Go to audiobook
Русалка по имени Жанна. Вот, как стюардесса, только русалка, на удивление не обитала в огромном аквариуме, наоборот, она восседала на диване, вся в окружении мягких подушек, закинув ноги (ага, ноги, я не ошиблась) на стоящий рядышком пуфик. В одной руке она держала надкусанное яблоко, а в другой маленький томик с любовными стихами. Почему любовными? Да, блин, другие ей по образу ну никак не подходили. А образ у нее был весьма и весьма романтический. Эдакая средневековая красавица с длинными волнистыми белокурыми волосами, которые обрамляли ее загорелое миловидное личико. Русалка с загаром. Хм… Видимо, кто-то любит полежать на теплом солнышке среди скалистых волн. Ну, как вариант.
Адриана обогнула диван и встала перед водной нимфой.
– Жанна Русаловна, отвлекитесь от своего увлекательного чтива и обратите внимание на нашего нового члена команды, – и она показала на меня. Жанна бросила на меня свой томный взгляд и промурлыкала:
– Приветствую, вампир! Прошу, не пускайте на меня слюни, я не вкусная. – И тут она засмеялась. От этого смеха у меня волосы поднялись дыбом. Даже в тех местах, где их давно уже не было. Жутковатая барышня. Я решила ответить ей в своем репертуаре.
– Ой, больно надо. Я если захочу суши – я их закажу.
Жанна убрала томность из глаз и смотрела на меня уже с интересом:
– Любишь поерничать? Прекрасно! Еще одна язвительная сука, – она многозначительно посмотрела на моего рыжеволосого эмпата. Та, в свою очередь и бровью не повела. – Инга, да, или как тебя там, пойми, мы тут уже давно варимся в этом болоте, нам не нужна еще одна королева сарказма.
– А я не королева, я Богиня, заруби себе на носу.
Если сначала я приняла русалку за кисейную барышню, то теперь передо мной раскрылась совсем другая сущность: сильная и беспощадная. Захоти она меня изничтожить, уже бы попыталась. Не факт, что, конечно, у нее это получилось, но попытки никто не отменял. К моему удивлению, она не стала продолжать словесно мериться со мной силой, а просто откинулась на подушки и вернулась к чтению. Я тоже не стала плеваться ядом.
Я перевела взгляд на Адриану, она пожала плечами, мол, ну вот такая вот неоднозначная личность. Ладно… Опять же, моим тараканам не пить на брудершафт с тараканами всех этих интересных личностей.
Я потом спросила свою провожатую о том, где, собственно говоря, хвост русалочий, на это мне Адриана ответила, чтоб я поменьше читала сказки и смотрела фильмы. Ну нет, у сирен или русалок хвостов, это просто люди их такими выдумывают. Я, честно говоря, скептически отнеслась к такому ответу, но не мне, без году недельному вампиру судить о наличии тех или иных особенностей у сверхъестественных существ. Я сама, вон, не в замке средневековом по статусу мне положенному нахожусь. И не ношу черный плащ с подкладкой из красного бархата.
Итак, я познакомилась с четырьмя сотрудниками организации по борьбе с монстрами, не считая самого главного, Шо. Остался пятый на очереди. С ним-то меня эмпатка не рвалась знакомить, и вот это было ой как подозрительно. Последним в списке шел тигр-оборотень. Мне жуть как интересно было узнать, что же это за диковинная зверушка. И почему Адри, я устала называть ее полным именем, поэтому самопроизвольно сократила его (та лишь морщилась, когда я его произносила, но и не протестовала особо), пыталась всячески меня отвлечь от встречи с хвостатым-полосатым. Ну почему, блин? Почему? Я люблю кошек, они милые. Адри аж поперхнулась, когда я это вслух сказала.
– Нет, Инга, в Тине нет ничего милого. Его не просто так называют тигром-людоедом. Не по глупости людской, и не по незнанию. Он реально убивал и поедал людей.
