Read the book: «Шепот в темноте. Книга 2»

Глава 1

Зан

«Дерьмо! Проклятое дерьмище!»

В голове в этот момент всплывали и более яркие эпитеты, но Зан усилием воли старался держать свой дурной нрав в узде.

Отец наплевал на все! И на то, что он уже не юнец, и что давно носит звание генерала и защитника Фарогоса. Женитьба! Эта идея мужчине в корне не нравилась, но дон Эстебан Аламарас просто ставил своего старшего сына и наследника в удобную для сношения позу и требовал подчинения! Вернее не так: отец даже не сомневался, что добьется послушания от Зана и делал всё, что считал необходимым. Глава клана хотел поглотить все активы семьи Конте и проклятая свадьба нужна для официального отвода глаз. Никто не будет возражать, если все имущество отойдёт им, при условии женитьбы на единственной дочке. А платить по счетам заставляют Зана!

За целый день ему ни разу не удалось урвать хоть кусок мяса. Утром он проспал и отбыл в спешке на работу, где творилась какая-то хрень, впрочем, как всегда. В обед ему отказали в ближайшем заведении, где обычно тепло принимали. Как и в соседнем, и следующем. Когда мужчина мрачно потребовал объяснений, официант невнятно пропищал что-то об особом распоряжении насчет его персоны. Зан смачно выругался, полагая, что это опять проделки Альды, но как выяснилось, это его отец так сильно хотел видеть сына на семейном ужине. Еще оставался небесный ресторан с его неуживчивым хозяином доном Эспозито, но, как назло, даже это заведение было закрыто. В родном доме кухня оказалась абсолютно пуста, не нашлось даже гнилого фрукта в кладовых. Последней надеждой была вилла Кастос и доброта её хозяйки или экономки, но и тут Зана ожидал провал – никого не оказалось дома. Бурчащий желудок заставил мужчину направить челнок к гасиенде Аламарас, и весь путь он потратил на ругань в адрес отца, дона Конте и его многострадальной дочки. Не забыл Зан и брата с его пассией. Только уже подлетая к родной усадьбе, мужчина вспомнил, что мог пойти к своему помощнику, но и тот, будучи холостяком, не ел дома. Бедняга и так из-за него остался без обеда. Чем ближе были шпили гасиенды, тем мрачнее становился Зан.

Когда он вошел в столовую, первое, что уловил его чувствительный нос, – сочный и пряный аромат еды, гостеприимно разложенной на широком столе. Окинув взглядом присутствующих, мужчина увидел всех действующих лиц своих проклятий. Единственное, что остановило его от ругани, – Аллира Кастос. Эта сочная бабенка изначально фигурировала в его планах, но братец успел подсуетиться и слямзил её прямо из-под носа Зана.

Посмотрев отцу в глаза, он транслировал мысли, полные кровавой расправы, но на дона Эстебана это, как обычно, не подействовало, но ему хватило ума сразу пригласить всех к столу. Отбросив любую галантность, Зан уселся за стол, приступив к еде. Сегодня его терпение достигло дна, и если отец попытается давить, то пусть не обижается на последствия.

Несмотря на опасения, что его заставят вести светскую беседу, никто не обращался к Зану с вопросами, предпочитая делать вид, что его тут нет. Женщина брата была прекрасна и источала сладкий аромат Тэрона, будь он неладен, а вот другая присутствующая особа пахла чем-то иным. Не обязательно быть адрианцем, чтобы уловить запах популярных духов, с которыми донна Конте немного перестаралась. Отбросив столовые приборы, Зан уставился на ту, которую прочили ему в супруги.

Дельфина Конте была типичной представительницей Фарогоса. Тонкая брюнетка в воздушном платье, которое лишь подчеркивало её хрупкость. Как такую трахать? Мрачно разглядывая девичьи ключицы и тонкие плечи, мужчина размышлял, есть ли за этим газовым лифом сиськи. Ну, хоть какие-нибудь, пусть даже совсем маленькие. В целом, ему подойдут и скромные половые признаки женской особи спереди, главное, чтобы сзади они тоже имелись. Плоскожопых баб он не любил больше, чем безсисечных. При всех достижениях генной инженерии, дамы Фарогоса считали эталоном женской красоты – недоразвитое тщедушное нечто, которое одухотворенно называли «Идеалом». По мнению Зана это было как минимум странно, но кто его спрашивал?

Больше всего на свете мужчина хотел двух вещей: покоя и трахаться. Спокойно трахаться и не психовать из-за последствий или угрызений совести. Его натура всегда требовала много секса, и, в годы юности, они с Эриалом не вылезали из борделей Камильсаны, шокируя разнузданными оргиями с многочисленными шлюхами. Все было прекрасно до тех пор, пока принц не признался ему в чувствах. Этот черный день Зан не забудет никогда. Начавшийся с типичного утра среди шелковых занавесок, он вылился в драку, когда Эриал рискнул сделать ему минет. Принц ошеломил Зана, который искренне считал его другом, едва ли не братом, но Эриал питал к нему отнюдь не братские чувства, которые и дружбой-то назвать сложно. Объяснения последовали уже после того, как Зан сломал ему нос и поставил фингал под глазом. Посетив лабораторию, юноши наконец-то поговорили открыто. В этот момент он и узнал, что все время, с самой первой встречи, принц пылал к нему чувствами и надеялся, что Зан это заметит. Эриал говорил, что любит его и ничего с собой поделать не может, что он нужен ему в любом виде, хотя бы просто рядом в качестве друга и соратника, если иная роль претила Зану. В тот день мужчина отбыл с Фарогоса, подписав трехцикловый контракт с Адмаром. Дон Аламарас бушевал и сыпал проклятьями, но это не остановило его.

Когда срок контракта истек, Зан вернулся в родной дом, узнав, что Камильсана в восторге от новой принцессы. Эриал, с затаенным трепетом в глазах, встретил его и познакомил со своей юной супругой. Как ни врал себе Зан, но он скучал по другу, по их спокойным вечерам, когда они беседовали обо всем за стаканом крепкого алкоголя, и вообще по тому, что Эриал был рядом. В тот вечер он даже не заметил Альду. Несмотря на сдержанность, чувства принца не увяли, но друзья пришли к согласию, что Зану это не подходит. Друг принял его точку зрения и позицию, в ответ сознавшись, что у него все плохо с женой.

– Я не могу, – мрачно признался Эриал, залпом махнув «Тогарского Адского». Во мраке большой королевской библиотеки церемониальный наряд принца мерцал драгоценными камнями и золотыми аксельбантами.

– Что именно? – хмуро спросил Зан, захмелев от этого же напитка, который он лично привез другу в подарок. Многолетняя дружба просто требовала распить его тут же.

– С Альдой, – махнул рукой принц. – Ну, ты меня понимаешь.

– Что-то я не припоминаю, чтобы ты испытывал трудности, когда мы, в былые деньки, трахали всех подряд, – скептически хмыкнул мужчина, глядя на звездное небо.

– Тогда все было иначе, – кисло отозвался Эриал, вновь наполняя их бокалы Адским пойлом, искрившимся темным хмелем. – Ты был рядом со мной.

– Не начинай, – предупредительно вставил Зан.

– Но это правда, – упрямо продолжил друг и язвительно добавил. – Представь, что тебе королевским указом приказано лечь в кровать и ублажить своего принца.

– Проклятье, Эриал! – воскликнул он, поморщившись от картины, нарисованной воображением.

– Вот то-то же, – пьяно поддакнул друг. – У меня с ней ничего не выходит.

– Хлебни чего-нибудь… воодушевляющего, – иронично посоветовал Зан, отпивая алкоголь из бокала и наблюдая сквозь него свет от огня в камине сбоку от них.

– А как, думаешь, я консумировал этот брак? – язвительно отозвался принц и, поморщившись, тихо продолжил, глядя перед собой. – Бедняжка рыдала от боли в гардеробной, а я потом полночи дрочил.

– Нда, – невесело хмыкнул Зан. – Просто образцовая брачная ночь.

– Ты мне нужен, брат, – тихо произнес Эриал и сразу же добавил. – С Альдой.

– Как? – скептично уточнил мужчина. – Предлагаешь мне стоять у вашей постели и подбадривать словами: «Давай, мой принц! Ты сможешь! Я в тебя верю!»?

– Нет, – заулыбался друг и уже серьезнее продолжил. – Ты нужен мне для неё. Этот брак сплошное разочарование для моей супруги.

– Эриал, у неё на голове корона, – вскинув брови, напомнил Зан. – Это предел мечтаний многих женщин.

– Но эта корона снимается, – парировал принц, отхлебывая жгучий тогарский напиток. – И в эти моменты я раз за разом разочаровываю свою жену.

– И ты ничего лучше не придумал, чем преподнести ей меня?! – возмутился мужчина, скривившись от отвращения.

– Ты не вещь, чтобы я распоряжался тобой, – кисло ответил Эриал. – Неужели думаешь, что я не нашел бы тебе лучшее применение, если б мог?

– Так о чем речь? – неприязненно подтолкнул его Зан.

– Я хочу, чтобы ты показал моей жене, что супружеская постель – это не только унижение и слезы, – вздохнул принц, потянувшись к очередной бутылке. – Иного Альда от меня не видела. И боюсь, я не способен на большее.

– А как же наследники? – изумился мужчина.

– Для зачатия мне не обязательно трахать Альду, – кисло парировал друг. – Достаточно привезти в лабораторию.

Продолжив пьянствовать, они внезапно очутились в спальне Эриала, где мирно спала его супруга. После слов принца «Неужели тебе не жаль бедняжку?» и очередного глотка Тогарского зелья, Зан плохо помнил происходящее, которое лишь вспышками осталось в сознании. В ту ночь принцесса Альда многое узнала о супружестве и заодно о разврате. Эриал был в одной постели с ними и активно участвовал, не переходя черту, проведенную Заном. Хотя позже мужчина уже плохо соображал и не следил, кто именно отсасывал его член, стараясь стереть подробности той ночи. В последующие дни загадочная улыбка друга говорила, что Зан сам явно ответил на чувства друга и обрадовал его… пару раз, а проблески пьяного сознания подкидывали картинки тощей мужской задницы перед ним. Утром, их троих, обнаженных, застукали дворцовые слуги, которые недолго хранили тайну королевской спальни.

Несколько встреч наедине обрадовали принцессу, и монаршая особа решила, что Зан её официальный фаворит. Одновременно с этим он обратил внимание на одну из дам при дворе, что воспринялось не очень хорошо со стороны Альды. Скандал, который она учинила, позабавил Зана, и мужчина не обратил внимания на эту выходку. Принцессу же такое самоуправство возмутило, и девушка отхлестала соперницу по щекам, унизив перед всеми по смехотворному поводу. Со второй пассией Зана случилось несчастье: дама кубарем свалилась с высокой лестницы, едва не лишившись жизни. Третья донна, не оглашая причин, уехала в провинцию, заявив, что не намерена соперничать с сумасшедшей. После этого, давно переставший посещать королевскую спальню, Зан высказал Эриалу все, что думает по этому поводу, и потребовал утихомирить супругу, но очевидных улучшений это не принесло.

Сколько циклов с тех пор прошло, а женщина все никак не могла принять тот факт, что Зан не желает спать в её объятьях. Бордели Камильсаны давно отказали ему в посещении, после того как королевские патрули стали заглядывать именно в те, в которых отдыхал мужчина. Придворные дамы сторонились Зана, не желая навлечь гнев принцессы, но это не мешало им тайком пытаться приласкать его. Таким образом, при дворе завязалась нездоровая игра «дернуть зверя за хвост», где в качестве животного выступала ревнивая Альда, пытающаяся измором вернуть любовника в постель. Получалось плохо, но одного принцесса добилась – Зан был голоден до секса и словно тлел внутри, с каждым разом становясь все злее, хотя внешне держал себя в руках.

Однажды он увидел запись регистрации на вылет Корвуса Кастоса на Заракин и уведомление об обратном возвращении с «донной Аллирой Кастос» и удивленно вскинул брови, вспоминая этого дона. Первое, что подумал Зан: «Зачем этому старикану заракинянка?», а позже вспомнил все слухи, что витали вокруг женщин с этой планеты. Каким-то образом дон Кастос исхитрился заключить брачный договор и планировал заиметь прямых наследников, вот только силенок ему, скорее всего, не хватит для этого. Таким образом, на Фарогосе вскоре должна была появиться заракинянка, оказавшаяся замужем за стариканом-трудоголиком, что открывало некие перспективы для самого Зана. Приятное предвкушение грубо обосрал собственный братишка, уведя донну Кастос прямо из-под носа.

