, только очень давно), но совершенно не представлял, как он выглядит.

– «Да?», – передразнил человечек, натягивая колпачок на голову. – «Да?» и больше ничего?! Разве говорят просто «да?», когда знакомятся с известным героем? Разве ты не должен поклониться в ответ и сказать, что тебе очень приятно? И что ты просто счастлив встретиться с таким ловким, хитрым и находчивым персонажем, который, между прочим, одолел могучего Людоеда! Вот и показывайся после этого человеческим детям!

– Да что ты, мне приятно, – заторопился Светлик. Он испугался, что человечек совсем обидится и снова превратится в неподвижную игрушку. – Конечно, я очень рад. Теперь я и сам вижу, что ты – самый настоящий герой, сильный и отважный.

– Всё правильно. Сильный и отважный. Вот ты бы мог одолеть Людоеда?

– Да что ты! Я даже Борьку Чеснокова не могу одолеть. Он всегда меня побеждает, когда мы на перемене боремся. А он совсем не такой могучий, как твой Людоед.

– А кто такой Борька Чесноков?

– Это мой одноклассник. Мы вместе сидим за партой в школе.

– Вот надо было к Борьке Чеснокову в подарок попасть, – заметил Мальчик-с-пальчик, обиженно скрестив руки на груди. – Может, он не такой неуч, как ты? И сразу бы меня узнал?

– Нет! – шёпотом вскричал Светлик, оглядываясь на дверь. – Не надо к Борьке! Он бы тебя точно не узнал, он книжек вообще не читает. И читать-то до сих пор не умеет. Это очень хорошо, что тебя положили в мой подарок! А сколько всего таких подарков с сюрпризом?

– Никто меня никуда не клал! И никаких подарков с сюрпризом нет. Я вообще здесь случайно.

– Случайно?

– Вот именно. Мне сейчас нужно быть совсем в другом месте, а я здесь попусту теряю с тобой время. Может случиться большая беда, а ты никак не хочешь мне помочь. – Мальчик-с-пальчик невесело махнул рукой и уселся на подушку.

– Не хочу? – растерялся Светлик. – Я очень хочу тебе помочь! А как? Какая у тебя беда?

– Беда не у меня, мой человеческий друг, – вздохнул человечек. – Беда у вас.

– У нас?

– У вас, у взрослых и детей, которые любят Новый год. Вот ты его любишь?

– Конечно, люблю! – воскликнул Светлик, даже чересчур громко. Просто он очень удивился. Как вообще можно спрашивать такое? Неужели найдётся хоть один человек, который не любит Новый год?

– А за что?

– За… всё! За Деда Мороза, за ёлку, за подарки… Мы очень-очень ждём Нового года! Я даже дни считаю в календаре.

– Напрасно. Можешь не считать. Новый год не наступит.

– Как?! Почему?

– Потому что я здесь! У тебя дома, вот на этой подушке. – Человечек снова вскочил на ноги и даже подпрыгнул на месте. – А должен быть на главной ёлке страны. Понятно тебе?

– Ты… с той самой ёлки? – заворожённо прошептал Светлик. – Из Кремлёвского дворца?

– Да нет, не из дворца. Говорю же – с главной! С той, которая на Красной площади. А вот теперь скажи, какое расстояние от твоей подушки до Красной площади?

– Н‐не знаю.

– Так знай: огромное! Даже если я прямо сейчас отправлюсь в путь, я не успею оказаться там вовремя. Я не займу своё место на ёлке, и праздника не будет. Новогодняя ночь не наступит, Дед Мороз ни к кому не придёт, и миллионы детей останутся без подарков.

– А зимние каникулы?

– Их тоже не будет. Все школьники будут учиться и учиться без остановки. И зима никогда не закончится. Представляешь, какой кошмар?

Светлик содрогнулся. Учиться совсем без каникул? Действительно, катастрофа.

– Но почему? – спросил он. – Кто заметит, что тебя там нет? Ведь на главной ёлке, наверное, очень много игрушек!

– Конечно, много. Там все наши, герои самых известных сказок со всего мира – и Буратино, и Карлсон, и Винни-Пух, и многие-многие другие. Но нужно, чтобы были все. Все! И я должен оказаться на своём месте, между Белоснежкой и Красной Шапочкой, чуть ниже Карлика Носа и выше Кота в сапогах! Если все игрушки главной ёлки не соберутся вместе, Новый год не придёт! Ясно?

Светлик почесал макушку. Ну да, и в самом деле понятно. Если в конструкторе, например, не хватает одной детали, ни за что не построишь целую вещь. Они так с папой модель военного корабля собирали. И никак не могли собрать. Корабль до сих пор лежит разобранный в шкафу. А всё из-за маленькой детали, которая так и не нашлась. Без неё ничего не получилось! И Мальчик-с-пальчик – точно такая же деталь волшебной ёлки. Без него всё пойдёт наперекосяк и дети останутся без Нового года. И самое ужасное – без каникул.

– Но как ты оказался здесь? Так далеко от Москвы! – воскликнул Светлик и, зажав рот, снова оглянулся на дверь.

– Меня украли, – мрачно заявил Мальчик-с-пальчик. – Прямо с ёлки.

– Украли? Кто? Враги Деда Мороза? – Светлик даже задохнулся от ужаса. – Чтобы сорвать Новый год?

– Да нет… – покачал головой Мальчик-с-пальчик. – Не враги. Балбес какой-то. Просто снял меня с ветки и сунул в карман. Он не хотел срывать Новый год. Он же не знал, что всё так серьёзно.

– А почему он взял именно тебя, а не… Кота в сапогах, например? – спросил Светлик. – Или не Карлсона?

– А что тут удивительного? – вдруг снова обиделся человечек. – Может, я ему понравился больше? А может, я вообще его самый любимый герой? Ты думаешь, если не узнал меня, то я не могу быть чьим-то любимым героем?

– Конечно, можешь, – поспешил согласиться Светлик. – А как ты оказался в моём подарке?

– О, это целая история! Ты правда хочешь услышать о моих приключениях? Честно-честно?

Светлик с готовностью кивнул.

– Ну ладно, так и быть, – довольным голосом произнёс Мальчик-с-пальчик. – Тогда слушай.