Read the book: «Мой босс Дьявол!»

Глава 1

Проснувшись в своей новой, не до конца обставленной квартире в Бруклине, я почувствовала себя более уверенней, чем обычно. В воздухе, буквально, витал запах новой жизни. Сегодня на собеседовании я должна выложиться на сто один процент, ведь такая компания, как «Strage Interpice», дает всего один шанс и они выбрали именно меня.

«Strage Interprice» занимается научно-исследовательской деятельностью в области строительства. Лучшие инженеры трудятся над созданием новых технологий и модернизаций в конструкции. Компания входит в десятку лучших по версии сайта «Fortune», показатели бьют все рекорды. Сегодня я планирую статью частью этой потрясающей команды.

Выглянув в окно, меня ослепляет утреннее солнце. В Нью-Йорке уже середина сентября, листья деревьев заметно пожелтели, но погода оставалась комфортной, будто теплый вечер в августе.

Включив кофемашину и насыпав корм в миску моего кота Ориона, я бегу в душ. Это мой ежедневный утренний ритуал. Кофе. Кот. Душ.

Не удосужившись вытереться, я только оборачиваюсь в полотенце и шагаю на кухню, оставляя за собой капли воды по всему полу. Понятия не имею почему, но я просто ненавижу вытираться.

Итак, получив свою дозу кофеина, отправляюсь в спальню. Открыв шкаф, я прикусываю нижнюю губу зубами, еще одна привычка, от которой я никак не могу избавиться. Я делаю это каждый раз, когда волнуюсь или думаю.

Мои мысли прерывает входящий вызов телефона. Каждый раз меня это слегка напрягает, но я долго работала со своим терапевтом, чтобы такие простые вещи, как телефонный звонок, перестали меня беспокоить.

Посмотрев на экран, я вижу имя единственного человека, который сейчас присутствует в моей жизни. Моя лучшая подруга Хелен.

– Привет! – Я улыбаюсь от того, как жизнерадостно звучит голос Хел.

– Привет. Ты вовремя, я как раз решаю, что надеть.

– Очевидно, что ты должна надеть тот кружевной бюстгальтер, который я привезла тебе из Милана.

Хелен моя лучшая и единственная подруга со школы. Мы полные противоположности друг друга. Там, где я лучше постою в сторонке, она идет прямо в пекло, когда я молчу, Хел звонко кричит, если я ненавижу большое скопление людей, она – душа компании.

Два года назад Хелен познакомилась с Кристианом на каком-то мероприятии, они сразу влюбились друг в друга. Поначалу у них были отношения на расстоянии, так как он работает спортивным журналистом, а она была фотомоделью. Оба занятые карьеристы, оба в вечных разъездах, но в прошлом году Крис сделал ей предложение, и Хелен отказалась от своей карьеры ради того, чтобы следовать за своим мужчиной.

Сейчас она популярный фешн и тревел-блогер в IG. Вместе они разъезжают по всему миру, ведут самый активный образ жизни, который только можно представить. Походы, восхождения, серфинг, лыжи, скуба-дайвинг… Это все, что я могла запомнить. Думаю, что именно одинаковый взгляд на жизнь делает их идеальными друг для друга. Эти ребята так гармоничны, что глядя на них невозможно не верить в любовь.

– Боже, Хел, ты же знаешь о чем я. – Тяжело вздохнув, достаю очередное платье из шкафа.

– Алиса, я уверена, что ты уже определилась с выбором сегодняшнего наряда, лучше расскажи, как ты себя чувствуешь?

– Думаю… Думаю, я в порядке.

– Отлично! Забудь обо всем, что было раньше. У тебя начинается новая жизнь, и только ты решаешь свою судьбу.

Всего на секунду на линии повисает молчание, а затем мы одновременно смеёмся в голос.

– Хел, ты готовила воодушевляющую речь заранее? – Спрашиваю я, успокоившись.

– Конечно, нет. Я правда думаю, то что сказала, и Алиса… Я люблю тебя и очень скучаю.

– Я тоже тебя люблю, Хелен. Где вы сейчас? – Одинокая слеза скатывается по моей щеке, но я тут же стираю её ладонью. Мне действительно очень одиноко, и никакие звонки или даже видео-звонки не смогли бы заменить живого общения. Только вот я никогда не скажу об этом Хел, если я хоть немного знаю свою подругу, она тут же возьмет билет на следующий рейс до Нью-Йорка.

– Мы в Дублине, эти сумасшедшие ирландцы проводят олимпиаду «Кто выпьет больше пива» и журнал Кристиана, отправил его, как специального репортера.

На моем лице появляется улыбка. Истории из поездок Хелен и Кристиана всегда поднимают мне настроение

– Я думала, что Кристиан работает в серьезном журнале.

– Я тоже так думала. – Со смехом произносит подруга. – Ладно, собирайся и позвони мне после того, как вернешься домой.

– Договорились.

Отключив вызов, я достаю наряд, который выбрала в тот же день, как получила приглашение на собеседование. Хелен знает меня слишком хорошо. Я действительно тщательно обдумываю каждый свой следующий шаг, вплоть до выбора одежды, и это тоже отголосок моего прошлого.

Бежевая юбка-карандаш, изящно подчеркивает мои широкие бедра. Шелковая белая блуза с V-образным вырезом и лодочки в тон юбки, идеально заканчивают образ. Достав кулон в виде бабочки, я быстро застегиваю его на шее и провожу пальцем на удачу. Это единственная вещь оставшаяся у меня от матери и я верила, что кулон – мой талисман.

Обычно, я не крашусь, но идти без макияжа на собеседование, было бы неразумно. Я нанесла теплый оттенок теней, который хорошо сочетается с моими зелеными глазами, благодаря туши взгляд стал более выразительным.

Заметив красную помаду от Шанель, которую Хелен подарила мне на прошлое рождество, я засомневалась. Красный цвет слишком вызывающий, будет ли это уместно? Я еще ни разу ей не пользовалась, это совершенно не в моем стиле, но сегодня утром я решила, что пришло время перемен.

Не давая себе возможности передумать, я открыла колпачок и нанесла помаду на губы. Распустив свои светлые волосы, которые от природы были у меня волнистыми, я взяла сумку и вышла из спальни.

Телефон в моей руке снова запищал, на этот раз от входящего сообщения.

ХЕЛЕН: «Расстегни пару пуговиц, уверена, это поможет получить расположение начальства».

Усмехнувшись, убираю телефон в сумку и еще раз смотрю на себя в зеркало на выходе.

– Новая жизнь, новая я. – Киваю своему отражению и расстегиваю верхнюю пуговицу на блузе.

Погладив на прощание кота, выбегаю из квартиры.

***

Как и все крупные компании Нью-Йорка, офис «Strage Interprice» располагается на Манхэттене. Я решила не испытывать судьбу в Нью-Йоркских пробках и поехала на метро.

Пять лет назад, приехав из Питтсбурга, более спокойного города США, я думала, что меня будет пугать новый быстротечный ритм. Сначала так и было, но со временем я привыкла, думаю, еще помогли сеансы с терапевтом.

Подняв голову, я смотрю вверх на стеклянный небоскреб, который касается облаков. На моём лице спокойная улыбка и я дышу так, будто всего, через что мне пришлось пройти в прошлом, никогда и не было. Люди пролетают мимо, не замечая ничего вокруг, в том числе и меня. Возможно, в этом и заключается причина, моего внутреннего спокойствия: только в большом городе можно действительно стать невидимой.

Сделав глубокий вдох и выпрямив спину, вхожу в стеклянные раздвижные двери. Подойдя к ресепшену, обвожу взглядом двух потрясающих брюнеток, одетых в строгие черные платья.

– Здравствуйте. – Негромко произношу я. В ответ тишина, обе девушки неотрывно продолжают работать на своих ноутбуках. Я прочищаю горло и пробую еще раз, более уверенно и громко, но все же, чувствую, как мои колени начинают подрагивать от волнения. – Здравствуйте!

Брюнетка номер один поднимает на меня голову. – Добрый день. – Произносит она, натягивая фальшивую улыбку. – Чем могу помочь?

– Я пришла на встречу к миссис Элизабет Миллер.

Брюнетка номер два отрывает взгляд от своего ноутбука и заинтересованно смотрит в мою сторону.

– Ваши документы, пожалуйста.

– Да, конечно. – Торопливо произношу, доставая бумажник из сумки.

Пока брюнетка номер один вводит мои данные в ноутбук, я осматриваюсь. Огромный холл с панорамными окнами и белым мраморным полом, делают помещение бездушным. Серая мебель по периметру, живые высокие растения и большой аквариум с разноцветными рыбками, вносят небольшое разнообразие в этот скучный интерьер, но только самую малость. Мужчины и женщины, проносившиеся мимо, кажутся такими же сдержанными, как и здание в котором, вероятно работают.

– Мисс Джонсон. – Зовет меня брюнетка номер один. – Миссис Миллер ждет вас. Вот ваш пропуск. – Она протягивает мои документы вместе с белой карточкой. – Запомните, вам нужен лифт номер два, этаж двадцать один, третья дверь слева.

– Спасибо. – Убрав все в сумку, я направляюсь в сторону лифтов. Их было двенадцать, по шесть с каждой стороны. Понятия не имею для чего так много.

Войдя в кабину последней, я улыбаюсь толпе, которая занимает все пространство. Здесь очень тесно, поэтому я стараюсь держаться ближе к двери, чтобы никто меня не касался, и, кажется, начинаю понимать, для чего так много лифтов.

Двери медленно закрываются, как вдруг, слышится сигнал открытия, и они движутся в обратную сторону. Я поднимаю голову и встречаюсь с самым тёмным оттенком глаз, который можно найти в природе. Всего секунда, но этого хватает, чтобы мои ладони вспотели, а пульс участился.

Мужчина бестактно заходит в лифт, хотя очевидно, что для него здесь уже нет места. Мне приходится сделать шаг назад так, что я наступаю кому-то позади себя на ногу. Быстро шепчу извинения и сосредотачиваюсь на широкой мужской спине передо мной. Пробегаюсь взглядом по плечам и белому воротничку рубашки, выглядывающему из под пиджака. Покрой идеальный, сразу заметно, что костюм сшит на заказ, потому как безупречно он сидит. Лифт трогается и я улавливаю древесный аромат муската, спелого граната и, кажется, свежей выпечки… Интересно.

Кабина останавливается на одном из этажей, кто-то сзади грубо толкает меня, что я врезаюсь грудью прямо в спину мужчины. Сжимаю ладони в кулаки, пытаясь избежать приступа. Мужчина продолжает стоять, как стена, не сдвинувшись и на дюйм. – Вы выходите, мисс? – Спрашивает пожилой мужчина рядом со мной.

– Н-нет, я пропущу вас. – Я засуетилась, в тщетной попытке пропустить выходивших пассажиров, но мужчина в костюме совершенно не помогал. Все старательно обходили его, но не меня. Это помогло прийти в себя.

– Не могли бы вы немного отойти? – Не выдержав, спросила я.

Мужчина резко обернулся, его брови сошлись на переносице и этот жест сделал его вид более устрашающим. Он смотрит на меня несколько секунд, но мне кажется, что проходит вечность, затем встает сбоку у освободившейся стены.

Какие проблемы у этого парня?

В кабине становится гораздо свободнее, так, что я тоже смогла встать у стены, чтобы больше не мешать выходящим пассажирам.

Опустив голову, прикрыв лицо волосами как завесой, украдкой стала изучать мужчину напротив. Слава богу, он смотрел в свой телефон и, кажется, не замечал никого и ничего вокруг.

Его черные волосы были уложены, но несколько прядей спадало на широкий лоб, будто он запускал в них руку. Длинные ресницы трепетали, от того, как он бегал взглядом по экрану. Легкая щетина на острых скулах и твердой челюсти завершала брутальный образ. А  губы… Это вообще законно, чтобы у мужчины были такие пышные губы?

Он был привлекательный. Очень. Но от него веяло опасностью. Мне хотелось перестать смотреть, но я была заворожена. Как мотылек смотревший на пламя.

Мужчина резко поднял голову и снова эти черные, как ночь глаза, завладели моим вниманием. Сила, власть и могущество. Вот что я в них увидела.

– Вы оглохли? – Сурово произнес он, глядя на меня.

– Э… Что, простите? – Я заметила, что все присутствующие в лифте смотрят на меня. Уверена, что мои щеки стали пунцовыми.

– Девушка, ваш этаж. – Произнес кто-то из толпы.

– Выходите быстрее, я опаздываю на встречу. – Произнес мужчина с черными глазами, вновь привлекая мое внимание.

– Да… Благодарю. – Замешкавшись, я буквально выбегаю из лифта, растерянно глядя по сторонам. Как только двери кабины захлопываются, я, наконец, могу дышать.

Спустя десять минут блужданий по этажу, я нахожу нужный мне кабинет.

Столько коридоров, словно лабиринт… Кажется им самим требуется модернизация.

Постучавшись, я слегка приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. За небольшим столом у окна, сидит приятная женщина средних лет, с легкой сединой в темных волосах и толстой оправе на носу.

– Мисс Джонсон, здравствуйте. – Добродушно произносит она. Кажется, это было первое лицо в здании, на котором я увидела улыбку. Быстро поздоровавшись, вхожу в кабинет.

– Прошу, присаживайтесь. – Она указывает на кресло напротив стола.

– Благодарю.

– Итак, мисс Джонсон, результаты теста, что мы вам отправили – просто поражают. – Произносит женщина, не отрывая взгляд от бумаг. – Но я вижу, что опыта у вас практически нет. Вы закончили университет с отличием, а затем работали… Консультантом в чайном магазине? – Она поднимает голову, в ее глазах я вижу сочувствие.

– Да. Начинающему специалисту, который только что окончил университет, достаточно сложно найти хорошую работу в Нью-Йорке, поэтому мне пришлось искать подработки. – Мне казалось, что мой голос звучит уверено, но внутри я дрожала от страха отказа. – Но я готова доказать делом, что достойна этого работы здесь.

– Это похвально, но и вы поймите, у нас сто пятьдесят человек на место. Есть более опытные кандидаты. – Добродушная улыбка испарилась и я почувствовала, как возможность ускользает сквозь мои пальцы.

– Миссис Миллер, прошу, дайте мне любую должность, хоть самую низкую. Я буду упорно работать и докажу, что стою вашего времени. Вы не пожалеете.

Жещина прижала сложенные к подбородку руки, вероятно обдумывая мои слова. – Алиса… Могу я к вам так обращаться? – Я киваю. – У вас диплом с отличием, вы идеально прошли все наши тесты, я не могу поставить вас на самую низкую должность, но и не могу обещать многого… – Элизабет делает паузу, затем легкая улыбка снова касается ее губ. – Но я вижу в вас потенциал, Алиса. Я дам вам шанс.– Я кусаю губу, старательно скрывая улыбку на лице.

– Благодарю вас, миссис Миллер! – Восторженно произношу я. – Вы не пожалеете, я обещаю!

– Очень надеюсь. – Она вновь смотрит на документы. – Итак, я предлагаю вам должность менеджера по закупкам.

– Но… Но я архитектор. – Возможно, это было грубо с моей стороны, но менеджер по закупкам… Я совершенно ничего не понимаю в этом. Обычно я не берусь за то, в чем не разбираюсь. – Может, есть вакансия младшего дизайнера? Или помощник помощника младшего дизайнера? – Элизабет бросает на меня хмурый взгляд и я понимаю, что она уже все решила, а я должна радоваться и этому.

– Прошу прошения, миссис Миллер. Спасибо вам. Я готова начать хоть сейчас.

– Прекрасно, но сейчас не нужно. Приходите завтра к девяти, я вас провожу и все расскажу. – Я киваю в ответ, пока она дает дальнейшие указания. – Сейчас отправляйтесь в отдел кадров на сорок девятом этаже и отдайте им все документы. Они будут предупреждены.

– Поняла, спасибо большое, до свидания. – Встаю и крепко сжимая свою сумку, подхожу к двери.

– Удачи, Алиса.

Оказавшись за дверью, закрываю на секунду глаза и делаю глубокий вдох. – Я сделала это!

***

Нужный мне этаж – это большое открытое пространство с кучей офисных столов. Как только я выхожу из лифта, сразу чувствую странное напряжение, витавшее в воздухе. Сотрудники стоят небольшими группами, о чем-то перешептываясь друг с другом, а потом я слышу громкий мужской голос из самого дальнего и единственного на этаже кабинета.

– Я ЖЕ СКАЗАЛ ПЕРЕСЛАТЬ МНЕ ВСЕ ДОКУМЕНТЫ! – Голос кажется знакомым. – ИЗ-ЗА ТЕБЯ СДЕЛКА СОРВАЛАСЬ! КАК ТЫ МОГЛА НЕ СПРАВИТЬСЯ С ТАКОЙ ПРОСТОЙ ЗАДАЧЕЙ? – Весь этаж погружается в густую тишину. – ТЫ УВОЛЕНА! ПОШЛА ПРОЧЬ!

Из кабинета выбегает блондинка с размазанной по лицу, от слез, тушью. Пробежав мимо, она скрывается в одном из коридоров.

Что за дьявол?

Собравшись, подхожу к одному из сотрудников, который стоит в таком же шоке, как и все остальные. – Простите, что здесь происходит?

– Он в ярости. – Произносит милый парень в очках, продолжая сверлить взглядом дверь, откуда, только, что выбежала девушка.

– А кто он? – Спрашиваю я, удивляясь своей смелости. Обычно, мне требуется приложить не мало усилий, чтобы первой завязать диалог с незнакомцем.

Парень оборачивается и окидывает меня заинтересованным взглядом.

– Новенькая? – Я киваю. – Мистер Стрейдж – наш генеральный. Советую не попадаться сейчас ему на глаза. – Парень по-доброму улыбается и протягивает мне руку. – Я, кстати, Эрик.

Я замираю, глядя на протянутую ладонь. Хоть сотрудники уже разошлись по своим рабочим местам, как только шоу окончилось, мне начинает казаться, что все смотрят на меня. Нет. Я не могу сделать этого. Диалог это одно, но прикосновения…

Парень хмурится, затем поднимает руку и проводит по своим взъерошенным волосам.

Черт, как глупо вышло.

– Алиса. Приятно познакомиться. – Я одариваю его самой милой улыбкой и одновременно извиняющимся взглядом. – Мне нужен отдел кадров, не подскажешь где это?

– Эх, придется пройти мимо кабинета мистера Стрейджа. – Эрик указывает пальцем в сторону прохода, который я не заметила ранее. – До конца по коридору, последняя дверь слева. Советую сделать это быстро, чтобы он тебя не заметил.

Я киваю. – Спасибо.

По сути, мне нечего было бояться, я еще даже не работаю здесь, но, все же, услышав, как мистер Стрейдж кричит на бедную девушку, мне искренне хотелось избежать встречи с ним.

Опустив голову, двигаюсь быстрым шагом в нужном направлении. Но стоит мне оказаться у двери генерального директора, которая открыта нараспашку, я невольно заглядываю внутрь.

Панорамный вид Нью-Йоркских небоскребов сразу привлекает моё внимание, затем большой стол из темного дуба и следом он… Мужчина из лифта. Вот почему его голос показался мне знакомым. Он стоит, прижавшись бедром к столу, в его руках какие-то документы, которые он изучает с напряженным видом.

Секунда. Всего секунда, за которую я прохожу мимо кабинета, но мужчина успевает поднять голову и поймать мой взгляд. Я застываю, как вкопанная, встретившись с темными глазами. Не могу сделать шаг из-за силы его внимания, будто меня засасывает в бездну.

– Подойди. – Произносит он медленным, но авторитетным тоном.

С меня спадает пелена, я моргаю, приходя в себя, затем оглядываюсь по сторонам. – Я?

– Ты видишь рядом кого-то еще? – Недовольно спрашивает он.

Прикусив от волнения нижнюю губу, медленно захожу в кабинет.

– Быстрее! – Рявкает мужчина.

Я слегка вздрагиваю, но максимально сильно стараюсь скрыть это.

Спокойно, Алиса, он не причинит тебе вреда.

Как только я оказываюсь перед ним, он спрашивает: – Кем ты здесь работаешь?

– Я толь…

– Впрочем, неважно. – Грубо меня прервав, он продолжает говорить, снова опустив голову к своим документам. – Завтра, ровно в девять утра, ты должна стоять у моего кабинета. Я пью черный американо с пятью миллилитрами молока, но без сахара. Так же подготовь рабочий план на день и договорись с Дэниелом Ленсли о встрече во время ужина. – Произносит он скучающим тоном, все еще не глядя на меня. – Забери мой костюм из химчистки и перед работой поезжай в Patek Philippe, мне нужны новые часы, они будут предупреждены о визите. – Я не понимаю, о чем он говорит и почему я должна делать все эти вещи? И все же, его властный, но бархатистый голос не давал возможности возразить.

Видимо я так сильно погрузилась в свои мысли, что не заметила, как он закончил, но когда очнулась, темные глаза уставились на меня с нескрываемым раздражением. – Ты все запомнила?

– Да.

Он кивнул, снова вернувшись к бумагам. – Можешь идти.

– Но… Я еще не работаю здесь.

Мистер Стрейдж медленно поднял голову и я замерла. Если я думала, что раньше его взгляд был пугающим, то сейчас, казалось, он мог уничтожить меня им.

– Так какого черта, ты тратишь мое время?

– Но вы сами меня позвали. Вы даже не дали мне возможности ответить и вообще… – Не знаю, откуда взялась эта храбрость, но я вздернула подбородок и продолжила, глядя ему в глаза. – Почему вы так со мной разговариваете ?

Его брови встретились на переносице, создавая более угрюмы вид, чем раньше, но в глазах появилась какая-то новая эмоция, которую я не смогла прочесть.

Черт…Что я наделала? Прощай моя новая должность.

Он делает шаг ко мне, и в любом другом случае я бы отступила, но сейчас мне не хотелось сдаваться. Наша грудь почти соприкоснулась друг с другом, я занервничала так, что попыталась на чем-то сосредоточиться, чтобы успокоиться. Возможно, это было плохой идеей потому, что мой взгляд упал на маленькую родинку над его верхней губой. Полные мужские губы изогнулись в ядовитой ухмылке, что мне пришлось быстро отвести глаза.

– Твоё имя?

– Алиса. Алиса Джонсон. – Выпалила я, делая маленькие вздохи. Моя зона комфорта была нарушена, но отступать было нельзя.

– Хм… Джонсон значит. – Он повторил мою фамилию более низким голосом, поднял руку и зацепил прядь моих волос пальцем. Это даже нельзя назвать полноценным прикосновением, но внутри меня все сжалось. Мысли были одни: Бежать. Спасться. Он угроза.

Но какое-то странное чувство, которое было мне чуждо, не давало сделать это. Нас разделяет буквально несколько дюймов, я чувствую его дыхание на своем лице. Мята и кофе. Черные глаза блуждают по моему лицу – изучая, пытаясь понять, но казалось, он смотрит прямо в душу. Неосознанно я прикусываю нижнюю губу, и меня сразу же привлекает то, как дёргается его адамово яблоко.

– Что ж… – Более тихим, слегка хрипловатым голосом, наконец, продолжает мужчина. – Завтра в девять утра будьте на месте. Посмотрим на вашу отвагу в деле, мисс Джонсон.

– Я приду. – Выдохнув, произношу я. – Всего доброго, мистер Стрейдж.

Развернувшись на каблуках, выхожу, громко захлопнув за собой дверь. Возможно, этот жест был лишним, но мне требовалось как-то самоутвердиться.

Если честно я понятия не имею, откуда во мне взялась эта смелость, я никогда, никогда в жизни не вела себя с кем-то подобным образом, но этот мужчина разозлил меня. Всего за две встречи, которые длились несколько минут, он смог вытащить из меня худшее.

Я боялась того, что он сделает со мной, если мы будем работать вместе.

Глава 2

Вернувшись в свою квартиру, я рухнула без сил на кровать. Мысли крутились вокруг сегодняшнего инцидента. Как я могла вляпаться в подобное? Архитектор с высшим образованием, будет работать девочкой на побегушках…

И все же, один плюс я в этом нашла. Ричард Стрейдж не абы кто, он генеральный директор «Strage Interpice», если смогу проявить себя рядом с ним, это должно положительно повлиять на мою карьеру.

В любом случае, нет ничего сложного, чтобы добавить молоко в кофе и забрать костюм из химчистки. За то будущие работодатели, несомненно, отметят работу в такой компании плюсом.

Достав планшет, я решила поискать информацию о своем будущем боссе. Спустя сорок минут не нашлось ничего, кроме сухих фактов о компании, которые я и так знала: Даты основания, достижения, результаты работы и прочее.

О генеральном директоре всего пару слов: Ричард Стрейдж – успешный бизнесмен, один из самых молодых акционеров холдинга «Straig Interprice» , ему всего тридцать четыре, а он уже входит в двадцатку миллиардеров-холостяков списка «Forbes».

Ну конечно, как без этого…

Что ж, мистер Стрейдж, я люблю разгадывать загадки.

Улыбнувшись своим мыслям, я выключаю планшет и беру телефон, чтобы завести будильник.

На экране висит одно непрочитанное сообщение. Конечно от Хелен.

ХЕЛЕН: Ну как все прошло?

Я: Меня взяли. Завтра начинаю. Я решила, что пока рано делиться подробностями, неизвестно, что меня ждет завтра.

ХЕЛЕН: Это Отличная новость! Уверена, они не пожалеют.

Я: Очень надеюсь. Завтра рано вставать, я ложусь спать. Целую.

ХЕЛЕН: Зануда. Пока.

Смыв макияж, я переоделась в свою любимую пижаму с «Багсом Банни» и забралась под одеяло с теплым котом на пару.

От переизбытка эмоций, моментально засыпаю.

***

Прошлым вечером, у меня совершенно не осталось сил, чтобы продумать свой наряд для первого рабочего дня. Именно поэтому, с утра я встаю гораздо раньше, чем обычно, чтобы решить эту проблему. Да, это было проблемой, потому, что я теперь вроде как – помощник генерального директора, значит и выглядеть должна соответствующе.

Выбор в моем шкафу, оставляет желать большего, но спустя тридцать минут я наконец определяюсь на простом черном платье, чуть выше колена и черных лодочках.

Тонкие черные стрелки, как когда-то показывала Хелен, получаются только с четвертого раза, и я мысленно делаю заметку: посмотреть видео уроки на Yotube. Наношу на губы вишневый тинт и румяна.

В восемь пятнадцать, я растерянно стою у кабинета своего босса и думаю, как решить поставленные им задачи.

– Привет, Алиса. – Окликает знакомый голос.

Ну конечно. Эрик! Он наверняка сможет мне помочь.

Парень медленно подходит ко мне, с добродушной улыбкой на лице. У Эрика смуглая кожа, которая идеально контрастирует с его болотистыми глазами, скрытыми за очками в черном оправе. Он худощавого телосложения с короткими темными волосами, так отличавшимися от густых прядей Ричарда Стрейджа.

Черт, что? Забудь об этом Алиса.

– Привет, Эрик.

– Ты рано. Обычно все приходят минут за десять до начала рабочего дня.

– Я пришла подготовиться. На самом деле я хотела попросить, кого-нибудь помочь. – Смущенно произношу я. – Мне нужно составить план на день для мистера Стрейджа. О, и еще нужно забронировать стол в каком-нибудь ресторане на ужин и забрать его часы и костюм и…– Я не успеваю закончить, как Эрик перебивает меня.

– Подожди, подожди…-Его глаза широко раскрыты.-Ты теперь ассистент босса?– Его голос кажется испуганным, а на лбу появились мимические морщинки от удивления.– Так ты для этого шла в отдел кадров?

– Нет, все вышло случайно, на самом деле это странная история… – Я отвожу глаза, в надежде, что он не станет допрашивать меня.

К счастью Эрик все понимает, поэтому просто кивает и молча подходит к столу, рядом с кабинетом генерального директора.

– Ладно, давай посмотрим, может Мелиса оставила какую-то информацию.

Я следую за ним, удивляясь, как не додумалась до этого сама. – Это та девушка, которая вчера выбежала со слезами?

– Точно.

– Долго она здесь проработала?

Эрик просматривает какие-то бумаги на столе. – Примерно две недели.

– Две недели? Так мало?

– Да, мало кто может работать с мистером Стрейджем, он слишком требователен и…– Эрик оглядывается по сторонам.– Как бы помягче сказать…темпераментный. – Он протягивает мне ежедневник с записями. – Вот, думаю, здесь всё есть.

Я решаю не зацикливаться на словах Эрика и беру его находку.–Спасибо большое.

Как оказалось, в ежедневнике действительно есть вся актуальная информация:

Два совещания с поставщиками.

Встреча в Хилтоне.

Тренажерный зал.

Встреча с бухгалтером.

Онлайн переговоры с Китаем.

– Как же скучно он живет… – Бурчу я себе под нос.

– Только ему этого не скажи. – Язвит Эрик за моим плечом.

Странно, тут нет перерывов на еду. Ужин с мистером Ленсли только вечером. До этого времени он будет питаться моими нервами и кровью?

Итак, время восемь пятьдесят семь. Я стою у кабинета своего босса. В одной руке у меня стакан кофе с двумя граммами молока, если быть до конца честной, я не знаю, сколько там действительно грамм, но надеюсь, он не станет взвешивать или что-то еще, в другой свежий выпуск «New-York Times», как бонус.

План на день готов, за часами сбегала, так как магазин находился за углом, Эрик договорился с одним из водителей компании, чтобы забрал костюм из химчистки. Я все рассчитала. Порой моё обсессивно – компульсивное расстройство бывает на руку.

Мысленно собравшись, я натягиваю свою самую лучшую улыбку и наблюдаю, как мой новый босс выходит из лифта ровно в девять утра. Его брови нахмурены, он смотрит прямо перед собой, никого не замечая вокруг. Уверенная походка, ровная осанка, отточенные шаги, словно он солдат в армии. На нем новый костюм тройка темно-синего цвета и, конечно, он сидит на нем идеальнее предыдущего.

Ричард Стрейдж подходит ближе и я улыбаюсь еще шире, чтобы поприветствовать его, но он даже не удостаивает меня взглядом, проходя мимо в свой кабинет, громко захлопнув дверь.

Проходит всего десять секунд, прежде, чем я слышу властный приказ зайти к нему. Делаю глубокий вздох и захожу.

– Доброе утро, сэр. Ваш кофе .– Ставлю стакан на стол. – Еще я принесла газе…

– Ты что издеваешься? – Даже не попробовав он берет стакан и выкидывает его в урну.– Кофе холодный!

–Что? Но вы даже не попробовали, его сварили пять минут назад.

– Мне плевать, когда его сварили, он холодный. Неси новый.– Он открывает ноутбук, давая мне понять, что разговор окончен.

Я кусаю губу, но это не от нервов ,а от возможности послать его к черту.

– Сейчас сделаю. – Выхожу из кабинета, но дверью не хлопаю, хотя очень хочется. Он явно не в себе, злить его еще больше угроза для окружающих.

Спустя пять минут я приношу новый кофе. Он даже не притрагивается к нему. Придурок. Замечаю, что газета, которую я принесла ранее, так же лежит в урне вместе с первым стаканчиком кофе. Двойной придурок.

– Что у меня на сегодня?– Спрашивает он, не глядя.

Я прикладываю все усилия, чтобы мой голос не дрожал, когда зачитываю план на день. Долгих пять лет я работала над собой, чтобы спокойно разговаривать с людьми и держать зрительный контакт без желания провалиться под землю, но у меня есть ощущения, что с этим человеком даже его собственное отражение не может общаться.

Как только я заканчиваю, то гордо поднимаю голову, показывая что подготовилась и ему не к чему придраться. Возможно, было бы не плохо похвалить меня, но конечно, от него Ричарда Стрейджа я никогда этого не дождусь.

– Перенеси всё на следующий понедельник. Сегодня мы летим в Сиэтл. Закажи билеты.– Все так же не глядя, произносит он.

Я в замешательстве, открываю рот, но затем снова закрываю. – Это точно? Люди планировали встречу и…

Мужчина поднимает голову, и я тут же замолкаю, когда вижу черные глаза, полные ярости.

– Ты что глупая? Просто выполняй свою работу и не задавай вопросов.