Уловив смачный, густой запах секса с кожи заракинянки, ставшей к тому же так удачно вдовой, мужчина от души выругался. Тэрон-паршивец, просто проклятое вездесущее ебливое нечто, которому можно все. Трахать без разбору все, что носило юбки, – конечно! И при этом братец пользовался всеми преимуществами их имени и состояния, без тех правил, которые установил отец. Теперь же этому засранцу досталась и донна Аллира, но этот мудила не просто покувыркался в кроватке вдовушки, он прочно там закрепился, еще и надев на её шейку Рубаканту. Тяжко вздохнув от упущенной сладкой перспективы, Зан почти смирился с ситуацией, но тут вдобавок отец обрадовал его новостью о женитьбе. И вот, мрачный мужчина сидел перед Дельфиной Конте и недовольно смотрел на лиф её платья, продолжая гадать, есть ли за ним сиськи. С удачей Зана, он, скорее всего, обнаружит там не выпуклости, а впуклости!

Семейный ужин тек мимо него, пока, в конце концов, не закончился. Наевшись до отвала, мужчина планировал тут же отбыть в столицу, но дон Эстебан предупредил сына, что кормить его не будут все выходные, и, если Зан не планирует умереть от голодной смерти, то ему следует остаться на гасиенде. Ругательства, которые чуть не сорвались с его губ, могли бы посоревноваться в красочности и сочности с теми, которые мужчина изрыгал по дороге домой, но Зан сдержался. Мрачно пожелав всем приятного вечера, наследник клана Аламарас удалился к себе, от души шваркнув дверью. Плотный и долгожданный ужин согрел нутро и способствовал сладкому сну, так что мужчина скинул с себя одежду и обнял подушку, отбывая в царство снов.

Что его разбудило, Зан сначала даже не понял. Сон слетел, будто по мановению ветра, и оставил ощущение чего-то напряженного. Какие угрозы могут поджидать в собственной спальне, находящейся в семейной усадьбе, посередине каменистой пустыни, фактически принадлежащей его отцу? Никакие! Досадливо фыркнув, Зан собрался уснуть вновь, когда услышал кое-что. Тихий мерный скрип долбанной кровати в спальне Тэрона. Напрягшись всем телом, мужчина мрачно перевернулся на живот и приказал себе не слушать то, что творилось в соседней комнате. Это его не касается! Женщина отныне принадлежит брату и точка.

Сон не шел, а к скрипу стали примешиваться едва слышные женские стоны. Сладкие томные сексуальные стоны чистого удовольствия, которое может получать женщина, искренне наслаждающаяся сексом. Отбросив одеяло в сторону, Зан вскочил на ноги и, напялив домашние штаны и футболку, вылетел из спальни, решив заорать, но быстро понял, что ведет себя как дурак, и промаршировал мимо двери Тэрона, от души прошипев проклятье.

Из кабинета отца была видна полоска света, извещающая, что дон Аламарас занят делами: один или с доном Валентино. Вспомнив, что спиртное имеется еще в библиотеке, мужчина направился туда, решив пропустить стаканчик перед пробежкой, с надеждой, что Тэрон скоро угомонится. Быстрыми шагами преодолев расстояние до столика рядом с креслами, где хранились запасы алкоголя, Зан почувствовал запах знакомых духов. Оглядев темное пространство, мужчина заметил замершую Дельфину у окна. Все то же воздушное платье, словно облако, окружало его невесту.

– Что вы здесь делаете? – не особо учтиво рявкнул он, наливая добрую порцию хмельного напитка, поставляемого с планеты Тогар, и тут же опрокинув его в себя.

– Жду окончательного приговора, – спокойно ответила девушка, осмотрев его с головы до ног. В руках девушки Зан заметил большой планшет и стилус, которым обычно рисовали.

– В темноте? – хмыкнул мужчина, продолжив задавать бестактные вопросы. В конце концов, она намерена стать его женой, пусть привыкает.

– Итак, Дельфина Конте, – с мрачной издевкой произнес он, медленно приблизившись к девушке. – Вы в курсе, что я не горю желанием назвать вас мадонной Аламарас, но вас это не смущает.

– Что мне остается? – скептически парировала она. – Ваша семейка вовремя предложила моему отцу скупить всё имущество, а на сдачу приобрести еще и меня.

– Хм? – удивленно отозвался Зан, сложив руки на груди и прислонившись к подоконнику, на котором сидела Дельфина. – У малышки Конте имеются зубки? Что ж, это к лучшему. С хищником можно договориться.

– Чем я вас не устраиваю? – насмешливо уточнила девушка, прижимая к себе планшет. – Вам пора обзавестись супругой и наследником.

– Я предпочитаю других женщин, – хмыкнул мужчина и язвительно добавил. – Более… округлых.

– К вашему сожалению, я – не донна Аллира? – иронично уточнила Дельфина, заставив его замереть. – За ужином вы хмурились в мою сторону и не делали этого, когда говорила она.

– Она полагает, что разгадала меня, – пространственно высказался Зан.

– Это далеко не так, – со вздохом ответила девушка, отвернувшись к окну. – Но у меня свои причины хотеть этого брака.

– Вы думаете – это так легко? – хмыкнул мужчина.

– Выйти замуж за того, кто по слухам является королевским любовником? – иронично парировала Дельфина. – Или игнорировать намеки в чрезвычайной ревности принцессы Альды? Отнюдь.

– И, несмотря на все это, – вы по-прежнему желаете лечь в мою постель? – насмешливо уточнил Зан, почувствовав, как внезапно его член стал наливаться кровью. Совсем некстати.

– И стать в ней даже не третьей, а четвертой? – насмешливо вставила девушка, внезапно смело усмехнувшись. – Полагаю, что это слишком для меня.

Эта дерзкая улыбка привлекла внимание. Вдохнув её аромат, Зан безошибочно определил, что Дельфина – девственница. Маленькая нахалка даже не представляла, с кем и во что играла.

– И как же те наследники, которых вы упоминали? – иронично напомнил мужчина.

– Так разве это проблема? – вскинув брови, парировала Дельфина, пожав плечиком. – Очевидно, что я не привлекаю вас как женщина, так что обойдемся технической процедурой.

– Хм, – задумчиво отозвался он, шагнув еще ближе. Мягко взял девичью ладошку и приложил к своему вставшему члену. – Вам придется позаботиться об этом, моя милая.

Дельфина вырвала свою руку из его захвата, когда он расхохотался, и возмущенно пробормотала проклятье, чем весьма удивила Зана. Она тут же направилась на выход из библиотеки, и мужчина громко произнес ей в спину:

– Советую найти кого-нибудь для первого раза, дорогая Дельфина. Ибо в первую брачную ночь тебя ждет жесткая ебля, а так, какой-нибудь слюнтяй подарит тебе твой трепетный первый раз.

– Вы – отвратительный хам, – презрительно ответила девушка, оглянувшись на него.

– Вы всегда можете сообщить своему отцу, что передумали прыгать на моем члене до последнего дня жизни, – ехидно произнес Зан.

Оставив без ответа последнюю реплику, Дельфина покинула библиотеку. Мужчина скривил губы, глядя вслед этой малышке, которая неожиданно позабавила его. Зан намеренно был таким грубым, чтобы девушка не питала иллюзий насчет их брака и желательно вообще смогла избежать его. Каким бы он ни был бунтующим сыном, от сделки, заключенной отцом, мужчина не мог просто отмахнуться. Долг наследника велит склонить голову и принять свою судьбу, но Зан понимал, что новой мадонне Аламарас придется несладко. Его тяжелый характер не скрасит ситуацию, а уж Альда постарается отравить жизнь бедняжке.

В конце концов, мужчина надеялся, что Тэрон заделает кому-нибудь ребенка, и тот станет новой надеждой отца. Или, на крайний случай, брат женится по собственному желанию и уже его наследники облегчат жизнь самого Зана. Ни в одной из веток развития событий он не обзаводился собственной женой и детьми.

Будучи адрианцем, мужчина кое-что узнал из дневников матери. Природа наделила его матушку, а заодно и их с братишкой, сверхчувствительным носом, глазами и ушами, попутно наградив одним изъяном. При постоянных контактах с одним партнером, адрианцы привязывались к ним, становясь зависимыми. Аромат пары фактически превращался в наркотик, заставляя их заботиться друг о друге. По мнению Зана, это приемлемо, если женщина тоже адрианских кровей, и совсем немыслимо в ином случае. Глядя сейчас на брата, он видел, что Тэрон уже пропал, но донна Аллира отличается от общества Фарогоса, что дает надежду на счастливый исход для этой пары. Плюсом является заракинская натура женщины, которая гасит адрианский аппетит брата, но что делать ему, когда он станет зависимым от аромата и вкуса своей супруги? Фарогосийки не славятся большой потребностью в сексе, а он уже не сможет держать себя в узде и превратит семейную жизнь в проклятую гонку за собственной супругой.

Что сделает затраханная им женщина, которая вдобавок вынуждена терпеть издевки принцессы? Правильно, пошлет далеко и надолго, забаррикадировавшись в спальне. Что должен сделать чуткий и заботливый супруг? Дать жене остыть и пойти на компромисс. Вот только Зан на это не способен в принципе. Скорее всего, он взломает замок спальни и затрахает бедняжку еще больше, требуя полного подчинения. Славная будет жизнь, ничего не скажешь.

Хлобыстнув еще глоток «Тогарского Среднего», мужчина выскользнул из главных дверей гасиенды, планируя пробегать еще часа три как минимум. Зная Тэрона, даже этого может не хватить. Какой бы была его жизнь, достанься Аллира Кастос ему в любовницы? Покачав головой, Зан закрыл эту тему, понимая, что брат ни за что не отпустит свою миеллу, и будет прав. Сам бы он точно так же поступил.

Глава 2

Аллира

Утро стало её самым любимым временем. Хотя вечера тоже были приятными, но после дневной разлуки Тэрон был немного торопливым, раздевая девушку в спальне. Поутру же мужчина ласково и нежно целовал Аллиру, неспешно поглаживая и нашептывая всякие глупости.

– В этой спальне обдрочено все что можно, – с тихим смехом признался он, когда утро медленно вползало в спальню на гасиенде Аламарас. – Юность – это тяжелое время для адрианца.

– О, Боги, – вздохнула девушка и иронично добавила. – Что ты можешь знать об этом? Я росла с осознанием, что в какой-то момент превращусь в оголодавшую самку, которая затрахает все, что сможет найти.

– Ну, десять дней это немного, – улыбнувшись, ответил Тэрон, целуя её за ушком и лаская мягкий животик. – И это были самые сладкие дни в моей жизни.

– Если бы это все умещалось в брачный период, – хмыкнула Аллира. – Скажем так: напряжение нарастает постепенно. Тело меняется и взрослеет, а к моменту совершеннолетия лихорадка возрастает стократно, но нужда в удовольствии появляется гораздо раньше.

– Ну-ка, я хочу послушать, как на благочестивом Заракине решают проблему с «нуждой в удовольствии»? – лукаво прошептал мужчина, проводя ладонью с живота вниз.

– Исключительно собственными силами, – засмеялась девушка, услышав его коварный тон.

Ласка, с которой начинался каждый их день, так быстро стала привычкой, что Аллира с сожалением вспоминала проведенные в неведении ночи, когда молилась, чтобы её любовником оказался именно Тэрон. Он умел развеселить её и устранить неурядицу, требуя взамен не меньше. Девушка уже поняла, что отказывать этому мужчине бесполезно. Если не лаской и уговорами, так силой и настойчивостью он добьется своего, хоть и постарается подсластить пилюлю. Еще во времена «инкогнито» он был до невозможности требователен к тому, что считал своим. Его право на секс было незыблемым: как бы Аллира ни уставала – девушка знала, что ночной гость явится и до утра будет бесчинствовать в спальне.

С празднования Благоденствия жизнь круто поменялась и новый статус девушка чувствовала всей кожей и не только. Взгляды, улыбки и речи окружающих изменились, а недостижимые персоны Камильсаны вдруг желали сами общения с неизвестной вдовой Корвуса Кастоса. Хотя она и не знала близко своего покойного мужа, но была искренне благодарна ему за тот выбор, который круто изменил её жизнь. Что было бы, выбери он другую девушку себе в жены? Не было бы встречи с Тэроном, независимости, зато остались бы страдания в одиночестве в доме родителей. Сколь круто ни менялась её реальность, Аллира знала, кто заложил основу всего. Корвус. Чем больше девушка погружалась в его дела, тем сильнее узнавала супруга. Это был вдумчивый человек, уделяющий все время работе и росту благосостояния семьи. В какой-то момент она поняла, что Корвус был достоин того, чтобы иметь прямого наследника, и сожалела, что судьба оказалась так жестока к нему. К сожалению, никто из его родственников не горел желанием общаться с Аллирой после оглашения её фавориткой Тэрона. Мужчина был слишком грозной силой, которая с неосторожностью могла снести любое, даже условное, сопротивление. Иногда он спрашивал, как к ней относились Новулус и Даспер, и Аллира неизменно отвечала, что прекрасно. Хотя по правде это было не так, но чего можно ожидать от них в сложившейся ситуации? Что они примут её без возражения и с нежными улыбками – глупо. Эти мысли периодически наполняли разум девушки, когда она раскладывала все по местам в собственной жизни.

