Read the book: «Pole Dance. Мои танцы на шесте и восторженные поклонники»

Гравитация чувств

Глава первая. Магнезия и холодный хром

Я висела вниз головой, чувствуя, как кровь приливает к лицу, а мышцы пресса горят адским огнём. Холодный хромированный шест диаметром в сорок пять миллиметров был моей единственной опорой. Вокруг не было ничего, кроме пустоты зала и зеркал, отражающих моё тело, изогнутое в невозможной, с точки зрения обывателя, дуге.

Мне было двадцать четыре года, и последние пять лет моей жизни принадлежали пилону.

Pole dance — это не то, о чём думают люди, никогда не державшие в руках этот холодный металл. Для них это танцы в стриптиз-клубах, перья, блёстки и дешёвый парфюм. Для меня это была математика тела, физика гравитации и чистое, незамутнённое искусство. Это был спорт, где каждый синяк на бёдрах был медалью, а каждая мозоль на ладонях — свидетельством того, что ты не сдалась.

Музыка в зале стихла. Я разжала руки и ноги, позволяя гравитации сделать своё дело, но в последний момент перехватила шест внутренней стороной колена, смягчая падение. Мои босые стопы бесшумно коснулись прорезиненного пола. Я выпрямилась, тяжело дыша, и провела ладонью по лицу, смахивая капли пота.

— Твой «флажок» стал ещё выше, Вероника, — раздался голос из полумрака зала.

Я вздрогнула и обернулась. На скамье у зеркала, скрестив руки на груди, сидел Александр. Ему было двадцать восемь лет, и он был единственным человеком, чьё присутствие в зале во время моих ночных тренировок не вызывало у меня раздражения. Александр был инвестором, человеком, который вкладывал деньги в спортивные проекты, но в последнее время он всё чаще вкладывал своё время в наблюдение за мной.

— Ты пугаешь меня, Саша, — сказала я, подходя к своей сумке и доставая полотенце. — Ты должен был прийти только завтра, на официальную встречу с владельцами студии.

— Я хотел увидеть тебя настоящую, — он встал и медленно направился ко мне. Его шаги были бесшумными. — Без света софитов, без грима, без восторженных криков толпы. Я хотел увидеть, как ты работаешь. Как ты преодолеваешь боль.

Александр остановился в шаге от меня. От него пахло дорогим сандалом и морозным воздухом, который он принёс с московской улицы. За окнами студии, расположенной в лофте на территории «Красного Октября», была глубокая московская зима. Метель мело уже вторые сутки, но здесь, в зале, пахло магнезией, потом и нагретым металлом.

— Это и есть настоящая я, — усмехнулась я, вытирая шею. — Синяки, стёртая кожа, боль в связках. Не очень романтично для инвестора, который собирается спонсировать моё участие в чемпионате мира.

Александр поднял руку и, прежде чем я успела отстраниться, его пальцы легли на мою ладонь. Его кожа была тёплой, а моя — шершавой и грубой. Он обхватил мою кисть, его большой палец медленно провёл по жёстким мозолям.

— В этом нет ничего неромантичного, Вероника, — его голос стал тише, ниже. В его тёмно-серых глазах читалось что-то, от чего у меня перехватило дыхание. — Это следы твоей силы. Твоей преданности. Я видел много танцовщиц. Они хотят нравиться. А ты... ты хочешь победить саму себя. И именно это сводит меня с ума.

Моё сердце пропустило удар. Александр был красив — высокий, с резкими чертами лица и пронзительным взглядом, который, казалось, видел меня насквозь. Но я всегда держала дистанцию. Мой бывший жених, Дмитрий, которого я бросила два года назад именно из-за его презрения к моему увлечению, оставил во мне глубокий шрам. Дмитрий считал, что женщина на шесте — это позор. Александр же смотрел на меня так, словно я была произведением искусства, высеченным из мрамора и оживлённым огнём.

— Завтра в десять утра, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. — Мы обсудим контракт. А сейчас мне нужно в душ.

— Я подожду, — тихо ответил он. — Я отвезу тебя домой. По таким дорогам на метро не доедешь.

Глава вторая. Призраки прошлого

На следующий день студия «Гравитация» гудела. Днём здесь занимались любительницы — девушки, которые приходили на pole dance, чтобы полюбить своё тело, обрести уверенность и научиться грации. Мне это было бесконечно дорого. Я помнила, какой закомплексованной я пришла сюда пять лет назад.

Я стояла у ресепшена, разговаривая с Кристиной, моей подругой и главной соперницей на предстоящем чемпионате. Кристине было двадцать шесть, она была взрывной, эмоциональной и танцевала так, словно сжигала себя изнутри.

— Ты видела, кто пришёл вчера вечером? — шептала Кристина, поправляя идеальные локоны. — Александр Волков. Говорят, он может купить эту студийную сеть и не заметить. Он смотрел только на тебя, Вероника.