–Глупая. Дура. Ты ни на что не годишься. Я запру тебя. Я. Запру. Тебя.

–Пожалуйста, папа…Не надо…

Мое сердцебиение учащается, я чувствую как по спине стекает капля пота, хотя мне очень холодно. Воспоминания из прошлого мелькают перед глазами.

Только не сейчас. Пожалуйста, не здесь.

Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох, затем еще один. Медленно, лицо моего отца исчезает. Я возвращаюсь в реальность и вижу своего угрюмого босса, который наблюдает за каждым моим движением.

– Мы? Вы сказали, мы летит в Сиэтл? – Мой голос тихий, понятия не имею, как он вообще слышит меня.

– Мисс Джонсон, вы, что глухая? Что за уточняющие вопросы?

Его суровый тон, как ведро ледяной воды на голову, тут же отрезвляет меня. Я даже рада, что в какой-то степени, он помог мне прийти в себя, но именно из-за его слов, у меня чуть не случился приступ.

– Я поняла. Что-то еще сделать для вас?

– Закрой дверь с обратной стороны. – Он возвращается к работе, а я следую к двери на ватных ногах. – На сегодня ты свободна, езжай домой и собери вещи.

Я ничего не отвечаю, выхожу из кабинета и медленно опускаюсь на свой стул. Бросаю взгляд на календарь. Прошло ровно сто восемьдесят восемь дней с тех пор, как у меня был последний приступ. В тот же день, когда я застала Люка с другой девушкой в постели. Его любовница позволила себе дать мне пощечину, когда я пришла в его комнату в общежитии и прервала их. Мы с Люком были вместе шесть лет и, как сказала мне мой психотерапевт: паническая атака случилась не столько от прикосновения, сколько от моральной боли, которую причинил мне близкий человек.

Да, это происходит, когда ко мне прикасаются или я слышу слова, которые говорил мне отец в прошлом. Видимо слова Ричарда Стрейджа стали триггером, но все же, меня это сильно напугало. Я считала, что проработала такие моменты со своим психотерапевтом и теперь посторонний человек, не мог пробить мою броню, а из близких у меня только Хелен, которая никогда со мной так не поступит. Тогда почему мой новый босс, одним словом смог вывести из равновесия?

***

– Привет, малыш. Ты скучал? – Я провожу рукой по пушистой шерстке. – Мне придется оставить тебя на денек, но я обещаю, что заполню твою миску кормом до краев.

Кот ласково трется о мои ноги, очевидно не понимая, о чем я говорю.

– Орион, я могу доверять тебе? – Он молчит, поэтому я продолжаю. – У моего нового босса невыносимый характер, он довел меня всего за пару минут, но при этом я не могу перестать думать о его красивом лице, как думаешь, я полная идиотка? – Орион урчит под моими руками и я принимаю это, как положительный ответ.

Заказав билеты еще в такси, я принимаюсь собирать вещи. Босс не сказал, что мы будем делать в Сиэтле. Думаю, это будет рабочая встреча, но где и с кем совершенно непонятно.

Я останавливаю свой выбор на шелковом платье нежно-голубого цвета для встречи в ресторане и черные брюки с высокой талией в комплекте с белой рубашкой, для встречи в офисе.

Пока я укладываю одежду, меня осеняет! Где же мы будем ночевать? Он ничего не говорил об этом. Может, стоит позвонить? Да, лучше позвоню.

Я набираю номер, который нашла в ежедневнике Мелисы, и через один гудок слышу грубое…: – Слушаю.

– Мистер Стрейдж, это Алиса Джонсон, я хотела уточнить на счет отеля, нужно ли забронировать номера?

– Да.

– Хорошо, тогда я зак…– Я не успеваю договорить, как слышу гудки.

– Невоспитанный! – Кричу я в трубку.

***

Спустя несколько часов, я стою у кабинета моего босса. Вылет через два часа, нам надо зарегистрироваться, но он, кажется, не торопится выходить, поэтому я тихонько стучу в дверь и заглядываю внутрь.

Мой босс сидит за столом, его волосы взлохмачены, пиджак висит на спинке кресла, а рукава рубашки закатаны до локтей.

– Я занят. – Не глядя бросает он.

– Но у нас вылет..,– Я замолкаю, как только он поднимает на меня взгляд полный ненависти.

– Я сказал. Я. Занят.

Черт с тобой.

Захлопываю дверь и делаю глубокий вздох.

Начинаю считать про себя. Пять. Десять. Пятнадцать. Двадцать. Двадцать пять. Делаю еще один вздох и успокаиваюсь. Счет в уме – это один из советов моего психотерапевта, который действительно работает.

Ладно. По крайней мере, я попыталась, это будет не моя вина, если мы опоздаем. Плевать.

Но на самом деле, мне не плевать. Я начинаю нервничать, мой ОКР не дает мне расслабиться. Я ненавижу бросать все на самотек, стараюсь всё контролировать, не опаздывать и следовать правилам.

Сажусь за стол и пытаюсь себя чем-то занять. Раскладываю папки по алфавиту, точу карандаши, перебирать скрепки по цветам. Что угодно, лишь бы избавиться от навязчивых мыслей. Контроль и порядок дает мне вздохнуть.

Спустя полтора часа дверь с грохотом распахивается, я подскакиваю на месте.

– Едем. – Бросает мне босс, быстрым шагом добирается до лифта и нажимает кнопку.

Растерянно, я беру свою сумку и следую за ним. Замечаю, что сотрудники стали говорить тише, хотя обычно здесь кипит жизнь.

Люди боятся его, будто он сам дьявол. Хотя, возможно, так и есть.

Так как, мы находимся на предпоследнем этаже, в лифте никого нет. Только мой босс и я. Тишина становится такой осязаемой, что мне становится трудно дышать. Я хочу, что-то сказать, скорее для себя, чем действительно завязать с ним диалог, но уверена, что он либо не ответит, либо бросит какой-нибудь гадкий комментарий.

Делаю глубокий вздох, аромат муската и граната заполняет мои легкие и странным образом успокаивает. Закрыв глаза, я растворяюсь в пространстве, но ровно до того момента, пока кто-то грубо не толкает меня в плечо, а затем тяжелая хватка за предплечье тянет меня к стене кабины.

Образ отца, тут же всплывает перед глазами, и я тут же распахиваю их, но все еще дезориентирована. Я хочу кричать, даже готова к началу приступа, но хватка пропадает, а перед глазами теплый растекающийся молочный шоколад в глазах моего боса.

Он стоит напротив меня, спиной к остальным пассажирам, которые видимо, зашли, пока я провалилась в себя.

Руки босса у моей головы с двух сторон, я будто в клетке, наедине с его убийственным взглядом, но мне не страшно. Скорее наоборот, будто он защищает меня от всего остального.

Нервно прикусив губу, я вижу, как его взгляд опускается ниже, а их цвет меняется из молочного шоколада – в темный.

Я моргаю, и осматриваюсь по сторонам, в кабине полно людей. Я даже не заметила, как мы останавливались на этажах. Видимо кто-то толкнул меня, когда пытался войти, тем временем Ричард Стрейдж передвинул меня к стене, чтобы я не мешалась. Спустившись на первый этаж, сначала все пропустили генерального директора, следом вышла толпа, а меня просто вынесло потоком.

У входа нас уже ждал тонированный, черный Мерседес. Как только мы сели, босс сразу достал планшет, давая понять, что диалога не будет.

Не очень то и хотелось.

Я молча смотрела в окно, почти всю дорогу думая о том, каким образом мы попадем на борт. Регистрация уже закончилась, самолет взлетит через семь минут, сорок две секунды, а нам ехать около двадцати минут.

Мельком взглянув на мистера Стрейджа, я не заметила, что он волнуется об опоздании. Возможно, я чего-то не знаю.

– Могу я поинтересоваться, зачем мы летим в Сиэтл? – Не выдержав спрашиваю я, когда за окном уже виднеется аэропорт «Кеннеди».

– Сегодня вечером встреча с инвестором. Пойдешь со мной, будешь записывать все, что он скажет. Это займет около часа.– Как обычно, не глядя, отвечает он. Но ответил – это уже победа.

– Ясно, а что потом?

– Потом, займись своими делами.

– Своими делами? У меня нет дел в Сиэтле.

Он отрывается от планшета, мрачно смотрит на меня, будто я убила его собаку, но ничего не говорит. Я прилагаю все усилия, чтобы выдержать взгляд.– Обратно в Нью-Йорк, мы улетим завтра утром?

– Закажи билеты на завтрашний вечер.

– Но полет занимает почти семь часов, мы будет в Нью-Йорке только к утру.

Его брови медленно ползут вверх, когда он говорит: – И это проблема, потому что…?

Потому, что мой кот останется голодным, но ты бесчувственный дьявол, который наверняка питается котятами завтрак.

Никаких проблем. – Бурчу я и отворачиваюсь к окну

Что ж, это будет не самая приятная поездка, но я могу с этим справиться.

Глава 3

Спустя 7 часов, мы, наконец, заселяемся в свои номера отеля «Four Seasons».

Время почти девять вечера. Мистер Стрейдж сказал, чтобы я была готова к десяти.

Не знаю, что это за рабочие встречи, которые проводятся так поздно, но вопросов задавать не стала.

Приняв душ, достаю из чемодана платье и провожу по нему кончиками пальцев. Я редко надевала подобные вещи, но сегодня мне хотелось выглядеть красивой. Даже, если это всего лишь работа.

Как только я заканчиваю собираться, то рассматриваю себя в зеркале.

Волосы рассыпались по плечам, делая мой образ более непринужденным, платье идеально село по фигуре, скрывая все недостатки.

Надев кулон-бабочку, я невольно вижу в отражении свою маму. Она была очень красивой и веселой. Совсем не такой, как я.

Но прямо сейчас, внешне, я действительно походила на неё. В тот же миг я решила, что приложу все усилия, чтобы стать хоть каплю похожей на нее внутри, так же как сейчас снаружи.

Достаю телефон и набираю Хелен.

В Дублине сейчас почти семь утра, но она всегда встает пораньше, чтобы заняться йогой.

– Привет, подруга. – Хелен отвечает на второй гудок, чуть запыхавшимся голосом.

– Привет. Ты не поверишь где я сейчас. – Кружусь перед зеркалом с довольной улыбкой на лице.

– Ммм… дай подумать… в Китае?

– Что? Нет. Почему в Китае?

– Не знаю, это первое, что пришло в голову и это действительно было бы неожиданно.

– Нет, я в Сиэтле.

– Ого, что ты там делаешь?

– Я в своей первой командировке. – Гордо отвечаю я. Мои глаза светятся в отражении зеркала.

– Вау, ты только первый день работаешь, а уже командировка, как ты себя чувствуешь?

Хел спрашивает не о работе, она знает меня лучше всех, как и то, что мой бывший парень уехал жить сюда со своей новой девушкой.

– Я ничего не чувствую, будто это просто город. В моей голове только работа.

– Класс! Так держать подруга! Какие планы?

– Сейчас у нас запланирован ужин, потом я свободна до конца завтрашнего вечера?

– Вот как… – Её голос становится заговорщическим. Я слышу, что она улыбается. – Что бы сделала новая Алиса?

– Что?

– Давай подумаем… Старая Алиса пошла бы в номер сразу после окончания ужина, легла бы спать или открыла книгу, но что будет делать новая Алиса Джонсон?

Хел права, я так и планировала, вернуться в номер и лечь пораньше спать, может быть принять пенную ванну. Но все же, я не совсем понимала, к чему она ведет. – Что ты имеешь ввиду ?

– Сходи погулять. Развейся. Бар, клуб, да неважно куда, ты никогда не была в Сиэтле, это красивый город.

Я задумалась. Возможно, я больше никогда не прилечу в Сиэтл.

– Я помню твои фото со Спейс Нидл, там красиво.

– Тебе точно понравится, сходи.

– Хорошо, я подумаю.

Закончив разговор, я в последний раз смотрюсь на себя в зеркало и выхожу из комнаты.

Двери лифта закрываются, но так же, как и в мой первый день в компании, звучит сигнал открытия и входит мистер генеральный директор.

Его волосы еще влажные после душа, на нем простая белая рубашка и темно синие брюки. Образ кажется более повседневным, чем обычно, но я совру, если скажу, что он не выглядит элегантно.

Темный обжигающий взгляд проходится по моему телу и мне хочется прикрыться, хотя платье не вульгарно, я чувствую себя неуютно.

Появляется желание испариться и избежать его внимания, но отступать некуда. Мы снова одни. Снова в лифте.

Делаю шаг в сторону, сосредотачиваясь на дверях, но боковым зрением продолжаю наблюдать. Босс заходит, нажимает кнопку первого этажа, не глядя на панель.

Почему он так смотрит?

Медленно, я поднимаю голову и смотрю на него в ответ. Его взгляд такой интенсивный, что мне становится жарко. Мы так близко друг к другу, что я замечаю в его глазах светлые, едва заметные, вкрапления. Будто кто-то добавил каплю меда в шоколад и перемешал. Это выглядит так греховно-сладко, что я неосознанно облизываю губы.

Его рот слегка приоткрывается, а воздух между нами накаляется, но все рассеивается, как только он отводит взгляд и начинает говорить: – Не плохо, но слишком откровенно.

Я не сразу понимаю, о чем он говорит, но как только осознаю, слова сами слетают с моих губ: – Буду считать это комплиментом. – Выдавливаю легкую улыбку и пропускаю пожилого мужчину внутрь кабины.

– Не стоит.

Я сжимаю кулаки, но молчу.

На что я вообще рассчитывала? Что он скажет, что я прекрасно выгляжу? Ага, как же.

Презентабельный мужчина – администратор, сообщает нам, что гость уже прибыл и провожает к столу.

Я следую за мистером Стрейджем. Его походка уверенная, в отличии от моей. В основном, я просто пытаюсь делать все, чтобы не упасть с каблуков.

За столом нас ожидает мужчина, на вид ему чуть больше тридцати семи. Он одет в темно-синюю рубашку и простые джинсы.

Мне начинает казаться, что я действительно слишком вырядилась, но сейчас уже поздно думать об этом.

Смущенно, я сажусь за стол, пока мужчины приветствуют друг друга. Позволяю себе мельком рассмотреть незнакомца. Он высокий, но не выше моего босса. Его волосы черные, а на висках присутствует легкая седина, но это не выглядит отталкивающе. Кожа у мужчины темная, но не от природы, он загорелый, будто проводит много времени на солнце.

Вероятно за пределами Вашингтона, так как здесь очень мало солнца.

– Надеюсь, мы не заставили тебя ждать, Левент?– Спрашивает мой босс, рассматривая меню.

– О, нет, что вы, я только пришел. Даже не успел сделать заказ. – Левент отвечает медленно, растягивая слова. Это выглядит немного странно. – Представишь мне свою спутницу, Ричард?

– Алиса Джонсон. Моя ассистентка. – Сухо отвечает мистер Стрейдж, все еще не отрываясь от меню.

– Левент Пенбрук. – Представляет себя мужчина, широко улыбаясь.

– Очень приятно, мистер Пенбрук. – Говорю я.

– О, пожалуйста, просто Левент. Ненавижу, когда прекрасные дамы, так ко мне обращаются, чувствую себя стариком.

Я выдавливаю улыбку, но ощущаю какую-то неловкость.

– Ты действительно стар, Левент. – Говорит мистер Стрейдж, чем удивляет меня. Это было очень невежливо, но возможно их отношения ближе, чем я думала.

Левента видимо это не смущает, потому что он говорит: – Друг мой, я старше тебя всего на девять лет. – Он снова улыбается, сияя своими идеально белыми винирами. – И вообще, что значат цифры? Ничего. Я бы назвал себя скорее опытным, чем старым. – Левент подмигивает мне, а я ерзаю на месте от этого жеста.

Новая Алиса, списывает его излишнее внимание на юмор, но мистер Пенбрук не останавливается:

– Вам нравятся мужчины, которым слегка за сорок, Алиса?

Господи.

Мои щеки горят, и эта ситуация становится на первое место в моем списке неловких ситуаций.

Я не понимаю, флиртует ли Левент или спрашивает серьезно. Единственный парень, с которым я флиртовала, был мой бывший, и то, мы росли вместе и как-то перескочили этот этап.

А если серьезно… Нет, я понятия не имею, что ответить.

Мистер Стрейдж прочищает горло, привлекая мое внимание. Его губы плотно сжаты, а венка на лбу пульсирует, будто он сильно напряжен.

Ему тоже кажется этот вопрос неуместным?

От ответа меня спасает официантка, благодаря которой рассеивается душное напряжение.

Благо, Левент не настаивает на ответе, потому что, как только мы делаем заказ, то сразу переходит к делам: – Ричард, меня устраивают твои условия, но я сомневаюсь, что здание, которое ты предлагаешь мне купить, подходит для начала работ.

– В этом и смысл, Левент, мы проведем капитальную реконструкцию, и здание станет пригодным для любой деятельности. – Отвечает босс, делая глоток вина.

– Ты уверен, что успеешь в срок? – Спрашивает Левент, потирая подбородок.

– Я все рассчитал, прежде чем сделал тебе это предложение. Мы не первый раз ведем дела, Левент, ты можешь положиться на меня.

Мистер Стрейдж выглядит расслабленным, я наблюдаю за ним и пытаюсь впитать часть его силы.

Есть люди, которые родились такими, а есть те, кто работал над собой годами, чтобы излучать такие мощные флюиды. Думаю, мой босс относится к первому типу.

Пока мужчины обсуждают дела, быстро делаю заметки из разговора.

Мне действительно интересно слушать, хотя я далека от бизнеса, это интересный опыт.

– Почему ты молчишь о том, что в здании был пожар? Я не могу вложить деньги в такое место. Ты хоть видел его? – На лице Левента виднеется негодование, а я медленно перевожу глаза на своего босса.

Проходит секунда, затем десять, минута… Он молчит. Его рука на столе сжимается в кулак и я впервые вижу в его глазах, что-то похоже на панику.

– Откуда у тебя эта информация? – Наконец говорит мистер Стрейдж.

Левент злорадно ухмыляется. Меня раздражает это и подсознательно мне хочется, что-то сделать, чтобы стереть с его лица эту самодовольную улыбку.

– Птичка напела, впрочем… – Левент делает глоток вина. – Разве это имеет значение? Важно то, что ты предлагаешь мне инвестировать в гиблое место, которое даже лично не видел. Разве так ведутся дела, Ричард?

Понятия не имею, что происходит, но когда мистер Стрейдж снова молчит, на свободу вырывается новая Алиса, которая удивляет даже меня.

– Мы видели это здание! – Почти кричу я.

Кажется, что помимо двух мужчин за моим столом, на меня смотрит весь ресторан.

Я сдерживаю желание сбежать, когда мой босс смотрит на меня взглядом «Какого черта ты делаешь?»

– Правда? – Спрашивает Левент, бегая взглядом между мной и мистером Стрейджем.

Я хочу ответить, но тяжелая теплая ладонь, опускается на моё колено.

Прикосновение…

Все разговоры в ресторане сменяются белым шумом. Я делаю маленькие вдохи, стараясь преодолеть приступ.

– Алиса? – Голос приковывает моё внимание.

Медленно, я поворачиваю голову и встречаюсь с темными глазами. Они такие противоречивые. Мне одновременно хочется сбежать и дать себе волю погрузиться в них полностью.

Мои руки дрожат, я беру бокал воды и делаю глоток, не прерывая зрительного контакта.

Но важно то, что моё сердцебиение замедляется, а слух возвращается, притом, что ладонь все еще на моем колене.

Я беру себя в руки и отвечаю: – Вчера… мы были там вчера. Я сопровождала мистера Стрейджа, чтобы провести последнюю проверку перед встречей с вами. Все последствия пожара устранены, работа идет полным ходом, вам не о чем беспокоиться.

Левент кивает, а Ричард Стрейдж смотрит на меня с ноткой удивления и чего-то еще… Благодарности?

Он сжимает мое колено сильнее и жар от его ладони распространяется выше.

Я прикусываю губу, не понимая, что происходит. Как ему удалось прикоснуться ко мне, а потом успокоить одним лишь взглядом?

– Серьезно? Это похвально, Ричард. Рад, что ты лично съездил и все проверил. – Говорит Левент.

Я громко прочищаю горло и кошусь на босса. Он замечает мой растерянный взгляд, уголок его губ тянется выше, будто он сейчас улыбнется, но этого не происходит.

Его рука начинает двигаться выше по бедру, пока Левент, что-то нам говорит. Я застываю, мурашки бегут по телу, в том месте, где он прикасается ко мне.

Видимо Ричард Стрейдж замечает это, нагло ухмыляется и, наконец, убирает руку.

Я делаю глубокий вдох, возвращаясь к разговору с Левентом. Позже, я обязательно проанализирую случившееся.

– Я соглашусь, но есть условие.

– Какое? – Осторожно спрашивает мой босс.

Левент переводит взгляд на меня

– Алиса, поужинайте завтра со мной.

Господи, только не это!

– Исключено. – Бросает мой босс, спасая меня от ответа. – Это не профессионально, Левент, ты знаешь мое мнение в этом вопросе. К тому же, завтра вечером у нас самолет.

Я выдыхаю, радуясь тому, что мне не придется отвечать отказом.

– Ох, так скоро. – Левент игнорирует слова босса, кроме последних. – Но мы вот, как поступим. – Воодушевлённо говорит мужчина. – На днях я лечу в Нью-Йорк по делам, и мы можем поужинать там, там же я подпишу бумаги.

Оба мужчины вопросительно смотрят на меня.

Один в ожидании моего согласия, другой… другой не понятно, чего хочет.

Ясно одно – идти я не хочу, но очевидно, эта сделка важна для «Strage Interprice», иначе мы не приехали бы лично.

Мысленно, я пытаюсь призвать новую Алису. Что бы сделала она? Она была бы решительнее, это ведь просто ужин. К тому же, Левент производит впечатление порядочного человека.

Я делаю вдох. – Конечно, буду рада встретиться с вами, Левент.

Мистер Стрейдж прикрывает глаза, и от этого мне становится еще страшнее, чем когда он пристально смотрит.

Левент наоборот сияет, будто ему подарили долгожданный подарок на рождество.

– Прекрасно! Тогда я свяжусь с вами, мы поужинаем и подпишем контракт.  Ничего страшного не случится, Ричард.

Но моему боссу, кажется, это совсем не нравится. Он ничего не отвечает и даже не смотрит на меня.

Неужели я сделала хуже?

Что если Левент захочет прикоснуться ко мне? Если с мистером Стрейджем я каким-то образом справляюсь с приступами, неизвестно, что произойдёт рядом с другим мужчиной.

Я могу не только произвести плохое впечатление, но и сорвать важную сделку.

***

Оставшаяся часть ужина проходит в более спокойной обстановке. Мужчины говорят о делах, полностью игнорируя моё существование, и я должна быть рада, но, что-то не так.

Мне почти не удается поесть и к тому времени, как Левент прощается, мой желудок начинает урчать.

Как только я и мой босс остаемся наедине, он наконец вспоминает обо мне. Его поза расслаблена, пристальный взгляд изучает моё лицо, пока я ерзаю на месте.

– Как так вышло, что от тебя стала зависеть сделка, над которой я работал четыре, чертовых, месяца? – Его голос убийственно тихий, и прямо сейчас, лучше бы они кричал.

–Я… я просто…

– Что ты? Ты должна была отказаться.

– Я не знаю… Я хотела помочь. Это ведь просто ужин.

– Он в любом случае согласился бы. Не сегодня, так завтра. Левент знает, что работа со мной принесет ему огромную прибыль, но он решил пойти ва-банк. – Мистер Стрейдж лениво проводит рукой по волосам и несколько темных прядей спадают на лоб. – Я не могу рассчитывать на кого-то вроде тебя в таких серьезных делах.

Новая Алиса метаморфически расправляет плечи, когда я чувствую негодование. – Таких как я? Что это значит? Может я и не сильна в бизнесе, но у меня есть образование, я прошла все ваши дурацкие тесты на сто баллов. Ни с кем не спала, никого не просила помочь, я сама…

– Достаточно. – Он останавливает меня холодным голосом, ставит локти на стол и протирает лицо руками. Я замечаю темные круги под его глазами.– Ты не обязана делать этого. Я разберусь.

– Я делаю это не ради вас, а ради компании, в которой работаю. – Твердо отвечаю я, и мысленно даю новой Алисе пять.

Мужчина убирает руки от лица и смотрит на меня. – Ты уверена?

Нет.

– Уверена.

Он кивает и встает. ⁃ Ладно, пойдем.

– Я хочу прогуляться. – Встаю, хотя планировала перекусить. Сейчас мне хочется выйти на воздух, после этого душного разговора.– Если конечно, мой рабочий день закончился?

Одна его бровь поднимается в удивлении. – В таком виде?

– А, что не так с моим видом?

Меня уже начинают раздражать его намеки. Может, я и не ношу одежду за тысячу долларов, но это платье одно из самых лучших, что у меня есть.

Мистер Стрейдж поджимает губы и еще раз пробегается по мне взглядом. – Не важно. Завтра в семь вечера выезд. Встречаемся в лобби.

Он уходит, оставляя меня голодную и злую.

***

Пока я гуляю по людным улочкам Сиэтла, то немного успокаиваюсь. Мои мысли вновь и вновь возвращаются к работе и моему боссу.

Возможно, это глупо, но его глаза действуют на меня крайне странным образом.

В один миг, они меня пугают, а в другой, я нахожу в них убежище. Я знаю, что он не причинит мне физического вреда, но вот эмоционального … Вполне способен.

А эта новая Алиса… Она появилась буквально из ниоткуда.

Словно Ричард Стрейдж своим дьявольским присутствием, призвал её лично. Будто она та, кто может найти с ним общий язык, в отличии от меня.

Возможно, если она вырвется на свободу, то изменит мою жизнь.

Может мне стоит вновь показаться своему терапевту, потому что это похоже на какое-то раздвоение личности, но я не хочу, чтобы она уходила. Тем более, разве она не я, только полная противоположность?

Когда я возвращаюсь в отель, время почти час ночи, но как, ни странно, усталости не чувствую.

Иду по лобби, когда моих ушей достигает звук музыки и смех людей, доносящийся из ресторана, в котором проходила наша встреча.

Любопытства ради подхожу ближе. Часть столов из центра зала убрана, а на их месте образовался танцпол. Почти весь ресторан забит людьми, а свободное место осталось только у бара.

Новая Алиса решительно делает шаг, затем второй, третий…И вот я уже сижу на барном стуле, осматривая пространство.

Играет быстрая современная музыка, свет приглушен, а лица видны лишь благодаря стробоскопам.

Как ни странно, мне нравится.

– Что будешь пить? – Обернувшись, я вижу бармена.

– Если честно, я не знаю. Я пила текилу один раз и мне не понравилось.

До сих пор не могу забыть тот день, как на дне рождения Хелен, она уговорила меня выпить шот с текилой. Жидкость неприятно обожгла желудок, и меня чуть не вывернуло наизнанку. Больше я не пила.

Официант округляет глаза и смеется. – Подожди, ты серьезно? – Я киваю. – Что ж, тогда стоит начать с чего-то легкого. Как на счет «Красного оргазма»?

– Ч-что?

– Это название коктейля. Там клубника, сок лайма, сахарный сироп и ром.

– Звучит вкусно.

– На вкус еще лучше.

Пока бармен смешивает ингредиенты, я не могу сдержать улыбку. Я так горжусь собой. Возможно для кого-то это мелочь, но для меня огромный шаг к самоизлечению.

Мужчина ставит передо мной коктейль розового цвета, подмигивает и уходит.

Снова это подмигивание… Возможно, я преувеличиваю и это какой-то невинный жест, но мой бывший парень так не делал. И мой босс так не делает.

Понятия не имею, сколько проходит времени, но эти сладкие коктейли, которые бармен ставит передо мной, делают этот вечер чудесным.

Я улыбаюсь, покачивая ногой и головой в такт музыке, у меня даже появляются мысли пойти на танцпол, но…

– Алиса?

Мое тело выпрямляется, как по струнке, сердце пропускает пару ударов, а музыка уходит на задний план.

Нет. Его здесь нет. Это все алкоголь.

– Алиса! – Произносит знакомый голос громче и я понимаю, что это не галлюцинации.

Ухватившись за стойку рукой, я медленно разворачиваюсь.

Он действительно здесь…

Я не понимаю, как мы могли встретиться в таком большом городе, да еще и ночью.

– Люк. – Спокойно произношу я, хотя внутри все пылает от ярости.

Мой бывший парень все так же красив, но его лицо гладко выбрито, в отличии от моего босса, волосы светлые, а голубые глаза, не вызывают никаких эмоций.

Люк садится рядом, пристально глядя мне в глаза. Он знает, что это заставляет меня нервничать, но продолжает. Возможно, чтобы показать какую власть имеет надо мной.

Только вот он не знаком с новой Алисой Джонсон. Она отважная и пьяная.

Конечно, раньше с этим у нас не было проблем, но сейчас он для меня не более, чем посторонний.

– Что ты здесь делаешь? – Спрашивает он, очевидно имея ввиду не отель, а город.

– Я приехала по работе. – Мой голос ровный, но я чувствую легкое головокружение и желание уйти отсюда.

Люк молчит какое-то время. Видимо его удивляет не только мое присутствие в Сиэтле, а еще внешний вид и почти пустой коктейль рядом.

Надеюсь, он не подумал, что я здесь ради него.

– Ты… прекрасно выглядишь. – Я киваю и отвожу взгляд. ⁃ Так ты сегодня ночуешь в этом отеле?

Я не сразу понимаю к чему он ведет, но когда снова киваю, Люк не тратит время зря. – Может, поднимемся в твой номер? Мы давно не виделись и знаешь…я очень скучал.

Чушь! Он не вспоминал обо мне. Еще несколько месяцев назад, я может и поверила бы, но не сейчас.

Краем глаза вижу, как его рука двигает по поверхности барной стойки, затем касается моего локтя. Я отдергиваю руку и хмурюсь. – Прикосновения, Люк! Ты знаешь, что они не нравятся мне.

– О, брось, Алиса. Мы давно прошли этот этап, я много, где касался тебя и тебе нравилось. Хочешь, я напомню?

Соскочив со стула, мне требуется несколько секунд, чтобы удержать равновесие. Кажется, я гораздо пьянее, чем думала.

Фокусирую свой взгляд на Люке и говорю: – Ты напомнишь мне? Может быть мне напомнить тебе, как я доверилась тебе, открыла свою душу, а ты плюнул туда. Ты один из двух людей, которые знают мою историю, мне требовалась поддержка. – Я поднимаю руку и тычу в него указательным пальцем в воздухе. – Твоя поддержка, Люк! Единственного человека, которого я подпустила к себе.

Люк закатывает глаза и улыбается, будто я не сказала ничего, что стоило бы его внимания. – Да ладно тебе, это был просто секс, я любил тебя, я до сих пор люблю тебя. Мне просто нужно было снять стресс. Неужели ты не понимаешь, что мы не просто так встретились здесь. Как ты там говорила… Господь все видит и он определяет наш путь. Наши пути вновь сошлись, это судьба Алиса!

Я улыбаюсь. Я правда улыбаюсь. Я смотрю на парня, которого думала, что люблю больше своей жизни и он мне совершено безразличен. Мне больше не больно, мне противно.

– Шесть месяцев, Люк. У тебя было шесть месяцев, чтобы хотя бы извинится. Но, что сделал ты? Уехал. – Я беру свою сумку и делаю неуверенный шаг в сторону. – На этом мы закончили. Я живу дальше, у меня прекрасная работа, у меня прекрасная квартира, я счастлива.

Его челюсть сжимается, а лицо краснеет. Люк подходит ближе и я чувствую его дыхание на своем лице.

Хотя я сама пьяна, но и от него пахнет алкоголем.

Он хватает меня за предплечье и тянет на себя.

Я замираю.

– Какая же ты дура, я уехал, чтобы заработать нам на жизнь. Но сейчас я вижу, что ты просто сломанная кукла, которую невозможно полюбить. Всё, что у тебя есть – это только смазливое личико. Я был с тобой из жалости. Дура! – Он тянет меня еще ближе, его губы почти касаются моего уха, а рука болит от силы, с которой он держит меня. – Так он называл тебя? Глупая никчемная дура!