– Мммм… – протянула я, – бедные человеки, наверное, им было так больно?
– Во-первых, люди, попавшие в лапы оборотня-людоеда, испытывали дичайший ужас, а потом наступала незамедлительная смерть. Там было уже не до боли. И, во-вторых, прекращай уже издеваться. Ну реально, бесишь же.
Я подняла руки в извиняющемся и сдающемся жесте, мол, окей, твоя взяла, больше не буду. Ага, держи карман шире. Буду, еще как буду. Но пока попридержу коней. Не буду ссориться с единственной «подругой» в этом лагере сопротивления. Кстати, названия у организации не было, просто организация. Мои предложения хоть как-то себя обозначить не принимались в расчет. Я ведь уже и лозунгов парочку придумала, и девиз компании тоже уже теплился в ожидании излиться на бумаге. Но нет, видите ли, это все несерьезно. Бу-бу-бу… Какие все злые и «сурьёзные» дяди и тети. Мои издевательства типа «лагерь сопротивления», «компания по борьбе с сверхъестественными вредителями», «битва за доброе, вечное, светлое» были пропущены мимо ушей. Шо и Степан по-доброму посмеивались, считая меня нерадивым дитятей с кучей силы и с гулькой мозгов, Адри и Жанна закатывали глаза, Макс вообще не реагировал, а вот что думает последний, тигр, меня дико интриговало. Что ж там за зверюга-то клыкастая? Но больше всего мне хотелось знать, сможет ли он мен одолеть. Нынешнюю меня. Оставалась бы я человеком, вряд ли желала оказаться в подобном месте.
Всю ночь я провела в обществе эмпата Адрианы и русалки Жанны, хотя последняя вообще никак не отсвечивала в нашем разговоре о личном, о девичьем, лишь то и дело фыркала из-под томика все с теми же неизменными стихами. Мы сидели в главной гостиной, и Адриана показывала мне снимки существ, о существовании которых даже в книжках-то толком не было написано, а тут аж целые фотки, да еще и в цвете.
– Фотошоп, или Искусственный интеллект. – Подытожила я.
– Хренект, – вернула мне Адри, – ты сама вампир, а не хочешь верить в то, что мир населяют и другие твари.
– Ну, вампиры, оборотни, демоны, русалки – тут я сделала жест рукой в сторону Жанны, та никак не отреагировала, хм, как предсказуемо. – Все эти ребята хорошо разрекламированы. О них из каждого подключенному к интернету утюга сочиняют истории, клепают многочисленные фильмы, сочиняют детишкам на ночь страшилки. Тут все понятно, у них хорошая пиар-кампания, которая заботится о своих клиентах, делая их все более и более продаваемыми, лишь бы «пипл хавал», как говорили в девяностых.
– Да что ты знаешь о девяностых, дитя необразованное, – тут неожиданно встрепенулась русалка. – Что ты знаешь?
– Батюшки святы, Жанна! Чего это тебя так плющить начало, как только я тему лихих девяностых затронула? У тебя тогда бизнес что ли отжали, али любовничка твоего бандиты или полицмейстеры зацапали?
– Фу, какая ж ты все-таки дикая, да безмозглая. А еще могущественное существо называется. Стэндап на минималках, вот кто ты. – Сирена вновь окунулась в чтение.
– Чего это с ней? Я потянула за ее русалочий триггер? – Шепотом спросила я у Адри.
– Не шепчи, у нас тут у всех отличный слух, нюх и зрение. Это раз. Жанна, если захочет, сама расскажет. Это два. – Сказала, как отрезала.
– Адри, а ты замечаешь, что ты все время своим высказываниям ведешь счет, правда, останавливаешься на двух. Все жду, когда будет три или четыре. – Ответом на мою реплику послужил испепеляющий взгляд зеленых эмпатских глаз. Ой-ой, как страшно.
