Read the book: «Развод. Бывшая моего мужа»

Глава 1

Лара.

Вокруг очень много красивых людей: роскошных женщин и представительных мужчин.

Но мой взгляд прикован к Андрею — он будто выделяется среди остальных внушительным ростом, крепостью плеч, обтянутых дорогим смокингом, и обезоруживающей расслабленной улыбкой.

Он на светских мероприятиях чувствует себя как рыба в воде.

Я — тоже как рыба, но выброшенная волной и оглушенная о камень.

Странно, ведь из нас двоих именно я принадлежу к этому миру денег и влияния, но за тридцать с небольшим я так и не научилась расслабляться на этих пафосных вечеринках. Поэтому часто чувствую себя красивым приложением к мужу, который охотно и играючи налаживает связи, заводит новые знакомства и привлекает потенциальных партнёров в наш семейный бизнес.

Иногда мне сложно понять, что именно нас связало — настолько мы разные.

— Лар, ещё вина? — кивает Андрей на мой опустевший бокал.

— Наверное. Да, будь добр.

Муж оставляет быстрый поцелуй на моей скуле и уходит к бару.

Мой взгляд продолжает рассеянно скользить по толпе и перебирать лица, пока не натыкается на неё…

Она входит в банкетный зал с видом победительницы. Я не знаю, в какой войне она одержала победу, но уверенность в собственных силах буквально фонит из этой девушки.

Стройная, породистая, статная, в обтягивающем бёдра красном шёлковом платье в пол, юбка которого струится и переливается на каждый решительный шаг. Высокие перчатки до локтя, поверх которых мерцают крупные перстни. Острый угол челюсти, пухлые чувственные губы…

И все взгляды, кажется, моментально приклеиваются к ней.

Она нежится в них, как в тёплых лучах софитов.

Походкой от бедра проходится вдоль зала, заставляя головы мужчин заворачиваться под неестественным углом.

Ищу среди толпы Андрея.

Он тоже, будто завороженный, следит за каждым движением незнакомки. И странная, жгучая волна тревоги поднимается в моей груди.

Я не ревнива по своей сути, но сейчас тонко звенит внутри меня какая-то сверхъестественная сила. Интуиция, шестое чувство… Я не знаю.

Знаю лишь, что хочу уйти отсюда подальше, потому что атмосфера в зале меняется полярно с приходом этой женщины.

— Ваше вино, красавица, — подмигивает мне Андрей.

Принимаю из его рук бокал, неторопливо покачиваю за ножку.

— Может, домой?

— Мы только приехали, — взгляд мужа то и дело устремляется куда-то вдаль.

— Мы здесь уже час.

— Ещё даже не все гости собрались. У меня были свои циничные и меркантильные планы на этот вечер.

Андрей обнимает меня со спины.

Я больше не вижу его глаз, но знаю, что смотрим мы на одного человека сейчас.

Эмоция тяжёлая и вязкая, как смола, разливается в грудной клетке, сковывая внутренние органы.

Я набираю в лёгкие побольше воздуха, решительно оборачиваясь на мужа.

— Кто она?

— Понятия не имею, — безразлично пожимает плечами.

— Но ты ведь сразу понял, о ком я?

Молчит.

Напрягаюсь в его руках.

— Андрей?

— Лар, она единственное новое лицо здесь. Конечно, я понял.

«Съедаю» это объяснение, немного успокаиваясь.

— Интересно, что она здесь забыла. Не видела её раньше.

— Может, ищет себе папика?

Что ж, с местом она не прогадала.

Такие вот «благотворительные» вечера — отличное подспорье, чтобы найти мужчину, желающего обменять деньги на качественный секс.

Только вот не выглядит эта дама, как особа, нуждающаяся в папиках. Она сама, кажется, кого угодно проспонсирует.

Она резко оборачивается и врезается в меня взглядом. Растягивает сладкую обворожительную улыбку и, покачивая крутыми бёдрами, идёт в мою сторону.

Или не в мою.

И все эти жесты, кажется, тоже предназначались вовсе не мне.

— Андрей, какой приятный сюрприз! — поравнявшись с нами, произносит она грудным бархатным голосом.

— Здравствуй.

Она тянется с объятиями к моему мужу и легко касается его щеки губами.

— Ох, я тебя испачкала, — фамильярно вытирает красный след от помады с его кожи.

— Ерунда, — улыбается.

— Как ты изменился! Как возмужал!

— Спорт и правильное питание творят чудеса. Ты тоже стала красавицей! Не то, чтобы ты раньше не была… Но сейчас — вау!

— Спасибо! — наигранно смущается.

А я готова сквозь землю провалиться.

Стою, словно пустое место, пока Андрей восхищённо впитывает сексуальные вибрации, исходящие от незнакомки.

Хотя очевидно, что незнакомка она только для меня…

— Андрей, может, ты нас познакомишь? — вклиниваюсь вежливо между ними.

На таких мероприятиях нужно держать себя в руках и строго контролировать каждое движение. Любой взгляд потом трактуют по-своему и раздуют до невиданных масштабов, поэтому я лишь холодно улыбаюсь и пытаюсь незаметно оттеснить девушку подальше от мужа.

— Эм, да… — очухивается Андрей. — Нелли, это Лара — моя жена. Лара, это Нелли, мы вместе учились на экономическом.

— Только в разных группах. Андрей всегда помогал мне с проектами и давал списать, как настоящий мужчина.

— Как мило, — выразительно моргаю мужу. — А здесь вы какими судьбами, Нелли?

— По просьбе брата. Сама я редко бываю на таких мероприятиях.

— Почему же?

— Мне они кажутся скучными. Мужчины из высшего общества обнаглевшие от вседозволенности, а их женщины — глупые и инфантильные. Весь вечер только и делают, что заливают в себя дорогое вино и обсуждают, кто с кем спит.

