Read the book: «Отравленный ненавистью»

Пролог

Дорогие мои, это история Игоря, из нашей четвёрки. Она будет завершать этот цикл. Полюбившиеся герои будут тут встречаться.

Напоминаю, что цикл включает в себя истории каждого из четверых друзей. У каждого самостоятельная история – однотомник.

Все книги цикла бесплатны!

Приятного чтения!

Адреналин бьёт по висках, но мне это даже нравится! Потому что я хочу забыть, забыть всё! Особенно её! И наш последний разговор. Я ведь, правда хотел долго и счастливо, как у всех. Только с ней. Ради неё, я готов перевернуть свой мир и изменится. Ради неё я похерил дружбу. Ради неё, ради нас! Ради нашего ребёнка!

Бездумно выжимаю педаль газа. Погода не радует, асфальт мокрый и скользкий. Но мне всё по#уй!

Она убила меня своими словами. Перед глазами встаёт её образ. Красивое лицо с улыбкой. Блеск в глазах. Так она всегда смотрела на моего друга – Матвея Соколова. И лишь в моменты страсти на меня.

Но образ сменяется на девушку в гневе. Она кричит, смотрит с пренебрежение. Именно таким был наш последний разговор.

Я ведь хотел по – хорошему. По любви.

Люблю её давно, но дружба с Соколовым не давала мне продвигаться дальше. Если бы я знал изначально, что она для него ничего не значит. Что он просто бросит её. Если бы я только знал…

Хватаю с соседнего сидения бутылку с водкой и делаю жадный глоток. Внюхиваюсь в рукав дублёнки. Закусывать неохота. Я хочу всё забыть.

Если бы я сразу знал про ребёнка! Если бы я знал…

Я уже давно за нашим городом. Мчу по трассе, мимо сел и посёлков. Мой маршрут построен в неизвестность.

Я просто еду. Подальше от всех.

Родители не понимают меня. Вечно помогают всем, кроме собственного сына. Вот и сейчас они заняты работой. Они не знают про внучку. Не знают, что я люблю жену друга. Не видят как разрушилась моя жизнь. Они просто улетели вместе по делам. У них сложный процесс на работе, важное дело. Они не знают что происходит с моей жизнью и душой.

Друзья, все живут счастливо со своими тёлками, забив на дружбу и своего друга. У всех любовь.

Кроме меня!

А ей я был нужен лишь, когда он уходил от неё. Я был её утешением.

Её спасением от одиночества.

Только для меня она – весь мир.

А я для неё – никто.

ГЛАВА 1

Игорь

Пьяный еду по трассе без ограничений.

Давно я не пил. Особенно так.

Ведь я искренне хотел быть лучшим для неё.

Но Соколова мне не переплюнуть.

Я даже ребёнка ей зачал, но я все равно ей не нужен.

В голове всплывает наш недавний разговор.

Последний разговор.

И я вспоминаю каждую секунду того времени.

Я пришёл к ней, не впервые.

Особенно после теста ДНК. Я ходил каждый день, даря любовь и поддержку. Она принимала. До определённого момента!

– Кариш, не стоит так убиваться! Всё будет хорошо, милая моя! – обнимаю, утешая, – Тебе вредно так переживать.

– Мне всё равно! Он ушёл! Он бросил меня! – шепчет она, смотря в одну точку.

– У тебя есть малыш! – пытаюсь подбодрить.

– Зачем он мне, без него! – кричит она.

– Как зачем? Это наш с тобой ребёнок. Ты не одна! У тебя есть я и наша дочь! – объясняю ей логические мысли.

В ответ молчание.

Я глажу её по волосам, целую в висок и макушку.

– Я люблю тебя! Очень сильно! Я для тебя сделаю всё, что хочешь! Для вас мои девчонки. Я вас больше жизни люблю! У меня есть работа, квартира, машина. Сделаем детскую! Каринка, люблю тебя!

– Ты не понимаешь! Я его хочу! Я хочу Матвея! – рыдает она, – А он бросил меня. И отец дурой назвал! Я не хотела разводиться.

– У тебя ребенок от меня, девочка моя! Как вы можете продолжать жить? Нахрена тебе Матвей? Он не любит тебя. Никогда не любил! При любом удобном случае заменял! Обижал, унижал! А я весь мир положу к твоим ногам, любовь моя!

Она резко поднимается с пола, отталкивая меня.

– Да как ты не поймёшь! Я люблю его! Его, а не тебя! – шипит она змеёй.

– Это не мешало тебе спать со мной! – произношу в ответ с обидой.

– Я хотела сделать ему больно. Отомстить за Марину. Я думала, что ребёнок укрепит наш брак! А ты все испортил! Зачем ты влез? Зависть взяла?! – вытирая слезы, выговаривает она.

– Нет! Любовь! – произношу спокойно.

– А я тебя не люблю! – кричит она в ответ.

– Прекрати истерику! – произношу на последних силах терпения, – Тебе его не вернуть. Он уже с Мариной. У них всё взаимно! А у нас с тобой дочь. Это подтверждено ДНК тестом. Почему бы нам не попробовать быть вместе! Карина, моей любви хватит на вас двоих.

– Игорь! Я не люблю тебя! Понимаешь!? Я использовала тебя, чтоб он ревновал. И ребёнка я не люблю, потому что он твой! А не его! Мы не будем семьёй никогда! Понял. Я никогда не буду с тобой. Даже ради дочери. Хочешь, я рожу и заберёшь её! Она не нужна мне! Мне нужен Матвей и его дети! А ты и эта дочь не нужна. Я не люблю вас!

– Сука! – бью кулаком в стену, – За что ты так со мной!?

– Я сама разберусь с этим ребёнком. Ты никто! Понял!? Можешь жить дальше своей жизнью! Ты перестал пить, гулять, даже бросил курить! Ради меня? Зря! Можешь смело начинать. Мы не будем вместе! Никогда! Да, ты неплохо трахаешься! Мне понравилось! Но не более! Я не хочу быть с тобой! Жить с тобой! Любить тебя!

– Когда ты успела стать такой стервой? – качаю головой.

– Это он сделал меня такой. После его ухода я уже не буду прежней. Нам никогда не быть с тобой, потому что он всегда будет с нами. В моих снах, мыслях.

– Ты ведь сама упустила его! Он попытался даже дать вам шанс. Ты же хотела кутить, танцевать, пить, курить!

– Это я делала специально! Я подсчитала, что ребёнок твой! Хотела спровоцировать выкидыш. Тогда бы не стали делать днк тест! Матвей бы меня пожалел. Потом мы бы завели с ним деток и жили бы вместе, – произносит она.

– Ты безумна! Ты говоришь страшные вещи! Карина твою мать, что значит спровоцировать выкидыш? – смотрю на неё огромными глазами.

– Потому что мне не нужен ребёнок от тебя Игорь!!! Я ненавижу тебя! Это из – за тебя все разрушилось. Из – за тебя и твоего ребёнка! – выкрикивает она.

В комнату вбегает её отец.

– Игорь уйди по-хорошему! – цедит он, – Не любит она тебя! Не ходи больше сюда. Дай ей время!

– Но этот ребёнок мой! Наш! – произношу отрешенно.

– Ради ребёнка, оставь в покое её пока! Пусть немного успокоится! – произносит он подталкивает меня к выходу из комнаты Карины.

Уже перед самыми дверями из дома, отец Карины хлопает меня по плечу.

– Оставь её! Не будет она с тобой! – произносит он.

– А дочь? – смотрю растерянно.

– Посмотрим! Как успокоится, вместе всё обсудим. Сейчас важно эмоциональное состояние матери!

– Но я ведь не делаю плохо. Любой каприз! Почему так? – возмущаюсь, не понимая абсурдности данной ситуации.

– Дай время! – бросает он и уходит.

Выбегаю и сажусь в машину. Еду домой.

Знаю что родителей дома нет, они в рабочей командировке.

Я ведь даже не сказал им про то, что стану отцом. И про любовь к Карине тоже. Они считают меня мажором, способным лишь кутить и прожигать деньги и здоровье. Они не знают, что сейчас я не пью и даже бросил курить. Стараюсь вернее.

А ведь ради неё я готов быть взрослым, ответственным любящим мужем и отцом.

Но меня послали нахер, мягко говоря.

Со всеми моими чувствами, желаниями и планами.

Три дня я провел дома в заточении.

Думал, сопоставлял, мечтал.

Ночами не спал, расхаживая по дому.

От Карины или её семьи не было вестей. Телефон она тоже не брала. Когда ездил, меня не пускали.

А потом сорвался.

Я просто ушел в запой…

Каждый день – как день сурка! Встал, умылся, выпил, выпил…

Пью пока мозг не перестаёт гнать мне мысли о моих девочках…Карине и дочери.

Лишь в беспамятности я могу уснуть.

На звонки друзей не отвечал. Дверь никому не открывал.

Правда, Соколу один раз ответил. Высказал всё, что думаю о нем. Как он разрушил Карину, что теперь мне приходится собирать эти осколки, которые режут по живому!

Соколов не остался в долгу, обматерив меня в ответ. Уверяя, что ему насрать на Карину и её чувства. Ему есть кого ценить, любить и оберегать.

От его слов стало ещё хуже..

У Архипова – Полина, у Лукьянова – Вика, у Соколова – Марина. А у Нечаева – никого.

Потому что я нахер никому не нужен!

Закрываю глаза в отчаянии.

Боль.

Внутри меня боль выжигает мою душу и тело.

Одиночество давит сверху, боль жгёт изнутри.

Открываю глаза, мутно смотря на дорогу.

Я проезжаю какой посёлок или городок.

Я даже не обращаю внимание.

Главное я хочу уехать подальше от неё, родителей, друзей.

Всех тех, кому я не нужен.

Уже темнеет, дорога скользкая, потому что идёт дождь.

За окнами мелькают дома, машины, вывески магазинов.

Я отпиваю новый глоток из бутылки и опять зажмуриваюсь.

Ненавижу их всех!

За то, что они все счастливы.

За то, что им нет дела до меня.

За то, что она любит его, а не меня!

Оглушающий удар и скрежет металла режет слух. Чувствую боль в шее и грудной клетке. В голове шум.

Распахнув глаза, вижу перед собой размытые очертания.

Не могу сфокусировать взгляд.

Я во что – то влетел.

Идиот!

Хотя, по мне никто не заплачет!

Моя жизнь никчемная.

Лучше один раз закопают и забудут.

Закрываю глаза.

На моем лице улыбка.

Я буду улыбаться даже на том свете, всем им назло!

ГЛАВА 2

Игорь

Открыв глаза, не могу понять где я.

Какая то фигня мешает повернуть голову.

Что за нах..?

Белые стены и аппаратура вокруг, на окнах белые жалюзи.

Запах антисептика.

Запоздало в сознании всплывает картинка.

Я попал в ДТП.

И что не умер?

Обвожу взглядом помещение.

Это точно не ад!

И не рай, ибо туда мне дверь закрыта!

Я в больнице!

Я живой.

Вот только зачем это мне!?

Нахрена я тут кому нужен?

Зря люди старались спасали меня!

Лучше бы просто постояли подождали пока прекратится последний вздох.

В дверь заглядывает пожилая медсестра.

– Очнулся! Это хорошо, сейчас доктора позову! – бросает она, прикрывая дверь.

Я пытаюсь оглядеться.

Лежу на кровати, на шее какая – то сдавливающая херовина. В руке торчит капельница. На плече манжета от аппарата давления.

Руки и ноги на месте, уже хорошо.

Под одеялом я голый.

В палату входит высокий мужик в белом халате.

– Ну что Игорь, оклемался немного? – спрашивает он, садясь рядом со мной.

– А смысл? Могли бы и не спасать! – бурчу в ответ.

– Я твой лечащий врач! А это моя клиника. Надеюсь, теперь мы быстрее пойдём на поправку, – произносит он с улыбкой.

– А родители здесь? – спрашиваю у врача.

– Нет! Их нет здесь! У них дела! – отвечает он быстро.

Я горько усмехаюсь.

Конечно, зачем им нужен сын. Карьера, вот что их волнует.

У всех друзей, в случаях беды, родители первыми бежали на помощь.

У Архипова отец бухал с дедом его девушки, чтоб помирить их.

У Лукьянова родители всегда жертвовали всем, чтобы спасти его – работой, недвижимостью.

Даже у Соколова отец всегда был ему другом и опорой.

Мои родители, даже моим друзьям успевают помочь.

Но только не мне!

От длительного молчания голос слабый и сиплый.

– Что за штука? – трогаю руками то, что на моей шее.

– Это специальный воротник, он фиксирует твою шею. У тебя компрессионный перелом отростка шейного позвонка.

– Это на всю жизнь? – перебиваю доктора, – Моя голова что, отдельно от шеи?

– Ну ты фантазер! Нет, полечимся и снимешь! Помимо этого ещё перелом рёбер, ушиб грудины, сотрясение головного мозга.

– Наборчик прям! – усмехаюсь, насколько позволяет моё состояние.

– Что ты помнишь? – спрашивает доктор, – Себя? Обстоятельства?

– Я знаю кто я! Нечаев Игорь Вадимович! Мой отец Нечаев Вадим Алексеевич, а мать..

– Понял! Хватит! – перебивает доктор, – А как ты попал в больницу, помнишь? Что случилось?

– Помню я всё! Даже то, что старался забыть! – произношу с раздражением.

– Кто ж за рулём пьёт то! – с упором произносит доктор.

– Тот кто жить не хочет! – язвлю в ответ.

– Знаешь, как говорится, за каждой чёрной полосой наступает белая! И тебе выбирать, когда будет смена цвета!

– Философию с времён института не понимаю! Не люблю! – бросаю недружелюбно.

– Странный ты! Не ценишь ничего! – вздыхает доктор.

– Да? Док может не всегда всё выглядит так как кажется! И истина намного глубже! – выдаю её.

– А говорил не любишь философию! – ухмыляется врач, ускоряя темп капель в капельнице, – Ты просто жизнь свою не любишь! Оттого и не ценишь!

– Или просто меня никто не любит и не ценит в этой жизни! За что её тогда любить? – огрызаюсь в ответ, – Я нахер никому не нужен! Где они все? Родители, друзья, любимая девушка?! Нету! Лежи Игорь – подыхай!

– Дурак ты! Думаешь только о себе! Создал проблем выше крыши и слился. Думаешь нет человека – нет проблем. Нет. Это так не работает! Вот чем заняты твои родители! – произносит врач, – Твой отец мой одноклассник и друг. И мать твою я знаю хорошо! И друзьям твоим ничего не говорят пока – так нужно!

– Какие проблемы? Вы о Карине и ребёнке? – спрашиваю заводясь, – Это их они считают проблемой?

– Про это не знаю ничего! – отвечает врач уклончиво.

– А что тогда?

– Странный ты! А говоришь, что помнишь всё! У тебя шесть красных светофоров, пару камер засняли тебя на превышении скорости, проезд по пешеходным переходом во время прохождения пешеходов. В твоей крови обнаружен алкоголь и запрещённые вещества! И вишенка на этом торте изобилия – ты снёс общественную автобусную остановку.

– Я врезался в неё! Помял или как?

– Ты почти сравнял её с землёй. Демонтировал, так сказать! – фыркает доктор.

Я молча перевариваю услышанное. Это все я не отрицаю. Но насчёт остановки..

Ее в моих планах не было.

Пытаюсь вспомнить этот момент.

Что я делал? Что видел?

Пока я стараюсь наладить мыслительный процесс в голове, доктор выходит с палаты.

– Подождите! А люди? Я их зацепил? – пытаюсь крикнуть ему вслед, но получается лишь шёпотом.

Он не услышал и ушёл.

Я пытаюсь поднять голову выше, но тут же появляется шум в затылке, вместе с болью.

Свободной рукой откидываю одеяло, пытаясь пошевелить ногами.

Фух…

Двигаются, только вяло как то…атрофировались что ли?

Обстановка угнетает мое и так не весёлое настроение.

Когда приходит медсестра, снимать капельницу, прошу у неё телефон.

– В отделении интенсивной терапии не положено! – твердит она.

– Родителям позвонить! – давлю на жалость.

– Ваш доктор сам позвонит и поставит в известность! – бросает она недружелюбно.

Да что я ей сделал?

Я проснулся и не успел ещё ничего плохого сделать…

А персонал смотрит на меня, как на врага народа.

Так проходят ещё сутки. Медсестры, особо не разговаривают. Приносят еду, воду, дают лекарства. Смотрят параметры моего организма.

Заменяют даже сколько я за день и за ночь поссал!

Умора..

Никогда не думал, что это так важно!

Стараюсь есть мало. Потому что я лежу и понимаю, что убирают за мной женщины, возраста моих родителей или девчонки молодые, которым я не своё дерьмо мог бы показать!

Это тоже угнетает моё мужское эго.

На следующий день моего врача не было, был другой доктор на дежурстве.

– Как себя чувствуете? – заглядывая в палату спрашивает молодой парень в костюме медика.

– Это я у вас хотел спросить? – офигеваю с его рожи.

– Вас ведёт сам главврач, все вопросы к нему. Если что, зовите санитарочку.

– И всё? – спрашиваю я.

– Да, у меня другие пациенты! – бросает докторишка и закрывает дверь с той стороны.

Да уж…

Главный вопрос- где я?

Что это за населённый пункт? Сколько километров от дома? Когда меня переведут в нормальную клинику?

И когда я обрету связь с внешним миром.

Мне нужен телефон!

Откидываю одеяло, спускаю ноги.

Сейчас я сам всё узнаю…

Поднимаюсь и резко встаю…

Ох бля..

Резко падаю на кровать обратно.

Все кружится, мутит и ноги дрожат.

Что они со мной сделали.

Ещё и под штукой этой на шее тянет болезненно.

– Игорь, это всё -таки ад! – говорю сам себе.

Понимаю, что сам я не смогу встать. Конечности, как ватные!

Ложусь обратно, восстанавливая силы.

Лежать из – за этого воротника тоже неудобно.

Бедные животные, которым надевают эти воротники и снимают " милые " видео. Нехрена это не мило, это жесть как неудобно.

Но даже воротник уходит на второй план.

Больше всего меня интересует вопрос с остановкой.

Ведь если есть пострадавшие, то мне грозит уголовная ответственность.

А вдруг я убил кого – кого-нибудь?

Меня вылечат, а потом отдадут под суд.

Вспоминаю Паху. В его деле всё происходило быстро. Парня забрали сразу.

А меня родители спрятали в больницу! Из разговора с доктором выходит так!

Ирония судьбы – у родителей адвокатов, сын преступник.

Сарказм это конечно хорошо, если бы не было так очково.

Я в тюрьму не хочу! Лучше сдохнуть сразу!

А как же дочь?

– Черт! – сжимаю голову руками, – Что делать?

Дибил.

Нахрена я сорвался?!

Держался ведь до последнего.

Если я и правда натворил делов, Карина не будет со мной. Ее батя тогда точно не одобрит мою кандидатуру!

А как же моя дочь?

Мысли и вопросы разрывают мою голову на части.

На смену им приходит опять злость.

– Она и так не будет со мной! – разговариваю сам с собой, – я ведь никто! Не нужен ей! Ни я, ни моя дочь!

Никто не объявляется- ни родители, ни друзья.

Наступает опять одиночество и злость.

Так проходят ещё пару дней.

ГЛАВА 3

Игорь

Сегодня меня переведут в хирургическое отделение, в палату.

С утра об этом уведомил доктор.

Лишь когда пришёл персонал, перекладывать меня на качалку, я начал сопротивляться.

– И что я там голый буду лежать? – натягивая одеяло, спрашиваю у медсестёр.

– Твои родители уже в палате ждут, с вещами.

Тогда я соглашаюсь на всё.

В палате укладываюсь на кровать, одеваюсь в одежду, приготовленную рядом на стуле.

С этим воротником неудобно, поэтому одеваю кофту с замком на голое тело. Чтоб не одевать ничего через голову.

– А где родители? Уехали? – спрашиваю с отчаянием.

Мои ожидания не оправдались, в палате были лишь вещи.

– У главного в кабинете! – отвечает санитарочка.

Меня размещают в отдельном крыле. Я так понимаю, что здесь находятся ВИП палаты. Потому что у меня свой санузел и душевая кабинка, телевизор, холодильник.

Уютненько.

Но я уже хочу домой.

В голове тысяча вопросов.

Наконец – то в палату входят родители.

Сегодня они не похожи на себя. У отца под глазами серые круги, да и вид в общем немного помятый.

А волосы матери не собраны в элегантную причёску как всегда, а собраны просто в хвост.

У обоих в глазах усталость.

Но моя обида на них берет верх.

– Привет! Я уже и не ждал! – язвлю в ответ.

Мать садится ко мне на кровать. Отец встаёт у окна.

– Мы вообще думали, что больше не услышим твой голос! – произносит мама и голос переходит в схлип.

Моя мать – адвокат и никогда не была склонна к слезам и истерикам.

Но видимо, что то изменилось…

– Похоронить меня решили? – усмехаюсь, пытаясь приподнять настроение.

– В рубашке родился! Видел бы ты свою машину и ту остановку! – бурчит отец в ответ.

– За машину сорян, правда не хотел ушатать ее в хлам! Это получилось по неосторожности! – произношу с иронией.

Вижу как меняется лицо отца.

Сейчас начнётся.

Он у меня и так серьёзный мужик, но когда затронешь, считай что жил, то зря!

– Смешно тебе, да? – хмуро спрашивает отец.

– Вадим, не надо! – просит мать, кидая в отца острый взгляд.

– Лен, иди водички попей, кофе купи! – произносит строго отец.

Вижу сомнения на лице матери.

– Иди мам, правда. И мне заодно купи! – подмигиваю ей.

Она нехотя выходит из палаты.

– Внимание, а теперь вынос мозга! – не могу остановить свою обиду.

– Нет, теперь разговор двух взрослых мужиков! – жёстко произносит отец, – Что доигрался?

– Нет. Ещё хочу! – заявляю в ответ.

– До тебя так и не дошло!? Совсем спился нахрен. Котелок твой, совсем не варит смотрю. Игорь! Ты когда начнёшь думать мозгами. Голова дана не для того чтобы вливать туда алкоголь, и девок клеить. Мозгами надо думать. А потом делать! – заводится отец, повышая голос.

– Чего ты заводишься? Сидели бы и дальше в своей командировке! Я вас не звал!

– Не звал он! А ты в состоянии был? Шею себе чуть не сломал нахрен, мозги встряс. И это только себе! Смотрите на него, не звал он! – орёт в голос отец, – Мать в истерике была, когда нам сообщили. Еле смогла регистрацию пройти в самолёт, чтоб мы вылетели к тебе. Меня трясло всего! Плевать на меня, о матери подумай. Хотя бы о себе подумай. Чертов эгоист.

Вижу как дрожат руки отца.

Впервые, он не владеет своими эмоциями.

– Чего не хватает тебе? – спрашивает в ярости, – Всё есть! Любой каприз! Чего тебе не хватает, что ты бесишься?!

– Любви и внимания! Не думал об этом! Так вот. Я тоже хочу чтобы меня любили. Любили меня! А не говорили, что я неплохо трахаюсь, но любит она моего друга! – выпаливаю на эмоциях.

Резко закрываю рот.

Взгляд отца меняется.

– Кто? – задает простой вопрос.

В ответ я молчу.

– Кто это Игорь? Друзей у тебя трое и у всех вполне приличные девушки. Не думаю, что девушка Архипова или Лукьянова повелась бы на тебя. А у Соколова жена. Поэтому я даже не представляю.

– Матвей разводится с Кариной! – произношу в ответ.

– Из – за тебя? Это Карина? – переспрашивает отец.

В ответ опять молчу.

– Игорь ты спал с женой друга? – спрашивает отец печально, качая головой.

– Не совсем. Они ещё не были женаты тогда! Да и Сокол не любит её, бросил ради Марины.

– А ты считаешь, что любишь Карину? – спрашивает с усмешкой.

– Люблю. Только вам всем насрать на мои чувства. Вы знали, что я не пил уже полгода, даже бросил курить. Что я люблю Карину!! Нет! Вы ничего не знаете! Потому что вы не интересуетесь моей жизнью. Вам важна лишь ваша карьера. А я старался. Старался быть идеальным. А меня все равно послали к чертям. Так в чем тогда смысл? А нет его! Я лишний! Лишний в её жизни. Лишний для вас! Было бы лучше если бы меня не стало! Я просто хотел убежать от этой нелюбви. Но судьба видимо решила закончить мои мучения. Вот я и разбился. Лучше бы я сдох сразу.

– Что ты говоришь такое сын?! Прекрати. Ты всегда нужен нам. Мы никогда не жалели ни о чём! И мы всегда поможем. Ты только откройся нам.

Отец накрывает мою ладонь своей.

– Как открыться, если вас не было рядом? Вы даже не интересуетесь мной! – отвечаю резко.

– В остановку ты не специально въехал? – переводит отец тему.

– Нет, просто выключило за рулём.

– Ясно. Это хорошо! – произносит задумчиво.

– Я хотел спросить! Это важно! На остановке были люди? – спрашиваю отца серьёзно.

– Тебе важно знать ответ? – сканирует отец взглядом.

– Конечно! Думаешь, я совсем отморозок? Да я все ночи не сплю! Я ведь понимаю, что там возможно были люди. Это значит, что я их покалечил! Из – за своих проблем создал проблемы другим. Я ведь преступник, да?

– Ты боишься больше за себя или за людей? – продолжает отец свои каверзные вопросы.

– За людей. Насчёт себя я всё понимаю! Виновен – заслужил. Сколько людей было? После больницы меня сразу заберут в СИЗО?

По лицу отца пробегает тень.

– Не было никого! – произносит он вдыхая, – И никто тебя не посадит! Если будешь делать так, как я скажу.

– Что это значит? Никого! Точно? – переспрашиваю.

– Да! Жертв нет. Так лишь убытки и нарушение ПДД. Прав придётся лишиться! И затихнуть. Пропасть со всех радаров. Поэтому ты останешься здесь! В этой закрытой клинике. Она находится не в городе, а в пригороде. Друзьям пока не говори где ты! Ни с кем не обсуждай аварию. Тем более не говори, что водитель это ты!

– Если нет жертв, для чего такие меры? – спрашиваю хмуро.

– Так надо. Сын, доверься нам – твоим родителям! Пожалуйста, выполни мои требования! Я никогда не буду действовать во вред своему ребёнку! Поэтому прошу! В твоей машине отказали тормоза – это будет официальная версия. Алкоголь был, остальное нет!

– Да не вопрос! Буду лежать, лечится! Друзьям не до меня! Вы знаете, где я! Писать, звонить можно?

– Можно! Только не говори где ты и что случилось!

В ответ я кивают. Отец улыбается в ответ.

Возвращается мама. Достаёт из пакетов домашнюю еду и фрукты с соком.

Дальше разговариваем о моем распорядке дня, лечении, о моих ощущениях в этом долбаном воротнике.

Родители обещают приезжать каждый день. Уезжают уже ближе к вечеру.

Все все-таки они меня любят.

Искренне и просто так.

Такого, какой я есть. А ведь я далеко не подарок.

Почему она не может меня любить так!?

ГЛАВА 4

Игорь

Дни летят чередом. Головные боли и тошнота почти ушли. Я даже уже размял свои конечности и теперь тихо передвигаюсь.

Хочется курить.

Да, я почти бросил, но за пару дней до аварии опять курил как паровоз, поэтому сейчас тяга великая.

Но я держусь.

Ведь быть идеальным не так сложно, если есть ради чего.

Телефон Карины по по-прежнему не доступен для меня. Она меня везде заблокировала.

Родители приезжают каждый день. Отец говорит, что разбирательства идут, по поводу аварии, но я жертва технической неисправности. Моя вина лишь в алкогольном опьянении за рулём.

Это главная причина моего выздоровления.

Я расслабился.

Потому что пока я считал себя убийцей ничем неповинных людей, меня мучили кошмары и головные боли.

С момента аварии прошло десять дней.

От друзей так и не было вестей. Хотя номер я не менял. В общем чате тишина.

Правда сразу, когда отец привез мне телефон были пропущенные по три раза от каждого друга. Это было в день аварии. А затем тишина…

Им есть на кого тратить своё время.

Любимые девушки, страсть, отношения, любовь, романтика…

Можно перечислять до бесконечности, все чувства которые происходят в паре влюблённых.

А у меня?

Я им завидую.

Потому что, я очень хотел построить своё счастье и любовь с Кариной.

Но в нашей паре лишь презрение, ненависть, злость.

Медленно брожу по коридору, к своей палате.

– Извините, не могли бы вы помочь мне? Или позвать кого – нибудь? – слышится тихий девичий голос.

Оглядываясь, вижу приоткрытую дверь в соседнюю ВИП палату.

Подхожу ближе к дверям.

– Парень, входи, не бойся, я под одеялом! – доносится из палаты.

Открыв дверь шагаю в палату.

Идентичное помещение, как и моя палата.

Только на кровати лежит девушка. Лицо бедное, но милое. Взгляд скромный. На подушке пряди каштановых волос.

В ее руке торчит капельница.

Она рассматривает меня открыто, но не вульгарно. Особенно ее взгляд цепляет мой " ошейник".

– Привет! – произношу, улыбаясь.

– Здравствуй! Извини что побеспокоила, можешь подать мне телефон, он упал случайно, а мне нельзя вставать ещё. И капельница закончилась, надо бы отсоединить, вернее позвать медсестру.

На ее щеках появляется румянец.

Она смущается своей просьбе.

– Да не вопрос! Сейчас отключим, я это умею! – подхожу ближе к ее руке, на которой прикреплена игла лейкопластырем.

– Ты правда можешь? – накрывает она руку одеялом.

– Сам себе отключал! Медсестры даже похвалили! – усмехаюсь и беру за край одеяла.

Откидываю его, немного не расчитав, оголяя живот и грудь девушки. Хорошо, что она не голая, а в длинной футболке лежит.

Девчонка ойкает и тянет одеяло до подбородка.

– Да успокойся, что я девок не видел что – ли! – усмехаюсь в ответ и беру ее руку с капельницей.

От моего прикосновения девушка непроизвольно дергается. Меня самого пробивает через пальцы как разрядом тока. Но это приятный разряд.

Отрываю пластырь, беру на тумбочке спиртовую салфетку, аккуратно извлекаю иглу и прижимаю салфеткой место прокола. Делаю всё нежно и сосредоточенно. Чтобы ещё больше ее не напугать.

Пока я проводил эти действия, девушка прижимала к себе одеяло, не сводя пристального взгляда с меня.

– Не бойся, я не маньяк! – бросаю ей с улыбкой, отодвигая стойку с бутылками из под капельниц, – Я твой сосед. Моя палата через стенку.

– Понятно! – выдавливает она, еле дыша.

– Так, а где телефон? – смотрю по сторонам.

– А тебе можно наклоняться? – спрашивает в ответ.

– Не знаю! Я не спрашивал! Сказали, ходи, лежи, сиди, делай что хочешь, только не снимай! – провожу пальцами по воротнику.

– Телефон упал, где – то под кроватью! – произносит она понижая голос.

– Сейчас найдём! – наклоняюсь и заглядываю под кровать.

Телефон упал удачно.

На экране пошла диагональная трещина.

Модель простая, без наворотов.

Видно, что девушка не из мажорок. Но в тоже время лежит в ВИП палате. В другом крыле коридора, я видел обычные палаты на четырёх, а то и шестерых пациентов.

Молча протягиваю телефон девушке.

Она берет его в руки и спокойно кладёт на одеяло.

– Спасибо большое! – произносит, немного улыбаясь.

Смущение не покидает её.

– Упал неудачно, экран треснул! – произношу в ответ.

– Нет, все нормально. Он такой и был! Это во время падения на улице. Упала неудачно.

– Меня Игорь зовут, а тебя?

– Маша!

– Будем знакомы! Кстати, если надо что будет, ты кричи, зови! Помогу!

– Спасибо за отзывчивость! Думаю я справлюсь. Спасибо ещё раз, за помощь.

Киваю в ответ и иду в свою палату.

Немного подвигаешься и накатывает усталость.

Вот и сейчас, я ложусь на кровать и закрываю глаза.

В голове проносятся мгновения знакомства с соседкой по палатам.

Такая милая и нежная. Взгляд искренний, не искушенный.

Она совсем противоположная Карине.

Хотя я помню, какая Карина была, пока Сокол не лишил ее девственности. И тогда она стала превращаться в стерву. Потому что, он в туже ночь бросил ее, поменяв на пьянку с нами. Именно тогда я понял, что люблю ее. Но было поздно. Она переспала с ним.

Именно тогда она впервые мне открыла душу, обвиняя Матвея. А я утешал ее.

Но пальцем не трогал. Словами и молчанием утешал. Давал ей поддержку, опору. Не более.

В который раз набираю номер Карины.

Абонент недоступен.

На вечернем обходе спрашиваю у доктора, про свою соседку.

Доктор не многословен и ничего конкретного не рассказывает. Опять поясняя, что он ее не ведёт, так же как и меня. Очередной дежурный доктор.

Тогда я спрашиваю у более подходящей кандидатуры. Вечером мою палату убирает санитарочка, женщина взрослая и любительница поговорить.

– Тамара Петровна, а что за девушка у меня в соседях? – спрашиваю невзначай у санитарка.

– Машка что ли?! Девка как девка! Понравилась что ли? Так она не твоего поля ягода! Из бедных она. Сирота. Родных нет. Не навещает никто.

– Да? А чего тогда в вип палате лежит? – поддаю загадку для тёти Тамары.

– Так благодетель какой – то устроил! Оно и понятно. Надо же пробиваться в этой жизни. Вот и заимела наверное папика себе, – протирая тумбочку, фыркает Тамара Петровна.

Задумчиво потираю подбородок.

– Да не похожа она на содержанку! – произношу вслух.

Помню ее смущение, даже испуг, когда я прикоснулся.

– Научится! Захочет выжить в этом мире – научится! Подцепит такого как ты и будет деньги сосать! В прямом и переносном смысле! – заявляет санитарка.

Да уж…спросил так спросил.

Перед сном уже приносят бумажки для утренних анализов, медбрат. Я с ним привык общаться – вроде нормальный парень. Примерно моих годов.

– Ты там у бабки Тамары про Машу спрашивал! – заявляет он мне, – Не трогай ее пожалуйста! Не обижай!

Это уже интересно!

– Что глаз положил? Так говорят, на таких не смотрит! Побогаче надо, постарше! – усмехаюсь.

Защитник нашёлся.

– Мало ли что говорят! А я ее знаю давно! Не такая она! Ясно! – произносит он с явной неприязнью в мою сторону.

– Откуда знаешь? Был с ней раньше? – задаю быстрее вопрос, чем думаю над ним.

Нахрена мне эта инфа?

– Нет! Мы в одном детском доме были. Ей и так там досталось! Жизнь у девчонки не сахар! Да она в купальнике стеснялась ходить, в футболке всегда купалась.

– Прям такая скромная? – спрашиваю с иронией.

Но парень продолжает в своём направлении.

– Там ее один козел обижал! Приставал. Хотел опорочить! Вроде его потом усыновили богатенькие родители. Так она последний год хоть спокойно провела. Пристроилась в жизни. Так говорят, он ее даже после детского дома нашёл.

– Может влюбился! – ухмыляюсь, – Женится потом.

– Нет, хотел начатое завершить! И вот не знал я, удалось или нет. Замкнулась она. Даже сейчас особо не общается! Я спрашивал, говорит нормально всё! Я же вижу, что она не такая как была. Хотя мы после детдома общались, созванивались.

– Может ты просто драматизируешь много! Может наладилось всё у девчонки! Вот и не делится!

– Три месяца, как с радаров пропала. Да и сейчас из – за придурка какого – то пострадала. Операцию тяжёлую пережила. Последствия на всю жизнь будут. А ты говоришь налаживается! – фыркает парень.

– Ты за неё как за сестру прям переживаешь! – бросаю медбрату.

– Да росли мы вместе, как родные. Я ведь не выдержал. Узнал его контакты. Он подтвердил. Обидел! И никто не защитил! Если бы я знал раньше! Он переехал с родителями в другой город! – он открывает окно и подкуривает сигарету.

– Эй, ты чего? Я вообще то тут бросить пытаюсь! – смотрю на парня.

– Извини накипело! В общем, не трогай ее пожалуйста! Прошу тебя по по-человечески! Обидел ее уже один! Сломал ее! Не надо! Нет у неё за спиной никого. И меня не подпускает.

– Обидел в каком смысле? – спрашиваю уже серьёзно.

– Очень сильно! Через силу! – добавляет он, бросая красноречивый взгляд в мою сторону.

– Изнасиловал что ли? – переспрашиваю.

Он лишь молча кивает.

Нихрена себе поворот.

ГЛАВА 5

Маша

Лишь спустя десять дней я смогла свыкнуться с этой мыслью.

В будущем у меня не будет детей.

В ходе аварии, я упала и получила травму живота. В результате произошёл разрыв яичника. Меня экстренно прооперировали и сохранили мою жизнь.

Конечно, если бы не внематочная беременность, которая оказывается была у меня после насильственных действий этого подонка, то этого не произошло.

В общем всё совпало вместе.

Один изнасиловал, поселив семя вне матки, другой снёс меня вместе с остановкой пьяный на машине.

Уроды! Как же я ненавижу этих парней.

Второго правда я даже не знаю в лицо. Не успела увидеть. Помню лишь как он в первые минуты после аварии смеялся сидя в машине.

Чертов алкаш и наркоман.

У обычных людей такого неадекватного поведения не бывает.

Первые минуты, я подумала, что это опять он.

Тот кто взял мою девственность силой. Но оказалось, что на свете он не один такой.

Есть как минимум ещё один придурок.

Всех ненавижу!

Теперь мечты о нормальной жизни в будущем рухнули как карточный домик.

Кому я такая, сломанная нужна.

После изнасилования, я месяц приходила в себя. Шарахалась от всех лиц мужского пола. Училась выходить на улицу и не бояться.

Мне казалось, что все знают, что произошло и будут тыкать в меня пальцами.

Но знала только я, Он и двое его друзей, которые меня держали.

Хорошо, что сделал это только он. Он предлагал друзьям, но они отказались.

В тот момент, я поняла что это знак. Потому что, если бы ещё и они мною воспользовались, я бы свела счёты с жизнью.

Тогда я решила, что буду жить. Я справлюсь.

Он получил что хотел. Больше он не вернётся.

Я забуду и никому не скажу.

Встречу свою любовь, выйду замуж и рожу деток.

Но десять дней назад все перечеркнулось.

Смахиваю проступившие слёзы.

– Привет мелкая! – заглядывает мой друг по детдому.

Он всегда был для меня старшим братом. С его уходом из детдома, моя жизнь там превратилась в ад. Он старше меня на пару лет. При нём, меня никто не обижал.

– Привет Юрка! Виделись же сегодня! А ты чего это весёлый такой? – спрашиваю у парня, пряча слезы.

– Да на практике был. Сегодня последний день! Закончилась практика, остались экзамены и по распределению поеду! Вот проставился коллективу немного! – произносит он весело.

– Молодец! Рада что у тебя всё хорошо! – произношу искренне в ответ.

– Прости меня малая, что не уберег! – произносит он и обнимает мои ноги.

Сам Юрка садится на пол у моей кровати.

– Ты чего это? Прекращай! – произношу с непониманием.

– Знаю я все! – произносит печально, – Нашел его номер и он рассказал. Встречу, убью гада! Прости что не защитил!

Он смотрит на меня глазами верного пса. От былого веселья не осталось и следа.

На глаза наворачиваются слезы. Я понимаю о чем он говорит.

– Ты чего Юра?! Наврали тебе всё! По телефону много чего сказать можно! Не вини себя! Всё хорошо у меня. Вот немного зацепило, так поправлюсь и дальше буду бегать! – успокаиваю парня.

– Врёшь Машка! – горько усмехается в ответ.

– Нет! А смысл мне врать? – произношу с улыбкой.

Дай мне сил..

Как тяжело врать…

Но я не хочу, чтобы Юра чувствовал свою вину.

Нет вины его в этом.

Только зверя того вина, который это сотворил.

Никому и никогда не скажу.

– Маш! Я серьёзно! – произносит Юра, вставая с пола.

– Так и я серьезно! Работаю в доме малютки! Присматриваю за младенцами. Выучилась на педагога. Хорошо всё у меня, – уверяю парня, – За тебя рада. Выучился, работа почти есть уже, девушка есть. Живи, радуйся! Юрий, правда, ты наверное лишнего хватил, вот и несёшь чушь!

– Честно? – спрашивает Юра.

– Честно! А ты что разрешаешь курить соседу? – перевожу тему.

– Ты с соседом своим познакомилась, да? – спрашивает он нервно.

– Нечаянно. Да, Игорем зовут. А что? – спрашиваю настороженно.

– Он из этих, из богатых! Осторожна будь! Прошу тебя! – произносит он, смотря в мое лицо.

– Да мы просто познакомились! А вот ты сейчас вышел оттуда, вместе с облаком дыма. И пахнет от тебя табаком. Курили вместе?

