Quote from the book "Любовь и брокколи: В поисках детского аппетита"

Эта сцена двухлетней давности до сих пор стоит у меня перед глазами. Мы с моим трехлетним сыном летим из Франкфурта в Москву. Впереди сидит молодая мама с мальчиком примерно такого же возраста. Мальчик говорит по-русски с немецким акцентом (по-видимому, они уже давно живут в Германии). Ребенку хочется играть. Он ерзает, вскакивает с места, пытается перелезть через кресло, чтобы обменяться машинками с моим сыном. Но у мамы на его счет другие планы. – Ну-ка, открой ротик! Так, сядь на место, пожалуйста! Жуй давай! Никаких игр, пока все не доешь!.. Так, давай-давай… За маму, за папу… Девушка совала в него самолетную еду с упорством садиста. Мальчик капризничал, уворачивался, пытался выплевывать. Но мама не унималась. Мой сидевший рядом муж (по национальности немец), глядя на это, едва заметно усмехнулся. Но мне было не до смеха. Я узнала в этой маме себя.