Её ресницы томно смыкаются, а взгляд задерживается на моём бокале.

Хищная улыбка на секунду прорывается через маску напускного равнодушия.

Весь этот месседж, завёрнутый в красивый фантик, предназначался мне. И меня мелко колотит от желания вцепиться красотке в лицо.

— Ладно, Андрюш, рада была повидаться, — взмахивает она в воздухе тонкими пальчиками.— Может, ещё увидимся.

— Да, можно будет как-нибудь пообедать.

— Хорошая идея. Всего доброго.

Ледяные иглы втыкаются в кожу от взглядов, которыми они успевают перекинуться на прощание.

Уязвлённо отворачиваюсь, кусая губы, чтобы не спороть сейчас какую-нибудь грубость.

— Лар, потанцуем?

— Нет.

Андрей обходит меня сбоку, заглядывает в лицо.

— Что опять?

— Не понимаю, о чём ты.

— Ну вот этот твой недовольный фейс. Что я опять не так сделал?

— Соврал, например, — ядовито прищуриваюсь.

— Да господи! Когда?

— Ты сказал, вы не знакомы. Зачем?

— Я не узнал её просто. Столько лет прошло с последней встречи, да и темно здесь. Что ты там себе придумала? Она просто бывшая однокурсница.

— Просто однокурсница, которая всеми силами пыталась привлечь твоё внимание.

— Лар, ты о чём? — нервно дёргает щекой.

И я снова смотрю на неё, разглядывая едва виднеющийся, но всё же существующий след губной помады.

Она будто клеймо своё влепила на моего мужа.

Психуя, достаю из клатча влажную салфетку.

— Вытри.

Муж послушно вытирает, с улыбкой глядя на розовеющую от трений салфетку.

Закатываю глаза.

Вечер необратимо испорчен.

— Ларусь, ну не дуйся. Зачем нам скандалы на публике? — обнимает меня Андрей, плотно прижимая к своим бёдрам.

И я чувствую поясницей его каменный стояк.

— Пойдём лучше в машину.

— Зачем?

— Затем, — наклоняется он, шепча и отправляя толпу мурашек по моей спине. — Затем, что я хочу трахнуть свою красивую жену. Прямо сейчас.

— Андрей… — моя шея пылает, кровь приливает к щекам.

— Давай, сладкая. Идём.

— Нам нельзя…

— Нам всё льзя. Я хочу тебя. Сейчас, — прикусывает в основание шеи.

И я слетаю с катушек, готовая уже на всё, что бы он ни предложил. У нас не часто в последнее время бывает вот так спонтанно…

Взявшись за руки, идём к выходу, на бегу прощаясь со знакомыми и извиняясь за то, что рано покидаем вечеринку.

И всё это время я чувствую между лопатками зуд от чужого, тяжёлого и пристального взгляда.

Взгляда, который не обещает мне ничего приятного.

Глава 2

Лара.

Мы едем домой.

Между моих бёдер липко и влажно после нашего секса в машине, а я чувствую себя распутной девчонкой, юной и энергичной.

Мне будто снова двадцать.

Я успела забыть, каково это — сгорать от желания настолько, что нет сил сдерживать себя до дома. Каково это, когда всё так громко, страстно и быстро из-за переполняющих эмоций.

Ладони Андрея твердо сжимают руль. Мышцы и сухожилия на них напрягаются, когда он медленно перебирает пальцами.

У него очень сексуальные руки. Крепкие, с чётким рисунком выпуклых вен, ускользающих под рукава белоснежной рубашки.

Андрей улыбается своим мыслям, задумчиво глядя на дорогу.

— О чём думаешь?

— Да так, о всяком.

— Например?

— Например… — По-мальчишески закусывает он нижнюю губу. — Что, если в этот раз у нас всё получилось?

У меня не выходит сдержать улыбку.

— Это будет лучший подарок к годовщине.

— Я буду самым счастливым мужчиной на свете, — он накрывает своей ладонью мою, лежащую на коленях.

Мы восемь лет женаты, пять из которых безуспешно пытаемся завести ребёнка. Я обследовалась вдоль и поперёк в лучших клиниках, но врачи лишь разводят руками — нет причин, чтобы не забеременеть. Вероятно, проблема в голове.

Но мы не сдаёмся, не вешаем нос.

Мы дали себе ещё год, прежде чем идти в ЭКО, ведь там сложная подготовка, гормональная терапия, которая, как ни крути, ударит по моему организму.

Мне хочется продолжать этот разговор и вместе рисовать идеальные картинки будущего, но Андрей снова уходит в себя, становится задумчивым. И я чувствую жгучую потребность сейчас разделить с ним его мысли.

Мне хочется ощущать, что мы едины.

— Что-то ты скрываешь от меня, жук, — легко и игриво подталкиваю мужа в плечо.

— Нет, ничего.

— Колись. Такой таинственный!

— Ой, Нель, да я просто задумался. Это по работе.

Мои лёгкие сковывает спазмом, воздух застревает поперёк горла. Сердце замирает и тут же срывается в бешеный галоп.

— Повтори, — требую хрипло.

— По работе, говорю. Ничего интересного.

— Нет. Как ты меня назвал только что?

Андрей, отвлекаясь от дороги на пару секунд, оборачивается на меня.

— Лара, — вздёргивает с вызовом бровь.

— Нет, ты назвал меня другим именем. Её именем!

— Да чьим?

— Этой высокомерной дряни, Нелли! Ты совсем обалдел, Доронин?

Андрей, раздражённо цокая языком, качает головой.

— Я не мог этого сделать. Тебе показалось.

Его пальцы до скрипа стискивают оплётку руля. Жёсткие скулы ходят на напряжённом лице. Но он не выглядит виноватым и раскаивающимся.

— Будешь внушать мне, что у меня с головой не в порядке?

— Лар, я тебе ничего не внушаю. Но ты сейчас жёстко не права.

