Read the book: «До последней строки»
Desʻree – Donʻt be afraid (тема книги)
Christina Novelli, Bobina (Bobina Remix) – Numb
Eleonora – With You
Dom Robinson – Fawn
RJ Chevalier, Toniet Gallego – Or Nothing
Ben Foster, Nicholas Foster, Samuel Thompson – To the End
Aurora Night – 1310
Immediate Music – Dream Worlds
Hypersonic Music, Max Cameron – Shine
Emilio Estefan – Pennies In My Pocket
Tony Evans, Tony Evans Dancebeat Studio Band – Stop and Stare (Rumba)
Tal – Stimela
Max Denoise, Claire Willis – Bring To Me
Shawn Williams – Dreams in my mind (Minimal)
Уважаемые читатели! Действия книги разворачиваются в придуманных автором городах юго-восточного побережья США и несуществующего острова Коста-де-Пальма, по сюжету расположенного неподалеку от Кубы.
Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.
Она превратила свою боль в бестселлер.
Он превратил бестселлер в сценарий их будущего.
Пролог
Вивьен
Говорят, что ошибки делают нас сильнее и дают пищу для размышлений на всю оставшуюся жизнь. Главное – не растерять ее впустую.
Только мой мир оказался совсем другим. Он не верит в чувства, не прощает слабость и мастерски скрывает свою суть под масками благопристойности, стенами особняков и элитных клубов.
Много лет я думала, что знаю все о нем, и о людях, которые изо дня в день формировали мое будущее, пока не встретила Эвана Миллера. Мужчину, который вернул мне жажду жизни, научил чувствовать, любить и мечтать, а после уничтожил чудовищной ложью.
Теперь, израненная ею, я бегу по темной улице Гле́йнвила и не могу остановить слезы.
Все, к чему я стремилась – разрушено, прошлое – стерто, и только яркие огни фар за моей спиной оставляют робкую надежду на то, что ничего еще не кончено.
Эван вылетает из авто и, преградив мне путь, требует:
– Сядь в машину, Вив!
– Я никуда не поеду с тобой! – отвечаю я, стараясь обойти его.
– Черт! Тогда я сам посажу тебя! – вскрикивает он. – Этот разговор нужно начать сначала! И ты выслушаешь меня! Потому что я уже один раз сделал ошибку и отпустил тебя! Второй такой не будет!
Глава 1
2 недели назад. 27 июня 2025 г.
Зал Глейнвил Конгресс Холла. Церемония награждения Национальной книжной премии в области художественной литературы.
Вот и настал вечер, которого так ждали родители и Тина, по совместительству мой литературный агент, и как нетрудно догадаться, лучшая подруга.
Сейчас они в зале, только мама выбрала ближайший столик к сцене, а Тина – место поближе к прессе.
Она любит раздавать интервью, чтобы показать, каким удачным проектом для нее стала наша дружба. А после за бокалом вина или чашечкой кофе она обязательно напомнит мне, кому я обязана своей известностью. К ней, конечно, подключатся родители и скажут мне то же самое, а я, как всегда, лишь улыбнусь, потому что хочу, чтобы этот вечер поскорее закончился.
Сегодня меня наградят званием “Писатель года”, и я уже до дрожи ненавижу его, поэтому вместо повторения речи, стою за кулисами и пересчитываю лампочки на люстре.
Одна из ведущих по имени Джейд, женщина лет сорока в элегантном брючном костюме, проверяет микрофон на лифе моего платья. Ужасно тесного и слишком длинного платья! А затем осматривает меня с ног до головы и предлагает поправить прическу.
Я соглашаюсь, ведь жутко устала от ожидания, и иду к зеркалу, чтобы еще раз увидеть незнакомку в отражении.
– Ну, привет, – говорю я себе, убрав от лица выпущенные пряди.
Мне кажется или парикмахер сверялся с фотографией Барби, когда творил из меня восковую куклу? Иначе не назвать этот нелепый вид! Небесно-голубое платье с блестками, выбранное мамой, и это гнездо с бесконечными завитушками вместо нормальной прически.
Я предпочла бы надеть футляр черного цвета и лодочки, чтобы как-то уравновесить свой природный блонд, но сейчас вынуждена выйти как королева выпускного, а не серьезная женщина!
