Read the book: «Талнах-Оум Противостояние»
Глава 1
В недрах Морозных шпилей время застыло так же прочно, как и ржавые шестерни заброшенных лифтов. Воздух здесь был пропитан запахом старого льда и едкой окалины. В импровизированной кузне, затерянной среди сплетения обледенелых труб, кипела работа, которую Талнах назвал бы ересью, а Никелевый князь — смертным приговором. Горны гудели на пределе, их утробный рокот отдавался в грудных клетках рабочих, чьи тени плясали на стенах, словно испуганные духи. Металл плавился, превращаясь из безжизненных кусков руды в острые грани будущих клинков и затворов карабинов. Это был хаос, упорядоченный лишь волей Борга и инженерным гением Рема.
Дарэн стоял у самой отдушины, там, где жар от главных котлов пытался вырваться наружу, грозя выдать их местоположение тепловизорам Рауга. Его работа была самой важной и самой мучительной. Он был живым щитом, ледяным барьером, поглощающим инфракрасное излучение кузни. Подросток расставил руки, едва касаясь кончиками пальцев раскаленного чугуна. Из его ладоней струилась серая дымка Пустоты, которая жадно впитывала тепло, не давая ему покинуть пределы башни.
Вокруг него стены уже покрылись толстым слоем угольно-черного инея.
Дыхание Дарэна вырывалось из легких облачками ледяной крошки.
Каждый вдох давался с трудом, легкие словно кололи сотни крошечных лезвий. Он привычно считал удары своего сердца, стараясь не слушать шелест маны в собственных венах. Двести сорок... двести сорок один...
Внезапно гул горнов перекрыл другой звук. Низкий, вибрирующий рокот магнитных приводов, который невозможно было спутать ни с чем. Патруль Магнитных Стражей обходил ярус. Они были близко — настолько, что Дарэн почувствовал, как задрожали под ногами стальные плиты пола. Работа в кузне мгновенно замерла. Люди застыли в тех позах, в которых их застал звук вражеских двигателей. Молотобоец занес тяжелый инструмент над наковальней, но не опустил его; рабочий, подносивший уголь, замер согнувшись, боясь даже выдохнуть. В помещении воцарилась такая тишина, что было слышно, как остывает металл.
Морок внутри Дарэна довольно зашевелился. Тварь Пустоты почувствовала близость врагов, почувствовала их страх и их силу.
— Дай мне их... — прошептал голос в голове мальчика, похожий на скрежет металла по стеклу. — Дай мне этот свет, и я превращу их в пепел. Ты же чувствуешь, как они близко? Всего лишь один рывок...
Дарэн до боли закусил губу. Всплеск маны был неизбежен, если он не укротит сущность. Пустота начала пульсировать, пытаясь вырваться наружу, пробить термический кокон, который он так старательно выстраивал. Из-за этого резкого перепада энергии давление в паровой магистрали за его спиной подскочило. Старая труба, источенная коррозией, жалобно застонала.
Ослабевший клапан начал издавать тонкий, пронзительный свист.
Это был звук смерти. В акустически чистом пространстве Морозных шпилей этот свист для Магнитных Стражей был подобен взрыву сигнальной ракеты. Стражи снаружи остановились. Дарэн слышал, как лязгнули их магнитные захваты, когда они начали разворачивать поисковые модули в сторону их башни.
Рем, почти слепой инженер, чьи уши заменяли ему глаза, среагировал первым. Он не видел, где находится трещина, но он чувствовал движение воздуха. Старик бросился к гудящей магистрали, спотыкаясь о ящики с деталями. Его руки, испещренные старыми шрамами от ожогов и мазута, взметнулись вверх. Он нашел место утечки на ощупь, ориентируясь по обжигающей струе пара.
Без колебаний Рем прижал ладони прямо к раскаленной трубе, закрывая дыру.
Раздалось жуткое шипение плоти, соприкоснувшейся с белым жаром. Запах паленой кожи мгновенно наполнил тесный отсек, но старик даже не вскрикнул. Он лишь плотнее прижался к металлу, стиснув зубы так, что они заскрежетали. Его лицо исказилось в гримасе невыносимой боли, но свист прекратился. Тишина снова стала абсолютной, если не считать прерывистого дыхания людей, запертых в этой железной ловушке.
Морок продолжал бесноваться. Он требовал платы.
«Ты хочешь тишины? — издевался голос. — Тогда отдай мне то, что делает тебя теплым. Отдай мне память, и я спрячу вас в самой глубокой тени».
Дарэн зажмурился. Он знал, как это работает. Он нырнул вглубь себя, пролистывая образы, словно страницы обгоревшей книги. Ему нужно было что-то холодное, что-то, что соответствовало бы нынешнему моменту. И он нашел.