— Он инвестор, Крис, — отрезала я, разливая протеиновый коктейль по шейкерам. — Ему плевать на мои личные прелести. Ему важен мой бренд и моё выступление на международных аренах.

— Ты наивная, — усмехнулась она. — Мужчины вроде него не вкладывают миллионы просто в «бренд». Они вкладываются в то, чем хотят обладать.

Её слова кольнули меня, но я не подала виду. В этот момент стеклянные двери студии распахнулись, и внутрь вошёл Дмитрий.

Мне стало физически дурно. Дмитрию было тридцать лет, он был успешным девелопером, красивым, ухоженным и абсолютно пустым внутри. Мы были помолвлены, когда мне было двадцать два. Он терпел мои тренировки, пока они были «хобби». Но когда я отказалась бросать их ради роли светской жены, он выставил меня за дверь, при этом забрав ключи от нашей квартиры.

— Вероника, — его голос был гладким, как шёлк, но в нём слышалась ядовитая нотка. — Выглядишь... утомлённо.

— Дмитрий, — я вытерла руки полотенцем и вышла из-за стойки. — У меня нет времени на светские беседы. Если ты пришёл записываться на групповое занятие, оставь заявку у администратора.

Он усмехнулся и шагнул ближе. От него пахло дорогим одеколоном и властью.

— Не прикидывайся простушкой. Я знаю, что студия на грани банкротства. Аренда растёт, оборудование требует замены. Я пришёл предложить сделку. Я выкупаю здание. Вы все съезжаете, а ты... ты перестаёшь заниматься этой... эротической гимнастикой и возвращаешься в нормальный мир.

Мои кулаки сжались так сильно, что ногти впились в ладони.

— Во-первых, это не эротическая гимнастика, а акробатический спорт. Во-вторых, мы не продаёмся. А в-третьих, убирайся отсюда, пока я не вызвала охрану.

Дмитрий посерел от злости.

— Ты пожалеешь, Вероника. Я не привык, чтобы мне отказывали. Особенно бывшие любовницы, которые думают, что их танцы в трусах кому-то интересны.

— Убирайся, — мой голос был ледяным.

Он развернулся и вышел, хлопнув дверью. Я стояла, тяжело дыша, чувствуя, как к горлу подступает ком.

— Всё в порядке? — раздался спокойный голос за моей спиной.

Я обернулась. В дверях офиса владельца стоял Александр. Он всё слышал.

— Это мой бывший, — тихо сказала я, отворачиваясь, чтобы он не увидел предательских слёз в глазах. — Он хочет уничтожить студию. Он считает, что если я лишусь зала, я сломаюсь и стану удобной.

Александр подошёл ко мне. Он не стал утешать, не стал гладить по голове. Он просто встал рядом, его плечо коснулось моего плеча.

— Он ошибается, — твёрдо произнёс Александр. — Ты не сломаешься. Потому что теперь у тебя есть я. И я не позволю ему забрать то, что принадлежит тебе. Твой талант, твою студию, твою свободу.

Я подняла на него глаза. В его взгляде не было жалости. Там была решимость и тот самый огонь, который плавил мой лёд.

Глава третий. Вкус магнезии

Вечером, после того как все ученицы разошлись, зал снова опустел. Александр остался. Он сидел на мате, наблюдая, как я готовлюсь к вечерней тренировке. Я бинтовала колени, наносила на руки специальный крем для сцепки, а затем, по старой привычке, опустила ладони в банку с магнезией. Белый порошок осел на моей коже.

— Иди сюда, — сказал он.

Я подошла. Он встал, его рост заставлял меня слегка задирать голову. Он взял мои белые от магнезии ладони в свои руки.

— Ты пачкаешь всё вокруг, — тихо произнёс он, но в его голосе не было упрёка.

— Это часть процесса, — ответила я, глядя на то, как его большие пальцы стирают белый налёт с моих костяшек.

— Покажи мне, — вдруг сказал он. — Покажи мне, как это делается. Не трюк. Не номер. Покажи мне, как ты чувствуешь шест.

Я кивнула. Я подошла к пилону. Музыка не нужна. Мне был нужен только звук моего дыхания и скрив ладоней по металлу. Я обхватила шест, сделала шаг, разбег и взлетела. Моё тело взмыло вверх, ноги обвили металл, и я зависла в трёх метрах от пола. Я медленно отпустила руки, оставив держаться только бёдрами, и прогнулась назад, раскинув руки. Это был «спин» — элемент, требующий невероятной силы кора и доверия к собственному телу.

Я соскользнула вниз, перехватывая шест руками, и приземлилась в глубокий выпад. Грудь тяжело вздымалась. Я посмотрела на Александра. Он не сводил с меня глаз. В его взгляде был не просто восторг поклонника. Это был взгляд мужчины, который увидел женщину во всей её первозданной, дикой мощи.