Read the book: «Богородица поможет», page 3
Ему вторит и святитель Илия Минятий, радуясь появлению на свет Марии: «Итак, счастлив и преблажен человеческий род, от корня которого произошел столь святой и благодатный плод… Обозрите чудесные дела всемогущего Божественного Промысла, как мудро он извлекает лекарство из того самого, из чего рождаются болезни. Какая радость видеть сегодня рождение Девы – изменение несчастного нашего состояния! Видеть, что отверзаются перед нами врата, которые заключило преслушание! Что нам даруется благодать для достижения того блаженства, которого лишало нас коварство диавола! Какая слава для нас возвыситься до того, чтобы войти в близость с Самой Пресущественной Троицей, дав Отцу Дщерь, Сыну – Матерь и Святому Духу – Невесту! Поистине я дерзаю сказать, мы вынудили Бога быть милостивым и имеем теперь в лице Марии прекрасное ограждение, чтобы далеко отражать от нас стрелы угрожающего гнева».
На первых иконах Анна полулежит или сидит на высоком ложе. Перед ней стоят женщины с дарами, за ней ухаживают повивальная бабка и служанки, Мария спит в колыбели. Со временем на поздних иконах появляется и супруг Анны Иоаким.
Но почему Богоматерь родилась от бесплодной женщины? Этот вопрос не раз задавали себе святые отцы и простые прихожане. Убедительный ответ нашел преподобный Иоанн Дамаскин: «Потому что чудесами должно было предуготовить путь к единственной новости под солнцем, главнейшему из чудес, и постепенно восходить от меньшего к большему. Впрочем, я знаю и другую причину этого, гораздо возвышеннее и божественнее, именно: природа уступает могуществу благодати и, объятая трепетом, останавливается, не смея идти далее. Так как Дева Богородица долженствовала родиться от Анны, то природа не дерзала предупредить семени благодати, но оставалась бесплодною, доколе благодать не произрастила плода. Надлежало родиться первородной, чтобы родить Перворожденного всей твари, в Немже вся состоятся».
Когда Иосиф повстречал Марию, она жила в Назарете, в Галилее, со своими родителями.
Детство, введение во храм
Когда Марии исполнилось шесть месяцев, мама поставила ее на землю, чтобы посмотреть, может ли та ходить. Девочка с трудом сделала семь шагов и возвратилась в руки матери. Анна решила, что дочь уже можно вести в храм Господень.
Ведь, чтобы стать Матерью Божией, только плотского рождения Девы Марии было недостаточно. Она должна быть «превознесена превыше всех тварей небесных и земных». А для этого надо было воспитываться в монастыре. Но пока Мария была мала, «Анна устроила особое место в спальне дочери, куда не допускалось ничто нечистое, и призвала непорочных дочерей иудейских, чтобы они ухаживали за младенцем».
В три года состоялось введение во храм. «И вот исполнилось Ребенку три года, и сказал Иоаким: Позовите непорочных дочерей иудейских, и пусть они возьмут светильники и будут стоять с зажженными [светильниками], чтобы Дитя не воротилось назад и чтобы полюбила Она в сердце своем храм Господнен».
В храме Марию встретил первосвященник Захария со множеством священников. Родители поставили Марию на первую ступень лестницы, которая вела ко входу в храм. Мария взбежала по лестнице, ни разу не оглянувшись назад на родителей, как обычно поступают маленькие дети. Всех присутствовавших девочка поразила своей смелостью и самостоятельностью.
Ее сопровождали ровесницы Марии – девочки с «зажженными светильниками, как некий круг звезд, сияющий одновременно с луной на небе».
И тут первосвященник сделал невероятное: он пригласил Марию войти в Святая Святых – самое сокровенное место Иерусалимского храма, где когда-то хранился Ковчег Завета Господня, а в нем – Скрижали Завета. Сюда раз в год мог войти «только первосвященник, не без крови, которую приносит за себя и за грехи неведения народа» (Евр. 9, 7). Никто же из простых смертных не мог даже переступить порог этой тайной комнаты.
Ковчег Завета был связан с важнейшим ритуальным действием – принесением жертвы за грех. Жертву – обычно это было какое-либо животное – приносили во дворе храма. А первосвященник входил в Святая Святых только с чашей, наполненной кровью жертвы – ею он и окроплял Ковчег Завета в знак очищения от греха. Но по прошествии времени, этот храм был разрушен. Ковчег Завета пропал. А в новом храме вместо Ковчега был положен камень от первого храма, на который первосвященник в день очищения ставил кадильницу с фимиамом. Сюда-то первосвященник и привел будущую земную мать Иисуса Христа. Это была великая честь!
В одной из стихир говорится: «Днесь Боговместимый храм – Богородица в храм Господень приводится, и Захария Сию приемлет; днесь Святая Святых радуется, и лик ангельский таинственно торжествует».
Так в храме Мария и осталась.
Священнослужители уверяют: «Именно добровольная отдача Себя Богу в большей степени, чем плотское рождение, дает возможность почувствовать и осознать вселенское значение Богоматери». И церковь славословит ее: «Ты пророков проповедание, апостолов слава и мучеников похвала, и всех земнородных обновление, Дево Мати Божия: Тобою бо Богу примирихомся».
Во время пребывания в Иерусалимском храме Мария жила в келье, воспитывалась вместе с другими девушками, изучала Священное Писание, занималась рукоделием и постоянно молилась. Еще она хорошо читала, и ей легко давались самые трудные места священных книг, которые даже взрослые не могли осилить.
Мария была еще ребенком, когда ее родители умерли. Даже навестить ее было некому – Мария чувствовала себя одинокой.