— Ты сказал…

— Тебе. Показалось. Ясно? — Перебивая, чеканит он.

— И то, что ты её облизывал взглядом — тоже показалось? Чуть лужицей не растёкся у её ног! Думала, придётся тебя соскребать с пола.

— Я терпеть не могу, когда ты за меня додумываешь, — закипает Андрей. — Хочешь поругаться? Ищешь повод?

— Чего его искать, он на поверхности. Перестань называть жену именем другой женщины, и, может быть, тогда в семье воцарится гармония.

— А-а-рр! Ларис, ты же знаешь, я терпеть не могу твои истерики, особенно когда они основываются на твоих же фантазиях. Что за бред ты несёшь? Может, ты не уверена в себе? Не проецируй на меня свои комплексы, будь добра!

Он так твёрдо гнёт свою линию, что я действительно начинаю сомневаться — а не разыгрывает ли меня собственное воображение?

Но я же слышала.

Слышала.

— Приедем домой — сниму видеорегистратор, — уже куда спокойней продолжает Андрей. — Вместе послушаем, и ты убедишься, что ошибаешься. А заодно посмотришь, каким тоном ты со мной разговариваешь.

Наверное, человек, который не уверен в своей правоте, не будет так подставляться.

Я не хочу этого недоверия между нами.

И на мгновение мне становится стыдно за то, что сама себя накрутила и чуть не довела нас своими подозрениями до ссоры.

Градус напряжения в салоне падает, но неприятный осадок остаётся.

Неужели правда показалось?..

Это так на меня не похоже — ревновать мужа к женщине.

Вокруг Андрея всегда много красивых женщин: на работе, на мероприятиях, в командировках. Но никогда раньше это не подрывало моей уверенности в нём и в наших отношениях.

Наверное, потому, что на всех тех женщин Андрей смотрел словно сквозь, не замечая.

Но что изменилось сейчас?

Эта Нелли будто что-то в нём задела. Какие-то ниточки, которые связывали их в прошлом и не истончились под натиском времени.

Или это мне тоже показалось?

Кто-то из нас двоих пытается сделать из меня дуру: либо Андрей, либо я сама. И мне до дрожи страшно разочаровываться в муже.

— Сладкая, ну что ты? Сама придумала, сама обиделась?

— Не обижалась, — однако интонация говорит об обратном.

И Андрей тут же считывает каждую мою эмоцию. Потому что знает меня, как облупленную. И уж точно знает, что с этим добром делать и как сгладить углы.

— А давай в тот новый ресторан сходим, о котором ты мне рассказывала?

— В «Пион»?

— Ага. Слышал, там обалденные стейки. И вообще, вроде, место неплохое.

Да, у меня там уже все девчонки были, а Андрей всё сливается с моих непрозрачных намёков — то времени нет, то сил.

Я молчу, обиженно скрестив на груди руки.

— Ну давай, Ларусь, — улыбается он, чуть морща нос. — Устроим себе настоящее свидание. Ты оденешься для меня красиво, забудешь случайно трусики дома…

— Андрей!

— Что? Сегодня было огненно. Я хочу больше этой дикой страсти и похоти между нами. Как раньше.

Он вытягивает руку над коробкой передач и преданно заглядывает мне в глаза.

Вздыхая, вкладываю свою ладонь.

Наши пальцы сплетаются.

— Ну что, сделаешь это для меня?

Киваю.

— Я свободна в следующую пятницу.

— Отлично, тогда я тоже освобожу для тебя вечер. И мы проведём его вместе. Только ты и я.

И никаких Нелли, даже в мыслях!

Подъезжаем к дому.

Андрей паркует машину во дворе, открывает передо мной дверь и подаёт руку, помогая выйти.

— Иди пока, выпусти Муху. Пусть побегает перед сном, — подаёт мне мой клатч.

— А ты?

— Сниму регистратор. Я же обещал.

Поджимая губы, подхожу к Андрею вплотную. Кладу голову на его грудь, слушая успокаивающие мерные удары сердца.

— Не надо, Андрюш. Я верю тебе. Давай забудем?

— Прости, если я как-то тебя обидел, — прижимает он меня крепче, закутывая в свой пиджак. — Не хотел. Просто встреча оказалась неожиданной. Растерялся.

— Ладно. Я рада, что мы это обсудили.

Поднимаю голову.

Взгляд Андрея потемневший, подёрнутый туманной дымкой возбуждения.

Горячие требовательные губы тут же находят мои и сминают их в глубоком поцелуе. Влажный язык проникает в рот, ласкает нёбо, извлекая из меня тихий стон.

— Сладкая, мы рискуем не дойти до спальни…

— Снова? — смеюсь.

Боже, да что с ним?

Андрей всегда был пылким, но сейчас…

Я не возражаю, мне нравится чувствовать себя женщиной, от которой его коротит, а крышу сносит.

— Хочу тебя. Хочу. Хочу, — шепчет он между короткими поцелуями.

И, подхватив на руки, заносит меня в дом.

Глава 3

Лара.

Просыпаюсь от трели дверного звонка, разливающейся по дому.

Потягиваюсь, дрожа напряжёнными после страстной ночи мышцами.

Это было что-то… Я до сих пор, кажется, немного невменяемая от количества секса, что между нами случился.

Невменяемая, но очень счастливая, потому что с такой отдачей мы с мужем не любили друг друга уже очень давно. Это было не механическое взаимодействие, а реальное слияние душ, тел, желаний и эмоций.

Не открывая глаз, провожу рукой по постели.

Вторая половина пуста и уже холодная. Андрея рядом нет, а в ванной, примыкающей к нашей спальне, шумит вода.

Звонок в дверь повторяется.

Со вздохом накидываю на плечи халат и спускаюсь вниз.

Открываю дверь.