– Я просто предупредил. Он вроде парень нормальный, не сильно избалованный! Кстати, он бросает курить. Это я немного пошалил! Игорь нормальный. Но ты очень доверчивая и искренняя! И уже слухи пошли, о твоём содержании здесь.

Виду как неловко ему говорить мне об этом.

– Я знаю. Говорят, что человек который оплатил мое пребывание здесь мой любовник! – произношу с горечью, – Я не буду ничего объяснять. Это конечно не так, но и кто он, я не буду говорить.

– Надеюсь, ты знаешь что делаешь! Если что обращайся! – произносит он печально, – Обнимемся.

– Конечно Юра! Желаю тебе счастья! Слышала про твою девушку, – произношу обнимаю парня, – Счастья вам.

В этот момент в дверях мелькает тень.

– Извините, помешал! – слышится голос соседа по палатам.

– А ты чего хотел? – спрашиваю открыто.

– Мне тут фрукты принесли, я столько не съем, хотел поделиться! – отвечает Игорь, сверля взглядом Юрку, – Но вы тут заняты!

– Да перестань, я же объяснил, мы с мелкой, как брат и сестра! – оправдывается Юра, отходя от моей кровати.

Я по по-прежнему лежу, так как на животе ещё заживают швы. У меня была полостная операция и теперь на весь живот будет шрам.

Хотя, перед кем мне оголяться.

Я не смогу к себе подпустить ни одного парня.

Комплексы уже прочно сформировались во мне.

Теперь ещё и шов.

– Вы что разговаривали обо мне? – спрашиваю у парней.

– Он просто тоже не верит в слухи о тебе, да Игорь! – хмыкает Юра.

– Некрасиво обсуждать людей за спиной! – отвечаю, смотря на Игоря.

– А я не за спиной! Могу и в глаза сказать! – произносит парень твердо, – Не верю, что ты спишь с тем, кто платит за твоё здесь пребывание.

Мои щеки вспыхивают румянцем.

Юрка обводит нас взглядом и двигается к дверям.

– Мне пора, пока! – бросает друг и выходит из палаты.

Мы остаёмся с Игорем вдвоём. Дверь палаты приоткрыта.

Но мне все равно не по себе.

– Почему не веришь? – спрашиваю тихо.

– Потому что ты не такая! – бросает парень небрежно и садится на край кровати у моих ног.

Я интуитивно съеживаюсь под одеялом.

– Ты меня не знаешь!

– Но я знал таких девушек. Ты не из их числа. Поверь мне, я видел много в этой жизни грешного и порочного! И ты совсем не вписываешься в этот мир.

Я лишь молча, опускаю глаза.

– Так что насчёт фруктов? Положу на тумбочку! – переводит тему сосед.

– Спасибо конечно, но не надо. Мне после операции, не всё ещё можно есть. Даже ещё не встаю, нельзя.

– Что так всё серьёзно? – хмурится Игорь.

– Немного! Уже скоро буду как все! – произношу в ответ.

– Не надо быть как все! Будь собой! – произносит он в ответ с улыбкой.

ГЛАВА 6

Игорь.

Я каждый день стал заглядывать к своей соседке.

Да, раньше такие девушки казались мне серыми и пустыми. Но тут, надо же с кем – то общаться.

Да и общение на отвлечённые темы, Машка поддерживала очень интеллектуально.

Мы никогда не касались причин нашего здесь появления. Я не говорил про ДТП. Она не говорила, что случилось с ней.

Просто, погода, самочувствие, обсуждение персонала.

За эти дни, Машу так никто и не навещал.

Родители меня навещали каждодневно.

Ей разрешили вставать, правда ещё ненадолго и в поясе.

Я продолжал носить свой " ошейник".

До Карины я так и не дозвонился. Зато позвонил ее отец и попросил не обрывать телефон. Он отправил дочь успокоить нервы. В закрытый отель медицинского назначения. Но я всё равно каждый день набирал номер, наизусть.

Про беременность Карины, своим родителям я так и не признался. Им сейчас и так есть чем заниматься.

Ко мне приходил адвокат и записывал мои показания, которые я выучил по указке отца.

Оказывается моим делом занимается Денис Егоров, адвокат международного класса, держит в Москве адвокатскую контору, но главное он папин друг.

Он родом из нашего региона, в свое время уехал жить с семьёй в Москву. Со слов отца, он виртуоз правосудия и наказания.

( история Дэна Егорова в цикле книг " Игрушка" – трилогия, бесплатный доступ)

Общение с Машей отвлекало от собственных проблем.

Ведь я знаю ее секрет, которого мы тоже не касались. То что, девчонка не искушенная бросается в глаза. Стоит мне немного пошло пошутить, как она смущается и переводит тему, либо опускает глаза в пол.

Меня это трогает.

Всегда хотел развязных и готовых на всё девиц.

Потом хотел и хочу Карину.

А Маша…

С ней просто легко общаться…скрашивает мои дни в больнице.

Как на девушку, я на неё не реагирую.

Просто соседка.

Просто собеседник.

Как обычно делаю после завтрака дозвон, на до боли знакомый номер.

– Алло, – произносит Карина.

– Карина! Ты где? – воодушевляюсь, что она меня разблокировала.

– Я восстанавливаю своё здоровье! Я не дома! – бросает она небрежно.

– Я соскучился! Давай увидимся! Скажи где ты и я приеду! – готов сорваться к ней, нарушив запреты отца.

– Нечаев прекращай! Нас больше ничего не связывает! Мы просто знакомые! Давай забудем всё и останемся друзьями! – произносит она раздражённо.

– Что значит не связывает!? У нас с тобой общий ребёнок! Какие нахрен друзья? Ты совсем охренела, Карина?! – повышаю голос.

Вижу в дверях силуэт соседки.

Видимо она хотела зайти, но теперь испугалась моего крика.

Я киваю ей, в знак одобрения. Маша тихо шагает в палату, ища опору.

Ходит она на короткие дистанции, быстро устаёт.

Я и сам был в такой ситуации.

– Это ты охренел Нечаев! Нет больше ребёнка! Понял? Нас ничего больше не связывает. Поэтому отвали от меня! – кричит в ответ Карина.

Ее слова пронзают грудь похлеще кинжала.

– Что значит нет? Куда ты его дела? – переспрашиваю в ступоре, смотря на соседку, стоящую у окна.

– Это ты его убил Игорь! Ты! Ведь ты рассказал всё Матвею! Постарался. Ты довёл нас до развода! Я не смогла это вынести. Роды начались раньше срока из – за стресса. Ребенок родился мёртвым. Сказали, что виноват стресс и расстройство матери. Ты довёл меня до этого. Ты убийца своего ребёнка, Игорь!

Карина кричит слишком громко и я понимаю, что Маша слышит её слова.

Вижу как бледнеет лицо Маши и она по стеночке продвигается к дверям.

Мне некогда ее останавливать, с ней я успею поговорить потом.

– Что ты несёшь истеричка? Где наша дочь? – рычу в ответ.

– Нет уже её! Я родила её. Так как она была мёртвая, то я не стала забирать ее из больницы. Мне надо себя теперь вылечить. Поэтому забудь про неё. Она не была на этом свете. Просто эмбрион. Которому не повезло, – произносит Карина, без печали и сожаления.

– Сука! Какая же ты сука! – кричу ей в отчаянии, – Как ты могла? Почему мне сразу не сказала?! Правильно тебя Сокол бросил! Так тебе и надо. Где дочь моя?

Я перехожу на вой.

Я жил каждый день с мыслью, что я буду отцом. Вопрос с Кариной, я уверен был, что улажу его, после рождения дочери. Типа родительские чувства, дети сближают и всё такое.

Но сейчас, я чувствую как внутри все просто оборвалось и рухнуло.

– В сырой земле, дочь твоя! – бросает Карина, – Это на твоей совести! Ты виноват! И с чем ты остался? Думал, я буду с тобой? Нет, никогда. Зато друзья твои все при девушках. Порядочные стали. Вроде как у Архипова даже ребенок уже назревает. А ты будешь один. Потому что эгоист. Потому что разрушил мой брак. Не позволил Соколову воспитать твоего ребёнка. Ты убийца. Ненавижу тебя, Игорь! Прощай! – в телефоне идут гудки, а я не шевелюсь.

– Что я сделал не так? – задаю вопрос вслух.

– Суки! Ненавижу всех! – бросаю в пространство палаты.

Кулаки сжимаются до боли.

Почему пострадала моя дочь?

Почему она!

Весь день я сижу в палате.

Я не хочу не видеть, не слышать.

Хочется вернуться в день аварии и сдохнуть на месте, в своей машине.

Никчемная жизнь.

Никчёмный человек.

Как я и думал прежде, я лишний!

Полина носит ребёнка Архипова.

Молодцы, у них будет дочь или сын.

Все друзья заняты своими заботами. Обустраивают свою жизнь.

Хотя я помогал каждому. Я всегда старался оказать поддержку. Просил родителей отмазать. Ездил и мирил их, как в случае с Архиповым.

Если был виноват, пытался исправить!

Но, им всем не до меня.

Любовь, дети, семья.

А у Игоря Нечаева- никого.

Ни девушки.

Ни детей.

Ни друзей.

В порыве злости, все-таки разбиваю пульт и плазму, которая давит на мозги.

Звоню родителям и прошу не приезжать. Вру, что устал и хочу отоспаться. Они верят и обещают не беспокоить.

За окном стемнело, только на душе не легче.

Лежу в тишине и темноте.

Хочется закрыть глаза и не проснуться.

Сука, я ведь так тебя любил!

Это ужасный поступок. Даже любимый человек, сделав такое за спиной, предаёт тебя.

Она просто оставила тело ребёнка в больнице.

Дверь в палату открывается, впуская полоску света.

– Можно к тебе? – спрашивает тихо Маша.

В ответ я молчу, желая поскорее остаться один.

Но девушка понимает мое молчание по своему и заходит, закрывая за собой дверь.

– Я хочу побыть один! – бросаю ей резко.

– Давай поговорим! – произносит она, подходя к моей кровати.

– Я не хочу ни с кем говорить! – произношу безжизненным голосом.

– Я могу просто побыть рядом и молчать! – не сдаётся Маша.

– Зачем? – смотрю прямо в ее глаза.

– Чтобы ты чувствовал и видел, что ты не один! – отвечает она, принимая мой взгляд.

Бесит!

Я хочу быть один.

А лучше, я хочу не быть на этом свете!

Со злости дергаю девушку на себя и впиваюсь жадно в губы поцелуем. Жадным, злым. Кусаю нижнюю губу до крови.

ГЛАВА 7

Спасибо тем, кто подписался, буду радовать вас новинками.

Впереди новые истории, после окончания этого цикла.

Маша

Он кусает мои губы, причиняя боль. И держит за руку больно. Сжимает мое запястье мёртвой хваткой.

Я свободной рукой упираюсь в его грудь.

Его поцелуй пропитан болью и злостью, но он пугает меня.

Поэтому, я пытаюсь отстраниться.

Давлю на его грудь, пытаюсь отодвинуться, но он запускает вторую руку в мои волосы, фиксируя меня за затылок.

Это пугает не на шутку. Я помню всё, что со мной сделали.

Как они так же жёстко держали меня.

Как ОН кусал мои губы и тело, во время процесса.

Я зажмуриваюсь, пытаясь взять себя в руки.

Меня начинает трясти.

Истерика обрушивается лавиной.

Слезы капают из глаз, тело дрожит.

Внезапно поцелуй прекращается, но Игорь продолжает меня удерживать.

– Пожалуйста не надо! – шепчу я, продолжая держать глаза закрытыми.

Воспоминания душат меня.

Меня сотрясает мелкая дрожь.

– Посмотри на меня, Маш! – тихо и медленно произносит Игорь.

Я отрицательно качаю головой.

– Отпусти меня пожалуйста! Я не хочу! – шепчу в ответ.

Всхлип срывается с моих губ.

Парень резко и крепко прижимает меня к своей груди.

Чувствую его прерывистое и горячее дыхание на моей макушке.

– Прости меня! Я не он! Я никогда не применял к девушкам силу! – произносит он.

Я резко выкидываю голову, ударяя своей головой в подбородок парня.

– Оу! – вздыхает Игорь, ослабляя хватку.

Я пользуюсь моментом и отхожу от его кровати.

– Что ты сказал? – сверло его взглядом.

Во мне просыпается решимость.

Откуда он знает?

Он сказал это целенаправленно!

Он знает!

– Извини говорю! – произносит он, – Я знаю всё. Юрка по пьянке рассказал. Я не обижу, правда!

– Юрка сам ничего не знает! Враньё это всё! – бросаю со злостью, – Тебе и правда, лучше побыть одному!

Быстро, насколько позволяет мое состояние покидаю его палату и захожу в свою.

Они обсуждали меня.

Вернее, то как меня поимели.

Это так мерзко.

Со злости, продолжаю ходить по палате.

Хожу пока не появляется боль в животе и слабость.

Ложусь в кровать.

Слышу как за стенкой воют.

Такое я слышала сегодня, после его разговора по телефону.

Он не плачет. Нет.

Он воет, как волк, которого предали. Как волк, который одинок.

Сердце сжимается.

Слышу, что к нему приходит персонал.

Слышны крики и отборный мат.

Да, за время нашего знакомства, я думала о нем, совсем как о другом человеке.

А он знает о тебе всё Мария!

Что тебя поимели, как дешёвую шлюху. Забрали девственность силой. Что ты сломанная игрушка.

Беру телефон и пишу гневное сообщение Юрке.

В ответ парень звонит, но я не беру.

Тогда он пишет в ответ сообщения, просит прощения.

Со злости блокирую Юру и откладываю телефон.

За стенкой слышится звук бьющегося стекла.

Осторожно выглядываю в коридор.

Персонал суетится, даже вызвали заведующего отделением, хотя сегодня не его дежурство.

Кажется Игорь разбил окно палаты.

Маты и ругань не прекращаются.

В коридоре через некоторое время появляются родители Игоря. Их я мельком видела иногда, входящими или входящими из его палаты. Напрямую мы не встречались. Мне санитарка пояснила, что они родители парня. Приезжают каждый день к нему.

Я прячусь в своей палате.

Не хочу в этом участвовать.

Мне приносят термометр, для вечернего измерения температуры и вечерние таблетки.

Изменив температуру, выхожу в коридор, чтобы отдать медсестре градусник.

Напротив палаты Игоря стоят его родители. Женщина, с недавно красивой укладкой на голове, в элегантном брючном костюме рыдает навзрыд.

– Что мы упустили? Что случилось? Вадим, что с нашим мальчиком происходит?! – рыдая, причитает женщина.

– Ксюш успокойся. Ты сильная и не должна показывать свою слабость ему! – произносит мужчина.

– Он проспит до утра. Мы сделали ему успокаивающий укол. Персонал говорит, он с обеда перестал есть, общаться! – произносит выходящий из палаты заведующий.

– Вадим, если с ним что-то случится, я не переживу. Он наш единственный сын. Наш сынок. Я не вынесу. Вадим, я устала быть сильной. Почему он так страдает? За что? Почему он не может быть счастлив? Бедный мой ребенок! – она тихо осядает по стене, прямо на пол коридора.

– Ксения Андреевна, до сегодня все было отлично. Вы же сами видели! – произносит врач, – Кстати, он с Машей неплохо ладит.

Произносит доктор, увидев меня.

Родители Игоря странно переглядываются и кидают в меня неприятные взгляды.

Мне не нравится их реакция.

– О Боже Вадим! – всхлипывает мать Игоря.

– Ксюша тихо! – сканируя меня взглядом, бросает ей Нечаев старший.

– Она не причём! – бросает доктор, – Эта не та причина!

Он уходит вдаль по коридору, взяв у меня злополучный градусник.

Родители Игоря теряют ко мне интерес!

– Мы теряем его, Вадим! Я не переживу! Мой сыночек! Он же старается! Не пьет, ни курит! Мы с тобой сделали успешную карьеру, материальную стабильность. Только вот сын наш горит в агонии. Чем помочь? Ты же видел боль в его глазах. Страдания на лице. Почему он не открывается нам!? Поговори с ним! Вадим! Что нам нужно сделать? Я приму его боль! Я не хочу чтобы он страдал. Я ещё после аварии не отошла. Теперь этот его нервный срыв! Да что произошло!? Что? – истерит женщина.

Это истинные чувства матери.

Ей плевать, что она сидит на полу, в дорогом костюме, посреди больничного коридора. Ее макияж испорчен из – за постоянных слез. Укладка не выглядит идеальной, потому что она нервно запускает руки в волосы, при всхлипах.

Она просто хочет облегчить боль своего сына.

Сердце сжимается от ее слов.

Я не помню, вернее не видела своих родителей. И за меня никогда никто так не переживал.

Мне очень жаль эту женщину.

– Думаешь я не переживаю! Он у меня тоже один! – бросает ей мужчина, показывая истинные эмоции. За секунду он как будто стареет на десяток лет.

– Извините что лезу, но я кажется знаю, что случилось с Игорем.

Родители Игоря поворачиваются в мою сторону.

– Он ребёнка потерял! – произношу печально.

– Что? – округляются глаза матери Игоря.

– Какого ребёнка? – задает вопрос Нечаев старший.

– Его ребенка! Он умер при рождении! – поясняю им.

– Вы что – то путаете, у него девушки даже нет постоянной, не то, что детей! – отвечает мама Игоря.

– Я отчётливо слышала их телефонный разговор, с девушкой! Он называл ее Кариной. А она обвинила его в смерти ребенка. Сказала, что это он виноват. Он натворил.

Вижу ошеломление на лицах родителей Нечаева.

Правильно ли я сделала, открыв им причину срыва.

Видно, что родители не знали этих новостей.

– Карина – жена его друга. Вернее бывшая жена, она изменила мужу с Игорем! – произносит мать Игоря.

О Боже.

– После чего они развелись! У Карины ребенок от Игоря!? Был! – так же не обращая на меня внимания, произносит Вадим Нечаев.

Зачем я влезла?

Я не хочу больше подробностей.

С каждым моментом этого дня, мое мнение об Игоре падает в район плинтуса.

Он спал с женой друга. Развел их.

Заделал ей ребенка, довёл до беды.

Ещё и меня схватил.

Точно, он ещё с Юрой говорил обо мне.

Он знает…

За эти дни, я сильно часто проводила время с ним, беседуя.

Я привыкла к нему.

Начала прикипать.

Дура.

Знаешь же, что нельзя доверять людям.

Нельзя допускать чувств к парням.

Даже если я и встречу нормального парня, это явно не про Игоря, то я ему не подойду.

Я сломанная, с кучей комплексов.

Хотя именно Игорь ненавязчиво пытался освободить меня от них.

В ходе наших бесед, мы разговаривали про социальное неравенство, общение, про чёрные полосы в жизни и предательство. Он подбадривал меня, учил верить в светлое будущее.

Однажды Игорь сказал, что он не нужен друзьям. И было время, когда он думал так же о родителях.

Я прониклась его печалью и одиночеством.

Но оказалось, я слишком многого не знаю о нём.

ГЛАВА 8

Игорь

Открыв глаза, сильно хочется пить. Во рту пустыня – не меньше!

Я помню всё, что было вчера.

Разговор с Кариной.

Приход Маши и мой поцелуй.

Ее взгляд с презрением.

А потом пошло обычное состояние.

Мне хотелось крушить всё вокруг.

Не хотелось жить.

Помню, как записал друзьям голосовое сообщение в чат, обвиняя их в предательстве. Как позвонил и оскорблял Матвея и проклинал. Но он лишь сбросил звонок, не сказав ни слова.

Это меня и взбесило.

Помню, как разбил окно.

Помню, как вызвали заведующего, а следом и моих родителей.

Успокоили – вкололи какую то медицинскую дрянь.

" Ошейник" по по-прежнему на шее.

Пытаюсь встать и не могу.

Чувствую как что – то держит за запястья.

Реально?

Меня привязали к кровати тряпичными ремнями.

Это уже край Игорь.

Ты псих ненормальный.

Кстати стеклопакет на окне уже заменили.

Сколько я спал?

– Эй, я проснулся! – начинаю говорить громко.

Но в палате я один.

– На помощь! Эй! Я уже адекватный! – кричу во всю глотку.

Да именно так адекватные люди себя и ведут.

Да я реально не могу лежать привязанным к кровати. Даже в ролевые игры такие играть не люблю.

Слышу тихие шаги у двери.

Это Маша.

Я знаю.

Она стоит у дверей. Она услышала крики и пришла.

– Маш, это ты, я знаю! – произношу громко.

Шаги отдаляются.

Она так и не открыла дверь.

А может дверь заперли?

Пока я теряюсь в загадках, приходит мой врач.

А вместе с ним и отец.

Сейчас опять начнётся…

Они переглядываются и вместе развязывают мои руки.

Потираю затекшие запястья.

– Это новая услуга по полису ОМС, или ты ещё и платишь им за это? – язвлю отцу.

– Оставь нас! – бросает отец доктору, как будто мы у себя дома.

Врач выходит из палаты.

Я сажусь на кровати поудобнее.

Сушняк во рту мучает бешено, но отец меня не отпустит.

Даже водички попить.

Лучше не отвлекаться.

– Почему ты не сказал нам про ребенка? – бьёт набатом голос отца.

В груди опять скручивается огненный шар.

– Ты о чём? – спрашиваю отца с идиотской улыбкой на лице.

– Я сейчас ударю Игорь! Прекращай! – цедит отец сквозь зубы.

– Ну да, именно так отец с сыном и должен разговаривать! – хмыкаю в ответ.

– Да, именно так! Особенно если сын скрывает, что он зачал ребенка жене своего друга. Развел их. Скрыл всё это от родителей. Чуть не убился! Разнес палату, – орёт отец, – Что там с ребёнком?

– Умер! – огрызаюсь в ответ.

Разговора по душам не будет.

– Как это произошло? – спрашивает устало.

В ответ молчу.

Упрямый обиженный баран.

– Игорь, поделись! Зачем ты держишь всё в себе?! Ты всегда сравниваешь себя со своими друзьями! Говоришь, что у них хорошие родители в отличии от нас с матерью. Но знаешь в чем причина их отношений? Я скажу тебе! Потому что они все родителей посвящают в свои проблемы! Понимаешь? Только в том случае можно помочь. Мы не медиумы! Я понятия не имел, что у тебя такой расклад в жизни! Игорь, расскажи мне всё! Думаешь мы с мамой не хотим тебе счастья? Или нам карьера дороже единственного сына? Нет. Мы ради тебя с матерью время остановим, землю перевернем, звезду с неба. Да что надо будет, то и сделаем. Потому что мы родители! Это на всю жизнь понимаешь! Дружба, любовь…бывает временна, а родительство навсегда!

– Не всегда, отец! – произношу тихо, – Я уже чувствовал ответственность, хотел быть отцом. А теперь я никто. Опять. Всё стало временным.

Отец садится рядом на кровать и кладёт руку на плечо.

Взгляд глаза в глаза.

Я спокойно рассказываю ему всё, с самого начала.

Во время рассказа про звонок, меня начинает трясти. Злость опять накатывает волной.

– Без любви, ребенок не был бы счастлив! А она тебя не любит. Лучше переболеть и отпустить! Твоей любви ей не хватит! Малыша жаль конечно.

– Я думал что на поздних сроках угрозы ребенку не бывает! – произношу задумчиво.

– А я подумал вначале, что она испугалась за тебя, после аварии это случилось!

– Она даже не знает. Как ты и просил, я ни кому не говорил. Да и ей на меня плевать.

Опускаю голову вниз.

– Просто она не твоя судьба. Уверен ты ещё встретишь свою половинку, – ласково произносит отец.

– Ты же видишь что она творит со мной! Кому я нужен, такой бешеный?! – горько усмехаюсь.

– Никакой ты не бешенный. Просто одинокий и преданный. Отчаявшийся. Но не дай себя сломать сын! Эта сука, извини, но она именно такая, не оценила твоих стараний и любви. Не останавливайся. Иди дальше. Найди свое счастье. И ещё неизвестно, кто из вас будет счастлив по по-настоящему.

– Спасибо пап, за поддержку.

– Не дай обстоятельствам сломать себя сын! Во всем остальном мы с матерью тебе поможем! Всегда! Запомни это! – произносит отец, обнимая.

Позже приходит мама. Обнимает меня, пряча слёзы.

Становится стыдно, что причиняю им боль.

Они находятся со мной до вечера.

Видимо боятся рецидива.

Извиняюсь перед доктором, за свое поведение.

К вечеру включаю телефон, который вчера отключил.

Пропущенные от друзей. Голосовые сообщения.

Даже видео.

– Ты что там, так погнал? Игореня опять перекрылся! Ты же говорил что завязал с вредными привычками. Друг, ты не прав. Я никогда не отказывался от тебя. Не предавал. Зря ты так!

Это видеообращение записал Пашка Лукьянов. На заднем фоне вижу Вику, его девушку. ( книга Принц застенчивых кровей – история Паши и Вики).

Следом открываю голосовое от Андрея Архипова.

Игорь, что ты несёшь? Кто тебя бросал? Когда? Ты сам творишь всякую дичь, а потом пишешь что мы тебя бросили? Так веди себя нормально! Вот и сейчас, ты появляешься в сети, нападаешь на всех, брызжешь ядом, а потом абонент недоступен. Отсиживаешься на хате с телками и бухлом. Если у тебя проблемы, то поделись и мы всё разрулим. А если нет, то извини. Что за пьяный бред!? В чем ты Сокола обвиняешь? Он сейчас счастлив, как впрочем все мы! Остепенись и найди себе девушку! И будет счастье. Извини, пора бежать, Полина зовёт! Набери, если есть что сказать!

Долго смотрю на голосовое от Матвея.

Нажимаю на прослушивание.

Раздаётся голос Марины, девушки Соколова.

Игорь, что случилось? Поделись с пацанами! Я понимаю, что ты не спроста начал эту ссору. Матвей психанул и сказал что заблокирует тебя. Я пытаюсь с ним поговорить! Ты ведь знаешь, что он не любил ее! Зачем тогда этот скандал!? В чем наша вина? Я думала, что после их развода, вы будете счастливы! Матвей не хочет даже слышать о ней. Она оборвала нам телефоны, соцсети. Выговаривала, проклинала. Теперь ещё и ты. Игорь, Соколов сильно обиделся на тебя. Вчера вечером пацаны приезжали, он кричал, что ты ему не друг и он не хочет ничего слушать. А я чувствую что это не с проста! После наших разговоров на их свадьбе, мне кажется что я узнала твою истинную сторону души, которую ты не всем показываешь. Поделись. Свяжись с пацанами. Матвей успокоится и я ещё с ним поговорю. Мы поможем. Только выйди на связь.

Долго смотрю на телефон.

В душе противоречивые чувства.

Никому ничего не отвечаю.

Знаю, что Сокол не виноват в том, что Карина меня не любит.

Но тогда, кто виноват?

Перестаю искать виноватых, иначе опять заведусь!

Перед уходом родителей я спросил у отца, откуда он узнал о ребёнке. Он не назвал мне своего информатора.

Но я догадался сам.

И сейчас я стою под ее дверью.

ГЛАВА 9

Игорь

Открываю дверь и захожу в палату. На кровати Маши нет. В этот момент она выходит из дверей ванной комнаты.

На ней халат, до колен ярко- зелёного цвета. На голых ногах пушистые тапочки, такого же оттенка. Влажные тёмные волосы рассыпаны по плечам.

Ее глаза округляются от удивления.

– Игорь, – произносит она с придыханием.

А я не могу оторвать глаз от неё. Ее стройные ноги, красивая лебединная шея.

Раньше никогда не бросалось в глаза так, ее тело.

Сегодня, я как шизик молча пялюсь на девушку.

Под моим взглядом она краснеет и плотнее запахивает халат.

– Это ты сказала родителям про ребенка? – задаю вопрос, фиксируя девушку у стены.

Мои руки по обе стороны от неё. Я подошёл слишком близко, так что она упёрлась спиной к стене.

Нас разделяет небольшое расстояние.

В ее глазах страх.

Это трогает. Вернее, болезненно реагирует в районе груди.

Я не хочу ее обижать.

Ей и так не повезло в жизни.

– Я понимаю, что не должна была. Но я не смогла пройти мимо. Твои родители очень переживали за тебя Игорь. На них больно смотреть. Но они не могли понять, что случилось с их сыном. Да, я им рассказала, что слышала ваш разговор! Можешь меня ударить, задушить, обидеть. Но я не могла иначе! Понимаешь? У меня не было родителей! У меня не будет детей! Поэтому мне больно смотреть, как они убиваются по тебе. Пожалей их. Они ведь не вечные. Да, я рассказала им!

Она шепчет это тихо и быстро.

Её голос дрожит.

Я быстро ее прижимаю к себе и крепко обнимаю.

– Спасибо! – шепчу ей в макушку.

Касаясь губами ее влажных волос.

Кайф.

Она так вкусно пахнет.

Маша замерла и кажется не дышит.

– Спасибо тебе за всё! – шепчу повторно.

– Ты не злишься? – шепчет она в ответ.

– Похоже, что я злюсь? – произношу с улыбкой, втягивая аромат ее шампуня.

Мы так и продолжаем стоять в обнимку.

– Когда я тебя увидела, думала ты меня убьёшь! Уже представила как ты меня в окно выкидываешь! – произносит она серьёзно.

И тут же замирает в моих руках

– Дурочка! Неужели в твоих глазах я такой монстр!? – спрашиваю с иронией.

Она немного отстраняется, выскальзывая из моих объятий.

– Честно?

– Давай вообще говорить честно! Всегда! – предлагаю ей с улыбкой.

– Я не знаю что думать о тебе. В один момент ты можешь из милого доброго парня превратиться в неадекватного и грубого хама.

Она произносит это и ждёт мою реакцию.

– Ты права! – произношу я, убирая улыбку с лица, – Я неадекватный псих. Меня надо изолировать от общества.

Отхожу от неё на пару шагов.

– Нет! Извини. Я не так думаю! – начинает оправдываться девушка.

Маша сама делает пару шагов вперёд и хватает меня за запястье.

В месте ее захвата разливается нежное тепло.

– А как ты думаешь? – спрашиваю в ответ

Нечаев, да тебе всю жизнь было глубоко пофиг на чужое мнение. Даже иногда на мнение родителей.

Но сейчас мне хочется знать, что Маша думает обо мне.

От ожидания ее ответа пересыхает во рту.

– Ты одинок. Поэтому ты пытаешься привлечь к себе внимание. Но на хорошие поступки твои, никто не обращает внимание. Поэтому ты прибегаешь к другим методам. Это касается родителей, друзей. Только ты не понимаешь, что поступая так, ты делаешь им больно. И это может отталкивать людей. Получается вот такой замкнутый круг. А ты в нем застрял и не можешь остановить это всё!

– Как по-твоему, это можно остановить? – спрашиваю с ходу.

– Быть более открытым. Иметь человека, с которым можно поделиться проблемами, просто тот, кто посидит и послушает! Без упрёков. Просто выговориться даст.

Говоря это всё мне в лицо, я вижу как волнуется Маша.

Как пульсирует венка на шее. Как дрожат ее руки. Сбивается дыхание.

Впервые мое тело реагирует на неё, как на девушку.

Я чувствую как кровь приливает в пах.

– А у тебя есть такой человек? – смотрю как она осторожно убирает свою руку с моего запястья.

– Нет! Но я привыкла с этим жить! У меня с детства не было родителей. Не было родных. И друзей. Я привыкла так жить. А ты имеешь это всё! Поэтому не надо их терять! Очень плохо одному, поверь на слово.

Опускает взгляд в пол.

Но я успеваю заметить печаль в ее глазах.

– Твои родители, замечательные. Очень тебя любят! – добавляет она, – Друзей не видела, не могу сказать.

Виду как сложно ей стоять.

– Тебе тяжело, ложись, а я рядом посижу! – отступаю с ее дороги.

– Да, ещё сильная слабость. Живот болит после длительных перемещений.

– А можно спросить, что случилось? Почему ты здесь? – спрашиваю спокойно, наблюдая, как она аккуратно ложится на кровать, поверх одеяла.

– Попала в аварию! – отвечает открыто, – А ты?

– ДТП! – бросаю сухо.

Отец наказал никому не распространять информацию, поэтому я не сильно разговорчив.

– Ты тоже пострадал в аварии? – спрашивает она.

– Да, ещё как! – улыбаюсь ей, вспоминая как на полной скорости влетел в автобусную остановку.

– Посмотреть бы в глаза этому мерзавцу. Говорят что родители его отмазали! А я помню, что он пьяный был, или неадекватный. Лица не видела его, а теперь говорят, что тормоза отказали, – печально произносит она.

– Сбил тебя на пешеходном?

– Нет. Я на остановку только подошла. А вместо автобуса примчался этот урод. Сбил не только остановку, но и меня, – произносит Маша, бросая в мою сторону взгляд.

Меня пробивает озноб. Хотя я чувствую как по спине побежал холодок. Под воротником вспотело всё и начало чесаться.

– Помню его смех. И музыку из машины. Там такие жуткие слова были. Это первая мысль, что пронеслась у меня в голове.

– Какие слова? – спрашиваю дрожащим голосом.

– Похер, танцуйте! Прямо на моей могиле танцуйте!

Похер, танцуйте! Прямо на моей могиле танцуйте!

Мне похер по сути. Ведь отныне меня нет и не будет, – произносит она бесцветным голосом.

А я узнаю трек из своей тачки.

( ATL – " Танцуйте" – прим автора. )

На лбу выступила испарина. Перед глазами мелькают чёрные точки.

Я не верю.

Не хочу верить!

– Тебе плохо? Голова закружилась? – слышу взволнованный голос Марии, как в тумане.

– Ты не сможешь иметь детей, после этого? – произношу по словам, отводя взгляд.

– Да! Так вышло. Лишилась последнего здорового яичника.

И тут до меня доходит.

Но этого не может быть.

Отец заверил, что пострадавших не было.

Она говорит обо мне.

Это я влетел в автобусную остановку.

Я лишил ее будущего.

– Игорь, а ты тоже тогда был на остановке? – спрашивает она.

Пауза затягивается.

Я теряюсь.

Родители отмазывают меня всеми способами.

Мне нельзя с ней общаться.

Это плохо для меня.

Но чувство вины разъедает грудную клетку.

Дыхание становится шумным и прерывистым.

– Не, я был за рулём, в момент аварии.

Растерянность не покидает меня.

– Бывает. Дураки везде найдут свою жертву. Говорят, что скоро тебе снимут шейный корсет! – улыбается она, переводя тему к моему счастью.

А я не могу теперь поднять на неё взгляд.

Кажется, что лишь взглянув в мои глаза, она поймёт, что именно я, тот кто лишил ее здоровья, мечты.

– Поздно уже, я пойду! – бросаю ей и дохожу до дверей.

– Конечно, тебе тоже нужно отдыхать. Береги себя Игорь. И своих близких, – произносит она вслед.

– Слишком поздно. Некоторых уже не сберег! – бросаю ей и спешно покидаю палату.

В своей палате на меня накатывает злость и истерика.

Почему мир так тесен?

Почему она?

Сука, почему именно она?

Прижимаюсь лбом к стеклу, стоя у окна.

Какой же я идиот.

Я монстр.

ГЛАВА 10

Игорь

С утра жду родителей. Вернее ждал всю ночь, когда наступит день. У меня один большой вопрос к отцу.

Почему он соврал?

Ведь сейчас очевидно, что Маша моя жертва.

Вернее пострадавшая моего ДТП.

Черт! Я даже мысли сформулировать не могу правильно.

Родители входят как всегда с улыбкой на лице.

Но сегодня, в который раз я стираю ее своими словами.

– Почему ты мне соврал? – задаю вопрос вместо приветствия.

– Доброе утро сын, для начала! – бросает отец и становится серьёзным.

– Игорь ты о чём? – спрашивает мама, доставая из пакетов сок, фрукты и домашнюю еду.

– Она знает? – спрашиваю у отца.

– Да что происходит опять? – нервно восклицает мама.

– А то, что я убийца! Я сбил девчонку на остановке! – восклицаю в ответ.

– Ты никого не убил! Она жива! – гремит голос отца, – Сам же видишь!

– На что вы надеялись? Ещё и в палаты соседние поместили? Почему сразу правду не сказали? – смотрю на отца.

По молчанию матери, понимаю, что она тоже была вкурсе.

– Потому что так надо! А ты что ей сказал? – отец смотрит в упор.

– Она не поняла, что это был я. Мне так кажется! – произношу неуверенно.

– Потому что она не знает, что это был ты! И не узнает! – гремит голос отца сталью.

– Это ты её богатый покровитель? – осеняет меня.

– Нет. Мы с матерью нигде не засветились. Ей оказывают квалифицированную помощь. Плюс ещё материальная поддержка. Чтобы она не писала заявление. Она даже оформлена, по-другому случаю. В момент аварии она тебя не видела. Ты её тоже! Поэтому держи рот на замке! В твоём случае пострадавших нет! – цедит отец.

– Это вы так порешили? И что она согласилась? – спрашиваю хмуро.

– У неё нет другого выхода. Она нам не конкурент. Она сирота, вступиться за неё некому. Да и за душой не гроша. Это ее шанс наладить свою бедную жизнь, – произносит отец.

– Как ты можешь говорить так цинично, о бедной девчонке! – грубо перебиваю отца.

Родители молча переглядываются.

– А что тебя смущает? – усмехается отец, – Ты всю жизнь думал только о себе. Ты меня теперь морали будешь учить?

– Просто ты говоришь о ней, как о алчной преданной шкуре. А она ведь жертва обстоятельств, – пытаюсь донести свою мысль родителям.

– Ты встал на ее защиту! Вы подружились? – вклинивается в разговор мама.

– Но как это? Мы ведь ей жизнь поломали! Вы так просто взяли и замяли это дело? – начинаю расхаживать по палате.

– Просто? Да нихрена это не просто Игорь. Ты даже не представляешь как нам пришлось с матерью вертеться, чтобы немного подредактировать твою ситуацию, – взрывается отец.

– Я ей жизнь сломал! Понимаешь? – стону в ответ.

– Живая ведь! Поправится и поедет в новую квартиру. Свою. Уже документы все готовы, – нервно проводит по волосам.

– У неё детей больше не будет! Понимаешь, пап. Она не сможет рожать! Я ей органы отбил там внутри. Я ее жизнь переписал! А она просто приняла деньги и думаешь сможет забыть? Не верю! Она не такая! – доказываю отцу.

В палате повисает молчание.

Родители опять переглядываются между собой.

– Как вы додумались до этого? – спрашиваю тихо.

– Когда стоит выбор, между своим и чужим, в какую сторону я должен по по-твоему действовать? – огрызается отец, – Ты наш единственный сын! А она чужая девушка. Думаешь мне не жаль ее! Но я никогда не отдам тебя добровольно в тюрьму. Да, пусть этот грех будет на нас. Я подделал записи, бумаги. Дэн обработал девчонку и убедил не писать заявление и вообще она не проходит в твоём деле.

– Ради меня ты становишься преступником! – хмуро бросаю отцу.

– Знаешь, я раньше тоже думал, что это плохо. И закон равен для всех. Даже друга не поддержал изначально. Егоров многое сделал, ради своей жены в молодости. Потом, после ее смерти. Но теперь я понимаю, мотив его поступков. ( герой цикла Игрушка). Ради счастья и здоровья близкого тебе человека, я готов на всё! Понимаешь? Зачем мне закон, мораль, совесть и честь?! Ради тебя и твоей матери, я переверну землю, остановлю время. Но в обиду не дам! Главное, чтобы это было не зря! Чтобы ты понял, что надо думать прежде чем творить всякую херню! Мы не вечные, с матерью. И потом спасти твою шкуру будет некому.

– Я оценил! – произношу тихо.

– Девушка добровольно согласилась. Она без претензий. Подписала бумаги. Видимо нечаянно тебе проговорилась. Потому что она не должна никому говорить, что она была на остановке, – устало выдаёт отец.

– Просто в голове не укладывается. Если бы она знала, что это я, она даже не заговорила бы со мной. Пусть она приняла вашу помощь, но в душе она меня ненавидит. Меня – который сидел за рулём. А я ведь и правда идиот, думал лишь о себе. В тот момент. Обижен был сильно. Почему у кого – то есть всё! А я .. , – замолкаю, не могу договорить, слова застревают в горле.

– Не смотри на других! Мы не всегда видим то, что происходит на самом деле! Нет идеальных пар! – произносит мама.

– Есть! Полина и Андрей. Паша и Вика! Матвей и Марина! Ты и папа! Есть! И я понимаю, что после вас, я останусь один. Потому что кроме вас, у меня нет никого! – рычу в ответ.

Мои внутренние демоны начинают огрызаться.

– Нашел тоже мне, примеры! Вика посадила Пашу в СИЗО, Полина не разговаривала, обрывала все связи, Матвей женился на другой и жил полгода! Это по-твоему идеальные отношения? – цедит отец.

– Но они справились со всем этим. И сейчас вместе. А у меня! Одна меня ненавидит и считает убийцей ребенка. Вторая, которая может и смогла бы находится рядом со мной, хотя бы общаться – так я ее сбил нахрен на тачке, чуть не убил, – произношу с отчаянием.