Боже! Мне уже двадцать шесть, а я не могу выбрать даже платье, чтобы один раз надеть его и спрятать в шкафу! Этот образ не сочетается с тем занудством, которым наполнена каждая моя книга! Наверное, последняя в этом качестве особенно преуспела, раз за нее дают такие награды.
“Тени Ловуда” – очередной правильный и эстетически выверенный роман о бренности жизни и торжестве разума над чувствами. Я писала его год и все время хотела забросить, потому что не верила сама себе. В сущности, каждый из нас мечтает о любви и принятии, но зачем-то должен читать о вечных страданиях.
Страдание и кара – вот главные мотивы, которые делают книгу шедевром, и я совершенно с этим не согласна!
Если бы не мама, роман давно пылился бы среди отрывков из таких же скучных эпосов. Поэтому я совершенно не рада оказаться на писательском Олимпе с этим гимном мучению и боли.
Он не отражает ни капли моей души!
– Вивьен, – зовет Джейд, указывая на свои часы. – Пора. Скоро наш выход.
Я киваю и иду за ней, стараясь не запутаться в подоле.
Честное слово, если это случится, я ничуть не расстроюсь! Избавиться от этого творения неизвестного модельера – уже праздник!
Приблизившись к сцене, где уже слышится вступительная речь, я замираю, потому что путь нам преграждает чертовски привлекательный мужчина с планшетом.
– Какие-то проблемы? – интересуюсь я, надеясь, что над залом протекла крыша и вскоре нас затопит ливень. Но по взгляду незнакомца быстро понимаю: он пришел не из-за урагана, который разразился перед самой церемонией.
Не представляю, как этот Бог в обличьи человека оказался здесь. Похоже, он выиграл джекпот в генетической лотерее, не меньше. Я минуту смотрю на него, стараясь найти хотя бы один изъян, но вижу только каштановые волосы, приглаженные назад, пронзительные светло-карие глаза и фигуру Аполлона. Облегающая белая рубашка подчеркивает мышцы на его груди и торсе, а приятный запах одеколона обволакивает нас с Джейд пряным ароматом.
– Пока я руковожу процессом, все будет гладко, – говорит он, смотря на мои губы, затем поднимает взгляд и заставляет мое сердце замереть. – Я пришел проверить, все ли готово. Стив устроит разнос всей команде, если что-то пойдет не так.
– А кто вы? – допытываюсь я, покрываясь мурашками от внимания такого мужчины.
– Я партнер в фирме, которая организовала это мероприятие, – отвечает незнакомец и вновь начинает блуждать взглядом по моему лицу.
На этот раз он не ограничивается губами, а медленно рассматривает шею, ключицы и лиф моего платья.
Это похоже на сеанс бесконтактного обольщения. Такие, как он, легко могут довести неискушенную девушку до обморока одними глазами. Правда, в моем случае все оказывается гораздо прозаичнее. Как только я провожу мысленную линию от него до себя, убеждаюсь: он смотрит не на грудь, а на микрофон, который чудом еще удерживается на платье.
– Я не заметила, что задела его, – оправдываюсь я, слегка прикусив губы от бессовестных мыслей. Но незнакомец не дает мне шанса расслабиться, подогревая самые смелые догадки.
– Поэтому я здесь, – он склоняется ко мне и осторожно возвращает микрофон на место. А после проводит большим пальцем по ключице.
Его прикосновение заставляет меня вздрогнуть и задержать дыхание. Я точно знаю: он сделал это специально. Но для чего? Чтобы показать насколько он хорош?
– Вы знаете, когда должны выйти? – спрашивает он, вернувшись на безопасную дистанцию.
Пока он терпеливо ждет ответа, я слушаю голос разума. Он буквально вопит, чтобы я сосредоточилась на выступлении, а не ягодицах этого мачо. Я же сгораю от желания пойти наперекор своей унылой жизни, поэтому позволяю себе немного помечтать.
– Десять секунд до начала трансляции! – раздается строгий голос из рации организатора.
– Так вы сумеете выбрать нужный момент? – переспрашивает незнакомец, заметив мое смятение. – Я могу подать вам знак из зала, если нужно.