Я почувствовала начало нового дня, и это была одна из моих вампирских особенностей, причём из базовых настроек. Ведь вампиры уходят на покой с рассветом, а восстают с закатом. Но так как мне солнышко было не страшно, я могла находиться в бодром здравии круглые сутки, однако, смену дня и ночи ощущала отчётливо. Адриана варила себе кофе, Жанна куда-то свалила, видимо на «передержку» своей русалочьей сути. Степан, домовой, хозяйничал где-то в другом месте, понятия не имею где, Макс, технарь и маг электричества, сидел безвылазно в своём аналитическом кабинете. Шо, вот вообще непонятно, он то вдруг появлялся из ниоткуда, то также и исчезал. В этот момент его рядом не было. Мне было скучно, и я стала бродить по дому, изучая его стены, полы, мебель, комнаты. Все, что окружало меня, никак не сопоставлялось с тем, кто обитал в этих стенах, и каковы их реальные мотивы.
Бродя по длинному, кажущемся бесконечным, коридору я наткнулась на лестницу, ведущую в подвал, ну по крайней мере, мне так показалось. В принципе, ну куда ещё может вести лестница в доме, если не в подвал?
Что у них там, интересно? Не закрутки же ребята там держат.
Вдруг до моих нежных ушек дошёл странный шум, исходящий как раз-таки из подвала. Ну, была не была, я туда, товарищи. Мне туда надо. Я спустилась вниз и увидела широкую стальную дверь. Взялась за ручку и повернула ее. Дверь с глухим щелчком отворилась и моему взору предстала удивительная картина. Нет, это был не погреб с соленьями, да вареньями. Я оказалась в хорошо освещённом помещении размером с небольшое футбольное поле, сплошь и рядом заставленным фитнес-инвентарем. Ага, значит, спортзал. Ну круто, круто. Здесь мне делать нечего. Со спортом я была не то, что на Вы, а больше по имени-отчеству.
Хотела было уже повернуть обратно, но вниманием моим снова завладел методичный шум в самом конце зала. Я внимательно посмотрела туда и увидела мужчину, который двигался очень быстро и в то же время очень плавно, выбрасывая руки со жатыми кулаками вперёд-назад, имитируя боксерский поединок. Зрелище было что надо. Нет, мне вовсе не нравилось смотреть на то, как на ринге спортсмены избивают друг друга, драйва я не ощущала. Меня привлекало другое, затрагивающее струны моей женской души. Тело. Тело этого мужчины было создано самим дьяволом, настолько он был хорош. Ни грамма жира, сплошь тугие мышцы и жилы. Движения его были резкими, быстрыми и человеческому глазу незаметными. Но так как я вампир, я смогла углядеть все в мельчайших подробностях. Глаза мои были довольны. Мозг расплавлялся от прилива серотонина, женские гормоны вдруг подняли голову в вопросе: Мать, чего стоим? Почему этот Аполлон ещё не на тебе?
Я настолько погрузилась в свои сексуальные фантазии, как не заметила, подкравшуюся ко мне эмпатку:
– Эй, ты что это делаешь? – Спросила Адриана.
– Эм… – хлюпнула я слюной, – ничего, кубики вон, считаю…
– Тину не нравится, когда на него пялятся.
– Ну блин, не фиг было тогда так раскачиваться. Он же… он… о, боги мира, скажи, что он не гей, только не это. Я не переживу…
Злобное рычание разнеслось по всему залу. Мужчина перестал колотить грушу, а стал смотреть на меня в упор. А из груди клокотал яростный рык зверя. Мое игривое настроение резко ушло в подполье, наружу выполз вампир, очень злой и голодный вампир. Я начала рычать в ответ. Глаза мои заволокло тьмой. Когти удлинились. Я не успела удивиться разительной перемене в моем настроении.