На пороге с излюбленно-недовольным выражением лица стоит свекровь. В её руках небольшой чемодан на колёсиках.

— Можно было и подольше идти. Оглохла, или что? — не дожидаясь приглашения, она протискивается мимо меня в дом.

Катит чемодан по полу, оставляя за собой грязные полосы, и скрывается в гостиной.

— Конечно, проходите, — вздыхаю я, обращаясь к пустоте.

Захлопываю дверь.

Елизавета Александровна — женщина сложная, с характером. Часто бывает грубой, скрывая простое неумение фильтровать слова за маской прямолинейности.

Между нами с ней всегда были шероховатости, которые не получилось сгладить ни временем, ни моими тщетными попытками наладить дружбу.

Она не упускает возможности подколоть и укусить, особенно часто спекулируя на моей женской и самой острой уязвимости — невозможности забеременеть.

Прохожу на кухню, включаю кофеварку и лезу в холодильник.

У нас шаром покати, нужно заказывать продукты. Нам с Андреем в последнее время некогда — мы готовимся к подписанию важного контракта, поэтому часто перебиваемся обедами вне дома и доставками ужинов из ресторанов.

Мы с Андреем — соучредители фирмы, занимающейся внутренней отделкой помещений. Не гиганты, но уверенные середняки. И гордимся своим бизнесом, который лишь некоторое время назад стал приносить стабильный и хороший доход.

Мой отец, уважаемый и известный на международном строительном рынке человек, предлагал нам руководящие должности в своих филиалах. Но мы отказались, решив пройти этот путь практически с нуля, самостоятельно. И ничуть не жалеем.

Сейчас, спустя семь лет, мы знаем всё о том, чем занимаемся. Успели прочувствовать горечь разочарования, набить шишки и отлететь от эйфории радости за наше детище, уверенно вставшее на рельсы успеха.

Напевая себе под нос, режу колбасу, сыр. Выкладываю на сервировочное блюдо поджаренный в тостере хлеб.

— Этим ты кормишь моего сына? — губы Елизаветы Александровны складываются в жёсткую линию.

— Мхм.

— Кошмар!

— Он не жалуется.

— Жалеет тебя. Удивляюсь, почему Андрюша ещё не сбежал от такой хозяйки, как ты.

С напускным равнодушием пожимаю плечами.

Одна и та же песня из года в год. Хоть бы репертуар сменила…

— Может, ему всё равно на то, какая я хозяйка? У нас сейчас другие приоритеты.

— Приоритет каждой женщины — дом. Уют. Очаг. Но ты, Лара… — ядовитый взгляд впивается мне в лоб. — Видимо, ты поломанная женщина.

— Вы на что-то конкретное намекаете?

Елизавета Александровна набирает в лёгкие воздух, но ничего не произносит. Однако всё читается по её напряжённому лицу.

Она по-хозяйски лезет в холодильник, достаёт пару яиц и бутылку молока. Отворачивает крышку и брезгливо принюхивается.

— Ну хоть не скисло. Я поражена.

Заняв противоположную от меня часть островка, стоящего посреди кухни, она принимается взбивать яйца с молоком.

— Андрюше нужно правильно питаться.

— А что, Андрюша бытовой инвалид? — язвительно дёргаю бровью. — Если ему надо, пусть питается. Он в состоянии сам приготовить себе завтрак.

— Ты должна за ним ухаживать. Он очень устаёт.

— Я тоже работаю наравне с вашим сыном, если вы забыли. И наравне с вашим сыном устаю.

— Вот! — свекровь назидательно задирает указательный палец вверх. — Все беды от твоего желания что-то кому-то доказать, тогда как надо поумерить свой пыл и осесть дома. Как и подобает настоящей женщине!

Переместившись к плите, она жарит омлет.

— Это называется самореализация и здоровые амбиции. Мы живём в двадцать первом веке, слава богу. В веке, когда женщина может себе позволить то же, что и мужчина.

— Когда ты дома убиралась в последний раз? — идёт свекровь с козырей.

Да, я не убираюсь.

Но у меня чисто. Всегда.

— Я оплачиваю клининг. А в чём проблема?

— Женщина создана служить мужчине! Это наше прямое предназначение. Ты потому и бездетная, что не женским делом занимаешься. Если идёшь против своей природы, будь добра заплатить за это свою цену.

Сжимаю до побелевших костяшек нож для масла.

Как это низко — упрекать человека в том, на что он не в состоянии повлиять.

Свекровь прекрасно знает, сколько времени и внутреннего ресурса я потратила на проверку здоровья. Сколько слёз бессилия пролила в стенах клиник.

Подбираю в голове слова, чтобы чётко и жёстко, без истерик, осадить свекровь. Но не успеваю ничего сказать — на кухню спускается Андрей.

— Всем доброе утро, — целует меня в щёку.

— Доброе.

Я пробегаюсь пальцами по его влажным волосам. От него пахнет гелем для душа, любимым табачным парфюмом и своим собственным запахом тела.

От этих ароматов кружится голова…

Чувствую себя влюблённой девчонкой, внутри которой бурлят гормоны и порхают дурёхи-бабочки.

— Андрюш, садись, я тебе омлетик приготовила, — суетится вокруг него свекровь.

Выставляет на столе в обеденной зоне одну тарелку.

Завтрак, я так полагаю, положен только мужчине.

Что ж…

Отличное начало дня.

Глава 4

Лара.

Пока Елизавета Александровна перекладывает омлет в тарелку, я беру Андрея в плен, обвивая его шею руками.

— Почему твоя мама здесь? С чемоданом, — шепчу на ухо.

— С чемоданом? — Андрей сводит брови над переносицей, а затем резко и виновато зажмуривается. — Чёрт, прости, совсем об этом забыл! У неё тараканов травят. Во всём подъезде.

Жаль, что не в голове…

— И что?

— Она не хочет дышать вредными химикатами.