Полностью осознать величие клана Аламарас, а так же свою принадлежность к этому семейству, помогла экскурсия по гасиенде. Тэрон провел её по этажам и показал практически все, что скрывали массивные двери, кроме занятых спален и кабинета отца. Последним девушка посетила атриум, примыкающий к женской гостиной. Открывшиеся двойные створки проема таили настоящее чудо из всех виденных чудес. Дивное буйство красок и нежнейшего аромата цветов. Аллира даже открыла рот от удивления и расширившимися глазами пыталась охватить представшую перед ней восхитительную картину.

– О, Звезды! Что это? – прошептала она, крутя головой и разглядывая все сразу.

– Отец привез на Фарогос не один сорт цветов, а сорок, – с улыбкой произнес Тэрон. – На семейном совете было принято решение придержать этот факт в секрете, пока Королевский двор не пойдет нам на уступки, ну и чтобы не так быстро пресытились. Клан Аламарас будет по одному сорту представлять двору и тем самым обеспечит устойчивый спрос на продажу цветов.

– Они божественны, – выдохнула в восхищении Аллира.

– Произведены сегодня утром для моей миеллы, – мягко произнес мужчина, обнимая её сзади. – Нравится?

– Очень, – закивала девушка, с нежностью глядя ему в глаза.

– Хорошо, – хмыкнул Тэрон. – Они все уедут с нами в столицу, но прошу, никому не показывай эти сокровища. Пока они – секрет.

– Я не единственная дама, присутствующая на гасиенде, – вскинув брови, напомнила Аллира.

– Полагаю, донна Дельфина уже пакует чемоданы, – хмыкнул мужчина, выудив из кармана свой коммуникатор и показывая сообщение от брата.

Зан: «Вопрос закрыт. Я не женюсь на этой тощей девице. Если она не дура, то поняла намек».

– Зная его «намеки», – скептически отозвался Тэрон. – Бедняжка где-нибудь рыдает, проклиная судьбу и моего брата в одном предложении.

– И что теперь будет? – задумчиво спросила девушка, склонив голову на бок, чтобы мужчине было удобнее целовать.

– Все документы и права на собственность уже подписаны, – пожал плечом он, прижавшись щекой к её щеке. – Дон Валентино практически ничего не оставил девушке, кроме ежегодного скромного пособия.

– Разве так можно? – серьезно спросила Аллира, испытывая сочувствие к хрупкой девушке, которая была так печальна вчера. – Бедняжке не оставляют выхода. Еще и Зан проявляет к ней неучтивость.

– У него свои причины не желать этого брака, – лаконично вставил Тэрон в защиту брата.

– Он в безвыходном положении? – парировала она, повернувшись к нему лицом. – Оставлен практически без средств к существованию? Где она будет жить? Из уважаемой дамы, родившейся и выросшей в богатой семье, Дельфина превращается в кого? Нищенку? Это жестоко.

– Насколько я знаю, – вскинув брови, ответил мужчина. – Девушка получила наследство от матери и имеет жилье в столице. Да, она не будет жить на семейной вилле, но и бедственным её положение не назвать. К тому же, девушка она красивая, может выйти замуж в любой момент.

– Как у вас все просто, – печально покачала головой Аллира.

– «У вас»? – уточнил он.

– У мужчин, – объяснилась девушка. – Для вас жизнь – простая вещь.

С тяжелым вздохом она вновь стала рассматривать восхитительное великолепие из буйства красок, форм и изумительных ароматов.

– Приглашу сюда Дельфину, – медленно произнесла Аллира. – Ей понравится. Хоть что-то хорошее будет у бедняжки из воспоминаний об этом месте.

– Я – не против, – хмыкнул Тэрон. – И чтобы ты не считала моего брата монстром, хочу сказать, Зан намерен выплатить несостоявшейся невесте весьма крупную сумму, если та решится отказаться от свадьбы. Но это секрет, не говори ей, пожалуйста.

– Почему «секрет»? – недоуменно спросила она.

– Девушка должна сама решить свою судьбу, – пожал плечами мужчина. – Без воздействия такого бонуса. Если же Дельфина захочет войти в нашу семью – это будет только её выбор, если же рискнет уйти «в свободное плавание» – тоже.

– Хорошо, – кивнула Аллира. – Я буду молчать.

Пробыв еще час в этом цветнике, где они заодно и позавтракали, Тэрон покинул атриум, призванный в кабинет отца. Девушка прошлась по дому и с помощью слуг нашла спальню, в которой расположилась Дельфина Конте.

– Можно? – осторожно спросила она, постучав в открытую дверь, когда одна из служанок выносила поднос с едой. – Вы уже позавтракали?

– Входите, – спокойно ответила донна Конте. – Да, я не хотела присутствовать в столовой, так что попросила принести поднос сюда.

– Вы плохо себя чувствуете? – участливо поинтересовалась Аллира, застыв у входа.

– Смелее проходите, – мягко предложила Дельфина. – Просто не хотела видеть некоторых личностей.

– Надеюсь, это не я? – иронично уточнила она.

– Конечно – нет, – отмахнулась девушка. – Под этим эпитетом я не очень красиво завуалировала старшего сына дона Аламараса.

– Он чем-то обидел вас? – немного тревожно спросила Аллира, проходя вглубь спальни и присаживаясь на широкий мягкий подоконник рядом с Дельфиной.

Нежное утреннее платье девушки было неожиданно из плотной ткани и широкими волнами расходилось от талии. Верхняя часть наряда имела широкий воротник, охватывающий её плечи и мягкой оборкой скрывая грудь, но открывая одно плечо. Белое с зеленью платье шло девушке, раскрывая красоту донны Конте.

– Чтобы обидеть – надо иметь значение, – хмыкнула Дельфина, отвечая на вопрос Аллиры. – Мы с господином Заном не знакомы, чтобы он что-то значил для меня.

– Вы станете его женой, – мягко напомнила девушка официальную позицию обеих семей.

– Да, – немного печально отозвалась невеста.

– Я тоже выходила замуж за незнакомца, – внезапно произнесла Аллира, почувствовав её волнение. Набрав полную грудь воздуха, девушка продолжила. – И скажу честно, это было очень нервно. Я тряслась над всем, хотя теперь понимаю, что не знала и половины. Мужчины думают, что выбор и судьба – понятия для всех одинаковы, но это не так. Женщинам сложнее в любом случае. Это мы меняем привычный мир и семью, даже фамилию. Я порой забываюсь и не сразу реагирую, когда меня зовут «донна Кастос». В прошлой жизни я была «Аллирой Сатрим» и «донна Кастос» для меня неизвестная дама. Тэрон заставляет меня вновь менять орбиту реальности и просто требует, чтобы я приняла себя в качестве его миеллы, но порой мне хочется остановиться и выдохнуть.

– Он зовет вас «Миеллой»? – мягко поинтересовалась Дельфина.

– Да, – кивнула Аллира. – Сказал, что это аналог слова «милая», «дорогая» или еще какого прозвища.

– Это не совсем так, – с улыбкой отозвалась девушка. – Миелла – это то, без чего невозможно жить. Иногда так зовется редкое лакомство, которое можно позволить себе только в особые дни или праздники. Иногда зависимые от опиатов зовут свою слабость миеллой. Это термин для чего-то, от чего невозможно отказаться. Что-то, что будешь выбирать раз за разом. Так зовут ту, что выбирают сердцем и душой.

– Отлично, – хмыкнула Аллира. – Соврал и не покраснел, нахал.

В глубине души она затрепетала, почувствовав восторг. До этого момента она думала, что Тэрон зовет её «милой» или же вообще миелла – это аналог «подружки». Теперь же значение этого прозвища открылось Аллире, как и глубина его чувств. Если, конечно, он каждую так не величает.

– Мне кажется, это очень мило, – мягко парировала Дельфина, взглянув на неё пристальнее.

– Переживаете из-за будущего? – участливо спросила девушка, когда в глазах невесты вновь появилась грусть.

– Да, – кивнула Дельфина. – Я оказалась в непростом положении.

– Понимаю, – вздохнула Аллира. – Мы все шагаем в неизвестность, вручая свою жизнь незнакомцам, и все же у вас есть выбор. Никто не заставит вас выйти замуж без согласия.

– Ах, если бы все было так просто, – горько прошептала девушка, удивив собеседницу и тут же добавив то, что изумило еще больше. – Должна признать, это платье идет вам больше, чем для той фигуры, которую я представляла изначально. На вас оно смотрится более выигрышно и эффектно.

– Что? – вскинув брови, переспросила Аллира, не до конца понимая произнесенное.

– Я создала это платье, – пояснила Дельфина Конте. – Как и то, в котором вы ужинали вчера, а также то, что украшало вас на последнем празднике Благоденствия.

Очевидно, что донна Кастос была удивлена услышанным, так что девушка продолжила:

– Наша семья специализируется на предметах красоты. Ювелирное дело отслеживается строго и курируется многочисленными инстанциями, так что все специалисты под надзором. Еще моя мама увлеклась дизайном одежды, хотя изначально хотела иного. Она стала первой женщиной, закончившей Ювелирную Академию, но работать по специальности ей не позволили. Это не женская работа, и вообще даме из благородной семьи не пристало заниматься подобным. Вы меня поймете, донна Аллира, говорят, вы сами ведете бизнес после мужа.

– Это не совсем так, – затаив дыхание, отозвалась она, чувствуя, что слышит больше, чем ей произносят.

– И все же, – парировала Дельфина, посмотрев смущенно в сторону. – Вы самостоятельно решаете свою судьбу и распоряжаетесь капиталом. Моей маме не позволили заниматься ювелирным делом, и тогда она стала создавать наряды. Отрасль отца имела все необходимые ресурсы и ниша считается чисто женской, но до мамы мода Камильсаны имела хаотичный характер, женщины одевались – каждая на свой вкус. Она совершила революцию и показала, что и платье может стать драгоценным камнем. Говорят, в тот год блеск нарядов мадонны Кавалькарос затмил все аргументы оппонентов на съезде Планет-Ювелиров. Её муж-посол без особых хлопот выторговал крупные контракты и условия для Фарогоса, вернувшись с победой. Каждая благородная дама хотела заиметь себе шикарное платье от салона «донны Томасины», который создала моя мама для прикрытия.

Вздох, который прервал повествование, был мягким и овеянным тоской.

– Она не могла открыто работать, демонстрируя свое имя, – хмыкнула Дельфина. – Спустя много циклов после маминой кончины я заняла ее место. Мне понадобилось много времени, чтобы достичь того, что имею на данный момент и все бы так и продолжалось, но отец решил, что бренная жизнь более не для него.

– Все ваши наработки…

– Да, – печально подтвердила девушка. – Все производство, поставщики, мастера – все это переходит к клану Аламарас. И если я не выйду замуж за наследника дона Эстебана – просто останусь без своей работы. Всего, на что потратила не один цикл, и того, что создавала еще моя мама.

– Можно же что-то сделать? – нахмурившись, уточнила Аллира.

– Меня просто не пустят в собственный кабинет, – горько призналась Дельфина. – Я не числюсь там официально и вообще скрываю принадлежность к делу. Для всей Камильсаны – я просто дочь дона Конте и его печально известной супруги.

Заметив недоумение собеседницы, девушка мягко пояснила:

– Моя мама имела несчастье влюбиться и влюбиться взаимно, уже будучи замужем. На адюльтер никто бы не обратил внимание, да только она хотела уйти от мужа и жить с любимым. А это значит пойти против устоев общества. Ты можешь спать с кем хочешь, но ужинать должна при свечах в семейной гостиной и исключительно с супругом.

– У неё хотя бы была возможность быть с любимым, – мягко вставила Аллира. – Моя мама всю жизнь любит другого, но ей не позволено видеться с ним, даже издали.

– У каждого свое мерило, – кивнула Дельфина. – Мадонна Конте имела мятежный характер и не знала полумер. Она родила меня и покончила с собой.

– Я соболезную, – тихо произнесла Аллира, сочувствуя ей.

– Спасибо, но я не знала её, – пожала плечами девушка. – Только по рассказам няньки, да слуг.

– Поэтому дон Конте?..

– Не считает меня своей дочерью? – горько уточнила Дельфина. – Не сильно заботится о моем будущем? Считает виновной в закате семьи Конте мою мать? Определенно – да, но он хотя бы дает мне шанс устроить свою судьбу в новом клане и рядом со своей мастерской. За одно это – я благодарна ему. Теперь понимаете, что у меня нет особого выбора – выходить или нет за Зана Аламараса. Если я хочу продолжить дело всей своей жизни, – а я очень этого хочу – выбора у меня нет.

– Но вы не жаждете назвать его мужем? – понимающе закивала Аллира.