– Нет, я умею считать до десяти.
Как же глупо я выгляжу сейчас! Похоже, его забавляет роль хищника, которого запустили в клетку к кроликам!
Убедившись, что мы не сбежим, он сосредоточенно сдвигает брови и, одарив меня легкой улыбкой, спускается по ступеням сбоку от сцены.
– Какой жеребец, – заявляет Джейд, сверкая от восхищения, как иллюминация на вечеринке. – Странно, что я никогда не видела его среди всех этих снобов.
Знала бы ты, что мне приходится жить среди них, а не встречаться по праздникам!
– Он…довольно привлекателен, – цежу я, стараясь не показывать интереса.
– Привлекателен? – выражение ее лица недвусмысленно передает все, что она хотела бы сделать с этим “организатором”, если бы осталась с ним наедине. – Да, это восьмой смертный грех, создавать таких мужчин! Вот увидишь, сегодня на него точно кто-нибудь накинется…Боже, нам пора выходить!
Как только Джейд отдаляется и, встав посреди сцены, представляет меня: “Леди и джентльмены, Вивьен Нокс – обладательница почетного звания “Писатель года”, а после раздается грохот рукоплескания, на меня опускается туман.
Я медленно выхожу, получаю заветное “Золотое перо” и даже что-то говорю в качестве благодарности, но при этом совсем ничего не понимаю. Лица родителей, ведущих и Тины, показывающей “класс” обеими руками – все стирается, как и это достижение.
Все, кроме него…
Он стоит в стороне, сложив руки на груди, и смотрит в сторону, потому что не верит моим наигранным эмоциям. А еще ему явно не нравится мой неестественно кукольный вид.
Еще бы! Он и не догадывается, что в спектакле под названием «Примерная девочка» у меня главная роль и я играю ее всю жизнь. Иначе не отворачивался бы от приторности момента, а сочувствовал.
Пока же только Тина видит трагедию на моем лице, ведь знает меня лучше мамы. Но и ей сейчас приходится подыгрывать надменной миссис Нокс, чтобы та позволила ей переступать порог нашего дома и время от времени вытаскивать меня из депрессии.
Однако есть вещь, которую не знает даже Тина: я так устала от вечного контроля, что балансирую на грани. И если кто-нибудь вроде этого принца не спасет меня, камнем пойду ко дну.
К несчастью, он существует в “параллельной реальности”, в которой свобода – естественная часть жизни, а не временная награда за послушание, так что вряд ли поможет мне.
Тем временем на сцене по очереди появляются попечители, главы издательств и просто знаменитые люди из мира литературы. Все они произносят бравурные речи и радостно пожимают мне руку, а я вместо того чтобы слушать их, продолжаю следить за мужчиной своей мечты. Он же, с тех пор как поправил петлицу на платье, не удостоил меня ни единым взглядом. Зато решил массу проблем других гостей, которые периодически подходили к нему и жаловались на что-то.
Наконец, когда официальная часть заканчивается, остальные награды находят своих счастливых обладателей, а по залу прокатывается красивая музыка, меня отпускают, и я начинаю медленно спускаться к столику.
Мама смахивает слезы счастья с лица и привстает, чтобы встретить меня, а отец, широко улыбаясь, поднимает бокал в мою часть, но трогательный момент нарушает мое несносное платье.
Из-за тумана в голове я наступаю на край платья и начинаю падать, представляя, как разобьюсь на тысячу осколков. Но вдруг, словно героиня женского романа, оказываюсь не на полу, а в объятиях того самого организатора, который успевает подбежать и подхватить меня.
Мне казалось, что он стоял довольно далеко от сцены, но теперь это неважно, ведь он здесь: крепко держит меня и тянется к микрофону, чтобы снять его.
– Не возражаете? – тихо спрашивает он, склонившись к моему лицу. – Ни к чему, чтобы нас слышал весь Холл.
– Да, я сегодня не в своей тарелке, – жалко отвечаю я, не чувствуя пола под ногами.
– Это заметно, – говорит он и сводит меня с ума одним предложением: – Предлагаю избавиться от этого платья.