— Наверняка это не так уж и вредно.

— Лар, — Андрей сжимает мою ладонь, целует поочередно каждый пальчик. — Я уже согласился, чтобы она пожила пару дней у нас.

— Было бы неплохо для начала обсуждать такие вещи со мной.

— Ты права. Я хотел. Но ты же знаешь, как быстро у меня всё вылетает из головы, когда на работе напряжёнка. С этим грядущим контрактом удивительно, как я имя собственное не забыл.

Смущённо улыбается.

И я, глядя в его открытое, красивое и мужественное лицо, просто не могу сердиться.

— Ну так что? Ты не против, если она останется?

Я против, если быть честной. Но меня припёрли к стене.

Не выгонять ведь мне теперь свекровь из дома. Она уже здесь.

— Ладно. Но только на два дня.

— Ты — чудо, — Андрей целует меня в лоб и садится за стол. Вешает свой пиджак на спинку стула.

Я наливаю нам всем кофе.

— Елизавета Александровна, садитесь с нами, — пытаюсь проявить дружелюбие.

Но свекровь лишь фыркает.

— Некогда мне кофе ваш распивать. Андрюша, сегодня я займусь твоими вещами. Хорошенько всё перестираю и переглажу.

— Мам, не нужно. Просто отдыхай.

— Очень даже нужно! У тебя есть хоть одна чистая рубашка?

— Полный шкаф.

— С трудом верится, что Лара стирает твои вещи.

— Лара не стирает, этим занимается химчистка, — Андрей с улыбкой уплетает омлет. — Ты же знаешь, мы много работаем.

— Ну, что ты много работаешь, я знаю…

Свекровь красноречиво замолкает, но продолжение её мысли отчётливо повисает в воздухе.

Это ещё один укол для меня, и я жду от Андрея защиты.

— Мам, не суетись, прошу. У нас всё так, как надо.

— У вас всё не как у людей. Давно пора указать женщине на её место.

Елизавета Александровна, резко развернувшись на пятках, выходит.

А я сижу, офигевше замерев с бутербродом, не донесённым до рта.

— Прости за это.

— Можно мне забрать своё разрешение обратно? Два дня — это ту мач. Я с катушек съеду с твоей мамой.

— Лар, слушай… — Андрей медленно помешивает ложкой кофе. — Может, она права?

Поднимаю на него серьёзный взгляд.

— Права в чём?

— Ну, ты правда много работаешь. Устаёшь.

— Я зарабатываю деньги.

— Верно. Но охота на мамонта — это задача мужчины, ведь так?

— А, то есть моя задача — подбирать в пещеру шторы и расставлять по подоконникам фикусы?

— Нет, но…

— Но?

— Может, это всё из-за накопленной усталости?

— Что — всё? Моё бесплодие, ты хотел сказать? Называй вещи своими именами, не стесняйся!

Теряя аппетит, отбрасываю так и не откусанный бутерброд обратно в тарелку.

— Не знаю, я просто… — Андрей устало растирает ладонями лицо. — Я просто предлагаю варианты.

— Почему же ты не предлагал эти варианты три, пять, семь лет назад, когда мы батрачили и почти жили в офисе? Тогда тебя вполне устраивало наше равноправие.

— Меня и сейчас устраивает.

— Не заметно.

— Я забочусь о тебе, — рычит он и раздражённо ведёт плечами. — Я хочу семью!

— А сейчас у нас что?

— Полноценную, Лар.

Резко выдыхая, соскакиваю со стула, как ошпаренная.

Отлично!

Кто ещё хочет назвать меня с утра неполноценной? Становись в очередь!

Глубоко дышу, оперевшись бёдрами о кухонный гарнитур. Мой невидящий взгляд буравит стену.

Это оплеуха от любимого человека. И ощущается она так болезненно, что сердце превращается в кровавые ошмётки.

В глазах становится горячо и влажно. Я смыкаю веки, запрещая себе плакать.

— Сладкая, — тёплые ладони обвивают мою талию. Тихий, но настойчивый шёпот разбегается по коже, заставляя тонкие волоски на моей шее вставать дыбом. — Прости. Я дурак. Не знаю, зачем это ляпнул. Это и моя больная тема тоже.

— Но не ты ловишь осуждающие взгляды каждый раз, когда разговор заходит об этом.

— Знаю. Виноват. Ну хочешь, врежь мне как следует, — он разворачивает меня лицом к себе, берёт за запястье, поднося мою ладонь к своей щеке. — Давай. Чтоб знал. Чтоб думал головой своей дырявой. Врежь.

Он показательно пытается ударить себя моей рукой, но я напрягаюсь, не позволяя.

Поджимаю губы, ласково ведя по гладко выбритому подбородку кончиками пальцев.

Наши прямые взгляды встречаются.

Внутри у меня снова всё плавится от нежности к этому мужчине.

— Какой же ты дурачок.

— Люблю тебя, сладкая, — губы Андрея припечатываются к моей ладони, оставляя влажный поцелуй. — Прости. Я не думаю так на самом деле.

— Ладно. Спишем это на нервное напряжение, связанное с визитом твоей мамы.

— Ты долго будешь собираться? Я могу тебя захватить.

— Нет, — мягко улыбаюсь. — Езжай один, я поеду на своей. Мне сегодня всё равно нужна будет машина.

— Хорошо. Тогда до встречи в офисе, Лариса Константиновна, — муж целует меня на прощание. — И не забудь позавтракать, пожалуйста.

Он выходит, захватив по пути со спинки стула свой пиджак.

Назойливые мысли тут же снова заполняют черепную коробку, а червячок сомнения подтачивает изнутри.

Может, Андрей прав, и мне нужно отойти на время от дел, передать весь бизнес в руки мужа и заниматься собой и домом, как подобает женщине?

Решив как следует обдумать эту мысль позже, ухожу в душ, смывать с себя налёт от неприятного утра.