Возможно, я переоценила свои возможности. Максимум, на что способна новая Алиса – это вырваться из его хватки.

Я делаю шаг назад, но больше не могу. Вокруг все кружится, и я уже не понимаю – это начало приступа или я так сильно пьяна. В любом случае, мне очень плохо и страшно.

Веки тяжелеют от слез, которые вот-вот вырвутся наружу. Я так сильно прикусываю губу, что чувствую металлический привкус крови.

Это больно. Его слова ранят.

Единственный человек, который видел мои шрамы, как внутренние, так и внешние, взял и вспорол их.

Когда меня начинает всерьез потряхивать, пальцы немеют, а кожу лица жжет, я понимаю, что Люк попал в яблочко своими словами.

Как вдруг, чувствую теплое прикосновение на пояснице.

Знаете, создалось ощущение, будто я тону, вода заполняет легкие и ничто мне уже не поможет, но в следующий миг, меня выбрасывает на поверхность и я, наконец, могу дышать.

Не знаю, как это работает, но сразу понимаю, кто это. Моё сердцебиение приходит в норму, а дыхание успокаивается.

Я нахожу в себе силы развернуться и встречаюсь с темными глазами моего босса.

На его лице беспокойство и это, как бальзам на мою душу.

– Дорогая? Ты в порядке? – Я моргаю, думая, что галлюцинации все еще есть.

Возможно, Ричарда Стрейджа вообще здесь нет, а мой мозг выдумал его, как защитная реакция.

Но я чувствую, как его ладонь гладит меня по спине в успокаивающем жесте и это кажется слишком реальным. Мне даже не хочется оттолкнуть его.

– Я… – Не успеваю продолжить, как вмешивается Люк.

– Что это за хрен, Алиса? – Зло шипит мой бывший парень.

Я смотрю на своего дьявола, который пришел за мной из преисподней, чтобы спасти. Как бы претензионно это не звучало.

– Это… – Снова пытаюсь, что-то сказать, но не выходит.

– Ричард Стрейдж. – Сухо заявляет мой босс, прижимая меня ближе к себе, а свободную руку засовывает в карман. – А ты кто такой?

Люк переводит взгляд с него на меня, затем на наши тела, которые соприкасаются друг с другом. Он сужает глаза и видимо ждёт, что я начну возражать, но я наконец расслабляюсь и отдаю контроль мужчине, которого знаю меньше трёх дней.

– Я её парень. – Нагло заявляет Люк.

– Бывший парень. – Выдавливаю я.

– Алиса, это смешно! Да, мы поссорились, но ты все еще любишь меня, а я тебя.

– Это не правда. – Отрицаю я, качая головой. – Ты никогда не любил меня, ты сказал, что был со мной из жалости и назвал глупой дурой.

Мужское тело напрягается рядом со мной. – Он назвал тебя глупой?

Когда Люк заявил, что все еще любит меня, слова сами слетели с губ, но последнее, чего я хочу, это впутывать босса в драму своих отношений.

– Что ж. – Мистер Стрейдж переводит взгляд на Люка, не дождавшись моего ответа. – Я не люблю повторять дважды, так, что слушай внимательно. – Музыка громкая, но голос моего босса будто перекрывает её, даже не смотря на то, что он говорит убийственно-спокойно. – Если я, еще раз увижу тебя или услышу о том, что ты дышал одним воздухом рядом с моей женщиной, советую собрать вещи и бежать из страны. Никто и никогда, не посмеет унижать Алису, травить или заставлять чувствовать себя плохо. Если ты ослушаешься, то я найду тебя и устрою личный ад на земле. Это понятно?

Мы с Люком замираем, но по разным причинам.

Лицо моего бывшего парня краснеет, он поджимает губы и делает шаг назад. Я уже думаю, что он послушается и уйдет, но Люк глупее, чем казалось.

– Вот значит как, Алиса? Несколько лет, ты строила из себя недотрогу, но прошло всего полгода после нашего расставания, как ты позволила богатенькому ублюдку залезть к себе в трусики?

Рука с моей поясницы пропадает также быстро, как и появилась. Мистер Стрейдж хватает Люка одной рукой за футболку, а второй бьет в лицо.

Дальше я не знаю, что происходит. Слышу крики, какой-то шум, но ничего не делаю.

Просто стою с закрытыми глазами и жду, пока практически незнакомый мне мужчина защитит меня от человека, которому я подарила свое сердце и тело.

Когда я открываю глаза, то уже нахожусь в лобби. Меня тянут к лифту, но я не возмущаюсь. Просто иду.

Я уже говорила, что все происходит в лифте? Да.

Как только мы заходим в кабину, сдерживаемые слезы, градом вырываются наружу. Спиной, я прислоняюсь к стене и медленно сползаю на пол.

Уверена, что выгляжу ужасно, мне стыдно, что мой босс видит меня в таком состоянии, но ничего не могу поделать.

Крепкие руки подхватывают меня вверх и куда-то несут.

Я прижимаюсь щекой к теплой груди и вдыхаю знакомый аромат.

Меня уже даже не смущает, что я ненавижу прикосновения. Очевидно, на этого мужчину правила не распространяются. С ним я другая.

Каким-то образом, мистер Стрейдж открывает мой номер. Я плачу еще сильнее, цепляясь руками за его шею, пока он несет меня в ванну.

Он ничего не говорит, когда сажает моё измученное тело на крышку унитаза. Я слышу, как льется вода в раковине, а затем перед глазами появляется его красивое лицо.

– Я прикоснусь к твоему лицу, чтобы умыть.

Я киваю, но следом понимаю, что он не просто так акцентировал внимание на этом.

Не успеваю развить эту мысль, потому что мокрая теплая рука, нежно касается моего лица. Капли стекают по подбородку и шее, собираясь большим мокрым пятном в зоне декольте.

Мой босс слегка хмурится, берет меня за руку и поднимает на ноги. Я словно кукла, поддаюсь его манипуляциям, не в силах возразить и попытаться умыться самостоятельно.

Он наклоняет меня над раковиной, набирает воду в ладонь и умывает, затем тянет на себя и вытирает мое лицо полотенцем.

Слез больше нет, я пытаюсь сосредоточиться и рассмотреть мужественные черты лица. – Ты такой красивый…– Бормочу я. – А еще заботливый…

Мистер Стрейдж игнорирует мои слова, аккуратно придерживая за локти, выводит из ванны. Но, как только, я делаю шаг, голова начинает кружиться, а внутренности желудка норовят вырваться наружу.

– О нет! – Моментально, я опускаюсь на колени перед унитазом, быстро открываю крышку, и из меня вырываются четыре «Красных оргазма».

Думаю, дело в том, что я так и не успела поесть, но сейчас это не важно. Важно то, что, мой дьявольски красивый босс стоит рядом и все видит. Мне становится гораздо более неловко, когда Мистер Стрейдж берет мои волосы и собирает в хвост на макушке. – Сколько ты выпила?

– Я… – Меня опять рвет. – Я раньше не пила…– И снова мой желудок опустошается.

Я слышу ругательства за спиной, мне очень стыдно, но одному я рада: По крайней мере, меня вывернуло в унитаз, а не на него.

– Ты можешь выйти? – Спрашиваю я, когда позывы останавливаются.

– Уверена? – Я киваю и он выходит, закрыв за собой дверь.

Мне становится немного лучше, поэтому я кое-как чищу зубы, захожу под быстрый холодный душ, чтобы смыть себя вонь Люка и надеваю мягкий махровый халат.

Я была уверена, что когда выйду, мистера Стрейджа уже не будет в номере, но он еще здесь. Задумчиво стоит у окна, спрятав руки в карманы брюк.

– Все в порядке? – Спрашивает он, но моё горло болит, поэтому я только киваю. Но как только делаю это, голова снова начинает кружиться и меня тянет на бок.

Мужчина тут же оказывается рядом, подхватывает меня за руки и ведет к постели.

Я снова вдыхаю его аромат, когда он аккуратно укладывает меня на постель. Закрываю глаза, но лучше бы я не делала этого, потому, что именно это время, выбирает новая Алиса, чтобы вернуться.

– Останься со мной. – Шепчу я и тяну его за рукав.

– Нет.

– Пожалуйста… – Открыв глаза, тут же смущаюсь, но не беру свои слова назад.

Новая Алиса или старая, не имеет значения. Мы обе хотим одного.

Мужчина глубоко вздыхает и я уже думаю, что он откажется, но мистер Стрейдж обходит кровать с другой стороны, снимает толстовку, под которой обычная белая футболка и ложится рядом.

Прижавшись к нему всем телом, как котенок, я закрываю глаза.

Мне так хорошо. Так тепло и уютно.

– Ты так вкусно пахнешь…Мой дьявол…– Я зеваю, прижимаюсь к нему еще плотнее и засыпаю.

Но последнее, что я слышу это тихий шепот, который, заставляет меня улыбнуться.

– Черт возьми… Откуда ты взялась?

Глава 4

Утром меня будит жажда воды и невыносимая боль в голове.

Кое-как сажусь в постели, перед глазами все плывет, виски пульсируют. Даже не думала, что от каких-то четырёх коктейлей может быть так плохо…

Смотрю на настенные часы, время почти два часа дня. Не помню, чтобы когда-либо спала так долго.

Медленно встаю и тащусь в ванну. В отражении вижу совсем не ту девушку, что вчера собиралась на встречу. Опухшее лицо, синяки под глазами, гнездо на голове.

– Молодец, Алиса! Развлекалась? – Бормочу я своему отражению, как вдруг, замечаю маленькую белую таблетку на раковине и записку.

Дрожащими руками, я беру листочек и читаю одно единственное слово с инициалами, но оно заставляет меня вспомнить все…

«Выпей. Р.С»

– О нет… – Шепчу я, прикрывая рот рукой.

Ричард Стрейдж был здесь вчера!

Обессилено падаю на крышку унитаза и пытаюсь восстановить хронологию событий.

Я была в баре ресторана, пила вкусные коктейли, потом… Люк. Он появился из ниоткуда, оскорбил меня, а потом мистер Стрейдж представился моим парнем…

Черт.

Он ударил Люка, отнес меня в комнату, умыл и… Боже! Держал мои волосы, пока меня рвало в унитаз!

Какой позор. Теперь он точно уволит меня. После того, как мы разошлись в ресторане, я думала, что у нас произошло, что-то похожее на перемирие, но теперь…

Господи.

Закрываю глаза, протирая лицо ладонями.

Это все Люк. Если бы не он, я бы спокойно ушла в номер, меня не от кого было бы спасать. Все закончилось бы не так.

Даже спустя шесть месяцев, он умудрился снова подпортить мне жизнь.

Говорил, что любит… Назвал дурой… Как он мог так поступить со мной? Я отдала ему свое сердце, отдала ему свое тело и вот, что получила в ответ. Я думала, что хуже измены ничего быть не может, но Люк превзошел себя.

Если бы Мистер Стрейдж не появился, я не знаю, чтобы было… Я помню, как меня трясло, как оковы прошлого, снова закреплялись на моей шее и руках. Моё тело будто парализовало от слов парня, которого я когда-то любила.

До сих пор не понимаю, чем заслужила такое отношение к себе? Он нагло воспользовался своими знаниями о моем прошлом, против меня самой.

Что же теперь будет? Мало того, что я напилась в первую же командировку, что показывает меня с наихудшей стороны, так я еще и попросила босса остаться со мной в постели…

Святая Дева Мария!

Я попросила, почти незнакомого мужчину, остаться в моей постели… Что если бы он воспользовался мной? Как я додумалась до этого?

Делаю глубокий вдох.

Хорошо. Он не сделал ничего плохого, я напилась, он держал мне волосы, но спать со мной… Мистер Стрейдж подумает, что я сплю со всеми мужчинами, а он вообще мой босс! Это конец.

Встаю и умываю лицо.

Может еще не все потерянно? Я извинюсь, объясню ситуацию. Может он поймёт?

Принимаю душ, кое-как расчесываю волосы и надеваю черные брюки с белой рубашкой. На дне сумки замечаю золотой тюбик с красной помадой и беру его в руки. Даже не помню, как положила её с собой.

Решив, что яркий акцент на губы немного скроет мой нездоровый вид, открываю колпачок.

Как оказалось, похмелье – это страшная штука. Таблетка, что оставил мистер Стрейдж, избавила меня от головной боли, но общее состояние все еще было разбитым. Эти четыре коктейля не стоили того, чтобы с утра так страдать.

Я вспоминаю, что обычно после вечеринок – Хелен, пьет сладкий кофе и съедает кусок торта. Учитывая, что она тщательно следит за своим питанием, но все равно позволяет себе такой углеводный завтрак, должно помочь.

Спускаюсь в лобби, в надежде, что в этот раз неожиданных встреч в лифте не будет. Благо, я никого не встретила. Точнее, своего босса. Я еще не готова взглянуть в его темные пронзительные глаза.

Прохожу мимо злосчастного ресторана.

Ну нет, туда я больше не вернусь.

Выхожу на улицу и осматриваюсь. Кажется, вчера во время прогулки, я видела милую кондитерскую напротив отеля.

На улице светит солнце. Мне тут же хочется вернуться в отель, потому, что яркий свет давит на глаза. Надеваю солнечные очки и выдыхаю. Так лучше.

Запах свежесваренного кофе тут же поднимает мне настроение.

Я сажусь за столик у окна и заказываю пару ванильных эклеров, стакан воды с лимоном и, конечно, кофе.

Пока завтракаю, хотя это уже можно назвать обедом, наблюдаю за прохожими. Это успокаивает. Каждый человек индивидуален, у каждого своя цель в этот день. Моя – выжить и сделать все, чтобы меня не уволили с работы.

Спустя некоторое время, я замечаю знакомое лицо. Тут же напрягаюсь, когда вижу своего босса, в идеально черном костюме и черной рубашке, заходящим в цветочный магазин рядом с отелем.

Я не отвожу взгляд от двери магазинчика, пока он не выходит с букетом белых роз, садится в машину и уезжает.

Мои брови подскакивают от удивления. У него свидание?

Какое-то странное, неприятное чувство поселяется в моей груди, но я пытаюсь игнорировать это. Меня не должно касаться, где и с кем он проводит время.

То, что он вчера помог мне и остался рядом, пока я засыпала, ничего не значит. Это вежливость. Возможно, даже такой дьявол, как он может быть любезным.

Может, ему просто было тебя жалко?

Слова Люка, что он был со мной из жалости, заставляют глаза набухнуть от слез, но я сдерживаю их.

Когда-нибудь появится мужчина, который действительно полюбит меня со всеми страхами и многочисленными недостатками.

Я допиваю свой кофе и иду в номер.

Мысли вновь возвращаются к мистеру Стрейджу. Неужели у него кто-то есть?

Хотя, чему я удивляюсь? Он красив, успешен, богат, умен. Каждая женщина хотела бы быть с ним.

Падаю на кровать и закрываю глаза. Может каждая бы и хотела, но еще он заносчивый, властный, грубый и наглый. В этом нет ничего привлекательного.

И все же… То, как его взгляд заставляет меня задерживать дыхание, как от его прикосновений по телу бегут мурашки, хотя я даже не люблю прикосновения, или как он заступился за меня… Всё это заставляет меня быть такой же, как эти женщины.

В сети не было информации о том, что у него кто-то есть. Может он скрывает её? Может она не любит публику? Букет выглядел красивым, будто выбран с любовь. Такие цветы, наверно, не дарят случайным девушкам.

Хотя откуда мне знать? Единственные цветы, которые я получала, были от Люка и то, ужасно пахнущие лилии.

Я никогда не говорила ему об этом, чтобы не обидеть, ведь он хотел сделать мне приятно.

Хотя, теперь, думаю все, что делал Люк, было одной большой ложью.

Вздыхаю от нахлынувших воспоминаний, в которых я совершенно не нуждаюсь и пытаюсь заснуть.

***

Спустя несколько часов я сижу в лобби отеля. Я специально пришла на пятнадцать минут раньше, чтобы не столкнуться с ним в лифте.

Когда Мистер Стрейдж спускается, я бросаю на него быстрый взгляд, затем отвожу глаза.

Пытаюсь вспомнить слова, которые придумывала все это время, чтобы извиниться, но в голову ничего не приходит, потому, что мой идеальный дьявол одет в простые, слегка потертые джинсы и такую же, простую белую футболку.

Это просто невозможно. Этот мужчина даже в таком виде, выглядит так, будто только, что снимался в рекламе "Hugo Boss". Неужели и джинсы у него сшиты на заказ? Иначе, как объяснить их идеальную посадку и не единой складочки или неровности?

Чувствую, что мои щеки краснеют, от того, как я разглядываю его. Я рада, что он в черных очках и не сверлит меня своим взглядом, но теперь прочитать его эмоции сложно. В каком он настроении? Злой? Или нейтральный?

Боже.

Я улыбаюсь, когда босс проходит мимо и ничего мне не говорит. Он не мог меня не заметить, очевидно, просто проигнорировал.

Бегу за ним в надежде, что он еще не дал указания уволить меня.

– Добрый день, я… – Не успеваю договорить, как он выходит из отеля и дверь закрывается прямо перед моим носом.

Хам и грубиян.

Ну, выпила лишнего, можно хотя бы поздороваться.

Черт… нет, это ужасно, это худшее, что могло бы произойти в моей первой командировке.

Сажусь в машину и делаю глубокий вдох, сразу чувствую аромат геля для душа и его личного запаха. Качаю головой, отбрасывая от себя эти навязчивые мысли.

– Я хочу сказать… – Начинаю я.

– Не стоит. – Перебивает босс, глядя в окно.

Я поджимаю пальцы ног, собирая мысли в одно предложение. – Я хочу поблагодарить вас и извиниться.

– Я сказал, не стоит. Я забуду вчерашний вечер, советую вам сделать тоже самое, мисс Джонсон. – Грубо бросает он, не оборачиваясь.

Внутри все сжимается и мне хочется плакать. Ну почему это так сложно? Просто извиниться, просто принять благодарность. Люди сами все усложняют.

В попытках отвлечь себя, достаю бутылку воды из сумки и делаю несколько глотков.

Мистер Стрейдж резко поворачивается и от его темного взгляда, я чуть не давлюсь.

Убираю бутылку, но не могу отвести от него глаза. Как его радужка может так заметно менять цвет? Я видела, что они бывают светлее, даже видела яркие вкрапления, но сейчас они чернее ночи.

Нервно провожу языком по верхней губе, слизывая каплю воды. Его взгляд опускается на мой нос и губы.

Я начинаю паниковать от пристального внимания, но стараюсь изо всех сил контролировать себя. Желваки на его лбу дергаются, затем он нервно выдыхает через нос и снова отворачивается к окну.

Что это значит?

Почему он смотрит так, будто я съела его собаку?

Я совершенно не понимаю мужчин, была бы возможность, я бы спросила у Хелен.

Пока босс не видит, пробегаюсь взглядом по его телу. Тут же появляются другие дурные мысли, от которых я чувствую себя странно.

Утром он был в костюме, а сейчас одет в более простую одежду. Значит ли это, что он специально оделся для своей девушки? Скорее всего. Наверняка, он хотел произвести приятное впечатление.

Кто бы ни хотел открыть дверь своей квартиры и увидеть такого потрясающего мужчину с букетом белых роз в руках?

Стоит признать, что мой босс обворожительно жестокий и бесконечно сексуальный.

Он станет твоим грехом, Алиса. Твоим падением.

***

Оставшуюся поездку и семичасовой перелет до Нью-Йорка мы не говорим.

Мистер Стрейдж даже не смотрит на меня, а я делаю все, чтобы отвлечь себя от навязчивых мыслей завести диалог.

Рано утром, когда самолет приземляется, он говорит, что сегодня у меня выходной и выделяет машину с шофером, чтобы меня отвезли домой.

На следующий день, я прихожу в офис раньше времени, потому, что всю ночь ворочалась и рано встала. Делаю кофе и жду босса у кабинета.

Он приходит ровно к девяти утра, не здоровается и запирается в кабинете на весь день.

Поначалу, я очень переживала из-за этого, думала зайти к нему, но решила, что инициатива наказуема.

Весь день я занимала себя ненужными делами, такими, как переписывала ежедневник предыдущей ассистентки в электронный вид и выделяла важность дел по цветам.

К концу дня, когда я уже собралась уходить, кнопка селектора загорелась, и грубый мужской голос попросил меня зайти.

Вот так просто, он игнорировал меня весь день, а потом, я зачем то понадобилась ему.

Я совру, если скажу, что меня не взволновала возможность увидеться с ним.

Аккуратно постучав, я захожу, ожидая услышать, чего он хочет. А может он передумал и решил уволить меня из-за инцидента в Сиэтле?

Я смотрю на босса, который выглядит очень уставшим. Его волосы растрепанны, лицо бледное, а брови нахмурены.

Проходит минута, затем две, три. Ничего. Он просто смотрит в свой ноутбук, полностью игнорируя меня.

– Кхм…– Прочищаю горло, пытаясь привлечь его внимание. – Вы звали меня?

Медленно, словно действительно не заметил, что я стою здесь, он поднимает голову.

– Подготовь отчет по зданию “Tower Hall”и попроси всех руководителей подразделений собраться завтра в конференц-зале.

Ладно, по крайней мере, я не уволена.

– Хорошо, где я могу взять материалы для отчета?

Мистер Стрейдж измождено проводит рукой по лицу и тянется к папкам на углу своего стола.

Как только его пальцы касаются документов, он тяжело стонет, прикрывает глаза и сжимает губы.

Неосознанно, я делаю шаг вперед. – Вы в порядке?

– Да.

Снова тянется к документам, но видимо его мучает боль в плече, потому, что он обхватывает его второй рукой и снова прикрывает глаза.

Потерпев поражение, он откидывается на спинку кресла и говорит: – Возьми синюю папку.

Медленно, я подхожу к столу, беру папку и прижимаю её к груди. Босс все еще сидит с закрытыми глазами и мне стоит уйти, но что-то останавливает меня. Ноги будто приросли к полу, в голове крутится ужасающая мысль, но я не могу избавиться от нее.

– Чем-то еще помочь? – Спрашиваю я.

– Нет, можешь идти домой.

Я киваю, но скорее себе, потому, что он не смотрит на меня, разворачиваюсь и делаю шаг в сторону двери. За моей спиной раздается очередной стон, я оборачиваюсь и вижу, как босс разминает плечо рукой.

Господи. Я не могу сделать этого…

Новая Алиса ухмыляется в моей голове, а старая оправдывает то, что я собираюсь сделать, тем, что человеку нужна помощь.

Вероятно, этот сильный мужчина никогда не попросит помощи, но я и так провинилась, пусть это будет моим извинением.

К тому же, мистер Стрейдж уже ни раз прикасался ко мне, это не было чем-то ужасающим, а сейчас… Сейчас не он прикоснется, а я. Все будет под моим контролем. В моих руках.

После минутного колебания, я разворачиваюсь на каблуках, быстро подхожу к столу, кладу папку и встаю у него за спиной.

– Что ты… – Я не даю возможности ему договорить, а себе передумать, поэтому кладу ладони на мужские плечи и сильно сжимаю.

Мистер Стрейдж напрягается, но ничего говорит, я считываю это, как знак продолжить. Медленно, я провожу руками по его трапеции и вниз к предплечьям. Изучая. Разминая.

Когда я училась в университете, Хелен заставила меня пойти на курсы по массажу, потому, что нам не хватало несколько балов по физической подготовке. Таким образом, мы увеличили себе средний балл, и аттестационная оценка была «Отлично».

Но я обучалась на кукле, когда другие студенты работали в паре. После этого, я ни разу не делала подобного, тем более с живым человеком. Тем более с мужчиной. Тем более с моим горячим боссом.

Тело мистера Стрейджа медленно расслабляется, пока я массирую больное плечо, выискивая нужные точки. Его дыхание учащается и мне становится душно, но это не от страха, это совсем другое чувство, совершенно чуждое мне.

– Сильнее. – Просит босс и я напрягаюсь. Его голос властный, не терпящий возражений.

Прикладываю еще больше усилий, начиная понимать, где ему приятны мои прикосновения, а где наоборот причиняют боль. Я стараюсь сосредоточиться на втором, потому, что я делаю это, чтобы облегчить его страдания, но его слабые стоны в моменты удовольствия… Когда я слышу их, низ моего живота приятно сжимается.

В какой-то момент, я начинаю осознавать, что мне нравится то, что я делаю. Полностью контролируя ситуацию, доставляя удовольствие мужчине, я чувствую свою силу.

Слабые вдохи, сменяются стонами, похожими на рык, тяжесть в моем животе перетекает в область между ног.

Боже мой…Что это такое?

Я не монашка, у нас с Люком был секс, но я не чувствовала ничего подобного.

Люк говорил, что просто я такая, бывают девушки, которые не испытывают оргазм, и это нормально. Я смирилась.

– Еще сильнее, Алиса. – Практически рычит мой босс.

Я прикусываю губу и сжимаю бедра. Мои щеки горят огнем, и я рада, что он не видит меня сейчас.

Пытаюсь привести мысли в порядок. Начинаю считать, но это не помогает.

Вновь слышу стон… И, Святая Дева! Он мой! Как это вышло?

Закрываю глаза в надежде, что босс не услышал этого. Продолжаю массировать, вкладывая все больше и больше усилий. Его плечи, шея, руки.

Я настолько увлеклась, что позволила себе погрузиться пальцами в его волосы. Больше нельзя сказать, что все дело в больном плече, я нагло трогаю своего босса и получаю огромное удовольствие от этого. Его волосы такие мягкие, такие шелковистые.

Прикусываю губу зубами, чтобы вновь не застонать, потому что чувствую сильную пульсацию между ног.

– Черт возьми, Алиса… Очень хорошо… – Стонет мистер Стрейдж под моими руками.

Мои ноги сводит от его голоса, я трусь бедрами друг об друга, желая получить хоть каплю облегчения. Трусики мокрые, я хочу снять с него рубашку и прикоснуться к коже, хочу провести по голому телу ногтями.

Я уже не понимаю, что происходит. Я так возбуждена, что почти не могу стоять.

Мой босс вновь стонет, я теряюсь в этом звуке и тоже издаю легкий стон.

Плевать.

Даже если он слышит. Это не имеет значения сейчас. Я могу думать только лишь о том, как его руки помогли бы мне кончить. Испытать то, что я никогда не испытывала. Хочу…

– Достаточно. – Громко произносит босс, с легкой хрипотцой обрывая мои фантазии.

Его слова, будто ведро ледяной воды, приводят меня в чувства. Мое тело замирает, когда его руки накрывают мои ладони, но я не убираю их. В кабинете полнейшая тишина. Я слышу, как бьется пульс в моей голове. Пытаюсь сосредоточиться и замечаю, что здесь не такая уж и тихо. Мы оба дышим. То есть, мы оба очень громко и учащенно дышим.

В воздухе, буквально, искрится сексуальная энергия, и мы оба это чувствуем.

Что же я наделала? Отдергиваю руки, будто обожглась и делаю быстрый шаг назад. Он не смотрит на меня, но я чувствую его напряжение не глядя. Мне не были неприятны его прикосновения, скорее даже наоборот, но в этом, то и дело. Мистер Стрейдж – мой босс. Мы не можем. Даже никаких МЫ не может быть.

Пулей выбегаю из кабинета, хватая папку с документами со стола. Мне нужен воздух.

Пока еду в лифте, считаю свои вздохи. Это помогает прийти в себя.

Но сделанного не вернуть.

Я сама пошла на это. Хотела помочь, но в итоге, вероятно, это всё выглядело так, будто я пристаю к своему боссу.

Идиотка.

Глава 5

Весь прошлый вечер я думала только о том, что произошло в кабинете Мистера Стрейджа. Я навязалась ему со своим массажем, хотя действительно хотела помочь.

В Сиэтле он понял, что я боюсь прикосновений, когда сказал, что будет умывать меня, но как это выглядело теперь? Мог ли он подумать, что я приставала к нему?

Черт, я нагло стонала, прикасаясь к его телу. Конечно, он подумал, что я хочу его.

Как обычно, кофе был готов к девяти утра, так же, как и план на день.

Только вот время было уже двенадцать минут десятого, а мистера Стрейджа все еще нет. За то короткое время, что я здесь работаю, босс еще ни разу не опоздал так, что я немного волновалась. Может что-то случилось? Может он в пробке? Или проспал? Должна ли я позвонить ему?

Ну нет.

Спустя час бесплодных ожиданий, я постаралась отвлечься. Прошлась по списку задач на день и начала работу.

Офисная работа не была для меня сложной. Планировать день босса, следить за сроками сдачи проектов, передавать данные в бухгалтерию и другие обязанности, которые я могла качественно выполнить без труда, благодаря моему ОКР. В какой-то степени, меня даже расслабляла такая работа.

Но все же, я скучала по основному виду моей деятельности. Архитектура. Хороший художник, но кисть в руки больше не беру. Не могу. Бросить совсем тоже не смогла, поэтому, как только я уехала из Питтсбурга, то поступила на архитектурный и ни капли не пожалела. Только вот, быть архитектором и художником разные вещи. Архитектор четко следует правилам и параметрам. Шаг в сторону и проект может быть разрушен. Художник, наоборот, не следует никаким правилам. Он рисует так, как чувствует, как может и только благодаря этому – получаются шедевры. В глубине души, я хотела наплевать на внутренние запреты и вновь почувствовать себя живой.

Я часто представляла, как возьму кисть в руку, окуну ее в масляную краску и нежно проведу по льняному холсту. Никто не ударит меня за это и не унизит, буду только я и запах краски.

– Алиса, привет. – Голос вернул меня в реальность, я оторвала взгляд от ноутбука. Эрик стоял рядом с моим столом, засунув руки в карманы.

– Привет. Как ты? – Вежливо ответила я, закрывая вкладки на ноутбуке.

– Я в порядке, у тебя так много работы?

Я сфокусировала свой взгляд на Эрике, пытаясь определить, что это значит, но парень молчал. – Ну, работы не много, но мой рабочий день начался недавно так, что не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.

– Да, конечно, но я думал, если босса нет, то и ты свободна в эти дни. Обычно стол пустует, если его нет в офисе. Предыдущие ассистентки просто брали с собой ноутбук и работали из дома. – Эрик покачался на пятках, похоже, чувствуя неловкость.

– В смысле? Мистер Стрейдж возможно задерживается, он не сообщал, что его не будет сегодня.

Брови парня подскочили вверх от удивления, он отвел взгляд и провел рукой по своим коротким волосам.

– Послушай, я не знаю, почему он не сообщил тебе, но водитель босса – мой друг. Он сказал, что Мистер Стрейдж улетел в Париж на три дня.

Я сжала руки в кулаки под столом. Париж? Почему он не сказал мне? Если я его ассистентка, значит должна знать о таких вещах, тем более у него несколько встреч сегодня и завтра. Должна ли я отменить их?

Я открываю электронный планер, который составила сама и пробегаюсь глазами. Никакого Парижа. Это не было запланировано, он просто уехал.

Делаю вдох.

Хорошо. Я разберусь с этим. Как только Эрик уйдёт, позвоню боссу и уточню в чем причина его срочного отъезда и почему он решил, что предупредить меня, будет плохой идеей.

Но Эрик, видимо, не собирается уходить, он пристально смотрит на меня, будто обдумывая свои следующие слова. – Алиса… Я тут подумал… – Он нервно поправляет очки. – Впереди два выходных, может, сходим куда-нибудь?

Черт. Только этого мне не хватало. За одну неделю произошло слишком много всего. Отношения с боссом на волоске, бывший парень решил, что может говорить мне о любви и унижать в одном предложении, а еще встреча с Левентом, ожидание которой, вводит меня в дисбаланс.

Не уверена, что выдержу еще одного мужчину рядом.

Но я пытаюсь начать новую жизнь, может мне стоит завести больше друзей и чаще общаться с кем-то, помимо Хелен и кота?

Пока я взвешивала все за и против в своей голове, Эрик решил действовать: – Завтра в Метрополисе проходит выставка одного художника, как его… – Он давит большим и указательным пальцем под очками на глаза, пытаясь вспомнить имя. – А, точно, Гретхен Гот. Слышала о таком? Не то, чтобы я сильный фанат искусства, но…

– Подожди, подожди! – Чуть ли не кричу я, и Эрик делает шаг назад, потому что даже меня такая реакция напугала. – Ты серьезно? Гретхен Гот?