Мы, не сговариваясь, бросились друг на друга. И нет, не как в фильмах для взрослых, где в конце они друг друга любят и женятся. Вообще ни разу. Это был боевик. Мы сцепились в клубок из рук и ног, когтей и клыков, пытаясь разорвать друг другу глотки. Оборотень целился вырвать горло, вампир пытался добраться до его пышущего жизнью сердца.
Тут, время остановилось, будто кто-то нажал на кнопку «стоп» на пульте управления. Сквозь пелену ярости я услышала ласкающий душу звук, а потом и слова, следующие за ним:
Пеплом красным станет лёд
Ночь исчезла, день придёт
Дым погаснет без следа
Станет зеркалом вода
Невидимая рука разбросала нас по спортивному залу словно котят. Я и оборотень лежали, придавленные все той же невидимой рукой, пытаясь отдышаться. Снова лезть в драку желания не было. Яростное наваждение ушло так же быстро, как и пришло. Я расслабилась и, к моему удовольствию, начала чувствовать все свои конечности и даже голос прорезался:
– И что в вас, сиренах, бедные моряки находили привлекательным. Вы же голосом не привлекаете, а бьете наповал.
– Я могу и привлечь, и убить, главное правильно выбрать тональность и слова. – Жанна встала между посередине зала, как встает обычно рефери на ринге. – Успокоились? Нет больше желания разорвать друг друга? – Она вопросительно посмотрела сначала на меня, потом на оборотня.
– Я побеждал. Не надо было вмешиваться. – Оборотень поднялся с пола, уставился на русалку с таким высокомерным видом. Ах, хорош, мерзавец. – И к тому же, эта кровососка первая начала. Она обозвала меня геем. – А как он симпатично поднял правую бровку. Ну все, кажется, я влюбилась. Жаль, что придется высосать его досуха.
– А неважно, кто первый начал. Я закончила. Мы все здесь ратуем за правое дело, мы должны быть за одно. А вы тут яйцами мериться вздумали.
Жанна из томной чахоточной дамочки превратилась в завуча по воспитательной работе в младшей школе номер восемь. Вот это поворот. А Адри тихонечко так стоит в сторонке, поглядывает с интересом, то на меня, то на тигра-оборотня, то на русалку. То же мне зритель нашелся, ей бы еще кресло поудобней, да попкорн послаще.
– Шо созывает общий сбор. Наш давний враг вновь объявился на радарах.
Жанна двинулась к выходу из зала, я пошла за ней, а когда поравнялась с Тином, прошептала:
– Мериться незачем. У меня больше и точка.
Мужчина вновь попытался вызвериться на меня, но Адриана быстренько подскочила и переключила его внимание на себя. Я почувствовала, как она тихонечко отправляет ему волны умиротворения, а он, хоть и понимал, что происходит, не сопротивлялся. Так, не поняла, они вместе? Надо будет спросить, но не у Адри, спрошу у Жанны. Она мне что-то стала нравиться все больше и больше.
Шо собрал нас не в общем зале, не в том, куда в первый раз привела Адриана. Вместо этого мы всем скопом забились в крошечную каморку аналитического отдела, где правил бал Макс. Из каждого угла слышалось попискивание различной аппаратуры и мигание различных светодиодных лампочек, отвечающих за тот или иной девайс. Сам хакер сидел за большим полукруглым столом. Хаотично нажимая на кнопки клавиатуры. Я была далека от знания технической тематики. Для меня все, что было связано с компьютерами – непроходимый темный лес. И как здорово, что в нашей команде нашелся человек, ведающий всем этим.
Мы все смотрели на многочисленные экраны, развешанные на стене, на которых были изображения моего старого нацистского товарища – Генриха. Я тихонечко зарычала на его фото.
– Старый знакомец, кровососка? – рыкнул в меня оборотень. – Небось, соскучилась.
– Ребят, есть у кого мячик с мятой или там заводная мышка? А то кошак нарывается.
– Хватит собачиться, – раздался голос Жанны. Она стояла рядом с технарем и изучала какие-то данные на небольшом планшете.