Глава 5

Лара.

Наша фирма занимает этаж в офисном здании в центре города.

Кабинеты у нас с Андреем в разных концах — так мы постарались минимизировать случайные встречи на работе. Отделяться друг от друга в офисе просто необходимо, иначе границы рабочих и личных отношений очень быстро размываются, и всё тогда превращается в хаос.

Просматриваю документы на подписание.

Желудок утробно воет, ругая меня за то, что к завтраку так и не притронулась. А теперь я голодная, как зверь.

Закрываю папку и отправляюсь на поиски мужа.

— Можно к вам, Андрей Викторович? — заглядываю в его кабинет.

— Привет, — Андрей улыбается, поднимая голову от телефона. Кладёт его экраном вниз. — Заходи. Как день?

— Нормально. Я только что у юристов была, они проверили контракт. Нужно поправить два пункта и подписать, в остальном — окей.

— Хорошо. Надо к концу недели с этим закончить, в понедельник Лесневский будет у нас.

— Успеем, не переживай, — присаживаюсь на край стола. — Может, пообедаем вместе?

— Прости, Лар, не получится сегодня. Я хотел съездить на склад, пока есть время. Там что-то закосячили в документах, не бьётся теперь с остатками.

— Мм, ладно…

— Это ведь ничего?

— Да, окей. Я тогда пообедаю в кафетерии внизу. Который час?

Тянусь к телефону Андрея, чтобы посмотреть время, но он молниеносным движением хватает его первым.

— Ровно полдень, — лучезарно улыбается.

— Хорошо. Тогда увидимся уже дома?

— Да. Люблю тебя.

— Люблю.

Возвращаюсь в свой кабинет.

Звоню Тае, лучшей подруге. Она живёт в центре, недалеко от нашего офиса, и частенько выбирается со мной на обед, если сама не занята работой.

— Только не в ваш гадкий кафетерий, — категорично заявляет она. — Пошли в «Гуся» тогда уж.

«Жареный гусь» — приличное место за углом, куда можно и на бизнес-ланч сходить, и на деловую встречу, и даже на свидание.

Через полчаса я уже присоединяюсь к Тае.

— Ларис, у тебя всё хорошо? — проницательно она заглядывает мне в глаза.

— Конечно. Почему спрашиваешь? Хреново выгляжу?

— Нет, выглядишь прекрасно, как всегда. Во взгляде что-то изменилось… Что-то…

Тая трёт в воздухе пальцы друг о дружку, пытаясь подобрать слова. Её очень сложно провести и обмануть, ведь Таюша моя — ведьма.

Сама себя она так не называет, но бабка её занималась снятием заговоров и порч, мама её этим занималась, а Тая пошла дальше — монетизировала свои способности, научилась на этом зарабатывать.

Среди её клиентов самые влиятельные люди страны. К ней приходят за правдой и помощью. И она помогает.

Делаем заказ. Тая продолжает внимательно сканировать моё лицо.

— Тай, ты спроси лучше. Я же знаю, что ты делаешь.

— Что?

— Ну, читаешь меня… Давай без твоих фокусов сегодня.

— Карту вытащишь? — Тая, не дожидаясь ответа, лезет в сумочку. Вытаскивает пухлую колоду карт Таро. — Экспресс-гадание. Один вопрос — один ответ. Только сегодня и только сейчас для вас бесплатно.

Качая головой, тянусь к колоде. Не отстанет же всё равно.

Я довольно скептично отношусь к этому, но Тая, помимо того, что хорошая ведьма, ещё и очень хороший психолог, тонко чувствующий людей и перемены в них.

Она так мастерски смешивает рациональное с магическим, что после разговора с ней всегда становится легче и понятней, как дальше жить эту жизнь.

Тяну карту.

— Мхм, замечательно, — Тая забирает. Смотрит на картинку и на меня. И снова на картинку.

— Господи, не томи. Что там?

— Колесо фортуны.

— Фортуна — звучит так, будто мне повезёт.

— Повезёт обязательно, но не обязательно так, как тебе бы хотелось, — уклончиво отвечает Тая, отпивая кофе.

— Просто скажи, что всё будет хорошо.

Мои ладони отчего-то потеют, а усидеть на месте сложно.

В моей жизни всё нормально, нет повода для беспокойств, но я нервничаю.

— Это сложная карта, Лар. Колесо может не проявиться как удачное стечение обстоятельств в том смысле, в котором это понимаешь ты. Однако именно этот путь приведёт тебя к истинному счастью. Иногда то, чего мы ожидаем, на самом деле не то, что нам нужно.

— Боже, неужели мы не подпишем контракт… — обречённо вздыхаю я.

— Это единственное, в чём ты сейчас сомневаешься? — хитро щурится Тая.

И первым порывом мне хочется сказать «да», но что-то беспокойное крутится внутри. Я не могу дать ему определения, и даже нащупать не выходит, что же это за чувство такое.

Оно просто есть. Зудит в грудине так, что хочется почесать.

— Возможно, твой привычный уклад жизни даст крупную трещину. Не опускай руки. Знай, что это первый шаг к переменам, которые сделают тебя по-настоящему счастливой.

— Ты же понимаешь, что после такого я буду нервничать ещё больше?

— В этом нет необходимости. Судьба проведёт тебя по нужной тропинке. Как говорится, расслабься и получай удовольствие. Я попудрить носик.

Тая уходит в туалет, а я сижу и перевариваю её слова.

Мне перемен вообще не хочется. Никаких.

Пускай всё остаётся как есть.

Лишь бы контракт подписали. Это даст фирме очень мощный толчок, после которого можно будет выдохнуть.

Тая возвращается.

Её брови странно нахмурены, на миловидном лице отпечаток глубокого мыслительного процесса.

— Ларис, а Андрей что тебе сказал?

— Что сказал?