– Принцесса Альда может стать приличной костью в горле, – хмыкнула девушка. – Узнай она, что именно мои творения так нравятся ей, – будет катастрофа. Я потеряю важную и очень влиятельную клиентку, которая настроит всех против. И это не говоря уж о самом факте работы, да еще и репутации жениха. Вчера еще вскрылся тот факт, что Зан Аламарас – беспардонная скотина, и это окрасило мое будущее в новые мрачные тона.

– О, – иронично высказалась Аллира. – А я считала свою жизнь бурлящим вулканом.

Мягко фыркнув, Дельфина тяжело вздохнула, явно задумавшись над своей долей.

– Кстати, я пришла сюда не просто так, донна Конте, – вдруг вспомнила девушка цель визита, поднимаясь с подоконника. – На празднике вы как-то неодобрительно хмурились на цветок. Вам не понравилось?

– Можете называть меня Дельфи, – пожала плечами донна Конте, вскакивая на ноги. – А про цветок – мне понравилось. Так сильно, что хочу украсить ими несколько платьев. Сделаю коллекцию новых нарядов. На празднике я детально рассматривала это чудо, чтобы воспроизвести в точности.

– Тогда вам определённо понравится, Дельфи, – мягко улыбнулась она. – И вы, зовите меня просто Аллирой.

Когда они достигли домашнего атриума, восторг сложно было описать. Пару часов назад девушка сама едва не плакала от обилия красоты вокруг. Теперь пришла пора Дельфины изумленно озираться по сторонам, охватывая взглядом это великолепие красок и форм.

– Это так прекрасно, – прошептала девушка. – Невообразимо прекрасно.

– Как мне рассказал Тэрон, – поделилась Аллира. – Дон Эстебан планирует показывать горожанам по одному сорту растений. Так что то, что они владеют такой красотой, – пока секрет.

Словно завороженная, Дельфина бродила между десятков ваз, жадно впитывая в себя образы цветов. Лишь спустя полчаса девушки уселись на мягкие кресла, куда не менее ошеломленная Мора принесла им прохладительные напитки.

– Хочу зарисовать их все, но боюсь, что времени не хватит, – печально улыбнулась Дельфи.

– Об этом не волнуйтесь, – доверительно произнесла Аллира. – Этот райский уголок переберется с нами в Камильсану. Таким образом, у вас будет повод прийти ко мне в гости.

– Вы счастливица, донна Аллира, – мягко ответила девушка. – Даже один цветок – дорогое удовольствие на Фарогосе, а вы получили целый сад.

– В семье Аламарас нет недостатка в подобной красоте, – лаконично отозвалась Аллира, окидывая взглядом настоящую поляну из цветов. – Думаю, и вас ожидают подобные дары.

– Даже сложно представить, что мне надо отдать взамен, – скептически ответила Дельфи.

Оставшееся время девушки провели в атриуме, наслаждаясь цветами и их ароматами. Донна Конте попросила принести свой рабочий планшет и усиленно рисовала каждое растение, тихо восклицая от восторга. Аллира, чтобы не мешать творческому процессу, читала инфоблоки о работе, которые захватила из столицы. Дон Кваттроки прислал первый отчет, и между ними завязалась бойкая переписка. Несмотря на занятость, Дельфина вдруг удивила девушку просьбой.

– Донна Аллира, не могли бы вы показать мне кое-что, – осторожно произнесла она.

– Что именно вас интересует? – поинтересовалась Аллира, отрываясь от документов.

– Мне очень интересно взглянуть на ваш гардероб, – с лукавой улыбкой призналась Дельфи. – Я никогда не была за пределами Фарогоса и подозреваю, что мода в иных мирах отличается от нашей. Мне, как законодателю местных нарядов, очень интересно, что носят на Заракине.

– Что ж, а вот и еще один повод заглянуть на виллу Кастос, – закивала Аллира.

Лишь к ужину они покинули цветочное царство и присоединились к мужчинам за столом.

Зан продолжал транслировать всем дурное настроение. Дон Эстебан и дон Валентино благосклонно и покровительственно взирали на молодежь, а Тэрон проявлял недовольство тем, что целый день Аллира пропадала с Дельфиной.

– Предполагалось, что я почувствую твою благодарность за такой подарок, – глухо пробормотал мужчина, когда они приступили к еде.

– Почувствуешь, – иронично отозвалась она, улыбнувшись. – После ужина я абсолютно свободна.

– Хвала Богам, ты вспомнила обо мне, – ворчал Тэрон.

– Что случилось? – нахмурилась Аллира, не понимая причин такого поведения.

– Просто мой братец заскучал, донна Кастос, – язвительно ответил за него Зан. – Вы бросили беднягу одного.

– Кто-то же должен развлекать твою невесту, раз у тебя есть дела поважнее, – не менее едко парировал Тэрон.

– Дамы, как вы нашли гасиенду Аламарас? – громко прервал их препирательства дон Эстебан. – Мы нечасто принимаем тут гостей, так что хотелось угодить вам.

– Незабываемо и неописуемо, – с мягкой улыбкой ответила Дельфина.

– Ошеломлены и шокированы, – добавила Аллира.

– Это хорошо, – довольно улыбнулся хозяин усадьбы. – Но прошу, сохраните наш секрет втайне от любопытных носов. Богатство семьи не для всех, а лишь для избранных.

Глава 3

Зан

«Они подписали брачный договор!» Это была единственная мысль, которая металась в мозгу мужчины, пока он бегал вокруг семейной гасиенды. Какого черта Дельфина Конте не сказала своему папаше, что Зан скотина и дурно воспитанное животное, он не знал, но чтобы не наговорить гадостей, предпочел уйти на пробежку. Все полетело в жопу трегуна! План был прост до неприличия: Зан пугает Дельфину, девица бежит к папочке, жалуясь на плохое поведение мужика, и тот сразу же откажется отдавать дочурку в лапы грубияна.

А что по итогу?

Прямо в этот самый момент его отец праздновал поглощение капитала клана Конте с обеспечением дальнейших внуков! Дельфина, мать её за ногу, Конте, его официальная невеста, хотя в данной ситуации можно уже не церемониться и звать девицу «мадонной Аламарас», чего уж там!

Когда силы были уже на исходе, Зан вошел в дом. Темнота холла не помешала ему замереть перед парадной лестницей и взглянуть туда, откуда сегодня целый день доносился дивный аромат цветов. Тэрон распечатал целое море драгоценных растений, чтобы ублажить свою женщину, и собирался забрать эти сокровища в Камильсану, так что такое богатство разом он увидит еще не скоро. Вздохнув, Зан решил все-таки посмотреть на цветы, тем более его ухо уловило слишком много скрипов, что означало явную активность в спальне брата. Очевидно, донну Аллиру впечатлил подарок, и дама все еще благодарила Тэрона, хотя время на главных часах дома показывало практически рассвет.

Первое, что уловил его нос, – это изысканный аромат, который шел от каждого цветка. Десятки бутонов источали дивный запах, и каждый сорт отличался своим уникальным благовонием. Цвета одного сорта были разные, Зан разглядел красные розы, желтые, розовые, фиолетовые, даже был букет синих. Тэрон очевидно расстарался в пух и прах, но получилось шикарно. Даже на его непритязательный вкус. Одних роз тут было великое множество, названия других – мужчина просто не знал, но и они поразили его своей красотой.

Едва он решил, что экскурсия по цветам окончена, как в поле зрения попала тонкая девичья лодыжка. Путем нехитрых размышлений и разглядывания искусно украшенной туфельки, мужчина пришел к мнению, что это Дельфина. Вот же занесла его нелегкая именно сюда, где находится предмет его проклятий! Зан уже собрался тайком выскользнуть прочь, когда подумал, что она тут делает ночью? Разве мадам не полагается рыдать в подушку? Медленно приблизившись к широкой кушетке, где расположилась невестушка, он замер, уткнувшись взглядом в парочку сочных сисек, прикрытых тонким халатом.

«Хмммм, весьма недурно», – проскользнуло в его мозгу, хотя на самом деле мужчина почувствовал иной восторг. Убедившись, что это действительно Дельфина Конте, Зан оглядел все тело, которое ему предстоит осчастливить наследником. Что ж, не только парочка сочных сисек скрывалась за платьями, но и округлая задница, что было весьма и весьма недурным. Тихо приблизившись к спящей в неположенном месте девице, Зан сел верхом на кушетку у ног Дельфины. Под халатом обнаружилась сорочка, скрывающая хозяйку от ключиц до колен, что как-то быстро стало раздражать его. Раз уж судьба подкладывает эту девушку под него, то почему бы не взглянуть поближе?

Поясок развязался легко, и полы шелковой обертки сами распахнулись перед Заном, оставляя обтянутые тканью сисечки. При ближайшем рассмотрении они оказались более округлыми, да еще и с торчащими дерзкими сосками. Сглотнув скопившуюся слюну, мужчина хмыкнул себе под нос. Кажется, судьба не так уж надругалась над ним и супружество не станет полной катастрофой. Рассеяно погладив тонкую лодыжку, он нечаянно разбудил девушку, и та, конечно, в ужасе решила, что Зан – насильник.

– Успокойтесь, – хмыкнул мужчина, глядя в расширившиеся глаза. – Ваша брачная ночь настанет не сегодня. К тому же уже почти утро.

– Я, наверное, задремала, – поджав губки, пробормотала Дельфина, приподнявшись на руках и качнув перед ним сиськами, что тут же привлекло его внимание. – Не смогла уснуть и решила еще раз взглянуть на цветы.

– Что же вам не спалось в своей постельке? – немного грубо спросил Зан. – Неужто мысль о скором замужестве вас так взбудоражила?

– О чем вы? – настороженно уточнила девица.

– Дурочку из себя не стройте, – прищурившись, выплюнул мужчина, наклонившись вперед. – Наши отцы подписали брачный договор, хотя я давал вам и повод, и возможность этого избежать.

– Но мне сказали, что еще ничего не решено, – удивленно отозвалась будущая мадонна Аламарас.

– Вас обманули, моя милая, – с издевкой пропел Зан. – Отныне вы моя невеста и фактически принадлежите клану Аламарас. Кстати, об этом. Что ж вы так скрывали свои «достоинства»?

В этот момент он смотрел прямо перед собой, и Дельфина прекрасно поняла, что он имел ввиду. Рывком запахнув полы халата, девушка собиралась покинуть атриум, вот только мужские планы не менее резко поменялись. Зан успел поймать её и с силой прижал к себе.

– Куда-то спешим? – весело поинтересовался он. – Хотите отпраздновать победу в одиночестве? Чтобы никто не видел вашего восторга?

– С чего вы взяли, что я испытываю восторг от мысли остаться с вами наедине? – прошипела Дельфина, не сделав попытки вырваться из его объятий.

– Вы провоцируете меня, донна Конте, или лучше уже величать вас мадонной Аламарас? – насмешливо уточнил Зан, обхватив одну из её грудей и потеребив сжавшийся еще больше сосок. – Сдается мне, кто-то тут явно получает удовольствие.

– Никакого удовольствия ваши манипуляции принести не могут, – язвительно откликнулась девушка, отвернувшись от него. – Здесь прохладно, вот и всё.

– Что ж, проверим, – хмыкнул мужчина, который почувствовал совсем иной отклик её тела.

Мгновение спустя закрытая сорочка, которая скрывала девичьи прелести, прекратила свою функцию и под возмущенный писк хозяйки распахнулась там, где никогда этого не делала. Зан с удовольствием наклонился и попробовал на вкус дерзкие пики, которые обнажились пред ним, отчаянно колыхаясь из-за трепыханий девушки. Втянув в рот один твердый комочек, мужчина тут же прикусил его и быстро проделал то же со вторым. Дельфина упиралась ему в плечи и бормотала что-то о том, чтобы он прекратил.

– Грубое невоспитанное животное, – пыхтела девица, пока мужчина с удовольствием истязал её сосочки.

– Умммм, – промычал в ответ Зан с ухмылкой. – А то ты этого не знала?

Жестче всосав в рот одну из вершинок, он помогал себе зубами, когда учуял тонкий аромат возбуждения, который шел от девушки.

– Ну-ка, ну-ка, – пропел мужчина, разрывая сорочку до подола. – Сдается мне, тут меня ждет сюрприз.

– Нет-нет-нет, – возмущенно возразила Дельфина, когда оказалась на спине и с распахнутыми ногами. Отчаянно прикрываясь руками, она брыкалась и лягалась, словно дикое создание. – Не смейте! Вы не имеете права!

– Ты уверена? – насмешливо уточнил Зан, осматривая открывшийся вид на белоснежную кожу и блестящие от его слюны вздернутые соски. – Мне кажется, всё как раз наоборот. Я вынужден настаивать, что право у меня есть.

Отбросив в сторону её ручки и усмирив острые коленочки, он замер, глубоко дыша и разглядывая то, что поистине таила от него Дельфина. Нежно-розовую женственность, покрытую сочившейся влагой. Набухшие лепестки створок и выступающий комок клитора, который лишь готовился расправиться для получения наслаждений.

– Ах ты, дрянная девчонка, – пробормотал Зан. – Намеревалась скрыть от меня главное сокровище?