Эрик неуверенно кивает. – Да, ты знаешь такого?

– Конечно, это известный современник, он гастролирует по всему миру, но я слышала, что на его выставки нужно покупать билеты за несколько месяцев и они жутко дорогие.

Эрик, явно довольный тем, что смог заинтересовать меня, улыбается, показывая мальчишеские ямочки на щеках.

– Мой двоюродный дядя работает в отеле, ему как сотруднику досталось два пригласительных, но его жена заболела, и они не смогут пойти. Он предложил мне, а я вот тебе…

Эрик замолкает, ожидая моего ответа, а я нервно прикусываю губу. Мне очень хочется пойти на выставку, и я давно никуда не ходила, но все, же это может дать Эрику ложную надежду. Мне не хочется обижать его, хотя если я откажусь, то это тоже может задеть его. Поэтому, я решаю согласиться.

– Спасибо за приглашение, Эрик. Я бы с радостью сходила на выставку.

Парень лучезарно улыбается, от чего мне тоже хочется улыбнуться. Эрик хороший парень, ему не нужна такая сломанная девушка, как я.

– Класс, я заеду за тобой в шесть.

– Договорились, дай свой номер, я вышлю тебе адрес в сообщении.

Обменявшись номерами, Эрик уходит, а мои мысли возвращаются к несносному боссу, который поставил меня в очень неудобное положение.

Я пробыла в офисе еще пару часов, затем вернулась домой.

Орион прыгнул на мои колени, как только я села на диван. Я глажу пушистую шерстку, в надежде успокоиться. – Даже если я ему не нравлюсь, как мой босс, он должен был предупредить, что его не будет. Правда? – Смотрю на кота, который трется о мою руку. – А если бы я не узнала, что его не будет? Я бы не отменила встречи, и люди бы ждали его… – Откидываю голову на спинку дивана. – Он просто эгоист! Не могу это так оставить.

Не дав себе возможности передумать, вскакиваю с дивана и достаю из сумки телефон. Орион ошарашено смотрит на меня, а я на него.

Гудок. Второй гудок. Третий гудок..

– Слушаю.

– Здравствуйте, мистер Стрейдж, почему вы не сказали, что уезжаете? – Мой голос спокойный, но желание сорваться и наорать на него очень сильное.

В ответ тишина. Я прикусываю губу в нервном ожидании.

– Раз вы уже в курсе, тогда в чем проблема? – Его голос расслабленный, не такой, к которому я привыкла и это заставляет меня забыть, зачем я вообще звоню.

– Да, но… – Начинаю запинаться, затем слышу женский смех на другом конце провода и снова злюсь. – Вы должны были сообщить мне лично. Я ваш ассистент и должна первой узнавать о таких вещах! Если бы, я случайно не узнала об этом, то не перенесла бы ваши встречи.

– Вы правы, мисс Джонсон… – Я хмурюсь, не ожидая, что он просто согласится со мной. – Вы мой ассистент и я прошу не забывать об этом. – Я тяжело сглатываю, крепко сжимая телефон в руке. Видимо я ошиблась, что он просто примет мою точку зрения. – Только вот, не помню, чтобы просил вас отменять мои встречи, какого черта вы это сделали?

Его спокойный голос сменяется раздражительным, и я начинаю жалеть, что вообще позвонила.

– Но…как же… как вы собирались встретиться с людьми, если находитесь не в США?

– Если бы вы были достаточно компетентны или хотя бы, додумались позвонить мне, прежде, чем отменять встречи, то возможно узнали бы, что в компании есть моё доверенное лицо, который проводит встречи с клиентами в моё отсутствие. – Каждое слово босса становится четче предыдущего, я сажусь на диван и закрываю глаза. – Свяжитесь с людьми и сообщите им, что Дэниел Ленсли примет их.

– Да, хорошо… простите. До свидания.

Я жду, что он скинет трубку, но все еще слышу голоса и музыку на другом конце. Проходит несколько долгих секунд, прежде, чем мои босс говорит: – Алиса, видите себя хорошо до моего возвращения. – Затем скидывает вызов.

Я откладываю телефон в сторону и смотрю в стену перед собой.

Видите себя хорошо до моего возвращения.

Эти слова вызвали странный трепет в моей груди. Что это значит?

Я звонила ему, чтобы сказать, что он не прав, но, как только услышала этот спокойный властный голос, то тут же забыла обо всем.

Почему так? Почему он действует так на мой мозг и… тело?

На губах расползается маленькая улыбка. Этот мужчина заставляет меня чувствовать себя более живой, чем я, когда-либо была.

Мой телефон в руке вибрирует, я смотрю на экран и замираю, потому что это неизвестный номер. Прождав несколько секунд – отвечаю:

– Алло…

– Здравствуйте, Алиса. Это Левент. Мы ужинали с вами и Ричардом в Сиэтле.

Я немного расслабляюсь, но все же, не до конца, потому что знаю, к чему приведет этот звонок. – Здравствуйте, Левент. Как вы?

– Я в порядке, Алиса, спасибо. Как вы? Ричард не мучает вас?

Я закатываю глаза при упоминании этого дьявола.

– Он немного требователен, но я справлюсь.

– Да, он такой, наверно благодаря этому он и добился такого успеха, но все же не могу не заметить, что если бы у меня была такая старательная сотрудница, как вы, я бы ценил ее и хорошо платил.

Я не совсем понимаю к чему он клонит, поэтому ничего не отвечаю. Нервно тереблю край своего платья, когда Левент сбрасывает бомбу.

– Алиса, помнится, мы договаривались о встрече. Если вы не против и Ричарду все еще нужна моя поддержка, то буду рад увидеть вас завтра вечером.

Я замечаю, что он делает акцент на моем боссе. Конечно, Левент уверен, что эта сделка важна для мистера Стрейджа и открыто, манипулирует этим. Возможно, он понимает, что если бы не рабочие вопросы, я бы отказалась. Что, несомненно, было правдой.

Коварная мысль о том, чтобы не встречаться с Левентом и тем самым отомстить своему высокомерному боссу, закрадывается в моей голове, но я быстро отгоняю ее. Это и моя работа тоже и мне она нужна.

– Завтра у меня планы, может быть послезавтра?

– Хорошо, я пробуду в Нью-Йорке несколько дней, так что меня устроит. Тем более я не могу упустить возможность пообщаться с вами лично.

Черт. Надеюсь, Левент останется джентльменом. Я соглашаюсь на свой страх и риск.

– Да, конечно, продиктуйте адрес, я запишу.

– Нет, нет, что вы, я сам заеду за вами в семь вечера, отправьте мне свой адрес на почтовый ящик.

Почтовый ящик? Это немного странно и… старомодно. Сейчас полно разнообразных мобильных мессенджеров, ну или смс. Хотя, раз это деловая встреча, все должно быть в таком формате.

– Хорошо, я найду ваш адрес на сервере. Всего доброго.

– До встречи, Алиса. Жду с нетерпением.

Странный. Очень странный мужчина.

***

Утром следующего дня я позволяю себе поваляться в постели подольше. Когда Орион начинает мяукать, требуя еды, мне приходится подняться.

Приняв пенную ванну, я размышляю о том, что надеть вечером на выставку.

Звуковой сигнал телефона прерывает меня, и я беру его в руки.

Хелен.

Ловлю себя на мысли, что я не колебалась, как обычно, прежде, чем взглянуть на экран.

– Привет, Алиса. Как ты? – Спрашивает подруга.

– Привет, наслаждаюсь выходными и отдыхаю от своего босса.

Последнее, я думала, что сказала лишь в своей голове, но нет. Черт, она однозначно обратит на это внимание.

– Твой босс? Я думала архитекторы работают над какими-то проектами, независимо от того на месте их начальство или нет.

Молодец, Алиса, сама себя подставила. Я все еще не рассказала Хелен, что работаю девочкой на побегушках у дьявола в галстуке.

– Эм… да, так и есть, но сейчас я выполняю немного другую работу. Мой стаж слишком мал, чтобы приступить к работе архитектором.

– Это надолго? – Спрашивает Хелен, и я чувствую настороженные нотки в ее голосе.

– Не знаю, но меня все устраивает, зарплата хорошая. – Вру я, потому что даже не знаю, какая у меня зарплата. – Так что не волнуйся.

– Хм… ну ладно. Расскажи, ты уже ходила куда-нибудь развлечься в Нью-Йорке после моего отъезда?

Я смеюсь, но Хелен терпеливо ждет. Она прекрасно знает, что я никуда не хожу. Когда она была в городе, то пыталась вытащить меня погулять, но я всегда отказывалась. Понятия не имею с чего она взяла, что я пойду куда-то одна.

– Нет, я нигде не была. Только в Сиэтле. О, и ты не поверишь, я встретила Люка.

– Что??? – Кричит подруга так, что мне приходится убрать телефон от уха. – Это огромный город, как это возможно?

– Понятие не имею, но я выпила несколько коктейлей, пыталась повеселиться, как ты и просила, а потом появился Люк и решил вывести меня из себя. – Я не рассказываю Хелен всей истории, потому что не хочу вспоминать моего позора.

– Вот ублюдок! Ты в порядке? Что он сделал? – Визжит Хелен, а я улыбаюсь. Всегда завидовала ее ярким эмоциям.

– Ничего особенного, я расскажу все при встрече, кстати, когда вы возвращаетесь?

– Ох, я не знаю, у Кристиана срочный репортаж на Кубе, но если я нужна тебе, то он может полететь один.

–Нет, нет. Я в порядке, правда.

В ответ тишина, вероятно Хелен чует мою ложь.

– Ладно… Я тут подумала, раз ты никуда не ходишь, может тебе стоит снова начать рисовать?

Мое сердце пропускает несколько ударов. Я сама думаю об этом почти каждый день, понятия не имею, откуда это берется, но желание усилилось за последнюю неделю. Хотя я не рисовала уже несколько лет.

– Не знаю… Это сложно… Может быть, время еще не пришло.

– Ты не забыла? Новая жизнь, новая работа, новая Алиса! Если ты чувствуешь тягу к рисованию, не вздумай противиться ей.

Я улыбаюсь на ее вдохновляющие слова и киваю, хоть она и не видит этого.

– Хорошо…

– Что ж… расскажи мне о своем боссе, он симпатичный?

Мысли возвращаются тому вечеру в его кабинете. Мои щеки краснеют, и я прикусываю губу.

– Он властный придурок и самовлюбленный эгоист, но я справляюсь.

В ответ тишина.

– Хелен? – Я проверяю, не прервалась ли связь. Нет.

– Властный придурок? – Переспрашивает она. – Не помню, чтобы ты раньше так о ком-то говорила. Все действительно так плохо?

– Это… эм… вырвалось…не обращай внимание.– Хелен права, я действительно ругаюсь очень редко, ведь это было правило номер восемь от моего отца.

Никакого сквернословия.

Хелен верит мне, или делает вид. – Ладно. Я прилечу в Нью-Йорк, сразу после Кубы. И будь готова, я собираюсь вытащить тебя из дома. Вперед, новая Алиса!– Кричит она в трубку.

– Я подумаю. – Улыбаюсь я, принимая ее оптимизм.

– Давай без этого. Крис вернулся, мне пора, целую.

– Пока, Хелен.

Орион трется у моих ног, и я смотрю на закрытую комнату, которая завалена не разобранными коробками после переезда, в том числе и принадлежностями для рисования.

– Ты тоже считаешь, что я готова сделать это? Моего отца больше нет. Никто не может диктовать мне правила, я сама решаю, как жить. – Орион игнорирует мои слова, а я вздыхаю. – Нет… Я еще не готова.

***

Эрик звонит в мою дверь без пяти минут шесть. Я открываю, и он дарит мне добрую улыбку.

– Привет. – Смущенно говорит он, быстро пробегаясь по мне взглядом. – Ты чудесно выглядишь.

Я выбрала легкий шелковый топ цвета пудры, облегающие белые брюки и босоножки в тон. Мои глаза подведены тонкими стрелками, от чего кажутся больше, и накрасила губы красной помадой, которая теперь является символом новой жизни. Волосы, просто убрала в высокий хвост.

– Привет, спасибо. Проходи, я почти готова. – Парень заходит, а я бегу в гостиную. Хватаю сумку и теплое кашемировое пальто. – Я готова, можем идти.

Он кивает и разворачивается, я только сейчас замечаю, что он тоже приоделся. Обычно, на работе, он ходит в джинсах и заправленной рубашке, но сейчас на нем темно-синие брюки, жилет в тон и светло голубая рубашка. Ему действительно идет такой стиль.

Когда мы садимся в старенький форд фокус, я замечаю, что мне комфортно находиться рядом с Эриком. Он не заставляет меня нервничать, не задет лишних вопросов и не сверлит пристальным взглядом.

Мы слушаем радио и говорим о каких-то поверхностных вещах, пока едем до Метрополиса. Я нахожусь в полном предвкушении вечера, даже не верится, что увижу выставку Гретхена Гота своим глазами. Раньше, я тайно просматривала его работы в компьютерном классе школы, и вырывала статьи из журналов с его интервью, прятала их под матрас, чтобы отец не нашел.

Правило номер четырнадцать.

Никаких журналов, потому что в них пишут о сексе и всех мыслимых грехах.

Эрик открывает для меня дверь и я выхожу из машины.

– Я немного волнуюсь. – Говорит он, пока мы идем к главному входу.

– Я тоже, и я хотела еще раз поблагодарить тебя за приглашение, ты единственный друг который у меня здесь есть.

Эрик поджимает губы, его лицо краснеет. Никогда не видела парня, который смущается больше меня. Разве я сказала, что-то не то?

– Эм… да, я рад. Давно ты переехала в Нью-Йорк?

– Пять лет назад, когда поступила в университет.

– Ого, и за это время ты ни с кем не подружилась?

– У меня есть одна подруга, но она путешествует со своим мужем.

Он кивает, и мы останавливаемся у девушки, которая проверяет билеты. Эрик вручает ей два флаера и для нас опускают красный канат, позволяя войти.

– Скучаешь по друзьям в Питтсбурге?

– Да. – Ложь слетает с моих губ, и я нарушаю правило номер два.

Не лжесвидетельствуй.

Мы проходим в огромный зал с высокими потолками, свисающими канделябрами и сверкающими люстрами. Народу очень много, я боюсь, что у меня может начаться паническая атака, поэтому быстро считаю до десяти. Вроде чувствую себя нормально.

– Если честно, я никогда не понимал, почему людям так нравятся посещать галереи, мне быстро становится скучно. – Шепчет Эрик.

– Каждому свое.

Я оглядываюсь и прихожу в полный восторг. Выставка на тему «Скрытые детали» повествует о том, что даже мелкие штрихи в экспозиции могут полностью изменить смысл. Так же бывает и в жизни.

Всё выглядит даже лучше, чем на фото из интернета.

Все подлинники находятся под защитным антивандальным стеклом.

– Ты хочешь чего-нибудь выпить? – Спрашивает Эрик.

– Воду.

– Хорошо, сейчас принесу. – Он кивает и оставляет меня наслаждаться выставкой.

Гретхен Гот – талантлив во многом. Он может рисовать углем и красками, лепить из глины и высекать статуи из мрамора, а еще он прекрасный фотограф.

Поначалу, он вел небольшой блог, а позже его заметили искусствоведы из Рима. Тогда и началась его великая карьера.

Я пребываю в полном восхищении, пока изучаю каждый экспонат. Находиться здесь – чудо для меня. Всем телом, я ощущаю прилив энергии и сил. Сейчас я действительно счастлива.

Но в следующий миг, я слышу звонкий женский смех и неосознанно оборачиваюсь. Улыбка с моего лица сползает, когда я вижу мистера Дьявола в галстуке.

Я ненавижу его за то, что он как всегда идеально одет. В черный смокинг и, конечно, бабочку. Ненавижу за то, что он должен быть в Париже, а не здесь. Ненавижу за то, что он испортил этот прекрасный вечер одним своим присутствием. Но я не могу ничего с собой поделать. Я стою там и смотрю на него, как на еще одно произведение искусства.

Уверена, что если бы он пришел в спортивных штанах с растянутыми коленками и футболке с пятном от кетчупа, то все равно был бы самым красивым мужчиной вечера.

Все дело в подаче. Его осанка идеально ровная, а взгляд властный и сильный, абсолютно характерный, для человека с его статусом.

Перевожу взгляд на потрясающе красивую девушку, в блестящем коротком платье. Она смеется, на что-то, что он ей говорит.

Я в замешательстве, потому, что никогда не поверю, что он может пошутить или, что-то сказать, чтобы заставить кого-то так смеяться. Опускаю глаза ниже. Она висит на его руке, как будто вот-вот упадет со своих высоченных каблуков. Да, они идеально подходят друг другу.

Интересно… это его девушка? Ей он носил цветы в Сиэтле?

– Твоя вода. – Передо мной появляется Эрик и я слегка вздрагиваю. – Все в порядке?

Я беру бокал и улыбаюсь: – Да, я немного увлеклась… – И забыла про тебя.

– Хорошо, что ты не скучаешь, в буфете огромная очередь, поэтому я задержался.

– Да, не скучаю.

– Что ж… Пойдем? – Эрик галантно предлагает мне свой локоть, я колеблюсь, но кладу рук на сгиб.

Мы обходим весь первый зал.

Эрик оказался отличным слушателем, а я старалась заинтересовать его своими познаниями о художнике и его работах.

В какой-то момент я забыла про присутствие босса и смогла расслабиться.

Новая Алиса умеет ладить с людьми и мне это нравится.

Но все же, иногда, мой взгляд блуждал по залу в надежде вновь увидеть Ричарда Стрейджа и я ненавидела себя за это.

– Как на счет посмотреть на проекции в третьем зале? – Спрашивает Эрик.

– Я хотела задержаться еще на скульптурах, и я видела, что в третий зал очередь. Может, займешь место, а я быстро пройдусь здесь еще?

– Да, конечно.

Эрик уходит, а я останавливаюсь у двухметровой мраморной скульптуры женщины, с оборванными крыльями. Её глаза были грустными, но мелкая деталь не давала мне покоя. В них будто была искра. Казалось, что её мир уничтожен, но она все еще верит в лучшее.

Девушка, словно феникс, готова переродиться в любую минуту.

Гретхен Гот потрясающе передал её эмоции. Желание жить, борьбу за место в раю. Великолепно.

Это напомнило мне мою жизнь.

– Наслаждаешься? – Я вздрагиваю. Сладкий дьявольский голос заполняет мои уши.

Чувствую тепло его тела, прямо за моей спиной. Знакомый аромат заполняет мой нос, и я нервно сглатываю ком.

– Да. – Твердо отвечаю я, восхищаясь своим ровным голосом.

– Где твой спутник? – Спрашивает мой босс и встает передо мной. Его лицо не выражает никаких эмоций. Глаза черные, как смоль, но в них есть какая-то эмоция… Гнев?

– Отошел. – Я отхожу и останавливаюсь напротив стены с семейными фотографиями самого художника. Он стоит с широкой улыбкой на лице, обняв свою жену за талию.

Мистер Стрейдж встает рядом и начинает рассматривать снимок вместе со мной.

– Что у тебя с ним?

Меня начинает потряхивать, но я контролирую себя всеми силами. Призываю новую Алису, но она молчит.

Придется справляться самой.

Небрежно пожимаю плечами и отвечаю: – Он потрясающий. – Боковым зрением замечаю, как лицо босса сменяется с нейтрального на раздраженное, от этого вида мои губы расползаются в легкой ухмылке.

Мистер Стрейдж резко поворачивает голову на меня, и я удивляюсь, как он не сворачивает шею. Его взгляд посылает меня пройтись по девяти кругам ада, но я игнорирую это.

В конце концов, мы не на работе.

Оставляю его и подхожу к следующей фотографии, босс следует за мной, не сводя глаз.

На снимке, художник бежит за своим сыном, который держит веревку от воздушного змея в своих маленьких ручках.

– Я видела многих, но такого как он, не найти. – Произношу спокойно, чувствуя уверенность, поворачиваюсь к мистеру Стрейджу.

Его лицо непроницаемая маска спокойствия, лишь слегка нахмуренные брови говорят о том, что он напряжен.

А еще глаза.

Боже мой, они горят.

Чёрным, чёрным пламенем.

Новая Алиса выходит на сцену и не дает мне отвести глаза. Я начинаю замечать, что эта девушка, выходит только рядом с ним. Заставляет меня делать такие вещи, от которых раньше, я упала бы в обморок.

– В него невозможно не влюбиться, особенно после серии снимков о «Запретной любви». – Шепчу я, опуская глаза на его пышные губы.

Маска мистера Стрейджа спадает, и его глаза округляются. Он подходит чуть ближе, но не касается меня. – Что?

– Что? Разве вы не видели снимки о запретной любви? История мужчины и женщины с разным положением в обществе. Они не могли быть вместе. Это так грустно, правда?

Черные глаза пристально изучают каждый миллиметр моего лица. Новая Алиса нахально проводит языком по верхнее губе, привлекая внимание.

Понятия не имею, что я делаю. О чем думаю?

Я откровенно флиртую со своим боссом и даже не краснею.

Или может ты забыла, что он пришел с ангелом из «Victoria's Secret»?

Босс молчит и я начинаю нервничать. Слишком долгий зрительный контакт. Слишком осязаемый. Слишком много для меня.

– Гретхен Гот чудесный и талантливый полимат. – Я оглядываюсь, используя это, как предлог отвести глаза. – Творец всего этого.

Он делает маленький щаг ближе, наши тела в миллиметре друг от друга, я чувствую его свежее дыхание на своем лице. Его голос смертельно тихий, когда он спрашивает: – Ты играешь со мной? – Все вокруг исчезает, оставляя нас в скрытом коконе. Я замираю, обдумывая свои дальнейшие слова. – Что вы! Я бы не стала. – Выдавливаю улыбку. – Мне пора, мой спутник заждался. Всего доброго. – Разворачиваюсь на каблуках и ухожу. Мои ноги дрожат, руки трясутся, а бокал воды, который я сжимала все это время вот – вот треснет. Я считаю шаги, пока почти убегаю от него, и это помогает успокоиться.

Добравшись до туалета, я кладу руки на раковину и опускаю голову. Моё дыхание учащённое, но как только я поднимаю голову, то вижу яркую улыбку на лице.

Вкус победы на губах сладок. Новая Алиса однозначно хорошо влияет на меня. Еще несколько лет назад, я не смотрела в глаза даже своей престарелой преподавательнице по черчению, а о диалоге не могло идти и речи.

Но сейчас… Это было что-то нереальное. Волнительное. Мистер Стрейдж самый властный человек, которого я знаю, и противостоять ему, это как выиграть войну.

Поправляю непослушную прядь, которая выбилась из прически, достаю помаду и подкрашиваю губы.

Входная дверь с грохотом захлопывается, и я вздрагиваю на месте.

Я не вижу, кто это, так как скрыта за небольшой стеной. Может сквозняк?

Но, конечно, это не сквозняк. Мой босс, дьявол с бабочкой на шее, стоит прямо за моей спиной. Мы встречаемся взглядом в зеркале, моя рука с помадой висит в воздухе.

Это длится несколько секунд, но сильно напрягает. Мы одни в женском туалете, это как минимум странно и страшно. Опускаю руку, прикусывая нижнюю губу ожидая, что он скажет.

Но он ничего не говорит. В один большой шаг, он подходит ко мне, хватает за горло и прижимается грудью к моей спине. Мраморная столешница больно врезается в мои бедра, я сжимаю зубы, не проронив ни звука.

Наши взгляды противостоят друг другу в отражении, я боюсь, но не хочу сдаваться.

Он проводит носом по моей шее, а вторую руку кладет на живот. Мне кажется, что я вот-вот упаду в обморок.

Это впервые, когда он так прикасается ко мне. Слишком близко, слишком интимно.

Сглатываю ком в горле и стараюсь дышать ровнее.

Теплое дыхание на моей шее посылает мурашки по всему телу, я прикрываю глаза.

Внутренне призываю новую Алису справиться с этим, потому что сама не смогу.

В любой момент может начаться паническая атака.

– Отпустите. Я буду кричать. – Заявляю я, ровным, но тихим голосом. Ладно, возможно это было не очень убедительно.

– Никто не может бросить мне вызов и уйти. Если ты начала, то будь добра продолжить. – Его пах прижимается к моей заднице, и я чувствую внушительную выпуклость. В ушах звенит, но я продолжаю слышать тихий манящий голос. – Если ты хочешь поиграть, то мы сделаем это на моих условиях, маленькая мышка.

Тогда, я понимаю, что пропала.

Потому, что не боюсь. Не боюсь прикосновений. Не боюсь угроз.

Скорее наоборот. Меня завораживает и притягивает его голос. Его руки на моем теле сводят с ума.

Я проигрываю даже не начав играть.

Мой босс – моё падение в ад.

Глава 6

Отпустите меня. – Шепчу я, уже не чувствуя той уверенности, что была ранее в выставочном зале.

– Что, уже не такая чертовски смелая, да? – Его голос убийственно тихий.

Босс резко разворачивает меня и прижимает спиной к холодной стене. Его руки больше не касаются меня, они находятся по обе стороны от моей головы, создавая некое подобие клетки.

Черные глаза, прожигают во мне дыру, пока я делаю маленькие судорожные вздохи. Пытаюсь считать, но мысли путаются.

– Кто-то в любой момент может войти…

Его лица касается легкая улыбка. – Тебе ничего не угрожает. – Дьявольский шепот пробирает до костей. Он придвигается ближе и касается кончиком носа моей ушной раковины. – Ты ведь знаешь это, да? – Босс отстраняется на несколько сантиметров, но только чтобы заглянуть мне в глаза и найти в них ответ на свой вопрос.

Самое страшное то, что я верю, что он не причинит мне вреда.

Один маленький кивок, это все, что ему требуется. Он кивает в ответ и его улыбка становится шире.

Мужская рука опускается ниже, я чувствую легкое прикосновение на талии.

Оно одновременно пугает и успокаивает. Делаю глубокий вдох.

– Так вы встречаетесь? С тем парнем в очках?

– Это… – Я сглатываю ком. – Личное.

– Личное? – Улыбка становится более развязной, но это не выглядит мило, это выглядит опасно. Слишком опасно.– Я так не думаю.

Странное чувство заполняет мою грудь. Неужели он ревнует? Хотя с чего бы? Я ему даже не нравлюсь, как и он мне…

Не помню, чтобы Люк когда-нибудь ревновал меня, но если это, то самое, то ощущения необычные, даже приятные.

В моей голове, новая Алиса кладет руку на моё плечо, призывая к действию. Я чувствую поток силы, поэтому сужаю глаза на своего босса.

– Я не обязана отчитываться, и могу встречаться с тем, с кем захочу. – Горжусь, что мой голос не дрогнул, но чувствую, что захожу на опасную территорию.

– Серьезно? Хочешь испытать меня, маленькая мышка?

Его слова медленно проникают в мой разум. Желание проверить его и посмотреть, что он будет делать дальше, буквально кипятит мою кровь.

– Я не боюсь. – Выдыхаю я.

Выражение лица мистера Стрейджа меняется. Он выглдяит так, будто ждал этих слов годами, и я не понимаю, почему это так заводит меня.

– Такая отважная… – Неожиданно, он опускает руку со стены и проводит большим пальцем по моей нижней губе. Сердце бешено стучит в груди, порываясь вырваться. Приятное тепло зарождается внизу живота, пока я задерживаю дыхание. – Маленькая мышка еще не знает с кем связалась. Это будет очень интересное игрой, но не уверен, что ты готова начать. – Его пальцы обхватывают меня за подбородок, он тянет меня ближе и мне приходится сделать шаг вперед. Наши тела соприкасаются, я прикрываю глаза. – Хотя… – Шепчет он в мои губы. – Возможно, я ошибаюсь, потому, что твое тело становится таким податливым в моих руках. – Одной рукой он все еще держит мой подбородок, а вторая нахально двигается от моей талии вниз к бедру. – Будь хорошей девочкой и делай то, что я говорю.

Я моргаю, приходя в себя. С чего он решил, что я буду делать то, что он скажет? По рабочим вопросам – да, в остальном – никогда.

С меня будто спадает пелена и я нахожу в себе силы поднять руки и положить ему на грудь. Медленно, я отталкиваю его от себя и он поддается, делая шаг назад.

Улыбка с его лица почти пропала, но черные глаза горят так же, как и раньше.

Я желаю высказать ему все, что думаю, но, ни один звук не выходит. Мы смотрим друг на друга, это все та же война, только молчаливая.

Я отказываюсь проигрывать, поэтому спокойно говорю: – Никогда. Слышите? Никогда больше не прикасайтесь ко мне и не указывайте вне работы, что я должна делать, а что нет.

Челюсть моего босса сжимается так сильно, что я думаю вот-вот треснет. Он отворачивается к зеркалу, делая вид, что поправляет бабочку, а я ликую от восторга, потому что, наконец, зрительный контакт прервался, и инициатором была не я.

Мистер Стрейдж засовывает руки в карманы брюк и смотрит на меня через отражение зеркала.Но моё счастье длится не долго. Примерно двенадцать секунд.

– Очень надеюсь, что вы услышали меня, мисс Джонсон. Никаких интрижек в моей компании.

Я фыркаю, потому что, серьёзно? Это абсурд!

– Вы не имеете права, в договоре не было такого пункта.

Он разворачивается так резко, что я делаю шаг назад и снова врезаюсь в стену. Снова я в уязвимом положении, снова его рука поднимается к моему лицу. Я закрываю глаза, желая, чтобы кто-нибудь вошел и выпроводил его отсюда.

Я не боюсь своего босса. Я боюсь реакции своего тела на него.

Жду, что он прикоснется ко мне, но чувствую едва заметную щекотку на лице. Открываю глаза и понимаю, что он убрал выбившуюся прядь мне за ухо. Этот жест такой простой и легкий, но кажется более интимным, чем все предыдущие его касания.

– Если дело в договоре, то в понедельник на вашем столе будет лежать новый – подготовленный специально для вас. Если вы откажетесь его подписать, то мне придется принять меры. И поверьте, мисс Джонсон, они вам не понравятся.

Мистер Стрейдж считает, что выиграл эту битву, потому что он разворачивается на пятках и идет к двери. Новая Алиса горит от гнева, не желая доставлять ему такого удовольствия. Проиграна битва, но не война.

Я победно улыбаюсь, потому что это только начало, мистер Стрейдж.– Завтра я встречаюсь с Левентом… – Его рука замирает на ручке двери. – Кажется, от этой встречи многое зависит… – Не успеваю договорить, как он разворачивается.

Босс не касается меня, но его дьявольски черные глаза лишают меня кислорода и голоса.Набираю воздух в легкие и подхожу к нему. Останавливаюсь в миллиметре от его спины, поднимаю руку и провожу пальцем по плечу.

Я чувствую, что попала в яблочко, поэтому нахожу в себе силы и уверенность, продолжить. – Как думаете, у этого вечера может быть какое-то продолжение? Левент не сотрудник вашей компании, и я, кажется, заинтересовала его....

Черные глаза медленно закрываются, его ноздри раздуваются, челюсть подрагивает. Босс хватается за ниточки контроля, но все тщетно, потому, что в следующее мгновение он вылетает из дамской комнаты, захлопывая за собой дверь.

Я выдыхаю, прислоняясь спиной к холодной стене, закрываю глаза. – Черт возьми, его игры сведут меня с ума.

Спустя несколько минут, прихожу в себя и смотрюсь в зеркало. Мои волосы растрепались, а шея красная, после прикосновений босса. Я чувствую себя измотанной, но глаза сияют. Я не помню, чтобы видела себя в таком виде. Уставшей, но довольной. Беспорядочной. Дикой.

Несомненно, мне нравится то, что я вижу.

В выставочном зале я ищу глазами Эрика, но натыкаюсь лишь на взгляды мужчин направленные в мою сторону. Опускаю глаза на свою одежду, но ничего не вижу. Все в порядке, почему они так смотрят?

Прилагаю все усилия, чтобы найти парня, с которым пришла и не замечать излишнего внимания.

Наконец, вижу Эрика в толпе. Он машет мне рукой, привлекая внимание. Я натягиваю дружелюбную улыбку и подхожу.