Я удивленно смотрю на него, но вскоре разочарованно вздыхаю, услышав продолжение фразы.
– Это не лучшее место для бальных танцев, – усмехается он и передает меня в руки отцу, который уже стоит рядом. – С вашей дочерью все в порядке.
– Спасибо за помощь, – говорит папа и радостно обнимает меня.
– Мы так гордимся тобой, – вторит мама, подбежав следом, и начинает поправлять платье, которое чуть не избавило меня от ног.
Я же хочу поскорее переодеться, поэтому осматриваюсь в поисках Тины, но ищу вовсе не ее, а те самые светло-карие глаза.
Клянусь, еще немного и я сожгу это платье прямо на себе!
– Мне нужно в уборную.
– Дорогая, не придумывай, ты прелестно выглядишь, – не соглашается мама.
Поразительно, с какой легкостью рассуждают люди, когда им комфортно! Конечно, на ней же удобный темно-зеленый “футляр” и туфли на низком каблуке, а не платье для выпускного!
Я правда выгляжу нелепо, и, кроме нее, это видят все! Особенно, он.
– Нет, я хочу переодеться, – резко отвечаю я, удивляясь своему напору. – Хотя бы сейчас я могу сделать то, что нужно мне, мам?
В ответ мама делает такое лицо, будто я призналась, что в моей сумочке лежит билет на другой конец света. Хорошо, что отец рядом. Он, как всегда, гасит огонь непонимания между нами, обняв маму за плечи, а заодно решает мою проблему: “Клэр, она заслужила”.
– Я скоро вернусь, – обещаю я, наконец, разглядев Тину в компании журналистов.
Подруга, как всегда, сногсшибательна. У нее прекрасная фигура, оливковая кожа, густые темные волосы, которые всегда лежат волосок к волоску.
Не знаю, почему она захотела стать литературным агентом, ведь в любое время суток выглядит так, будто готовится заменить топ-модель на модном показе. А еще Тина умеет говорить то, что думает, и не испытывает мук совести за правду.
Я так не умею. Пока что.
Глава 2
– Мне помочь тебе? – спрашивает подруга, догадавшись, что я иду в дамскую комнату. – Я сейчас принесу из машины твою одежду.
– Конечно, – отвечаю я и начинаю считать секунды до того, как она вернется с моим любимым черным платьем и удобными туфлями.
К счастью, по пути Тину не задерживают любопытные журналисты и гости, желающие познакомиться с ней, поэтому чехол с вещами появляется у меня в руках уже спустя несколько минут.
Теперь мы обе идем по огромному залу, освещенному софитами. От столиков доносится аромат свежей еды и цветов, повсюду много людей, и все они веселятся и радуются жизни, как и Тина.
Я же понимаю, что не смогу пройти ни фута, если не избавлюсь от давящих туфель, поэтому снимаю их и продолжаю идти босиком.
Наконец мы добираемся до уборной, и я расслабленно отпускаю подол, прощаясь с ужасом, который пережила благодаря этому платью.
Тина пытается помочь мне раздеться и дергает за молнию, но внезапно спрашивает:
– Ну, и как это было?
– Что? – с невозмутимым видом спрашиваю я.
– Что за ангел подхватил тебя у сцены? Ты видела его крылья? Они наверняка у него есть, – тараторит подруга.
Что за щенячий восторг? Это же просто…самый красивый мужчина на свете.
– Мы не познакомились. А что касается крыльев, вряд ли они есть у него, – бурчу я.
Надев запасной наряд и распустив волосы, чтобы дать голове отдохнуть, я с облегчением смотрю на знакомое отражение.
– А что же есть? – заискивающе продолжает подруга.
Она подкрадывается и демонстративно достает из моих волос оставленную шпильку, требуя ответа.
– Я не присматривалась к нему так близко. Но уверена, что он далеко не ангел.
Ангелы не умеют так переворачивать душу. Скорее, он другая сторона бытия.
До этого вечера я думала, что поставила на отношениях жирный крест. Несколько унылых романов с сыновьями правильных родителей не в счет. Мне было так же скучно с ними, как и им со мной. Зато они очень нравились моей маме, потому что принадлежали к кругу порядочных и воспитанных людей.