– Немедленно прекратите смотреть! – яростно зашипела девушка, пытаясь сдвинуть бедра.

– Слушаюсь и повинуюсь, – с мрачной и полной коварства улыбкой ответил он, наклоняясь к промежности и обхватывая клитор губами.

Едва он всосал его, Дельфина задергалась сильнее и заворочалась с новой силой, но мужчину это уже не волновало. Терпкий, таинственный и греховный вкус взорвался на его языке, заставляя забыть обо всем. Зан жестче всосал стремительно твердеющий клитор и ощутил слабые судороги в ответ. Девушка продолжала сопротивляться и даже дергать его за волосы, но не помогло, и вскоре она затихла, закусив свой кулачок. Свободно переместив ладони с бедер на сочную грудь, он сильнее сжал соски, желая разжечь её страсть еще больше, но Дельфина лишь ухватилась за его запястья и не издала ни звука. Оргазм настал неожиданно, девушка выгнулась дугой и затрепетала всем телом, отдаваясь во рту мужчины настоящей дрожью и усилившейся влагой, которую он с жадностью слизал. Когда спазм сошел с неё, слабые попытки отодвинуться от него были грубо подавлены. Зан лишь попробовал эту малышку и отпускать еще не собирался. Набухший клитор отзывался на каждое движение языка и так сладко трепетал, что остановиться не было сил. Вторая волна пришла быстро и увеличила этот комок еще больше, так что застонал уже Зан, быстро переходя на рык. Собственный член стоял колом, и лежать на животе становилось неудобным. Дав ей кончить в третий раз, мужчина рывком подтащил ослабшую Дельфину к себе и тихо засопел на ушко:

– Никакого удовольствия, да?

– Будь ты проклят, Зан Аламарас, – прошипела она. – Не желаю видеть твою самодовольную физиономию!

– Эта физиономия только что неплохо потрудилась, – хмыкнул он, потирая её об свой стояк. – Так что пора бы и твоей киске заняться делом.

– Нет! – возмутилась Дельфина. – Я буду кричать!

Обхватив её в стальные объятья, Зан тихо засмеялся прямо в девичье ушко.

– И кто же меня остановит? Твой отец? Он только что самолично отдал тебя мне, а уж мой папаша будет только рад, если получит внуков быстрее. Донна Аллира? В данный момент она ублажает моего ненасытного братца.

– Ты ничего не получишь от меня! – продолжая слабое сопротивление, произнесла девушка, откинув голову назад.

– О! Я получу, – прошептал мужчина, продолжая уже жестче тереться об неё стояком. – И буду получать каждый раз, как возникнет потребность.

– Ты – похотливое животное!

– Да, – хмыкнул Зан, прикусив её горлышко. – Похотливое, грубое, голодное и настойчивое животное, которое слишком долго сидело взаперти, а ты, моя дорогая, теперь внутри этой клетки. Так что не удивляйся, что оказалась на четвереньках и с задранной попкой.

Уложив Дельфину под себя, он задрал её руки над головой и распластался сверху, без разбора целуя грудь и шею, одновременно собираясь освободить свой член.

– Ой! Простите, господин Зан! – вдруг раздалось совсем рядом с ними, на секунду заставив замереть его.

– Пошла вон! – рявкнул мужчина, тяжело дыша.

Дверь атриума тут же захлопнулась и Зан смог осмотреть результат своих действий. Раскрасневшаяся и полуобнаженная Дельфина так же тяжело дышала. Оргазмы шли ей, как и растрепанные волосы, и колышущаяся от сопротивления грудь с острыми дерзкими сосочками.

– Тебе повезло, – мрачно произнес мужчина, не меняя положения и позы. – Проклятые цветы должны уехать в столицу, и их необходимо упаковать.

– Что? – удивленно прошептала девушка, тут же прекратив ерзать под ним.

– Я тебя отпущу, – недовольно ответил он и тут же добавил. – Но сегодняшнюю ночь я все равно проведу в твоей киске.

– Так нельзя, – судорожно возразила Дельфина, когда, не удержавшись, Зан все же лизнул её соски вновь.

– Почему? – почти спокойно уточнил мужчина, продолжая сладкую пытку. – Брачный договор подписан, а свадьба лишь церемониальный ритуал, который ничего не значит. Ты уже моя и этого не изменить.

– Я… Нет.

– Дельфина, – нежно прошептал Зан. – Ты не хуже меня знаешь правила. Скажи честно, что остановит меня от того, чтобы не взять тебя сегодня ночью?

– Совесть? – язвительно предложила девушка.

– Её у меня нет, – хмыкнул мужчина.

– Честь? – вновь отозвалась Дельфина.

– Она велит мне взять тебя под свою ответственность, а что, как не свою женщину, я буду защищать? – иронично парировал он, вернувшись к посасыванию сосков, чередуя их между собой.

– Хватит, – произнесла она, поморщившись от его укусов. – Сейчас сюда опять войдут, и я не желаю быть выставленной напоказ.

– Тебя никто не увидит, – хмыкнул Зан, не прекращая наслаждаться её грудью. – Я не позволю.

Спустя время, мужчина все же оторвался от Дельфины и сомкнул полы разорванной сорочки с халатом, прикрывая тело девушки. Дав ей встать с кушетки, он тихо и угрожающе произнес:

– Беги быстрее, малышка, и прячься лучше. Забаррикадируй дверь, иначе я забуду про все, что сказал, и явлюсь прямо сейчас.

Услышав последнюю часть фразы, девушка выскочила из атриума и резво помчалась наверх, перескакивая по две ступеньки. Глядя на её мелькающие ножки, Зан поджал губы, проклиная себя за благородство. Со стоном откинувшись на спинку кушетки, он поморщился от боли в паху. Кто-то тут истекал влагой и удовольствием, а кто-то стоял в сторонке и не получил ни капли внимания. Потерев лицо и стряхнув наваждение, мужчина со вздохом отправился на пробежку. Вновь. Но теперь причина была иной, и все мысли Зана были о том, что сегодняшней ночью его воздержание прервется навсегда.

Дельфина

Какого черта это было! Девушка летела в скоростном челноке по дороге в столицу и не могла собраться с мыслями. Лежа на мягких подушках, она разглядывала крышу быстроходного судна и даже не находила слов в свое оправдание. Закусив нижнюю губу и нахмурившись до боли во лбу, Дельфина соображала, каким образом она могла кончать в объятьях этого… этого… Зана Аламараса!

Проклятый наглец застал её врасплох и просто взял все что хотел! Ну, не прям всё-всё, но все что мог на тот момент! Никогда раньше она не получала таких ярких оргазмов, да еще и так много. Поджав губы, девушка продолжала ругать себя и своего женишка на чем свет стоит, но ни к какому выводу в итоге так и не пришла. Оставив отцу сообщение на коммуникаторе, Дельфи сбежала с гасиенды Аламарас быстрее ветра. Перспектива еще раз взглянуть в наглые глаза Зана слишком сильно бесила её, а еще она не была уверена в собственной реакции. Даже сейчас, лежа на подушках челнока, девушка чувствовала пульсацию между ног и зудящую боль в груди. Проклятая порода сокстикстов!

Её мама, донна Мармарис Конте, была фарогосийкой, но получившей от своей бабушки в подарок буйные гены с планеты Сокстикст. Эти предки не отличались внешними признаками рогов или экзотическим цветом кожи, но была некая пикантная особенность у этой планеты, а именно малочисленность женских особей. Порядки в том мире таковы, что каждая женщина обязана сожительствовать с несколькими мужчинами, создавая официальные союзы. Чтобы как-то сравнять это упущение, природа наградила уроженок Сокстикста повышенным темпераментом. Каким образом прабабушка попала на фригидный Фарогос – непостижимая тайна, но факт остается фактом, она осела здесь. Выйдя замуж, далекая родственница родила просто уйму детей по местным меркам – трех дочерей и сына, создав тем самым вокруг себя почти святой ореол плодородия. Не удивительно, что её дочурки без труда вышли замуж, разбавляя своей кровью хилый генофонд Фарогоса, но с каждым поколением эта плодовитость падала, и уже мама Дельфины смогла родить лишь одну девочку, хотя это спорный момент, ибо больше женщина и не пыталась дать жизнь кому-либо.

Будучи подростком, Дельфи обнаружила на чердаке дома мамины вещи. Мармарис оставила после себя множество контейнеров с личным содержимым. Удивительно, но столь юная мадонна Конте смогла нажить столько имущества, когда на том же чердаке хранились вещи дряхлых старцев, не занимающих и половины скарба Мармарис. Желая познакомиться с женщиной, давшей ей жизнь, Дельфи углубилась в чтение дневника. Оттуда юная девушка узнала о многом. О том, что мама полюбила другого, и как страсти, забурлившие в ней, погубили семейное счастье Мармарис. О том, что дон Валентино ей не отец, и том факте, что это ни для кого не секрет. Описывая события своей жизни, мама не скрывала пикантных подробностей и того факта, что с самой брачной ночи дон Валентино не впечатлил её, оставив неудовлетворенной и разочарованной. Семья Конте сохраняла видимость приличий еще не один цикл, но каждую ночь Мармарис страдала от холодности мужа, направляя кипучую энергию в творчество. Кто именно стал отцом Дельфины, никто не знал. Донна Конте скрывала имя любовника и не предъявляла его на всеобщее обозрение. Несмотря на этот факт, дон Валентино не прекратил посещать спальню супруги, чем приводил её в бешенство, и Мармарис от всей души захотела освободиться от семейных уз, но, к сожалению, все закончилось печально.

Когда Дельфи подросла, некоторые слова матери из дневника стали достигать её сознания. «Излишнее томление», «желание что-то делать или бежать», «чувственная пытка» – девочка с ужасом понимала, что это становится её реальностью. Впервые она проснулась ночью ото сна, в котором бежала от чего-то или кого-то неясного. Ужас погони будоражил её, заставив покрыться испариной. Сердце стучало словно бешеное. С трудом успокоившись, Дельфи проворочалась до утра, не сумев уснуть вновь.

Отец редко брал её на празднования Благоденствия. Девушке позволялось присутствовать лишь на первом дне и то в самом начале, но слухи, которые без стеснения обсуждали сверстницы, изумляли её. Однажды она явилась на маскарад и сама стала свидетельницей всего безумства, что творилось там. Дельфи сбежала быстрее ветра из Садов, но после этого её сны приобрели иной характер. Более чувственный и сексуальный. Напряжение нарастало, но воспитание и природная сдержанность все еще главенствовали в жизни девушки.

В один момент это изменилось. В офисе с собственным помощником. Нет, зайти слишком далеко она не позволяла, но Карлос давал выход её напряжению. По сути, он делал тоже, что и дон Аламарас, но сравнивать их было невозможно. Карлос был нежным и ласковым, едва касаясь её женственности, тогда как Зан просто изнасиловал девушку языком! Отвратительный мужлан!

«Но когда ты кончала с Карлосом там много раз? Или так сильно?», – произнес противный внутренний голос Дельфи, заставив её поморщиться. С Карлосом оргазм был легкой волной, медленно накатывающей и так же деликатно сходившей на нет, оставляя чувство спокойствия и негу. Зан же просто бросил её в вихрь ощущений, захлестнувших вмиг с головой. Даже спустя несколько часов тело все еще пульсировало и дрожало в ожидании продолжения. Привыкшая контролировать себя и свои порывы, Дельфина испугалась, что этот мужчина каким-то образом обратит её в самку, которой мало одного партнера, и призовет все то худшее, что таила в себе сокстикская натура.

Когда челнок достиг окраин Камильсаны, девушка замедлила транспорт и буквально на ходу выпрыгнула из салона, зная, что отследить путь машины, а также в каких местах были сделаны остановки, несложно. Спешные сборы прошли в режиме шторма, так что с собой Дельфина ничего не взяла, сожалея лишь о рабочем планшете, на котором сохранились рисунки изумительных цветов. Было во всей столице место, где никто не будет её искать.

Трое суток. Трое благословенных суток, в течение которых девушка игнорировала сообщения отца и жениха. Да, Зан действительно был её официальным женихом, что как-то не радовало Дельфи. Еще совсем недавно она сама принимала его, как часть платы за возможность продолжить заниматься любимым делом, но теперь все изменилось. Она боялась его и того, что будил в ней этот мужчина.

Первое сообщение от суженого было простым приказом: «Где ты? Немедленно вернись, где бы ты ни была!». Очевидно, что генерал фарогосийских войск умел только отдавать приказы, исполнять которые никто не собирался. Ну, никто из тех, кто должен был выйти замуж за него.

В обед третьего дня спокойствия двери её рабочего кабинета раскрылись без стука, явив злого, но торжествующего Зана.

– Добрый день, мадонна Аламарас, – сквозь зубы прошипел мужчина, закрывая двери за собой на замок.

– Я не ношу этот титул, – застыв на месте, отозвалась Дельфи. – И думаю, что не буду.