– Прости, в туалете была очередь.

Эрик молчит, но его лицо выдает замешательство.

Да в чем дело, черт возьми?!

– Эрик? Всё нормально?

Он моргает и нежно улыбается мне. – Прости, просто… Ты выглядишь… Иначе.

Чувствую, как мои щеки начинают гореть. – Иначе? Как?

Парень улыбается шире, проводя рукой по волосам. – Не знаю, твои глаза… сияют… – Он отводит взгляд, вероятно смущаясь и я бесконечно благодарна ему за это, потому что знаю в чем причина моих «сияющих» глаз. Но очередная ложь слетает с языка раньше, чем я успеваю подумать.

– Просто я люблю искусство. Выставка потрясающая, спасибо, что пригласил.

***

Тем же вечером, я лежу в кровати, размышляя о случившемся.

Чувствую себя обессиленной, потому что мой босс – дьявол, высосал из меня всю энергию.

Вспоминаю темные глаза и нахмуренные брови.

Да, победить в его же игре, казалось чем-то невероятным.

После того, что произошло в туалете, я четко поняла, что не боюсь его. Не боюсь прикосновений. Взгляда. Но волнение, трепет в груди, когда я вижу его – никуда не делось.

Это возбуждает и пугает одновременно.

Думаю, эта история только началась и в предвкушении нашей следующей встречи, я проваливаюсь в сон.

С моих губ слетает стон, когда влажный язык легко касается моей сердцевины. Голова приятно кружится, а сердце пропускает по несколько ударов. Я двигаю бедрами, желая получить больше, но он сжимает мои бедра сильнее заставляя замереть.Теплые руки двигаются вниз по моей груди, задевая твердые, от возбуждения, соски. Он сжимает мои ягодицы, когда влажные губы опускаются на голый живот, затем ниже и еще… Мужчина ловко снимает с меня трусики и отбрасывает их в сторону. Я зарываюсь руками в его волосы, притягивая туда, где хочу его больше всего. – Чертовски сладкая…

Я поднимаю голову и встречаю темный взгляд. Его губ касается дерзкая улыбка, когда он возвращает свой язык мне между ног. Моя голова падает назад, а он закидывает мои ноги на свои плечи. Он пожирает меня, будто мучился от голода годами. Его зубы касаются клитора, затем язык проникает внутрь. Моё зрение затуманивается, я извиваюсь и стону.

Слишком много. Недостаточно. Еще.

Он глубже засасывает мой клитор, я дергают его волосы, от переизбытка ощущений. Руки сжимаются вокруг моих бедер, словно оковы, заставляя меня не двигаться, пока моё тело не начинает биться в конвульсиях и распадаться на тысячу мелких кусочков.Тяжелое дыхание, мои крики, звуки того, что он делает со мной, заполняют комнату, эхом отдаваясь в моей голове.

Что-то твердое ударяет меня по груди, и я распахиваю глаза.

Солнце, пробивающееся сквозь шторы – ослепляет, поэтому мне требуется несколько секунд, чтобы понять, что происходит.

Орион сидит на мне, уставившись голодными глазами.

Глажу его по мягкой шерстке, как вдруг, обрывки сна начинают мелькать перед глазами.

Бог мой…

На моем лице моментально проступает жар. Неловко, просовываю руку под одеяло и касаюсь себя между ног.

Вся мокрая.

Я так сильно возбуждена, хотя это был лишь сон. Просто не возможно…

Что он со мной сделал…

Делаю глубокий вдох, в надежде успокоить свои взбунтовавшиеся гормоны.

Признаю, мой босс хорош собой, но я не помню, чтобы думала о нем в сексуальном плане.

Ага, а как же «лечебный» массаж?

Натягиваю оделяло на голову, потому что хочу провалится сквозь землю за свои непрошеные фантазии.

Ну ладно, может разок я и думала о нем. Но это ничего не значит.

Точно нет. Я не хочу его.

Киваю в подтверждение своим словам, но мысль о том, чтобы попытаться уснуть и досмотреть, чем все закончится, плотно оседает в моей голове.

Внезапно, другая, более странная мысль бьет меня по голове, и я подскакиваю с места. Бегу в комнату с не разобранными коробками, параллельно насыпая коту корм.

Достаю старый мольберт, который мне подарила мама и масляные краски. Вдыхаю запах и закрываю глаза, наслаждаясь.

Руки дрожат, пока я подготавливаю для себя рабочее место на подоконнике. Я делаю все очень быстро, потому что в любой момент могу передумать.

Мои глаза постоянно косятся на дверь. Страх того, что отец зайдёт сюда в любую минуту настолько сильно укоренился в моем мозгу, что я не могу разделить прошлое с настоящим.

Нет. Этого не произойдет. Его больше нет.

Словно мантра, повторяю эти слова вновь и вновь, пока раскладываю карандаши, кисти, и устанавливаю высоту мольберта.

Как только все выглядит идеально готовым к работе, бегу в спальню. Скидываю пижаму, достаю старую поношенную футболку с гербом Нью-Йоркского Университета и быстро переодеваюсь.

Возвращаюсь, сажусь на маленький табурет и, спустя семь лет, беру кисть в руку.

Мое сердце стучит, как бешеное. Я провожу пушистым ворсом по ладони и закрываю глаза от невероятных ощущений. На моем лице выступает широкая улыбка, а грудь заполняется огромным количеством воздуха, будто раньше этого сделать было невозможно.

Легкая дрожь пробегает по телу, когда я выдавливаю каплю краски на старую пластиковую палитру, затем погружаю в нее кисть.

Легким взмахом руки провожу по холсту и чувствую каждой клеточкой своего тела, что настал час моего перерождения.

Я вдохновлена больше, чем когда-либо и не имею права упустить этот момент. Если потребуется, я даже спать не буду.Я пишу почти весь день. Прерываясь лишь раз на кофе с бутербродами и туалет. Мне страшно, что в любой момент мой порыв пропадет, и я не смогу сделать это снова.

Словно я дирижер, а холст с кистью мой оркестр, я создаю музыку, которую невозможно услышать, но можно увидеть. Движения выходят такими непринужденными и ровными, будто я делала это тысячу раз, ни на минуту не останавливаясь.

Первый час, я просто водила кистью по полотну. Вспоминая. Изучая. Смешивала цвета, экспериментировала с плотностью краски, нажимом и углом обзора.

Но, как только мои руки вспомнили основные техники, я отложила кисть, достала чистый холст и взяла простой карандаш.

Прикрыв глаза, я представила того, благодаря которому нахожусь сейчас здесь и делаю то, что делаю.

Шесть часов сорок одна минута. Столько времени мне потребовалось, чтобы перенести на полотно глубокий взгляд с густыми ресницами и мелкими мимическими морщинка.

Примерно три часа двадцать восемь минут, мне потребовалось, чтобы смешать нужные цвета и создать уникальный цвет темного шоколада с каплями золотистого меда.

Солнце практически скрылось за горизонтом, когда я оцениваю результат. Черные глаза смотрят в самую душу, что мне одновременно хочется спрятаться и утонуть в них.

Перевожу взгляд на дверь, когда слышу очередной звонок. Это настораживает и пугает.Дверной звонок выводит меня из оцепенения. Насторожено, откладываю кисть и на цыпочках иду в коридор. Бросаю взгляд на настенные часы. Время только половина шестого вечера. Левент должен приехать через полтора часа. Кто это?

Медленно, подхожу к двери, но настойчивый гость звонит снова, что я аж подскакиваю на месте. Смотрю в глазок и вижу того, кого ожидала увидеть на своем пороге меньше всего. Открываю.

Дьявол.

Прямиком из ада в светлых джинсах Levi's и белом поло. Волосы небрежно уложены, глаза черные, а губы плотно сжаты. Как всегда недовольный.

Как всегда сексуальный.

Моргаю, сбрасывая с себя наваждение.

– Что ты здесь делаешь?

В ответ тишина. Он осматривает мой внешний вид, который далек от идеального. Моё лицо и руки в краске, а на голове небрежный пучок. Я даже душ сегодня не принимала, не желая терять время.

Футболка огромная, достигает мне до середины бедра и прикрывает бОльшую часть моего тела, но под его пристальным взглядом мне хочется прикрыться. Сжимая дверную ручку, я сдерживаюсь, не доставляя ему удовольствия, иметь власть надо мной.Его глаза сужаются, когда достигают края футболки, под которой… Черт возьми… Нет трусиков.

Сквозь одежду же он видеть не может.

– Интересно, когда мы успели перейти на ты? – Наконец он переводит взгляд на моё лицо. Я наблюдаю, как его язык медленно двигается по нижней губе и воспоминания из сна заставляют меня покраснеть.

Я опираюсь о дверной косяк, скрещивая руки на груди. – Может, когда ты думаешь, что имеешь право указывать мне с кем встречаться, а с кем нет? – Делаю задумчивый взгляд, касаясь указательным пальцем своих губ. – О, или когда прикасаешься ко мне, забывая о всякой субординации?

Так то. Молодец Алиса.

Его глаза игриво светятся, а на лице расцветает хитрая улыбка. – Помнится мне, это ты попросила спать с тобой в одной постели, когда напилась и ты же потом решила возомнить себя мастером массажа, чтобы, как ты выразилась «неподобающе» касаться своего босса.

Туше.

Если моё лицо было красным, то сейчас я взорвусь от стыда. Мы неплохо игнорировали то, что происходило в прошлом, и я бы хотела, чтобы так оно и оставалось. Но факты никуда не делись. Я первая перешла запретную черту, и мы оба это знаем.

– Хорошо, что Вам нужно? – Процедила я сквозь зубы, выделяя слово вам.

– Не пригласишь войти?

– Это еще зачем?

Он вздыхает и просто делает шаг через порог, заставляя меня отпрянуть в сторону, чтобы не оказаться задавленной его огромным телом.

Мужчина заходит в мою квартиру, будто делал это тысячу раз. Он сканирует взглядом помещение, оценивая пространство. Как только находит небольшой диван в гостиной, совмещенной с кухней, садится. Раскинув руки на спинке и закинув ногу на ногу, он смотрит на меня в ожидании, будто это я незваный гость, а не он.

– Что происходит? Вы не имеете права просто заходить в мой дом. Я не приглашала вас! – Я повышаю голос, громко захлопывая входную дверь.

– Сядь. – Он кивает на небольшое пространство рядом с ним на диване.

Я сжимаю губы, натягиваю футболку ниже и сажусь рядом, пытаясь сохранить, как можно больше места между нами.

Видимо спорить с ним бесполезно, чем быстрее он скажет зачем пришел, тем быстрее уйдёт.

Его глаза снова опускаются к моим ногам, и я инстинктивно еще сильнее натягиваю футболку.

– Мои глаза выше.

Он поднимает взгляд, но на его лице я больше не вижу и намека на улыбку. – Я пришел проконтролировать вашу с Левентом встречу и подписание контракта. Надеюсь, ты не думала, что я позволю тебе манипулировать моим стремлением заключить эту сделку?

Я фыркаю. Это выглядит совсем не женственно, но мне плевать. Сейчас, он меня действительно раздражает.

– И что, будете сидеть рядом весь вечер и говорить, что делать?

– Почти. Я отвезу тебя, подожду за соседним столиком, затем привезу обратно домой. – Говорит он скучающим тоном. – Левент любит поболтать, так что постарайся сделать это быстро. Подсунь контракт, выжди несколько минут и скажи, что тебе пора идти. Ничего большего. Никакого продолжения, флирта и прикосновений. Это понятно?

Меня аж затрясло всю от его повелительного голоса. Я бы и сама никогда не позволила Левенту прикоснуться к себе, а о продолжении вечера и речи быть не может. Но то, как он ведет себя, будто я сплю и вижу, чтобы соблазнить кого-то, чертовски сильно выводит из себя.

– Значит, вы все продумали, мистер Стрейдж? – Босс непонимающе выгибает бровь, а я продолжаю. – Но, что если я захочу продолжения вчера? – Эти слова срываются с моего языка, так же быстро, как я хочу забрать их обратно. Но пусть знает, что я не собираюсь быть покорной.

Его глаза темнеют на несколько оттенков, а рука сжимается в кулак, прямо у моей головы. В квартире повисает удушливая тишина, что я, кажется, слышу стук своего сердца.

Тук-тук. Тук-тук.

Но в следующую секунду, мужская рука расслабляется, он тянется ближе к моему лицу и наматывает прядку волос на свой палец. Мы не отводим глаз друг от друга, а мое и так неспокойное сердце вот-вот вырвется из груди.

– Мне наверно показалось, что ты не любишь, когда к тебе прикасаются, да? – Спрашивает он спокойным голосом. Моё тело замирает от подтверждения, что он знает.

– О чем вы…? – Я пытаюсь сделать голос непринужденным, но выходит не очень, потому что мистер Стрейдж улыбается. Его голова наклоняется чуть ближе, будто он хочет сказать мне какую-то тайну.

– Я говорил тебе не играть со мной, маленькая мышка. Я загоню тебя в угол и съем. Уверена, что хочешь испытать меня?

Святая Дева…

Почему его угроза заставляет меня нарушить все правила и посмотреть, что будет?

Ричард Стрейдж – очень опасный тип мужчин, которых я раньше не встречала. Понятия не имею, что я должна отвечать на подобное. Мысленно призываю новую Алису на помощь и выпаливаю первое, что приходит на ум.

– Я не собиралась играть. – Внутри меня пульсирует каждая клеточка. То ли от страха, то ли от предвкушения. Не знаю. Но я стараюсь не выдать не единой эмоции. – Я подумала, что Левент интересный мужчина.

Новая Алиса делает решающий удар.Он напрагается, а я чувствую, что попала в точку. – Если я сама захочу продолжения, вы же не поедете со мной к нему? Или ко мне? – Я провожу рукой по спинке дивана в миллиметре от его руки. – Прямо на этот диван…

Мистер Стрейдж сжимает губы в тонкую линию и прищуривает глаза.

Очередная победа.

Он придвигается ближе, моё голое бедро касается его бедра. Я замираю даже от такого контакта, хотя между нами есть барьер в виде ткани его джинсов. Он опускает руку на моё колено, а глаза неотрывно смотрят в мои.

Он проверяет меня.

Дьявол!

Я сжимаю челюсть. Считаю в голове, пока теплая ладонь движется выше по моему бедру.

Дыши. Дыши, Алиса.

– Ты чуть не упала в обморок, когда я коснулся тебя в лифте. – Пальцы, медленно проникают под мою футболку, но я держусь. Он не сделает этого. Правда? – Когда моя ладонь легла на твое колено в ресторане, у тебя началась гипервентиляция легких. Твои тяжелые вздохи были слышны даже поварам на кухне. – Рука пробирается глубже. Я сжимаю обивку дивана, не желая сдаваться, но сил почти нет. – Даже твой бывший приятель, который, вероятно, касался тебя много раз до этого, довел тебя до состояния полного ужаса. – Кончики пальцев касаются внутренней стороны бедра, оставляя несколько миллиметров до линии трусиков, которых нет. – Уверена, что справишься со зрелым мужчиной?

Всё! Я больше не могу!

Вскакиваю с дивана, как ошпаренная. Бьюсь ногой о журнальный столик, но мне плевать. Я думала, что привыкла к его прикосновениям, но это не так.

Глубоко внутри, я не хотела останавливать его. Мне хотелось почувствовать по настоящему, какого это. Быть во власти дьявола.Было страшно и… черт… интригующе. Мой здравый рассудок победил. Пока.Но по всем пунктам – это не правильно! В остальном… Его слова удивили меня. Мало кто замечает мои приступы, потому, что я научилась более-менее контролировать их. Но он видел всё, когда я думала, не видит никто.

Дьявол улыбается, будто съел канарейку и кивает.

– Так я и думал, иди собираться.

Молча, я бегу в комнату с коробками и накидывают ткань на мольберт. Надеюсь, он не будет лазить, пока я привожу себя в нормальный вид.

Мысленно кидаю в него ножи, пока иду в душ, прижав к себе полотенце.

Он так расслабленно сидит на моем диване, копаясь в телефоне, что я злюсь еще больше.

Выбираю платье, которое, с вероятностью девяносто девять и девять десятых, не понравится моему боссу.

Да, он разоблачил меня. Но я женщина, а у нас много карт в рукаве.

Как только заканчиваю с укладкой и макияжем, надеваю туфли и выхожу к боссу.

Ему хватает секунды, чтобы брови нахмурились, а глаза провели меня по девяти кругам ада.

– Что за чертовщина? Это деловой ужин!

Я провожу руками по шелковой ткани своего бежевого платья. Оно не вульгарно, а сексуально. По крайней мере, так говорила Хелен, потому что платье её.

Да, вырез на ноге слишком большой для меня, но глубокое декольте еще хуже. Оно заканчивается чуть ниже середины груди, собираясь каскадом мелких складок.

Я бы не надела это платье никогда в жизни, но этот дьявол вынудил меня.

– Вряд ли ужин деловой, Левент делал прямые намеки.

Он встает, одновременно засовывая руки в карманы. – Переоденься.

– Что?

– Что слышала. Ты не пойдешь в этом.

– Вы не можете мне указывать, я… – Не успеваю я договорить, как он хватает меня за запястье и ведет в сторону спальни.

– Что вы делаете? Отпустите!

Он ничего не отвечает. Находит шкаф в моей спальне и быстро просматривает содержимое. У меня не очень большой выбор одежды. Мне становится неловко от этого, наверняка у его подружек по несколько гардеробных заполненных до отвала.

Босс достаёт зеленое тюлевое платье без рукавов, но с высоким горлом.

– Это подойдет. Надевай. – Он сует платье мне в руки. Я боюсь, что-либо говорить, потому что он выглядит очень раздраженным.

– Выйдите.

Мистер Стрейдж смотрит на меня несколько секунд, затем разворачивается и выходит из спальни.

Дьявол!

Вероятно, Ричард Стрейдж считает, что имеет какое-то право, указывать мне, что делать и как жить.

Но он ошибается.

Тот этап, где я послушно киваю, слепо следую чужим указаниям и молчу – остался в прошлом.

В каких-то вещах, я действительно была покладиста с ним, но лишь ради собственного спокойствия.

Иногда, требуется сделать вид, притвориться, выждать и лишь когда оппонент подумает, что ты в его руках – нанести удар.

Глава 7

Но он ошибается.Вероятно, Ричард Стрейдж считает, что имеет какое-то право, указывать мне, что делать и как жить.

Тот этап, где я послушно киваю, слепо следую чужим указаниям и молчу – остался в прошлом.

В каких-то вещах я действительно была покладиста с ним, но лишь ради собственного спокойствия.

Иногда, требуется сделать вид, притвориться, выждать и лишь когда оппонент подумает, что ты в его руках – нанести удар.

Мои мысли мечутся между страхом неизвестности вечера с Левентом и злобой на мужчину рядом.В машине негромко поёт радио, пока я украдкой бросаю взгляды на босса. Прямо сейчас меня раздражает его спокойствие, возможно, потому, что я совершенно не чувствую себя таковой.

Я пошла на это только ради него. То есть, ради компании, но Ричард – генеральный директор и чем он отплатил мне?

Высокомерием, самодовольством и наглостью.

– Левент должен был заехать за мной, что вы сделали?

Он не отвечает сразу, останавливает машину на красный сигнал светофора и только тогда поворачивается ко мне. Его голова слегка склоняется набок, а на лице появляется лукавая улыбка. На улице темно, только слабый свет приборной панели наряду с красным бликом светофора позволяют нам видеть друг друга. Его небрежно уложенные волосы бросают тень на лицо, отчего, общая картинка выглядит так же опасно, как и завораживающе.

– Я слишком хорошо знаю Левента. Было нетрудно зайти на твой рабочий почтовый ящик и найти вашу переписку.

Мои руки на коленях сжимаются в кулаки. – Вы писали ему от моего имени?

– Да. – Спокойно отвечает босс, нажимая педаль газа.

Я в таком негодовании, что у меня не находится слов ответить ему. Несколько секунд я смотрю на его профиль ожидая… Чего? Что он скажет, что не хотел лезть в мои личные дела? Этого не произойдёт, потому что он хотел и сделал это.

Поэтому, как только машина останавливается у ресторана, дёргаю дверь, чтобы, наконец избавиться от присутствия босса и его запаха, которым пропахла вся машина, но она не поддаётся.Из-за его слов, я становлюсь ещё более нервозной и раздражительной.

– Откройте. – Цежу я сквозь зубы.

– Я буду у бара. Как только контракт будет подписан, уходишь. Поняла?

Мои глаза сужаются. – Как вы себе это представляете? Здравствуйте, Левент, вот контракт, до свидания? – Я начинаю терять терпение. Делаю глубокий вдох и снова дёргаю ручку. Ничего.

Мужчина проводит рукой по волосам. – Мне плевать, как ты это сделаешь. Я говорил, что тебе не нужно идти с ним на встречу, говорил, что решу этот вопрос без чьей-либо помощи, но ты возомнила из себя мать Терезу, пытаясь помочь нуждающимся. Теперь, будь хорошей девочкой и сделай всё быстро.

Мои глаза закатываются от его авторитарного тона. – Вы вообще можете быть добрым с людьми? Да, я пыталась помочь, теперь уже жалею. Если бы, я тогда знала, что мне придётся видеть вас, хоть на минуту больше необходимого, я бы ни за что не согласилась.

Ладно, это было грубо, но он заслужил.

Мы молчим несколько секунд, пристально глядя друг другу в глаза. Дверь издаёт щелчок разблокировки, и я тут же распахиваю её. Но, как только моя подошва касается асфальта, босс хватает меня за запястье и тянет обратно в салон.

– Не жди добра от людей и тогда не будешь разочарована. Я твой босс, а ты моя подчинённая, так что делай, что говорю, и не занимайся самодеятельностью.

Мои губы растягиваются в одержимой улыбке, когда я шепчу: – Не забывайте о сказанном, мистер Стрейдж. Придёт день, когда не вы, а вас поставят на колени. Я буду стоять в первом ряду, чтобы увидеть это.

Не дав ему возможности ответить, я выдёргиваю руку и выхожу из машины.

– Ублюдок. Ненавижу его! – Шепчу себе под нос, двигаясь к входу в ресторан. Морщинистое лицо отца появляется перед глазами.

– Правило номер восемь. Сквернословие. В подвал!

Мотаю головой, пытаясь выбросить образ из прошлого. – Тебя тоже ненавижу! Это ты во всём виноват.

Кладу руку на дверь ресторана с золотыми вензелями и прикрываю на секунду глаза.

Лёгкая удовлетворительная улыбка касается моих губ.

Еще день назад, как только я слышала голос отца в своей голове у меня либо начиналась паническая атака, либо появлялись яркие предпосылки.. Зависит от ситуации.

Мой психотерапевт говорила, что пока я не признаю виновность отца в моем состоянии, то не избавлюсь от него.

Прямо сейчас, я так сильно была сфокусирована на своем боссе, что мгновенно избавилась от старого раздражителя. Это произошло впервые и все благодаря кому… Ричарду, чертову, Стрейджу.

Меня раздражает, что только с ним я становлюсь сильнее. Может, мой мозг выбрал объект замещения? Сначала отец, теперь он. Может, я всегда буду зависима от других людей, которые причиняют мне боль? Быть жертвой… Такой будет моя жизнь?

Приветливая женщина хостес уточняет моё имя и отводит к нужному столику, где меня уже ждёт Левент. На его лице появляется широкая улыбка, от которой у меня бегут мурашки по телу, когда он встает.

Вечер будет долгим.

– Добрый вечер, Алиса. Вы выглядите изумительно. – Я даже сказать ничего не успеваю, как он берет мою ладонь и целует тыльную сторону. Мой лоб покрывается легкой испариной. Я бегаю глазами по залу и нахожу то, что искала.

Черные глаза гипнотизируют меня даже на расстоянии нескольких метров, и я ненавижу его и себя, за то, что тут же чувствую успокоение.

Могу ли я одновременно ненавидеть своего босса и находить в нём спасение? Видимо, да.

Мистер Стрейдж сидит за барной стойкой, с бокалом напитка янтарного цвета. Его поза расслаблена, он выглядит так, будто пришел немного выпить, после тяжелого дня, но глаза говорят обратное.

Хоть прикосновение Левента и длится всего несколько секунд, я уже жалею, что пришла.

О чем я думала, когда говорила, что захочу продолжения?

Точно! Я хотела поставить своего босса на место. Я ни под каким предлогом не продолжила бы этот вечер.

– Здравствуйте, Левент. Благодарю. – Выдавливаю слова, тут же садясь за стол. Беру меню, чтобы отвлечься и взять себя в руки, но строчки плывут.

Да уж. Это будет сложнее, чем я думала.

Левент щелкает пальцами в воздухе, тем самым привлекая мое внимание. К нам подходит официант и ставит на стол букет.

Чертовы лилии.

В очередной раз мысленно нарушаю правило, но мне плевать. Ненавижу лилии.

– Благодарю, очень красивые. – Нет. Запах отвратительный, мне хочется попросить официанта выкинуть их, но я сдерживаюсь.

Левент довольно улыбается. – Я уже сделал заказ, надеюсь, вы не против? Вы можете выбрать все что угодно.

Небольшой груз спадает с моих плеч. Я рада, что не придется собирать буквы в меню воедино.

– Благодарю, я доверяю вашему вкусу.

Официант забирает меню. Повисает неловкая пауза, пока Левент наблюдает за мной. Я нервничаю, но отвечаю на его взгляд, легкой улыбкой.

Вижу, что он готовился к нашей встрече. Его лицо гладко выбрито, волосы идеально уложены и в отличие от первой встречи он надел классический костюм тройку.

– Расскажите о себе, Алиса. Чем вы занимаетесь в свободное от работы время? – Спрашивает мужчина, складывая руки под подбородком.

– Честно говоря, ничем особенным. Я пока ищу себя. Иногда рисую… – Слова так быстро слетают с губ, что я не успеваю вернуть их назад.

– Серьёзно? Я бы хотел взглянуть. – Левент выглядит заинтересованным, и в какой-то степени мне даже приятно. Я бросаю взгляд на босса, который ни на секунду не отвлекается от нашего столика.

Интересно, понравилась бы ему работа, на которую я потратила весь день?

– О нет, это нелепая мазня. Рисую просто для себя. Вообще, я архитектор, поэтому мой максимум это прямые линии. – Вру я, нарушая очередное правило, но лишь бы Левент переключился на что-нибудь другое.

– Зря вы так, один мой знакомый, недавно купил три черные точки на белом фоне за десять тысяч долларов.

Я улыбаюсь, потому что это действительно забавно. Так работает современное искусство в нашем мире. Достойные художники остаются незамеченными, а три точки продают за тысячи долларов.

– Современное искусство не имеет рамок. Каждый находит, что-то для себя в таких картинах. Возможно, автор хотел передать, что ему еще есть что сказать.

– Хм. – Левент потирает подбородок. – В этом есть смысл. Похоже, вы разбираетесь.

Я пожимаю плечами. – Немного.

Официант приносит еду, и я расслабляюсь оттого, что некоторое время вопросов не будет.

Левент выбрал теплый салат и стейк средней прожарки с овощами на гриле. Нам предлагают вино, но я отказываюсь.

Когда мой желудок заполняется вкусной едой, я уже не чувствую той неловкости, которая была в начале вечера. Больше всего говорит Левент. Он рассказывает о своей работе, жизни, бывшей жене и дочке, которая живет в Европе. Иногда он шутит, а я просто не могу сдержаться и смеюсь в голос.

Левент оказался очень интересным человеком, открытым и вежливым.

Также, он понимает, когда стоит промолчать, а когда наоборот заполнить тишину словами.

Удивительно, но мне легко с ним.

– Как вам работается с Ричардом? Слышал, что место ассистента, часто бывает вакантным.

Ладони потеют при упоминании босса. Я делаю глоток воды, глядя за спину Левента, прямо туда, где сидит разъярённый дьявол.

Я так увлеклась разговором, что совсем забыла об истинной цели, моего нахождения здесь.

– Он непростой человек. – Говорю я, откладывая бокал. – Но к каждому можно найти подход. Я стараюсь качественно выполнять свою работу, чтобы у мистера Стрейджа не возникло желания избавиться от меня.

– Вы сказали, что вы архитектор, почему не работаете по профессии? Ассистент – это то, чем вы хотите заниматься?

– Эм… Нет. – Я беру салфетку со стола и нервно сминаю её. – Я устраивалась в «Strage Interpice» на должность архитектора, но меня не взяли в связи отсутствия опыта. Мне предложили другую должность, и я согласилась. – Это не совсем правда, но очень близко. В любом случае я не могу рассказать Левенту, как все было на самом деле.

Ситуация неловкая, но Левент не выглядит смущенным, поэтому продолжает: – Возможно, это будет некрасиво по отношению к Ричарду, тем более мы давно работаем вместе, но я хотел бы, предложить вам должность в моей компании. Вам не обязательно давать ответ сейчас.– Я думаю, что компания Ричарда многое теряет, не оценив вас по достоинству. – Его ладонь ложится поверх моей, и я в периферии вижу, как мистер Стрейдж встает со своего места. Это тут же отрезвляет и не даёт мыслям унестись в ненужную сторону. Не хватало еще того, чтобы Ричард Стрейдж устроил здесь разборки.

Медленно, я вытаскиваю руку и всем своим видом, молча, приказываю боссу вернуться на место. Удивительно, но он слушается.

Я ошеломленно смотрю на Левента, когда он берет салфетку, достаёт ручку из внутреннего кармана пиджака и что-то пишет.

– Такой будет ваша зарплата. – Он двигает салфетку ко мне. – И что самое важное, вы будете не просто девочкой на побегушках, а настоящим архитектором.

Вот черт. Это в четыре раза больше, чем архитекторы получают в «Strage Interprice». Но важны даже не деньги, а сама должность.

– Я дам вам многомиллионные проекты, Алиса. Вы будете работать и учиться у настоящих профессионалов. Это прекрасный шанс построить карьеру.

– Зачем вам человек без опыта? Вы даже не видели моих работ.

Бездарность. Глупая дура.

Голос отца в голове становится громче, и я снова спасаюсь в омуте черных глаз. Они разъяренные, жаждущие задушить меня, но мне все равно становится легче.

– Я давно в этом деле, Алиса. Скажем так, у меня есть чуйка. Я не стал бы предлагать вам такую зарплату, если бы не был уверен.

– Это… это неожиданно. Спасибо, Левент, я, конечно, подумаю, но я работаю на мистера Стрейджа… – Бросаю быстрый взгляд за спину Левента. – Кстати, говоря о нем, может быть, подпишем контракт и продолжим вечер?

– О да, конечно. – Я выдыхаю, достаю контракт из сумки и пододвигаю к нему. – Ричард, хоть и молод, но хороший партнер, я доверяю ему. – Говорит Левент, подписывая бумаги на последней странице, даже не проверив содержимое. Я убираю документы в сумку.

– Что насчет десерта? – Спрашиваю я, удовлетворенная тем, что, наконец, выполнила свое задание.

– С большим удовольствием. – Левент подзывает официанта, и в этот момент у него звонит телефон. Он бросает на меня извиняющийся взгляд. – Я должен ответить.

Я киваю и беру меню, чтобы выбрать десерт, пока Левент разговаривает. У меня возникает желание посмотреть на босса, но я подавляю это чувство.

Левент возвращается спустя пару минут, выглядя немного бледнее и напряженнее, чем раньше.

– Алиса, я прошу извинить меня. В моем офисе сработала сигнализация, а код знаю только я. – Он пожимает плечами. – Не особо доверяю кому-то такие вещи.

Я встаю со своего места. – Да, конечно. Надеюсь, ничего страшного не произошло.

– Пожалуйста, останьтесь и закажите десерт. Мой шофер довезет вас до дома.

– Благодарю, но после такого ужина, я хотела бы прогуляться.

Левент кивает, снова неожиданно, так же, как в начале вечера берет мою руку и оставляет легкий поцелуй.

– Это был чудесный вечер. Надеюсь, мы еще встретимся, Алиса. Ресторан пришлет мне чек, так что ни в чем себе не отказывайте.

– Спасибо… – Вытаскиваю руку из его ладоней.

– И Алиса, подумайте над моим предложением.

Я киваю, а он быстро уходит. Падаю обратно на стул, нервно проводя руками по волосам.