Я до сих пор не понимаю, как она не избавилась от Тины, ведь ее родственники не входят в круг университетской элиты.
– Нет, Вив, пора признаться, что встряхнуть тебя может только такой, как он, – не унимается подруга. – Или я не права?
– Права, но я не могу связаться с ним, – говорю, пытаясь накрасить губы. – Я слишком занята.
– Но не сегодня, правда? – широко улыбаясь, наседает Тина. – Помнишь, что я говорила тебе? Ты не поймешь, каково быть счастливой с хорошим парнем, если не попробуешь…с таким мерзавцем. Я знаю, о чем говорю. Потом всю жизнь будешь корить себя.
– Перестань, – перебиваю я и осматриваю себя еще раз.
Наконец, я выгляжу достойно и максимально серьезно. Тошнотворно серьезно…
– Как скажешь. Кстати, завтра открывается фестиваль воздухоплавания неподалеку от Хо́линбейла. Там и отметим твою награду, а заодно поработаем.
Я опираюсь о край раковины и складываю руки, подозревая неладное.
– Почему именно там?
– Там обитают стариканы из разных комитетов и издательств, – протягивает Тина. – Пора расширять географию.
– Смотря на воздушные шары?
– Сейчас это модно! – подруга снова подкрадывается ко мне и тихо продолжает: – Успешные мужчины больше не меряются машинами. Они предпочитают покупать воздушные шары, чтобы показать величие своего раздутого эго.
В следующий миг в ее ладони оказывается очередная забытая шпилька.
– Хорошо, – смеюсь я, глядя как подруга вертит ей перед моим лицом, требуя благодарности. – Ты моя спасительница!
Тина поправляет приталенный жакет и берет меня за руку.
– Пошли.
Теперь я чувствую себя комфортно и иду, спокойно разглядывая толпу. До тех пор, пока не вспоминаю о нем. Глаза тут же начинают искать то самое лицо, а живот сводит приятное волнение.
– Кого ты ищешь? – хитро спрашивает Тина, заметив мой блуждающий взгляд.
– Никого, просто смотрю на праздник, – вру я.
– Ладно, но, кажется, тот парень вон там, – нарочно произносит подруга, склонившись к моему уху.
– Где?
– Попалась! Значит, ты все же ищешь его. Ладно, это секрет. А теперь серьезно. Нам нужно уговорить твоих родителей отпустить нас на фестиваль. Пора развеяться, а то ты так и зачахнешь за своими книгами.
Это будет нелегко, если вспомнить, что мама привыкла контролировать мой распорядок дня. Хорошо, что папа договорился с деканом кафедры и взял выходной. Он опытный укротитель строптивых женщин. Благодаря ему, мама спокойно сидит за столиком и даже подпевает этой ужасной песне.
Значит, самое время для разговора.
– Садитесь. У вас есть планы на завтра? – интересуется отец, как только мы появляемся.
– Есть, мистер Нокс, – отвечает Тина. – Завтра мы едем на фестиваль воздухоплавания.
– И зачем же? – удивленно протягивает мама, разглядывая наши лица.
Подруга принимает деловой вид, стараясь притупить ее бдительность.
– По работе. Там будет много издателей.
– Ничего, перенесем званый ужин на послезавтра.
Отец соглашается с такой легкостью, будто чувствует, что мне необходимо развеяться.
– Джон, это неприлично, – замечает мама. – Мы же договорились.
– Мы не обговаривали дату. Они придут, когда будет удобно нам. Пусть девочки съездят на фестиваль.
– Лучше перенесите ужин на денька два-три, – поджав губы, просит подруга. Похоже, она бессмертная. – Мы снимем номер в отеле в ближайшем городке. Это хорошая возможность для Вив.
Отец улыбается и с этой отросшей бородой выглядит как добрый волшебник из сказок, а мама, как всегда, хмурится, подозревая, что наша поездка лишь способ сбежать.
И она права.
– Что за ужин? – спрашиваю я, стараясь разрядить обстановку.
– Помнишь, мы говорили про Кларка Уо́лдера? Он работает со мной в университете, – продолжает отец. – Их семья на неделе прибудет к нам на ужин. Кстати, любопытное совпадение: их сын Макс сейчас где-то здесь. Он один из организаторов этого мероприятия.