– Тебе нравится эта девушка? – перебивает мама с удивлением.

– Что значит нравится? Он накануне зверел что его отвергла Карина. Убивался тут, а сегодня нравится уже другая? Вы что издеваетесь? – цинично усмехается отец.

– Я не говорил, что она нравится. Просто с ней легко общаться. Она не выносит мозг. Всегда выслушает. Она тихая и мягкая, – последнее произношу почти шёпотом.

Родители опять переглядываются. Ловлю улыбку отца.

– Что? – спрашиваю с нервозностью в голосе.

– Ничего. Видимо лечение идет на пользу не только в шею, но и в мозги! – бросает с улыбкой отец.

– Может ты влюбился? Ну, в смысле, нашел именно свою по духу девчонку! – воодушевленно произносит мама.

– Ага! Давай общаться и дальше. Меня зовут Игорь. Я тот козел который сбил тебя и не хочу за это отвечать. Откупился деньгами и мне плевать на твои проблемы! Так? – бросаю нервно в ответ.

– Не драматизируй! – бросает отец.

Мы сворачиваем эту тему, потому что приходит доктор.

Скоро меня выпишут. Надо будет дать показания, по поводу порчи городской остановки.

Я поеду домой. А Маша в новую квартиру.

Устало закрываю глаза.

Перед глазами осуждающее лицо Маши. Пытаюсь переключится, не получается.

– Да что ж вы все меня ненавидите!? – произношу в тишине палаты.

ГЛАВА 11

Маша

С каждым днем мне становилось лучше. Тем более, что появился стимул к выздоровлению.

В один из вечеров позвонила Татьяна Васильевна, мой работодатель, да и раньше я снимала у неё комнату.

– Ну что Машутка, как дела то твои? – спрашивает тётя Таня.

– Да приболела немного! Но уже скоро вылечусь, – произношу бодро.

– Я звоню по делу. Наш разговор ещё в силе? Помнишь ты спрашивала? Так вот, есть отличный вариант. Я б сказала, даже идеальный. Ты как, осилишь? – спрашивает женщина.

– Осилю! Вы же знаете, я очень хочу! А сейчас и подавно! Тем более, что у меня теперь свое жилье есть. Сейчас только здоровье подправлю и сразу же к вам, – воодушевляюсь новостью.

– Я там поспрашивала. Главное размер доходов твоих, или семейное положение. Чтоб по документам было все красиво, – шепчет Татьяна Васильевна.

– Я поняла вас! У меня сейчас есть деньги и жильё! – отвечаю ей.

Поговорив ещё немного, мы прощаемся.

А со следующего дня, я уже узнаю, что после сдачи всех анализов, возможна моя выписка. Я и так лежу уже больше месяца. Сдаю анализы.

Единственное, что мне очень жалко расставаться с Игорем. Мы каждодневно общаемся. Иногда он ведёт себя странно, вернее задумчиво. Но, я сильно не обращаю внимание. Ведь у каждого из нас есть свои скелеты в шкафу.

Мне просто жаль его. Он красивый, спортивный парень. Умный и интересный. Только сам загнал себя в одиночество. В его взгляде иногда проскальзывает печаль. Причину, которой я не могу понять.

Его родители очень прекрасные люди. Я встречаю их каждый день. После их визитов Игорь приносит мне гостинцы. Хотя я и просила его не делать этого, он все равно делится со мной.

Сегодня с утра, ко мне приходил адвокат того придурка, который сбил меня. Он принес мне документы на квартиру и номер лицевого счета.

Да, я продалась.

Но у меня есть цель, к которой я иду.

И ради этого, я пожертвую своей совестью и моралью.

Тем более, что я изначально понимаю, что сил и средств тягаться с семьёй того мажора у меня не будет. А тут они сами предложили материальный путь решения.

Мне сейчас очень нужны деньги.

Теперь они у меня есть.

В дверях, адвокат столкнулся с Игорем. Я успела лишь увидеть, как изменилось лицо Игоря.

Ещё и этот адвокат, поздоровался с ним, как со знакомым.

После его ухода, Нечаев был немного растерян.

– Ты его знаешь? – спрашиваю у Игоря, когда мы сидим в его комнате.

– Он один из известных адвокатов. Его многие знают! Да и по работе, родители знают! – бросает он красноречивый взгляд в мою сторону.

– А кем работают твои родители? – спрашиваю у парня.

– Они адвокаты! – произносит он и тут же начинает кашлять.

– Адвокаты? Оба? – округляю глаза.

– Угу! – опускает глаза в пол.

– Что то в последнее время, много вокруг меня адвокатов! – произношу задумчиво.

– Этот адвокат и есть твой покровитель? – спрашивает Нечаев.

– Да. То есть нет. Я не могу тебе объяснить. Извини. Можно сказать, что я выполнила работу и теперь мне оплачивают лечение, – ухожу от ответа.

И так много наболтала, в прошлый раз.

– А ты мне не рассказал, как ты попал сюда! – перевожу тему.

– Не хочу вспоминать! Так же как и ты! Надо смотреть вперёд. Ведь именно ты мне так говорила! – улыбается парень.

Я немного зависаю на его улыбке.

В момент когда он улыбается, его глаза излучают свет. Жаль, что делает он очень редко.

Я открыто улыбаюсь в ответ.

Мы сидим на его кровати, друг напротив друга.

Игорь протягивает руку и проводит кончиками пальцев по моей щеке и губам. От неожиданности, я вздрагиваю.

По телу пробегает ток.

– Извини. Просто волосы прилипли, я убрал, чтоб не лезли в глаза и рот! – произносит он, убирая руку.

– Улыбнись! – шепчу ему в ответ.

– Что? – спрашивает Нечаев хмуро.

– Улыбнись. У тебя красивая улыбка. Я хочу увидеть ее, – произношу в ответ.

– Давай баш на баш! Я тоже кое – что хочу! – улыбается он хитро.

Его улыбка не просто завораживает, а гипнотизирует.

– Согласна? – улыбается ещё шире парень, – Я не обижу, Маш.

– Согласна! – отвечаю не подумав.

Игорь приближает свое лицо, улыбаясь искренне и ласково.

– Я хочу вот этого! – произносит он и накрывает своими губами мои.

Это прикосновение нежное и тёплое. Мое тело хочет прижаться к парню. А я не успеваю за своими ощущениями и мыслями.

Поцелуй становится глубже и приятнее. Игорь проводит по моим губам своим языком, проникая внутрь. По теле бежит приятная дрожь. Из меня вырывается тихий стон.

Что я творю?

Почему, после всего пережитого, я не боюсь?!

Игорь усиливает напор и целует жёстче, но от этого не становится больно или неприятно. Наоборот мне нравится.

– Ну вот, я же говорил! Где спирт и телки, там и Нечаев! – раздаётся громкий голос.

В испуге я отпрыгиваю от Игоря. Живот дёргается болезненным спазмом.

В дверях стоят два парня и три девушки.

– А вы какого хера припёрлись? – спрашивает Игорь, без злости.

– Не, ну нормально?! Мы его ищем, чуть ли не через Интерпол, а он тут прохлаждается! Ты почему собака, на связь не выходишь!? Мы же переживаем! – произносит один из парней.

Парни вальяжно заходят в палату, устраиваясь на кресле и стуле.

Две девчонки становятся рядом с парнями. Один из них сажает девчонку к себе на колени. У неё темно – русые волосы. Второй обнимает за талию девушку с розовыми волосами.

– Игорь, так ты расскажешь нам, почему пропал со всех радаров? Что случилось? – спрашивает парень, держащий девушку на коленях.

Игорь переводит взгляд на меня. В нем опять вселенская печаль.

– Я пойду! Ты не один. Тебя есть кому развлечь! – произношу, смотря на третью девушку, которая продолжает стоять у дверей.

– Это мои друзья, со своими девушками! – произносит Игорь.

– Те самые, которые забыли про тебя! И которым ты не нужен?! – улыбаюсь, – Видишь, все не так плохо, как иногда кажется! – говорю ему тихо. Но нас все равно слышат.

– Бросили! Ага! Совсем мозги свои скурил что ли? Даже родители твои не отвечали нам. Пока мы их не достали! – произносит парень, который сидит обнимая розововолосую девушку.

– Где Матвей? – спрашивает Игорь.

– В машине. Отказался идти! – произносит девушка в дверях, – Не смогла уговорить.

Мне пора.

У меня ещё свои дела.

Я покидаю палату, под взгляды друзей Нечаева.

В своей палате, я собираю вещи.

Ведь скоро у меня выписка. Вернее сегодня. Можно было ещё подождать.

Да, ещё не всё гладко в плане здоровья. Я хожу в бандаже. Не все ем, соблюдая диету. У меня ограничения по физическим нагрузкам.

Но главное, что мне надо бежать от Игоря.

То, что мне сегодня понравилось, говорит что мне надо быстрее с ним прекратить общаться.

Я не хочу обжечься.

Да и некогда мне сейчас разводить отношения.

Дура наивная!

Какие отношения?

Ты его друзей видела? Они такие же, как тот, кто изнасиловал тебя.

Богатые, раскрепощенные и наглые.

Такие же, как тот, кто сбил тебя.

Циничные и всемогущие.

А кто ты?

Я лишь бедная сирота, у которой нет ничего.

Это было раньше.

Сейчас у меня есть квартира, счет в банке и цель.

Я буду счастлива.

Я осуществлю задуманное.

Решительно иду в ординаторскую.

После разговора с врачом, собираю остаток вещей и документы с выписками. В соседней палате слышится смех и разговоры.

Он в своей среде.

Теперь он не одинок.

Мое внимание и забота ему больше не нужны.

Да и мне надо сосредоточиться на своём деле.

Номер телефона Игоря, я не стираю. Не знаю почему, но рука не поднимается.

Ты слишком долго с ним общалась. Переживала за него. Пыталась вытащить из депрессии.

Вот и получай!

Он мне нравится! Как парень! Как человек!

Да я его толком то и не знаю! Какой он, за пределами больницы?!

Но сердцу не прикажешь. Оно уже пригрелось в лучах его общения.

ГЛАВА 12

Игорь

Друзья пробыли аж до самого вечера. Правда, мне не в падлу, и я спустился к Соколу в машину. Ещё после часу после прибытия друзей. Они остались в палате, я же пошёл на перемирие с другом.

Сажусь молча в салон.

Матвей дымит сигаретой, слушая музыку.

От дыма, с непривычки захожусь кашлем.

– Тубик подхватил в своём клоповнике! – огрызается Матвей.

– С непривычки. Бросаю! – отвечаю хмуро.

– А что так? Или в который раз? – язвит Сокол.

– Заканчивай огрызаться.

– Я ещё не начинал! Сижу никого не трогаю! Ты сам пришел! – рычит Матвей.

– Раз приехал, почему не поднялся? – смотрю в упор на профиль друга.

– Не хочется видеть твою рожицу!– ухмыляется Матвей.

– Зачем тогда ехал? – не сдаюсь.

– Душа болит за одного дебила! Выросли вместе! Думал всю жизнь вместе будем, дружим. А он ведёт себя как козел. Зависть берет или просто бухло уже через край! Не могу понять, – развернувшись произносит Соколов.

– Зависть! – шепчу в ответ, отворачиваясь.

Наступает опять тишина.

– Чем я опять не угодил тебе? Мы всегда были друзьями, а не соперниками! Сказал бы сразу про Карину! Ты ведь молчал! Я даже и не думал в этом направлении. Я никогда ею не болел. И ты знал это. Почему не остановил?

– Хер его знает. Думал, что ей так будет лучше!

– Ей было лучше. А тебе? А мне? Мы оба страдали! Все равно нам было не по пути, – поясняет Матвей, – Вроде всё уже решилось. Я ушел в сторону. Вам бы жить. Но в чем я виноват опять? То что у Карины бешенство матки? Так обрабатывай её! У вас ребенок, как никак! Она нам писала, звонила с Мариной. Нервы трепала. Тут ещё и ты, херами обложил. Нормально? Друг!

– После вашего развода, она стрессанула и родила мёртвого ребенка. Обвинила меня, в том, что я вас развел. Если бы ты не узнал о нашей связи, то не развёлся бы. И малышка была бы жива! – произношу, шумно втягивая воздух.

– Что? Как это? – не может сформулировать мысли Соколов.

– Вот крышу мою и сорвало, – произношу тихо.

Затем рассказываю другу всё по порядку, начиная от нашего разговора с Кариной, до аварии.

Про аварию говорю второстепенно, особо не выделяя, в круговороте событий.

– Вот это замес! Сам то как? Восстановил здоровье? – интересуется Матвей.

– Да, почти здоров. Только не знаю, что дальше делать? Как жить? Стимула нет. Я хотел семью, детей. Прошлая жизнь стала не интересна. Да и вы все на правильном пути, – разъясняю другу.

– Может встретишь ещё свою именно девчонку. Это происходит неожиданно. Сам же знаешь, что я этого не искал и не ждал. Само пришло. Увидел Маринку и пропал. Сначала огрызались, а потом понял, что на всё готов ради неё. Может и твоя уже рядом. Медсестра какая – нибудь или пациентка из соседней палаты, – усмехается Соколов.

– Маша?

– Какая Маша? – впивается в мое лицо взглядом.

– Пациентка из соседней палаты! – отвечаю с глупой улыбкой на лице.

– Знаешь, смотря сейчас на твое идиотское выражение лица, то может быть Маша и есть она самая!

– Нет! С ней точно не вариант. Нам однозначно не по пути! – произношу, с явной грустью в голосе.

– Обычно так и происходит. Но преодолев все преграды, добро пожаловать в долго и счастливо.

Я молча качаю головой.

– Ей нужен нормальный парень. А не такой как я! – бросаю, смотря в окно.

Соколов долго смотрит на меня в тишине.

– Думаю Карина отбила у тебя все чувства, своими поступками и вас связывал лишь ребенок! А насчёт Маши подумай. Пора взрослеть брат.

В тишине салона вываливаю на Матвея, всё что связано с Марией. Авария, изнасилование её неизвестным мудаком, откуп моим адвокатом и наши вечерние посиделки в палатах.

– Прям турецкий сериал, для девчонок! – ржет друг, – Только ты можешь так вляпаться.

– Я хочу найти этого ублюдка, который силой ее принудил! И про себя рассказать хочу. Не могу лицемерие общаться, зная что она ненавидит меня. Зная о последствиях моей аварии.

Мы ещё долго рассуждали на тему морали и уголовной ответственности. Затем поднялись в палату, решив другим пацанам пока не говорить о моих делах.

Ржали как кони, вспоминая приколы из прошлого. Смотря на друзей с их девчонками, в моей голове встаёт образ Маши. Не Карины. Видимо, Сокол прав. Настолько она меня обидела, что мой мозг блокирует её.

Хотя глубоко в душе, мне её жаль. И даже возможно хочется выслушать и пожалеть.

Друзья уходят, перед ужином.

Для них, я просто разбил тачку и лежу, выздоравливаю.

Наказ отца, не говорить даже пацанам, почти исполнен. Знает только Сокол всю правду.

Знаю, что не сдаст. Паха с Андреем тоже не сдадут, но зачем им мои проблемы.

У Андрея с Полиной и правда скоро будет ребенок. Срок ещё маленький. Они собираются расписываться.

После ужина, иду в соседнюю палату.

Дверь заперта.

– Ты чего это, потерял? – спрашивает проходящая медсестра, – Выписалась она после обеда.

– Как? Уже можно? – удивляюсь я.

– Тебе ещё десять дней на восстановление добавлено. А ей уже можно! – вздыхает медсестра, пытаясь построить мне глазки.

Ухожу к себе в палату.

Набираю номер Маши. Обменялись однажды, чтобы переписываться, когда лежим под капельницами.

На звонок нет ответа.

Занята или специально не берёт?

Может это проделки отца?

Пишу сообщение.

" Маша почему ты даже не попрощалась? Я уже соскучился! "

Ответ приходит мгновенно.

" Тебе и так было весело. Не хотела вам мешать! Спасибо Игорь за эти дни, которые ты скрашивал своим вниманием. Но дальше мы сами по себе! Выздоравливай и не хандри! У тебя все будет хорошо!"

И всё?

Она технично меня слила…

Нет. Мы ещё не закончили.

Я ещё не распробовал вкус твоих губ.

Убираю телефон, чтобы не испугать девушку своим напором.

Как выйду с больницы обязательно найду её.

Да, логичнее было бы держаться на расстоянии от неё. Но я хочу ее ещё поцеловать. И не только..

Хочу общаться. Или признаться!

Сам не решил ещё чего я хочу!!!

Знаю одно, что мы ещё увидимся!

ГЛАВА 13

Маша

С момента моей выписки прошёл почти месяц.

За это время, я обустроилась в СВОЕЙ квартире. Я не жалею, что приняла эти деньги. Потому что я уверенно иду к своей цели. Без жилья, это было бы невозможно. Хотя трудности и сейчас есть.

Выбегаю из магазина, под проливной дождь. Жизнь научила меня экономить, поэтому я не пользуюсь такси. Лишь в крайних случаях.

Быстро шагаю по тротуару. Сбоку неожиданно раздаётся сигнал автомобиля. Обернувшись вижу незнакомого блондина за рулем.

Из авто выбегает Игорь. Сосед по палате.

Тот, кто не даёт забыть о себе, являясь своими образами в мое сознание. Как бы я не гнала эти образы от себя.

– Спасибо друг! – хлопает по крыше машины Нечаев и авто стартует вперёд.

– Привет соседка! – улыбается парень, подходя ближе.

– Как ты меня нашел? – рассматриваю парня.

Он избавился от своего " ошейника". Стоит такой красивый, высокий и мокрый. Дождь не особо сильный, но противный и холодный.

– Это было не так сложно! – произносит он, – Ты домой?

– Да! Ходила за продуктами! – поднимаю пакеты повыше.

– Давай сюда, помогу! – решительно заявляет парень.

– А ты куда? – спрашиваю в ответ.

– Как куда? К тебе! На чай! – усмехается Нечаев.

Я в ответ улыбаюсь.

Мы доходим до моего дома, забегаем в подъезд.

– Так что, пустить соседа по палате на чай? Или боишься? – озорно спрашивает Игорь.

А я теряюсь. Меня разрывают противоречивые мысли.

– Я не знаю тебя, за стенами больницы! – выдыхаю шёпотом.

– Я не обижу! Помнишь? Больше никогда! – произносит он и прижимается своим лбом к моему.

– Если только ненадолго! У меня после двух дела! – отвечаю тихо, отступая на шаг.

Мы проходим в квартиру. В ней ещё до меня был сделан ремонт. У меня в квартире чисто и уютно.

Игорь осматривается, проходя по комнатам.

Квартира двухкомнатная, с лоджией, в одном из хороших районов. Рядом больница, супермаркет, остановки автобусов и многое другое.

Сама я бы не смогла осилить такой район.

– Можно было и получше! – доносится до меня бурчание Нечаева с лоджии.

– Что ты имеешь ввиду? – хмуро спрашиваю парня.

– Тебе нравится? – спрашивает он в ответ.

– Очень! Конечно, ты не привык к таким квартирам. По тебе было видно сразу, что ты из материально обеспеченных. А мне очень даже нравится! – произношу осторожно.

– Главное, чтоб тебе нравилось! – бросает парень и заходит на кухню.

Я приготовила чай, поставила тарелку с пирогом, который готовила с утра самостоятельно. Кулинарить я умею. Поэтому за это мне не стыдно, правда неловко. Я не знаю чем питаются богатые люди в обычной жизни.

Игорь откусывает часть пирога.

– Вкусно. Сама готовила? – прищуривается.

– Да! Я давно уже умею. Кушай на здоровье! – улыбаюсь парню.

Мне очень приятно, что ему понравилось.

– Так зачем ты меня искал? – спрашиваю интересующий меня вопрос.

– Соскучился! – отставляя кружку с чаем произносит Игорь, – А ты вспоминала обо мне?

– Ну, тебя сложно забыть! – пытаюсь пошутить.

– Я серьезно, Маш! – произносит парень с досадой.

– Как у тебя дела с твоей девушкой? Кариной кажется! – перевожу тему.

– Она никогда не была моей девушкой. Никак! Мы с того раза в больнице, больше не общались. Она уехала, восстанавливать себя, со слов её отца.

Я молча киваю в ответ.

Странно всё у этого Игоря.

Бедовый он какой – то.

– Ты не ответила? Вспоминала ты меня? – Игорь накрывает мои ладони, лежащие на коленях, своими.

По теле идет волна тепла.

Я нервно сглатываю.

Смотрю в его глаза, в которых появляется озорной блеск.

– Я соскучился, по нашему общению! – произносит он.

– Я тоже! – произношу вслух.

– Какие у тебя дела после двух? Может помощь нужна? – переводит он резко тему.

– Мне надо в отдел опеки и усыновления! И в дом малютки! – выпаливаю не подумав.

Игорь смотрит на меня в упор. В его взгляде что – то меняется.

– Зачем? – спрашивает он дрогнувшим голосом.

– Я решила создать семью! Удочерю ребенка! – произношу с улыбкой.

Наступает тишина. По его реакции, я не могу понять одобряет он мое решение или нет.

Внезапно парень опускается на колени передо мной и обхватывает мои ноги. Кладёт голову на мои колени.

От этого всего я теряюсь.

– Прости меня Маш! Прости за всё! – произносит он.

Во мне появляется желание погладить его по голове, попробовать на ощупь его волосы.

Но я боюсь.

Я не знаю чего ждать от него.

– Ты ничего не сделал! Все хорошо, Игорь! – улыбаюсь настороженно.

– Ты даже не представляешь, сколько всего я сделал! Я должен тебе рассказать! Прости меня! – произносит он сбивчиво.

– Так, стоп! Прекрати Игорь! Давай договоримся! Мы идём вперёд. К своим мечтам. К своему счастью. Я не хочу ничего вспоминать из своего прошлого. И ничего знать о твоём прошлом. Думаю с нас хватит. Встань пожалуйста.

Игорь поднимает голову, мы встречаемся взглядами.

– Не думай о том, что сделано! Твори и делай сейчас! – произношу, смотря на него.

И да, я не сдерживаюсь.

Запускаю свои пальцы в его непослушные пряди. Его волосы мягкие и шелковистые на ощупь.

Во время моего маневра, его глаза темнеют.

Он проводит пальцами по моей щеке.

Дыхание сбивается.

Маленький страх зарождается внутри меня. Но в тоже время, внутри горит огонь предвкушения и ожидания.

Что будет дальше?

Игорь притягивает мою голову и целует в губы. Жадно. Напористо.

А я поддаюсь.

Он тоже запускает одну руку в мои волосы, второй гладит мою спину.

Моя рука скользит с его головы на шею, затем на спину.

Языки сплетаются в едином танце.

Это просто радуга ощущений.

За окном раздаётся сигнал автомобиля и от неожиданности, я отскакиваю от Нечаева.

Тут же на меня обрушивается осознание. Я отхожу к раковине и начинаю мыть свою кружку из под чая. Мне стыдно повернуться. Поэтому даже помыв чашку, я продолжаю стоять к Игорю спиной.

Его голос раздаётся рядом с моим ухом, обдавая мою кожу тёплым дыханием.

– Уже два! – напоминает он мне о времени.

Обхватив пальцами за плечи, мягко разворачивает на себя.

– Хочешь познакомлю тебя! Можешь поехать со мной, если хочешь! – произношу и тут же закрываю рот.

Дура. Он недавно потерял ребенка, а ты тащишь его к младенцам.

– Можно? – переспрашивает парень.

– Ну да! Я думаю, что да! – пожимаю плечами.

– Я сейчас другу позвоню, он отвезёт! А то я же без прав! Машину не даёт отец! – поясняет Игорь.

– Без прав! Ты был виноват в своей аварии? – задаю вопрос, убирая со стола.

– Я был пьяным! – произносит он осторожно, – Но сейчас я больше не пью.

– Осторожно Игорь, можно не только себя покалечить но и других!

– Я знаю! – прилетает в ответ и парень уходит в ванную.

Я иду в комнату собираться.

Через полчаса мы спускаемся к машине, на которой приехал Игорь. Блондин по по-прежнему сидит за рулём.

Друг Игоря, меня пугает. Он проходит по мне оценивающим взглядом, хмыкает.

Я сажусь на заднее сидение, Игорь садится рядом.

– Ну привет, Мария! – выдаёт блондин с улыбкой, – Утащил тебя дракон из твоего замка. Я Матвей. Друг этого оболтуса.

– Здравствуйте! Маша! – пищу в ответ.

– Сокол, бросай. Напугаешь девушку! – обрывает его Игорь.

– Куда едем? – спрашивает серьезно водитель.

– В дом опеки! Это через два квартала. Сейчас адрес скажу, – произношу, включая телефон.

Нахожу название улицы и диктую блондину.

Он включает навигатор и мы трогаемся.

Будний день, но на дороге много машин.

– Я кстати наконец то записал себе, твой плейлист! – бросает Матвей и включает трек.

От слов песни по спине бегут мурашки.

Я знаю эту песню. Вернее помню.

Парни общаются, не обращая внимание на мой ступор.

Похер, танцуйте

Прямо на моей могиле танцуйте

Похер, танцуйте

Прямо на моей могиле танцуйте

Мне похер по сути, ведь отныне меня нет и не будет

Муз. Зарисовка – ATL – "Танцуйте". Прим автора.

Парни обсуждают что – то смеясь.

А меня пробивают слова насквозь.

Машина резко тормозит, на перекрёстке.

– Дура, куда ты лезешь! – бьёт по рулю Матвей, ругая водителя, которая выехала прямо перед капотом его машины, – Кобыла.

В этот момент Игорь начинает смеяться. Пока Соколов покрывает матами ступор, организованный автоледи, Игорь запрокидывает голову и смеётся.

Смотрю на его профиль, и в голове проскакивают флешбеки!

Его смех, под слова песни.

Перед глазами сознание рисует картину, то что я видела перед падением.

Неадекватный парень, смеющийся в салоне раскуроченного авто, под громкие басы этой ужасной песни.

Игорь бросает на меня взгляд, продолжая смеяться с Матвеем.

Я всё поняла!

Это был он.

" Попал в аварию!"

" Я был пьяный!"

" Родители адвокаты! Они знают Егорова!"

" Прости меня за всё!"

Все его слова сейчас приобретают иной смысл. Пазл в голове складывается.

– Останови машину! – кричу резко Матвею.

Друг Игоря резко жмёт по тормозам.

– Что случилось Маш? – обеспокоенно спрашивает Игорь.

Я нервно дергаю ручку авто.

Мы остановились посреди проезжей части. Машины вокруг начинают сигналить.

Игорь хватает меня за руку, не давая покинуть авто.

Соколов молча смотрит.

– Руки убрал от меня! – произношу резко, но результативно.

Игорь отпускает и я выбегаю из машины.

Нечаев догоняет меня на тротуаре.

– Маш, что случилось? – спрашивает опять.

– Это был ты! Верно? – говорю со злостью и читаю ответ в его глазах.

Там страх, неловкость и чувство вины.

– Я конечно тоже не ангел, продала свою совесть! Но не надо втираться ко мне в доверие. Набиваться в друзья. Поэтому, оставь меня в покое. Дальше у каждого своя дорога! Прощай!

Ухожу от него, стирая предательские слезы.

Он не догоняет. Так лучше.

Сам понимает, что нам не по пути.

ГЛАВА 14

Спасибо всем читателям, всегда рада вашей поддержке!

Маша

Было ли мне больно?!

Ещё как!

Я переживала и сочувствовала ему, когда мы были соседями по палатам. А он смеялся над наивной дурой, которую раздавил как букашку, на остановке.

Лицемер.

Циничный подонок!

Как только я его не костерила.

Каждый день, с того самого дня он пишет мне сообщения, обрывает телефон. Вечером того же дня, стоял под домом, на такси.

Стоял до утра, писал, звонил.

Я не спала всю ночь, периодически поглядывая в окно.

Не хочу не видеть не слышать.

В душе гадко. Ведь именно его семья купила мне эту квартиру. Ещё и деньги дополнительные взяла я.

Но с другой стороны, он мог меня и убить. Мог сейчас сидеть и ждать суда. А он вернулся к прошлой жизни. Цел, невридим. Может дальше пить, гулять, вместо тюремного заточения.

Мысли о тюрьме, мне противны. Даже в порыве злости, я не могу желать Игорю плохого.

Не могу!

Понимаю ежеминутно, что он мне понравился. Впервые, в жизни, мне понравился парень. Но он оказался тоже монстром. Таким же, как и тот, кто был моим первым.

С утра уже куча сообщений, впрочем как и каждый день в стиле :

Прости меня! Чем мне загладить свою вину?

Позволь поговорить и объясниться!

Я не знал, что ты пострадала! Мне не говорили о жертвах!

Маша, пожалуйста, меня убивает твой игнор!

На которые, я естественно не реагирую.

Но сегодня, я делаю шаг первой.

В трубке длинные гудки.

– Да! – произносит Игорь взволнованно, – Спасибо, что позвонила!

– Ты правда хочешь загладить вину и получить моё прощение? – облизываю от волнения пересохшие губы.

– Да! Очень хочу! – тут же отвечает, без раздумий Игорь.

– И готов на всё ради этого? – продолжаю взволнованно.

В трубке повисает тишина.

– Готов, если ты простишь и дашь возможность общаться с тобой! – произносит Нечаев серьезно.

В ответ я лишь хмыкаю.

– Приезжай, поговорим! Это не телефонный разговор! – произношу быстро и отключаюсь. Пытаюсь отдышаться. Волнение сбило не только дыхание но и сердечный ритм. Мне кажется сердце сейчас выпрыгнет.

Я решилась!

С ним!

Просто нет больше подходящих кандидатур.

Дальше я метаюсь по квартире.

Приедет ли он?

Ведь он живёт в городе, за сто пятьдесят километров от нашего городка.

Я знаю, что он выписался и уехал домой.

Приедет? Он же без прав!

Такси! Друзья!

Расхаживаю по квартире, поглядывая в окно.

Может даже не сегодня!

Но мне надо, чем скорее, тем лучше!

А если он не согласится?

Не многовато ли ты хочешь, за свой порезанный живот??

В итоге, сажусь на пол и перебираю в который раз бумаги.

Спустя полтора часа раздаётся звонок в дверь.

Ещё и ещё.

Я тихо подхожу к дверям.

– Маш, это я! Ты же сама позвала! – раздаётся голос Игоря за дверью.

Да позвала. А теперь боюсь.

Открываю дверь и пропускаю Нечаева в квартиру.

Скинув обувь, протягивает мне букет пионов.

Красивый, пахущий букет.

– Зачем цветы? Не свидание ведь! – фыркаю в ответ, соблюдаю дистанцию обижульки.

Прохожу в гостиную.

– Просто. Для тебя! – произносит Игорь, и кладёт букет на журнальный столик у дивана.

– У меня к тебе есть просьба! Или предложение! В общем думай как хочешь, я просто озвучу. Решать тебе, – произношу взволнованно.

Игорь садится на диван, наблюдая за моими расхаживаниями.

– Может ты сядешь и поговорим! – произносит он, – Изначально я не знал про тебя. Мне сказали что пострадавших нет. Я ничего не знал.

– Об этом я не хочу говорить. Сразу не знал, но потом все равно ведь узнал. Но это дело лишь нашей совести. Я поступила, как мне требовалось. Ты, как лучше тебе. Я сейчас о другом!

Парень внимательно смотрит на меня.

– Женись на мне! – выпаливаю резко.

Сказать что он удивился, это ничего не сказать!

Охренел.

Даже так, слишком мягко.

– Я может неправильно услышал, что ты сказала сейчас? – спрашивает он осторожно.

– Мне надо, чтоб ты стал моим мужем! – отвечаю дерганно.

– Предложение конечно интересное, но немного неожиданное! Тебе так не кажется, – усмехается Игорь.

– Это не в том гадком смысле! Официально, но на бумаге. Дальше можешь жить как хочешь, подальше от меня. Но первое время, нужно будет твоё участие! Потом тихо разведемся. Мне не надо твоих денег, ласк. Я ничего не попрошу. И не буду потом предъявлять. Могу расписку написать, – объясняю сбивчиво.

– Подожди! Я понял, что это не от большой любви к моей персоне! Объясни зачем! – произносит Игорь серьезно.

Его взгляд сосредоточен на моем лице.

– Мне не дают удочерить малышку. Маленькие доходы. Даже квартира не помогает. Помимо меня есть ещё пара, которая положила глаз на неё. Но она уже моя. Я хожу к ней, чтоб она привыкла ко мне. Она моя, родненькая. Мне намекнули, что если бы я была в браке, то шансы увеличиваются.

Я замолкаю.

Нечаев странно смотрит на меня.

– Просто ты единственный, кого я знаю! Чтоб подходил по возрасту. Ещё и по положению. Типа будут и дедушка с бабушкой сразу, – произношу поникшим голосом.

Бред.

Зачем ему помогать мне?

– То есть, я автоматом тоже ее удочерю! – произносит Игорь.

Я не подумала.

– Мы разведемся! И с ней ты не будешь, чтоб она не привыкла. Как все пройдёт, ты будешь свободен. Давай я не буду брать твою фамилию. И ее запишем на мою! – пытаюсь мыслить быстро, – Я не знаю. Как сделать!

Сажусь на диван, отвернувшись.

Игорь садится ближе, вплотную.

– Что ты будешь делать если я соглашусь? – спрашивает он тихо, накрывая мою руку своей.

– Я стану счастливой мамой! И самой несчастной женой! – произношу с усмешкой.

– Давай обсудим этот вопрос с юридической точки зрения. Я могу позвать маму или отца для этого решения, – произносит Игорь.

– Нет! Я не хочу! – вскакиваю, освобождая свою руку, – Это всё было ошибкой. Езжай домой. Я больше не побеспокою. Живи с миром, Игорь.

Игорь встаёт и в один шаг подходит ко мне.

Кладёт руки на плечи.

– Позволь мне помочь тебе! Я должен это сделать! Просто надо подойти грамотно к этому вопросу, – он обнимает меня, вдыхая запах волос.

Я пытаюсь продвинуться, но он не даёт.

– Я помогу! Маша, я помогу тебе! – шепчет он мне в макушку.

Когда он немного расслабляется, отпихиваю парня.

Игорь смотрит на меня затуманенным взором.

– Думаешь моя анкета им понравится? Я ведь не ангел, сама знаешь! – произносит он, отворачиваясь к окну.

– Думаю, родители у тебя чистюли. По – любому подчисщают твое досье, – язвлю в ответ.

– Поверь мне, там даже после уборки, много грязи! Я не лучший кандидат на роль папаши, – усмехается в ответ.

– Там деньги решают всё! У тебя влиятельная и богатая семья. Этого будет достаточно. А потом мы с малышкой исчезнем со всех ваших горизонтов. Я даже уеду в другой город, область, регион. Сама я не могу осуществить это.

Обнимаю себя за плечи. При мысли о моей крохе, глаза увлажняются.

Я не буду плакать при нем.

Но громко шмыгаю носом.

Игорь разворачивается и обнимает меня.

– Не плачь! Я помогу! Не обижу! Верь мне! – шепчет он мне в ухо.

– Не верю! Не верю! Не верю! – шепчу в ответ.

Рыдания перехватывает дыхание. Я делаю глубокий вздох, чтоб не разреветься.

Господи, как я тебя ненавижу Нечаев.

Ненавижу и люблю!

Сейчас, стоя в его объятиях я это понимаю. Каждый день я скучала. Думала, что вспоминаю его из – за обиды и ненависти. Но нет. Это другое.

Ну почему – ты такой!?

Почему?

Я все-таки рыдаю на его груди.

– Маш, милая не плачь пожалуйста! Я обязательно помогу тебе. Виноват перед тобой. Всю жизнь виноват буду. Из – за меня ведь это всё! Я согласен. Я помогу тебе! – шепчет Игорь, успокаивая.

В моем нынешнем бесплодии он не виноват. Виною внематочная беременность, от того ублюдка. Про которую я не знала. Она бы все равно прорвалась наружу, просто удар был провоцирующим фактором.

Но Нечаеву пока знать об этом не надо.

Успокоившись, сижу на диване, слушая как Игорь разговаривает с родителями.

Разговор даётся ему сложно.

Родители Игоря конечно не в восторге.

Тем более, что ещё не полностью улажен конфликт с ДТП.

– Да не шантажирует она меня. Я сам хочу ей помочь. Сам перед собой хотя бы очиститься! Я каждый день в зеркало смотреться не могу! Вы поможете? Если нет, сам разрулю! Я ей помогу. Слышите? Умру, но ее мечту осуществлю, – спорит Игорь на кухне.

Разговор идет на повышенных тонах, поэтому я все слышу.

Спустя минут десять, в комнату входит Игорь.

– Вот список документов, которые надо подготовить! – показывает мне экран телефона.

– Скинь мне, я все подготовлю.

– Завтра приеду с мамой, поедем туда, где это оформляют! – проводит рукой по волосам.

– Хорошо, я всё подготовлю и сама буду готова! – киваю в ответ.

– Верь мне! Я больше не обижу! – бросает Игорь и покидает мою квартиру.

А я беру букет, лежащий на столе и ставлю в красивую вазу.

ГЛАВА 15

Маша

На следующий день ко мне приехала мать Игоря.

Одна.

Это немного напрягло.

– Здравствуйте! А где Игорь? – рассматриваю женщину, в проёме дверей.

– Я приехала одна. Хочу поговорить с тобой, без него! – произносит она, смущаясь.

– Проходите! – впускаю женщину и провожу на кухню, – Чай, кофе?

– Нет, спасибо! – вежливо произносит она, рассматривая обстановку.

– Я понимаю, что вы приехали отговаривать меня, или подкупить. Я уже пожалела, что предложила Игорю это всё. Поэтому, думаю нам стоит забыть обо всем и жить дальше, каждому своей дорогой, – произношу, смотря на женщину в дорогом брючном костюме, на моей кухне.

– Мария, не торопись. Именно поэтому я и приехала сама! Мы с отцом Игоря тоже вчера долго обсуждали и думали. Ты очень положительно влияешь на нашего сына. Да, он у нас не подарок! Ты знаешь, что в свое время он пустил свою жизнь под откос и чуть не сломал, не только свою, но и твою. Причинил много боли, себе, тебе, нам. Ты в праве осуждать нас, но мы пытаемся спасти своего сына. Но его главное спасение – ты. Вчера он приехал и весь вечер говорил о детях. Хотя в его ситуации, после истории с Кариной и ребенком, это очень удивительно. Да и после того, как ты узнала что он виновник твоей болезни, он опять ушел в себя. Мы с мужем даже боялись, что он опять сорвётся. Я понимаю, что это наши проблемы. И тебя они не касаются. Но так уж вышло, что за время вашего соседства, Игорь очень привык к вашему общению. Привязался к тебе. Насколько это прочно, я не могу судить. Но, зависимость некоторого рода, ваше общение вызвало. Он очень переживал, во время вашей ссоры. Он честно не знал. Мы скрывали от него, что были пострадавшие. Боялись за его психическое и моральное состояние после аварии, поэтому пытались оградить. Вы стали общаться, вопреки всему. Не зная, друг о друге. Он узнал, незадолго до твоей выписки. Но мы запретили ему обсуждать это с тобой. Опять же в целях его безопасности. Я понимаю, что веду себя как эгоистка, рассказывая, как я пытаюсь спасти сына, который навредил тебе. Но, я не могу иначе! Поэтому я говорю тебе спасибо. Спасибо за твою мудрость. За то, что ты позвонила ему. Если ты и правду хочешь удочерить ребенка, это очень похвально. Ты добрая и умная девушка. Уверена, ты станешь замечательной матерью! – произносит женщина, цепляя словами за струны моей души.

– То, что я его спасение, думаю ошибочно! Только он сам, себя сможет спасти! – отвечаю ей откровенно.

– Он сможет! Если будет стимул! И сейчас этот стимул – ты! Он чувствует вину перед тобой и готов ее искупить!

Я отвожу глаза.

– Я знаю, что не только авария стала причиной, твоего недуга. Конечно из – за моего сына ты перенесла экстренную операцию. Но я так же знаю, про внематочную беременность.

– Я даже не сомневаюсь, что вы всё знаете, обо мне! – произношу тихо.

– Игорю необязательно это знать. Сейчас, насчёт твоего дела. Мы сейчас с тобой съездим вместе в эти органы. Единственное, то чтобы вам поверили, вы же хотите изображать семейную пару, вам нужно будет вместе являться и хорошо ладить. Тем более, что дети чувствуют это. Эмоции и чувства они считывают как сканер. Просто позволь Игорю общаться с тобой. Я ни в коем случае, не могу тебя заставить или принудить. Сделай это, хотя бы ради своей цели. Но этим ты поможешь нам. Поможешь ему. В его окружении никогда не было таких скромных и правильных девушек. Не считая сейчас девушек его друзей. Знаешь, они все не принцы и не ангелы. Но за последний год, каждый нашел свою половину. И каждый из них сделал выводы в этой жизни. Может настало время и моего сына повзрослеть. Рядом с тобой, он может измениться.