Вечер был не плохой, но эти его поцелуи…

Я решаю не отказывать себе в десерте, поэтому спустя несколько минут передо мной лежит ароматный брауни с шариком ванильного мороженого.

Неосознанно бросаю взгляд на босса. Мои глаза распахиваются в удивлении, когда я вижу рядом с ним шикарную блондинку. Неприятное чувство появляется в груди, когда она проводит рукой по плечу мистера Стрейджа. Сам он выглядит скучающим, его взгляд устремлен в мою сторону, поэтому я делаю то, что не делала никогда. Я флиртую.

Зачерпнув ложкой немного мороженого, я кладу ее в рот, специально оставляя холодную каплю на губе. Мои глаза не отрываются от мужчины, когда я подхватываю ее пальцем и слегка погружаю в рот.

Черт возьми, что ты делаешь, девочка?

Видимо, моя неумелая попытка флиртовать работает, потому что босс слегка опускает голову и смотрит на меня исподлобья. Блондинка рядом, продолжает, что-то говорить, когда он залпом допивает свой стакан, ставит его на стойку и идёт ко мне. Девушка растерянно остается стоять на месте, а на моих губах расползается улыбка. Опустив голову, я продолжаю, есть свой десерт, делая невинный вид.

Босс садится на место Левента, закидывая ногу на ногу. Я специально отказываюсь смотреть на него, не желая начинать диалог. Но и он тоже ничего не говорит. Просто сидит и смотрит, как я ем. Мне становится крайне неловко, поэтому я отодвигаю тарелку, достаю контракт и кидаю перед ним на стол.

– Слишком долго. Мне пришлось потрудиться, чтобы выпроводить его, но и ты особо не спешила.

Мои брови сходятся на лбу в замешательстве.

– Что? Это вы что-то сделали в его офисе?

Он кивает, проверяя подпись Левента.

– Зачем? Мы просто разговаривали. Левент вел себя галантно, в отличие от вас. Вам надо придержать свою манию величия и понять, что вы не можете управлять чужими жизнями щелчком пальцев.

– Могу и буду. – Он бросает взгляд на салфетку с цифрами, которую оставил для меня Левент. – Это еще что?

Я хватаю салфетку, но мистер Стрейдж накрывает мою руку своей и крепко держит за запястье.

– Отпустите, мне больно. – Шепчу я, стараясь не привлекать внимание других посетителей.

– Я спросил. Что. Это. – Его голос холодный. Он зол. Очень.

– Вас это не касается! – Пытаюсь вырвать руку, но все безуспешно. Он сжимает ее сильнее и тянет на себя, что мне приходится лечь всей грудью на стол.

– Не касается, да? – Шипит он, притягивая меня ближе. Чувствую аромат скотча, когда он говорит: – Здесь ты ошибаешься, маленькая мышка. Все связанное с тобой, касается меня в первую очередь. Ты должна запомнить, что если помахать перед быком красной тряпкой, он обязательно бросится.

Я выдергиваю руку и резко встаю с места.

– Пошел ты!

На улице прохладно, но я даже рада. Мне срочно надо остыть. Поэтому я сворачиваю за угол и иду в сторону дома.

Мысли вертятся вокруг слов босса. Что он вообще позволяет себе?

Разговаривает со мной так, будто я принадлежу ему. Но я никому больше не буду принадлежать. Никогда.

Дьявол! Ненавижу его.

За все двадцать четыре года моей жизни, я никогда никого не посылала. Даже в мыслях. Даже Люка за его предательство.

Мистер Стрейдж, отпирает все мои запертые двери и выпускает всех демонов одним лишь взглядом.

Пусть меня теперь уволят, плевать. Но какого черта, он позволяет себе так общаться со мной? Я была добра к нему, помогла с контрактом и что получила в ответ? Гадкие комментарии.

Да, иногда он смотрит на меня так, будто хочет съесть, а иногда, как на грязь под ногами.

Этого мужчину трудно понять и невозможно изменить. Наше общение стремительно переходит все мыслимые грани, и мне нужен отдых. Отдых от него, время, чтобы я смогла возвести стены и прочертить границы, потому что он их размыл.

Мне нужен контроль.

В любом случае, я не намерена терпеть его вседозволенность. Новая Алиса сможет постоять за себя и Ричард Стрейдж будет первым в её списке дерьма.

Сама хороша. Решила пофлиртовать? Получай.

Глупый голос в голове еще больше портит мне настроение. Ноги на каблуках начинают ныть, я пытаюсь понять, сколько мне еще до дома, но не узнаю квартал, в который забрела.

– Садись в машину. – Испуганно оборачиваюсь, но вижу своего босса. По крайней мере, это не грабитель или насильник. Хотя я уже не знаю, что хуже.

– Я почти пришла. – Говорю я, продолжая идти. Слышу, что машина медленно следует за мной.

– Ты идешь в противоположенную сторону от своего дома. Садись в машину, пока я не запихнул тебя силой.

Я останавливаюсь и снова смотрю по сторонам. Черт возьми. Я действительно плохо знаю этот район и прошла уже достаточно много, чтобы идти обратно пешком. Ноги болят, поэтому, я побеждено выдыхаю, разворачиваюсь и сажусь в машину.

Босс больше не за рулем. Видимо, из-за того, что он выпил, вызывал водителя, который полностью игнорирует происходящее.

Дьявол двигается к противоположенной двери, освобождая мне больше места.

Спасибо и на этом.

На его лице снова эта самодовольная ухмылка, которую я тут же хочу стереть.

– Не смотри на меня, не прикасайся и не разговаривай.

Он улыбается шире, и я на секунду застываю от вида.

– Снова на ты?

– Плевать. – Отворачиваюсь к окну, показывая всем видом, что не желаю с ним разговаривать. Машина движется по ночному Нью-Йорку, отбрасывая свет от фонарей в салон. Мы молчим некоторое время, прежде чем он спрашивает: – Что было на салфетке?

Боже, как же он достал меня.

– Моя будущая зарплата на должности архитектора в компании Левента.

Он молчит. Мне хочется обернуться и посмотреть на его лицо. Прочитать его мысли. Но я слышу только быстрое постукивание его пальца по бедру.

– Так он хочет купить тебя?

Резко оборачиваюсь. – Я не проститутка и не вещь, меня нельзя купить.

– Но именно так это и выглядит. Я работаю с Левентом давно и знаю, сколько получают его сотрудники. Он оказался очень щедр к той, кого не знает и не видел в деле.

Я тоже подумала об этом, но никогда ему этого не скажу.

– Это не важно… Я сказала, что подумаю.

Он тяжело вздыхает и сжимает руку на бедре в кулак. – Ты работаешь со мной.

– Серьезно? Так вы в курсе? – Насмешливо говорю я. – Только вот если вы все же помните, что я ваш ассистент, то почему я узнаю от третьих лиц, что вы улетаете на несколько дней? Почему выставляете меня дурой, хамите, манипулируете и угрожаете? Я делаю все, что вы просите. Причем делаю это идеально, а я на секунду архитектор с высшим образованием, а не девочка на побегушках. И все же, я, молча выполняю, каждый ваш приказ, а вы кормите меня своим дерьмом и не уважаете. – Выпаливаю на одном дыхании.

Чувствую, как оковы злости слетают с моих рук и шеи.

Отношения между нами накалялись с каждой минутой, проведенной вместе и вот я, наконец, освободилась.

Горький смешок вырывается из моего рта, когда босс ничего не отвечает. Наверно, ему нечего сказать. Может, он даже понимает, что я права, но никогда не поставит себя в уязвимое положение, признав это.

Глава 8

Понедельник. Когда, я училась в университете, то любила понедельники и ненавидела их одновременно. Каждые выходные я запиралась в своей комнате, читала книги, смотрела фильмы, писала курсовые для себя или для Люка. Все что угодно лишь бы не выходить на улицу. Но в понедельник, мне нужно было идти на учебу. Это был единственный предлог, почему я должна выйти и каждый раз я боялась этого дня и ждала. С годами, благодаря моему психотерапевту, я смогла, наконец, придумывать себе поводы выйти куда-то в выходные. Понедельники перестали быть чем-то особенным и иногда, я даже скучала по этому чувству.

Кстати, именно в одни из таких выходных я и застала Люка с его любовницей. Это был первый раз, когда я осмелилась выйти и хотела сделать ему сюрприз. Люк сказал, что будет весь день работать над докладом и даже предложил мне составить ему компанию, но я отказалась. Он был уверен, что я буду сидеть в своей комнате, как обычно, но ошибся. Сейчас, размышляя об этом, я вспоминаю, как мой парень, почти каждые выходные ездил в Питтсбург к родителям. Он говорил, что скучает по дому и всегда звал меня с собой, зная, что я откажусь. Думаю, он был с другими девушками всё это время и, возможно, никуда даже не ездил. Этот понедельник стал исключением. Уже с утра все шло наперекосяк. Мои виски пульсировали от головной боли, а предстоящая встреча с боссом выводила из равновесия. Пытаясь оттянуть поездку в офис, я бесцельно бродила по квартире, хотя нужно было собираться. Когда я, наконец, вышла – в белом платье в черный горошек и сделав на голове небрежную косу, то обнаружила, что уже почти половина девятого. Забежав в придорожный киоск, я купила стаканчик кофе для мистера Стрейджа. Вероятно, как только он его попробует, то вся жидкость окажется на моей голове, потому что даже я не стала бы такой пить. Надеюсь, что он не станет его пробовать, а просто выкинет, обнаружив, холодный напиток. Приложив пропуск к турникету ровно в восемь пятьдесят девять, я неслась к лифту, который закрывался прямо перед моим носом. Видимо, кто-то из пассажиров заметил меня, потому что двери вновь стали открываться. Маленькая надежда, что я успею раньше своего босса мелькнула перед глазами, но тут же погасла, как только я оступилась о маленький порожек и влетела в широкую грудь Ричарда Стрейджа. В кабине повисла такая густая тишина, что мне показалось, я слышу, как моргает девушка рядом. Я даже не заметила, что зажмурилась, потому что когда открыла глаза, передо мной предстало огромное коричневое пятно на белоснежной рубашке моего босса. Думаю, это конец. Еще вчера, я высказала всё, что думаю о нем, кричала, что ассистента лучше меня не найти и вот чем это закончилось. Теперь, он точно меня уволит. – П-простите…– Мямлю я, когда кто-то нажимает на кнопку и лифт трогается. Все уставились на нас, ожидая реакции генерального директора, который не двигается. Мне казалось, что он даже не дышит. Поднявшись на нужный этаж, босс выходит с гордо поднятой головой, будто его одежда не испорчена и следует к своему кабинету. Опустив голову, я иду за ним, но периферией замечаю, как весь этаж уставился на нас. Моё лицо горит от стыда, я ненавижу лишнее внимание, и мне хочется провалиться сквозь землю. Он заходит в кабинет, а я останавливаюсь у своего стола и начинаю судорожно переставлять предметы канцелярии. Господи, пожалуйста, помоги. Я была грешна в последние дни, вела себя недостойно, но я исправлюсь… – В кабинет, мисс Джонсон! Сейчас же! – Громкий голос, доносящийся из динамиков селектора, прерывает моё подобие молитвы. Я прикрываю глаза и иду в кабинет генерального директора. Нет смысла тянуть. Пусть сделает это быстро, как с пластырем. Считаю шаги, пока достигаю центра кабинета. Виновато смотрю в пол, боясь встретиться с черными глазами, но решаю, что извиниться еще раз не будет лишним. – Простите, мистер Стрейдж. Я плохо спала, утро выдалось ужасным и … – Ты издеваешься? – Прерывает меня резкий голос, и я поднимаю голову. Лучше бы я не делала этого, потому что теперь не могу оторвать взгляд от того, как длинные пальцы расстегивают пуговицы испачканной рубашки, оголяя широкую грудь. – Почему меня должно волновать, как прошло твоё утро? Ты требуешь уважения, а потом выкидываешь подобное. Я увольнял и за меньшее, так что впредь оставляй свои проблемы за пределами офиса. Мне хочется кричать. Сказать, что это он виноват в моем поведении, что именно он выводит меня из равновесия, но я просто открываю рот, затем закрываю его. Я смотрю, как он скидывает рубашку на пол, оставаясь обнаженным по пояс.

Надо бы отвести глаза, но я не могу. Я рассматриваю точеную спину, широкие плечи и красивые ямочки на пояснице, пока он роется в шкафу. – Я п-понимаю, извините, этого больше не повторится. В следующую секунду он оборачивается, но я как под гипнозом. Мои глаза блуждают по его телу. По мускулистым рукам с выпуклыми венами, стальному прессу, косым мышцам живота и, господи помоги, черной полоске волос ведущей под ремень брюк. Наглым образом, я изучаю каждую деталь, каждый миллиметр, чтобы потом вылить это всё на холст. Он идеально сложен, словно греческий бог. Но не как Аполлон, а как Дионис. Эротичный, полон хаоса и мощной энергии. Неожиданно для себя, я замечаю татуировку воина на его груди. Его голова опущена, а в руках он держит расколотый надвое меч. Она идеально подходит ему и мне тут же хочется узнать, какой смысл она несет. Почему-то мне кажется, что Ричард Стрейдж не из тех людей, которые набивают бессмысленные татуировки. – Нравится то, что ты видишь? – Я возвращаюсь в реальность благодаря хриплому голосу, который звучит прямо перед моим лицом. Я была так увлечена, что даже не заметила, как он подошел ко мне почти вплотную. Наши глаза встречаются, я нервно прикусываю нижнюю губу, пока жар расползается от моего лица по всему телу. Это неправильно, но я ощущаю возбуждение от того, что он поймал меня. В его глазах, я ожидала увидеть злость, ярость, все то, что обычно там есть, но сейчас они более живые, чем обычно. В них пляшут дьявольские искорки. На его лице появляется лукавая улыбка, когда он поднимает руку и касается большим пальцем моего рта. Легким движением, он вытаскивает мою губу из захвата зубов. – Снова красная помада, Алиса? – Его голос тихий, бархатистый, манящий упасть в ад и я совру, если скажу, что не хочу этого. Он делает еще шаг, наша грудь на расстояние вздоха. Заворожено, я смотрю в его лицо, пока он водит пальцем по моим губам. Нет страха, только жажда. Жажда большего. – Да… – Выдавливаю на выдохе, и его улыбка становится чуть шире. Я не понимаю, что происходит, почему он не отчитывает меня и не грозит увольнением. Возможно, он придумал более изощренное наказание. Рука Ричарда Стрейджа опускается. В своей голове я прошу, чтобы он не останавливался, но он и не делает этого. Его пальцы хватают меня за кончик косы и тянут на себя. Я подаюсь вперед, и наша грудь соприкасается. Мои соски такие твердые, что я думаю, могут прорвать бюстгальтер и ткань платья. Опустив голову, босс проводит кончиком носа по моей шее. В том месте тут же бегут мурашки, а мои ноги сжимаются от этого первобытного действия. – Такая смелая, маленькая мышка. – Шепчет он в мою шею, а я прикрываю глаза. Чувствую только его дыхание на своей шее, но это достаточно, чтобы мои ноги подкосились. – Ты заставляешь меня потерять контроль. Еще не одна девушка, не выводила меня из себя так сильно. – Я готова раствориться в его прикосновениях и голосе, но меня отрезвляет резкий поток холодного воздуха, когда он отстраняется и садится за свой стол. Он быстро застёгивает чистую рубашку, пока его ноутбук включается. Мужественное лицо не выдает эмоций, а от улыбки не осталось и следа. – Ч-что вы имеете в виду? – Тихо спрашиваю я, сама не зная зачем. Мои слова так и остаются висеть в воздухе, потому что Ричард ушел, а мой придурок босс вернулся. – Я скину тебе адрес, поезжай в мою квартиру и привези несколько чистых рубашек. После этого, на почте найдешь информацию по проекту нового жилого комплекса в Палермо. Итальянцы приедут через две недели, подготовь презентацию, свяжись с мистером Макэвоем и проверь, чтобы все было готово. Так же, свяжись с Дэниелом Ленсли, пусть он приготовит смету. Это очень важная сделка, я надеюсь на твою компетентность. Я киваю и замечаю, что его тон не такой авторитарный, как обычно. Он говорит, что делать, но не как высокомерный босс придурок, а как человек, который волнуется за будущее своей компании. Мне становится приятно, что он начинает доверять мне более серьезные задания, а не только принести ему кофе и съездить в химчистку. Неужели лед между нами тает? – Хорошо. Я все сделаю. *** В окно такси, я рассматриваю один из богатейших районов Нью-Йорка. Здесь живут политики, актеры и другие важные люди. Пятиэтажные особняки из гранита, окруженные садами и бассейнами находятся всего в нескольких километрах от Манхеттена, но здесь совсем другая жизнь. Меня совершенно не удивляет, что мистер Стрейдж живет в таком месте. Его имя на каждом журнале для женщин. Холостяк-миллионер Ричард Стрейдж снова попал в список Forbes. Неужели, на какую-то секунду я могла допустить мысль, что привлекаю его? Полная чушь. Сломанная кукла. Люк был прав. Такая девушка, как я, никогда не будет рядом с ним. Даже если бы я действительно понравилась ему, он сбежал бы, узнав мою историю. Никому не нравится возиться с проблемными людьми. Я вспоминаю, потрясающую модель, с которой он был на выставке. Эта девушка подходит ему. Наверняка, она раскованная, умеет поддержать разговор и дает ему все то, в чем может нуждаться такой мужчина. Мой телефон вибрирует в руке, от нового уведомления. Не задумываясь, я открываю почту и вижу сообщение от Левента. « Добрый день, Алиса. Вечер с вами был настолько прекрасен, что я до сих пор не могу выкинуть его из головы. Мне очень жаль, что я был вынужден оставить вас. Имею смелость просить вас о новой встрече. В эту субботу в Сиэтле проходит благотворительный вечер. Прошу вас составить мне компанию. С Уважением, Левент Пентбрук. » Мои ладони тут же потеют. Черт… Что делать? Я не могу пойти с ним. Еще одна встреча, которая не запланирована ради работы, может дать ему ложную надежду. Я не хочу этого. Но я так же, боюсь обидеть Левента своим отказом. Таксист останавливается у массивных железных ворот черного цвета с острыми пиками на конце. Я убираю телефон в сумку, решаю подумать и ответить Левенту позже. Выхожу из машины, и мой рот непроизвольно открывается. Это он назвал своей квартирой? Это же чертов замок! Ворота автоматически открываются, и я захожу на территорию. Видимо босс предупредил о моем визите. Я обвожу взглядом шикарный особняк цвета слоновой кости с величественными колоннами. Перед центральным входом находится большой фонтан с обнаженной девушкой, держащей в руках кувшин из которого льется вода. Это похоже на реплику известного скульптора Августина Бетанкура, поэтому на несколько минут я позволяю себе засмотреться на произведение искусства. Дом окружен чудесным зеленым садом. Несмотря на то, что на улице почти октябрь, в воздухе витает аромат цветов, и я даже вижу бабочек.

Присмотревшись, замечаю огромную прозрачную оранжерею, а рядом с ней вход в лабиринт из живой изгороди.

Не желая больше терять времени, я подхожу к широкой дубовой двери и стучу. Никто не открывает, поэтому я стучу сильнее. Ничего. Собравшись, я осмеливаюсь опустить резную золотую ручку и заглянуть внутрь.

– Есть кто-нибудь? – Мои слова отдаются эхом в пустом особняке. Жутко. Мне никто не отвечает, я сглатываю ком в горле и захожу.

Удивительно, как фасад дома может отличаться от его внутренней отделки. Если снаружи он светлый, с золотистой окантовкой, то внутри большая часть выполнена из черного мрамора.

Это место, несомненно, подходит такому дьяволу, как мой босс. Не удивлюсь, если в подвале найдутся кипящие котлы, а вокруг бродят заблудшие души.

Рассматриваю две винтовые лестницы, ведущие на второй этаж. В центре зала висит огромная люстра, свисающая чуть ли не до пола, а на стенах картины Моне, Пикассо, Отто и Жана-Батиста. Все они находятся в золотом багете и покрыты стеклом.

С одной стороны, это выглядит интересно и красиво, словно в музее, но с другой… вульгарно.

– Ты еще кто такая? – Я вздрагиваю, обернувшись на женский голос. Я ничего не сделала, только ступила на порог по указанию босса, но чувствую себя так, будто поймана за кражей.

Передо мной стоит красивая девушка. Я сразу узнаю её. Это она была с боссом на выставке Гретхена Гота.

Неприятное ощущение появляется в груди, когда она смотрит на меня, словно я грязь под её ногтями. Да уж, они с Ричардом Стрейджем стоят друг друга.

Я опускаю глаза, пробегаясь взглядом по её стройному телу. Каблуки около тринадцати сантиметров и короткое черное платье с кружевными оборками внизу. Её волосы уложены, а на лице идеальный макияж.

– Здравствуйте, я Алиса Джонсон – ассистент мистера Стрейджа. – Я выдавливаю улыбку, хотя мне совершенно не хочется этого делать. Но если она девушка босса, стоит вести себя дружелюбно.

Видимо у нее, совершенно иное мнение о дружелюбии, потому что она кривит губы, затем высокомерно осматривает мой внешний вид.

– Странно, обычно Ричард выбирает более симпатичные игрушки.

– Что, простите? – Спрашиваю я, нахмурив брови.

Она цокает на меня, затем отводит глаза и поправляет, итак, идеальную прическу. – Что тебе надо?

– Я… я приехала за рубашками.

Её брови слегка приподнимаются, я на губах вырисовывается ядовитая улыбка. – А, что произошло с той, которую я помогла ему надеть утром? – Она выставляет указательный палец перед моим лицом, чтобы я молчала. – О, или дай угадаю…Ты испачкала её своей безвкусной красной помадой, маленькая шлюшка?

Я замираю, не имея ни малейшего понятия, что на это ответить.

Что за чертовщина? О чем она вообще говорит?

Видимо девушку раззадорило моё замешательство, потому что она продолжает: – Хоть с утра мы занялись сексом всего раз, пока принимали душ, я знаю, что Ричард бывает ненасытным, так что передай ему, что я не обижаюсь. – Я делаю маленькие вдохи, когда она подходит ближе. Её лицо светится, пока она продолжает унижать меня. – Запомни, шлюшка, даже если он трахает тебя в офисе, ночью, всегда возвращается ко мне.

Я моргаю, открыв рот, в попытке, что-то сказать. Осадить её. Призываю новую Алису, когда она действительно так нужна, но перед моим лицом появляется приятная женщина средних лет в форме горничной и аккуратным пучком на затылке. – Добрый день, мисс Джонсон. Вот рубашки. – Она протягивает мне футляр с одеждой. Дрожащими руками, я беру его и мямлю какие-то слова благодарности.

Бросаю быстрый взгляд на брюнетку, которая самодовольно разглядывает свой маникюр, будто не устроила шоу несколько секунд назад и выбегаю из особняка.

Пока я иду к ожидающему меня такси, то шок сменяется гневом. Я злюсь не на неё, я злюсь на себя. Мне хотелось ответить, хотелось поставить её на место, но я стояла там, как идиотка и принимала каждое слово пропитанное ядом.

Господи.

Если они с мистером Стрейджем вместе, то это многое объясняет. Они действительно стоят друг друга. Отличный дуэт – дьявол и змея.

Пока еду обратно, думаю о том, что скажу боссу. Он не может позволить своим девушкам, так со мной разговаривать.

Хотя, кто я такая? Если я сама не смогла за себя постоять, почему это должен делать он?

Эта девушка его любовница, может еще хуже – невеста. Она имеет над ним власть и может обернуть все против меня. Видя, её в деле, не удивлюсь, если она скажет ему, что я начала первая.

Приехав в офис, я немного успокаиваюсь и решаю умолчать о произошедшем. Я и так на волоске от увольнения, так что дополнительные разборки мне не нужны.

Надеюсь, я больше никогда не встречусь с этой девушкой так, что лучше забыть эту ситуацию, как страшный сон.

Тихонько стучу в дверь босса, затем медленно вхожу. Он работает и даже не замечает чужого присутствия. Вешаю рубашки в шкаф, и на цыпочках пытаюсь незаметно выйти, но он поднимает голову и говорит: – Забронируй билеты до Сиэтла на вечер пятницы и номера в отеле.

Достаю планшет из сумки, и делаю запись в планере.

Благотворительный вечер.

Делаю пометку, чтобы не забыть, не поднимая головы – спрашиваю: – Что-то еще?

Босс удивлённо смотрит на меня, а я на него. Тогда до меня доходит, что я сказала про вечер вслух. Вероятно, он пытается понять, как я узнала. Не видя в этом ничего плохого, я спокойно отвечаю: – Левент пригласил меня. Хочет, чтобы я сопровождала его.

– Нет. – Босс отвечает таким же спокойным голосом, как и мой, но я чувствую нотки раздражения.

– Что нет?

– Это рабочий вечер, никаких развлечений.

Понятия не имею, почему он так резок, но я и сама уже все поняла. Пытаюсь сказать ему об этом, но он словно ошпаренный, вскакивает с места и в два шага оказывается передо мной.

– Или ты уже согласилась?

– Нет, боже, я ничего ему не ответила, я даже не…

Босс проводит языком по нижней губе и я замолкаю, глядя на этот, вроде бы, невинный жест. Он удовлетворенно вздыхает.

– В таком случае ты знаешь, что ответить.

Я киваю. Не хочу задавать лишних вопросов, чтобы избежать повышенного внимания. Ничего не хочу. Его подружка высосала из меня все соки за две минуты.

– Что-то еще? – Скажи нет. Скажи нет.

– Займись проектом Палермо, через пару часов скину еще несколько заданий.

Я погружаюсь в работу. Проект оказался очень интересным, а главное отлично помогал отвлечься и не думать о событиях этого худшего в истории понедельника. Все шло прекрасно, пока дьявол не начал присылать мне задания прямо из преисподней. Несколько заданий. Так он сказал? Так вот знайте, это кодовое слово к целой куче нелепых дел, от которых у меня начался нервный тик. Когда я читала их, мне показалось, что-либо он наказывает меня за сцену в чертовом лифте, либо ему скучно, и он решил поиздеваться. ДЬЯВОЛ: «Распечатай перечень всех текущих проектов в двух экземплярах. Первый – сформированный по алфавиту, второй – по датам завершения.» ДЬЯВОЛ:«Купи мне новый галстук, но только не черного и не серого цвета, что-то между.» ДЬЯВОЛ: «Принеси обед из «Риджвью». Убедись, что в блюде не превышено количество нужной мне нормы углеводов, но пусть белков будет выше. Не заказывай, поезжай туда сама» ДЬЯВОЛ: «Отправь букет с синими розами на имя Марты Скотт. Адрес найди в базе» ДЬЯВОЛ: «Принеси мне отчет о последнем проекте 2005 года, его нет в электронной базе, но должен быть в архиве.» И еще куча подобных, совершенно бессмысленных сообщений. Он точно решил помучить меня… Подождите-ка! Что если его девушка пожаловалась и это моё наказание? Скорее всего, так и есть. Господи, я все понимаю, но зачем ему проект почти двадцатилетней давности? Хотя, синие розы меня тоже смутили, где я должна найти их? К концу дня, я выполняю только несколько заданий, стараясь больше времени уделить проекту Палермо. Я не хочу сдаваться или дать ему возможность обвинить меня в том, что я не справляюсь со своей работой, поэтому, когда офис пустеет, я продолжаю работу. Спустившись в архив, я пытаюсь найти нужную мне информацию. Здесь уже никого нет, свет слегка приглушен, поэтому мне приходится светить себе фонариком от телефона, пока я шарю на стеллажах. Дверь захлопывается, следом я слышу тяжёлые шаги по полу. Сердце начинает стучать в ускоренном ритме. Медленно, я двигаюсь между стеллажами, захожу в тупик и прижимаюсь спиной к стене. – Здесь кто-то есть? – Мужской голос, не кажется мне знакомым. Наверно лучше выйти и дать о себе знать, но я словно приросла к месту. Возможно, я пересмотрела огромное количество ужастиков, но фильмы о серийных маньяках именно так и начинаются. Неизвестный, ходит по архиву, будто что-то ищет или кого-то. Меня. Мой взгляд падает на даты, указанные на одном из стеллажей рядом со мной. Две тысячи пятый год. Чудесно. Это то, что мне надо. Я наклоняюсь и беру нужную папку. Слава богу, они расставлены по порядку от первого в году до последнего. Внезапно, шаги становятся громче, и передо мной появляется высокая фигура. – Мисс? Что вы здесь делаете? – Он делает шаг ближе, я все еще не вижу его лица и отчего-то мне очень страшно. Я не доверяю людям, тем более тем, кого вижу впервые, тем более тем, с кем встречаюсь в темноте. Когда он подходит еще ближе, то достаёт телефон и светит на меня фонариком. Я щурю глаза, и он тут же опускает телефон, чтобы я могла нормально видеть. Я точно не видела этого мужчину раньше, но он не выглядит опасным. Скорее роскошным и статным. Его рост такой же высокий, как у моего босса. Мужчина одет в черный костюм и белую рубашку без галстука. Темные волосы гораздо короче, чем у мистера Стрейджа, а в ухе маленькая блестящая серьга. – Вы в порядке? Что вы делаете здесь так поздно? – Спрашивает он, делая еще шаг ближе. Я вытягиваю руку перед собой – Не подходите. Его брови хмурятся, но он останавливается. – Ладно… – Говорит он настороженным голосом.– Надеюсь, вы не призрак этого архива? Легкая улыбка касается моих губ. Я немного расслабляюсь, потому что не чувствую, что этот мужчина представляет угрозу. – Нет… Мой босс послал меня найти документ. – Ваш босс? Так поздно? Я киваю. – Да. Но, я нашла то, что нужно и уже ухожу. Мужчина светит фонарем на папку в моих руках, затем фыркает с широкой ухмылкой на лице. – Что смешного? – Ваш босс – Ричард Стрейдж? – Как вы узнали? Мужчина протягивает руку – Дэниел Ленсли. Я сжимаю губы, но руку не пожимаю, хотя следовало бы. Это тот самый мистер Ленсли. Партнер и финансовый директор компании «Srage Interprice». Именно он должен составить смету для Палермо. – Алиса Джонсон. Его улыбка становится шире, и он убирает протянутую руку в карман брюк, второй все еще держит телефон. – Простите, забыл, что вы не любите прикосновения. Мои глаза расширяются. – Откуда вы…? – Ричард. Он рассказал, что у него новая ассистентка, которая немного застенчива. Мои щеки краснеют, но больше не от слов Дэниеля, а от того, что мой босс обсуждает меня с кем-то. Придурок. – Кстати, проект, который вы нашли – тот самый. Вы молодец, мисс Джонсон. Ричард отправляет сюда каждого ассистента, но не каждый справляется. Мои ноздри раздуваются от злости. Какого черта? Он проверял меня? – Вы хотите сказать, что ему не нужен это проект, он просто решил поиздеваться? Дэниел улыбается. – Синие розы нашли? Я отшатываюсь, когда понимание приходит ко мне. Руки сжимаются в кулаки. Ублюдок! Я потратила бОльшую часть дня на выполнение его глупых просьб, когда они на самом деле ничего не значили. Даже не попрощавшись с Дэниелем, я выбегаю из архива, он кричит мне вслед, но я уже не слышу. Мои мысли заняты дьяволом, который решил поиздеваться надо мной так же, как и над остальными сотрудниками. Пора положить этому конец.