— По поводу обеда.

— А! Он на складе, разбирается с кривым списанием. А что?

— Слушай, ты только не нервничай сейчас, ладно?

И её пристальный взгляд, впивающийся мне между бровей, бьёт по телу разрядом тока.

— Ладно.

— Я Андрея только что видела в соседнем зале.

— Правда? Вот жук, а мне сказал, что сразу на склад. Позову его к нам, — резко поднимаюсь со стула, и он с жалобным скрипом прокатывается по полу.

— Лар, — кричит в спину Тая. — Пожалуйста, помни о достоинстве! И об уголовном кодексе…

Я не удивляюсь её странной просьбе, потому что Тая, изрядно деформированная своей профессией, иногда может переборщить с драмой и катарсисом.

Выхожу в соседний зал, нахожу глазами Андрея и иду к его столику, но на полпути замираю, вкапываясь в пол.

Он не один.

Он с женщиной!

И не просто с женщиной, а с ней.

С Нелли.

Глава 6

Лара.

Сердце пропускает удар.

Улыбка с моего лица медленно уплывает, уголки губ подрагивают от напряжения.

Внутри поднимается буря, которую я не могу задавить волевым усилием.

Андрей, словно чувствуя пристальное к себе внимание, поднимает взгляд, встречаясь с моим — растерянным и шокированным.

— Лара? — чуть привстаёт он, неловко задевая локтем и переворачивая стакан с кофе.

Тёмная лужа расползается по белоснежной скатерти и стекает на пол.

Кап. Кап.

Я отупело смотрю, как капли разбиваются о пёстрый кафель.

Андрей хватает сразу стопку салфеток и, не сводя с меня глаз, промакивает кофейное пятно на брюках.

— Лара, ты что здесь делаешь?

— Обедаю с подругой. У меня встречный вопрос к тебе: какого хрена, Доронин? Ты ничего, часом, не перепутал?!

Я стараюсь не кричать и не привлекать лишнее внимание к нам.

Достоинство, да. Знаю я такое слово.

Но откуда ему взяться, когда меня пробивает крупная дрожь, а в груди что-то жалобно скулит и ноет, требуя возмездия, крови, эмоций!

— Так, успокойся, Лар, — Андрей примирительно поднимает руки в воздух. — Давай отойдём, поговорим.

— Нет, мы не будем никуда отходить. Мы будем разговаривать при твоей потаскухе.

Нелли обиженно охает, прикрывая ладонью рот.

Наглая, самодовольная дрянь!

— Лара!

Андрей срывается из-за стола, хватает меня за локоть и отводит в сторону, подальше от случайных свидетелей.

— Отпусти!

— Лара, блять! Прекрати истерику!

— Какого хрена ты с ней здесь?!

— Это просто обед. Мы встретились случайно, — в его глазах холод. И таким же холодным тоном он со мной говорит.

Он никогда раньше так не разговаривал. Даже во время ссор.

А сейчас я физически ощущаю, как нарастает между нами ледяная стена раздражения и равнодушия, безразличной отстранённости.

— Андрей, тебя вообще здесь быть не должно! Мне ты сказал, что едешь на склад.

— Ты слышишь меня? Ещё раз: мы встретились случайно.

— Я не верю тебе, — отрицательно кручу головой. — Не верю!

— Это твои проблемы, Лара. Ты ведёшь себя сейчас, как истеричка! Соберись!

— Пошёл ты! Иди обедай дальше со своей любовницей!

— Ты чокнутая! — он с силой встряхивает меня за плечи. — Только послушай, что ты несёшь! Посмотри на себя! Решила шпионить за мной, да? Тебе самой не стыдно?

— А тебе не стыдно?! Нормальным мужикам хотя бы хватает мозгов для того, чтобы конспирировать свои свидания. Ты бы ещё в дом к нам её притащил!

— Это не свидание!

— Тогда какого чёрта, Андрей?! Почему ты не сказал мне, что собираешься обедать с ней?

Мы оба надсадно дышим. Так, словно пробежали кросс.

И слитая в воздух агрессия отпускает.

Сжимающие мои плечи пальцы ослабляют хватку.

Андрей глубоко вдыхает и с шумом выдыхает.

— Я встретил её на парковке. Она приезжала в страховую двумя этажами ниже.

— Я должна в это поверить? — бросаю ему с вызовом.

— Надеюсь, что поверишь. Я правда не планировал этой встречи. Мы столкнулись, разговорились, решили продолжить беседу в более тихом месте.

— В интимной обстановке?

— Блять… — закатывает Андрей глаза. — Лар, мы не виделись много лет. Просто болтали, вспоминали прошлое, обсуждали, как у кого сложилась жизнь.

Сжимаю переносицу, стараясь сгрести мысли в кучу. Но они разбегаются, как неразумные цыплята.

— Андрей, я не против того, чтобы у тебя были друзья вне нашего круга общения. Но я не знаю, как мне относиться к тому, что ты пытаешься утаить от меня встречу с другой женщиной. Как бы ты повёл себя, если бы случайно встретил меня в компании незнакомца?

— Нелли не незнакомка. Ты знаешь, кто она.

— Да. Я знаю, что вы учились вместе. А ещё я не слепая и вижу, как ты на неё пялишься.

— Боги! — устало воет Андрей. — Ну и как я на неё пялюсь?

— Я знаю этот взгляд. Когда-то ты и на меня так смотрел.

— Маразм…

— Перестань делать из меня сумасшедшую.

— Да я поэтому и не сказал тебе ничего! Ты видишь, как ты реагируешь даже на такую мелочь? Придумала себе уже какой-то взгляд, придумала мне любовницу… Лар, это не нормально. Это паранойя.

— Как же это удобно — сделать виноватыми всех вокруг. Сними белое пальто, Андрюш, — скорбно поджимаю я губы. — Приятного вам аппетита.