– Вопрос нужно ли это мне? Вы так говорите, как будто мы с ним в отношениях состоим и вы просите меня вернуться! Мы просто общались! – пытаюсь убедить женщину.

– Думаю, что даже у тебя не так все просто! – произносит она с улыбкой, – Ладно, бери документы, поехали.

Вместе мы съездили в органы опеки, подали документы, в ходе разговора, мама Игоря узнала, что семейным парам, особенно которые не смогут завести своих детей, в этом вопросе приоритет. На что мы, предоставили справки и выписки о моем здоровье. Помимо этого договорились о собеседовании. Мы с Игорем должны явиться к ним, на собеседование, после регистрации брака.

На обратном пути, я ехала молча.

Лишь перед самым домом, я задала волнующий меня вопрос.

– Я не хочу чтобы Игорь привыкал к малышке! Ведь мы в его жизни явление временное. Тем более и ребенок привыкнет.

– Временное явление говоришь, как знать! Давай решать проблемы по мере их поступления. С дтп мы почти все уладили. Теперь он без прав, это конечно минус большой. Но на нем не висит уголовная ответственность. Расписавшись, начнёте ходить на встречи. Думаю, что мы сможем убедить комиссию, в своей заинтересованности, – объясняет мама Игоря, – Почему ты решила сделать это сейчас? Почему немного не обжилась, окрепла?!

– Потому что в моей жизни все не так радужно. И надо иногда хватать шанс, который преподнесла судьба. Возможно вы подумаете обо мне, как о расчетливой суке, но мне все равно. Я как и вы, пытаюсь просто сделать добро. Для себя и своей будущей дочери. Именно сейчас мои шансы повышаются, благодаря вашей семье. Да и не каждый день, месяц, а то и год, получается, что мать отказалась от малышки, сразу после рождения. Причем, со слов персонала, мама не социально запущенная, а приличная молодая девушка. Ребёночек здоров. И не видел никого из родителей. Насчёт наследственности, конечно ещё вопрос! Но все равно! Я уже наладила с ней контакт. Кстати, тем кто удочерить выдадут бумаги, которые предоставила мать ребенка. Сведения об отце! Это просто улыбка судьбы для меня. Чего мне ждать? Работа есть, жилье теперь тоже. Просто без вашей помощи мне не справится. Самое главное, это то что между нами с ней. Увидев ее впервые, я влюбилась. Малышка, крошка. Я взяла ее на руки и поняла, что она моя. Я не знаю как это объяснить?! Со стороны возможно странно слушать это, но я чувствую, что она моя. Я хочу окружить ее заботой и вниманием. У неё даже официального имени до сих пор нет. Персонал назвал ее Аленкой. Так все и зовут.

Я замолкаю, переводя дыхание.

Говорить об этой малышке, это особое чувство. Я привязалась к ней, с первого взгляда.

Мы уже приехали и стоим под моим подъездом.

Мать Игоря внимательно смотрит на меня.

– Давай завтра вместе съездим к ней! Я хочу ее увидеть! – произносит она.

– Зачем вам? Вам не стоит привязываться к чужому ребенку! – бросаю я слишком резко.

– Когда ты рассказываешь о ней, твои глаза светятся нежностью. Я не отберу ее. Просто позволь нам познакомится, тем более, это будет плюсом к нашему общему делу.

Я рассеянно киваю и прощаюсь.

Захожу в подъезд, когда мать Нечаева отъезжает от моего дома.

ГЛАВА 16

Игорь

Не знаю, что там мама наколдовала, но ездила она к Маше три дня подряд. Эти дни, мне строго велели находится дома и не приближаться к девушке.

После этого, я поехал сам.

Уже на нашу регистрацию брака. Родители организовали все быстро и главное тихо. Поэтому это в городке, где живёт Мария.

Поехал я сам, но на такси.

До чего же неудобно!

Дурак, просрал права!

– Привет, пустишь? – протягиваю букет герберов, открывшейся дверь Марии.

– Ты опять с цветами? – спрашивает строго, открывая мне проход.

– Ну, мы с тобой женимся, через пару часов, если я правильно понял маму.

Прохожу в гостиную, где в вазе стоит предыдущий букет.

– Это же просто формальность! Я смотрю ты нарядился! – произносит она с улыбкой, – У меня нет ничего белого, нарядного.

Да, я сегодня в черных брюках и белой рубашке.

Стиль не мой конечно, но и в загс я хожу не каждый день.

Я протягиваю Маше пакет, с которым приехал.

Спасибо маме за подсказку.

– Примерь! Пожалуйста! – произношу, видя её смятение.

Маша уходит в комнату.

Я молча расхаживаю по комнате.

Сегодня у нас регистрация в местном загсе.

Ну как регистрация, тихая роспись.

Маша настояла, чтоб всё было тихо и формально. Переживает за мою репутацию.

Смешно?! Однозначно.

Потому что свою репутацию я давно похерил своими поступками.

Как сказала Маша – тихая роспись, тихий развод.

Обернувшись на звук шагов, замираю.

Она нерешительно стоит в проёме гостиной.

На ней скромное белое платье футляр до колен, туфли лодочки на устойчивом среднем каблуке и шляпка, с фатой. Волосы Мария немного подколола, оставив пряди на плечах и сзади.

Смотрится стильно и элегантно. Особенно на Марии.

Когда мама показывала мне это на манекене, это было пресно и обычно. Сейчас же, это волшебно.

Сказочно.

– Ну как? – тихо и смущённо спрашивает девушка.

А я молчу, потому что мне до дрожи в конечностях хочется ее прижать к себе.

– Охренительно выглядишь! Прям пиздец как! – произношу откровенно, – Как настоящая невеста.

– Надо же соответствовать жениху. Ты красивый, статный. Вредный правда, но по внешности этого не видно, – улыбается она.

Нам до сих пор ещё неловко общаться.

Едем в загс.

Мы самая странная пара, прибывшая на роспись, в истории загса.

– Я сказала, мы просто сдадим паспорта и подождём в коридоре. Зачем нам это всё? У тебя впереди ещё будет настоящая красивая свадьба, – упрямо спорит Маша в коридоре загса.

– А у тебя? – склоняю голову набок.

– Что у меня? А у меня будет дочка! Мне этого хватит! – хмыкает она.

– Молодые люди, вы определились? В кабинет проходим или в зал регистрации? – строго спрашивает женщина из загса.

Видимо она устала от наших споров.

– Что мы зря наряжались? Я и так родителей уговорил остаться дома и не приезжать! Потому что ты мне это написала вчера вечером. А они между прочим рвались со мной! Друзьям я не говорил! Я пошёл на твои уступки. Уступи мне в одном! Давай распишемся в зале. Как нормальные люди! – пытаюсь уговорить, смотря щенячьим взглядом в ее глаза.

– Времени больше нет! Скоро следующая пара подъедет! – произносит регистратор и открывает перед нами двери зала регистрации.

Маша бросает неуверенный взгляд в мою сторону, но делает шаг вперёд.

– Вставайте тут, как заиграет музыка входите внутрь! – подмигивает регистратор.

Под звуки марша Мендельсона мы заходим в зал регистрации.

Я держу Машу за руку. Ее ладонь влажная и немного дрожит.

Я чувствую себя уверенно, хотя все равно испытываю волнение.

На свадьбе Соколова были совсем другие чувства. Может потому что он женился на моей Карине.

От воспоминания о ней, появляется горечь во рту.

Но лишь взглянув на свою спутницу, я забываю о своих раздумьях.

Внутри приятное волнение, это не от предстоящей процедуры, а от близости Марии.

Регистратор начинает свою речь, поздравляя нас с нашим счастливым днем.

Вижу как увлажняются глаза Маши, но она пытается сдержать влагу.

Затем нас спрашивают согласие.

Тихое и короткое – Да, от Марии.

Громкое и уверенное – моё Да.

– В знак вашей любви, прошу вас обменяться кольцами! – произносит регистратор.

– Но у нас…, – начинает Мария.

– Конечно! – перебиваю невесту, подталкивая к стойке, где лежат два золотых кольца – ободка, на подушечке.

Я подготовился.

Втихаря от невесты.

Спасибо опять же родителям, отец подсказал купить обычные кольца – ободки, иначе Мария может не согласится принять кольцо.

– Зачем? Зачем так сложно? Оно же не будет ничего значить, – спрашивает Маша, стоя у подушечки с кольцами.

В ее глазах слёзы.

Я аккуратно беру кольцо и нежно одеваю на безымянный палец Марии.

– Ты не должен! У тебя будет ещё настоящая свадьба! – шепчет она, пытаясь не проронить слезы.

– Я ведь бедовый! Не факт, что я кому то буду нужен в этой жизни! Сейчас и есть настоящая! – произношу, пока Маша нежно одевает кольцо на мой палец.

Встаём на места. Одна слеза, все-таки скатывается по щеке невесты.

– В знак скрепления ваших сердец, данным союзом, жених может поцеловать невесту! – произносит громко регистратор.

Я не теряя времени, прижимаю Машу к себе и нежно касаюсь ее губ.

Она замирает и не отвечает.

Тогда я становлюсь напористее.

Но она упрямо зажимает губы.

Сдаюсь!

Нам отдают свидетельство о браке и наши паспорта.

– А теперь первый танец молодых! – звучит голос работницы Загса и начинает звучать вальс.

Я подхватываю Марию и веду круговыми движениями по залу.

Она не успевает за моим темпом, поэтому я прижимаю ее крепче и отрываю от пола. Она крепко цепляется мне за шею, пряча лицо на моей груди. А я кружу ее по залу.

В душе спокойно и умиротворенно.

Буд- то сейчас именно, все на своих местах.

С прекращением музыки, возвращаемся на свои места в центре зала.

– И напоследок, запомните. Теперь вы семья. Вы две части одного целого. И должны быть друг другу опорой и поддержкой и в горе и в радости. Быть надёжным тылом, крепким плечом, лучшим другом. И конечно же, верным и любящим спутником жизни друг другу. Любите, мечтайте. Совет да любовь!

За время этой речи, Маша не может сдержать слез и рыдания прорываются наружу.

– Какая эмоциональная невеста! – качает головой регистратор.

– Она просто скоро станет мамой! – поясняю, – Эмоции, сентиментальность.

– Бывает! – бросает регистратор и покидает зал. До следующей пары у нас ещё минут пятнадцать.

– Зачем? Зачем это всё? – срываясь произносит она, – Ты опять играешь со мной? Или опять для друзей стараешься? Или для Карины своей?!

Ее лицо ещё влажное от слёз. Она аккуратно вытирает влагу пальцами.

Я реально старался ради неё.

Хотел сделать этот день хотя бы немного праздничным.

Пусть нас разведет судьба, но я хотел, чтобы у Марии были обо мне не только плохие воспоминания.

– Причем тут друзья? Причем она?? Какие игры? – начинаю заводиться, – Я делал это для нас. Тебя и меня! Если тебе так противно, снимешь его дома! – киваю на кольцо, на ее руке.

Выхожу из зала регистрации в коридор.

Блять!

Оглянувшись, вижу как выходит Маша, с поникшим видом.

Идиот!

Что сдержаться не мог?

Дебил!

– Извини! Я не должен был грубить тебе! Просто я правда хотел, чтобы тебе понравилось. Неужели, всё так плохо? – спрашиваю, беря ее за руку.

Молчаливый момент глаза в глаза.

– Ты меня извини за истерику. Просто это очень серьёзные слова и действия! А у нас это лишь формальность, – произносит она, не убирая руки.

– А что, если это не просто формальность? Время покажет! – произношу с улыбкой.

– Не шути так! У тебя впереди будет все хорошо. Без меня! – произносит она обнимая меня.

Хочу ли я, без тебя?

Интересный вопрос, всплывающий в моем сознании.

Сам удивляюсь подобным мыслям.

Всю дорогу до дома, я пытался понять свои ощущения и чувства.

Или это атмосфера загса создаёт такой эффект, либо это реально не просто роспись для меня.

Не просто девушка, которой я помогаю.

Мы едем к Марии.

– Может отметим нашу регистрацию. Нам же надо больше проводить времени. Убрать неловкость, общаться непринуждённо. Как мы делали сидя в одной палате, на одной кровати, вечерами в больнице, – предлагаю Маше, – Можно посидеть в клубе с друзьями. Они все у меня при девушках. И адекватные. Уже. Могу позвонить, пока доедем они всё организуют.

– Тогда я не знала, что именно ты сбил меня! – доносится в ответ.

– Да, я буду виновен всегда! Мне не искупить этой вины. Но может мы попробуем хотя бы нормально общаться. Стать друзьями, ради общего дела. Без каждодневного напоминания моих косяков! – произношу спокойно.

Подавляю внутреннее бешенство.

– Ты прав! Я не должна тебя цеплять постоянно. И нервировать. Постараюсь держать себя в руках, – произносит Мария, наливая воду в стакан.

Пытаюсь сгладить неловкость, переводя тему.

– Как насчёт первой брачной ночи? – спрашиваю ее, обнимая сзади, прижимаю к себе ее красивую попку.

Она вздрагивает и проливает стакан.

Я ощущаю ее дрожь.

И страх.

Липкий и ужасный.

– Тише, тише, я пошутил! – поднимаю руки вверх, отходя от Маши.

– Неудачная шутка Игорь! – бросает она, выходя с кухни.

Как мне быть?

Я постоянно всё делаю не так.

Открываю кран с холодной водой и освежаю лицо.

Хочется закурить.

Ужасно хочется.

Потому что я в тупике.

Как расположить Машу к себе, если я постоянно косячу!

Ещё я понимаю, что стараюсь не только для неё и ее будущей дочери. Я стараюсь и для себя.

Мне очень важно, оправдаться в ее глазах. Хочется ее общения, доверия.

И ласки.

Последнее уже навеяно не мозгом, а тем, что ниже пояса.

Да, я ловлю себя на мысли, что Маша в моих глазах приобрела интерес – как девушка.

Но это сложная задача. Учитывая наше общение и прошлое девушки.

– Ну что, поехали к твоим друзьям! – раздаётся у меня за спиной.

– Что? – переспрашиваю удивляюсь.

Маша стоит позади меня в джинсах и белой рубашке. Волосы остались заколоты, правда шляпку она сняла, вместе с нарядом.

– Из двух зол, я выбираю меньшее! – произносит она улыбаясь, – Только ты отправишь меня обратно, когда я захочу.

– Конечно! Как скажешь, так и уйдём! Вместе! – произношу с довольной улыбкой на лице.

ГЛАВА 17

Игорь.

Не знаю отчего, но я был рад согласию Маши.

Она рассчитывает, что поедет домой одна.

Наивная.

Я провожу ее до дома.

Тем более что завтра нам нести документы в соответствующие органы.

Поэтому, я снял номер в гостинице, в ее городе.

Можно было позвать друзей сюда, но хотелось покататься с Машей по ночной региональной столице.

Побыть подольше.

Зачем?

Мне нравится с ней общаться!

На парковке нас встречают друзья, в полном составе: Паша и Вика, Андрей и Полина, Матвей и Марина.

Смотрят с интересом на мою Машу.

Мою?

Вот это тебя Нечаев несёт! Знала бы Мария, что ты ее уже себе присвоил, получил бы по башке сразу.

По дороге, я немного порасказывал Маше про своих друзей. Конечно мы говорили о них и в больнице. Но тогда во мне сидела зависть и обида, поэтому суждения были негативного характера.

Сейчас, я рассказал Маше о трудностях, которые каждый преодолел, добиваясь своей любви.

Ушла ли моя зависть и обида?

Я просто засунул ее глубоко подальше.

Рядом с Машей, и ее энергией, мне некогда думать о моих друзьях, своих обидах.

Знакомство проходит в приятной обстановке.

– Это Маша! – представляю я девушку, своим друзьям.

– Та самая соседка из больницы! – произносит Андрюха.

Маша кивает с улыбкой. Дальнейших вопросов не поступило.

Маша часто смущается и чувствует себя неловко. Поэтому мы садимся рядом на диван, в зале.

У нас стол, полукругом стоит большой диван, на котором мы размещаемся.

Мне нравится ощущение, которое во мне вызывает близость Марии.

Это что – то новое.

Даже с Кариной эмоции были острее и страстнее, но не имели такого чувственного характера.

Заранее обговорил в чате с пацанами, что проведём вечер культурно, чтобы не напугать Машу. Без спиртного. Меня активно поддержали.

У нас сейчас два чата. В одном мы состоим все вместе. В другом – только нас четверо. Без половинок. Иногда пацанам хочется пожаловаться на своих красоток, только за спиной. В глаза – критично.

Мне бы ваши проблемы пацаны!

Поэтому на нашем столе холодные закуски: брускетки, фаршированные рулетики, канапе, мясная, рыбная и сырная нарезки. Помимо этого фрукты, пирожные, сок и газировка.

Рай для девчонок.

В ходе нашего пребывания в больнице, я уже знаю некоторые предпочтения Марии.

Поэтому уверен, что голодная она не останется. Если не будет стесняться нашей компании.

Ведём разговоры на общие темы, не касаясь личного.

Девчонки иногда отвлекается на разговоры о волосах и шампунях, героях каких либо дорам, блюдах и рецептах.

– Подождите, я сейчас не въехал? Нечаев, а ты что женился? У тебя кольцо на пальце? – спрашивает Андрей Архипов.

Перевожу тут же взгляд на руку Марии.

Там кольца нет.

Это не слабо так заводит.

Вернее бесит!

Она виновато опускает глаза.

– Интересно, что у Маши то кольца нет! – усмехается Павел, – Или денег хватило только на себя, эгоист.

– Или это не Маша? – пристально смотрит Матвей.

Я даже не знаю что отвечать, после того, как увидел, что Маша его сняла.

– Впервые красноречивый Нечаев потерялся! Что за понт Игореша? – спрашивает Андрей.

Смотрю на Марию, которая нервно теребит край рубашки. Она молча качает головой.

– Это чтоб другие не приставали, пока рядом Мария, – произношу уклончиво.

– Опять темнишь? – спрашивает Паха.

– Ладно, захочет расскажет! – бросает Соколов.

– Ага, сам за спинами мутил, то свадьба, то развод! Поэтому и его поддерживаешь! На твоей хоть погуляли на славу, а тут я так понимаю тишь да гладь! – вставляет Андрей.

– Главное, чтоб он был счастлив. А погулять, вы и без свадьбы успеете! – произносит беременная Полина, девушка Андрея.

– С вами погуляешь, ага! – смеётся Матвей, отчего получает удар ладошкой в плечо от своей Марины.

Пока парни уходят на танцпол с девчонками, остаёмся с Машей вдвоём.

– Почему кольцо сняла? – задаю тут же интересующий меня вопрос.

– Я думала ты тоже снял, чтоб не было вопросов. Ты же не будешь его носить постоянно! Только для дела! – произносит она уверенно.

– Почему ты решаешь это за меня?! – рыкаю в ответ.

– Потому что, это все не по-настоящему! – прилетает в ответ.

– Я понял! – произношу резко и обвожу глазами зал.

Упрямая!

Вредная!

Она даже не пытается попробовать поиграть в настоящее.

Внутри я весь в бешенстве.

Хочется закричать, заставить.

Нельзя, поэтому сцепив зубы отворачиваюсь.

Взгляд натыкается на знакомую фигуру.

Плавные изгибы тела, грандиозные движения, белоснежная улыбка.

Короткое облегающее чёрное платье, туфли на высокой шпильке, локоны на плечах.

Мы встречаемся глазами.

Она мне неоднозначно подмигивает.

– Значит говоришь, не по по-настоящему? Хорошо! Я пройдусь по залу? Ок? – поворачиваюсь к Марии.

Надо погасить внутренний огонь.

– Конечно! – произносит она невозмутимо.

Демонстративно, на глазах Маши снимаю кольцо и кладу на стол, напротив неё.

Она поднимает на меня взгляд.

За стол как раз возвращаются ребята.

– Присмотрите! Отойду! – бросаю друзьям и прохожу через танцпол.

Поворот в коридор, в конце которого курилка, сбоку туалеты и подсобные помещения.

В проёме одного из служебных помещений вижу Карину.

– Привет милый! – произносит она, обнимая.

– Какие перемены? С каких это пор, я милый? – усмехаюсь, вдыхая приторный аромат духов.

– Ты сменила духи? – хмурюсь.

– Нет. Ты же знаешь, я пользуюсь одними.

Странно, раньше мне так нравился ее аромат.

Сейчас даже шампунь Марии, на ее волосах вкуснее пахнет.

Чувствую ее губы на моей шее. Она всегда могла меня завести с одного поцелуя, прикосновения.

Хотя меня уже завела одна шатенка своей выходкой.

Не хило так завела!

Рука Карины ложится мне на пах.

– Ты что не соскучился? – тянет она, развратно облизывая ярко накрашенные губы.

– Ещё как! – шепчу в ответ и жадно впиваюсь в желанные губы.

Рука скользит по спине, опускаясь и сжимая ягодицу.

Заталкиваю ее в комнату и ногой закрываю дверь.

Жадно целуемся, не отрываясь.

Задираю ее платье до уровня талии, запускаю руку в бельё.

– Сука! – шепчу, кусая ее шею.

– Возьми меня, целуй! Сильнее! – стонет Карина.

Девочка голодная!

Освобождаю свой орган из одежды и подхватив Карину, резко вхожу в неё.

Держу ее за бедра, на весу.

Моя рубашка на полу, ее платье всё на талии. Кусаю ее грудь, ключицы.

Оргазм приходит быстро.

Удовольствие получаем одновременно.

Поправляю одежду, ощущая приторную горечь в душе. Взгляд падает на безымянный палец без кольца.

В душе разливается чувство вины.

Какая нахрен вина?

Она даже кольцо носить не хочет!

Нечаев ты себя ещё в монахи запиши!

В голове идет спор с совестью.

– Я смотрю вы с Матвеем помирились! У них все нормально с Мариной? Ещё не думают жениться? – спрашивает Карина, нанося новый слой помады на губы.

– Все никак не отпустить его? – усмехаюсь в ответ, – Смирись уже.

Придурок.

В который раз она использовала тебя!

– Я что похожа на ту, которую бросают!? Посмотри на куриц, с которыми вы все пришли. Ни одна меня не стоит! Рано или поздно вам надоедят скромные и тихие натуралочки и захочется настоящего дикого секса с яркой и ухаживающей за собой стервой. И тогда он придёт ко мне. Как ты сейчас!

– Ты реально веришь в это? – горько усмехаюсь.

– Ты только что доказал мою теорию! Я долго наблюдаю за вами сегодня! Твоя серая мышка не остановила тебя от секса со мной, в клубе! Чем он лучше? Им не быть вместе! Так же как и нам, не суждено! – произносит она серьезно.

– Вот ты сука! Ты только что стонала на моем члене, а сейчас говоришь что нам не суждено!? – охреневаю я.

– Ну и что! А ты недавно сидел за столом со смазливой шатенкой. А сейчас где? – смеётся Карина.

– Нахрена тебе это всё? – недоумеваю.

– Пойдём выпьем! Поговорим!

– Я не пью! – огрызаюсь в ответ.

– Нечаев! Не смеши! Ты никогда не станешь правильным. Для тебя это слишком скучно. И быстро надоест.

– Было бы ради кого! Измениться можно! – мы идём по коридору в сторону танцпола.

– Ты знаешь, что я тебя люблю по – своему! Мы оба похожи. Может поэтому есть отталкивающее звено наших отношений. Ладно, передавай привет Соколову! – бросает Карина и идет в свою компанию, за столик.

Я же иду к своему столику.

Сажусь на диван. Марии здесь нет.

Это настораживает.

– Ну ты и гондон! – выплёвывает Соколов мне в лицо.

Какого хрена??

ГЛАВА 18

Маша

Его демонстративное снятие кольца бьёт по глазам.

Обиделся!

Откуда мне знать, что у него на уме. Мы даже не обсуждали, что будем дальше делать.

Я надеюсь, что это будет быстро и забрав малышку, мы разойдемся тихо и спокойно.

Убираю кольцо в сумку, под любопытные взгляды друзей Игоря.

Компания в принципе очень хорошая. Никто не задавал неудобных вопросов, общаются со мной на равных. Хотя по некоторым парням видно, что они тоже из обеспеченных семей. Очень обеспеченных.

Девчонки простые, не вульгарные. Это мне конечно нравится.

Хотя некоторая неловкость сохраняется.

Ведь я знаю, что я здесь случайно и временно.

– Он куда? – спрашивает Вика, девушка Павла.

– Решил пройтись! – произношу тихо.

– По по-любому уже психанул на что – то! Он же тот ещё псих! – улыбается Паша.

– Зачем ты так? – вклинивается Марина.

– Думаю, что Маша вкурсе уже, какой у нас Игореша! – усмехается Матвей.

– Можно я тоже пройдусь? Заодно и Игоря может встречу! – произношу вслух.

– Конечно, хочешь могу с тобой пройтись? – предлагает Вика.

Мы вместе идём в уборную. Я постоянно кручу головой в поисках Игоря.

Но его нигде не видно.

Проходя по коридору, слышим стоны и характерные звуки.

– Боже! – прикрываю рот рукой, – Что это за место!

– Место нормальное, просто люди есть такие! – фыркает Вика и мы быстро проходим этот коридор.

Проходя через танцпол, сканирую лица людей.

Где же ты Нечаев?

Не мог же он бросить меня тут, из – за этого кольца.

Взгляд натыкается на знакомое лицо.

О черт!

Какова вероятность этой встречи?

Я думала, что ноль процентов.

Но нет.

Наши взгляды встречаются и он нахально улыбается.

Он узнал меня!

Увидел!

Сердце начинает бешено колотиться.

От дикого страха, дыхание сбивается.

Быстро дергаю Вику, возвращаясь к друзьям Игоря.

Садимся за стол. Нечаева ещё нет.

– Ты чего бледная такая? – спрашивает Полина, – Тебе плохо?

– Не беременная случаем? А то Игорь ещё тот осеменитель! – шутит Андрей.

– А сам то! – смеётся Паша, кивая в сторону беременной Полины.

– Всё хорошо! – выдавливаю из себя.

Я хочу домой.

Беру стакан с соком, чтобы отвлечься.

Но руки сильно дрожат, что не ускользает от внимания моих собеседников.

– Маш, что с тобой? – спрашивает Марина.

Я не успеваю ответить, потому что к нам подходит ОН.

– Привет Машка! А ты чего убежала, даже не поздоровалась! – с наглой ухмылкой произносит Такаев.

– Слышь, чего надо? – борзо спрашивает Матвей.

– Угомонись Сокол! Пришел знакомую поприветствовать! Не виделись некоторое время! – продолжает Такаев.

– Маш, ты его знаешь? – спрашивает Вика.

В ответ я лишь киваю.

– Пойдём отойдем! Поговорим! – произносит с усмешкой Такаев.

Меня парализовывает.

Щупальца страха сдавливают все тело.

– Она никуда не пойдет! – встаёт напротив него Соколов, загораживая меня.

– Матвей, тебе чего, больше всех надо? Сиди со своей девочкой, общайся! – спокойно произносит Такаев.

Неподалёку стоят его два друга. Которые были в тот день с ним.

Сокол? Матвей?

Они что, знакомы?

– Я сказал, она не пойдет с тобой! Хочешь говорить, скажи здесь! – упрямо стоит Матвей.

– Не думаю, что наш разговор, для всеобщего слушания! Правда Маш? – смеётся Такаев невозмутимо.

– И вообще, она девушка Нечаева! Не думаю, что ему понравится ваше общение, – вставляет Павел.

Такаев начинает дико смеяться.

Мы лишь переглядываемся.

– Нечаева? Девушка? Бля, вам самим не смешно. Все знают какой Игорь! – произносит со смехом Такаев.

Они знакомы! Они все знают друг друга!

Ужас!

Чем дольше он стоит возле нашего стола, тем мне сложнее дышать. Ещё чуть – чуть и меня накроет или паническая атака или истерика.

– Думаешь он не может измениться!? Дурь же перестал с тобой курить! Оборвал все лишние связи! Не связывается больше с вашей компанией! – вставляет Андрей.

– Насчёт дури понятно. Но в остальном, вряд ли он изменится! – фыркает Такаев, – И вы сами это знаете!

– Короче, девчонка с нами! Это девушка Игоря и разговор закончен! – бросает Павел раздражённо.

– Да какая нахрен девушка? Вы что, угораете? Он вон трахается, с твоей бывшей женой, на весь клуб стонут. А Машка ему зачем? Она не его типаж. Пол клуба уже в курсе, как он Карину дерёт вон там, в подсобке.

От услышанного больно бьёт по вискам.

Карина!

Он не обиделся из – за кольца, он побежал к ней.

Обида горечью разливается по душе.

Глаза увлажняются.

В области сердца сдавливает как железными объятиями, отдавая болью.

Дурак.

Предатель!

Вижу, что эта новость стала неожиданной для всех.

Потому что, удивились даже друзья Игоря.

– Херню не неси! – бросает Матвей, награждая поочерёдно взглядом Марину и меня.

– А ты что, ревнуешь по старой памяти!? – злорадствует Такаев.

Марина злобно отворачивается в сторону.

– Ты что эликсир бессмертия выпил? Чего нарываешься? – бросает Андрей.

– Да я просто подошёл к Маше, а вы быкуете! – тут же отвечает Такаев.

– Думаю она не очень рада вашей встрече, что отчётливо читается на ее лице! – произносит Паша.

– Думаю, что на лице отчётливо читается, что Игорь ваш кинул её. Она надеялась на долго и счастливо. Наивная девочка. А попала в лапы к тому, кто спит с бывшей, можно сказать через стенку от вас. Да, ангел мой? – произносит Такаев, смотря на меня, через плечо Соколова.

Предатель!

Она же ему столько гадостей говорила!

Побежал, как кобель.

– Сами разберутся! – произносит Павел вставая, – Пойдем потанцуем!

Он берет Такаева за плечо и уводит от столика. Вика идет за Пашей.

– Ещё встретимся Маш! – бросает Такаев на прощание.

– Что он сделал тебе? – спрашивает Марина.

Я молчу.

У меня нет сил.

Нет сил понять этот жестокий мир.

– Спасибо за компанию, я вызову такси и поеду домой! – произношу, доставая телефон.

Из сумки выпадает кольцо Игоря.

Я поднимаю его и кладу на стол.

– Нет. Мы не отпустим тебя! – резко говорит Матвей.

Я взрываюсь.

– Что значит не отпустите? Вы что не понимаете? Я ему всё простила, жалела его, утешала, когда она нафиг его послала. А он лишь увидел ее и побежал. Хотя бы постеснялся. Мы же сегодня расписались! – достаю из кошелька свое кольцо и кладу рядом на стол, – Не могу я здесь.

– Что у тебя с Такаевым? – спрашивает Андрей.

– Вместе были в детском доме раньше! – отвечаю уклончиво.

Соколов впивается в меня взглядом.

Пронизывающим таким, с прищуром.

Сдаётся ощущение, что он знает, кто Такаев для меня. Что он сделал со мной!

– Это он? – спрашивает твердо Матвей.

Мои глаза расширяются, от понимания. Соколов знает, Игорь сказал ему.

– Кто? – подключается Андрей, – Я чего – то не знаю?

Матвей читает ответ моей реакцией.

– Сама никуда не пойдёшь! Андрей с Полиной отвезут тебя! Прям до квартиры! Лады ребята!? – смотрит на Архипова.

– Конечно, не вопрос! – произносит Полина.

– А мы дождёмся этого ебаря и поговорим с ним! – Соколов садится рядом с Мариной, – Все хорошо, малыш?

– Хорошо, просто знаешь мое отношение к ней! Но я понимаю, что на фоне Маши, наши с тобой недоразумения меркнут. Поэтому, все нормально! – произносит Марина.

– А зачем ты вышла за Игоря замуж? – раздаётся вопрос Полины.

Я смотрю на кольца, лежащие на столе.

Ради малышки, которая хочет заботы и материнской любви.

Но им я не скажу.

Забираю свое кольцо обратно в сумку.

Кольцо Игоря остаётся на столе.

– Надеялась на понимание и перемены! – произношу устало.

Возвращается Паша с Викой.

Сообщают, что Такаев уехал из клуба.

Но я по по-прежнему хочу домой.

Полина поддерживает меня, сообщая, что она устала и они не против меня отвезти домой.

Прощаемся и покидаем клуб.

Андрей ведёт машину спокойно и молча.

– Ты влюбилась в него? – раздаётся в салоне вопрос Полины.

– С чего ты взяла? – отвечаю тихо.

– Видела как тебе больно было слышать про них! – произносит она.

– Знаешь, когда вы сегодня пришли, я реально тоже поверил, что он изменился! – добавляет Андрей, – Придурок, не видит своего счастья.

– Я не его судьба! И он знает это. Мы слишком разные! – отвечаю им.

– Ну ну, все так считают в моменты отчаяния. Время покажет, – делает умозаключения Андрей.

Больше мы на личные темы не общаемся. Обсуждаем погоду, ночь, музыку.

Ребята доводят меня до квартиры, отказываются от чая и уезжают.

Закрыв двери я остаюсь одна.

Даю волю своим слезам.

Эти эмоции должны выйти, я не хочу их хранить. А слезы должны смыть горечь разочарования.

На кровати лежит белое платье и шляпка с фатой.

Складываю одежду в пакет и убираю в шкаф.

Умывшись, лёжа в кровати листаю галерею в телефоне.

Малышка, с очень взрослым взглядом.

Пухлые щёчки, губки бантиком.

Я люблю ее уже всем сердцем.

Ради тебя.

Ради тебя я всё это переживу.

Я очень хочу стать мамой, для тебя!

Но почему так больно в груди?

Это уже не страх, перед Такаевым!

Это боль оттого что он был с ней!

Мой " муж" спит с бывшей! В день свадьбы.

За что мне такие испытания?

Я устала! Морально очень сильно.

Каждый раз, я думаю что хуже не будет и я выстою.

Падая, я стараюсь встать и идти дальше.

Но испытания не кончаются. И каждый раз, новое на уровень сложнее.

Выдержу ли я?

Зачем я его встретила?

Сделать его своим мужем, даже ради крохи была плохая идея!

Жаль, что понимаю я это поздно.

Когда он растоптал меня!

ГЛАВА 19

Игорь

Сажусь на диван. Марии здесь нет.

Это настораживает.

Но в тоже время спокойно смотреть на неё сейчас не смогу. Червь вины грызёт сердце.

Хотя какая вина?

Наш брак не настоящий- её же слова!

– Ну ты и гондон! – выплёвывает Соколов мне в лицо.

Какого хрена??

– Где Маша? – оглядываюсь вокруг.

Архипова с Полиной тоже нет, значит где – то в клубе, вместе наверное.

– Натрахался? – продолжает Матвей.

Ах вот в чём дело?

– А тебе что, завидно? – язвлю в ответ.

– Ты реально придурок! Аж всечь хочется! – огрызается Соколов.

– Всеки! – бросаю в ответ.

– Так дуру не гоните, пацаны! – рыкает Паша.

– А чего заводишься тогда? Тебе какое дело? – забираю со стола свое кольцо и кидаю в карман брюк.

Надеть сейчас не могу. После событий в подсобке остаётся приторная горечь.

– Зачем ты так с Марией? – задает вопрос Паха.

– Как? Ничего личного, один расчёт! Тебе ли Соколов не знать, что такое липовая свадьба?! – рыкаю в ответ.

– Я женился на Карине, потому что выбора не было, на кону в тот момент стояла жизнь и здоровье Марины. А тебя сегодня кто заставил с ней спать? – басит Матвей.

– Никто не заставлял! Сам захотел и переспал! Она теперь не твоя жена, мы никому ничего не должны! – начинаю заводиться.

– Имей совесть перед девушкой! – вклинивается Вика.

– Ну и женись на Карине! В чем дело? Нахрен тебе Машка? – подхватывает Паша.

– Так он ей не нужен. Так поспать, когда приспичит. Она сегодня уже строчила мне сообщения. Марина видела. Она использует тебя, Игорь. Самому не противно, с ней быть, после того что она тебе говорила и делала! – спокойно выдаёт Соколов.

Он попал в точку.

В голове вспоминаются все слова, сказанные тогда.

Сам понимаю это, но поздно.

– Потому что любил её сильно. А она все разрушила! Но тяга и привязанность осталась! – произношу тихо, – Ты думаешь, я не знаю, что реально не нужен. Но поздно доходит. Стоит ей позвать, и я как верный пёс бегу.

– Дибил! Скорее, как олень дальневосточный ты бежишь! Мне тебя реально жаль! Поэтому я тебе не всёк ни тогда, ни сейчас. Ты не понимаешь разницу, между тем, когда используют тебя и твои чувства и когда любят тебя взаимно. Ты любишь и любят в ответ. Тогда плевать кто и что за бортом ваших отношений – ты уже не побежишь, – произносит Матвей, – Зря ты на меня рыкаешь. Карина мне не нужна. Иначе бы я не разводился. Мне нужна Марина и я шел к этой цели. Пусть не всегда верным или правильным путём. Но цель оправдывает средства. И я счастлив. Хочешь быть с Кариной – будь. Если ты считаешь что это счастье. Но я думаю, что рядом есть отличный вариант познать реальное человеческое счастье и любовь. Но тебе не понять.

– Согласен! Но видимо для тебя она слишком чистая. Тем более, после того, чем поделился Матвей – ты для неё слишком грязный! – бросает Паха.

– Я думала ты изменился после аварии! Рядом с Машей человеком станешь! А ты так поступил с ней. Ради чего? Потому что в штанах зачесалось! Это ужасный поступок! – вступает в разговор Марина.

– Да пошли вы, со своими нотациями. Все правильные такие сидят! Где Маша? – огрызаюсь в ответ.

– Увели твою Машу! Встретила она тут, старого знакомого, вместе ушли! – произносит Вика.

– В смысле ушли? А вы что, отпустили? – начинаю орать.

– А мы причем! Ты там занят. Она здесь одна скучает! Вот и ушла. Мы кто такие, чтобы останавливать. Она тебе кто? Жена? Девушка? Или так, попантоваться перед нами хотел! Молодец, мы все поверили. Хотели искренне порадоваться. А ты оказывается просто используешь её! – отвечает Паша.

– Это кто ещё кого использует! Я ей нужен! Без меня она не сможет получить то, что хочет! Поэтому не надо тут делать из неё ангелочка, – понимаю что говорю бред, но меня реально бесят их нотации.

– Может быть из – за тебя она не сможет получить это! Ты ее сбил на машине! Оставил молодую девчонку без возможности иметь детей. А сейчас ещё и рыцаря строишь, что ты ей помогаешь! Да ты реально приах#ел родной! – заводится Матвей.

– Вам то что всем? Что вы лезете? Сам разберусь со своими девками! – бросаю мрачно.

– Игорь, мы с тобой переимели очень много девчонок. Но смысл в другом. Важно увидеть и распознать тот шанс, когда рядом настоящая достойная девушка. Которая будет спутницей жизни. А не пошлёт нахер, в зависимости от настроения. Когда с ней рядом хорошо, даже если у вас ещё не было интима. Просто хорошо, оттого что она рядом! – произносит Сокол.

Я понимаю о чем он говорит!

– Я понял вас! Думаете самому не стремно!? – признаюсь друзьям, – Сам виноват вот и рыкаю на вас. Не смог удержаться! Уж слишком хитро она меня охмурила. Повёлся как подросток! Так, а Маша где?

– Здесь ее бывший объявился! – бросает мне Матвей.

– Какой бывший? – удивляюсь в ответ.

– Тот самый Игорь! – распаляется Соколов.

– У неё не было никого! Один раз и тот, ты знаешь как прошёл! – произношу в ответ.

– Вот именно тот и объявился. Прикинь твоя жена встречает в клубе, своего насильника, который рассказывает нам всем, что ты спишь с Кариной в этот момент. Как думаешь, какого девчонке? Что она пережила за этот вечер? Расклад ох#енный правда? – злится Соколов.

– Он был здесь? Ты отпустил её с ним, зная что это он?! Кто он? Где они? – вскакиваю на ноги и подлетаю к Матвею.

– Я ж не такой дебил как ты! Ее Архипов повез домой. Проведут до самой квартиры, – отвечает Матвей.

– Мы что, знаем его? – осеняет меня.

– Один из твоих временных корешей! – встревает Паша.

– Кто? – меня начинает трясти от злости.

Как я мог упустить этот шанс.

Я ведь ещё хотел найти и проучить, а тут он сам обьявился!

А я где был?

Кретин ты – Нечаев.

– Кто это? – спрашиваю, впиваясь в Матвея взглядом.

– Э, ты чего удумал? – хватает меня за руку Паша.

– В асфальт закатаю! Имя! – рычу я, отбрасывая руку друга.

– Давай подумаем как проучить! Не пыли! – произносит задумчиво Соколов.

– Давайте девчонок развезем по домам и подумаем! – подмигивает Паха, – Игорь по по-любому знает места их обитания.

Лукьянов забирает Вику и Марину, чтобы отправить домой.

Мы остаёмся с Матвеем вдвоём.

– Мать твою, кто это? – спрашиваю с нетерпением.

– Такаев! У которого ты траву покупал. Курил с ним. Именно он тебе тогда таблетки двинул, перед аварией. Нахрен ты вообще влез в это говно! – отвечает Соколов.