– Каким это образом? – насмешливо уточнил Зан, поднимая руку и демонстрируя её планшет. – Весьма интересная штука, если ищешь хозяина.

С этими словами устройство легло на стол девушки, а вслед за ним и сжатые мужские кулаки.

– Я не выйду за тебя замуж, – прямо сказала она, смело глядя в его прищуренные глаза. – На церемонии я откажу тебе.

– Твое право, – хмыкнул Зан, вскинув одну бровь. – Тогда церемонии не будет. Ты просто переедешь на виллу Аламарас и в мою постель. Наследники будут, так что отец внакладе не останется, а ты и так моя, так как мне насрать на традиции.

– Так нельзя! – воскликнула Дельфина, взмахнув руками.

– А сбегать с гасиенды и оставить меня со стояком – можно? – иронично хмыкнул мужчина, выпрямившись во весь свой немалый рост.

Тёмно-синий строгий китель, без каких-либо украшений, выглядел внушительно на нем, хотя тут фигура модели играла не последнюю роль. Девушка окинула его взглядом, проморгав тот момент, когда Зан стал огибать её стол.

– Что вы делаете? – поежившись, спросила девушка, чувствуя почти панику.

– Пришел навестить своё сокровище, – с хищной улыбкой ответил он. – То, что ты так удачно прячешь под юбкой.

Узнав повод для визита, Дельфи демонстративно закатила глаза и недовольно цокнула языком, считая его недостойным. Пока она размышляла над ответом, вмиг оказалась не в кресле, а на собственном столе, да с задранным подолом и разведенными бедрами.

– Ты что серьезно?! – воскликнула шокированная девушка, беспомощно наблюдая за снятием собственного белья.

– А что, похоже, что я шучу? – усмехнулся Зан, бесцеремонно закидывая её ножку на свое плечо. Задержавшись на мгновение, разглядывая её обнажившуюся плоть, мужчина с укоризной добавил. – Как ты посмела сбежать от меня?

– Ты сам велел бежать и прятаться, – произнесла Дельфи, чувствуя, что ситуация повторяется и не самым лучшим для неё образом.

– А что ж ты не была такой послушной, когда я велел явиться обратно? – вскинув брови, уточнил мужчина.

– Знаешь, я не так сильна в исполнении приказов, – парировала девушка, воюя с ним за собственный подол, который наконец-таки решила опустить ниже живота. – Понимаю за раз по одному.

– Учту на будущее, – хмыкнул он, ныряя за тем, за чем пришел.

– Ты ненормальный? – выдохнула Дельфи, силясь оторвать его голову от своей промежности.

– А хоть бы и так! Имею право! – донесся категоричный ответ из-под юбки.

Волны удовольствия нарастали стремительно и неотвратимо, когда грязный рот Зана грубо всосал её клитор. Жесткие и яростные движения языка, губ и зубов кружили голову, словно алкоголь, выпитый на голодный желудок. Мелкая дрожь охватывала все тело, собираясь там, где жестко сосали и причмокивали от удовольствия. Закрыв глаза, Дельфина взлетала выше и выше, хватая воздух ртом от нехватки кислорода, но в последний момент была грубо возвращена в реальность. Мужчина вынырнул из-под её юбки и с хитрым прищуром уточнил:

– Что? Не понравилось?

– Ты – негодяй! – вырвалось из уст девушки, дрожавшей от неудовлетворения.

– Я ни разу не кончил, – веско парировал Зан, вдруг облизав свой рот.

Это движение было таким порочным и самодовольным, что она не выдержала и отвернулась. Мужская улыбка была полна затаенного коварства и предвкушения наслаждения. Выпрямившись во весь рост, он обнял её и томно зашептал на ушко:

– Теперь перспектива выйти за меня замуж не так и страшна?

– Это нечестно!

– Зато как заманчиво, да? – с улыбкой произнес Зан, нежно целуя за ушком.

– Нет! – упрямо рявкнула Дельфи.

– Что ж, – невинно вздохнул мужчина. – Я хотел обойтись одним разом, но чувствуется, что приводить доводы придется дольше.

– Что?! – округлив глаза, спросила девушка.

В следующее мгновение он уже вновь вернулся под юбку, и пытка продолжилась снова. Три раза Дельфи была готова кончить и трижды возвращалась назад, с каждым разом становясь злее предыдущего. В бессильной ярости хватая Зана за волосы, она пыталась заставить засранца закончить начатое, но все равно он выходил победителем. В итоге не выдержал уже мужчина, и дело лихо стало двигаться к полноценному сексу, когда их прервал бодрый стук в дверь.

– Господин Аламарас! Господин Аламарас, это срочно!

– Пошел вон! – рявкнул Зан, застывая с расстегнутыми штанами в руках.

– Это очень срочно! – настаивали за дверью.

– Я выстрелю тебе в морду, Марко, если произнесешь еще хоть слово! – еще громче рявкнул мужчина.

– Король! Король внезапно прибыл в Воздушную гавань, – затараторил некий Марко, невзирая на угрозу. – Он хочет видеть вас!

– Ты меня не нашел! – безапелляционно ответил Зан, уже закатив глаза от расстройства.

– Но, генерал! – упорствовали за дверью.

– Проклятье! Я скоро буду! – поджав губы от злости, выдал мужчина, сдаваясь под натиском обстоятельств.

– Он уже там! А мы еще…

– Я ПОНЯЛ!!!

Дельфи даже заулыбалась, настолько Зан был взбешен. Заметив её веселье, он сурово прищурился и тихо произнес:

– У тебя есть еще места, где бы ты спряталась сегодня?

– Так, – пожала плечиком девушка.

– Так? – настойчиво уточнил мужчина.

– Что ты хочешь услышать? – устало и разочарованно простонала Дельфина.

– Что ты никуда не денешься от меня, – серьезно ответил Зан. – Я вернусь очень злым, и если ты опять исчезнешь – больше хорошим я не буду.

– Иди уже, – вздохнула девушка. – Куда мне бежать? Это единственное место, где я могла спрятаться.

– Точно? – подозрительно сощурившись, уточнил он.

– Да!

Поправив её одежду, а заодно и свою, мужчина спустил Дельфину со стола и усадил в кресло.

– Я скоро, – предупредил Зан, решительно маршируя к выходу. – Пристрелю кое-кого и вернусь!

Глава 4

Зан

Бешенство и злость улеглись разом, когда Зан широкими шагами вошел в свой кабинет и увидел короля, завороженно разглядывающего столицу сквозь прозрачный пол. На манер Небесного ресторана, его рабочий офис имел захватывающий вид на Фарогос и космос. Облаченный в королевские регалии, дон Эрнесто Гавиртран производил впечатление, хоть и не обладал внушительным ростом или комплекцией. Выдохнув все раздражение и недовольство, мужчина спокойнее прошел вглубь кабинета и, встав по стойке смирно, произнес:

– Зан Аламарас прибыл по вашему приказу. Прошу простить за задержку. Если хотите осмотреться, то я готов провести вас по самым важным частям базы.

– Я уже осмотрел все что хотел, – спокойно ответил король, не оборачиваясь к генералу своих войск. – Меня интересует иное.

– К вашим услугам, – кивнул Зан, уже давно привыкший к внезапным проверкам.

– Перейду сразу к делу, – со вздохом произнес король, медленно поворачиваясь и показывая тонкую веточку. – Знаешь, что это?

– Очевидно, какое-то растение, – недоуменно нахмурился генерал.

– Не просто растение, а найденное в покоях принцессы Альды и призванное предотвратить зачатие наследника, – с отвращением бросил Дон Эрнесто. – Мой сын далеко не идеал, но его даже хилые попытки стать отцом пресекаются на корню.

– Откуда оно взялось? – еще больше нахмурился Зан. – Знает ли принцесса, какое оно имеет действие?

– Знает, – кисло отозвался король. – Эта трава с Магаратхи. Приобреталась, как и другие, в качестве благовоний и укрепляющих настоев. Служанки доложили, что Альда намеренно пьет отвар из этого растения, чтобы не зачать наследника.

– Тогда это…

– Измена, – мрачно рявкнул Эрнесто Гавиртран. – Я пришел к тебе лично, чтобы понять, как ты относишься к моей невестке. Зная о ваших непростых взаимоотношениях с моим сыном и его женой, я хочу спросить, что у вас происходит на данный момент?

– Ничего, – прямо ответил Зан. – Я спал с вашей невесткой по просьбе Эриала в начале их брака, когда вернулся с Адмара, но более не поддерживаю их и не планирую этого в будущем.

– Ты женишься на дочке Конте? – уточнил король.

– Да, брачный договор подписан, и девушка уже фактически принадлежит клану Аламарас, – твердо произнес мужчина, все еще стоя, словно солдат на параде.

– Я в курсе, что это, мягко говоря, огорчило принцессу Альду, – поджав губы, признался король и тут же со вздохом покачал головой. – Она, правда, пыталась зачать от тебя наследника?

– Попытка оказалась провальной, – мрачно ответил Зан, вспоминая последний день празднования Благоденствия.

– Ты генерал моих войск, и более того ты – друг наследника Короны, – мягче произнес Эрнесто Гавиртран, вновь посмотрев на столицу у своих ног. – Я хочу знать, как ты поступишь, если принцессу Альду уличат в измене? Знаешь, что за этим последует?

– Если она виновна – должна ответить за содеянное, но мои слова будут пристрастны, – ровно ответил мужчина. – Принцесса Альда давно имеет на меня планы, которым я противлюсь не один цикл.

– Знаю, – кивнул король, и тяжело вздохнув, продолжил. – Союз с её планетой более не имеет веса, но я надеялся, что Альда подарит Фарогосу сильного наследника. Это была её единственная роль, с которой девица не справилась и даже пытается уклониться. Корона не может просто обвинить её в измене и выслать с планеты, все же статус принцессы дает Альде иммунитет, но тут пришла информация, что она готовит покушение на твою невесту.

Услышав эти слова, Зан замер. Дельфине угрожает опасность?

– Мои шпионы отслеживают все передвижения её доверенных лиц, так что девице Конте ничего не угрожает, но если Альда решится действовать, то у нас будут доказательства её вины, а это уже совсем другое дело, – вскинув правую бровь, произнес глава правящего клана.

– Что требуется от меня? – коротко спросил генерал, заметив, что весь разговор подошел к логическому узлу.

– Не вмешиваться, – твердо произнес король, вновь посмотрев в глаза мужчине. – Сможешь?

– Я должен защитить свою мадонну, – чуть прищурившись, возразил Зан.

– Защитишь, – хмыкнул король. – Но Альда должна сделать первый шаг, а уж потом я сам займусь ею.

– Вы планируете расторгнуть союз с Вако?

– Этот союз уже ничего не значит, – раздраженно бросил дон Эрнесто, подняв голову к потолку и разглядывая бескрайний космос над их головами. – Вако пришел в упадок раньше, чем ожидалось, и Фарогосу такой союз ни к чему. Будь Альда к этому времени матерью – осталась бы неприкосновенной, но девица не желает исполнять свои обязанности! А чем она занята? Интригами и местью, вместо того, чтобы родить наследника! Я не раз говорил ей и сыну, чего жду от их брака, но нет! Альда видит только тебя и не желает никого иного!

– Я пытался…

– Я в курсе, – перебил король и уже сдержаннее добавил. – Ты один сохраняешь рассудок. Даже Эриал ей потакает, хотя не пойму, за какие заслуги.

– Принц сожалеет, что не может стать для супруги достойным мужем, – вставил Зан.

– Сожалеет он, – кисло фыркнул дон Эрнесто. – Его задача – дать мне наследника! Укрепить права на трон! А он сожалеет!

Зан склонил голову и не вмешивался в рассуждения правителя. Позицию Эрнесто Гавиртрана можно было понять, и мужчина впервые увидел в ней выход из собственной ситуации. Если Альда совершит ошибку, то её дни на Фарогосе будут сочтены, вот только какой ценой? На кону стоит жизнь Дельфины, а это неожиданно стало невыгодно Зану. После того, как мужчина познакомился с невестой поближе, его позиция кардинально изменилась. За последние три дня он многое узнал о наследнице дома Конте, и это его заинтересовало. Но в данный момент Зан думал о другом.

– Вы хотите заключить новый союз? – спокойно спросил он.

– Да, – кивнул его король, не утруждая себя экивоками. – И дело не требует отлагательств.

– Что необходимо от меня в этом случае? – вскинув бровь, уточнил Зан.

– Вскоре твой брат повезет посла на новые переговоры, – вздохнул дон Гавиртран. – К этому моменту Альда должна скомпрометировать себя. И ты её к этому подтолкнешь.

– Простите?

– Не строй из себя наивную девочку, – фыркнул король. – Покажешь при дворе свою невесту и проявишь нежные чувства к девице Конте. Этого будет достаточно, чтобы Альда сошла с ума и начала действовать. Дальше дело уже тебя не касается. Я лично занимаюсь этим вопросом.