Поднявшись на наш этаж, я иду к своему столу, но резко останавливаюсь. На белой стене висит большая фотография босса, а ниже указаны его заслуги. Дурная идея, заставляет меня улыбнуться. Я бегу к своей сумке, достаю помаду и возвращаюсь. Недолго думая, я рисую красные рожки над его головой, зачеркиваю заслуги и пишу большими красными буквами ДЬЯВОЛ! Пусть, это детский поступок. Но мне становится легче. Я не знала, что буду делать, когда выбежала из архива, так что это не самая плохая идея. Дальше, я направляюсь к столу, достаю галстук стального цвета, который ранее привез курьер и разрезаю его на несколько частей. Открываю нужную вкладку на компьютере и заказываю новый. Более подходящий. Жаль, что остальные задания я уже выполнила. *** На следующий день, когда я поднимаюсь на наш этаж, то вижу толпу сотрудников, которые хихикают и шепчутся у стены с фотографией. Скрыв улыбку, я иду на свое место. Достаю новый галстук, который забрала утром перед работой, и заворачиваю в красивую бумагу. Босс появляется ровно в девять утра. Все тут же расходятся, привлекая его внимание. Он видит свою красивую новую фотографию и его губы сжимаются в тонкую линию. Мужчина переводит взгляд на сотрудников, вероятно пытаясь определить кто это сделал. Наши взгляды встречаются, и я прикладываю все усилия, чтобы сдержать улыбку. Уголок моего рта дёргается, но в остальном меня ничего не выдает. Закончив, он идет в свой кабинет, я захожу следом. – Доброе утро, мистер Стрейдж. План не день на вашем столе, вот ваш кофе. – Я ставлю стаканчик на край, заранее всё рассчитав. – И вот. – Протягиваю сверток. Одна его бровь поднимается. – Что это? – Откройте. – Говорю я с широкой улыбкой. Он медленно вскрывает блестящую упаковку и достаёт галстук белого цвета с ярко-зелеными кактусами. – Мисс Джонсон, это шутка? – Вы просили галстук, между серым и черным. Я решила, что это белый. Кактусы показались мне милыми. Вам не нравится? – Я моргаю глазами, принимая невинный вид. – Полагаю, искусство на стене, ваших рук дело? Моё лицо искажается, будто я оскорблена. – Нет, что вы. – Он хочет, что-то сказать, но я продолжаю. – Кстати, вот проект две тысячи пятого года. – Я кладу папку рядом с кофе и специально задеваю стаканчик рукой. Как я и планировала, напиток заливает бумаги и немного стекает на пол. Я заранее все рассчитала, а кофе в стакане было на два пальца. Да и документы всего лишь копия. Босс подскакивает с места, вероятно собираясь покрыть меня ругательствами. Я широко раскрываю глаза, с трудом сдерживая улыбку. – Ой, вот я неуклюжая, позову уборщицу. – Выбегаю из кабинета, оставляя разъяренного босса с милым галстуком в руках.

Глава 9

В день вылета в Сиэтл я очень нервничала. Не знаю почему, но ыло какое-то странное предчувствие.

Водитель компании должен был заехать за мной и отвезти в аэропорт, но я собралась раньше времени, поэтому поехала в офис, чтобы ещё поработать над проектом Палермо.

С того дня, когда я подарила боссу галстук с кактусами, прошло три дня. Я думала, что он будет злиться, завалит меня еще бОльшей кучей работы, но все получилось совсем наоборот.

Он почти не выходил из кабинета, а когда выходил, то даже не смотрел в мою сторону. Все вопросы мы решали по электронной почте или селектору.

Я начинала нервничать.

Как оказалось, хуже того, что мой босс орет, может быть его молчание.

Вчера, Дэниел Ленсли сказал, что мистер Стрейдж в скверном настроении и его лучше не беспокоить. Я слышала, как они ругались в кабинете, мне даже казалось, что между партнерами случится драка, но когда финансовый директор вышел, на его лице играла хитрая улыбка. Он остановился у моего стола и произнёс одну фразу.

– Ледник тает. – Затем ушел.

Я так и осталась стоять, не понимая, что это значит.

– Привет, как ты? Собираешься куда-то? – Дружелюбный голос Эрика встречает меня, когда я выхожу из лифта с чемоданом в руках.

– Привет, командировка в ад с личным сопровождением дьявола. – Эрик смеется в голос, и это выглядит мило. Его смех заразителен, так что я тоже начинаю хихикать, пока закатываю чемодан под стол.

– Да, босс бывает немного заносчивым.

Я улыбаюсь наивности Эрика. Даже я вижу, что наш генеральный директор гораздо хуже, чем просто заносчивый.

– Он заставил меня искать проект от две тысячи пятого года в архиве и синие розы.

– Тоже в архиве?

– Слава богу, нет.

Эрик снова смеется, и я улыбаюсь в ответ, пока включаю ноутбук.

– Куда летите?

– Сиэтл.

– Здорово, я бы тоже хотел иногда выбираться из этого офиса. Кстати, слышала историю о том, как мистер Стрейдж забыл одну из своих очередных помощниц в другом городе?

–Что? Ты серьезно? – На самом деле я почти не удивлена.

– Да, когда он вернулся в офис, то звал ее по какому-то вопросу, но за столом никого не оказалось. Он просто улетел один, забыв о сопровождении.

Я смеюсь, потому что это так похоже на Ричарда Стрейджа.

Несколько минут мы болтаем с Эриком о всяких мелочах, затем он уходит работать.

Я чувствую себя немного расслабленнее, чем еще час назад. Общение с приятными людьми явно идет мне на пользу.

Проект Палермо идет полным ходом, я так погружаюсь в работу, что не замечаю, как пролетает время.

– Ты здесь? – Спрашивает босс, выходя из кабинета.

–Да, приехала кое-что закончить.

Он не смотрит на меня, одна его рука убрана в карман, а второй он что-то печатает на телефоне. Мне снова становится не по себе. Даже хочется, как то спровоцировать его, чтобы он хоть немного ожил.

– Тогда едем. – Он уходит. Я выключаю ноутбук, беру чемодан и следую за ним.

***

В автомобиле босс ведет себя не как обычно. Он не достаёт планшет или телефон. Просто сидит и смотрит в одну точку перед собой.

Мне хочется спросить в чем дело, но решаю, что если он захочет, то скажет сам. Если это рабочие моменты, я все равно узнаю, если что-то личное, меня это не касается.

Всю дорогу до аэропорта я смотрю в окно, но как только мы останавливаемся, я поворачиваюсь к боссу. Он не двигается.

Его глаза выглядит печальными, губы сжаты в тонкую линию.

Что, черт возьми, такое?

– Всё в порядке? Мы приехали. – Не выдержав, спрашиваю я.

– Прошу прощения за ситуацию с Марианной.

Я удивленно вскидываю брови. Больше не от того, что я понятия не имею, о ком он говорит, а от того, что в его лексиконе есть слова извинения. – Домработница рассказала мне.

О, так у змеи есть имя.

– А, ваша сумасшедшая подружка… – Слова вылетают раньше, чем я успеваю подумать. Моё тело напрягается, от того, что я взболтнула лишнего, но мистер Стрейдж улыбается, впервые за долгое время и я выдыхаю.

Ему очень идет улыбаться. Ямочка на правой щеке более глубже, чем на левой, и у меня возникает желание провести по ней пальцем.

– Я просил её забрать свои вещи, не думал, что вы столкнетесь.

–Ничего, я в порядке.

Он кивает, но не торопится выходить.

– Ты ответила Левенту?

–Да, я сказала, что буду на вечере по работе. – Он кивает и выходит из машины.

***

– Встречаемся в восемь вечера в лобби. – Говорит мистер Стрейдж, когда мы поднимаемся на наш этаж в отеле.

Весь полет мы практически не разговаривали, да и сейчас, он не особенно многословен.

Я должна радоваться, но не могу. Я скучаю по его ухмылкам и язвительным комментариям, которые помогают мне почувствовать себя более живой.

Что со мной не так?

Босс ведет себя строго профессионально. Он даже не вспоминал тот дурацкий понедельник и последующие события.

Может, он расстроен из-за расставания со своей девушкой? Логично, если он просил ее забрать вещи, значит, они расстались…

Хотя может они переезжают куда-то вдвоем…

Черт, я слишком много думаю.

Почти весь субботний день, я отдыхала после ночного перелета. Когда время приблизилось к шести, меня разбудил будильник, и я начала собираться. После принятия теплого душа, я достаю заранее подготовленное платье из чемодана и надеваю.

Глядя на себя в зеркало, начинаю сомневаться, правильный выбор ли сделала.

Платье очень красивое, я купила его несколько лет назад. Оно шелковистое, насыщенного алого цвета, с неглубоким декольте, но большим вырезом на ноге.

Я представляла, как новая Алиса пойдет покорять в нем мир. Но до сегодняшнего дня так и не нашла повода надеть его.

Достаю черные босоножки, и застегиваю ремешок на щиколотке.

Мои волосы уложены волной набок, я крашу губы, уже полюбившейся, красной помадой.

– Ты сделаешь это, девочка. – Шепчу своему отражению в зеркале, когда вижу себя в готовом образе.

Я выгляжу как кинозвезда. Мне даже не верится, что это действительно я.

Девочка, которая не пропускала ни одной воскресной службы в церкви.

Девочка, которая ходила в юбке в пол и мешковатых свитерах до девятнадцати лет.

Девочка, которую морально уничтожал собственный отец.

Беру телефон и делаю селфи, чтобы потом отправить Хелен. Она будет в восторге.

Спускаюсь в лобби в назначенное время и вижу Ричарда Стрейджа.

Я уже много раз видела его в костюмах, но каждый раз этот вид выглядит лучше предыдущего.

Идеально сшитый на заказ – смокинг тройка, с бабочкой на шее. Пиджак расстегнут, а из кармана жилета виднеется тонкая цепь часов. Это кажется старомодным, но прекрасно вписывается в образ.

Ричард Стрейдж сам устанавливает правила. Даже если он наденет шорты и носки со сланцами, то на следующий день все журналы объявят новый тренд.

Чтобы не надел этот мужчина, он будет выглядеть потрясающе.

Но моё впечатление о нем портится, как только он открывает свой рот:

– Слишком откровенный вырез на ноге, тебе есть во что переодеться?

Я застываю. Мне хочется сорвать бабочку с его шеи и засунуть ему в рот. Всё, что угодно, лишь бы он замолчал.

Сжимаю губы и провожаю взглядом пожилую пару, которая проходит мимо. Это не то место, где стоит устраивать сцену.

– Нет, у меня только одно платье с собой. Вам придется смириться.

Он тяжело вдыхает через нос, но глаз не отводит. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки и выставляю ногу вперед. Его кадык дёргается и моих губ касается довольная улыбка.

– Какой у нас план?– Спрашиваю деловым тоном, тем самым привлекая внимание к своему лицу.

Он проводит языком по нижней губе и говорит: – Я поздороваюсь с важными людьми, мы обсудим рабочие вопросы, пока ты будешь делать заметки. Как только вынесут пирамиду из бокалов, мы уйдем.

– Ясно. – Я киваю и не подаю вида, что расстроена.

Мне действительно хотелось немного развеяться, ведь я никогда не была на подобных мероприятиях.

Вздыхаю и следую за боссом.

Это работа. Моё время еще придет.

Мы входим в шикарный зал, держась на почтительном расстоянии, друг от друга, но так чтобы было понятно, что пришли вместе.

Пространство выглядит потрясающе красивым. Высоченные потолки, хрустальные люстры, начищенный до блеска мраморный пол, зеркала по периметру и огромный оркестр в центре зала.

Я почувствовала себя золушкой попавшей на бал. Только вместо принца – сын сатаны, а вместо крестной феи – моя внутренняя сила, которая оставляла меня с каждым сделанным по залу шагом.

Среди женщин, я была одета проще всех. Всё бы ничего, но это наоборот привлекало ненужное внимание.

Мужчины смотрели странным взглядом, а женщины шептались за спиной. Очевидно, они считали, что таким простушкам, как я – здесь не место.

Мистер Стрейдж видимо тоже это заметил. С каждой минутой проведенной на вечере он напрягался все сильнее. Я не успевала считать бокалы с шампанским, которые он брал у проходящих мимо официантов с подноса, поэтому держалась немного в стороне, чтобы не портить ему вечер ненужными сплетнями. Наверняка люди привыкли видеть его с кем-то вроде Марианны, а не с серой мышью вроде меня.

Маленькая мышка.

Так он меня и называет. Называл…

Даже не знаю, откуда взялось это прозвище, я даже не сразу обратила на него внимание, а когда задумалась, то уже привыкла.

Лишнее напоминание о том, кто я есть и кем всегда буду. Мышью.

После каждого разговора с тем или иным человеком, босс становился все мрачнее. Каждый посчитал нужным спросить кто я такая. Мне хотелось поскорее покончить с этим и вернуться в отель.

Я считала минуты, до того как вынесут пирамиду из бокалов, но моё волнение сменилось испугом, когда я почувствовала мягкое прикосновение к своей пояснице.

Левент.

Он так же, как и все мужчины в зале, был одет в смокинг и бабочку.

– Алиса… Вы выглядите обворожительно. – Глаза мужчины светятся и всего на секунду, я даже верю, что выгляжу неплохо. – Ричард, приветствую. – Левент отпускает меня, чтобы пожать руку боссу, который выглядит еще более недовольным, чем секунду назад.

Я отстраняюсь на несколько шагов, не столько, чтобы они могли поговорить, а чтобы Левент больше не касался меня.

К сожалению, моё одиночество длится не долго, потому что мистер Пентбрук снова обращается ко мне: – Глядя на вас, Алиса, я понимаю, почему Ричард не позволил вам быть моей спутницей на этом вечере.

Мистер Стрейдж заметно напрягается, его рука сжимает очередной бокал, который, кажеься, вот-вот треснет.

– Что значит, не позволил? Разве я не обязана сопровождать босса на рабочем мероприятии?

Левент обнажает белоснежные губы в широкой улыбке. Он делает глоток шампанского, глядя на Ричарда. Их взгляды встречаются на несколько секунд, будто между ними ведется немой диалог.

– Да, конечно… Только вот, этот благотворительный вечер не является рабочим. То есть, может для Ричарда так и есть, но для всех остальных… – Он разводит руками, призывая меня обратить внимание на присутствующих. – Каждый год в этом зале собираются самые влиятельные люди со всего мира. Но собираются они для того, чтобы просто потанцевать, выпить, расслабиться, пообщаться. Конечно, никто не против обсудить рабочие дела, но суть мероприятия в другом. И что самое важное… – Левент кивает в сторону мужчины в костюме и женщины в серебристом платье. Они танцуют. Их тела прижимаются слишком близко друг к другу. Я замечаю обручальное кольцо на левой руке у мужчины. – Все пришли со своей парой. Не ассистентом. Вы понимаете, о чем я?

Я молчу, пока собираю кусочки воедино. Левент с ехидной улыбкой смотрит на Ричарда Стрейджа, который выглядит так, будто вот-вот бросится на своего друга.

– Это кощунство заставлять леди работать на таком прекрасном вечере. – Говорит Левент.

Я огладываюсь по сторонам и замечаю очевидные детали, на которые не обращала внимание ранее.

Все действительно по парам. Держатся за руки, танцуют, смеются. И есть я – девочка с планшетом в руках.

Это ранит сильнее, чем хотелось бы.

Почему он так поступил? Он мог просто не приглашать меня, если ему не нужен здесь помощник, а он очевидно не нужен.

Я смотрю на экран планшета и вижу, что не сделала почти не одной важной записи. Все разговоры были поверхностными, практически не относящимися к работе.

Всё встаёт на свои места.

Неужели этот дьявол разыграл шоу, чтобы я не пошла с Левентом?

У него была масса вариантов, и он выбрал самый жестокий. Взять меня с собой, как цирковую обезьянку.

Господи, он мог просто сказать, что не хочет, чтобы я шла с Левентом. Может я и начала бы спорить, только потому, что он не имеет право указывать мне, но в итоге все равно бы не пошла.

Если он хотел, чтобы я присутствовала, то мог пригласить меня, как свою пару… Как друга может быть…

Но конечно, как пара я ему здесь совершенно не подхожу. Да и друзьями нас назвать нельзя.

Ричард Стрейдж поступил эгоистично и глупо, раз думал, что я не узнаю правду.

Я перевожу взгляд на босса, который впервые в жизни выглядит растерянным. В уголках моих глаз скапливаются слезы, но я моргаю, чтобы остановить их.

Почему он молчит? Я хочу, чтобы он что-то сказал. Сказал, что все это не правда. Что не делал меня пешкой в своей глупой игре.

– Вижу, что вы поняли меня, Алиса. Я не хотел испортить вам вечер, так что предлагаю провести его остаток в хорошем настроении. Потанцуете со мной? – Спрашивает Левент, бросая дерзкий взгляд на босса. – Ты ведь не против, Ричард? – Левент хлопает его по плечу, и я думаю, что дьявол сейчас взорвется на месте, но он молчит.

Замечаю, что люди начинают бросать на нас интересующиеся взгляды.

Ричард Стрейдж сбрасывает руку Левента со своего плеча и говорит:

– Я не против, только нам уже пора уходить. – В этот момент начинает играть оркестр, и официанты выносят двухметровую пирамиду из бокалов с шампанским.

Гости отвлекаются от нас и начинают хлопать.

Алиса, прошу, подарите мне один танец. – Просит Левент, привлекая моё внимание. Мне хочется провалиться сквозь землю. Это просто ужасная ситуация, в которую я попала из-за своего ублюдка – босса.

Он смотрит мне в глаза, и я вижу в них чистую ненависть. Он готов разорвать меня на части, но я, черт возьми, ничего не сделала. Это он во всем виноват. Только он!

– С удовольствием, Левент. – Улыбаюсь мужчине, когда внутри моей головы, даже новая Алиса послала все к черту и ушла.

Спокойно, девочка, мы справимся с этим.

Ричард, ублюдок, Стрейдж злобно ухмыляется, впечатывает пустой бокал Левенту в грудь и говорит: – Развлекайтесь. – Разворачивается и уходит.

– Как чудесно. – Радостно произносит Левент, ставит бокал на поднос мимо проходящего официанта и протягивает мне руку.

Я сглатываю ком и начинаю считать. Один. Два. Моя дрожащая рука поднимается. Три. Четыре. Вкладываю свою ладонь в ладонь Левента. Пять. Шесть. Левент кладет руку мне на поясницу. Семь. Восемь. Прижимает меня чуть ближе. Девять. Десять. Мы начинаем двигаться.

Я прикрываю глаза и ненавижу себя за это, но представляю своего босса. Вспоминаю его ямочку на щеке, его игривый взгляд и теплое дыхание на моей шее.

Чтобы не было, только ему я доверяю настолько, чтобы позволить без страха касаться себя. Я не знаю, почему так, но уже не могу ничего изменить.

Мои ладони мокрые, мне неловко от того, что Левент, наверняка чувствует это.

Еще несколько секунд…

Наконец, произведение меняется и, спасибо Левенту, он сам принимает решение отстраниться.

Это так глупо.

Весь вечер, я тайком поглядывала на женщин, которые пришли сюда хорошо провести время и могли спокойно танцевать со своей парой. Когда я, получила свой танец, то почувствовала только разочарование и печаль.

Мои мысли возвращаются к предательски черным глазам. Именно они должны были смотреть на меня, когда их владелец кружил бы меня по залу.

Босс поступил ужасно по отношению ко мне, но я все равно расстроена его уходом.

Он не остался для того, чтобы мне что-то объяснить.

Просто ушел, подтверждая все слова мистера Пентбрука и мои собственные мысли.

Спустя короткий диалог с Левентом после танца, я буквально убегаю из зала.

Находиться на этом прекрасном вечере, даже будучи не ассистенткой, было невыносимо.

Всё здесь тревожило и напоминало, что я не принадлежу этому миру. И никогда не буду.

Это изначально не было сказкой и счастливого конца здесь не будет.

В номере, я переодеваюсь в свою пижаму с Багзом Банни и смываю макияж.

Нахожу в мини-баре большой контейнер с мороженым и сажусь перед телевизором.

Хочется заплакать, но слез нет. Ничего нет. Только грусть.

Я думаю о том, чтобы позвонить Хелен и пожаловаться, но не хочется грузить ее своими проблемами, она и так слушала моё нытье полжизни.

Стук в дверь заставляет меня замереть.

Я откладываю мороженое и на цыпочках подхожу к двери. Здесь нет глазка, поэтому я приоткрываю её на несколько сантиметров, чтобы увидеть незваного гостя.

Ричард Стрейдж.

Дьявол в своём истинном обличии пришел забрать меня в ад.

Одна его рука опирается на дверной косяк, а вторая держит полупустую бутылку скотча.

Его бабочка висит на одном плече, пиджака нет, а жилет и несколько верхних пуговиц рубашки расстегнуты. Волосы растрепанны в восхитительном беспорядке.

Он поднимает голову и наши взгляды встречаются. Черные, как ад, глаза заставляют меня задержать дыхание, а хищная ухмылка посылает мурашки по всему телу.

– Как прошел вечер, мисс Джонсон?

Глава 10

Что вам надо? – Моя злость берет верх, не смотря на то, что я впервые вижу своего босса в непотребном виде. Распахиваю дверь шире, и смотрю на него, задрав подбородок.

Он проходится по мне медленным, почти осязаемым взглядом с полуулыбкой на лице.

– Отличная пижамка. Это кролики?

Моя дерзость вмиг улетучивается, я делаю шаг за дверь, оставляя только голову и немного плеч.

– Спрашиваю еще раз. Что вам нужно?

– Не впустишь? – На его лице мелькает сомнение.

– Я собираюсь спать.

Он кивает, улыбка почти сползает с лица. Отпустив дверной косяк, босс проводит рукой по своим взъерошенным волосам.

– Я не бросил тебя, когда ты напилась. Я даже совершил непростительную ошибку и лег с тобой в постель. Мне обидно, что сейчас ты не отвечаешь мне взаимностью.

Это, чистой воды – манипуляция, но он прав.

Кусаю внутреннюю сторону щеки, пока обдумываю варианты.

Хелен всегда говорила, что я слишком наивная, я говорила, что это доброта.

Она же меня и погубит.

Ричард Стрейдж пьян, но не ведет себя грубо и всё же, я не уверена.

Несмотря на все то, что он сделал сегодня, я не могу просто выгнать его. Если ему станет плохо из-за большого количества выпитого, я буду винить себя до конца жизни.

Побеждено вздыхаю и открываю дверь шире, позволяя ему войти.

Босс улыбается, делает глоток из своей бутылки, и, покачиваясь, заходит в мой номер.

– Такая хорошая девочка. – Шепчет он, садится на диван и с грохотом ставит бутылку на стеклянный журнальный столик перед собой.

Босс раскидывает руки по мягкой обивке, закинув ногу на ногу.

Я уже жалею, что впустила его. Он выглядит так, будто является хозяином ситуации. Меня это раздражает.

Захлопнув дверь, я сажусь на кресло рядом, а на ноги кладу декоративную подушку, потому что мои шорты слишком короткие.

Он наклоняет голову набок, пристально рассматривая моё лицо. Его язык проходится по нижней губе, затем он говорит:

– Боишься меня?

Я фыркаю. Что он вообще возомнил о себе?

– Нет, с чего бы? Я возмущена.

Я ожидала, какой-нибудь едкий комментарий, но он начинает смеяться. Звонким раскатистым смехом, который я никогда от него не слышала.

Моя спина выпрямляется по струнке, и я впитываю этот звук.

Почему он даже смеется идеально?

– Да, точно… – Говорит он, успокоившись. – Я заставил маленькую мисс Джонсон работать, вместо того, чтобы она весь вечер развлекалась с другим мужчиной.

Другим мужчиной? Что это значит?

Его лицо становится мрачным и более серьёзным, когда он продолжает. – Если ты ждешь извинений, то не стоит. Я бы сделал это снова.

Прекрасно. Значит он не жалеет, что весь вечер заставлял меня бегать за ним по залу, как собачонка.

Кажется, я начинаю понимать, из-за чего на самом деле шептались люди.

Они насмехались надо мной. Все видели, как нелепо я выгляжу, бегая с планшетом в руках.

Все. Кроме меня.

– Ты знаешь… – Вновь заговорил босс, более тихим, хриплым голосом. – Я редко пью. – Уголок его рта дернулся, но это была не улыбка, скорее отчаяние. – Но я не выдержал бы этот вечер никого не убив, если бы не алкоголь. – Я хочу спросить, о чем он говорит, но злой смешок останавливает меня. – Каждый чертов член на этом вечере смотрел на тебя, как на кусок мяса.

Я не выдерживаю. – Потому, что ты заставил меня выглядеть глупо, бегая по залу, записывая каждое слово. Они насмехались надо мной. – В моей голове эти слова звучат резче, на деле я почти шепчу их, глядя в пол.

Он молчит, поэтому я медленно поднимаю голову. Его брови нахмурены, а темные глаза прожигают во мне дыру.

– Ты, правда, думаешь, что дело в этом?

– Тогда в чем же, по-вашему, дело?

Он берет бутылку, делает большой глоток и ставит её на место. – Каждый из этих мужчин, возможно даже женщин, хотели трахнуть тебя. – Мои щеки мгновенно становятся горячими. Я не ожидала этого услышать, но то, как он сказал слово «трахнуть» заставляет меня попросить его сказать это еще раз. – Я ненавижу, когда кто-то смотрит на то, что принадлежит мне. Образ того, как я нагибаю тебя над столом и заявляю права, чтобы они навсегда забыли о твоем существовании, преследовал меня весь вечер.

Нервный смешок вырывается из моего рта.

Нет. Он не сказал этого только что.

Он не мог, правда?

Я, наверное, сплю, а это очередной сон с моим дьявольски сексуальным боссом.

Но проходят долгие тридцать секунд, мы оба молчим, и я понимаю, что это не сон. Ричард Стрейдж действительно сказал, что хотел трахнуть меня у всех на глазах.

Мои бедра сжимаются, а во рту пересыхает, когда я снова прокручиваю его слова в голове. И все же, я выдавливаю из себя первое, что приходит в голову.

– Я не принадлежу вам. Я никому не принадлежу. – Здравый рассудок возвращается, но это ничего не меняет. Мне все так же жарко и я застигнута врасплох его словами.

Босс опускает локти на колени и смотрит на меня из под опущенных ресниц. – Эрик Джейкобс. Из IT-отдела. С ним ты была на выставке. Вы встречаетесь?

Я хмурюсь. – Причем тут он вообще?

– Просто ответь. Это ведь не сложный вопрос, Алиса.

Алиса…

То, как он произносит моё имя, заставляет, что-то в груди сжаться.

– Мы друзья.

– Друзья с привилегиями?

Я не собираюсь спрашивать, что это значит, поэтому просто говорю: – Я уже говорила, что моя личная жизнь вас не касается.

Я думаю, что он начнёт злиться, но этого не происходит. Его взгляд становится игривым, и он вновь откидывается на спинку дивана.

– Сядь ко мне, Алиса.

Я застываю. Зачем он делает это? С каждый разом, мне все сложнее определять его действия. Мы уже давно, что-то большее, чем босс и подчиненная, но я не могу дать определение кто мы друг другу. Может он просто издевается?

И все же… Мне хочется узнать какого это. Быть ближе к нему.

После многочисленных прикосновений и слов, которые заставляли мой пульс участиться, я не хочу ему отказывать. Что если, я откажусь, и потом буду жалеть всю жизнь?

Давай девочка, он не причинит тебе боль.

Новая Алиса показывает большие пальцы вверх, подбадривая меня и подталкивая прямо в руки к дьяволу.

Медленно, я откладываю подушку и сажусь рядом с ним. Босс сидит слишком объемно, так что моё голое бедро соприкасается с его брюками.

Он устраивается удобнее, лицом ко мне.

Такая послушная, маленькая мышка. – Шепчет он и проводит кончиками пальцев по моему плечу.

Легкая дрожь тут же проходится по телу. Я замираю от предвкушения, что он сделает дальше. Но самое важное, я не чувствую ни капли страха.

Рука Мистера Стрейджа двигается ниже, он переходит на моё колено, двигаясь все так же медленно и легко. Его голова наклоняется, я чувствую запах скотча и мятной жвачки на своем лице.

Теплые губы опускаются на мою шею, я делаю глубокий вдох, пытаясь не пискнуть от приятных ощущений.

Тело расслабляется, между ног скапливается тепло. Мне хочется поёрзать на месте, чтобы получить хоть каплю облегчения.

Босс откидывает мои волосы за спину и прижимается плотнее губами к моей коже. Он не целует меня, он пробует меня на вкус, будто вампир, который ищет идеальное место для укуса.

Внезапно, голова становится такой тяжелой, что я откидываю её на спинку дивана, прикрыв глаза.

Это, что-то невообразимое. Прикусываю губу, чтобы не застонать.

Мы с Люком пробовали разные вещи, гораздо интимнее того, что происходит сейчас, но я никогда не испытывала таких ощущений.

Мне кажется, моё тело превращается в кучку нервных окончаний, я вздрагиваю от каждого прикосновения и не могу им управлять.

Видимо, босс замечает, как влияет на меня. Полные мужские губы расползаются в улыбке на моей шее

– Ты такая вкусная, Алиса. Мне не терпится попробовать тебя и в других местах. Ты хочешь этого?

Матерь божья!

Его грязный язык отправит меня на тот свет. Ни одна женщина не способна устоять перед этим искусителем.

– Мистер Стрейдж… – Шепчу, сильнее сжимая глаза, пока он проводит языком в нежном местечке за ухом. – Зачем вы делаете это? – Мне хочется быть сильной, но голос дрожит, и я ничего не могу с этим поделать.

– Оставь формальности, Алиса. Очевидно, что сейчас ты можешь звать меня по имени. – Он опускается губами к моим ключицам, его рука гладит моё бедро, поднимаясь выше к линии шорт. – Ты хочешь, чтобы я остановился?

Последнее, что я хочу – это, чтобы он остановился. Более того, я хочу, чтобы продолжал и сделал гораздо больше. Только вот, что будет со мной потом?

– Ответь мне. – Требует он, но голос мягкий. Соблазнительный.

– Нет… Не останавливайся…

Я идиотка. Я знаю это. Я совершаю самый страшный грех.

Прелюбодеяние.

Но я не хочу останавливаться.

Мой отец говорил, что я попаду в ад, если буду нарушать правила, который дал нам бог.

Но дьявол уже пришел за мной, и ничего не спасёт меня от падения.

– Если ты почувствуешь себя плохо или некомфортно, просто скажи, и я остановлюсь.

Моё сердце тает от его заботливых слов. Мистер… то есть, Ричард знает, что для меня значат, даже самые безобидные касания и то, что он позволяет мне контролировать ситуацию, заставляет меня еще больше доверять ему. Не то, что бы я действительно сейчас могла что-то контролировать. Происходящее находится за гранью моего понимания.

Я киваю, и его рука тут же проходится по внутренней стороне бедра к моей сердцевине.

Губы продолжают ласкать мою шею, я откидываю голову сильнее, предоставляя лучший доступ.

Прислушиваюсь к своим ощущениям, но чувствую только удовольствие и пламенное желание.

Рука Ричарда с легкостью проскальзывает под мои шорты, которые достаточно широкие, чтобы в них было легко проникнуть. На мне нет трусиков, и он сразу это замечает.

– Ты ждала меня, мышка? – Игриво спрашивает он, проводит пальцем по клитору и одновременно с этим, кусает за верхнюю часть груди.

Из меня вырывается стон, я сжимаю диван ногтями и шире раздвигаю ноги.

Его большой палец начинает вырисовать круги в нужном месте, а средний двигается к входу.

Дыхание учащается, я кручу тазом желая получить больше.

Внутренние демоны, о которых я даже не подозревала, рвутся к мужчине рядом.

Он их покровитель. Король темных желаний и соблазна.

– Открой глаза. – Приказывает он.

Мне стыдно, но я подчиняюсь. Черные глаза горят похотью, а губы растянулись в соблазнительной улыбке.

– Ты такая чертовски мокрая, Алиса. – Он вводит меня один палец. Я действительно, такая мокрая, что это не доставляет никаких неудобств. Хочется больше.

Босс начинает двигаться внутри меня, мои веки снова закатываются от приятных ощущений.

– Держи эти красивые глаза открытыми. Запомни, кто довел тебя до такого состояния.

Я открываю глаза. Ричард покрывает поцелуями мою грудь, шею и плечи. Мне хочется прикоснуться к нему, но я боюсь. Понятия не имею чего.

Его большой палец продолжает стимулировать мой клитор, он добавляет второй палец, погружаясь в меня.

– Поставь ноги на диван и разведи их шире.

Это не просьба, это – приказ. Я совру, если скажу, что не завелась еще больше.

Когда, я делаю, как он сказал, угол проникновения становится глубже. Моё тело начинает судорожно трястись, кожа пылает, по лбу стекает капля пота, когда я двигаю бедрами навстречу его руке.