– Убью тварь! Точно, у него же родаки приемные! Как тесен мир! – сажусь в шоке на диван.

– И вы два придурка на ее голову. Очень тесен! Ты бы видел её в тот момент. Она очень испугалась. А рядом защиты нет. Мы чужие, как никак! Был реальный момент проявить себя. А потом он ещё сказал где ты и с кем. Это вообще ее убило. Если ты думаешь, что она безразлична к тебе, то ошибаешься. Я не знаток, сам недавно в этой теме, но ты не чужой. И ей больно от твоих поступков.

В этот момент к нам подходит Карина и садится к Матвею.

– Что скучаете мальчики? Компанию составить? – нежно воркует она Матвею.

От злости зубы сводит.

Это не ревность!

И я реально сейчас это понимаю.

Это злость на себя и на неё, за то что играет, а я ведусь. И так было раньше. И так происходит сейчас.

– Пошла вон отсюда! – рыкает Соколов и пересаживается ко мне, на другую сторону.

– Чего злой такой? – продолжает Карина, – Выпьем?

– Карина, иди нахрен. Имей гордость. Ты здесь никому не нужна. Отпусти прошлое и живи дальше! – произносит Соколов.

– Ну почему же, никому! Игорь любит меня!

– Думаю это спорное утверждение! – подмигивает Сокол, – Утолил жажду и пошёл дальше.

– Ага, точно. Так что не придумывай себе ничего! Раньше нас связывал ребенок! Сейчас ничего! Ты захотела, я был не против. Но так будет не всегда!– подхватываю, – Вернее, так больше не будет. Мне не понравилось в этот раз. Видимо после родов уже не то!

Вру конечно. Хотя ощущения и правда не такие острые. Плюс горькое послевкусие.

Но я должен закрыть для себя эту историю. С Кариной надо ставить точку. Тогда думать и понимать, что я хочу дальше.

Карина – прошлое.

Маша – если смогу, то настоящее.

О будущем вообще не хочется загадывать.

– Нечаев, ты чего? – взвизгивает Карина.

– У нас тут мужской разговор. Ты мешаешь! Реально, иди нахрен Карина отсюда! – добавляю.

Лицо Карины искажается злостью.

– Пожалеете ещё, причем оба! – шипит она и уходит от нас.

– Бедная Маша. Что я натворил!? Но я реально думаю, что я ей побоку! Понимаешь? Я к ней и так и по-другому, а она говорит лишь, что это для ребенка только, – продолжаем разговор.

– А что ты хотел? Она ещё за аварию тебя не простила, ты по новой косячишь! Правильно, что не доверяет тебе. Иначе было бы ещё больнее.

– Я ей обещал, что не обижу, – вспоминаю свои слова, которые говорил ей не раз.

– Не сдержал ты обещания! Не факт, что ещё есть шанс помириться! Даже если ты Такаева к ее ногам положишь!

– Нет. Насчёт Такаева я даже не скажу. Я не собираюсь хвастаться этим.

Возвращается Паша.

– Ты когда спал с Кариной, в душе хоть что-то царапнуло, что ты Машу можешь обидеть? – спрашивает Лукьянов, – Просто на свадьбе Сокола, я как не пытался изменить Вике, душа огнём горела, не смог. Даже в той ситуации, понимаешь! Не смог. А ты так просто, утром расписался, вечером с другой спишь!

– Спроси у Сокола, как это делается! У меня прекрасный учитель! – фыркаю в ответ.

– Да ты задолбал уже! Мы с Мариной любим друг друга. Свадьба была вынужденная мера. А тебя Карина не любит. Ради чего ты жертвуешь общением с Машей. Ради пары оргазмов? А потом? Ты как переживал, когда она узнала что ты водила дтп!? Говорил дышать не можешь, пока не простит! Слова на ветер! – распаляется Сокол.

Обхватываю голову руками.

– Не могу я по нормальному! Веду себя как олень. С вами. С Машей. Даже с сукой, Кариной. Не пил, ребенка хотел. А в жизни облом за обломом. Вот я и бешусь. Повёлся на неё! Давно ни с кем не спал, а тут сама лезет. Идиота кусок.

– Ладно. Какой план? – произносит Паша.

– Архипов в деле или как? Полина беременная, нельзя волновать! – вставляет Матвей.

– Я ему написал. Будет на связи, если что. А так сами! – разъясняет Паха.

– Узнай где они? Номера остались? – нервно говорит Соколов.

– Его номера нет! Есть в соцсетях страница. Посмотрим по сторис, может узнаем! Я снёс все номера, кроме вас, друзей нет больше. Такие знакомые не нужны! – листаю телефон.

– Неужели пробиваются зачатки мозга?! – шутит Паха.

– Пока ещё рано об этом судить! – поддерживает его Сокол.

ГЛАВА 20

Маша

Всю ночь я плохо спала. Видимо сказался слишком эмоциональный день и вечер, потому что сильно болел живот, в области шва. Много нагрузки.

За всю ночь, Игорь так и не объявился.

Я конечно не ждала, что он придёт! Но элементарно, по телефону…

Хотя зачем ему передо мной объясняться!?

С утра меня больше беспокоит то, что сегодня нам идти на встречу. Мы сами ее назначили.

А я даже не знаю, где он?

Ночевал ли он дома?

Какая разница, это к делу не относится!

Споры в голове, всю ночь и всё утро.

Да, я постоянно думаю о нём. Остановились ли они в клубе или продолжили дальше?

Набираю несколько раз, но телефон отключён.

Вопреки своим терзаниям складываю документы, собираюсь и заказываю такси. Может он приедет уже сразу к месту. Хотя нам лучше явиться вместе.

Спускаюсь, на улицу.

Такси во дворе нет, зато стоит машина Андрея Архипова. Они с Полиной выходят мне навстречу.

– Привет, говори адрес доставим в лучшем виде! – улыбается Андрей.

– Он не приедет! Да!? – усмехаюсь, – Спасибо ребята, но я вызвала такси.

– Мы отпустили твою машину. Мы сами отвезем тебя! – продолжает Андрей.

– Садись, Маш! Поговорим заодно! Как ты? – гладит меня по руке Полина.

– Как я? Полин, он просто забил на всё! Сегодня очень ответственный день, а он не явился. Я ради этого, замуж выходила. Пусть катится ко всем чертям. К своей Кариночке. Видеть не хочу, – взрываюсь я.

– Мы знаем всё! И про аварию и про сделку вашу. Мы вынудили его все нам рассказать, чтобы понимать как вам помочь! – произносит Андрей.

– Ребята, это не ваши проблемы. И даже уже не дело Игоря. Пусть будет счастлив! – произношу с сарказмом.

– Поехали, а то опоздаешь, – мрачно произносит Андрей.

– А смысл? Мы должны были явиться на собеседование вместе, как супруги! Нормальная пара! Меня одну и слушать не будут! – объясняю Архипову.

У него звонит телефон и он отходит от машины.

– Маш, он не был с ней ночью. Узнал, что тебя нет и Карину послал. Он по другой причине отсутствует! – объясняет мне Полина.

– Вот только не надо его защищать! Сама же слышала, он спал с ней вчера. Сегодня не явился! Зачем продолжать этот цирк. Повозился немного со мной, я забыла обиды и зажил своей жизнью, – отвечаю резко, – Извини, ты не виновата.

– А я и не защищаю. Я знаю какой он может быть лицемерный, уж поверь мне! Я познакомилась с ним, самым первым из всей этой компании. Но я так же увидела его и с другой стороны. Когда дело касается помощи друзьям. И его отношение к тебе, тоже неоднозначно. У него есть тяга к Карине, но это скорее постельная тяга, а к тебе душевная, – произносит Полина.

– Ну да, он будет с ней спать, а потом приходить ко мне, вести разговоры по душам. Потому что от меня ему большего не светит, – цежу в ответ.

– Вот именно, он ещё не разобрался в себе. А пока голодный, вот и побежал на то, что само даёт! Но как только он почувствует к тебе, что – то необычное, он даже голодный будет у твоей двери сидеть! – произносит Полина.

– Интересные у вас тут беседы! – произносит подошедший Архипова, – Но Полина права, я сидел как пёс! Никто не нужен, лишь бы простила! Кстати без Игоря там не обошлось.

Полина смущается и отводит глаза.

– Он мне вкратце рассказал про вас всех! – произношу в ответ.

– Короче, садись в машину. Поехали! На месте разберемся. Сейчас родители Игоря туда подъедут! – произносит Андрей и открывает нам двери.

Полине переднюю, мне заднюю пассажирскую.

Я молча сажусь в машину. Выбора нет.

Надо использовать любой шанс.

Андрей про вчерашнее молчит.

Покрывает друга.

Доезжаем быстро. Ребята обещают дождаться меня, остаются в машине.

Перед самым кабинетом меня начинает трясти. В первую встречу я поняла, что мне здесь не рады. Так просто мне малышку Алёнку не получить. Мысли о девочке придают мне сил.

– Здравствуйте! – вхожу в кабинет расправив плечи.

– Здравствуйте! Я думала уже передумали! Присаживайтесь! – звучит в ответ.

На деревянных ногах, сажусь на предложенный стул.

– А где ваш супруг? – смотрит на меня женщина, немного спустив очки на нос.

Я не успеваю придумать ответ, как в кабинет входит мама Игоря. От неё идёт шлейф вкусного аромата духов, изысканный синий брючный костюм как всегда великолепно на ней сидит, волосы уложены в модную и элегантную укладку.

Следом входит отец Игоря. В сером деловом костюме, его аромат немного похож на аромат Игоря. Видимо из одной серии.

Я нервно сглатываю.

– Здравствуйте. Игоря не отпустили с работы сегодня, потому что завтра он летит в рабочую командировку, на две недели. Но приехали мы, чтобы вы не думали, что Мария одна. Мы все одна семья, и мы все хотим, чтобы Алена стала частью нашей семьи, – произносит мать Игоря и садится рядом со мной на стул.

Женщина внимательно смотрит на нас.

– Думаю, что главу семьи мы отпустим, у него тоже рабочие дела! На все вопросы мы с Марией способны ответить сами! – широко улыбается Нечаева.

Бросает на меня многозначительный взгляд.

В ответ я лишь молча киваю.

– Хорошо. Тем более, что ваше присутствие не обязательно. Больше хочется увидеть супруга Марии – Нечаева Игоря Вадимовича, – произносит чиновница с сарказмом.

– Увидите ещё! – произносит твердо Вадим Алексеевич Нечаев, – Я поехал. Позвоните, как закончите.

Нечаев старший покидает кабинет.

Мать Игоря протягивает свою руку и берет мою ладонь в свою. Немного сжимает и продолжает держать.

Глаза же её в этот момент направлены прямо на лицо сотрудницы.

У нас берут бумаги, делают копии, задают вопросы.

– Помимо встречи с вами и вашим супругом, мы ещё посмотрим ваше жилье. То есть условия обитания ребенка. Если это нас устроит, то по желанию, вы сможете взять ребенка на пару дней, чтобы почувствовать, на что вы идёте. Многие, после этого теста отказываются. Ведь не всем дано, принять чужих детей. Тем более, что ваш муж здоров, судя по медицинским справка, в отличии от вас.

Я опускаю глаза в пол.

– Многие отказываются, но не все! Поэтому не будем делать скоропостижных необоснованных выводов! – вступается мать Игоря.

– Когда говорите, ваш муж приедет? – спрашивает у меня сотрудница.

– Через две недели максимум! Если получится решить рабочие вопросы раньше, то приедет раньше. Мы вас уведомим! – отвечает за меня Нечаева.

Она по-прежнему держит меня за руку.

– Мы приедем смотреть квартиру, как устроен ваш быт, будет ли место ребенку достаточно! Часто компьютеры отцов приходится сдвигать ради малышей. Кстати, какая у вас квартира? – спрашивает в который раз женщина.

– Двухкомнатная, – отвечаю устало.

Не уверена, что без матери Игоря, даже вместе с ним, мы бы смогли пройти этот допрос.

– Вы с мужем занимаете комнату! Где будет жить малышка? В комнате хватит места, для детской кроватки или как?

Мы с мужем?

Черт, мы же должны жить вместе.

То есть, когда они придут, Игорь должен знать мою квартиру, его вещи должны быть в квартире и он сам, тоже должен быть там, со мной.

В который раз жалею, что связалась с ним!

Да, а кого ещё ты можешь впустить в свою квартиру из мужского рода?

Никого.

А Нечаева можно. В плане интима, я ему безразлична. У него есть Карина. Его можно не опасаться.

Единственное – он не надёжный человек. Его слова не имеют прочного фундамента.

Сказал – отменил. Сказал – забыл. Сказал – сделал наоборот.

– Они могут жить у нас! Первое время! Места хватит! – вставляет мать Игоря.

– Насколько я поняла, молодые хотят удочерить ребенка для себя. Им надо будет привыкнуть всем вместе. И малышке тоже, – сканирует меня взглядом сотрудница.

– Нет мы будем жить у ме…, у нас, – вовремя поправляю, – мы с Игорем справимся.

Впервые мой ответ нравится женщине в очках. Она одобрительно кивает.

После ещё нескольких неудобных вопросов, нас отпускают.

Встречаться с Аленкой, нам пока не положено. Поэтому наши встречи прекратили. Пока мы не явимся с Игорем на встречу.

Выходим из здания. Архипов и Полина стоят на парковке.

Дождались, как и обещали.

Мать Игоря звонит Вадиму Алексеевичу, чтобы он ее забрал.

Оказывается, он недалеко, поэтому подъезжает почти сразу.

– Боялся, что сорвусь и всё испорчу! – произносит он, выходя из машины, – сегодня я не могу держать себя в руках.

Что случилось?

Нечаев старший подходит к Архипову вплотную.

– Что они не поделили? Андрей, скажи нам! – произносит Нечаев строго.

– Раз он вам не сказал, то я и подавно. Сам расскажет! – пожимает плечами Архипов.

– Так значит! Хорошо. Решили в рыцарей поиграть! Опять проблем ищите! Забыли свои новогодние каникулы! – заводится Нечаев старший.

– Дядь Вадим, да хорош! Ну немного зацепило! – пытается оправдаться Андрей.

– Немного?! Да на его прошлые травмы и новое сотрясение. По голове дали битой! Хорошо, что по касательной задело, а не напрямую! А то бы хрен встал! А вдруг последствия!? Мало того что сейчас мозгами не думает, что потом будет. Кукиши воробья крутить или гавно по стенам мазать. Или слепой станет! Это голова. Главный сервер и процессор, мать вашу. А он с кровати встать не может, с тазиком лежит. Ещё порывался сюда ехать. Вспомнил, что обещал. Рыцарь бля#ь! – расходится Нечаев.

Игорь подрался?

Мать Игоря прячет очередные слезы.

Вижу что Полина и Андрей в курсе, они новостям не удивились.

Дали битой по голове?

В груди сжимается сердце.

Как он сейчас?

Вспоминаю его в больнице.

Несчастного и покинутого.

– Андрей, в последний раз спрашиваю, что он не поделил с Такаевым? – басит Вадим Алексеевич.

Земля уходит из – под ног.

Не поделил с Такаевым? Тем самым?

ГЛАВА 21

Игорь.

Козёл!

Если бы не этот козел с битой, я бы его добил!

Смачно ударил мордой об капот пару раз, схватив за его мелированные волосы. А затем начал душить.

Тварь.

Как таких земля носит?

Ладно я не ангел! Но это же совсем исчадие ада!

Гоняю в голове события ночи!

Открываю глаза и щурусь от света дня. Шторы в комнате плотно закрыты, но мне все равно причиняет дискомфорт свет.

Комната начинает медленно кружиться.

Опять.

Подкатывает тошнота.

Я столько не ел, сколько меня рвёт.

Рвёт желчью, потому что еды уже не осталось.

Доктор сказал, что это от сотрясения.

Сильно болят глаза, кружится голова и тошнит.

Я живой труп.

Телефон опять забрал отец.

Серьёзный разговор ещё впереди.

Утром они уехали помогать Маше.

Маша!

Зажмуриваюсь, потому что ощущаю себя полным дерьмом, по отношению к ней.

Хотел на шаг вперёд, в итоге сделал километр назад и влево!

А с Кариной и вправду, что – то не то, вчера не наступило умиротворение, которое накрывало меня после встреч с ней.

Видимо друзья правы – чувства уходят. Либо перекинулись на другой объект.

Только я как олень, не действую по чувствам или разуму, а думаю одним местом.

Чем я лучше Такаева?

Не, я никогда не возьму силой то, что очень хочу. Это табу, даже для такого отморозка как я.

Маша наверное меня заблокировала опять и дверь не откроет.

Смотрю на руку.

На пальце кольцо – вчера одел и решил, что не смотря ни на что, не буду снимать.

Поздно только Игорь, как всегда!

Закрываю глаза и видимо проваливаюсь в дремоту.

Слышу что в комнату, кто – то вошёл. Глаза не открываю.

Родители вернулись и сейчас будет пизд#ц мне.

Отец был очень зол ночью, когда забирал меня с больницы, куда нас всех доставили.

Опять думаю о произошедших событиях.

Сокол с Лукьяновым подоспели вовремя, иначе те шакалы запинали бы меня. Один на один Такаев не вывез, поэтому дружки пришли на помощь.

А я как идиот, отовался от своих, думая решить с Такаевым наедине. Не хотелось впутывать друзей.

Не вышло.

Начал бить Такаева, но видимо друзья его почувствовали неладное и вышли за ним на улицу, где я душит его на капоте его тачки. Один удар битой сзади и я падаю под ноги этим отморозкам. Пока Такаев хватает ртом воздух, двое пинают меня лежачего. Сознание начало подводить. Слышу маты Сокола и Пахи. Они все – таки приехали за мной.

Друзья.

Паша успел поставить меня на ноги и дальше пошли мы стенка на стенку.

Трое на трое.

Кто – то из очевидцев вызвал ментов и скорую. Но мы успели разбежаться, до их приезда.

Видимо я отключился в машине Паши. Поэтому они привезли меня в больницу, куда вызвали наших родителей.

И вот опять, мы испортили себе репутацию.

Родители и их переживания. Разукрашенные лица друзей. А я опять в палате.

Не знаю как уговорил отца забрать меня из хирургии домой. Находится в больнице мне невыносимо.

Но ещё я помнил, что мне надо явиться с Машей к " церберу", которой Маша не слишком понравилась.

После анализов и компьютерной томографии моих мозгов, меня с подпиской о последствиях, отпустили домой.

Конечно я переоценил свое состояние. Потому что всю ночь меня тошнит и всё кружится. Голова болит конкретно.

Утром я хотел поехать к Маше, но даже встать и собраться оказалось для меня непосильно.

Поэтому я обратился к родителям.

Ей нужна помощь и поддержка.

Я подвёл ее.

Но главное, что за совершенное Такаевым, этого мало.

Я не наказал его должным образом.

Хотя заявления на меня не поступало. Претензий с их стороны тоже.

Причину драки я не объясняю родителям, бросаю лишь фразу про личную неприязнь.

Рядом с моей кроватью шаги.

Родители бы не вошли так молча. Если не случилось, что – то, чего я не хочу знать!

Открываю глаза и вижу перед собой Машу.

Она стоит у моей кровати.

Лицо немного бледное.

Закрываю глаза.

Нечаев тебя несёт.

Она никогда добровольно не придёт ко мне в комнату, тем более после моей выходки в клубе.

Открываю повторно глаза, но картинка не исчезает.

– Привет, – произносит она тихо.

Она реальная.

От эмоций и слишком частого биения сердца тошнота комом подкатывает к горлу.

Но я не буду блевать перед ней.

Ванная и туалетная комнаты, соседние с моей.

Надо лишь встать.

Но мне это пока непостижимо.

– Выйди! – произношу сцепив зубы и сползая к краю кровати.

– Ну уж нет Нечаев, ты так просто от меня не избавишься! – долетает до моих ушей.

Стараюсь выровнять дыхание и закрыть глаза.

Маша молчит.

Становится немного легче, но я знаю что стоит лишь мне открыть глаза и заговорить – будет новый приступ.

Откатываюсь от края кровати.

– Родители тебе помогут. Ты выиграешь! Я настоящий мудак, мне нет места рядом с тобой! Извини! – произношу, не открывая глаз.

– Идиот! Что ещё сказать! – доносится голос отца из – за дверей, – Пошли, сами разберутся!

Да отец, я согласен с тобой – ещё какой идиот.

Чувствую как Маша садится на край моей кровати.

А мне так хочется, чтобы она коснулась меня.

Ни в плане 18+, а просто тронула руку, или погладила лицо.

Игорь, ты идиот.

Она для тебя недоступна.

Вернее, ты для неё, слишком ничтожен.

– А теперь послушай меня Нечаев! Даю тебе три дня, чтобы ты привёл себя в порядок и переехал ко мне. Иначе я тебе башку сама битой снесу. В лапту я играла хорошо, удар у меня поставлен! Поверь на слово, – раздаётся ее голос.

От неожиданности ее слов я открываю глаза и смотрю на неё в упор.

– Переехал к тебе? – переспрашиваю, морщась от боли в глазах.

– Не напрягайся! Закрывай глазки! – произносит она с сарказмом, – Да! Ко мне! С вещами Игорь, хотя бы которые нужны тебе первое время. Для гигиены, повседневной жизни, работы.

– Не уверен что встану за три дня! – рычу в ответ.

Я ничего не понимаю.

– Мне плевать Игорь, сколько тебе надо времени, чтобы зализать свои раны. Я даю тебе три дня! – произносит она твердо и даже грозно, – Состояние нормализуется, остальное дома долечим! Конечно если будешь соблюдать режим, а не трахаться по туалетам!

Вот оно!

А то я думал, что крыша точно едет. Значит все-таки это реальность.

Слово трахаться из ее уст – режет ухо. Мария всегда разговаривала без ругательства, жаргона, интелегентно и воспитанно.

– Этого больше не повториться! Никогда! – отвечаю, фокусируясь на ее глазах.

Ей неловко.

И больно.

– Не зарекайся! – бросает она, поджав губы.

– Правда! Я больше с ней не общаюсь! – произношу в ответ.

– Да ладно. Ещё скажи мне свою любимую фразу- Верь мне! – усмехается Мария, – Не с ней, так с другой. Но не в этом суть Игорь. Теперь скажи мне, зачем ты поехал к Такаеву?

Нет, этого я не скажу.

По предыдущим пунктам всё понятно.

А этот пункт ещё не закончен.

– Старые счёты, а что? – пытаюсь улыбнуться.

– И всё? – выгибает она бровь.

– И всё! А что? Родители попросили узнать или переживаешь за него!? – провоцирую ее.

– Я знаю правду! Только прошу тебя – не лезь! Зачем рисковать своим здоровьем, ради прошлого. То что случилось, не изменить! Смысл этого всего.

– Он обидел тебя и должен ответить за это! – рыкаю в ответ, насколько позволяют силы, – Любой, кто тебя обидет, должен быть наказан!

Она встаёт и идет к двери.

Перед тем как выйти, она смотрит пристально мне в глаза.

– Тогда начни с себя Игорь! – бросает она и уходит.

В груди стягивает в районе сердца.

Дыхание перехватывает.

– Я уже наказан! – произношу в тишине комнаты и закрываю глаза.

Подписывайтесь на автора, добавляйте книги в библиотеку – чтобы не пропустить обновления и новинки. Пишите комментарии, ваше мнение очень интересно ( о героях, событиях, какие эмоции они вызывают – буду рада вам ответить), ставьте звёздочку. Спасибо всем, кто со мной!

Ваш Автор.

ГЛАВА 22

Игорь

Состояние постепенно нормализовалось. Головные боли конечно ещё мучили, особенно к вечеру, но я хотя бы начал вставать.

Через три дня, я приехал к Маше в квартиру.

После ее ухода родители рассказали про их разговор с сотрудницей опеки и про разговор с Архиповым.

Переезд, совместное проживание.

Да я то без проблем!

Даже рад, такому раскладу побыть вместе, общаться.

Но как она к этому относится?

Я понимаю, что ради этой малышки она готова на многое! Но я ведь не подарок.

Со слов Архипова, после того, как Маша узнала что я дрался с Такаевым, очень переживала. Поэтому и согласилась с родителями приехать ко мне.

Звоню в дверь.

Я с вещами, которые в машине, у квартиры Маши. Утром написал ей, что приеду. Приехал на машине матери.

Да, я помню что без прав.

Но мне надо передвигаться!

Если соблюдать все правила, авось пронесёт.

Три дня мы не общались. Каждый из нас держал паузу.

Маша открывает дверь и быстро уходит с пути.

– Привет! Я вложился в срок? – произношу с улыбкой, пытаясь разрядить обстановку, входя в квартиру.

– Рада, что тебе стало легче! – бросает она из кухни, – Где твои вещи!?

– Что мне надо сделать? – задаю вопрос, следуя у ней.

Прохожу за ней на кухню.

Вижу ей неловко. В ней нет той решимости, которая была три дня назад.

Хотя кольцо на ее пальце есть.

Впрочем как и моё.

– Расположить свои вещи, особенно на видных местах. Дополнить интерьер своими мужскими предметами, побыть до вечера! – произносит она нервозно.

На мне сегодня джинсы и белая футболка.

На ней леггинсы и красная футболка, но от одного вида ее – глаз ликует. Волосы собраны в высокий хвост.

– А что будет вечером? – сажусь за кухонный стол.

– Ты поедешь в отель! – произносит она уверенно, – Я оплачу.

– Подожди, так дело не пойдет! Я приехал к тебе, мы должны вести совместный быт. Соседи должны меня знать и видеть. А ты хочешь сделать меня мужем на час? – начинаю заводиться.

Она в ответ молчит.

– Мое состояние ещё не позволяет мотаться туда сюда! Да и мы должны привыкнуть друг к другу. Чтобы ты не шарахалась от меня! Не бойся меня! – произношу спокойно.

– Ты боишься меня, Маша? – задаю главный вопрос.

– Я не знаю! – произносит она дрогнувшим голосом, – Я не понимаю, как мы будем жить вместе!

– Я не причиняю тебе дискомфорта. Буду послушным! – улыбаюсь.

– Только спать будешь на диване, в гостиной. И не пей! – тут же озвучивает она.

– Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа! – произношу шуточно.

Вижу как она нервничает. Открывает кастрюлю, мешает содержимое, закрывает. Этот ритуал повторяется четвёртый раз, за минуту.

– Почему ты так нервничаешь? – встаю у неё за спиной, – Жить со мной, так себе перспектива конечно, я понимаю! Но я ведь не монстр. В больнице, ты не боялась меня!

– Тогда я не знала тебя! – шепчет она с дрожью в голосе, – Я даже не знаю, чем тебя кормить!? Что едят в таких семьях? Какие продукты надо покупать? Что ты любишь и как совместить это всё с моими возможностями.

Ее глаза увлажняются.

Она в отчаянии.

– Успокойся, Мария. Я лишь человек! Как и ты! Всё что съедобное, я съем. А с твоих рук, даже больше! – нежно провожу по ее плечу и сразу убираю руку, – В таких семьях? Мы не боги. Едим обычные продукты – омлет, бутерброды, овощи, фрукты, супы, рыба, мясо.

Мысли путаются.

Я должен ее успокоить и вселить уверенность.

Но я чувствую ее страх перед мною.

А я не хочу чтобы она боялась.

Зарываюсь носом в ее волосы на макушке – не смог сдержаться.

Ловлю кайф.

– Прости меня! Я такой дебил! Но я реально хочу быть полезным тебе. Помоги мне. Направь. Не дай свернуть в эту тьму. Я не должен просить тебя об этом. Но ты можешь это сделать! – шепчу.

– Против твоей Карины я бессильна. Я просто фиктивная жена, не больше, – разворачивается она и мы сталкиваемся носами.

В испуге она вжимается в кухонный гарнитур спиной.

Я поднимаю руки вверх и делаю шаг назад.

– Это случайность! Извини! – проговариваю быстро, пока она не сделала нелепых выводов.

– Не надо так со мной! – произносит она.

– Как? – склоняю голову на бок.

– Как с умалишенной или больной! Я адекватно все воспринимаю. Просто никогда не жила с парнем. Я даже сама ещё не обжилась.

– Ну и хорошо! А то я сам еще ни с кем не жил! Давай вместе будем учиться!

В ответ она лишь коротко кивает.

Следующее пару часов мы занимаемся моим заселением.

Маша выделила мне место в шкафу, в спальне.

Обращаю внимание, что в спальне кровать двухспальная.

Дурак.

Диван твоя участь!

Пока я раскладываю вещи по полкам и вешалкам. Маша раскладывает средства гигиены в ванной комнате.

Заглядываю в просвет приоткрытой двери.

Маша вдыхает запах моей туалетной воды.

– Нравится?

Она вздрагивает, но флакон удерживает.

Щеки заливает алый румянец смущения.

– Я просто…я..

– Маш, всё нормально, – подхожу к девушке, – Мне например нравится как пахнет твой шампунь на твоих волосах, – демонстративно зарываюсь носом в ее хвост, – И это нормально.

– Нормально нюхать человека? – произносит она с улыбкой.

– Да, потому что аромат на коже совсем по-другому пахнет, – беру флакон из ее рук и брызгаю на свою шею.

Кровь во мне бурлит, от ее близкого нахождения. Сердце стучит об грудную клетку.

Уверен что сейчас происходит уйма химических реакций в моем организме, поэтому уверен что аромат пропитается мною.

Вытягиваю немного шею.

– Вот попробуй, вернее понюхай! И сравни! – произношу лукаво.

Она вдыхает сначала запах из флакона, в моих руках.

Затем поднимает взгляд на меня и аккуратно тянется к моей шее.

Запрокидываю голову назад, потому что мозг бежит намного вперёд и рисует мне очень пошлые картинки, с нами в главной роли.

Чувствую ее тёплое дыхание на своей коже.

Она шумно втягивает носом воздух.

Закрывает глаза в блаженстве.

Ей нравится. Это написано на ее блаженном лице.

Опускаю голову и стягиваю резинку с ее волос. Они рассыпаются по плечам.

Вижу растерянность в ее глазах.

Прижимаю ее к себе одним рывком, зарываясь в волосы.

Ее лицо у моей шее.

Она проводит носом по бьющейся жилке.

Дайте мне сил!

Это сильное испытание для меня.

Я очень ее хочу.

Не просто трахнуть, хочу любить.

ЛЮБИТЬ?

Это слово не из моего лексикона.

Зарекался же, что больше не буду никого любить, после той стервы.

Любить, в смысле нежно и аккуратно заняться любовью, на той двуспальной кровати в комнате.

Она не дрожит и это великий прогресс.

Сколько мы простояли так неизвестно, но мне было мало.

Маша отстранилась первая.

– Ты прав! На тебе он вкуснее! – краснея произносит она, – Пойдем ужинать.

Ели мы в тишине.

Маша стала немного задумчивой.

Я не навязывался.

Так и полетели дни.

Мы ходили вместе в магазин. Делали уборку в доме.

Да, я старался помочь девчонке.

Несмотря на дикие головные боли.

Она же не прислуга, чтобы варить мне и убирать за мной.

Поэтому я иногда мыл посуду, пылесосил, ходил за продуктами.

Вечерами мы смотрели фильмы, устроившись на диване.

В свободное время я работал за ноутбуком.

Один раз Маша уснула на диване.

Я хотел ее аккуратно переложить на кровать.

Но когда взял ее на руки и внёс в комнату, она резко проснулась.

Я готовился к ссоре. Но она лишь пробормотала : – Спасибо!" , и закрылась в комнате.

Мне сложно стало уснуть и я вышел прогуляться.

Так я стал делать каждый вечер, особенно когда она уходила в ванную.

Моя фантазия рисовала упругое гибкое молодое тело Маши в соблазнительных позах.

Я не хотел быть животным, который в один момент- набросился на неё.

А я очень этого хочу.

Хочу почувствовать ее тело в своих руках.

Это просто наваждение.

Я как маньяк!

Поэтому я увеличивал дистанцию, гуляя вокруг дома.

Однажды я пришел домой раньше, на улице пошёл дождь и услышал всхлипы.

Они доносились из ванной комнаты.

– Всё в порядке, Маш? – скребусь пальцами по дверям.

Что могло случится, я был во дворе перед домом.

Обычно я гуляю по часу, сегодня минут пятнадцать от силы.

– Иди где был! – доносится ответ сквозь рыдания.

– Я не хочу туда! Там дождь! – произношу в ответ, чувствую что дверь не закрыта.

– Плевать! Она согреет тебя! – звучит в ответ.

Рыдания не прекращаются.

Меня согреет она?

Что за бред.

Не думая о последствиях, захожу в ванную.

Маша сидит на полу, волосы мокрые после душа, на ней шелковая сорочка и такой же халат.

– Выйди! – звучит протест.

– Нет, я останусь, – поднимаю девушку на ноги и крепко прижимаю к себе.

Всё её сопротивление бесполезно, я держу ее в стальных объятиях.

– Отпусти. Уходи! – произносит она обречённо.

– Нет, я больше не уйду. Раз в твою голову лезут дебильные мысли. Думаешь что я ходил к кому – то? – пристально смотрю в ее глаза.

– А зачем ты уходишь, каждый вечер, перед сном? Приходишь, когда я типа уже сплю! – спрашивает она дерзко.

– Хочешь знать зачем? – отвечаю ей в тон.

– Хочу! – бросает вызов глазами.

Сама напросилась.

– Потому что каждодневно я хочу сделать так! – подхватываю её и усаживаю на стиральную машину.

Прижимаюсь к ее губам, а потом языком развожу ее губы и проникают внутрь рта.

Наши языки сплетаются в едином танце.

Все мысли и сознание уносит прочь.

Есть только я и она.

Руками скидываю ее халат, глажу оголенные плечи.

Углубляю поцелуй, не получив сопротивления.

Сжимаю одной рукой ее грудь, упираясь своим пахом в ее тело.

Сдвигаю ее бретельки сорочки и грудь оголяется.

Это переломный момент.

Потому что я начинаю чувствовать дрожь в ее теле.

И это уже не от блаженства.

Это страх.

Замираю и прижимаюсь своим лбом к её.

– Останови меня! Я послушаюсь. Иначе сорвусь! – произношу рвано.

Ее глаза закрыты, ресницы трепещут.

Руками накидываю обратно халат, скрывая мягкие полушария от своего похотливого взора.

– Вот поэтому уходил. Хочу тебя. Когда нет сил держать себя в руках, брожу на свежем воздухе. Никто не нужен мне. Я знаю, много раз обещал. Но сейчас всё по по-другому! Мы живём вместе. Наваждение, ей – богу! – произношу надломленным голосом.

– Боишься меня? – спрашиваю, после паузы.

– Боюсь! Боюсь что мне это нравится! – поднимает она на меня свои затуманенные глаза.

Новый выброс адреналина.

Она цепляет меня за футболку и тянет на себя.

Начинаю жадно ее целовать.

До боли в губах.

Подхватываю и несу на кровать, не прерывая поцелуя.

Бережно укладываю и нависаю сверху.

К ней возвращается разум.

А вместе с ним и страх.

Она пытается улыбнуться, но выходит не очень.

Больше похоже на гримасу боли.

Покрываю ее лицо поцелуями, спускаясь к шее.

Она лежит не шевелясь.

Даже дыхание задерживает.

В уголках глаз собираются слезы.

Я понимаю какие флешбеки она сейчас ловит.

И это нихрена не возбуждает.

Сажусь на кровати и тяну ее на себя.

Она повинуется.

Сажу к себе на колени, как ребенка и глажу по волосам.

– Прости, я не могу! – произносит она извиняющимся голосом.

– Ты пока не готова! Все хорошо Маша моя! Я всё понимаю. Не стоит просить прощения! – шепчу ей в ответ.

– Я сломанная! Этого никогда не забыть! – слезинки по щекам.

– Я тебя обязательно починю! Но только для меня! Слышишь! Мы затмим плохие воспоминания, новыми яркими и приятными моментами! – успокаиваю девушку.

Она уснула на моих руках.

Я кладу ее на кровать, но Маша хватает мою руку.

– Останься! Полежи рядом! – просит она сквозь сон.

Ложусь рядом и обнимаю ее.

Так мы и засыпаем.

Вместе.

ГЛАВА 23

Маша

Утром я почувствовала, как Игорь нежно поцеловал меня в щеку и покинул мою комнату. Я притворялась спящей.

Вставать было страшно.

Вернее, я не знала как говорить с ним, смотреть на него.

Ведь я вчера сама призналась, что мне нравится то, чем мы занимались.

Его руки на моем теле, дерзкие и жаркие поцелуи.

Самое страшное, что вчера я не хотела его останавливать.

Он остановился сам, видя мою болезненную реакцию.

Когда услышала хлопок двери, я аккуратно вышла из комнаты.

На кухне на столе стоял завтрак для меня. Свою тарелку и кружку Нечаев вымыл.

Рядом лежала записка.

" ПОКУШАЙ И НЕ СТЕСНЯЙСЯ. ВСЕ ХОРОШО!

Я НА РАБОТУ. ЕСТЬ НЕОТЛОЖНЫЕ ДЕЛА, КОТОРЫЕ НЕ РЕШИТЬ ЧЕРЕЗ НОУТ.

БУДУ К ВЕЧЕРУ. Я НА СВЯЗИ.

PS: ТОЛЬКО НЕ ПРЯЧЬСЯ ОТ МЕНЯ ТЕПЕРЬ, МОЯ МАША!

ТВОЙ МУЖ – ИГОРЬ."

Весь день я занималась домашними делами.

Вечером когда Игорь пришел, было неловко сначала, но он смог разрядить обстановку.

Будто всё то, что было вчера, на самом деле мой сон.

Нечаев вёл себя обычно, без всяких приставаний.

Единственное, перед сном, он поймал меня на выходе из ванны и крепко прижав, поцеловал в голову.

– Давай это будет наш ритуал! Каждое утро и вечер, мне необходимо ловить хотя бы маленькую дозу тебя! Твоего запаха волос, тела! – произносит он шумно вдыхая.

– Давай! – соглашаюсь и целую его в шею.

Он выше меня, поэтому когда он обнимает меня, я нахожусь в районе его кадыка.

Чувствую разряды, которые начинают бежать по венам у обоих.

Но Игорь отступает.

– Доброй ночи, моя Маша! – заходит в ванную, оставляя меня в коридоре.

Он сдержал слово.

Каждое утро и вечер, он ловит меня в свои объятия.

Я даже уже жду этого момента.

Сегодня тот самый день.

День когда к нам явится комиссия, чтобы посмотреть условия проживания.

Мы вполне, как мне кажется ужились с Игорем, наладили совместный быт.

А главное мы наладили наши отношения.

Вернее общение.

Или отношения.

Сама не знаю. Но каждодневно ловлю себя на мысли, что скучаю в его отсутствие.

Пару раз приезжали его родители.

С ними у меня тоже контакт.

Звонок в дверь отрывает меня от раздумий.

Волнение затмевает разум.

Им должно понравится!

– Все нормально, моя Маша! – слышу ровный и тёплый голос Нечаева, – Открывай. Мы готовы.

Комиссия состоит из пяти человек.

Вы серьезно??

Пять человек!! Меня начинает знобить.

Игорь постоянно рядом и в основном отвечает на заковыристые вопросы. Рассказывает куда мы планируем поставить кроватку, игрушки, манеж.

Откуда он это все знает?

Мы конечно обсуждали, но не так детально.

Я не была готова к такому допросу.

Игорь показывает комиссии на ноутбуке корзину полную детской мебели и аксессуаров.

– Видите это всё в наличии и в режиме ожидания. Как только вы дадите нам разрешение, мы сразу начнём обустраивать территорию нашей принцессы! – поворачивает экран к главной женщине и дарит ей свою ослепительную улыбку.

Показывает продукты, кухню, рассказывая о пользе правильного питания у детей!

Глядя на фигуру Нечаева можно подумать, что он питается правильно. Я же всю жизнь имея фигуру в стиле аля – груша, стесняюсь своих полных бёдер.

Конечно я и рядом не стояла с его Кариной, у которой объёмы как у моделей.

Не время! Сейчас не об этом надо думать!

– Ох красиво вы Игорь Вадимович поёте! Только вот биография у вас не очень. Взять даже последнее – вы въехали в автобусную остановку, лишились прав, – выгибает бровь мужчина из комиссии.

– Да был такой момент! Но видимо это была судьба. Чтобы человек посмотрел на себя с другой стороны, сделал выводы. Нет людей, кто б не ошибался в этой жизни, – тут же выдаёт Нечаев.

– А вы сделали? – продолжаются вопросы.

– Абсолютно! Именно поэтому вы здесь!

– С женой то вашей все понятно, а вы? Молодой перспективный парень! Потяните ли опеку? Это ведь не на месяц, не на год…

– Во первых не надо в таком тоне, про мою жену! Во во-вторых- это наше взвешенное и обдуманное решение. Совместное! – твердо изрекает Игорь.

– Что ж похвально! Только вот ваша жена ходила на встречи с малышкой, а вы нет!

– Она это делала сначала одна, рассказала мне. Просто если вы не разрешите, зачем малышке привязываться к нам, и наоборот.