– Это не слишком жестоко?

– Такова цена короны, – прямо ответил глава правящего клана. – Каждый, кто хочет усидеть на троне, должен знать эту цену. Мы не женимся по любви. Задача любого монарха – укрепить династию и оставить наследнику большую силу и влияние, которое унаследовал от своего отца. Я получил достойное наследие и всю жизнь приумножаю его, но если у моего сына не будет наследника, все что я делаю, – рассыплется в прах из-за того, что его жена влюблена в другого. Королевский брак – это всегда интересы Короны.

– Понимаю, – кивнул Зан, которого собственный отец не спросил о желании жениться.

– Я пришел сюда как твой сюзерен, – произнес дон Эрнесто. – Хочу лично убедиться, что ты на стороне Короны.

– Всегда, – коротко ответил мужчина.

Час спустя король покинул кабинет Зана, обсудив все нюансы нового союза. Задача его младшего братишки была больше, чем охрана нового посла. Но указания должны быть донесены скрыто. Тэрону предстояло наладить новый союз, который подкрепится браком, но пока Эриал еще считается женатым, действовать нужно тонко, а посол Кавалькарос не способен на столь изящные маневры. Отослав сообщение брату о желании встретиться на нейтральной территории, Зан наконец-то отбыл на поверхность планеты, оставив все указания на время своего отсутствия.

На город опустился вечер, но огни в окнах офиса Дельфины все еще горели. Люди, оставленные для охраны мадонны Аламарас, отрапортовали, что девушка не покидала стен здания. Мужчина легко промаршировал к кабинету невесты и с изумлением остановился напротив стола её секретаря. Втянув в легкие запах, шедший от этого юноши, Зан тут же схватил его за грудки, смяв украшенный пиджак служащего концерна Конте.

– У тебя три секунды, чтобы объяснить мне то, чем от тебя пахнуть не должно!

Заморгавший от неожиданности парень в шоке не мог подобрать слов, с каждым мгновением приводя его в бешенство. Этот юнец источал аромат того, что отныне принадлежало лично Зану.

Дельфина

Оставшись после ухода жениха с неудовлетворенным желанием, Дельфи сходила с ума. Словно бег с сумасшедшей скоростью внезапно остановился и закончился, но все нутро кричит о необходимости движения. Ни собственными силами, ни с помощью Карлоса достичь той разрядки, которую она узнала с Заном, не получалось, и девушка прибегла к последней надежде. Поднявшись в свою квартирку над офисом, Дельфи заперла дверь и воспользовалась механическим вибратором, который лишь ненадолго облегчал ситуацию.

Внезапно легкая простыня слетела с неё, словно её никогда и не было. Тяжесть большого тела обрушилась на девушку одновременно с захватом горла и яростным рыком:

– Моя дорогая невестушка, как вышло, что твой помощник получил то, что принадлежит мне?

– О чем ты? – прохрипела Дельфи, уже чувствуя, что её мучения закончились.

Зан рывком выдернул из неё вибратор и отшвырнул его прочь, как нечто глупое и бесполезное. Ладонь на горле не сдавливала, но определенно демонстрировала власть мужчины.

– Не зли меня, Дельфина, – прошипел он, воюя с собственными штанами. – Терпение я потерял еще на гасиенде Аламарас, когда ты сбежала от меня!

Девичьи ножки бесцеремонно раздвинули и, опалив жарким взглядом, завладели телом одним жестким движением, отозвавшимся её изумленным вздохом и мужским стоном. Навалившись всем весом, Зан засопел на ушко:

– Я предупреждал, что в первую брачную ночь тебя будут жестко ебать? Считай, что момент настал.

– Подожди, – пискнула Дельфи, чувствуя колоссальное расширение и давление практически со всех сторон.

– И дать тебе возможность вильнуть в сторону? – прошипел мужчина, врываясь в неё снова и тут же с силой возвращаясь назад. – Ты уже распалила себя и меня до предела. Так что я подоспел вовремя.

Брыкаться под ним было трудно, ибо Зан контролировал себя и всю ситуацию. Молотить кулачками по широкой спине было бесполезно – он просто не реагировал, двигаясь с каждым мгновением все жестче. Огненный шар поселился в животе Дельфи и с каждым толчком рос все больше, заставляя её изгибаться от удовольствия.

– Я так и не услышал ответ на свой вопрос, – раздался злой голос Зана совсем близко от неё, вырывая из чувственного тумана. – Какого черта этот юнец пахнет тем, что принадлежит мне?!

– Зан…

– Отвечай! – рявкнул мужчина, вдруг прекратив движение и заставив девушку охнуть от разочарования. – Я жду!

– Ты сам велел мне найти кого-нибудь для «трепетного первого раза»! – зло выплюнула она, отчаянно желая продолжения.

– Дельфина, – медленно и зловеще прошипел Зан, втягивая в легкие аромат с её кожи. – Я в курсе, что ты ему не отдалась, но позволила слизать слишком много своего сока.

– Ты меня бросил в горячке! – выдохнула девушка и сама стала ерзать под ним, насаживаясь на что-то очень большое и раскаленное.

– Кончила с этим юнцом? – коварно уточнил мужчина, прищурившись от открывшегося вида на охваченную страстью невесту.

– Да, – выдохнула Дельфина, закусив нижнюю губу и не заметив потемневшего взгляда Зана.

– Понравилось? – вкрадчиво спросил он, обхватывая одной рукой её талию и заставляя выгнуться сильнее, пока вторую руку перемещал с горлышка девушки на затылок.

– Почти, – ответила она, чувствуя, как мужчина наконец-то пришел в движение.

– Почти? – мягко и ласково уточнил Зан, прежде чем захватить Дельфину в стальные объятья, и, стремительно ускорившись, заставляя её закричать от вихря эмоций и чувств.

Оргазм взорвался в ней, поглотив с головой. Спустя время звенящая пустота наполнилась поцелуями-укусами и хлюпаньем ритмичных движений, сопровождающих жесткие толчки, которыми Зан вдавливал девушку в постель.

– Скажи мне, что это был единственный раз, – пробормотал мужчина, поняв, что Дельфина пришла в себя. Взгляд, с которым он требовал ответа, заставил девушку замереть. Прищурившись от догадки, Зан ускорился еще больше. – Сколько?

– Зан…

– Сколько раз он нырял под твою юбку? – тихо допрашивал мужчина теряющую реальность девушку, не прекращая двигаться, словно захватчик.

– Не знаю, – захныкала Дельфи, вновь чувствуя приближение волны. – Не помню!

– Значит «не помнишь», – выдохнул он, рывком переворачивая девушку на живот и приподнимая её попку. – Значит так часто, что перестала считать!

Шлепок обжег зад Дельфи, которая уже дышала с трудом, теряя силы. Стон вырвался вместе с всхлипом, едва Зан обхватил её бедра и пристроился вновь. Толчок и все внутри словно расширилось, подстраиваясь под его размер и желание. Обхватив девичью шею, мужчина притянул Дельфину к своей горячей груди и сжал её холмики в ладонях, щипая сжавшиеся соски.

– Раз он твой мальчик для удовольствия, что же ты тут делала, когда я пришел, а? – продолжал Зан допрос. – Неужели он не справился с такой простой задачей?

– Я не собираюсь отвечать на твои вопросы! – взвилась девушка, брыкнув всем телом, но лишь застонала, когда жесткие толчки вновь стали обжигать её.

– О, нет, моя дорогая, – язвительно возразил мужчина, крепче обнимая Дельфину. – Я получу все ответы до единого, или твой Карлос покинет Фарогос без языка!

– Что?! – изумленно выдохнула она, повернувшись к нему, чтобы взглянуть в лицо.

– Неужели ты решила, что я оставлю его поблизости от тебя? – оскалился Зан, обхватив рукой её щечку. – Этот щенок сунул свой язык туда, куда не следовало! И очевидно делал это не раз и не два!

Мужчина смотрел так, словно выжигал на Дельфине клеймо. Движения вновь стали набирать скорость, и вскоре она взлетела к звездам, распавшись на мириады кусочков. В следующий раз девушка пришла в себя привязанной к столбику собственной постели. Узел был слабым, но освободиться Дельфи не смогла, покорно позволяя мужчине буйствовать между своих бедер. Едва тело вновь наполнилось искрами удовольствия, Зан вышел из неё и кончил на живот, рыча словно животное. Не успев нахмуриться и спросить, что все это значит, она молча наблюдала, как нечто белое и, похоже, вязкое мужчина стал втирать в её кожу на животе и бедрах.

– Мне надо знать, что происходит? – вяло спросила Дельфи, чувствуя полное отсутствие сил.

– Я помечаю тебя собой, – кисло ответил Зан, усердно растирая свою сперму по её груди. – Отныне ты моя и должна пахнуть только мной.

– Чтоб ты знал: я регулярно пользуюсь лазерным душем, – устало пробормотала девушка, откинув голову на подушку.

– Это ритуал, – мягко хмыкнул мужчина. – Ревность – штука инстинктивная.

– Ты ревнуешь? – удивленно уточнила она, вновь поднимая голову и глядя на все еще твердый член. – Не устал?

– Сам не ожидал, что так получится, – поморщился Зан, вновь пристраивая головку к её киске. – И нет, я не устал.

Толчок и новая обжигающая волна, омывающая все нутро. Поцелуй и новое движение, растягивающее девушку под размер захватчика. Дельфина смежила веки, отдаваясь этой чувственной пытке, которая усмиряла её бушующую кровь. Освобождение, которое приходило с каждым оргазмом, словно перерождало её заново и окрыляло. Впервые девушка чувствовала себя наполненной и цельной, хотя методы её жениха были спорными, все же Дельфи взлетала к звездам раз за разом.

Очередное прояснение рассудка случилось от шепота Зана:

– Открой рот.

Сочный вкус фрукта взорвался на языке девушки, вызывая острое наслаждение и стон. Сил не было, даже чтобы открыть глаза, но Дельфи чувствовала, что сидит на его коленях, обнаженная и согретая мужскими объятиями.

– Пей, – вновь произнес Зан, поднося стакан с освежающим напитком ко рту девушки. – Открой рот еще раз.

В этот раз во рту оказался не фрукт, а витаминная паста, но и она на вкус была практически идеальна. Мужчина упорно кормил её, заставляя глотать освежающий напиток, пасту или очередной фрукт. Когда силы стали понемногу возвращаться, Дельфи смогла открыть глаза и с удивлением поняла, что в спальне светло и за окном уже давно был день. Девушка лежала на своей кровати, прикрытая простыней, но проснулась она не от этого, а от голоса Зана, который с кем-то беседовал по коммуникатору.

– Да, – раздался густой мужской голос жениха. – Вещи с виллы Конте необходимо перевезти в ближайшее время. Ясно. Действуйте аккуратно и ничего не повредите. Через пару часов пришлите бригаду по еще одному адресу, это в офисе концерна Конте. Здесь тоже необходимо собрать личные вещи и переместить их на городскую виллу Аламарас. Нет. В мои покои. Мебель на чердак, а личные вещи – складируйте в спальне. Когда? Задержите вылет до нашего прибытия. Хорошо.

Судя по подслушанному разговору, Зан спокойно отдавал приказ о её переезде, даже не уточнив, согласна ли Дельфина. Она была против, но сил возмущаться не осталось.

– Проснулась? – спокойно уточнил мужчина, появляясь в поле зрения и присаживаясь в ногах постели. – Поговорим?

– Ты хочешь уточнить, согласна ли я на переезд в твой дом? – язвительно спросила Дельфи, с трудом принимая положение сидя.

– Нет, – пожал плечами Зан, вольготно улегшись на бок, опираясь на локоть. – Это не обсуждается. Отныне ты живешь со мной.

– Теперь так будет всегда? – кисло хмыкнула девушка. – Ты – отдаешь приказы, а я их покорно исполняю?

– Полагаю, что вопрос с подвохом? – иронично вскинул бровь жених. – Что бы ты ни думала, но совместное проживание – неизбежность.

– Я все еще Конте, – членораздельно произнесла она.

– Условно, – лаконично возразил Зан. – Я обязан позаботиться о твоей безопасности. Твой отец покидает Фарогос, а ты, соответственно, переезжаешь на виллу Аламарас. Она просторнее и удобно расположена, чем не плюсы?

– Вилла Конте так же просторна, но я предпочитаю жить неподалёку от работы, – вздохнула Дельфи, чувствуя, как силы постепенно возвращаются к ней. Витаминная паста творила чудеса в плане восстановления ресурсов организма. – К тому же неизвестно, когда отец покинет Фарогос, а до тех пор я планирую избегать тесных контактов с тобой.

– Дон Валентино покидает Фарогос сегодня, – спокойно вставил Зан.

– Что? – изумленно переспросила она, выпрямляясь в постели, не забывая придерживать простынь на груди.