– Скорее уж кошатится. – хихикнула Адриана. Я стала хихикать вместе с ней.
– Может, покинете помещение и просмеетесь там? – Тин скрестил руки на груди и облокотился на стену. Всем своим видом он показывал, что хотел бы оказаться далеко отсюда.
– А может, пойдёшь в лоточке покопаешься? – ввернула я ответочку.
Тин подался в мою сторону, но тут нас снова прервали:
Дети, какие же вы все дети! – это был Шо. Он опять появился неожиданно, словно вырос из-под земли. – Личные баталии оставьте на потом. Сейчас надо понять, кого или что ищет древний Вампир.
– Понятно же, что ищет он ее! – Тин обвинительным жестом указал на меня. – Используем ее в качестве наживки и убьём двух Зайцев одним выстрелом.
– Тин… – Адриана укоризненно покачала головой.
– Ребят… – попытался вклиниться Макс.
– Нет, а что такого? Это вампир, живой мертвец, нечего ей делать в нашей команде. Отдадим ее кровососам и делу конец.
– Только если вместе с тобой в виде тигриной шубы, тогда я согласна.
Мы снова начали рычать. Наши глаза сверкали тигриной яростью и вампирской чернотой в отражении работающих экранов, от чего ситуация казалась еще более зловещей.
– Ребята!
– Что?!! – заорали мы на Макса, не отводя глаз друг от друга.
– Ребят, древний вампир, известный нам под именем Генрих, ищет вот этих вот существ.
Маг всея электричества нажал на несколько кнопок на клавиатуре и перед нами высветились три фотографии самых отвратительных существ в мире. Я даже и представить себе не могла, что такое уродство может населять нашу планету. Если бы я могла, то выплеснула содержимое своего желудка прямо там в комнате. Но в моем желудке было пусто.
– Фуууу… – протянули мы с оборотнем одновременно и тут же злобно сверкнули клыками.
Надо же, у нас наметился некий прогресс в налаживании контакта.
– Перед вами представлены самые мерзкие твари нашей планеты. Их действия и так называемые подвиги настолько отвратительны, что нам всем стоит оставить междоусобные распри и полностью сконцентрироваться на их устранение. На экранах вы видите их истинное обличье, среди людей же вы их так сразу и не рассекретите. Они натягивают на себя личину обычного человека, и только их аура может подсказать некоторым сознательным гражданам, что перед ними чудовища. Итак, по порядку, – Шо попросил Макса вывести на большой экран первое в ряду фото.
– Это Грунь. Он обожает пытать и калечить маленьких детей, забирая их невинность, их не покалеченную взрослым миром душу. С каждой пожранной детской душой у него появляется гниющий на теле нарост. Как вы можете видеть, тварь полностью отмечена такими наростами. Мы уже несколько столетий убираем этот мусор с улиц городов и стран, а он, словно – воплощение своего же собственного нароста, все появляется и набухает, появляется и набухает. – Шо вздохнул и кивнул Максу, тот кликнул и обозначилось другое фото.
– Здесь вы видите Апрокса. Ещё одна гадость, стоящая на очереди на уничтожение. Апрокс у нас любитель истязать влюблённые парочки. Он специально выискивает людей, находящихся в конфетно-букетном периоде, и заставляет их убивать друг друга. Он каким-то образом влияет на их эмоциональную привязанность друг к другу, извращая ее, поворачивая в обратную сторону. После того, как дело сделано, любовь повержена, а монстр напитался, баланс между нашим миром и миром теней, миром всех монстров, рушится, границы истончаются, а в наш мир проникает ещё большее количество всевозможных тварей.
– Далее и последняя в нашем списке целей является Дама. Нет, Инга, не Пиковая, ну что за детский сад. – Начальник с укором посмотрел на меня.