– Вы ещё не понимаете, во что ввязываетесь! Я видела столько отказов на своём веку! Это настоящее предательство. Поэтому я так тщательно подхожу к вопросам опеки, особенно такими молодыми и здоровыми как вы!

После совместного чаепития, на котором настоял Игорь, они ушли.

Разрешив нам провести один день с Аленкой, в стенах приюта.

Чтобы мы явились вместе.

Это означало, ,то мы переходим на новый этап. Наши документы пошли в обработку.

В тот вечер Игорь кружил меня по гостиной, на радости.

– Мы сделали это! Машка! – восторгался он, кружа меня на руках, над полом.

– Не мы, а ты! Я бы точно так не смогла! – произношу, когда он ставит меня на ноги, – Спасибо тебе.

В знак благодарности тяну лицо парня на себя и первая целую.

И понеслось…

Опять жаркие страстные поцелуи, его руки скользящие по спине и ягодицам, пальцы сжимающие соски через ткань сорочки.

Он словил меня опять на выходе из ванной.

Я же в ответ лишь запустила руки под его футболку и глажу его спину.

Во мне горит огонь. Пальцы колет от предвкушения.

Я стягиваю его футболку через голову, бросая небрежно на пол.

Он довольно рычит и кусает мою шею.

Выгибаюсь ему навстречу.

Я хочу.

Лишь бы только мозг не стал опять проводить параллели.

Отступаю на шаг, разрывая контакт.

Своими руками спускаю две бретельки сорочки, она струясь падает к моим ногам.

Я стою перед ним в одних трусиках.

Вижу огонь желания.

Он хватает меня на руки и несёт на диван.

Гладит, целует, ласкает.

Его язык блуждает по-моему телу.

Он опускается ниже, стягивая с меня бельё.

В голове начинаются флешбеки, но я стараюсь не закрывать глаза.

Это не Такаев! Меня не держат!

Это Игорь!

Выгибаюсь от острых, но очень приятных ощущений.

К языку добавляются пальцы.

Нежно, аккуратно он гладит, водит, погружает.

Вторая рука ласкает грудь.

Смотрит прямо в глаза, не давая плохим воспоминаниям пробиться наружу.

Тело дрожит, но уже не от страха.

От удовольствия.

Меня накрывает мощной волной новых неизведанных ощущений.

– Игорь! – успеваю я крикнуть, на пике удовлетворения.

Выгнувшись, закрываю глаза.

Но там нет тех отморозков.

Я вижу лишь лицо Игоря и его нежный взгляд.

– Молодец! – целуя в шею произносит Нечаев, – Не красней! Все просто оху#нно!

– А ты? – приподымаюсь на локтях, смотря как о встаёт, – Не хочешь меня?

Как жалок мой голос сейчас.

– Ты даже не представляешь, как сильно я хочу. Но думаю, нам стоит действовать постепенно. Я не хочу тебя травмировать. Я дождусь и обязательно ты будешь моей полностью. Не думай плохого! Я просто забочусь о тебе. Ты должна привыкнуть ко мне! К моим губам, рукам, языку. Я хочу тебя всю! Везде и в любое время, – произносит он решительно, – И боюсь, что это не просто похоть!

Прикрываюсь халатом.

– Что ты имеешь ввиду?

– То самое! Тебя хочет не только мой член. Я хочу весь тебя. Мыслями, мозгами, глазами, руками.

– Это плохо? – спрашиваю, затаив дыхание.

– Не знаю Маш. Мой опыт в амурных делах не так велик. За исключением : поспали и разбежались. А с тобой это будет точно не так. Это уже не так.

– Игорь, ты мне нравишься! Да, ты не идеал! И много что было между нами. Но сейчас.., – встаю напротив него, – Мне кажется я очарована тобой. Я влюбилась, Нечаев.

Он шумно вздыхает и прижимает меня к себе.

– Вот этого я и боюсь моя Маша. Боюсь не оправдать твои ожидания! Сам с ума схожу, по тебе! Если что то пойдет не так, будет очень больно! Я знаю! – шепчет он в ответ.

– Давай будем вместе пробовать, поддерживать, направлять. Сам же говорил. Я люблю тебя Игорь! – произношу срывающимся голосом, – Я ещё никого так не любила.

– Тише! Просто тебе не встречались нормальные парни! А я не сказать, что очень нормален!

– Я не навязываюсь. И не прошу любви в ответ, просто будь рядом, пока хочешь этого, – крепче обнимаю.

Ещё некоторое время мы стоим в обнимку, а потом расходимся по комнатам.

Я не прошу его любви.

Я дарю ему свою.

В этот день он не взял мое тело, но забрал мою душу и сердце.

ГЛАВА 24

Игорь

Первая встреча с малышкой оставила во мне кучу новых неизведанных эмоций.

Но с первого взгляда, эта девчонка покорила меня.

Зацепила за струны моей черной души.

Может потому что, я не так давно мечтал о такой дочке, когда Карина была беременна.

Но факт остаётся фактом, я не смогу остаться равнодушным по отношению к Аленке.

Она маленькая и я боюсь её брать на руки. Сначала я смотрел, как Маша играет с ней, кормит, переодевает.

– Протяни руку к ней! – просит Маша.

– Зачем? Ты видела мою руку и ее тело?! Я как гигант! – произношу с опаской поглядывая на малышку.

– Не бойся! Делай что говорю! – дарит мне улыбку Маша.

Я протягиваю свою ладонь и Алена крепко цепляется за мой палец. И не отпускает. Я пытался даже в шутку освободится, но хватка у неё твёрдая.

Так я и стою. Маша отлучается и мы остаёмся вдвоём.

Черт.

Я уже готов часами так стоять!

Магия какая – то!

Почему меня так душевно трогает эта малышка.

Она хрупкая, как хрустальная принцесса.

Почему тебя бросили?

Но уверен, что Маша станет для для тебя любящей матерью.

А кем стану я?

Мы с Машей больше не возвращались к тому, что будет дальше, когда ей разрешат удочерить Алену.

Маша призналась, что влюбилась в меня.

Но в тоже время, не забывает постоянно напоминать что брак наш временный, как и проживание.

А чего хочу я?

Хочу быть с Машей, хочу ее всю себе!

Но Маша будет с Аленой.

Малышка любопытно рассматривает меня.

Хочу ли я быть рядом не только с Машей, но и Аленой?

Над этим надо подумать.

Вроде бы как и хочу.

Но боюсь, что я не слишком серьёзен.

Да, я стал не уверен в себе, рядом с Марией.

Вернее, в себе таком, каким я стал рядом с Марией.

Надолго ли меня хватит?

Обернувшись, смотрю как Маша с сотрудницей наблюдают за мной, в дверной проём.

– У вас очень похожие черты лица! Прям хмуритесь и рассматриваете друг друга, как родные. И не подумать, что чужие, – произносит сотрудница с улыбкой, – Даже цвет глаз у вас одинаковый.

– Я тоже заметила! – произносит Маша подходя к нам.

Малышка улыбается ей.

Мы ее кормили, играли, переодевали. Привезли с собой игрушки – погремушки и игрушки для прорезывания зубов.

Аленке уже пятый месяц. Но отказались от неё сразу после родов, поэтому она никогда не знала родных родителей.

Уходя, стало немного печально.

Мы уйдём и она лишится всего внимания.

Да, персонал заботится о малютках. Но их много.

Скорее бы нам дали разрешение, забрать её себе.

Машу выписали с больничного и она вернулась на работу. Поэтому мы стали видеться вечерами. Три раза в неделю, мы навещали Алену.

В моем телефоне даже появились фотографии не только Маши, но и обоих моих девчонок.

Да, я их присвоил себе.

Буду землю грызть, но не позволю обидеть.

Даже сам себе горло перегрызу, если сломаюсь.

Родители поддерживали нас во всём.

Спустя пару недель волокиты, нам дали долгожданное одобрение на удочерение.

Маша плакала от счастья в кабинете опеке. Моя мама тоже не скрывала слез.

Я знал что родители подсуетились, поэтому процесс прошёл более-менее гладко и быстро.

Ещё три дня на обустройство квартиры.

Кроватка, в спальне у большой кровати. Рядом комод, в котором хранятся детские вещи, памперсы, в верхнем ящике соски, крема, бутылочки, присыпки.

Манеж с игрушками в гостиной и стульчик для кормления на кухне.

И много ещё чего…

Первые дни, когда мы приехали в квартиру втроём, никого не пускали.

Потому что мои друзья, хотели посмотреть нашу малышку, но нам надо было обжиться втроем.

Хоть Маша и поставила кроватку к себе в комнату, дверь на ночь оставалась открытой. Потому что, иногда я вставал быстрее к малышке. Сейчас у Аленки как раз начали резаться зубки и ночами стало очень шумно. Как Маша не пыталась взять всё это на себя, но я видел как она устаёт.

В одну из ночей, укачав Алену, я легла рядом с Машей на кровать.

Она тут же прижалась ко мне во сне.

– Спасибо тебе, за всё! – услышал я ее шепот.

С тех пор, я начал делать так регулярно : засыпал на диване, просыпался в кровати с Машей.

Времени на близость нам не хватало. Да и мы ещё не перешли на этот этап. Хотя мне очень хотелось.

Аж до дрожи хочется присвоить Машу себе.

– Ты прости за то, что я скажу! – хмуро произносит Мария за обедом.

Алена сейчас на улице, с моей матерью на прогулке.

– Начало мне уже не нравится!

– Я же помню наш уговор. Алена уже месяц, как моя дочь. Документы оформлены. Ты не должен…

– Стоп! – резко перебиваю свою жену.

– Правда Игорь. Ты посмотри на себя! Ты не высыпаешься, не получаешь должного внимания, живёшь в нашем мире, а не в своём! Я не хочу ограничивать твою жизнь! – продолжает Маша.

– Ограничивать? Может наоборот вы с Аленой дополняете мою жизнь, делаете её не лишённой смысла! – отвечаю раздражительно.

Она пытается меня выгнать! Отправить в " мою жизнь".

– Вы и есть, моя жизнь! – бросаю ей, откидывая вилку.

– Но не о таком ты мечтал! Я навязалась сама, ещё и ребенка навязала! Ты молодой, красивый, зачем тебе такой груз? – не успокаивается Мария.

– Что ты говоришь, девочка моя! Ты с Аленой, совсем не груз! Думаешь мне нужна прежняя жизнь? О чем я мечтал? Я вообще никогда не мечтал! Я жил здесь и сейчас. Мечты были однажды, но не свершилось не сбылось! А сейчас я рад тому, что имею. Мы семья Маша! Не фиктивная. А реальная! – по мере моих слов, по ее щекам бегут слезы.

– Ты любишь меня, Маша моя? – спрашиваю, смотря в ее глаза.

– Ты даже не представляешь как! – шепчет в ответ.

Но не задает взаимный вопрос. Я знаю, она боится узнать мой ответ.

Я хватаю ее на руки и несу на кровать.

Целую нежно в губы, шею, распаляя в ней огонь желания. Вскоре, снимаю с неё домашний сарафан, скидываю с себя футболку и шорты.

Напор усиливается, остаёмся оба без одежды, лаская друг друга руками.

Она не протестует, потому что я не даю ей времени отвлекаться от нашего процесса.

Дарю ей ласку и нежность, сдерживаясь.

Довожу ее пальцами до вулкана эмоций и медленно вхожу.

Сегодня я не спрашивал разрешения. Надо действовать, надо показать ей свои чувства.

Двигаюсь аккуратно, наблюдая за сменой эмоций на ее лице.

Целую, глажу, кусаю.

Чувствую как она расслабляется, в глазах нету страха.

– Не останавливайся! – шепчет она, выгибаясь.

Моя девочка вошла во вкус.

Пытаюсь доставить ей максимум удовольствия, думая в первую очередь о ней.

Но кончаем мы одновременно. От вида ее, подо мной с горящими глазами и стонущей от наслаждения, меня накрывает самого.

Кайф.

После обнимаю ее и крепко держу.

– Теперь всё? – слышу ее всхлип.

– Что всё? – поднимаю лицо за подбородок, чтобы она смотрела на меня.

– Ты получил меня всю! Можно дальше не…

– Прекрати говорить глупости! Жизни не хватит, чтобы получить тебя всю! Что за мысли в твоей голове!? – смеюсь в ответ, – Тебе так плохо со мной?

– Нет! Хорошо! Очень даже! – произносит Мария, краснея.

– Вот и всё! Забудь прошлое! Есть мы с тобой и наша Аленка. Вы мои любимые девочки! И я никуда не собираюсь съезжать! Прекрати! – целую Машу, отвечая.

– Вдруг тебе надоест! Будет больно, Игорь! – произносит вслух она свой страх.

Она непрерывно смотрит мне в глаза.

– Люблю! – бросаю ей ответ на ее главный вопрос.

Закрыв глаза она опять плачет.

Да что это такое?!

– Это я от счастья! – стирая слезы, произносит Мария.

С того дня, мы стали полноценным мужем и женой. Теперь, едва получив отдых от Аленки, во время ее снов, я увлекал Марию в "мир секса".

Она переживала, что переспав с ней, мне больше не захочется.

Дурочка моя.

Я с каждым днем хочу ее ещё больше. В жизни не испытывал такой тяги и удовольствия.

А ещё я понимаю, что мне нравится быть семейным человеком. То, что я ненавидел в друзьях, когда они стали жить с девчонками, теперь нравится мне.

Это такой кайф.

Смысл жизни.

Ты не один.

А я успел отхватить сразу двух девчонок.

Везунчик.

ГЛАВА 25

Маша

С каждым днем я верила ему больше и больше. Он и правда старался для нас с Аленой. Да и малышка нашла с Игорем общий язык с первых дней. Она охотно идет к нему на руки, купание – это их особый ритуал, который они проводят самостоятельно.

А когда она трогает своими маленькими ладошками его лицо, а Игорь в ответ улыбается – самая милая картина на свете.

Я даже местами ревную.

А ещё я боюсь, что будет если однажды....

Каждый день я гоню эти мысли от себя.

Пару раз я пыталась с ним поговорить. Но однажды приехали родители, потом ему позвонили с работы, иногда он отвлекал меня своими поцелуями уводя в кровать с последующим продолжением.

Поэтому я решила, что сделаю это сегодня вечером.

Сегодня Аленке шесть месяцев и к нам приехали друзья Игоря.

Так получилось, что родители Игоря сейчас находятся в центральной России и прилетят лишь через два дня.

Это получилось непредвиденно, им пришлось задержаться.

Но мы не обижаемся.

Утром я сообщила Игорю, что вечером его ждёт приятный сюрприз! Он очень обрадовался, думая совсем не в том направлении.

Парни и девчонки у нас уже не первый раз и я сдружилась с девчонками. Мы вечерами переписываемся, если у меня есть время.

Друзьям Игоря, я тоже понравилась, так они не говорят во всяком случае.

– Наконец то нашлась та, кто приручила дикого зверя! – говорит Архипов Андрей.

– Дала ему именно то, что ему надо было! – слова Матвея Соколова.

– Любовь победит всё! – произносит Павел Лукьянов.

В нашем доме парни не пьют и не кричат.

Посиделки проходят весело и дружелюбно.

Сегодня мы решили, что поедем в дом родителей Игоря, будем там все выходные и встретим родителей.

Погуляв в парке, посидев в кафе, мы всей толпой заезжаем к нам за вещами.

Нас повезет Андрей. Они с Полиной ждут ребенка, поэтому она очень хочет ехать с Аленой рядом.

Паша с Викой и Матвей с Мариной, на своих машинах.

Они приехали ещё вчера вечером. Ужинали у нас, а ночевали все в гостинице. Не стали нас стеснять.

Игорь поднялся за сумкой с вещами Алены и документами.

В поездки всегда берём документы Аленки с собой.

– Он уснул там что – ли? Погода что – то хмурится! – произносит Матвей.

– Может не может найти! Иди помоги ему, мы присмотрим! – произносит Вика.

Не знаю отчего, но именно с Викой мы сдружились первее всех. Это необьяснимо, но факт.

Поднявшись, вхожу в квартиру.

Игорь сидит в гостиной, на диване. В его руках листы формата А4.

Сердце замирает.

Не успела!

– Когда ты хотела мне сказать? – мрачно спрашивает он.

Мы оба понимаем о чём он!

– Сегодня вечером! Это и был сюрприз! – отвечаю прямо, застыв на месте, – И до этого пару раз, но ты не слушал. Помнишь, мы откладывали пару раз серьёзный разговор.

Голос дрожит.

Его вид не предвещает ничего хорошего.

– Когда ты узнала? – цедит он сквозь зубы.

Его злость сквозит в словах, жестах, позе.

– Я клянусь, я сразу не знала! Это вышло уже, когда мы забрали Алену домой! – делаю шаг к Игорю.

– И скрыла это от меня!!! – резко переходит Игорь на крик, – Почему?!

– Да скрыла! Я не была уверена тогда! – произношу прямо в его глаза.

– А может ты просто преследовала свои цели! Решила поиграть со мной! Денег еще срубить! – выплёвывает он.

– Не говори так! Ты знаешь, что я не из – за денег с тобой! – пытаюсь оправдаться.

Слезы застилают глаза.

Мы не ссорились, пока жили вместе, всегда шли на уступки или находили компромисс.

Но сейчас Нечаев в бешенстве.

И его можно понять.

– Нет, оказывается я тебя не знаю. Я думал, что ты лучше всех! А ты лишь лживая, как все! – бросает он.

– Игорь нет! – ноги становятся ватными и я оседают на пол.

– Ребята, вы чего там? – раздаётся голос Матвея.

Следом за ним входит Марина, Вика и Павел.

– Там дождь начинается! – произносит Павел и оглядывается нас проницательным взглядом.

– Маш, ты чего? – спрашивает Вика.

– Дождь говорите! Значит нам пора ехать! – вставая произносит Игорь, – Маша остаётся!

Мое горло сковывает спазм. Дыхание перехватывает.

Он бросает меня.

Он заберёт малышку.

Он оставит меня одну.

Я на коленях подползаю и хватаю его за ноги.

– Нет! Игорь! Пожалуйста! – прошу сквозь слёзы.

Слезы льются по щекам.

– Что случилось? Ты гонишь?! – смотря на меня спрашивает Соколов.

– Я?! Нет, я в здравом уме! – отвечает ему раздражённо Игорь, не смотря на меня.

– Вы поссорились? Бывает! Игорь будь мужиком, не доводи жену до слёз! – бросает Павел.

Вика садится рядом со мной на пол.

– Игорь. Не забирай её! Я прошу! – умоляю его.

Вика отцепляет меня от его ног.

– Маш, ты что так унижаешься? – бросает Вика, – Нечаев ты совсем с ума сошёл!

– Не лезь! – рычит Игорь на Вику.

– Игорь это реально дичь! – вступается Матвей, – Ты ведёшь себя как урод. Что случилось?

– Я урод? Нет! Я отец Аленки! Понимаешь? Нет?! На тогда читай! Помнишь наш тест! Это было в документах Алены! – бросает Игорь бумаги Матвею.

Соколов пробегает листы глазами.

– Мать – Соколова Карина, 23 года. Анализы, течение беременности. Роды первые, ранние. Отказ от ребенка. Тест на ДНК. Соколов Матвей вероятность ноль процентов отцовства. Нечаев Игорь вероятность отцовства девяносто девять целых и девять десятых процентов, – читает вслух заголовки бумаг Матвей.

– Нихера себе! – присвистывает Павел.

– Это твоя дочь? – ошарашенно спрашивает Матвей.

– Да! Карина отказалась от неё после родов! А мне сказала, что она умерла! – проясняет Игорь.

Я по по-прежнему сижу на коленях, у ног Игоря.

– А Маша узнала это и молчала! Она не сказала мне! – презрительно произносит Нечаев.

– Подожди! Главное, что ты нашел свою дочь. Это ж чудо! – восторгается Паша, – Вот Карина сука!

– Ты теперь реальный папа! – подхватывает Матвей.

– Вот именно! Что я настоящий отец! Поэтому мы с Аленой сейчас уезжаем домой! – Игорь отходит от меня.

– А Маша? – переводит взгляд на меня Матвей.

Я тихо скулю и содрогаюсь от рыданий.

– А что Маша? Кто она?! – выдаёт Игорь.

– Э! Она твоя жена! – поправляет его Павел.

– Разве нормальные жены так поступают! Чем она лучше той, которая отказалась после родов от ребенка. Ничем. Тоже делает всё за моей спиной! – ядовито произносит Игорь.

– Не смей ее сравнивать с Кариной! – вступается Вика.

– Лживая! – бросает он в ответ с болью, – Я реально поверил что ты идеальная. Но ты быстро оперилась. Не понимаю, чего ты добивалась. Я реально хотел жить с тобой настоящей семьёй! Ты, я и Алёнка!

– Я просто хотела чтобы ты привык к ней. Узнав это я очень была рада за тебя! Но я боялась, что тебе быстро надоест и ты вернёшься в свою жизнь! Если бы ты бросил нас! Променял на алкоголь и мутные компании! Что было бы с ней тогда? Я должна была увидеть тебя ответственным, добрым. Я обязательно сказала бы тебе сегодня, – отвечаю, смотря в его лицо, – Я никогда не обидела бы её!

– Тестировала меня! То есть, ты не верила что я изменюсь! Не верила в мои чувства! Опыты проводила: справлюсь или нет! Или хотела меня удержать этим! – он опускается передо мной на корточки, – Ты такая же, как она. Эгоистичная, лживая, поиграла со мной. А я больше не играю! Я буду воспитывать сам свою дочь. Тебе нет места рядом с ней!

После этого он встаёт и забирает бумаги у Соколова.

– Я лишу тебя опеки! Живи своей жизнью! Вещи заберу потом, – Игорь покидает квартиру, смачно хлопнув дверью.

Мир рушится.

Хотя мир вокруг, меня не интересует больше.

Рушится моя жизнь.

Смысл ускользает как песок сквозь пальцы.

– Аааа, – начинаю выть от бессилия, раскачиваясь взад вперёд

Кто я и кто он?

Он имеет право.

Но я так их люблю.

Зачем я влюбилась в него?

Как я буду жить без Аленки!?

– Тише, тише! – гладит по волосам Вика.

– Маш, мы поговорим с ним! Я не считаю тебя такой! – произносит Павел и выходит следом из квартиры.

– Он совсем придурок! Не реви! Вернём мы все по местам! Обещаю! – Соколов уходит следом.

Марина стоящая всё это время молча, садится рядом и тоже успокаивает меня.

– Он забрал её! Он бросил меня! Одну! – шепчу сквозь рыдания.

– Дурак! Не понимает своего счастья! – произносит Марина.

– Где бы он был сейчас, если бы не ты! И где была бы Алена! Идиота кусок! – решительно встаёт Вика, – Я сейчас ему всё выскажу! Не смей винить себя!

– Иди! Я хочу побыть одна! – произношу рыдая.

– Нет, я не брошу тебя сейчас! Даже если он уедет! Или вернётся! Не дури! Давай вместе посидим! Он успокоится и пожалеет! Ты себя пожалей!

Так мы и сидим на полу, посреди гостиной. Я тихо плачу, сотрясаюсь в объятиях Марины.

Она тихо вытирает слезы, которые катятся и по ее щекам.

Это конец.

Она тоже понимает это.

Он бросил меня.

Он забрал у меня всё: тело, душу, любовь, семью, себя и малышку Алёнку.

ГЛАВА 26

Игорь

С момента как нечаянно достал не те бумаги и прочитал, я себя точно не помню. Потому что вышел из себя моментально.

Алена моя дочь! Моя – родная!

Это моя дочь, рождённая Кариной, пока я был в больнице! Она не умерла.

Но раз документы хранятся в этой квартире и рядом с документами Алены, значит Маша должна знать о них.

После удочерение, нам выдали кое – какие бумаги малышки, но их брала Маша. Я не смотрел и не вникал! Маша раскладывала и перебирала их.

Она знает и не сказала мне?!

Злость на жену и обида от предательства любимой девушки ( да, я люблю своих девчонок, хотя одну из них, видимо зря!) тут же превращают меня в монстра.

Поэтому нормального разговора с Машей не выходит. Еще друзья принимают ее сторону, чем злят меня еще больше.

Выбежал с квартиры, пытаюсь отдышаться.

Когда она встала на колени, в груди сердце сжалось от боли. Но я продолжал бить словами и действиями в ответ.

Да, я подонок.

И всегда им был.

Меня не изменить.

Потому что, если я люблю, то всё сделаю. А если меня предают – я становлюсь циничным ублюдком.

Выхожу к машине Архипова.

Следом выбегает Сокол и Паша.

– Ты совсем? – тут же цепляет меня Павел, – За что так с девчонкой?

– А она за что, так со мной? Жил и не знал бы, что я отец Алены! – огрызаюсь в ответ.

Из подъезда выбегает Вика.

– А где бы сейчас была твоя Алена, если бы не Маша?! В доме малютки или в другой семье! Ведь ты поверил Карине и не искал! А ты где был если бы не Маша? В тюрьме или в наркодиспансере! – язвительно произносит Вика свою речь.

– Закрой свой рот, истеричка! – рыкаю в ответ.

В этот момент Сокол объясняет ситуацию Андрею и Полине.

– Вот это поворот событий! – присвистывает Архипов.

– Ты ведь делаешь ей больно! Она столько вынесла всего в этой жизни! Разве она заслужила такого обращения?! – не успокаивается Вика.

– Может вам надо поговорить спокойно! – вносит свой вклад в беседу Полина.

– Правда Игорь. Она тебе столько всего простила! Поговорите без эмоций! Не думаю, что она хотела вам навредить! – произносит Андрей.

– Точно! Ты чуть не убил ее! Откупился! Скрыл это! Потом еще и в день свадьбы спал со своей бывшей! И она тебя простила! Нечаев неужели тебе не жаль её!? Ты вчера сидел с нами, обнимал ее, шептал на ушко там что – то, смеялся. Светились от чувств оба! А сегодня она тебе чужая! Она никто?! Да ты просто двуличная скотина! – выпаливает Вика.

– Я? Кто бы говорил Викуся! Сама давно определилась или ждёшь очередную кандидатуру от папочки, чтобы Паху опять на срок отправить! – огрызаюсь в ответ.

– Урод ты моральный! – шипит Вика, вижу как упоминание об их с Пашей прошлом выбивает её из колеи.

– Игорь! – предупреждающе рычит Пашка Лукьянов.

– А ты истеричная стерва! – бросаю в ответ Вике.

– И куда ты забираешь дочку? Как будешь справляться? – вмешивается Матвей, – Ребенку нужна мать! Ты же понимаешь! Тем более в таком раннем детстве!

– Ой Сокол, только ты мне не рассказывай про матерей! И кому они нужны! – огрызаюсь на Матвея, – Тем более, что Маша ей не мать!

– Маша не мать? А кто мать? Карина твоя озабоченная! К ней пойдёшь? Думаешь, она обрадуется? – продолжает Вика своё наступление, – Нет! Она сама лично отказала от неё! Потому что она ей не нужна. Ты не нужен и дочь не нужна! Потому что, она от тебя!

– Закрой рот! – хватаю девушку Паши за волосы.

– Нечаев, бл#дь! – хватает меня за шкирняк Лукьянов.

– Разошлись! – вклинивается Соколов между нами.

Я отпускаю Вику и отхожу, доставая телефон.

– Не хотите отвезти, ну и хрен с вами! На такси домой уеду! – бурчу со злостью, – Всё равно не останемся.

– Дуру не гони! Андрюха отвезёт тебя с Аленой домой, – подходит ко мне Соколов, – Эмоции не лучшие советчики. А мы твои друзья – не забывай!

Делаю глубокий вдох.

Надо немного успокоиться, чтоб не пугать малышку.

Я не должен пугать свою дочь.

Закрываю глаза, пытаясь взять контроль над своей злостью.

Остальные возле машины Архипова разговаривают.

– Короче, Архипов вас отвезут. Я следом с Мариной подскочу. Поможем расположиться. А Вика с Пашей здесь присмотрят! – подходит опять Сокол, – Не хватало нам еще одной суицидницы.

Кидаю на друга острый взгляд.

– Ну мало ли! – разводит он руками, – Я не знаю, что сейчас у неё на уме. У неё ни родителей, ни родственников. Даже друзей нет, ты говорил. Ей нельзя сейчас одной оставаться. Поэтому Вика побудет с ней!

Я лишь молча киваю.

Сажусь к спящей Аленке, на заднее сидение машины Андрея. Полина садится спереди, к Андрею.

Мы тихо отъезжаем.

Смотрю на спящую дочь.

Но мысли мои совсем не с Аленкой.

Сам понимаю, как права Вика.

У Маши очень много заслуг передо мной, в отличии от моих косяков. Но сейчас, я очень зол. И в моей душе кроме злости и обиды нет места, для других чувств.

Я очень благодарен Вике, что она настояла на их с Пашей пребывании с Машей. Но вслух я никому этого не скажу.

Сегодня я прав.

Я разозлился по причине.

Но почему в душе тупая боль и чувства сожаления.

Я не чувствую себя уверенно.

Хотя и считаю, что прав.

Я отец.

Она должна была сказать мне сразу.

Желчь разливается по горлу.

Она должна была…

Запрокидываю голову.

Всю дорогу едем молча.

В салоне тихо играет музыка. Иногда спереди Полина разговаривает с Андреем.

Мне везёт, Аленка проснулась перед самым домом.

Ребята помогли затащить вещи.

В родительском доме уже есть оборудованная детская, с диваном для взрослого. Именно там я и буду первое время. Тем более, что это соседняя комната от моей. Первое время мне нужна будет их помощь. Потому что мы справлялись вдвоём с Машей. Но я справлюсь и один.

Я научусь.

Спустя час приехал Сокол с Мариной. Они остались на ночь со мной. Марина ответственно готовила вещи к купанию, помогала в приготовлении смеси или кормила Аленку пюрешками. Матвей отвечал у нас за развлечения- погремушки, мягкие зайцы и плюшевые мишки, пищалки.

Тем более, что настроение у Аленки сегодня было на нуле.

Она постоянно капризничала.

Особенно ночью. Всю ночь я не спал, пытаясь успокоить, покачать, обнять, накормить. Но она все равно капризничала. На крики даже приходили ребята, которые тоже не спали.

К утру, вымотавшись Алена уснула.

Я тихо пошёл в сторону кухни, где были Соколов и Марина.

– Я не знаю. Вика говорит, что как он уехал она не вставала. Не ест, не пьёт. Не умывалась. Сначала лежала на полу, у кроватки. Но Паша перенёс ее на кровать. Теперь лежит там. Смотрит в потолок или лежит с закрытыми глазами. Не реагирует ни на что. Вика говорит жутко смотреть даже, – подходя, слышу голос Марины.

– Ты вчера говорила с ней или с утра? – задает вопрос Сокол.

– И вчера и сегодня! Ситуация не меняется! Понимаешь!? Она ушла глубоко в себя! Ночью плакала, слышали всхлипы. Вика боится за неё. Но Паше надо завтра на работу, они сегодня поздно вечером уедут. Вика переживает, боится оставлять её! – продолжает Марина.

– Плохо дело! – вздыхает Соколов.

Захожу в кухню и разговор обрывается.

Марина ставит тарелки с завтраком на стол.

– Ночами всегда так? – хмуро спрашивает Матвей.

– Нет. Сегодня впервые. Адская ночка! – потираю устало лицо.

– Она скучает по ней! – тихо произносит Марина.

– Свыкнется! Со временем! – огрызаюсь в ответ.

– То есть, вариант поговорить и простить не рассматривается? – бросает Матвей.

– Пока нет! Не могу!

– Ты должен ее выслушать. Я уверена, что можно будет и понять, – Марина смотрит на меня.

– Главное не затягивай! А то может быть и поздно! – бросает Соколов.

Разговор прерывается криком Алены.

Целый день мы опять развлекаем мою дочь.

Но она усердно доказывает нам, что скучает по Марии.

Марина показала видео с Машей, на моем телефоне и Алена внимательно смотрела, прекращая кричать.

– Ма, – лепечет дочь, смотря видео, – Ма!

Сердце сжимается от этой картины.

С помощью телефона и видео с Машей мы смогли прожить второй день. Хотя иногда не помогал даже телефон. Алена плакала и повторяла: Ма!

Друзья бросали на меня укоризненые взгляды.

Но я не заводил разговоры на больную тему.

Хотя самого ломает как наркомана.

Я скучаю по Марии, не меньше Алены.

Но это моя боль.

И я сам не знаю, что хочу больше.

Обижаться на неё и растить в себе ненависть к ней.

Или забить на всё, и поехать к ней, забыть обиды и поговорить.

Это распутье убивает.

Прощать сразу- никогда не было моей чертой характера.

Поэтому сейчас так сложно определиться.

ГЛАВА 27

Маша

С его уходом жизнь для меня остановилась.

Его слова врезаются в память, прокручивая в моем сознании последний разговор.

Не помню что было дальше.

Я тихо лежала и скулила, обнимая ножку Аленкиной кроватки.

Мне все равно, что подумают его друзья. Я не хочу никого видеть и слышать.

Он ушел и забрал мою малышку.

А ведь я поверила в его любовь.

Наивная дура.

Спустя время, друг Игоря – Паша Лукьянов перенёс меня на кровать.

Вика первое время лежала рядом, шептала слова, гладила по волосам.

Но я не реагировала на неё, пребывая в своём мире.

Почему я не сказала ему сразу?

Узнав, что он настоящий отец, я была шокирована.

Я перечитала бумаги несколько раз, прежде чем поверить в это.

Это случайность или судьба?!

Конечно, я очень обрадовалась за Игоря, за нас.

Но есть ли мы?

И сможет ли Игорь принять малышку? Ведь по началу, я реально думала, что он делает это из – за нашего договора, из – за чувства вины.

Но с каждым днем Игорь доказывал свою настоящую привязанность и ответственность.

Несколько раз мне мешали обстоятельства.

Но еще, я боялась.

Видимо, это было ключевым фактором.

Я боялась, что он заберёт Алену и уйдёт к Карине.

Несмотря на все её подлые действия, она настоящая мать Алены и настоящая любовь Игоря.

Ну и чего ты добилась Маша?

Именно того, чего боялась!

Идиотка. Дура.

Он ушел и забрал Алену.

Он не простит мне!

Вика прерывает мои размышления в темноте комнаты, призывая поесть.

Но я отказываюсь.

Ничего не хочу.

Даже видеть, какое время суток.

Начался день или закончился- мне все равно!

Поэтому в комнате плотно зашторено окно.

Закрывая глаза, проживаю наши совместные моменты вновь – игры с Аленой, улыбки Игоря, кормление и переодевания малышки, объятия и ласки Нечаева, наши занятия любовью.

Слезы тихо бегут по щекам. Я тихо всхлипываю.

Видимо настала ночь, потому что Паша и Вика лежат на диване, в темноте.

Вика специально оставила дверь приоткрытой – переживает за меня.

Они все, хорошие ребята.

А я сделала подлость, поддаваясь своему страху потерять любимых и дорогих мне людей.

Может потому что за всю жизнь рядом никогда не было таких людей.

Игорь и Алена – я правда считала нас семьёй.

Хотя я и не взяла фамилию Игоря при браке, чтобы не менять документы и не обременять их семью.

Следующий день проходит так же.

Телефон я отключила и бросила в тумбочку.

Меня ни для кого нет.

Даже у меня теперь нет МЕНЯ!

Без них, жизнь не имеет смысл.

Со слов Вики Пашу вызывают на работу, да и Вике надо ехать, ребята даже без вещей.

Ведь их проживание со мной, было не запланировано.

Но Вика настояла на утреннем отъезде, поэтому вторую ночь они проводят со мной, уезжая утром.

– Извини, я не могу остаться. Максимум два – три дня и мы приедем. Я не бросаю тебя. Я включила твой телефон. Буду звонить. Отвечай! Хорошо? – крепко обнимает меня Вика.

Я стою в прихожей, облокотившись на стену. Сил нет, потому что я не ела двое суток.

Молча киваю.

Мы оба понимаем, что я не возьму трубку.

– Вы не обязаны ребята! Я больше не часть вашей компании! – произношу сухими губами.

– Не говори так! Все образуется! – произносит Павел.

– Ты моя подруга, независимо от всего этого! – Вика прижимает меня, плача.

– Езжайте! Аккуратно на дороге! – пытаюсь улыбнуться.

– Поешь, я всё приготовила! Я приеду! – Вика на последок сжимает мои руки, – Я бы не оставила тебя, но Полина расстроилась и легла в больницу на сохранение, Андрей почти всегда там. Матвей с Мариной помогают с Аленой. Нас некому раздежурить.

– Все нормально! Живите, любите, творите! Я справлюсь! – сжимаю ладони Вики в ответ.

Закрываю дверь на замок и опять ложусь.

Время проходит мимо меня.

Звук в телефоне я выключила. Иногда экран загорается в темноте комнаты, но я не реагирую.

Сколько дней прошло с момента, как Игорь ушел, я не знаю.

В голове постоянно крутятся его слова.

Он подумал, что я искала свою выгоду в этом всём!

Решаюсь на действия.

Хватит лежать.

Оказывается сейчас глубокая ночь.

Складываю вещи Алены в сумки и коробки. Так же собираю вещи Игоря.

Оставляю себе лишь его одеколон.

На память.

Складываю свои вещи.

Вот и рассвет.

Включаю звук и смотрю свой телефон.

Пропущенные от девчонок: Вика, Марина, Полина, еще много пропущенных от родителей Игоря.

Я не готова к разговору с ними.

Выхожу из нашего общего чата.

Думала Игорь меня уже удалил, но видимо забыл.

Я не их компания теперь.

Пишу Вике сообщение:

" Привет. Я нормально! Не беспокойтесь! Не надо приезжать! Спасибо за всё! Вы очень все хорошие! Мне надо разобраться в себе! Дай мне время! "

Закрыв квартиру, иду с сумкой к остановке.

Пролистываю объявления в телефоне.

Нахожу подходящий по-моему бюджету вариант.

Весь день я бегаю по инстанциям, организациям. Подготовка занимает несколько дней.

Симку я выбрасываю и покупаю новую.

Мне надо потеряться.

Эти дни я пью воду,ем перекусы.

На большее меня не хватает.

Лишь когда готовы документы, я отвожу их обратно на квартиру и зарываюсь в своей новой комнатке.

Я сняла гостиную, в очень неблагополучном многоквартирном доме.

Теперь я могу…

Начать сначала…

Нет!

Я не могу.

Я устала выживать в этом мире.

Говорят, что нам даются испытания, которые мы можем пережить. Только я больше не могу.

Закрываю дверь, зашториваю окна, отключаю телефон.

Ложусь и закрываю глаза.

Я трусиха.

Побоялась сказать вовремя!

И все сломала.

Сама виновата.

Движимая целью, я смогла прожить эти пару дней, горя в своей агонии.

Теперь, смысла жить больше нет.

Как там моя малышка?

Где сейчас Игорь? Как быстро он забудет меня?

За стеной шумно.

Сначала играла музыка, был слышен смех. Сейчас громкие маты и грохот.

Жизнь переменчивая штука.

Руки на себя наложить не смогу.

Буду просто существовать.

Желания жить нет.

Иногда я встаю, даже спускаюсь на улицу, чтобы подышать.

В подъезде стоит вонь, иногда спит кто – кто-нибудь в углу.

Один раз я встретила в подъезде парня с нашего приюта. Мы вместе росли. Потом он связался с наркотиками и мы особо не общались.

Да и сейчас, поздоровались и разошлись.

Видимо вот моё место!

Для семьи я не создана!

А то, что мне дала судьба, я сама разрушила.

Постоянное самопоедание не даёт покоя.

Я перестала нормально питаться, похудела осунулась.

Кожа бледная, глаза и волосы блеклые.

Я выгляжу как живой труп.

Я не хочу никому нравится!

И мне никто не нравится!

Я люблю Нечаева, к сожалению.

Я люблю Алену!

Но Игорь не дал мне даже шанса, всё объяснить!

Видимо нам изначально было не по пути, а мы пытались противостоять судьбе.

ГЛАВА 28

Игорь

После вторых суток, во время дневного сна, оставил Соколова с Мариной и поехал на разговор.

Назначил встречу в кафе, самом ближнем от моего дома. Оставлять дочь надолго нельзя.

– Что тебе надо Нечаев? – кокетливо произносит Карина вместо приветствия.

– Сама расскажешь про свой обман? Или помочь! – хватаю ее за запястье.

– Какой обман? – усмехается стерва.

– Лживая тварь! Как ты могла? Ты сказала мне что наша дочь умерла! – рычу в ответ.

Лицо Карины бледнеет. Она отводит взгляд.

– Тебе даже не стыдно? Ты отказалась от дочери? Ты объявила ее мёртвой! Карина, я не святой, но даже для меня это дикость! Это наша дочь!

– Я говорила тебе, что не хочу детей от тебя! Но мы развелись с Соколовым уже на большом сроке, аборт не сделать! Пришлось рожать! Хорошо она хоть раньше вышла, не девять месяцев сидела!

– Ты не человек! Ты тварина!