– Неужели? – оживляется Тина. – Может, мы видели его?
Чтобы подруга не сболтнула лишнего, я стучу коленкой по ее ноге, а сама продолжаю улыбаться.
Конечно, это выглядит глупо, но при одном упоминании об “организаторах” я сразу вижу лицо того незнакомца, тайно мечтая, что этим правильным сыном окажется именно он.
– А вот и он, – говорит мама, смотря мне за спину.
Неужели сейчас я снова увижу его?
Я делаю продолжительный вдох, стараясь унять дрожь, и медленно оборачиваюсь, но, к разочарованию, вижу другого мужчину, и он выглядит, как и положено выходцу из интеллигентной семьи.
Если проще, новым претендентом на мое сердце оказывается аккуратно причесанный блондин в стильном костюме серого цвета.
– Добрый вечер, мистер и миссис Нокс, – говорит он и целует мою руку. – Вивьен, приятно познакомиться, я Макс Уолдер.
Мама неодобряюще смотрит на бокал в его руке и интересуется.
Нет, начинает допрос.
– Вы пьете?
– Это вода, миссис Нокс, – уверяет наш новый знакомый. – Сейчас я на работе.
– Правильно, – продолжает мама, мило улыбаясь.
Макс подсаживается ко мне и начинает ритуал обольщения.
Так в наших кругах называется открытая лесть с каменным выражением лица.
– Я прочел вашу книгу “Тени Ловуда”. Прекрасная работа. У вас талант изображать все так явственно. Мне казалось, что я смотрел фильм, а не читал.
– Спасибо. Боль всегда передается лучше, – цежу я, переглядываясь с Тиной.
– Это так, – соглашается Уолдер, но больше не говорит ни слова.
Чутье, выработанное годами нахождения в нашем теплом аристократическом кругу, сигнализирует ему, что пора уходить. Поэтому он дарит дежурную улыбку родителям, а затем снова берет мою руку.
– Что ж, ждем от вас приглашения. Уверен, мы найдем о чем поговорить, Вивьен. Кроме боли…– Макс быстро касается губами ладони и тут же отпускает ее. – У меня много дел. Я подошел на минутку.
Я мысленно радуюсь его занятости, но Тина не собирается так просто отпускать Уолдера.
– Как вы один выполняете столько работы? Должно быть, это утомительно, – спрашивает она.
– У нас целая команда, – ничуть не удивляясь, отвечает Макс. – Хотя не скрою, что обычно партнеры не выполняют функции менеджеров. Просто сегодня очень ответственный день, – он склоняет голову. – Хорошего отдыха.
Наконец он прощается с нами, а я ловлю себя на мысли, что очередная попытка мамы выдать меня замуж за подходящего человека обречена на провал.
Макс такой же правильный, какой стараюсь казаться я! Это будет не ужин, а бинго из предсказуемости и одних и тех же разговоров! От одной картины я готова прямо сейчас лететь на фестиваль, только бы увидеть живых людей вокруг!
Теперь уже Тина аккуратно толкает меня в плечо, чтобы я сменила свой кислый вид на сдержанную улыбку и, дождавшись, когда отец пригласит маму на танец, нападает:
– Так и будешь сидеть? Он наверняка где-то здесь. Идем…
Она серьезно? Я еще не отошла от разговора с новым кандидатом в мужья!
– Я не собираюсь его искать.
– Тогда просто потанцуем, – подыгрывает подруга, зная, что на самом деле я хочу встретиться с ним, но боюсь признаться.
– Хорошо, но ненадолго, – вздыхаю я.
Christina Novelli, Bobina (Bobina Remix) – Numb
Нас снова окружает толпа, и блеск софитов освещает радостные лица танцующих. Тина, будто нарочно, ведет нас подальше от сцены, и минуту кружится вокруг меня.
Ее поведение настораживает, сигнализируя, что последний бокал с шампанским был лишним. И у меня всерьез начинает кружиться голова только от наблюдения за ней. Я на секунду отвожу взгляд на соседнюю пару, чтобы устоять на ногах, как вдруг понимаю, что подруга исчезла.