– Собственно он уже прибыл в космопорт Воздушной гавани, – пояснил мужчина, демонстративно взглянув на потолок. – Рейс задержат, чтобы вы смогли спокойно проститься.

Смущение и какое-то непонимание охватили Дельфи при мысли, что сегодня она увидит отца в последний раз. Оглянувшись по сторонам, девушка нашла свой коммуникатор, обнаружив там несколько пропущенных звонков и длинное сообщение от дона Конте, о том, что он не смог связаться с ней. Также отец сообщал, что покидает Фарогос, фактически завершив все мирские дела.

– Челнок стоит у порога, чтобы доставить нас в Воздушную гавань, – раздался вкрадчивый голос Зана, собрав в кучу разбредшиеся мысли в голове.

Дельфина собралась машинально. Платье, скромное и закрытое, туфли, накидка и даже расческа уже ожидали её, подготовленные в небольшой гардеробной. Сев в скоростной челнок Аламарасов, девушка рассеяно расчесалась, не обращая внимания на сидящего рядом мужчину. Жених благоразумно молчал, уткнувшись в свой коммуникатор, очевидно заново кроя её жизнь и судьбу.

В этот момент Дельфи было до смерти обидно, что Зан вот так запросто решал, что и как ей делать и как дальше жить. Отец продал её и улетал, даже не оставшись на официальную церемонию бракосочетания, вещи уже паковались и перевозились на виллу Аламарас. В целом девушка ожидала, что все так и будет, но все же не думала, что все изменится так быстро. Дельфина надеялась, что у неё будет время привыкнуть к новому статусу, новой жизни. Она полагала, что новая реальность будет постепенно интегрироваться в существующую, но все было иначе. Зан Аламарас ворвался в её жизнь и спальню вихрем, разрушив все преграды. Этот мужчина устроил форменный беспредел, бесцеремонно заставляя подчиняться своей воле и приказам. Где жить, где спать, как именоваться, даже что надеть сегодня. Дельфина не сомневалась, кто именно позаботился о её сегодняшнем наряде. Хмуро взглянув на спокойного мужчину, девушка сдержанно произнесла:

– Спасибо, что позаботился обо мне сегодня, но впредь я бы хотела сама решать, во что мне наряжаться.

– Наверху холодно, – спокойно ответил Зан, откладывая коммуникатор и подперев щеку, рассматривая её. – Там полно мужчин и я не планирую демонстрировать подчиненным свою супругу.

– Я тебе еще не жена, – отчеканила Дельфина, не глядя в его сторону. Они подлетали к масштабному строению, парившему в атмосфере.

– Можешь называть себя как угодно, сути это не изменит, – устало отозвался мужчина. – Ты ведь была не против этого брака.

– Мне казалось, что ты всегда будешь занят, – хмыкнула она, пожав плечиком, продолжая завороженно смотреть на Гавань. – И предпочитаешь общество королевских особ.

– Женитьба вносит большие изменения в жизнь холостяка, – иронично ответил Зан. – Отныне я буду больше времени проводить на поверхности Фарогоса.

– Не стоит так кардинально менять свои привычки ради меня, – скептично отозвалась Дельфина и тут же охнула, оказавшись на мужских коленях, успев обхватить его шею.

Девушка даже не обратила внимания на взметнувшиеся юбки и руку, мгновенно нырнувшую под подол, тихо засопев от бесцеремонности ласк. Нежный поцелуй за ушко закончился легким укусом.

– Если мужчину ждет такое сокровище, планы меняются сами собой, – пробормотал Зан, углубляя поцелуй и почти нежно касаясь набухающего клитора.

Когда девушка покидала припарковавшийся на специальной площадке челнок, её щечки уже не горели от смущения, а платье выглядело опрятно и достойно будущей мадонны Аламарас. Ни единой складки не выдавало того факта, что на подлете к Гавани Дельфина отчаянно кончала, охваченная страстью в стальных объятьях жениха. То, как головокружительно быстро все произошло, шокировало девушку, но вида она не подавала.

Заметив отца в толпе одинаково одетых мужчин, она забыла все, что так волновало её минуту назад. Дон Конте уже сменил богато украшенные одежды на монашеское одеяние Имаканты и обрил голову. Новый образ отца взволновал Дельфину и девушка почувствовала, как сердечко застучало в груди.

– Не ожидала, что все случится так быстро, – прошептала она, обнимая мужчину, который вырастил её.

– Я тоже, – мягко отозвался дон Валентино. – Имаканта нечасто принимает новообращенных, и в следующий раз её порт будет открыт лишь через несколько циклов, так что решил поспешить.

– Может все-таки…

– Дельфи, – нежно произнес отец, обхватывая её голову руками. – Я завершил все дела и устроил твою жизнь в достойном клане. Дон Эстебан поклялся, что отныне ты его невестка и мадонна Аламарас, не переживай. Часть средств уйдет на пожертвования, а другая – в твое наследство.

– Я не об этом, – грустно возразила девушка. – Имаканта – это ведь навсегда.

– Это мой выбор, дочка, – мягко сказал дон Валентино. – Ты знаешь, что я готовился к этому не один цикл.

– Да, – печально кивнула Дельфина, продолжая цепляться за свободные полы его одежд.

– Я давно должен был тебе сказать, – со вздохом произнес отец. – Ты всегда была и останешься моей дочерью. Я люблю тебя, как родную.

– Папа, – прошептала она, впервые осознанно чувствуя родство с этим мужчиной.

– Прости, что порой был холоден к тебе, – улыбнулся дон Валентино. – Я не знал, как выразить любовь. Твою маму я тоже любил, но мне не хватило огня, чтобы соответствовать ей. Я виню во всем произошедшем только себя и готов искупить грехи перед Богами.

– Ты не виноват, – закивала Дельфи. – Просто она была… такой.

– Твоя жизнь будет лучше, – уверенно произнес отец, погладив её щечку. – Аламарасы сумеют защитить тебя от всего, что может угрожать, а Зан…

– Я знаю, – кивнула девушка.

– Ты так похожа на Мармарис, – тихо прошептал он. – Тот же огонь в глазах и пыл в сердце.

– И все же от тебя во мне не меньше, – мягко хмыкнула Дельфи.

– Да, ты – Конте, – довольно прищурившись, поддакнул отец.

Обняв напоследок, девушка вдохнула родной запах, с которым у неё всегда ассоциировался дон Валентино Конте. Отпуская его из объятий, Дельфина едва сдерживалась, чтобы не побежать следом за ним. Он всегда был единственным родным человеком в её жизни, незыблемой скалой, которая защищала от угроз и опасностей. Одно его имя словно плащ окружало Дельфину. Едва космический корабль отстыковался от пирса, ком в груди расширился, мешая дышать.

Чутье подсказало, что рядом стоит Зан, молча источая похожую энергию. Рука, внезапно обнявшая девушку за плечи, оказалась горячей и тяжелой.

– Не грусти, – тихо произнес жених или уже в действительности супруг. – Если пожелаешь, мы навестим его через время.

– Правда? – удивленно уточнила Дельфи, взглянув на него.

– Ты вышла замуж, а не продана в рабство, – иронично вскинув бровь, пояснил Зан.

– Для женщин – это две стороны одной медали, – мрачно отозвалась девушка, вернувшись к разглядыванию удаляющегося космического корабля, увозящего её отца на священную планету.

Вместо того, чтобы направить Дельфи к челноку, который все еще ждал их на площадке, мужчина повел девушку в другую сторону. Пройдя по многочисленным коридорам Небесной крепости, которая, по сути, была и космопортом и аванпостом армии Фарогоса, они попали в просторное помещение с прозрачными потолком и полом. Впечатляющий вид разбавлялся стандартным интерьером, как вдруг две стены стали терять цвет, превращаясь в прозрачное стекло. Слева находился огромный стол, мигающий огоньками и транслирующий несколько картин с камер слежения, чуть дальше – пара мягких кресел с небольшим столиком. В другой части кабинета, а это был именно он, располагалась широкая, уютная и мягкая на вид софа с невысокой спинкой. Накинутый на неё роскошный меховой плед удивил Дельфину.

– Это мех карвоков?

– Да, – мягко хмыкнул Зан. – Несмотря на грозный вид, я люблю потакать себе в таких слабостях.

– Так значит, вот где заседает суровый генерал, – медленно двигаясь по кругу, произнесла девушка, осматривая широкое пространство.

– Заседает, спит, ругается и иногда не выбирается неделями, – со вздохом продолжил мужчина, присаживаясь за огромный стол и просматривая открытые папки с секретными материалами.

– Очень красиво, – задумчиво пробормотала Дельфи, глядя на изумительную панораму у своих ног.

– Подсмотрел в Небесном ресторане, – иронично хмыкнул Зан, читая некоторые отчеты на интерактивном столе и попутно печатая приказы и распоряжения. – Надо использовать преимущества расположения Крепости.

– Ты всегда хотел быть военным? – вдруг спросила девушка, склонив голову на бок, узнавая в очертаниях столицы знакомые здания.

– Я всегда знал, какое место занимаю в этом обществе, – спокойно и даже вкрадчиво ответил мужчина, пристально глядя на неё.

Эта его привычка смотреть прямо в душу смущала Дельфину, но после прошедших суток что-то неумолимо поменялось между ними. Она смирилась с судьбой, почувствовав всей душой, что нащупала опору в жизни. Хотя до конца не понимала, что представляет собой её жених, но статус, который имеет «мадонна Аламарас», неоспоримо поднимает над многими проблемами, создавая новые.

– Почему я не могу жить на вилле Конте? – спросила Дельфи, глядя в ту область Камильсаны, где располагался родной дом.

– Там запланирован ремонт, – ровно ответил Зан, расслабленно сидя в своем кресле, но чутко наблюдая за ней. – Отец хочет переделать виллу Конте для Тэрона и его детей.

Девушка немного дернулась, узнав судьбу своего дома. Имущество древнего клана шло под молоток так легко и непринужденно.

– Полагаю, что загородная усадьба Конте также отойдет вашему брату? – сохраняя спокойствие, уточнила она.

– Да, – лаконично отозвался Зан. – Семейство большое, нас с братом двое и каждый обзаведется своими детьми, так что всем нужно место в городе и за пределами столицы. Гасиенда Аламарас принадлежит нам и нашим детям, как и городской дом, а Тэрону достанутся бывшие владения дона Конте.

– Донне Аллире предстоит переезд после ремонта на вилле? – иронично поинтересовалась Дельфи, не глядя на жениха.

– Если пожелает, – легко ответил мужчина, пожав плечами. – Донна Кастос весьма независимая особа и многого Тэрон добился через её неведение.

– А что насчет моей независимости? – прищурившись, уточнила девушка, обернувшись лицом к генералу.

– Её не будет, – твердо произнес Зан. – Ты – моя мадонна. Спишь в моей постели, ешь за моим столом и удовлетворяешь меня, когда я этого пожелаю.

– Прямо не женщина, а солдат на службе, – язвительно фыркнула Дельфина, почувствовав ком в горле. Такой судьбы она себе не хотела, но вот вопрос: была ли у неё иная.

– Ну, хорошо, – вдруг вздохнул он, отведя взгляд в сторону. – Как ты видишь этот брак?

Заморгав, девушка на мгновение растерялась, не ожидая такого вопроса. Что она хотела от их союза? Защиты, свободы, уверенности в завтрашнем дне и детей. Такой был план изначально.

– Не знаю, – честно отозвалась Дельфи. – Полагаю, что не стоит появляться при дворе, и это меня вполне устраивает. Я всю сознательную жизнь работала и планировала продолжить это дальше. Теперь концерн Конте принадлежит клану Аламарас, и я не знаю, имею ли я еще эту работу.

– Продолжай, – коротко произнес Зан, подперев щеку кулаком.

– Когда отец объявил, что намерен отречься от всего мирского и уйти на Имаканту, я не была удивлена, – со вздохом сообщила девушка. – Если честно, мы никогда не были особо близки, но все же он вырастил меня и всю жизнь заботился. С его молчаливого позволения я закончила Академию, правда заочно. Держа диплом в руке, поняла, что не хочу просто поставить его на полку и упоминать при случае в светской беседе. Спросив отца о том, чем бы могла заняться в семейном бизнесе, я внезапно получила должность, кабинет и полную свободу действий. В ответ дон Конте попросил не афишировать тот факт, что его наследница вынуждена работать.

– И ты возобновила связи с салоном донны Томасины, – понимающе произнес мужчина, заинтересованно глядя на неё. – Я все знаю, Дельфина.

– И, тем не менее, ты хочешь от меня обычного фагоросийского брака? – уточнила она, уже не удивляясь его осведомленности о тайнах личной жизни.

– Это не так, – вдруг хмыкнул Зан. – Наш брак будет отличаться от общепринятого.

– Ах, ну да, – кивнула девушка. – В нашем браке будут присутствовать некоторые нюансы.

– Никаких «нюансов», если ты имеешь в виду неверность, – язвительно уточнил мужчина. – Никаких «карлосов» не должно быть и в помине.