– Ой ладно! Нашёлся святой! Откуда ты узнал? – выгибает она бровь.

– Не твоё дело! – огрызаюсь в ответ.

Я не расскажу ей про Алену. Она не заслуживает.

Мне противно даже находится рядом с этой мразью. Как я мог любить её. Убивался по ней. Ссорится с другом.

– Тебе не интересно, как она, где? – всматриваюсь в глаза девушки.

– Нет! Моя дочь умерла! – чеканит она в ответ.

Я молча вздыхаю.

Она реально никого не любит.

– Все прошло гладко. Зачем ворошить прошлое. Ребенок найдёт свою семью. Вставать ночами, пить нельзя, есть не всё, варить кашки, убирать какашки. Я еще не готова к этому. А ты тем более! У нас с тобой свои жизни. Мы молоды, свободны. Впереди много перспектив. Ты еще должен спасибо мне сказать, что я разрулила ситуацию. У нас нет с тобой хвоста, – произносит Карина улыбаясь.

Я в ужасе смотрю на девушку, которую считал несчастной и в свое время любил.

Хорошо, что чары любви давно развеяны.

В голове прокладывается непроизвольно параллель.

Мария добровольно взяла на себя материнство чужого ребенка. Делала все с радостью, улыбкой, заботой и лаской. Вставала ночами, качала дочку, переживала за неё.

А родная мать, считает ребенка обузой.

– Спасибо! – цежу сквозь зубы и ухожу молча.

Рядом с ней находится даже не хочу.

Безчувственная женщина.

О встрече с Кариной никому не говорю.

Слишком противно признавать, что я с ней встречался.

На что надеялся? На сожаление? Раскаяние?

Это не про Карину.

Хорошо что судьба уберегла нас с Соколом от неё!

Прошло четыре дня, как я покинул Машу.

Алена до сих пор еще капризничает, но я уже начинаю привыкать.

Только на душе не спокойно. Постоянно думаю о ней.

Даже если засыпаю, то просыпаюсь от кошмаров.

Душа рвётся на части, от разлуки.

Люблю её! По-настоящему люблю! Всей душой и телом.

Даже моя ненависть не вытесняет любовь к ней.

И самое пугающе, что это чувство сильнее и другое, чем было с Кариной. Будто более зрелое и обдуманное.

Сегодня вечером прибудут родители. Из – за туманов, их рейс задерживали. Они звонили, спрашивали почему Маша не отвечает. Я ничего не говорил о нашем разрыве, поэтому врал про занятость девушки.

Звонил Лукьянов, сообщил что они прибыли в город, вызвали его на работу. Маша осталась одна. Вика вторые сутки не может дозвониться до неё.

Сердце пропускает удар.

Она не станет творить глупостей.

Но мысленно разум подбрасывает кошмарные идеи.

Маша разумная девушка.

Рядом у неё никого нет.

Она одна!

Смотря на Аленку, думаю о Маше.

Родители приезжают из аэропорта сами.

Мы встречаем их с Аленой вдвоём.

– Моя золотая внучечка! – целует мама Аленку, – Бабушка подарочки привезла. И тебе и родителям. А где Маша?

– Здорова сынок! Где Золушка? Тут ей фея крестная подарки привезла! – шутит отец, пожимая мою руку.

– Нам надо поговорить! – выдавливаю из себя.

Родители тревожно переглядываются.

Мама садится на диван. Отец забирает внучку и садится на ковёр в гостиной. Они любят играть на полу.

– Что случилось? Где Мария? – волнительно спрашивает мама.

– Я знаю, что это звучит неправдоподобно. Но Алена, моя настоящая дочь! Карина родила ее и отказалась после родов. Оказывается при Алене были все соответствующие документы, – начинаю спокойно объяснять родителям.

– Так это же здорово. Значит Алена нам настоящая внучка! Это судьба! – улыбается мама.

– Это еще не всё! – останавливаю эмоции матери.

– Что – то случилось? – выгибает бровь отец.

– Маша узнала это! И промолчала! Она мне не сказала сразу. Я узнал случайно! Понимаете? Как она могла? Она сделала это специально! – начинаю заводиться.

– И что? – фыркает мама.

– В смысле, что? Она предала меня! Хотела молчать и дальше! Чтобы я был рядом с ней! – вскакиваю и начинаю ходить, – Подожди, что за реакция? Ты знала?

Всматриваюсь в лицо матери.

Не может быть!

– А ты думал, что я бы просто разрешила тебе расписаться неизвестно с кем и удочерить неизвестно кого! Тем более, что я занималась вашим процессом, естественно я изучила все документы. Я разговаривала с отцом Карины. Они никаких прав не будут иметь. Маша сразу не знала. Мы использовали ее в слепую. Это судьба сынок! Понимаешь?! Судьба, что Маша предложила тебе эту сделку, не зная, что ты настоящий отец! – утвердительно разъясняет мама.

– Почему не сказали мне!!! – повышаю голос.

– Ты был не готов! А ради Марии согласился. Решили посмотреть развитие событий. Конечно, мы бы уже не отпустили нашу Аленушку. Но дали время тебе повзрослеть и изменить приоритеты и ценности в жизни.

– Так, а где Мария? – вклинивается отец.

– Она осталась там! Я забрал Алену и уехал. Мы расходимся! – отвечаю в ответ.

– Что? – охреневает отец от моих слов.

– Из – за чего? – встревожено спрашивает мама, – Из – за того, что она не сказала? А ты с ней был, по сделке? Или ты хотел и желал с ней быть! А Аленка уже шла как дополнение, к которому ты привык и привязался душой!

– Да! Она предала! И ты тоже! Как вы могли использовать меня в слепую!? – спрашиваю в отчаянии.

– А по по-другому ты не взрослеешь! Скажи я сразу, что было бы?! Ты с Аленой побежал бы к Карине! Бросил Марию, которая любит тебя и твою дочь, как родную. Или поехал бы в клуб отмечать! Рядом с Марией, ты стараешься брать ответственность, учишься быть любимым и любить, имеешь контроль над своими эмоциями! – отвечает мама.

– Вы не верите в меня! – кричу в ответ.

Алена пугается и начинает плакать.

– Мы дали тебе время, поверить и разобраться в своих чувствах. Я думал, ты любишь Марию. И это известие, только укрепит ваш союз. А ты опять позволяешь преобладать эмоциям над собой! – укоризненно произносит отец, успокаивая внучку.

Запускаю руки в волосы и сажусь на диван.

– Ты любишь её? – звучит твёрдый вопрос отца, над головой.

– Да! – рычу в ответ.

– Значит простишь! Она ничего тебе плохого не сделала. Не обидела, не предала! Просто сама боялась твоей реакции. А ты и рад стараться! Поссорился с девчонкой! Мы хотели сегодня за семейным ужином рассказать, – продолжает отец.

– Не могу! А как дальше? Она всегда будет что – то скрывать!

– Дуру не гони! Ошиблась девчонка. Поговорите. Всякое в жизни бывает. Но Мария твою шкуру спасла и уже не раз. И простила тебе не раз, твои действия. Взять хотя бы твой секс с Кариной в клубе! – укоризненно звучит голос отца.

– Откуда знаешь?

– Я всё знаю про тебя сын! И плохого никогда не посоветую с матерью! И Марию твою мы тоже изучили. Именно она даст спокойствие твоей душе и настоящую любовь матери, нашей Алене, – констатирует отец.

– Когда вы поссорились? Почему абонент недоступен? – хмурится мама.

Я рассказываю события последних четырёх дней.

– О Боже! Ты должен сейчас же поехать к ней! Как ты мог так поступить, Игорь! – возмущается мама.

– Я еще и виноват! – удивляюсь в ответ.

– Не будь дураком. Упустишь ее, будешь всю жизнь жалеть! Она единственная, кто принимает тебя таким, какой ты есть. Я не считаю, нас с матерью и твоих друзей. Тебе же рядом с ней было хорошо?

– Пап, да было классно. Но..

– Классно, это на одну ночь поспать и забыть! – произносит отец и тут же получает жёсткий взгляд от матери, – А ты с ней жил не один день. Помогал в быту, спал ночами, вели совместные дела, вместе растили дочь. Вашу дочь!

На последних словах отец делает акцент.

– Бедная девочка. Сколько предательства и бед выпало на ее голову. И нас не было рядом. Она четыре дня одна! Вадим, надо ехать! Я с ума сойду. Я наконец – то жила спокойно, думая что ты уже нашел свою половину. Тем более, что она искренне любит тебя и Алену, – мама прижимает внучку, качая на руках.

– Надумаешь, я отвезу! – бросает отец, – Мы не навязываем. Разберись сам. Только потом не жалей, сам дурак!

Родители забирают Алену и идут в детскую.

Я остаюсь в гостиной один.

Они правы.

Маша всегда была за меня. Даже когда ей было больно, она приехала ко мне, больному в комнату. После моей измены.

Простила после ДТП.

Доверилась мне в постели, после всего, что она пережила от Такаева.

С этими мыслями я провожу несколько часов.

Нам надо поговорить.

– Пап, отвезёшь? – заглядываю в детскую.

– Без проблем! – произносит одобряюще отец.

На лице матери улыбка.

ГЛАВА 29

Игорь

Пустая квартира встретила нас тишиной. Коробки с вещами и игрушками. Но главное, что отсутствовали вещи Маши.

На кухне, на столе записка:

" Ты ошибся, мне ничего не надо от тебя было материального! Так же, как я ошиблась в твоих чувствах ко мне. Будь счастлив. Спасибо за всё, твоим родителям и друзьям.

Возвращаю тебе всё, что не моё! Ключи в почтовом ящике! "

Рядом лежат документы на квартиру, переоформленные на меня. И счет в банке, на моё имя. Вся сумма, которую ей выплатил мой адвокат, после ДТП, переведена мне.

– Дура! – бью кулаком в стену.

– Ты её что, деньгами попрекнул? – спрашивает отец хмуро, читая записку.

– Хотел нагрубить! Со злости! – отворачиваюсь к окну.

– У тебя вышло! Никогда в ней не сомневался! Гордая! – хмыкает в ответ, – Мысли есть, где может быть?

– У неё нет никого и ничего. Она квартиру снимала до этого. А так, ни родни, ни друзей! – произношу с горечью.

– Вещи увезла, значит сюда не вернется! Поехали домой, подумаем! – отец идет к дверям.

В ответ молча киваю и выключаю свет.

Закидываю в машину сумки с вещами и игрушками.

Пока мы ездили, мама уложила Алену спать.

Родители молча бросают на меня вопросительные взгляды.

Я отписываюсь в чат друзьям, о своей поездке.

– " Чего так долго ждал? Вот и результат! " – пишет Паша Лукьянов.

– " Где искать будем? " – спрашивает Матвей Соколов.

– " Хоть бы все нормально было! Чего там у неё на уме?! " – от Андрея Архипова.

– " Надеюсь будешь искать? " – задает вопрос Паха.

– " А что есть другие варианты? Или не простил ещё? " – удивляется Андрей.

– " Решать тебе! Но это реально шанс на твоё – долго и счастливо! Не просри!" – подитоживает Сокол.

Забрасываю телефон.

Даже друзья были изначально на ее стороне.

И не потому что они подкаблучник, а потому что реально я не дал нам шанса.

Быстро всё разорвал и свалил.

Дебил несусветный.

А вот теперь, я пытаюсь разобраться в себе и своих чувствах.

Обиды и злости нет.

Внутри чувство, вселенской потери.

Я опять накосячил.

Вспылил.

Сейчас, наш конфликт не кажется такой большой проблемой.

Ну поговорили бы.

Поорал и забыл бы! Уверен, что она сказала бы, просто сама растерялась.

А теперь, я понимаю, что не знаю где она!

И это меня волнует.

Эти дни, я был уверен, что она дома.

И меня так не крыло тревогой.

Сейчас я бессилен.

Я не знаю где она!

А главное, я хочу быть с ней!

Я люблю ее и не могу без неё.

На стену хочется лезть, от безысходности.

Отказываюсь от ужина, родители относятся с пониманием и не донимают.

Лёжа в комнате смотрю в потолок.

Что имеем не храним, как говорится.

А теперь я не просто плачу, я вою без неё!

Полночи смотрю на спящую Алену. Она часто зовёт Ма. Ведь Маша сразу называла и приучивала Алену, что она мама. А теперь ребенок не может понять, куда пропала Ма.

И я не могу понять.

С приездом родителей малышка стала спокойнее. Ласки и внимание моей матери, как женщины положительно сказывается на моей дочери. Этого я конечно дать не могу. Но моя мама не заменит нашу Ма.

Девочка моя.

Наша Ма.

Моя Маша.

Где ты?

Маша.

В дверь стучат. Если бы это было пару раз, я бы не вставала. Но стук настойчивый, уже минут пятнадцать.

Может это Игорь?

Зачем ему меня искать?

Я чужая для них.

Ослабленная, тихо открываю дверь.

– Привет, крошка! Я тут мимо проезжал, дай думаю проведаю! – произносит с сарказмом Такаев и запихивает меня обратно в мою комнату, заходя сам.

В его руках пакет.

Это настораживает.

– Что тебе надо? Как ты меня нашел? – шепчу сухими губами.

Думала, хуже уже некуда.

Но судьба роковая штучка, преподносит новые удары.

– Я не искал. Это сплошная удача! Наш общий знакомый, сдал тебя. Живет тут, через пару квартирок. Помнишь его? – скалится Такаев.

– Зачем я тебе? Ты уже все получил! – обессиленно сажусь на диван.

– От тебя да! Но не от Нечаева! Он должен поплатится за то, что напал на меня! А раз он пришел тогда биться за тебя, значит ты его слабое место! – Такаев одним рывком хватает меня за волосы и стаскивает на пол.

Достаёт одной рукой телефон и что – то печатает.

– Ты ошибаешься! Мы не вместе! Ему плевать на меня. Я ему никто! – отвечаю, морщась от боли в затылке.

– Загонять не надо мне! – рычит в ответ мой собеседник, стягивая волосы крепче.

И тут я начинаю смеяться.

Нервы мои сдали и пришла истерика на помощь.

– Посмотри вокруг. Где я нахожусь! Думаешь Игорь сюда пришел бы? – произношу сквозь смех.

На смену смеху приходят слезы.

– Твои расчёты терпят крах. Мы с Игорем чужие люди. Взять у меня нечего. Невинность, ты уже отобрал! – произношу, смотря в глаза своего мучителя, – Ты можешь забрать мою жизнь! Убей меня! Слышишь? Убей. Я устала так жить! Не могу больше! Убей меня!

Такаев пинает меня своим ботинком и отступает на шаг.

– Что он сделал с тобой? – качает головой, – Даже после меня, в тебе были силы начинать сначала.

Я молча лежу на полу.

Мне все равно.

Хуже уже не будет.

Что бы он не делал сейчас, внутри меня пустота.

Игорь забрал мою жизнь, душу, все мои эмоции и мою малышку.

Такаев открывает пакет и достаёт цепь и бутылку с водой.

– Что ж посмотрим! – бросает Такаев и одевает на мою руку железный браслет, с длинной цепью.

Хватает меня за скулы, пытаясь открыть рот.

– Пей! – хрипит он.

– Я не хочу! – сжимаю зубы.

– Пей дура! Я тебя так любил в этом приюте. Чистая, наивная. Готов был всем горло перегрызть за тебя! А ты не оценила! Тогда еще слово дал себе, что будешь моей! Вот и оприходовал, чтобы слово сдержать! – произносит внезапно Такаев.

Он силой заливает жидкость мне в рот. Я начинаю давиться и кашлять.

Такаев ждёт пока я глотаю жидкость и откашливаюсь.

– Любил? Да ты просто хотел со мной переспать! Потому что из зрелых, я была одна девственница! Я знаю про ваш спор! – скалюсь в ответ.

– Да при чем тут спор!? Я хотел именно тебя! Игореша не дурак, тоже повёлся на тебя! Хотя ты совсем не его типаж! – сплевывает на пол Такаев, – Но мордой об капот меня бить не стоило. Я такого не прощаю. Даже бывшим корефанам!

– Всё это напрасно! Я же сказала! Я ему никто! Не трогай его! – хриплю в ответ.

– Переживаешь за него? Безответная любовь что ли?! Знаем такое! Вот и посмотрим, кто кого по-настоящему любит! – усмехается Такаев

Конец цепи он берет в руку и рывком дёргает меня. Я медленно встаю на ноги.

Силы покидают меня.

Сил сопротивляться нет.

И смысла тоже.

Глаза медленно слипаются.

Такаев зовёт кого – то командным голосом, даёт указания.

Но слова теряются в шуме, который шумит в моей голове.

Меня берут на руки и я окончательно выключаюсь.

ГЛАВА 30

Маша

Открыв глаза, я понимаю что вокруг шумно.

Я лежу на диване, по виду вокруг, это похоже на клуб. Слышна музыка, разговоры.

Только слишком темно. И людей мало.

Над столиком, стоящим у дивана хорошее освещение, но дальше полумрак.

– Очнулась! Как самочувствие малышка? – скалится сидящий рядом Такаев.

– Зачем я тебе? – шепчу в ответ.

– Я же сказал, ты платишь за грехи своего Игоря!

– Я сказала тебе, что он не мой. Мы чужие! Я никто! – опять срываюсь в истерику.

Тело ломит, на руке по-прежнему браслет с цепью.

Что в голове у этого отморозка?

Рядом с ним его верные друзья. Те самые, что были с ним, когда он насиловал меня.

Отвращение к этим людям навсегда.

Они постоянно что – то пьёт, жует какие – то таблетки.

– Вот сейчас и посмотрим, кто вы друг другу! – ухмыляется Такаев, под ржач своих дружков.

Не знаю сколько проходит времени, Такаев ведёт переписку в телефоне, его друзья иногда отлучаются от стола. Я тихо сижу на диване. В теле ватность и упадок сил

Впереди неизвестность.

С улыбкой на лице, к Такаеву подходит парень в капюшоне.

– Здорова, братан! – протягивает руку Такаеву.

Я поднимаю голову и встречаюсь с ним глазами.

Игорь! Нечаев!!!

Он нашел меня! – ликует моя душа.

– Садись бродяга! Что надоела скучная жизнь? – переводя взгляд с Игоря на меня спрашивает Такаев.

Их дружелюбие вводит меня в ступор.

– Да задолбали все! Давят со всех сторон. Родители, пацаны. Понаходили себе девочек и строят из себя правильных! Не могу больше держаться! Хочу в отрыв, как раньше! – садится Игорь рядом с Такаевым, напротив меня.

Я чувствую от него запах алкоголя.

Где Алена? На кого он ее оставил?

Если он вернулся к своей разгульной жизни, что с малышкой?!

По телу бегут мурашки. На мне домашний сарафан, на широких бретелях, белого цвета, и меня знобит.

Именно в нем я лежала, отдавая себя жалости.

– А как же претензии, по поводу данной особы?! – указывает на меня кивком головы Такаев.

Игорь начинает смеяться.

Его смех пропитан презрительностью.

Это не тот Игорь, которого я знала. Это тот, который сбил меня пьяный за рулем.

– Давай зароем топор войны. Тем более, что мне тоже хорошо прилетело в прошлый раз. Реально, черт попутал. Накрыло с головой. Как тебя, когда ты не смог удержаться, чтоб не раздвинуть её! – с улыбкой произносит Нечаев.

Я сижу в ужасе.

Этот человек говорил, что любит меня.

Ему я добровольно отдавала свое тело.

Отдала свою душу и сердце.

В его глазах, ни капли любви.

Лишь холодный липкий взгляд.

– Считаю, что пацаны не должны ссориться из – за девок. Их вон сколько! – щёлкает пальцами Игорь, – Тем более, из – за неё! Она не лучше других. Так, на пару раз сошла! Не более!

Его слова вонзаются в меня, как иглы.

Прекрати!

Взгляд холодный, слова жестокие.

Зажмуриваюсь от боли.

– На пару раз. Ты меня заинтриговал! Может как раньше, вдвоём её потискаем? – подмигивает Такаев Нечаеву.

Меня начинает тошнить.

В горле ком.

– Потискаем? Аха – ха! – смеётся Игорь, – Ты имел ввиду поимеем вдвоём!

Я с ужасом смотрю на недавно любимого мною человека.

Такаев сканирует взглядом Игоря.

– Можно и так! Если хочешь! Мне она уже не интересна! – спокойно отвечает Игорь.

Что??? Серьезно?

Они хотят это сделать? Со мной?

Тело холодеет от ужаса.

Больные извращенцы.

Я рвусь уйти, но цепь натягивается и поднявшись с дивана, я резко падаю обратно.

От взгляда Игоря не ускользает мой железный браслет и цепь.

– Сама разденешься или помочь? – с улыбкой произносит Такаев, – Вот я и поставлю тебя на колени. Даже не представляешь, как я мечтал это сделать. Еще со времён нашей сиротской жизни! Кстати Игорь, ты научил ее азам орального секса?

Игорь даже не смотрит в мою сторону.

Какой стыд.

Что они вообще обсуждают!!

– Нет. Ты же знаешь, я люблю профессионализм в этом деле. Зачем бы я связывался с неопытной девицей! – произносит Нечаев с брезгливостью.

Если они…

Такого я и правда никогда не делала. Да и Игорь никогда не просил, был со мной деликатен и нежен.

Но это было давно…

Сейчас передо мной другой Игорь.

Не прощу!

Никогда!

Прокляну!

– Лучше убейте сразу! – шиплю в ответ, – Ненавижу вас!

В глазах стоят слезы от страха, но я держусь, не давая им пролиться.

Отворачиваюсь от них обоих.

Такаев резко дёргает за цепь, заставляя меня встать с дивана.

– Иди сюда, девочка! – облизывает он свои губы.

Страх сковывает мое тело. Сердце бьётся с бешеной скоростью. Дыхание перехватывает.

Лучше умереть!

Лучше умереть!

– Тебе должно понравится! Не зря же я в тебя волшебную водичку влил! – продолжает Такаев, натягивая цепь.

На Игоря я даже не смотрю.

Слишком больно.

Предатель.

Что с Аленой сейчас? Сказал ли он родителям?

Может он как и Карина, отдал малышку в приют и живет себе спокойно.

Такаев стягивает меня с дивана, я оказываюсь на полу.

Пытаюсь быстро встать, но он пинает меня ногой, не давая подняться.

– Подожди! А что мы на сухую будем? Я думал оторвемся! Я устал уже быть в завязке! – произносит Нечаев.

– Ну давай, – лениво произносит Такаев.

Они пьют по стакану янтарной жидкости, медленно закуривают и пускают дым в потолок. Каждый лазит в своём телефоне.

Но внезапно Такаев щёлкает пряжкой ремня на джинсах.

Я зажмуриваюсь, обливаясь слезами.

– Стой! – резко выкрикивает Игорь, – поехали отсюда. Тут много свидетелей. Бери её с нами!

Они еще немного переговариваются, но уже шёпотом.

От шума в голове, я не могу разобрать их слов.

В итоге Такаев ведёт меня к своей машине.

Меня садят назад. Игорь садится спереди. Такаев за руль, по по-прежнему держа мою цепь одной рукой.

Я не сопротивляюсь.

Они найдут меня.

Да и куда бежать?

Смирись.

Смирись, что ты никто для них!

Смирись, что твоя жизнь, ничего не значит для них.

Смирись, что твоя любовь, ничего не значит для него.

Мы едем по ночной дороге.

– Я нашел ночное шоу. Может туда свалим? – вставляет Игорь.

– Думаю у нас будет своё шоу. И думаю намного интересней! – скалится Такаев.

– Да что с неё взять. Не умеет она ничего. Зажатая вся! Не интересно, – бурчит Нечаев, – Давай по дозе и на крыльях ночи.

– Ты же завязал с таблетками? – прищуривается Такаев.

– Говорю же, я открыт для новых горизонтов! Надоели эти ограничения! Хочу свободы! – смеётся Игорь в ответ.

– А Машку куда? В багажник положим! – начинает смеяться Такаев.

– Да прям тут выкинем! Может кто подберёт! – выдаёт Игорь.

Они совсем сумасшедшие.

Их надо изолировать от общества.

– Нахрен она нам! Мы там уже побывали! Найдём себе новые развлечения! Тормози.

Такаев медленно останавливается на ночной пустой дороге.

Вокруг лесополоса.

Мы за городом.

Игорь выходит и открывает мою дверь.

– Давай выходи! Твоя остановка! – произносит грубо, дергая за цепь, которую дал ему Такаев.

– Вы с ума сошли! – выхожу из машины.

На улице холодно. Оглядываюсь вокруг.

Обнимаю себя руками.

– Ненавижу тебя! Ненавижу! – шепчу сквозь рыдания.

Нечаев молча смотрит на меня.

– Ну что там? А то я сейчас передумаю! – орёт Такаев.

На горизонте появляются фары.

– Все будет хорошо! Они позаботятся о тебе! – шепчет Игорь, смотря на фары приближающейся машины.

– Кто? О чем ты? – спрашиваю так же тихо, как он.

Но Игорь разворачивается и идет к машине.

Садится в салон и они медленно начинают отъезжать от меня.

Неизвестная машина наоборот приближается слишком быстро и тормозит возле меня.

Из неё выбегают дружки Такаева.

– Нет! – кричу я и кидаюсь с обочины вниз, к лесу.

Но они хватают меня за руки.

Вижу как тормозит машина Такаева.

Меня грубо запихивают в салон.

Через лобовое стекло вижу, как резко срывается вперёд машина с Игорем и Такаевым.

Подлец.

Ненавижу тебя Нечаев!

ГЛАВА 31

Игорь

Уснул под утро. Проспав пару часов, встаю разбитый.

Голова гудит, как после пьянки.

Где же ты, моя девочка?

В который раз корю себя за импульсивность.

Рядом с запиской и документами, Маша оставила свое кольцо. Наше свадебное.

Она его сняла и оставила мне.

Конечно я забрал его.

Повесил себе на цепочку, на шею.

Лежа в кровати смотрю, как лучи солнца создают блики на золотом ободке.

Перевожу взгляд на свою руку с кольцом.

Если бы можно всё вернуть.

Сумел бы я взять под контроль свою злость?

Ответа нет.

Я не умею контролировать себя.

К обеду приезжают друзья, как всегда с подарками для моей дочери.

Полина еще в больнице. Марина осталась дома, помогает матери Матвея. Вика же приехала, но со слов, лишь ради Аленки.

После нашего разрыва с Машей, общение с Викой стало напряжённым.

Мы сидим в детской, Вика на полу играет с Аленкой.

– Что думаешь делать? – спрашивает Матвей.

– Я не знаю, где ее искать! – опускаю голову.

Наступает тишина.

В телефоне загорается сообщение от неизвестного номера.

Не открываю, но на аватаре знакомая машина.

Это номер Такаева.

Я же удалил из телефона все контакты, связывающие меня с разгульной жизнью.

В сообщении одно лишь слово: " Реванш!"

Да, тогда мы не закончили, но сейчас мне не до него.

С ним я еще поговорю. Но позже.

Телефон вибрирует новым сообщением.

" Если что – то потерял, то я могу помочь найти!"

О чём он?

– С кем связь держишь? – спрашивает Паша, сканируя меня взглядом.

– Усиленно раскидывает мозгами, аж лоб хмурит! – ржет Матвей.

– Такаев пишет! Хочет реванш! – бросаю в ответ друзьям.

Матвей подходит и заглядывает в мою переписку.

Читает вслух сообщения Такаева.

– Вот он черт! – бросает Паша.

– Паша, тебе же нельзя! У тебя условный срок. Вдруг он вас подставит! – тут же вклинивается Вика.

Она права.

Лукьянову не вариант светится в разборках.

– А про что он? Что ты потерял тогда? – хмуро спрашивает Соколов.

– Да ничего вроде! Если только мозги вылетели через ухо, после биты! – усмехаюсь в ответ.

– Самое главное, что ты Машу потерял! – фыркает Вика и тут же кидает в меня острый взгляд.

Я не успеваю озвучить свою догадку.

– Игорь, только не говори что она может быть у него!? – подбегает Вика, – Только не это!

Я нервно сглатываю.

Кроме Маши я ничего не терял!

Но как он вышел на неё?

И где она сейчас!?

– Я убью его! Честное слово! – рычу, сжимая телефон.

– Стоп! Надо подумать! Раз он сам пишет, значит это приманка к очередной ловушке! – размышляет Соколов, – Нужен план.

– Она не вынесет! – причитает Вика, – Умоляю тебя, спаси её! Пусть вы в ссоре, и ты поступил с ней жестоко, но ты же не такой как он. Это чудовище! Игорь!

В груди стягивается узел боли.

Моя девочка у Такаева.

Сомнений нет, что он имеет ввиду Марию.

Если с ней что – то случится – виноват я! Я бросил её.

Оставил без защиты.

По плану списываюсь с Такаевым и назначаю встречу.

Он зовет меня в один из его вечных баров.

Увидев её – сердце сжимается.

Обессиленная, бледная.

Когда наши взгляды встречаются вижу в ее глазах огонёк надежды.

Но я уверенно гашу его.

Выбора нет другого.

Я должен втереться Такаеву в доверие.

Не должен показывать свои чувства.

И по реакции Маши, я понимаю, что отыгрываю отлично.

Она искренне верит, что я такой же отморозок как и Такаев.

И вроде все идет по плану, но душа рвётся на части.

Браслет и цепь.

Унижения в ее адрес.

Наблюдать всё это больно для меня.

Меня трясёт от злости.

Я хочу убить его.

Сколько ненависти и боли в ее глазах.

Мне удаётся уговорить его, оставить ее на обочине.

По плану, сзади должны ехать мои пацаны. Они должны будут забрать Машу и успокоить.

Когда вижу фары на горизонте, вздыхаю с облегчением.

Пытаюсь не выдать себя, но мне хочется обнять ее и успокоить.

Не могу видеть ее страх.

Ее ненависть.

Ее боль.

Сейчас кошмар моей девочки закончится.

Спокойно иду к машине.

Сажусь в салон.

Что за херня?

Из машины выбегают не Сокол и Архипов, а дружки Такаева.

Истошный и отчаянный крик Маши.

Щелкают замки дверей.

– Ты чего? – спрашиваю Такаева, оглядываясь.

Машина резко срывается вперёд.

За поворотом резко сворачиваем на лесную дорогу.

Какое – то время едем по ней.

– Ты куда? Что задумал? – пытаюсь понять этого психа.

Машина останавливается.

– Думал, что я поверю тебе! Ты плохой актёр, Нечаев! – скалится Такаев, достав из под сидения нож.

Он упирает его в мои ребра. Так что из под кожи начинает сочится кровь.

– О чём ты? – пытаюсь быть невозмутимым.

– Я вижу как тебя трясёт! Во – первых – ты не пьяный приехал! Я знаю тебя пьяного! Во-вторых, я вижу как ты реагируешь на неё! Хочешь сказать, что тебе похрен? Нет! Тебя аж трясёт от ее слез! Для чего спектакль? – рычит Такаев.

Я набрасываюсь на него, пытаясь выхватить нож.

Мы боремся. Хватаемся за руки, бьем друг друга по лицу и голове.

Мне мешают мысли о Марии.

Где мои друзья?

Что с ней сейчас?

Такаев попадает ножом по плечу.

В итоге я забираю нож и одним из ударов вырубаю его.

Покидаю салон.

Надо сесть за руль и искать Машу.

Обхожу машину и открываю водительскую дверь.

Притворился собака!

В лицо мне смотрит дуло пистолета.

– Я подготовился! – выходит из машины Такаев, – Думал, что я так просто спущу тебе, то что ты бил меня об капот.

– Мало тебе тогда досталось! – сплевываю кровь с треснувшей губы.

– Или я забуду что ты трахал её! Она отдалась тебе добровольно! После меня у неё никого не должно быть. Она должна жить в страхе и ждать только меня. Хотеть только меня! – несёт он свою чушь.

– Зачем она тебе? Ты не любишь ее! Если бы любил, не смог бы причинить боль!

– Нет. Ты ошибаешься! Или думаешь что ты ее любишь? А как же боль, которую ты ей причинил? После твоего ухода, она отказалась от жизни. Меня она смогла пережить, – произносит Такаев, – А вот ты ее сломал. И сегодня она не узнает, что это была игра. Она будет верить, что ты конченый урод.

– На, посмотри. В галерее, последнее видео! – бросает мне телефон.

На видео Маша, которая просит Такаева ее убить.

– Твои расчёты терпят крах. Мы с Игорем чужие люди. Взять у меня нечего. Невинность, ты уже отобрал! Ты можешь забрать мою жизнь! Убей меня! Слышишь? Убей. Я устала так жить! Не могу больше! Убей меня!

Ее голос пропитан болью и отчаянием.

Она смотрит открытым взглядом.

– Убью! – кидаюсь на Такаева.

Нет сил терпеть его издевательства над ней.

Я сегодня и так много увидел и услышал.

В тишине ночи раздаётся выстрел.

ГЛАВА 32

Маша

Машина Такаева скрывается впереди за поворотом.

Сзади появляются две пары фар.

Друзья Такаева начинает суетиться, пытаясь быстро уехать.

А я залипаю на их фигурах. Спортивные парни, вот только отморозки полные.

Что со мной? Почему я смотрю на них, как на объект желания?

Но одна из машин обгоняет нас и встаёт впереди поперёк дороги.

Вторая блокирует проезд сзади.

Мы в ловушке.

Кто это?

Почему я?

Моя жизнь это не то, что турецкий сериал – это прям крутой боевик!

Но я никогда не хотела приключений.

Я хотела тихую семейную жизнь – я, муж и дети!

Только сейчас доходит, что я видела сегодня на руке у Игоря кольцо. Он носит его. Свое кольцо я оставила ему в квартире.

Зачем он носит своё кольцо?

Муж.

Сейчас это так пафосно.

Не хочу его любить!!!!

Чувствую в себе новый прилив энергии. Мне становится плохо от этого. Видимо это от воды, которую в меня залил Такаев. Мысли скачут от ясного сознания, до томного рассматривания парней.

Эти мысли пугают меня. Но я не могу их контролировать.

Что он влил мне?

Из машины напротив выбегает Матвей и Андрей! У обоих биты в руках.

Что они здесь делают?

Такие мужественные....

Сзади подбегает Вика и Паша.

Двери нашей машины заблокированы.

Друзья Игоря бьют передние боковые стекла и открывают двери. Вытаскивают отморозков на землю.

Вика открывает мою дверь и тянет ко мне руки, помогает вылезти.

Обнимая меня, она видит мою цепь.

Обнимая ее, я испытываю непонятные ощущения.

– Как вы здесь? – спрашиваю, ничего не понимая.

Ее присутствие немного отрезвляет.

– Это целая спецоперация по-твоему спасению! – улыбается она.

Трогает браслет.

– Вот тварь. Как такого земля носит! – ругается Вика.

Впереди, за машиной ребята пинают тех двух парней.

– Зачем вы меня спасаете?

– Прекрати! У тебя стресс! Ребята нужна ваша помощь! – кричит Вика.

Мы отошли к машине Архипова, которая блокирует заднюю часть дороги.

– Ранена? – подбегает Паша, осматривая меня.

Отмечаю про себя, что никогда не обращала внимание, какой он красивый и голос у него приятный.

Боже! Маша стыдно, так думать!

– Нет. Кандалы! – фыркает Вика.

– Ничего себе. Скотина! – ругается Лукьянов, – Потерпишь, дома снимем?

– Если не дергать, то не больно! – отвечаю тихо, кокетливо улыбаясь.

Меня несёт…

Знают ли они про своего друга.

Какой он моральный урод.

– Ты как? – подбегает Матвей.

– О, привет! – за ним Андрей Архипов, – Только Полине ни слова. Меня тут не было.

– Да и Пахи тоже! – тут же добавляет Вика, – мы вообще на концерте рок группы!

– Мне похеру! Спросят, я отвечу. Был тут, помогал другу спасти жену! И по херу мороз! – выдаёт Соколов.

Да у Игоря вообще друзья, как на подбор. Все красивые, высокие и такие хорошие.

Трясу головой, пугаясь своих мыслей.

Что со мной?

Опять стряхиваю с себя наваждение.

– Кого спасти? – переспрашиваю.

– Так, там один проболтался что у Такаева пистолет в машине и нож. Мы с Андреем, за Игорем, вы с Викой – увозите Машку, – командует Матвей.

– Зачем за Игорем? Они поехали на ночное шоу! Они же друзья! – произношу с ненавистью в голосе.

– Значит Нечаев справился со своей ролью! Раз ты поверила! – бросает Павел.

– Всё делимся! Потому что Такаев Игорю не поверил, раз пустил вдогонку своих псов! Игорю грозит опасность! – Матвей садит меня в машину Архипова, – Паха за руль, девчонки сзади.

Матвей с Андреем уезжают вперёд, на машине Соколова. Мы же разворачиваемся назад и едем к Паше с Викой на квартиру. Оказывается я не в своём городке, а в городе Игоря. Такаев меня специально сюда привез, для встречи с ним.

В дороге Вика рассказывает мне про их план.

Как Игорь связался с Такаевым, как должен был сыграть его друга.

Я не знаю чему верить.

Но меня больше сейчас интересует, что я хочу чтобы Паша меня обнял. А еще лучше поцеловал.

Голова приятно кружит, а тело требует прикосновений.

Я не могу вынырнуть из этого омута.

– Паш, останови! Ей походу плохо! – слышу голос Вики.

Я неотрывно смотрю на Пашу, через зеркало заднего вида.

Машина останавливается и он открывает мою дверь.

– Ну – ка выйди на воздух. Тебя тошнит? Кружит? – спрашивает этот красавчик.

Подхватывает меня и достаёт из салона.

Я крепко хватаюсь за его шею.

Вдыхаю аромат парфюма.

Павел ставит меня на землю

Его руки на моей талии, мои на его шее.

Перед глазами встаёт образ Игоря.

Почему?

Я ведь его ненавижу!

Он монстр.

Но я его так люблю!

– Я не поняла! – раздаётся голос Вики в моем затуманенном подсознании.

Открыв глаза понимаю, что я прижимаюсь к Лукьянову и целую его в губы.

Правда он тут же отпихивает меня, я не удерживаюсь и лечу на землю.

– Бля, я тут не причем! Ее походу начали чем – то! – растерянно смотрит на Вику.

Трясу головой. Цепь позвякивает в ночи.

– Вик, ты мне веришь? Я тебя люблю! – оправдывается парень.

– Иди в машину, мы сами разберемся! – холодно произносит Вика.

Паша садится за руль.

Я продолжаю сидеть на земле, не понимая, что происходит со мной.

Осознание бьёт по нервам.

Что я творю?

Вика мне помогала, а я накинулась на ее парня!

Зачем мне Паша, если я люблю Игоря?

Зачем я люблю Игоря, если я ему на пару ночей – неопытная, чужая девка.

– Маш, ты как? – спрашивает Вика, беря меня за руку.

– Вика мне так стыдно! Мне твой парень не нужен! Вика извини меня! Прости! Какой позор! – закрываю лицо руками.

– Дай воды! – зовет Вика Лукьянова.

– Я больше к ней не подойду! – кидает Вике минералку, – А то еще крайний буду.

Мы добираемся до квартиру Вики и Паши.

У меня дикая слабость и Вика просит Пашу занести меня в квартиру.

– Я сказал я не понесу! – отпирается он, – Где Игорь. Ему сейчас бы несказанно повезло.

– Прекрати язвить. Это всё действие веществ! И я это понимаю. Если тебе все равно, то чего бояться! Я рядом! Бери давай! – рычит на него Вика.

Когда уже меня отпустит эта волшебная вода.

Лукьянов опять несёт меня на руках.

Как бы я не противилась, но мне безумно хочется его внимания.

Внимания Игоря, стоящего перед глазами.

Запускаю руку под футболку и провожу по спине.

– Мария прекращай! Иначе Нечаев убьёт нас раньше чем Вика! – рычит в ответ Павел.

Меня опускают на диван, но я не отпускаю парня.

– Игорь, поцелуй меня. Я так соскучилась! – шепчу ему в ответ.

– Вот приедет твой Игорь и обязательно поцелует. Всё! – убирает мои руки со своего тела.

Вика ведёт меня в душ.

Контрастный душ немного приводит меня в чувство.

Поит травяным чаем.

На смену моей одежде, Вика дает белый махровый халат. Меня знобит, поэтому я кутаюсь в него с радостью.

К нам приезжает Марина, девушка Матвея.

Она тоже в курсе и тоже переживает.

Общими усилиями с моей руки снимают железный браслет с цепью.

С момента нашего приезда прошло несколько часов.

Но никто из нас не спит.

Вика повторно рассказывает мне про их план.

Потому что всё что было в машине и по дороге выветрилось вместе с действием веществ.

Правда наш поцелуй с Лукьяновым я помню.

И это стыдно. Ужасно.

Хотя Вика рассказывала это Марине со смехом.

А мне стыдно и неловко.

Я не понимаю, как относится к Игорю.

Его жестокие слова по-прежнему болью отдаются в сердце.

Да и он бросил меня.

Павел с настороженностью глядит на меня.

Поэтому я сижу тихо, не поднимая глаз.

Расспрашиваю Вику про Алену. Она с радостью рассказывает о малышке.