Она нарочно кинула меня в этот океан музыки и любви! Я не против танцев, но контраст между моим одиночеством и окружающими парочками не способствует расслаблению.
Несколько минут я блуждаю по залу, делая вид, что хочу вернуться к столику, как вдруг из полумрака навстречу мне выходит тот самый незнакомец.
И не просто выходит, а приковывает мой взгляд к себе.
Сейчас он выглядит еще более дерзко, чем раньше: строгая белая рубашка превратилась в повседневную благодаря подвернутым рукавам, а две расстегнутые пуговицы у шеи, придают образу особый шарм и легкость.
– Меня ищите? – спрашивает он, склонившись ко мне.
Теперь его губы находятся на расстоянии вдоха. Так близко, что я невольно ловлю его неровное дыхание и чувствую, как под тканью рубашки отчаянно бьется сердце.
– С чего вы взяли?
– Тина сказала, что у вас снова возникли проблемы.
– Нет, она…
Я успеваю произнести только это, прежде чем его сильные руки начинают скользить по моим бедрам.
– Я не просила о помощи.
– Значит, Макс просто ушел? – усмехается он, продолжая плавить мою гордость. Я так хочу поцеловать его сейчас! Первой! И без позволения! – Чертов трус.
– Он сказал, что у него много работы, – прикусывая губы, продолжаю я.
– Еще и лжец, – он проводит ладонью по моей щеке и кончиками пальцев спускается к шее. – Наша работа окончена, все давно разъехались по домам.
– Тогда почему вы здесь?
Незнакомец тянется к моему уху и шепчет:
– Я остался, чтобы кое-что сказать вам.
– О чем? – трепеща от его близости, спрашиваю я.
Он улыбается, кладет руки мне на плечи и, едва касаясь кожи, медленно спускается к локтям. Я никогда не испытывала ничего подобного. Ни с кем. Так что этого жеста хватает, чтобы забрать у меня воздух.
– Когда лед обжигает пламя, – предупреждает незнакомец, – тот превращается в воду, и если продолжить – исчезает. На вашем месте я не стал бы проверять.
– Значит, я лед? – разочарованно спрашиваю я, увидев, как он отстраняется. – А что если я хочу измениться? Стать водой или паром?
– В такие игры играют только взрослые, – дерзко отвечает он. – Вы же так и не отошли от маминой юбки, поэтому Макс – лучшая кандидатура для вас. Я же далек от семейных традиций и обязательств. Простите, мне пора.
Сказав это, возмутитель моего спокойствия быстро исчезает в толпе, оставив пепел на губах. Я же продолжаю смотреть ему вслед, терзаясь от догадок.
Зачем он подошел ко мне? Пожелать счастливого брака с Уолдером? Сделать внушение? – я оглядываюсь, пытаясь понять, что сейчас произошло, и вдруг ответ приходит сам собой: – Он просто позабавился! А может, отомстил Максу. Сейчас это неважно. Главное, что он получил то, чего хотел! И если бы пошел дальше…Боже, я бы попала на крючок к коллекционеру женщин и даже не заметила бы этого!
Я срываюсь с места и начинаю бежать, сталкиваясь с гостями и ругая себя за слабость. Тины все еще нет, родители спокойно танцуют рядом со сценой. А он…наверняка уже познакомился с девчонкой посговорчивее и везет ее к себе домой.
Похоже, у них с Максом какая-то вражда, поэтому он так среагировал. Или это ревность? Какая ревность? Это голос разума! Тот самый, который я не слышу вот уже несколько часов!
– Вивьен? – спрашивает Тина, выскочив из-за спины.
Я очень хочу сдержаться, но вцепляюсь руками ей в предплечья, отчего она почти взвизгивает:
– Он, что, плохо вел себя?
– Наоборот, – цежу я. – Помог мне.
Благодаря ему я поняла, что творю все это назло родителям и своей унылой жизни.
Больше никаких мечтаний о красивых мерзавцах! У этих отношений один конец: либо он уничтожит меня, либо погибнем мы оба. Уж лучше Макс! С ним я могу не бояться за свое будущее. Оно в любом случае будет не хуже, чем настоящее. И не лучше…