Я толком сказать-то не успела, как Шо меня отбрил. А сказать я хотела именно про пиковую даму. Неужели теряю свою саркастическую хватку, неужели меня так просто считать. Я тихонечко ушла вглубь своего сознания и прошерстить границы кокона. Нет, бреши нигде нет, все на месте. Видимо, Шо не в первый раз знаком с издёвками и ироничными ремарками своих сотрудников. Я, так сказать, вообще не впечатляю своим искрометным юмором. А может, ему уже столько лет, что он изучил всех людей от и до. Вот в это я больше поверю.
– Ревизию провела? Все на месте? Могу продолжить? – Шо устало смотрел поверх моей головы, но я знала, что он обращается именно ко мне.
– Да, да, да… продолжайте, шеф, босс, насяйника… – да что же язык-то свой не прикушу никак!
– Уважения побольше! – рявкнул Тин-оборотень.
– Ой, ты ещё здесь? Я думала ушёл углы в доме метить.
Тигр фыркнул и отвернулся. Шо протянул Адриане планшеты, которые та раздала всем нам, и продолжил:
– Дама, как я начал рассказывать, самая опасная из всей этой шайки. Она смертоносна, незаметна и неуловима. На фото вы видите ее последний замеченный нами облик. А так она их меняет, как перчатки. Также она меняет и мужчин. Причём свои перчатки она делает как раз из человеческих самцов. Внутренности же выбрасывает. Ей нужна только кожа. Вот такой вот фетиш у дамочки.
– Детские травмы, не иначе. – Снова подала я голос, – вот ее я предлагаю ловить на живца. – Я кивнула в сторону оборотня. – Что-то мне подсказывает, что меховых перчаток у кожаной фрау ещё не было.
– Вот здесь я с тобой соглашусь, Инга. – Шо вдруг повернулся и встретился с изумлёнными взглядами коллег. – Ловить мы будем Даму при помощи маскулинности нашего Тина. Он ей понравится сразу.
– Ну разумеется, понравится. Кому не понравятся тепленькие варежки из тигриной шкуры, в голову можно повесить на стену, аккурат над камином. Безотходное, так сказать, производство.
– О, господи, да ты вообще когда-нибудь затыкаешься? Для тебя все это шутка что ли? – Тин неожиданно оказался передо мной, так, что мне пришлось задрать голову, чтобы встретиться с ним зрачками. Ростом он был с башню. Чуть ниже Степана на пару этажей, но все же гораздо выше меня.
– Кисуль, если все принимать так близко к сердцу, то можно быстро состариться. И сдохнуть от психического расстройства. Или в моем случае не сдохнуть, а пойти крошить людскими жизнями направо и налево. Сарказм – моя естественная защита от всего этого дерьма. И да, я пока не совсем умею убирать эмоции, как делают это другие вампиры, и смогу ли я вообще этому научиться, ведь, как выяснилось, я не совсем обычный вамп, есть некоторая изюминка в моем существе. Юмор мне помогает справиться со всем, что сейчас твориться вокруг меня. И ты, блин, не мой пастор, чтобы попрекать меня в чём-либо. Ты сам-то как оказался среди защитников человечества? А?
Я распалилась, в груди клокотал настоящий гнев от обиды и злости. Руки я сжала в кулаки, когти впились в кожу, разрывая ее. Закапала кровь. Моя кровь. Тигр посмотрел на мои руки и все понял. Я не хотела драться, наоборот, я сдерживала себя, причиняя себе боль, не давая поглотить себя ярости. Оборотень сделал шаг назад, выходя из моего личного пространства. Больше он на меня не обращал внимания. Ууу… сейчас мы мерились далеко не яйцами, скорее своими детскими травмами.
Шо закончил краткий экскурс по нашим предполагаемым целям и снова исчез, растворившись в воздухе. Нам всем ничего не оставалось делать, как разбрестись по своим норам и продолжить более детальное изучение монстров, которых нам надо было захватить. Или устранить вовсе. Как пойдёт. В моем сценарии вообще не было «или».