Наконец – то в дверь звонят.

Павел идет открывать. Мы встаём с дивана, замерев в ожидании.

В комнату входит Матвей и Андрей.

На их футболках и штанах видны пятна крови.

– Где Игорь? – срывается с моих губ вопрос.

– Вы нашли его? – тут же спрашивает Павел.

– Нашли! – произносит Соколов, смотря на меня, – Но поздно.

Поздно??!!!

ГЛАВА 33

Маша

– Что значит поздно? – спрашивает Марина.

– Такаев выстрелил! – произносит Соколов и опускает голову, пряча от меня свой взгляд.

Игоря убили?

Становится тяжело дышать.

В глазах собираются слезы.

Мир вокруг начинает кружится.

Я отталкиваю Матвея и пробираюсь к дверям.

Мне нужен воздух.

Мне надо побыть одной.

Выскакиваю в подъезд и сползаю по стене вниз.

Закрываю лицо руками.

Рыдания прорываются наружу.

Какой бы он ни был гад, я люблю его. Всем сердцем – люблю!

Игорь

Такаев попал мне в бедро. По ноге разливается жгучая боль.

Всякое бывало в моей жизни, но огнестрел это впервые.

Больно!

Ему удаётся отпрыгнуть от меня.

– Садись в машину! – рычит он, направляя на меня пистолет.

Зажимаю рану рукой.

Кровотечение не входит в мои планы.

Я должен спасти Машу.

– Отпусти её! Грохни меня! Но её не трогай! Хватит издеваться над ней!

– Влюбился что ли, Нечаев? Не смеши! Такие как мы, не умеют любить. Мы можем владеть, обладать, иметь. Но не любить. Любовь, семья это скучно и нерационально. Ты ведь не ангел Игорь. Зачем эти геройства. Она не оценит! – произносит Такаев с сарказмом.

Сзади слышится шум машины.

– А вот и девочку нашу везут! – скалится Такаев.

Я сижу на земле.

По очертаниям приближающихся фар узнаю машину Сокола.

Такаев тоже понимает, что это не его дружки.

Подскакивает и приставляет мне пистолет в затылок.

Машина останавливается и из неё выходят Андрей и Матвей.

– Что вам надо. Еще шаг и я его завалю! – становится злым Такаев.

– Мария у нас! Как и твои обкуренные друганы. Торчки позорные! – сплевывает Сокол.

– Да и хрен с вами. Зато Нечаев мой! Я снесу ему башку! – кричит Такаев.

– Ты совсем башкой поехал? Тебе через два дня в штаты лететь! Нахрена это всё? – рычит Архипов.

– Я не прощаю своих обидчиков! – орёт Такаев.

– Сам же полез опять! Не лез бы к Маше, мы бы и не знали ничего! – продолжает Соколов.

У Такаева звонит телефон.

Он несколько раз сбрасывает, но абонент настойчив.

– Да, отец! – берет телефон, – Что?

Разговор длится не долго.

Парни усмехается.

– Вы что нажаловались моим родакам? – орет Такаев.

Крышу его срывает окончательно и он с психом начинает палить из пистолета. Парни быстро прячутся за машину Сокола.

Я отползаю в сторону и резко дергаю его за ногу.

Такаев от неожиданности падает. Пацаны подбегают и мы скручиваем его мордой в землю.

Пистолет отпихиваем подальше.

Такаев матерится на всю лесополосу.

– Как вы нашли меня? – спрашиваю у Матвея.

– Приёмный отец Такаева помог. Пришлось обратится. Нашим родителям всем пришлось рассказать. Дело шло, совсем не по плану. А вот попить кисель на похоронах друга, не входит в мои ближайшие планы. Только свадьбы и родины! – произносит Матвей.

– Отследили его телефон. Маша у Паши с Викой. Все нормально, – хлопает по плечу Архипов.

– Спасибо ребята! – морщусь от боли в ноге, – Извините, что сомневался в вас когда – то. Завидовал, ненавидел!

– Забыли Игорь! Сейчас совсем другие проблемы! – перебивает Сокол.

– Что – то он бледный какой-то! И потом весь пошёл! – произносит Андрей.

– Пацаны меня мутит и кружит! – хрипло произношу в ответ.

Состояние резко ухудшилось. Кожа и правда покрылась холодным потом.

Видимо я держался на адреналине, который вырабатывался под дулом пистолета.

Пока пацаны меня приводят в чувство, Такаев успевает сесть в свою машину.

Вот гад!

– Не уйдёт! Менты его возьмут! Похищение, нападение, ношение оружия – хватит на несколько лет! – произносит Андрей.

Приезжает отец Такаева, менты и мой отец с Соколовым старшим.

– Я убью тебя! – цедит мой отец, – Куда ты полез!? Опять молча!

– Мы его в больницу отвезем и за Машей! – вклинивается Матвей, – Давайте потом все разборки. И так досталось!

Отец сканирует меня взглядом и кивает.

Перекладывают меня в машину Сокола.

Пацаны мчат в больницу.

Там мне обрабатывают рану, останавливают кровотечение и делают перевязки.

Ребята ждут в коридоре приёмника.

От госпитализации отказываюсь.

Мне сейчас не до больницы.

За это время Соколов узнает, что Такаев уходя от погони, не справился с управлением и перевернулся на машине.

В тяжёлом состоянии увезен бригадой скорой помощи.

Видимо он исчерпал свою жизнь. Потому что прогноз в дальнейшем, неблагоприятный. Если переживёт эту ночь.

Дурак! Ему так фартануло – его усыновили богатые люди, дали ему кучу перспектив. А он тупо просрал свою жизнь среди алкоголя и запрещённых токсичных веществ.

Всю дорогу до квартиры Паши думаю про Машу. Поверит ли она, что я говорил гадости, не в заправду.

Настроение на нуле.

Разборки с Такаевым портят в который раз мою репутацию.

Перед самым подъездом Соколов разворачивает меня.

– Игорь посмотри я кажется телефон забыл в машине. Вернись! – просит Соколов.

– Давай я схожу! Ему с его ногой только и ковылять! – произносит Андрей.

– Нет! Пусть разрабатывает! Мы пока обстановку разведаем! – скалится Матвей.

– Ты угораешь что – ли? – останавливаюсь и смотрю на Сокола с претензией.

– Потом еще спасибо скажешь! – произносит он и заходит в подъезд, запихивая Архипова.

Ковыляю к машине.

Телефона естественно там я не нахожу!

Гребанный Матвей!

С его шутками!

Нога болит и забирает много сил, нужных мне сейчас.

Захожу в лифт и поднимаюсь на нужный этаж.

Двери открываются.

В подъезде, в белом халате с распущенными волосами сидит Маша.

Не понял! Что за нафиг??!

– Живой! – подрывается она ко мне, – Живой! Живой!

Хватает меня за шею, прижимается.

– Живи слышишь! Живи пожалуйста! – зажимает мою футболку в кулак.

Что происходит?

– У тебя есть Алёна! Живи для неё! Ты нужен ей! Ты ей нужен! – продолжает сквозь всхлипы Мария.

– А тебе? – задаю главный вопрос, – Тебе я нужен такой? После всего, что было?

Она замирает.

– Ты нам нужна! Нам с Аленой! И не только! Ты мне нужна! Маша моя! Ты нужна мне как воздух. Злился, с ума сходил, но не решался признать свою вспыльчивость, – сжимаю ее лицо ладонями, – Всё что говорил сегодня неправда. Выдавливал из себя, играл. Внутри зверел от того, что он творит с тобой. Малышка моя. Прости меня. Не могу без тебя.

Голос срывается с каждым словом.

Понимаю, что натворил кучу гадостей.

И за раз ничего не исправить.

– Он стрелял в тебя? – поднимает она свой взгляд.

– Мне повезло! Пострадала лишь нога! – морщусь от боли.

Мы стоим в подъезде, я обнимаю Машу. Только стоять мне сейчас больно и нельзя.

– Я сейчас его убью! – рычит Маша, разворачиваясь, – Матвей! Сволочь!

Она ничего не ответила!

И это неслабо так заводит.

– Что происходит? – ковыляю за Машей в квартиру Паши.

– Ну что, воссоединение состоялось? – смеётся Соколов уворачиваясь от Марии, – Я жду свое спасибо!

– Он сказал, что ты умер! – останавливается Маша и смотрит на меня.

Дыхание сбивчивое, голос дрожит.

– Ты что дебил? Зачем? – злюсь на Матвея, подхожу к Марии.

– Я живой! Я здесь! С тобой! – произношу тихо, смотря в ее глаза.

Мария медленно начинает оседать.

Я успеваю ее подхватить на руки.

И чувствую, как мы уже оба заваливаемся на пол.

Меня страхуют парни – Паша и Андрей.

Тихо опускаю Машу на пол и сажусь рядом.

Глажу по волосам.

Пацаны рассказывают нашу историю приключений. А я хочу остаться с ней наедине.

Нам нужно поговорить.

Ведь она мне не ответила, на мои вопросы!

Нужен ли я ей, после всего???

ГЛАВА 34

Маша

Я оказалась в больнице с нервным истощением. Положили меня в терапевтическое отделение бригадой смп.

Очнулась я уже в палате.

Игоря я не видела.

Приезжала мать Нечаева.

Плакала и раскаивалась за поступки сына.

Я знаю, что она ни в чем не виновата.

Поэтому прекращаю поток ее извинений.

– Вот ты поправишься и заживём. А то Алена уже скучает по вам. Мы с дедом справляемся, но родители то важнее в жизни ребенка.

На глаза набегает слезы.

– Я не буду жить с вами! Вы главное Игорю не дайте свернуть с пути! – произношу тихо.

– Ну конечно не будете! У Игоря есть отдельная квартира, это сейчас он у нас. Пока был без тебя! – улыбается она.

– Я не буду жить с вашим сыном. Нам не по пути!

– Маша! Вы уже давно на одном пути! Ответь мне честно! Ты любишь его? Сейчас! После всего! – спрашивает Нечаева твердо.

Я молчу.

Я не хочу признаваться.

Это больно.

– Можешь не отвечать! Я вижу! Да мой сын натворил делов. Но при всем этом, он не побоялся спасать тебя ценой своего здоровья. А это стоит не малого! – произносит она, – Он боится признавать и показывать, что ты его слабость. Поэтому ведёт себя неадекватно. Но стоит дать ему волшебный пинок, или обстоятельства ставят вас под угрозу, как он тут же становится рыцарем, готовым спасать тебя.

– Я не просила его спасать меня! Он сам ушёл! Наговорил мне…, – слезы не дают закончить.

– И он искренне раскаивается в этом. Иногда надо пройти через боль и обиды, чтобы понять истинную цену отношений. Я не оправдываю его как мать. И конечно же как женщина, я тоже на твоей стороне. Но он любит тебя! Просто не умеет это показывать. Может быть сейчас он сделает выводы. Поймёт, что любить и ценить любимую женщину важно. И показывать ей свои чувства. И конечно же не рубить с плеча! А выяснять и устранять проблемы в отношениях. Не бойтесь откровенных разговоров. Делитесь, открывайтесь друг другу. Я уверена, что ты мудрая и добрая девушка. А мой сын – такой какой есть. Ты нужна не только ему. Но и ВАШЕЙ дочери!

– Алена не моя дочь! У неё есть настоящая мать, которую любит ваш сын! Или любил. Я не знаю. Я чужая – он так сказал.

– Дурака кусок! – не сдерживается мать Игоря, – Ты единственная мать Алены. Другой нет. Ты решила ее удочерить. И мы тебе помогли, потому что поверили в тебя! Никто не отберёт это право. Но так как Игорь настоящий отец, то вам просто суждено быть вместе! Тем более, что вы любите друг друга. Несмотря на боль и обиды.

– Поверили? Вы знали, что это ваша внучка?

– Да знала! Мы изучили документы. Да я тихий манипулятор. Я была не против тебя – как матери. А ты сделала из Игоря настоящего отца!

Я смотрю на эту милую и добрую женщину.

Она видит мой взгляд с претензией.

Они использовали меня! Всей семьёй.

– Ты вправе обидеться сейчас! Игорь не знал. Я как адвокат привыкла вникать в самую суть дела. Естественно, что я нашла эту истину. Но мы дали вам все карты в руки, – голос Нечаевой дрожит.

– Вы все просто использовали меня! – произношу тихо, – Можно мне побыть одной.

– Как бы там не было, я сказала тебе правду. Я верила и верю в тебя. И в ваши отношения с Игорем верю.

После этого, она покидает мою палату.

Никому нельзя верить.

На телефон приходят сообщения от девчонок – Вики, Полины и Марины.

Они интересуются моим здоровьем и нашими отношениями с Игорем.

Я пишу честно : – Я не готова ему доверять. Не знаю, что будет дальше!

Вика сообщает, что Такаев не пережил эту ночь, умер на операционном столе, от травм.

Жалко ли мне его. Я всегда жалостлива к людям. Но сейчас во мне нет эмоций. Никаких. Мне его не жаль. Но я и не желала его смерти. Я просто ненавидела его.

Он умер даже не узнав, что зачал мне внематочную беременность, которая и стала причиной моего бесплодия, разорвав яичник!

Умер молодым, имея деньги и возможности.

Чрезмерные деньги портят людей. А он всегда был тчаславен.

Полина сообщает, что в свете последних событий, они решили с Андреем пожениться. Чтобы сделать это до рождения ребенка. Особенно когда вокруг такие остро сюжетные действия происходят.

Я поздравляю Полину и выхожу из чата.

Свадьба!

Это всегда волнительно и прекрасно.

У каждой девушки.

Только не у меня.

Они использовали меня: свадьба, удочерение, отношения с Игорем.

А я как дура верила в сказку, чудо и любовь.

Думала, что я им всем правда понравилась.

А я оказалась лишь нянькой для сыночка мажора.

Очень скучаю по Аленушке.

Мне ставят капельницу, дают витамины.

С наступлением темноты за окном, в больнице становится тихо.

А мне очень одиноко.

Я всю жизнь была одна. Я научилась жить со своим одиночеством.

Но как в мою жизнь ворвался Игорь, я научилась чувствовать боль.

Даже Такаев не причинил мне столько боли. Потому что это была боль физическая, а Игорь бьёт прямо в сердце.

Думая что он умер, я ужасно испугалась.

Люблю его. Но простить не могу.

Опять эти слезы..

Встаю и смотрю в окно.

Ночное небо, больничный двор с окнами разных отделений.

Слышу как открывается дверь в палату.

Обернувшись вижу тёмный силуэт. Он стоит с опорой на одну ногу.

– Неужели я доковылял! – выдыхает он.

Я опять отворачиваюсь к окну.

– Что ты тут делаешь?

– Не гони меня. Давай поговорим! – произносит обречённо.

– Уже и так много всего сказано.

– Маш, я…

– Игорь не надо. Я устала. Я не хочу опять обманываться и жить до очередного твоего приступа неадекватности. Когда ты скажешь мне что я чужая и ничего не значу для тебя! Я не хочу!

Сзади слышу его тяжёлое дыхание.

– Вы все использовали меня. Даже твои родители, они знали, что ты отец Алены. Зачем тогда весь этот фарс со свадьбой, нашим житьем. Просто бы забрали свою внучку из приюта. Но нет, им нужна была игрушка для мажора! – произношу с болью в голосе.

Он молчит.

А я не хочу поворачиваться, иначе не смогу и сломаюсь.

Поверю в его лживые слова.

– Нет. Ты не права. Да местами мы всё были не правы. Но родителям ты очень нравишься. И мама очень плакала сегодня, после разговора с тобой. А я. Я просто люблю тебя! – произносит Игорь.

Я зажмуриваюсь.

Зачем опять эти слова о любви!!?

Зачем?

Слышу шум двери.

Он ушел.

Мне сказали, что родители уговорили его лечь в хирургию, пока я здесь. У него ведь рана на плече от ножа и рана от выстрела в ноге.

Он лежит этажом ниже.

В палате я одна. Он ушёл.

Всё как я и хотела.

Но легче не стало.

Стало лишь больнее.

Подписывайтесь на автора, пишите коментарии, важно видеть ваш отклик, ваше мнение! Финал уже близко.

Впереди новые герои и новые истории.

ГЛАВА 35

Игорь

В тот вечер я ушел. Причем из больницы тоже.

Поехал на такси домой.

Под упрёки родителей закрылся в детской.

Смотрел на свою дочь, пытаясь угомонить боль в душе.

Но чувства к дочери это одно. А чувства к Маше – совсем другое.

После трёх дней лечения Маша выписалась.

Дни стали просто проходить. Конечно у меня есть повод чтобы радоваться жизни, моя маленькая принцесса. Моя дочь жива и здорова.

Я работаю, занимаюсь дочерью, родители активно мне в этом помогают.

Но жизнь не полная. Как будто важного кусочка не хватает.

Внутри я одинок.

Друзьям я рассказал про наш последний разговор.

Некоторые согласились со мной, некоторые утверждали что я должен идти напролом.

Зачем ломать её.

Я не хочу быть причиной ее боли и слез.

Конечно, я ее не отпустил совсем.

Наблюдаю за ней издалека, как сталкер.

Просто дал нашим отношениям паузу.

Но с каждым днем, это решение все больше давит на меня.

Я боюсь ее потерять.

Архипов готовится к свадьбе. Спрашивает, советуется.

Мы активно обсуждаем в чате – костюм, зал, регистрацию.

Сокол уже проходил это, поэтому он главный консультант.

Я вроде как тоже…

Но вспоминая нашу роспись, грустно прокручиваю кольцо на безымянном пальце. Ее кольцо на моей цепочке, на шее.

Полина сказала, что пригласила Марию на свадьбу. Она обещала подумать.

Со слов Вики, Маша не хочет скандалов. И главный ее вопрос был: С кем придет Игорь?

Девчонки активно с ней общаются. Вика рассказывает ей про Алену, снимает видео. Пару раз видел как Вика показывает Машу в своём телефоне. У дочки загораются глаза и весь день не сходит с губ : Ма.

А я страдаю.

Меня ломает.

Я хочу увидеть её глаза, улыбку.

Прижать к себе и не отпускать.

Бываю с Аленкой в гостях у Лукьянова. Пока мы обсуждаем рабочие моменты в ноутах, Вика ходит гулять с Аленкой.

Однажды погода начала хмурится и я решил встретить Вику на машине. Паша сказал что они гуляют в сквере за домом, там типа мини парк.

Паркуюсь за домом и нахожу глазами коляску.

Рядом с Викой, с Аленой на руках стоит…Маша.

Она целует дочь в щёчки, а Алена заливисто смеётся.

Что она здесь делает?

Интересно она каждый раз гуляет с Викой? Ведь их прогулки несколько раз в неделю.

Наблюдаю из машины за моими девочками.

Сердце прыгает, выдавая бешеный ритм.

Маша садит дочку в коляску, закрывая от порыва ветра.

Делает это бережно, с улыбкой.

Они движутся к ближайшему кафе, скрываясь от ветра и туч.

Я как помешанный маньяк тихо захожу следом и сажусь неподалёку. Накидываю капюшон и сажусь к ним спиной. Но мне слышно их разговор.

Ее голос. Интонация.

Руки дрожат.

Делаю заказ, концентрируюсь на разговоре за соседним столиком.

– Так что насчёт свадьбы? Придёшь? – спрашивает Вика.

– Я не знаю как поступить! Поздравить приду. А вот само торжество, – слышу ее неуверенный голос, – Если он придёт с девушкой? Вик, я правда не выдержу. Зачем Полине лишние проблемы!

– С какой девушкой? Он один. По тебе страдает! Ты мне не веришь? – доказывает ей Вика.

– Тебе верю. Ему нет!

Больно слышать ее недоверие.

Дальше они обсуждают платье Полины.

Я молча пью кофе, наслаждаясь ее голосом.

Вика уходит в сторону дамской комнаты.

Маша остаётся с Аленой, спящей в коляске.

– Какие люди! – раздаётся ядовитый голос сзади.

Черт, раньше Сокол ее сюда водил, на наши посиделки.

– Что тебе надо? – слышу ответ Маши.

– Поматросил и бросил! – произносит Карина.

Какого лешего она именно тут??

– Не твоё дело! – огрызается Маша.

– А что это тут за детёныш? Вот Нечаев. У него что не секс, то ребенок. Плодовитый какой! – смеётся Карина, – Что же ты дура аборт не сделала!

– А я не ты, чтобы избавляться от ребенка! Я никогда не брошу свою дочь! – огрызается Мария.

– Что ты сказала?

– Что слышала! – встревает Маша, – Как ты могла оставить её!

– Это что ОНА? – удивляется Карина.

– Уходи прочь! Не смей даже подходить к дочери Игоря! – шипит Маша.

Разговор смолкает. Вика возвращается.

– Мне надо успокоиться. Боюсь Алену напугать! Присмотри! – Маша идет в уборную.

Вижу как через зал Карина направляется за ней.

У самых дверей хватаю Карину за плечо и запихиваю в мужской туалет. Не хочу чтобы Маша слышала нас. А она же явно в женском.

– Пошли вон отсюда! – бросаю двоим парням подросткам.

Те с недовольным видом уходят.

– Котик голодный! Что прямо тут меня возьмёшь? – призывно облизывает губы эта сука.

Маша

От нервов вбегаю в первую попавшуюся дверь.

У раковин стоят двое парней.

Я перепутала двери, это мужской туалет.

Но я забегаю в кабинку и закрываю дверь.

Неуверенность в себе растёт.

Я смогла ей ответить. Вот только я чужая для Игоря и Алены. Я никто.

Слышу как входят люди.

Отчётливо слышу его голос.

Он выгнал парней.

И ее голос.

Он здесь с ней! В эту самую минуту.

Пока Вика гуляет с их дочерью и со мной, он встречается в кафе с Кариной.

Противно слышать ее голос.

Зажимаю рот рукой.

– Чтобы больше возле моей жены и дочери я тебя не видел! Поняла? – грозно произносит Игорь.

– Ах а- ха, жены. Не удовлетворяет она тебя! Я вижу твой голодный взгляд. Какая же это жена! – смеётся Карина в ответ.

– Да ты и волоска ее не стоишь. Мария отличная жена и заботливая мать, – произносит Игорь.

Это он обо мне!

– Какая она мать? Это ведь наша дочь! – фыркает Карина.

– Это моя дочь. Моя и Маши. Твоя дочь умерла, после родов. Забыла? – грозно рычит Нечаев, – Поэтому не приближайся к моей семье никогда! Иначе ты пожалеешь!

– Ты угрожаешь мне? Игорь ты забыл как млел от одного взгляда моего!

– Дурак был. Не мог отличить похоть от любви. А с Марией у нас семья. Мы муж и жена. У нас дочь. И у нас настоящие чувства друг к другу. Но тебе не понять их, потому что ты не умеешь любить.

– Нечаев! Забыл как ты зажимал меня, именно в этом кафе, когда я была девушкой Матвея. А сейчас думаешь твоя жена остановит меня? – продолжает усмехаться Карина.

– Я сам не поведусь. Я верен своей жене. И очень жалею о своём поведении, тогда в клубе, когда повёлся на тебя в порыве злости. Я люблю Марию, – его голос спокоен и искренен.

– Честно любишь её? – сомнение и упрек в голосе Карины.

– Да люблю. Ценю и дорожу ей. Горло перегрызу за неё любому. Поэтому не смей обижать мою Машу!

– Ну и вали к своей Маше! Заводите детей, играйте в семью. Ты всю жизнь будешь жалеть что положил молодость на это. Еще вспомнишь меня! Соскучишься! – зло цедит Карина.

– В кого ты превратилась! Мне жаль тебя! – произносит Игорь.

В моем кармане раздаётся сигнал сообщения.

Слышу шум двери.

– Ненавижу вас! Ненавижу Соколова. Ненавижу тебя Игорь. Всех вас ненавижу! – слышу всхлип Карины.

– Вообще то это мужской! Перепутала красавица!? – слышится молодой голос парня.

– Тебе что жалко! Дай пройти! – грубо отвечает Карина.

Когда шум стихает, я тихо выбегаю в коридор.

Во мне борются два желания. Одно это сбежать. Второе вернуться в зал.

Откуда здесь Нечаев.

Выглядываю в зал.

Вика сидит одна, рядом с коляской.

Быстро сажусь за наш стол.

– Ты чего так долго? – интересуется подруга.

– Здесь был Игорь. Я слышала его. Он был с Кариной! Если он узнает, что ты видешься со мной и даёшь мне общаться с Аленой, у нас будут проблемы! – произношу быстро, оглядываясь по сторонам.

– Думаешь он разозлится? – улыбается Вика.

– Я не знаю. Но не хочу проверять. Я не хочу видеть его гнев и злость! Опять! – опускаю плечи.

– Думаю он будет рад встречи с тобой. Он очень скучает. И любит тебя! – произносит Вика смотря мне за спину.

Оборачиваюсь и вижу парня в капюшоне, сидящего к нам спиной. Я помню он пришел после нас и сел сзади. Но это было мельком, я не придавала значение деталям. Вернее не рассматривала его.

Парень разворачивается и двигает стул к нашему столу.

Я замираю.

– Любимая моя Маша, давай будем вместе воспитывать НАШУ дочь. Мы очень скучаем по тебе. И очень любим тебя. Я так вообще с ума схожу от одиночества и разлуки с тобой.

Игорь берет мою руку в свою и надевает мое обручальное кольцо.

– Давай сначала. По-настоящему! Пожалуйста! Я обещаю быть хорошим! – целует мою руку Игорь.

– Маш прости его, дурака. Не могу смотреть как он изводится! Да и ты страдаешь. И Аленке вы оба нужны! – вносит свою лепту Вика.

Я смотрю в его глаза.

Тону в них.

ЭПИЛОГ

Игорь

В тот день Вика оставила нас и ушла. Мы смогли спокойно поговорить. Конечно услышанный разговор между мной и Кариной повлиял на Машино мнение обо мне.

К нашему воссоединению мы шли мелкими шагами. Пока Архипов готовился к свадьбе, я учился ухаживать за своей женой. Мы встречались в кафе, гуляли вместе с Аленкой, иногда гуляли вдвоём.

Конечно мне хотелось сразу всю Машу. И душу и тело. Но у нас уже было по ускоренной программе. Последствия мне не понравились.

С моими родителями Маша тоже помирились, им с мамой хватило одного вечера вдвоём с бутылкой вина и тортом.

Пока Маша пыталась мне опять доверять, я обустроил свою квартиру под наше семейное гнездо. Подготовил детскую, нашу спальню и кухонную зону.

Потому что квартира молодого свободного парня отличается от квартиры порядочного семьянина с женой и дочкой.

Маша по-прежнему была зажата в физическом плане. Дальше объятий и поцелуев мы не могли сдвинуться.

Даже после Такаева мы быстрее преодолели этот барьер.

Сейчас она боялась опять растворится во мне.

А я боялся, что она согласилась на примирение, ради Аленки.

В один из дней я уговорил Машу заехать в нашу квартиру.

Мы начали жить втроём.

Маша убирает, готовит, встречает меня с работы, занимается Аленкой.

Я вижу, что она любит меня. Она не скрывает этого в заботе, ласке, помощи. Но я так же вижу ее страх и недоверие.

С наступлением ночи, Маша либо засыпает на диване, либо в комнате дочери.

Не раз я бережно переносил ее в нашу кровать.

Конечно ее поведение злило иногда меня. Но я понимал, что срываться мне нельзя. Я не должен упустить свой самоконтроль. Иначе я опять всё разрушу.

Сегодня свадьба Архипова Андрея с Полиной.

Я обещал Маше не пить, потому что за рулем. Да и не хочу. Я счастлив оттого, что помимо родителей, со мной сегодня мои принцессы – жена Мария и дочь Алена.

Мы носим наши кольца не снимая.

Утром Андрюхе пришлось проходить выкуп невесты. У нас с Соколом такого не было.

Но подруга Полины и наши девчонки постарались. Придумали задания, украсили подъезд.

Свидетелем пошёл опять Пашка Лукьянов. Потому что Сокол разведённый, а я женатый! Только в этот раз в паре с Викой.

– Раз Вика участвовала в этом всём, то хрен вы пройдёте эти испытания! – хлопаю Андрюху по плечу, – Давай на балкон залезет и вытащим.

Мы с гостями стоим у дверей подъезда.

– Ага, там Николай Ефимович с ружьём стоит, блюдёт наверное! – усмехается Паша.

Краем глаза наблюдаю за Машей, которая стоит с моей матерью немного в стороне.

Ее глаза горят от разворачившихся действий.

Отец стоит с Аленой на руках, возле Соколова старшего и Лукьяного старшего. С ними же стоит Николай Ефимович – дедушка Полины.

Андрей с Пашей и танцуют и поют. Отвечают на вопросы, выполняют задания. За каждый промах откупаются сладостями и выполнением новых заданий.

Я люблю наблюдать за Машей, когда она не видит. Впитывать её искренние эмоции. Местами она как ребенок. Мой ребенок. Которого я люблю.

Поэтому я всегда говорю, что у меня две девочки. Моя Маша и моя Алёна.

Семья Карины уехала в центральную Россию. Со слов моей матери, нам еще и лучше. Потому что прав на нашу Алену мы им никаких и никогда не предоставим.

На регистрации вижу как увлажняются глаза Маши. Она непроизвольно дотрагивается до кольца на своей руке. Она стоит немного дальше от меня, но я всё вижу.

Одинокая слеза сбегает по щеке.

Она быстро стирает ее, пытаясь спрятать от меня.

Она плачет потому что жалеет, что она моя жена?

– Баран ты! Глупостей не наделай только! – толкает в бок меня Сокол.

– А что я сделал? – рычу в ответ тихо, – Чего она плачет?

– Потому что каждая девочка мечтает о свадьбе! Как в сказке! А не тупо расписаться и слышать, как твой муж трахает бывшую на весь клуб! – зло цедит Марина.

– Она ведь даже до сих пор не на твоей фамилии! – толкает Соколов.

– И что я сейчас исправлю? – шикаю на друзей, – Еще раз свадьбу сыграть!?

– Баран! – усмехается Марина.

– А была ли свадьба? Роспись! – шикает в ответ Матвей.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь от Соколова.

Рассматриваю Машу.

Она печальным взглядом смотрит на первый танец молодых, их поцелуй. Как нежно Андрей поправляет фату на прическе Полины. Как стирает слезы Николай Ефимович на лице Александры Алексеевны. Как аплодируют наши родители и друзья молодым.

Андрей подхватывает Полину на руки и кружит по залу регистрации, под аплодисменты и свист.

У нас ничего такого не было. Даже моих родителей не было. Не было свидетелей и друзей. И веселья не было. И волшебства этих моментов.

Я обнимаю сзади Машу.

– Хочу так же. Чтобы ты была в красивом воздушном белом платье. Чтобы все близкие люди были вокруг! Чтоб твои глаза сияли от счастья и любви, – шепчу на ухо Марии.

– Но мы ведь уже женаты! – отвечает она тихо.

– Я хочу чтобы ты была Нечаевой Марией. Носила мою фамилию. Фамилию нашей семьи. Фамилию нашей дочери.

В ответ она молчит.

Начинаются поздравления молодых.

Я беру Машу за руку и тихо вывожу из зала регистрации.

– Ты хочешь быть и дальше моей женой? По-настоящему? – спрашиваю у неё, сжимая ее ладони в своих.

– А ты? – тут же спрашивает она.

– Если бы я не хотел, мы бы сейчас тут не стояли! Я очень хочу. Давай устроим банкет свадебный, поменяем твою фамилию, купим платье, устроим фотосессию! – мысли путаются, – Я хочу чтобы ты была счастлива. Если тебе чего – то хочется, то говори мне, я буду воплощать твои мечты в реальность.

– Да! Я хочу быть твоей женой Игорь Нечаев! – произносит она и тянется ко мне.

Накрывает губы поцелуем. Я притягиваю ее к себе за талию, вжимаясь крепче всем телом.

Хочу её!

Прямо сейчас.

Заводит конкретно ее нерешительность и скромность.

Но с ней так нельзя.

– Люблю тебя! – шепчет она в губы.

– Хочу тебя! – шепчу в ответ.

Она отрывается от моих губ и тянет меня на выход из здания Загса.

– Куда? – спрашиваю, медленно идя за ней.

– Я не знаю! Но Игорь это твой шанс! – бросает она с улыбкой и впивается в мои губы.

Мозг отказывается мыслить здраво.

Понимаю, что морок может спасть и Маша вернется в скромную и холодную девушку.

Надо быстро найти место.

Но она не та, с кем можно по углам шорхаться.

Садимся в машину. Сейчас надо быстро куда то уехать?

Куда??!

– Через сколько они выйдут? – бросает она, смотря на меня блестящими глазами.

– Ну там еще фотосессия, потом на крыльце Загса фотки, шампанское попьют...., – она прерывает меня поцелуем. Проводит рукой по ширинке.

– Я не узнаю тебя! Где моя скромная и пугливая Маша? – целую ее шею.

Переезжаю назад, пряча машину за тойотой Соколова и Лексусом моих родителей.

Сзади нас небольшой сквер. Народу нет.

– Твоя пугливая Маша может опять прошляпить своего мужа, пока он будет утолять голод с очередной развязной девицей, по туалетам! – прилетает мне упрек, – А я так больше не хочу.

Она растёгивает мою рубашку. Я запускаю руку под ее платье.

Мы перелезаем назад. Боковые и заднее стекла тонированы, а вот лобовуха нет.

Да и плевать.

Я все-таки с женой. В своей тачке.

Мы оба голодные.

Поэтому пик наступает быстро, но от этого не менее феерично.

К тому моменту когда гости расходятся к машинам, чтобы ехать на банкет, мы с Машей стоим у своей машины. Молодые пьют шампанское в окружении родителей.

Мы немного помятые, но счастливые.

Сейчас глаза Марии сияют.

– Рядом с тобой есть место силы, оно красивое.

Назови меня своим, я стану счастливым! – пропеваю ей строчки песни.

( NILETTO – Счастливым. Прим. Автора.)

– Сегодня себе позволю самым счастливым стать

Я по выжженному полю с закатом иду гулять

Ты чувствуешь, это радость со слёзками на глазах

Вот солнце уже упало, а я всё ещё на ногах! – пропевает припев в ответ Маша.

Обнимаю ее крепко в ответ.

Прическу ее мы испортили, поэтому она достала шпильки, рассыпав локоны по плечам.

– Смотри, все-таки он не баран! – подмигивает подошедший Матвей.

– А что с причёской? – спрашивает Марина.

Вижу смущение на лице Маши.

Матвей подмигивает.

– Пойдём в машину, я тебе такую же сделаю! – смеётся Соколов.

–Пошляк! – бьёт его в плечо Марина.

Подходят молодожёны со свидетелями.

– Ну что покатаемся, перед банкетом по городу? – спрашивает Андрей.

– Без проблем! – соглашаюсь в ответ, смотря на Марию.

– А Алена с кем поедет? – спрашивает Мария.

– Родители дали нам сегодня зелёный свет. Дед соскучился по внучке за неделю! – смеюсь в ответ.

Мы катаемся, фотаемся, перекусываем прямо на капоте машин.

Но главное, что я вижу счастливый взгляд своей девочки.

Весь день и вечер.

И я постараюсь, чтобы так было всю жизнь.

Дорогие читатели. Впереди еще глава – бонус. В которой будет немного про каждую пару. Такое завершение цикла – одно на всех. Поэтому не спешите прощаться с книгой.

БОНУС

Новый год

Этот новый год они решили встретить все вместе. В доме Соколова.

У его родителей огромный коттедж.

И встретить с родителями. Потому что прошлый новый год, который они хотели встретить своей компанией пошёл совсем не по плану.

Хотя с другой стороны, каждый из них сделал свой вывод в этой жизни, некоторые произвели переоценку ценностей, другие почувствовали что такое потерять и как важно ценить людей.

Только родителям было не очень весело, разгребать их проблемы.

– Ну что Николай Ефимович, покажем нашей молодёжи, как надо танцевать? – смеётся Архипов старший, обнимая деда Полины.

– Отчего ж не показать, – соглашается он в ответ, – По молодости лет мы с Сашкой, ой как танцевали, да под гармонь. Не то, что молодежь сейчас.

– Не знаю как вы, а вот моя внучка всех сегодня перетанцует! – произносит Нечаев старший.

– Чего сразу внучка, а сам что хромой? – смеётся мама Игоря.

– Мы тоже в деле! Наши дети решили не отставать. Да и наконец – то накопили на свадьбу! Поэтому скоро будем еще на одной гулять! Надо косточки размять! – провозглашает отец Вики, Даринов старший.

– Да и так подзатянули! Я думал наши первые будут! – подхватывает отец Пашки Лукьянова.

В это время женский состав усиленно работал на кухне : раскладывая блюда, заправляя их соусами, украшая.

– Паша! Хватит там ржать! Неси салаты на стол! – разносится голос Вики Дариновой. ( пока что, но в будущем Лукьяновой).

– Прям кухонный командир! – шутит Лилия Сергеевна Соколова, мама Матвея.

– А с ними по-другому никак! Сами знаете, они у нас характерные! – подхватывает Марина, – Матвей, иди сюда.

– Еще раз так крикнешь, я утащу тебя наверх и накажу! – подмигивает Матвей Марине.

– На лучше утку неси на стол! Накажет он! Ишь ты! – шутит Александра Алексеевна, бабушка Полины.

– Я тогда лучше салатики молча отнесу! – ржет Лукьянов.

Беременная Полина Архипова и Мария Нечаева сидят на полу, возле огромной напряжённой ёлки. Где с елочными игрушками играет Алена Нечаева.

– Как ощущения? – спрашивает Мария, смотря на беременную Полю.

– Волшебные! Я чувствую себя такой необычной! И Андрей конечно помогает постоянно. А еще я очень хочу мандаринов! – смеётся в ответ Полина, – Извини.

– Всё нормально. Если бы я переживала, то не общалась бы с тобой. Я нормально отношусь к своему бесплодию. У меня есть красавица дочь и очень эксентрицный муж. Который делает нас счастливыми! – произносит Мария Нечаева.

– Что у нас тут за секретные разговорчики? – обнимает жену сзади Игорь.

– О твоей персоне конечно же! Больше не о чём! – шутливо фыркает Маша.

– Мы так и поняли. Поэтому и решили подойти! – садится рядом Архипов Андрей, протягивая мандарин Полине.

– Андрей прекрати подкармливать ее мандаринами! А то родите нам цитрус вместо внуков. Она сама уже скоро оранжевая станет вся! Пусть лучше мяско, рыбку кушает! – расставляя тарелки на столе, кричит мама Андрея Архипова.

– Когда нам то свадьбу, внуков ждать? – громко спрашивает отец Матвея Соколова.

– Мы пока обживемся. Был я там! Пока не хочу! Как только так сразу! – отмазывается Матвей.

После всех приготовлений и сервировки стола они всей компанией садятся за огромный стол в гостиной. Ради этого пришлось даже перестановку делать.

– На правах хозяина этого дома, я произнесу небольшую речь, – поднимается с бокалом Соколов старший, – Дорогие дети и их родители.

– В эфире – Ералаш! – встревает Матвей.

За что получает шуточный подзатыльник от Марины.

– Я очень рад, что несмотря на все трудности и проблемы, которые принес нам этот год. Мы все смогли остаться людьми. Сохранить рядом с собой любимых людей, близких друзей. Приобрели новые чувства и вынесли урок из прожитого. Тот новый год начался не очень хорошо. Но благодаря нам всем – мы смогли выйти к финишной прямой победителями. Счастья вам в новом году! Любви и исполнения желаний, – разносится на всю гостиную голос Соколова старшего.

– А нашим детям и в скорости внукам, я хочу пожелать, чтобы они не забывали родителей, бабушек и дедушек! Всегда обращались за советом! Делились проблемами и просто приходили на чай! – произносит отец Игоря.

– К кому на чай, а к кому и на вареники! – смеётся Александра Алексеевна.

– Или сало со стопкой самогонки! Да Андрюха?! – подхватывает Николай Ефимович!

– Берегите своих жен, парни. Цените, уважайте и не отпускайте. Умейте разговаривать и доверять! – произносит мама Матвея.

– А вы девчонки, берегите наших парней. Где то проконтролируйте, где – то приласкайте. Они хоть и взрослые уже, отцы, мужья – а все равно дети! – добавляет мама Паши Лукьянова.

– Тост затянулся! – бурчит Нечаев Игорь.

– Тебя что, Машка не покормила? – шикает на него Вика.

– Смотря в каком смысле? – ржет в ответ Павел.

– Короче! С новым годом всех! Ура!!! – встаёт Матвей Соколов.

– Ура! Ура! Ура! – подхватывают родители.

– Счастья! – кричит молодая семья Архиповых.

– Любви! – подхватывают Вика и Паша.

– Терпения и стальных нервов, – добавляет Игорь Нечаев.

– Всем нам! – одновременно произносит Мария и мама Игоря.

Этот год они встретили радостно и весело.

Как впрочем и жили дальше.

Одной очень большой компанией.

Отдельными семьями.

Отдельными парами.

Главное, что каждый из парней нашел своё счастье.

И ни один из них, его больше не упустит.