Резко развернувшись на каблуках, ухожу.

Глава 7

Лара.

Прогуливаемся с Таей по набережной. Больше молчим, чем разговариваем.

Мне почему-то стыдно перед подругой.

Стыдно за эти Андрюшины экзерсисы с «просто обедом» с другой женщиной за моей спиной.

Про нас всегда говорили, что мы крепкая семья. Я гордилась тем, как у нас всё стабильно. Гордилась нашим умением строить диалог в моменты кризисов, когда хочется только кричать и бездумно эмоционировать.

Осознанность. Доверие. Верность.

Догма или пустой звук?

Но если нет, тогда почему нельзя было честно мне обо всём сказать? Почему нельзя было и меня позвать на этот треклятый обед? Неужели моё присутствие так сильно повлияло бы на их способность ностальгировать о прошлом?

Мудак!

Он просто не хотел, чтобы я мешалась под ногами, пока он окучивает эту мымру.

Внутри пусто, будто выдрали с мясом кусок чего-то жизненно важного. Меня давит ощущением абсолютной бессмысленности происходящего.

Присаживаемся на парапет.

Ноги гудят от пройденных километров.

— Лар, ты как? — касается моего плеча Тая.

— Поверить не могу. До сих пор трясёт, — в знак доказательства вытягиваю руку. Меня мелко колотит. Воздух стоит колом в лёгких. — Что это вообще было?

Подруга задумчиво отстукивает пальцами по колену.

— А к чему ты сама склоняешься?

— Я не знаю. Они ведь не целовались, даже не держались за руку… Ничего провокационного.

— Но?

Морщусь, сглатывая колючий ком в горле.

— Но я чувствую что-то, понимаешь? Вот здесь скребётся, — кладу ладонь на грудину. — Ещё на вечере началось, как только я эту Нелли увидела. Такое гнетущее ощущение, будто меня уже предали, хотя ничего особенного не произошло.

— Это женская интуиция, Лар. Мощнейший радар.

— Ты же знаешь, это не моя сильная сторона. Но я чувствую, что она не просто женщина из прошлого, — обречённо роняю голову на сложенные руки. Скулю, как побитая собака. — Не понимаю, что мне делать.

— Слушай, у меня тут клиентка была недавно, жена одного состоятельного мужчины. Пришла ко мне за советом, как ей мужа удержать. Карты сказали, что если она хочет встретить лучшего мужчину, то этого нужно отпустить. А она мне: «Куда уж лучше, этот ведь миллионер», — Тая неторопливо достаёт из сумочки пачку тонких сигарет, прикуривает, выпуская облачко дыма в небо.

— И?

— Ну мы побились немного, поговорили, всё по полочкам расставили. Отпустила. А через полгода за миллиардера замуж вышла.

— Повезло.

— Не повезло. Судьба ей предоставила выбор и наградила за смелость.

Смелость.

Где её столько найти, чтобы разрушить то, что создавалось кропотливым трудом несколько лет?

— А чего они расстались-то?

— Ой, да там банально всё, с секретаршей своей он спал. Жена, как Лунтик, ни о чём не догадывалась и верила, что мужик просто пашет на износ, поэтому на работе до утра торчит. А потом случайно в телефоне нашла функцию отслеживания геолокации через семейный аккаунт.

— И застукала с любовницей?

— Прямо на горяченьком. Своими глазами увидела, как муж молодуху трахает, а потом прибежала ко мне с выпученными глазами и требованием помочь вернуть всё, как было.

— Женщины… О нас открыто ноги вытирают, а мы бегаем за ними со своей любовью.

— Женщины меньше всех виноваты в том, что мужчины изменяют. Пускай она себя запустила, пускай поправилась и постарела. Мужики часто не хотят вникать в эти проблемы и находят самое простое решение, убеждая себя в том, что хороший левак укрепляет брак. Чушь и профанация! Нам с детства внушают, что мы хранительницы очага, вот мы и храним. Изо всех сил. Унижаясь и прогибаясь. И думаем обо всех: о детях, родителях, соседях, друзьях и, прости господи, о несчастном муже, который ведь просто не выживет без нас в этом жестоком мире. А о себе думать забываем. И ещё сильней полнеем, дурнеем, стареем…

— И круг замыкается.

— В точку.

Скорбно молчим, слепо глядя на горизонт.

Мимо гуляют парочки с колясками, беременные женщины.

Мне больно на них смотреть.

Внутренности будто прокручивают через мясорубку.

Я красивая, молодая, амбициозная женщина. У меня на эту жизнь грандиозные планы, но все они будто теряют смысл, если рядом нет Андрея.

Мы всё поделили на двоих, но сейчас я один на один со своими переживаниями.

— Дай мне совет, — прошу я, ковыряя ногтем засохшее пятно краски на камне. — Не как ведьма, а как подруга.

Тая закусывает губу, снова глубоко затягивается.

— Слушай себя. Не руби с плеча, но не поддавайся на уловки разума. Наш мозг — штука хитрая и ленивая. Он что угодно готов тебе подкинуть, лишь бы не пришлось радикально менять жизнь. Он держится за стабильность и безопасность — увы, это эволюционно закреплённый на подкорке механизм выживания. Но кроме мозга есть и другие органы чувств, более тонкие. Научись смотреть не только глазами.

— Отлично, какой совет я вообще могла ждать от ведьмы? — улыбаюсь я, но улыбка выходит печальной и кривой.

Мы гуляем ещё несколько часов, периодически останавливаясь, чтобы глотнуть кофе и перекусить фастфудом.

После разговора с Таей мне, как всегда, становится легче.

У меня уже не вибрирует всё внутри так тревожно, как это было сразу после роковой встречи в ресторане.

Мы расходимся в центре.

Я забираю машину с парковки офиса и еду домой.

А на крыльце дома меня уже поджидает мой благоверный.