Тяжелые вздохи и стоны заполняют комнату, я чувствую, что надвигается, что-то страшное. Масштабное.

Его движения становятся хаотичными, очень быстрыми, он стонет, прикусывая меня за мочку уха.

Дьявол знает, что делает со мной. Он собирается уничтожить меня и собрать воедино.

– Черт возьми… – Выдыхает он. – Хочу, чтобы ты забыла всех мужчин, которые были раньше. После того, как я закончу с тобой, ни один ублюдок не сможет дать тебе того, что могу дать лишь я.

Я сильнее сжимаю обивку дивана, перед глазами мерцает. Мне хочется ответить ему. Сказать, что тот, кто был раньше, больше не имеет значения, а после того, что сейчас происходит, вряд ли будет кто-то еще. Но во рту пересохло, я едва могу сделать нормальный вдох, не то, что говорить.

Дыхание Ричарда так же, становится тяжелее. Кроме наших стонов слышен хлюпающий звук, исходящий из под моих шорт.

Это пошло. Грязно. Сексуально.

Чувствую, как влага стекает по моей задней дырочке на диван.

Резким движением, он погружает третий палец, и я кричу:

– Боже мой!

– Шшш, только я. Всегда я.

Три чертовых пальца входят в меня с бешеной скоростью, а большой палец массирует клитор. Я вот-вот лопну от ощущений.

Хел рассказывала, какого это – испытать оргазм, но я всегда отмахивалась и говорила, что мне и так хорошо. Я была наивной.

– Черт возьми, мне так сложно держаться. – Рычит он в мою шею.

– Не надо… Не держись…

Ричард меняет угол и попадает в какую-то точку, от которой голова идёт кругом. Я кричу от удивительных ощущений.

– Ричард! Господи!

Хватаю его за запястье и впиваюсь ногтями в кожу.

– Повтори! – Шипит он. – Повтори, черт возьми.

Я облизываю губы и повторяю:

– Ричард…Пожалуйста…

– Пожалуйста, что? Пожалуйста, позволь мне, кончить, Ричард, да? Скажи это!

Моя голова падает, сил почти нет, но он хватает меня за волосы свободной рукой и заставляет смотреть на него.

– Ричард… Пожалуйста… Я хочу кончить…

Ухмылка касается его губ. – Ты можешь лучше, мышка.

Слезы скапливаются в уголках глаз, я шепчу: – Пожалуйста, Ричард, позволь мне кончить…Я больше не могу…

Его улыбка становится шире, черные глаза опускаются к моим губам. Я думаю, что он вот-вот поцелует меня, но этого не происходит, потому что в следующую секунду он кусает меня за нижнюю губу, и я кончаю.

Сильнейший импульс проходит по всему телу, чувствую, как мои внутренние мышцы сжимают его пальцы. Голова кружится, а во рту появляется металлический привкус. Я облизываю губы, когда он отстраняется.

Моя грудь вздымается, я смотрю на дьявола, который устроил мне личный ад на земле, но подарил райское наслаждение.

Он вытаскивает из меня пальцы и подносит к своему рту. Я широко раскрываю глаза, когда он начинает жадно их облизывать.

Святая дева…

Это выглядит так грязно, так порочно, так горячо…

Закончив, он встает и смотрит на меня снизу вверх. – Хорошая девочка.

Отвожу глаза, когда он поправляет внушительную выпуклость в брюках и самым собранным тоном, будто ничего не было, говорит: – Выезжаем завтра, в двенадцать.

Дверь захлопывается. Я не могу сдвинуться с места, находясь в полном беспорядке. Тяжелые ноги спадают на пол. Закрываю глаза, слезы щиплют веки, но я сдерживаю их.

Что я наделала?

Рассудок, который, видимо, выходил покурить возвращается и вместо удовольствия, приходит печаль и опустошение.

То, что произошло, для него ничего не значит. Он даже не целовал меня в губы. Я только галочка в его списке. Трофей.

Но я… Я хочу большего…

Я дура, да, но не могу ничего поделать.

Я даже не думала, что после Люка смогу открыться кому-то еще. Но Ричард Стрейдж с лёгкостью снес все стены, оставив после себя кучу обломков.

Разве тебе не понравилось?

Новая Алиса закатывает глаза.

Мне понравилось. Очень.

Но после… Его уход… Будто мы просто поговорили о работе. Все это казалось неправильным.

И все же… Я впервые испытала оргазм, и если бы дьявол захотел поиграть снова, я, несомненно, поддалась искушению.

***

Ночью я ворочалась и плохо спала. Мне хотелось отключить будильник и продолжить спать, не возвращаясь в реальность. Но я знала, что должна столкнуться с последствиями лицом к лицу. Что бы меня там не ждало.

Натянув джинсы и белую блузку, я спускаюсь в лобби.

Ричарда еще нет, поэтому я устраиваюсь на диванчике и беру первый, попавшийся под руку журнал со столика для гостей. Мне везет, потому, что на обложке ни кто иной, как мой босс. Он идёт по улице, держа телефон у уха. Снимок, явно, сделан исподтишка, но мужчина на нём все равно выглядит идеально.

Заголовок гласит: «ГЛАВНЫЙ ХОЛОСТЯК СТРАНЫ – ГЕЙ!»

– Что за…?

– Что-то интересное? – Хриплый голос привлекает моё внимание, я подскакиваю с дивана и прячу журнал за спину.

– Боже. – Прикладываю руку к груди. – Не обязательно так подкрадываться.

Он поднимает одну бровь и смотрит мне за спину.

– Дай сюда.

– Зачем? Разве мы не опаздываем?

Он вздыхает, будто у него нет времени возиться с надоедливым ребенком, делает шаг, хватает меня за локоть и притягивает к своему телу.

– Дай. Мне. Чертов. Журнал. – Я мотаю головой. По какой – то причине, мне не хочется, чтобы босс читал подобные статьи о себе.

Но моё упорство не работает, потому что он с легкостью выхватывает журнал из моих рук и читает заголовок.

Его лицо непроницаемое, я думаю, что он разозлится, но босс удивляет меня. Он начинает смеяться, привлекая внимание окружающих.

Что с ним происходит?

Меньше, чем за сутки он смеялся больше раз, чем за месяц. Но я не останавливаю его, наоборот, я чувствую себя особенной, потому что уверена, очень мало людей на планете слышали смех Ричарда.

Хрипловатый. Бархатистый.

Некоторый гости отеля останавливаются, чтобы понаблюдать и я не могу винить их. Мимо этого мужчины сложно пройти.

Когда он заканчивает, то смотрит на меня.

– Разве это не забавно?

– Что забавного в том, что вас оклеветали?

Его брови слегка приподнимаются, а на лице лукавая улыбка.

– Кто знает, клевета ли это?

Я хмурюсь, пытаясь определить смысл его слов. Он намекает на то, что он гей?

– Но… – Смеюсь я, но это больше похоже на истерику. – Нет, не может быть.

– Почему нет? Я могу быть бисексуалом.

Мои щеки краснеют. – Это…когда и с мальчиками и с девочками? – Чувствую, что выгляжу чертовски глупо, задавая подобный вопрос своему боссу.

Он пожимает плечами, бросает журнал на стол и идет к выходу.

Я догоняю его только в машине, захлопнув за собой дверь, сразу спрашиваю:

– Что это значит? Объясни. – Быстро добавляю. – Те. Объясните.

Он, как обычно, достаёт телефон, делая скучающий вид.

– Что тебе объяснить? Значение слова бисексуал? Почитай в интернете.

– Нет, это твое пожатие плечами, что оно значило?

– Я должен? Как ты там говорила, это моя личная жизнь…

Я прикусываю губу, не зная, что сказать. Он прав, но вчера… Хотя, какая разница, что было вчера. Если он бисексуал, то вчера я, сегодня другая, а завтра другой.

– Ты очень громко думаешь, Алиса.

– Я… просто… мы… то есть… я… – Это больше похоже на бормотание, чем на связную речь, но видимо, он понимает меня, потому что говорит:

– Да, вчера было весело. Как-нибудь повторим. – Мое смущение вмиг испаряется от его будничного тона. Мне хочется ударить его, но я сдерживаюсь.

– По-твоему я девочка, с которой можно поиграть, когда зачешутся руки?

Он даже глазом не моргает, все так же смотрит в свой телефон. Я собираюсь вырвать гаджет из его рук и выбросить в окно, но он говорит:

– Разве ты не хотела этого? Ты так охотно раздвинула для меня ножки, Алиса.

Я открываю рот, затем закрываю его. Слов нет, потому что он прав. Ричард сказал, что я могу остановить его, но я не сделала этого. Даже мысли об этом не было.

Отворачиваюсь к окну, решив промолчать. В конце концов, ответственность за случившееся несет не только он.

– Нет, ты не девочка для игр. И, нет, мне не нравятся мужчины.

Я не оборачиваюсь, чтобы он не увидел улыбки, которая расцвела на моих губах от его слов.

Может, всё не так плохо, как я думала?

Спустя некоторое время, я замечаю, что мы двигаемся в противоположенную от аэропорта сторону.

– Куда мы едем?

– По делам. – Не отрывая взгляда от своего дурацкого телефона, произносит он.

Если я думала, что мы можем нормально общаться, очевидно, это не так. Я больше не собираюсь навязываться и ставить себя в неловкое положение. Теперь ход за ним, мне есть о чем подумать.

Мысленно, возвращаюсь во вчерашний вечер в моём номере. Его прикосновения не пугали меня, это факт. С первой встречи мой пульс учащался рядом с ним и совсем не по той причине, по которой я привыкла.

Но теперь, когда я узнала, что он может сделать со мной, то хочу еще. Это глупо. Ричард Стрейдж ведет себя, как придурок, но не смотря на многолетние отношения с Люком, я никогда не испытывал оргазм, а мой босс сделал это с первого раза.

Это даёт надежду.

Возможно, я не так потеряна, как считала. Но что если, только его прикосновения, так действуют на меня?

Что если, другие мужчины не вызовут тех же чувств, что и мой дьявол.

Черт.

Даже проверять не хочется.

Машина останавливается, и Ричард выходит из машины, оставляя меня наедине с водителем.

Смотрю в окно, пытаясь определить наше местоположение.

По телу пробегает дрожь.

Кладбище.

Мой босс проходит через высокие железные ворота с букетом белых роз, которые, видимо, достал из багажника. Такие же, как и в нашу первую командировку в Сиэтл.

Проходит около восемнадцати минут. Мне становится душно в машине, и я выхожу подышать.

Такие места всегда навевают тоску. Мне горько вспоминать, но я уже пять лет не была на кладбище у мамы.

После того, как мне исполнилось девятнадцать, и я смогла уехать из Питтсбурга, то не возвращалась туда ни разу.

Перед отъездом, я пришла к ней на могилу и попрощалась. Я плакала, потому что она оставила меня, и мне приходилось бороться за жизнь, но я не виню ее.

Рак – это пуля, увернуться от которой, крайне сложно. Мама не смогла.

Проходит еще около девяти минут, я больше не могу ждать.

Двигаюсь в сторону ворот и сканирую взглядом огромную площадь ухоженного кладбища.

Некоторые могилы выглядят заброшенными, это грустно. Очень жаль, что люди забывают близких после их смерти.

Меня начинает тошнить, когда я думаю о том, что могила моей матери, возможно, выглядит так же. Но пока, я не готова вернуться. Может позже.

Прохожу сквозь ряды и замечаю Ричарда, который сидит на корточках перед могильной плитой. Трава вокруг обложена белыми розами.

Любопытство убило кошку, но я двигаюсь ближе и читаю надпись на надгробии.

Уильям Стрейдж.

Сын. Брат. Друг.

Пробегаюсь глазами по дате.

Боже мой. Это его младший брат.

Он умер год назад, ему было всего восемнадцать.

Я считала своего босса бессердечным эгоистом, дьяволом в галстуке, но что если жизнь сделала его таким? Может он так много страдал, что все это лишь оболочка. Защитная реакция от внешнего мира.

Многие внутри страдают, но каждый справляется с этим так, как может.

– Какого черта ты здесь делаешь? – Яростно шипит босс. – Ты, блять, не оставляешь шансов не избавиться от тебя, Алиса! – Я замечаю, что его полные ярости глаза – красные, будто он плакал.

Шок от увиденной картины заставляет меня замереть.

Он не приглашал меня сюда и не хотел открывать эту часть своей жизни, но я насильно влезла и потревожила его.

Все, что мы построили за последние несколько часов, вмиг разрушается.

Глава 11

БОльшую часть перелета Ричард ни разу не взглянул на меня.

После того, как я ворвалась в его мир и увидела то, что мне видеть не разрешалось – он еще больше закрылся в себе.

Я, как никто другой знаю, что такое личное пространство. Тайны, болезненные воспоминания, страхи – все это личное. Те вещи, куда посторонним вход воспрещён, но я оказалась такой же, как те люди, которые суют свой нос туда, куда не просят.

После того, как он накричал на меня рядом с могилой своего брата, я сразу убежала. Не от его гнева, а от стыда за собственные действия.

Мы и раньше не были близки, не считая вчерашнего вечера в отеле, теперь же между нами стена, которую, кажется, не реально сломать.

Я всегда стараюсь быть хороша во многих вещах. «Синдром отличницы» слышали? Это про меня. Но находить подход к людям, уметь успокаивать и говорить нужные слова в трудную минуту, моя слабая сторона.

Одно я знаю точно. Мне стоит извиниться, даже если ему это не нужно. По крайней мере, мне станет чуточку легче.

– Мне жаль. – Шепчу я, глядя краем глаза на реакцию босса. – Я не должна была приходить.

Как я и думала, он не отвечает. Смотрит в окно иллюминатора отрешённым взглядом. Мне хочется сделать, что-то еще, но я понятия не имею что. Я даже не уверена, что он вообще услышал мои слова.

Но то, что происходит дальше, поражает меня до глубины души.

– Его звали Уильям. – Начинает босс, все еще не глядя на меня. Его губы сжимаются в тонкую линию. Видимо воспоминания даются ему нелегко, поэтому я хочу подбодрить его. Кладу свою руку поверх его на подлокотнике. Ричард тут же поворачивается ко мне, и я выдерживаю взгляд, давая понять, что хочу и готова выслушать его.

Для меня же, этот жест значил гораздо больше. Решающий момент. Минута, когда я проявила инициативу и коснулась постороннего человека первой. Я гордилась собой прямо сейчас и надеялась, что Ричард не уберет свою руку. Это бы заставило меня почувствовать боль и сожаление. К счастью, он этого не делает.

– Когда мне было десять, мама забрала меня из школы и была странно взволнованна. Всю дорогу до дома, она улыбалась, но молчала. Когда мы зашли в мою комнату, она объявила, что у меня скоро появится брат. – Он ухмыляется, погружаясь в воспоминания, и мое сердце делает сальто. Этот сильный мужчина, сейчас выглядит таким уязвимым. – Я помню, как разозлился. Я никогда не хотел брата или сестру. Родители любили меня, и я был рад, что мне не нужно ни с кем ими делиться. Я выбежал из спальни, громко хлопнув дверью. Уверен, что она заплакала в тот момент.

– Ты был ребенком, наверняка она всё понимала. – Пытаюсь поддержать его я.

– Возможно, но до тех пор, пока брат не родился, я отстранился от родителей, думая, что они предали меня. Я был глупцом. Когда Уильяма принесли домой, я не подходил к нему несколько дней. Мама переживала по этому поводу, а папа пытался поговорить со мной, но я не хотел его слушать. Я видел, как они крутятся вокруг него. Слышал, как мама поет ему вечерами и страшно ревновал. От этого ненавидел брата все больше.

Он меняет положение наших рук, и теперь моя ладонь находится снизу. Его большой палец, нежно проходится по моей коже так и в том месте тут же чувствуется приятное покалывание, но я игнорирую это. Сейчас не время.

– В одну из ночей, я услышал детский плач. Я пытался накрыть голову подушкой, чтобы не слышать, но крик был таким пронзительным, что это было невозможно игнорировать. Выйдя из своей комнаты, я пошел в детскую. Рядом с его кроваткой никого не оказалось, что удивило меня, ведь мама почти не отходила от Уильяма. Я понятия не имел, что делать. Просто подошел, и эти маленькие карие глаза уставились на меня в ожидании. Действуя чисто инстинктивно, я провел пальцем по его животу, с удивлением обнаружив, что малыш сразу притих. Меня поразило это, я почувствовал гордость за то, что смог справиться с младенцем. Я стал гладить его по животу, маленьким ручкам и голове, тогда он крепко взял меня за палец и улыбнулся. По крайней мере, тогда мне казалось, что это улыбка. – Босс проводит рукой по волосам, откидывая голову на спинку сиденья. Я улыбаюсь, как дура, представляя маленького Ричарда нянчившегося с малышом. Думаю, это прекрасное зрелище. – Мама вошла в спальню, но тут же замерла. Я шикнул на нее, чтобы она молчала, потому что, к тому времени, Уильям мирно спал с моим пальцем в ладошках. Она обняла меня, и мы просидели так еще какое-то время. Думаю тогда, я понял, что он мне не враг. Мы вместе. На одной стороне. – Мистер Стрейдж замолчал, а я гадала, решится ли он рассказать мне, что произошло с его братом.

Но время шло, Ричард молчал, и я не выдержала. Я не хотела давить, но чувствовала, что ему нужно это. Выговориться или просто поделиться. Я села в пол-оборота и переплела наши пальцы, слегка сжимая. Это было так контрастно, его большая смуглая ладонь и моя маленькая и бледная. Но так правильно. Будто два пазла, наконец, нашли друг друга.

Босс слегка приподнял брови, глядя на наши руки, затем на меня. Но он не отстранился, он крепче сжал мою ладонь, и я нашла в себе силы спросить: – Что произошло? – Мой голос был тихим шепотом. Я боялась спугнуть его.

Он начал вырисовать небольшие круги на моей ладони пальцем, затем сказал: – Уильям был одержим мотоциклами. Родители не разрешали ему, но брат часто сбегал и участвовал в нелегальных гонках. Ему тогда даже восемнадцати не было. В какой-то степени, я завидовал ему. Он жил так, как хотел и горел своим увлечением. Он выигрывал заезды на чужих мотоциклах, зарабатывал не маленькие деньги, и я чертовски гордился им. Хоть и беспокоился. – Босс прикрыл глаза. Я думала, что он остановится на этом, но он продолжили. – Когда ему исполнилось восемнадцать… Я подарил ему его первый байк. – Его кадык дергается, от тяжелого глотания. Вероятно, эти воспоминания вызывают самую большую боль. Я сжала его руку крепче в жесте поддержки.

– Шел дождь, он не справился с управлением. Я до сих пор не знаю, как это возможно, потому что он был лучшим. Мотоцикл занесло на встречную полосу, и его сбил грузовик.

Слезы защипали глаза, но я сдержалась. Ради Ричарда. Ему не нужна моя жалость. Я здесь, чтобы поддержать его.

– Мгновенная смерть. – Произнёс он хриплым голосом. – Я убил его.

– Это не так. – Восклицаю я. – У каждого из нас своя судьба. Все было предрешено заранее. Ты не мог знать. Ты видел своего брата счастливым, и ты хотел сделать его еще более счастливым, подарив мотоцикл. Не вини себя, ведь наши близкие… Они видят. Я уверена Уильям не согласился бы с тобой. Моя мать говорила, что после смерти мы попадаем в лучшую жизнь, но кроме бога, никто не знает, когда настанет этот день.

Ричард кивает, уголок его губ дергается.

– Спасибо, мышка. Об этом знает только Дэниел. На первую годовщину я был так зол, что чуть не уволил половину штата. Он ворвался в мой кабинет и потребовал объяснений. Но рассказав тебе, мне действительно стало легче. Родители винят меня в его смерти, они просили меня не дарить ему мотоцикл, но я клянусь, что он был счастлив, а я просто хотел исполнить его мечту.

–Я верю тебе, Ричард. Мне жаль это говорить, но возможно, если бы это не случилось той ночью, то случилось бы днем позже, что-то другое. Все предрешено. Просто кто-то чувствует это, знает, что завтра для него не наступит, а кто-то просто умирает, не ожидая подвоха. Возможно это даже лучше, когда ты не знаешь, что в следующую минуту не сможешь сделать вздох.

Ричард смотрит на меня непонимающим взглядом. Я набираю кислород в легкие и решаю отплатить ему, открыв и свою душу.

– Моя мать болела раком. Лейкемия. Она боролась с ним три года. В последние дни перед смертью, она каждый день говорила, что вот-вот уйдет в лучший мир. Я кричала и плакала, просила, чтобы она не говорила мне этого, но она просто улыбалась, веря в то, что там ей будет лучше. – Я пожимаю плечами. – Я надеюсь, что там они счастливы. И твой брат, ему повезло, что все произошло быстро. Я видела, как моя мать мучается от боли день и ночь. Это страшно.

Он разъединяет наши руки и мне тут же хочется вернуть его тепло обратно, но Ричард обхватывает меня за плечи и прижимает к своей груди. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Никогда не думала, что телесный контакт может быть таким умиротворяющим.

Оставшуюся часть полета мы сидели, обнявшись или держась за руки. Никто больше не нарушал тишину, но было комфортно. В какой-то момент я даже задремала на его груди, и это был самый сладкий сон.

Но, как только самолет приземлился, наш пузырь лопнул, и мужчина рядом – снова стал собой.

Отстраненным и холодным.

Когда его водитель остановил машину у моего дома, я колебалась. Ричард заметил это, поэтому просто сказал:

– Идите, мисс Джонсон. – Он глубоко вздохнул, будто эти слова требовали больших усилий.

– До завтра, мистер Стрейдж.

В квартире было тихо. Одиноко.

Я всегда любила находиться наедине с собой, но сейчас мне хотелось избежать этого.

Не успев раздеться, я снова вспомнила Ричарда Стрейджа. Эта поездка, определено, изменила характер наших отношений. Единственное, что меня тревожило, чувствует ли он, то же самое?

Накормив кота, я пошла в свою временную мастерскую.

Быстрым движением руки, я прорисовала новые эмоции на лице Ричарда.

Ричард.

Это имя казалось таким необычным и сладким на вкус, когда я произносила его.

На холсте появились страсть, волнение, желание, страх, боль. Все те чувства, что он вызвал у меня за эту поездку.

Спустившись к груди, я прорисовала легкие очертания татуировки. Я не очень хорошо ее разглядела, но постаралась сделать похожий набросок.

Чем больше и лучше я узнавала своего босса, тем более живым становился его портрет. Все чувства, которые я испытывала к нему, слова, которые не могла сказать, я переносила на холст.

***

Октябрь ощущался гораздо холоднее своего предшественника.

Укутавшись в теплое пальто и шарф, я направлялась в здание офиса.

Последнюю неделю шли дожди, казалось, что отражение моего внутреннего мира полностью отображалось на погоде.

Я чувствовала себя разбитой, изнуренной и меланхоличной. И все из-за моего босса.

Всю неделю Мистер Стрейдж вел себя профессионально. После того, что произошло в Сиэтле, я подумала, что между нами, что-то может быть.

Я была глупа.

Мы не поднимали тему прошедшей командировки, но я не могла забыть. Тем вечером, он был пьян и, возможно, решил просто развлечься, а я позволила. Но наш полет домой был другим. Мы поделились друг с другом сокровенным, и для меня это значило слишком много.

Видимо, только для меня.

В рабочем плане, мы действительно сработались. Он перестал давать мне глупые задания, обращался напрямую, а не по электронной почте и каждый раз, когда я его видела, мне требовалось приложить немало усилий, чтобы отвести взгляд во время. Или, не дай бог, не спросить, почему он так холоден.

Я скучала по властному тону и дерзким комментариям моего начальника. Вы скажете, что я мазохистка, но иногда я специально провоцировала его. Приносила холодный кофе, печатала не те документы, даже отчеты задерживала. В общем, делала все, лишь бы получить хоть каплю эмоций, но он лишь вздыхал и вежливо просил переделать.

Ричард Стрейдж стал образцовым начальником, и я ненавидела его за это.

Поднявшись на свой этаж, я повесила мокрое пальто и включила ноутбук.

– Привет, Алиса. – Передо мной появился, всегда добродушный – Эрик, со стаканчиком кофе. – Это тебе.

– Привет! То, что нужно. Спасибо. – Я взяла стаканчик и сделала глоток. – Как ты?

– Эм. Да, я в порядке. – Он почесал затылок, оглядываясь по сторонам. – Я тут подумал… Завтра суббота, обещают солнце, не хочешь прогуляться?

Не уверена, что это то, что мне нужно, но в связи с последними событиями, мне стало крайне неуютно оставаться одной. Еще месяц назад, я бы посмеялась, если бы кто-то сказал мне, что я захочу выходить из дома чаще.

Возможно, Эрик тот, кто поможет мне немного отвлечься от угнетающих мыслей о моём боссе.

– Было бы здорово. – С улыбкой ответила я.

– Серьезно? – Его глаза светятся ярче солнца, а широкая улыбка делит лицо пополам. – Я не был уверен, что ты согласишься.

– Нет, правда, я бы хотела прогуляться.

– Отлично. – Эрик делает шаг назад, широко размахивая руками. – Тогда я пойду работать. – Еще шаг, я подскакиваю, но не успеваю сказать, как мужчина врезается в кулер спиной. – Черт. – Шепчет он, поправляя очки. Я сдерживаю смех. – Я позвоню тебе завтра.

– Хорошо. Только аккуратнее.

Он показывает два пальца вверх и удаляется.

***

Осень – прекрасное время года. Время размышлений, горячего шоколада и просмотра любимых фильмов под пледом.

Мы с Эриком, договорились встретиться у главного входа в Центральный парк.

Я иду по аллее, глядя на опавшую листву и, когда то зеленую траву, сменившуюся цветным полотном.

Но все же, осень в Нью-Йорке, не так приятна, как хотелось бы.

На улице действительно светит солнце, но ветер и низкая температура заставляют укутаться в пальто и несколько шарфов, а лучше вообще не выходить из дома.

– Привет. – Машет Эрик, когда я подхожу к месту встречи.

– Привет. – Парень обнимает меня за плечи, а я прислушиваюсь к ощущениям. Ничего не происходит. Я не вздрагиваю и не хочу сбежать. Я излечиваюсь.

– Я очень рад, что ты согласилась. Думал, ты постоянно занята работой.

– Я действительно занята бОльшую часть времени. – Говорю я, пока мы проходим мимо небольшого пруда. – Но сегодня суббота, мистер Стрейдж не давал мне никаких заданий.

– Отлично, тогда давай оставим работу до понедельника.

Прогулка с Эриком была словно глоток свежего воздуха. Он оказался очень интересным собеседником. В основном, мужчина говорил о себе, но я была только рада, потому, что не была готова делиться информацией о своей жизни.

Я узнала, что Эрик родился в Нью-Йорке, послушала историю его первой любви во втором классе и события, которые привели его в «Strage Interprice». Всё это сопровождалось забавными комментариями и смешными шутками. Он совершенно не оправдывал стандартный образ IT-специалиста, потому, что не только целыми днями сидел за компьютером, а еще любил рыбалку и езду на велосипеде.

Я не думала, что действительно смогу так легко общаться с мужчиной. Эрик мог бы быть идеальным партнером, но, видимо, не для меня. Кроме дружеских чувств, к сожалению, он больше ничего во мне не вызывал.

Конечно, я понимала, что нравлюсь ему, как девушка, а не друг. Но ничего не могла поделать, ведь в моей голове, плотно засел только один мужчина, который отказывался оттуда выбираться, и которому, судя по всему, было на меня плевать.

Мы с Эриком, не смогли обойти и половину парка. Купив пачку орех, мы накормили белок, а позже устроились в уютном кафе за чашкой кофе.

Одним словом – чудесно провели время

Когда я начала замерзать, Эрик проводил меня до дома, и я немного занервничала. Должна ли я пригласить его, или поцеловать на прощание?

Мы ведь не пара и я не знаю, понимает ли он это.

– Что ж… Спасибо за вечер. – Сказал мужчина, нервно поправляя очки.

– И тебе, я отлично провела время.

Эрик замялся, а мои ладони вспотели. Он потянулся ко мне навстречу, вероятно ожидая поцелуя, но я отстранилась, а затем, чтобы не смущать его, обняла за плечи. Он растерялся на несколько секунд, но затем расслабился и улыбнулся.

Да, это было неловко.

– Тогда, я пошел.

– Спасибо, что проводил.

**

В квартире я почувствовала резкую усталость. Видимо мы действительно много прошли.

Решив выпить чего-то теплого, я переоделась и пошла на кухню.

Чая у меня не оказалось, поэтому я заварила кофе, в надежде взбодриться, но это не помогло. Тогда я решила просто лечь спать и хорошенько отдохнуть.

Ночью все стало еще хуже. Я долго не могла улечься. Мне было то жарко, то холодно, подушка казалось неудобной, а голова раскалывалась. Не знаю, сколько я проспала в общей сложности, но проснулась совершенно разбитой.

Видимо, неспокойного сна оказалось мало, потому что, как только я открыла глаза, то почувствовала, что мой нос не дышит, а горло дерёт.

Кое-как поднявшись, я дошла до ванны. Взглянув в зеркало, я тяжело выдохнула. Глаза были опухшими и красными, а зрение полностью расфокусированно от головокружения.

Это плохо. Это очень плохо. Похоже, я заболела.

Я полазила в не разобранных коробках в поисках градусника. Безуспешно.

Приложив руку ко лбу, я была уверена, что на мне можно жарить яичницу.

Завтра очень важный день на работе. Приедут Итальянцы, для презентации проекта Палермо. Мы готовились к нему очень тщательно, и все оригинальные документы есть только у меня. Они будут нужны Ричарду, но я не могу появиться в офисе в таком виде. Уверена, что завтра мне лучше не станет. Да и вообще, это опасно не только для меня, но и для окружающих.

Вернувшись в спальню, я почувствовала сильный озноб. Моё тело ощущалось горячим, но зубы стучали от холода. Укутавшись в одеяло, я взяла телефон.

– Слушаю. – Ответил босс спустя пару гудков.

– Мистер Стрейдж, доброе утро. – Апчхи. – Я… Плохо себя чувствую и не уверена, что смогу завтра выйти на работу.

– У нас проект, ты должна провести презентацию. – Воскликнул он.

– Я понимаю, но… Я правда. – Апчхи! – Я не знаю, я постараюсь выйти.

О чем я думаю? Мне точно не станет завтра лучше. Но я не могу подвести людей.

– Ты уверена? Документы готовы? – Спрашивает мистер Стрейдж деловым тоном.

– Да, я сделаю все возможное.

– Хорошо.– Он сбрасывает звонок.

Придурок.

Он может и стал чуточку добрее и проще, но скидывать звонки так и не перестал. Да и вообще, другой бы пожелал выздоровления и все такое, но нет…

Дьявол не знает таких слов.

В течение дня, я обильно пила молоко с медом. В детстве мама всегда так делала, когда я заболевала.

Ближе к обеду, я попыталась засунуть в себя бутерброд с сыром, но проглотив кусочек, меня вывернуло прямо в раковину. Побеждено вздохнув, я снова легла в постель и вырубилась.

Утром понедельника, все стало только хуже. Кости ломило, голова трещала, даже глотать было невозможно, а думать тем более.

Я посмотрела на время. Семь утра. Презентация начнется в десять.

Стоило бы написать смс, но времени было не много, поэтому я вновь набрала номер босса.

– Да!

– Мистер Стрейдж, простите… Я не могу… Я не могу… Я не смогу… – Язык заплетался. Я даже не заметила, что повторяла одно и то же несколько раз. – Пришлите курьера… – Прошептала я, и телефон выпал из рук.

Я закрыла глаза, не в силах даже сделать вдох.

В голове мелькал образ Ричарда. Его редкие улыбки и тепло рук, когда мы разделили тот разговор в самолете.

Я застонала и попыталась перевернуться на другой бок.

Черт, как же болит голова. Еще и людей подвела.

Наверняка, босс разозлится, но я ничего не могу поделать.

По крайне мере у него есть несколько часов, чтобы отправить человека за документами ко мне домой.

Ричард с Дэниелом прекрасно знают всю информацию и смогут провести презентацию, даже если это не входит в их обязанности, как руководителей. Конечно, возможно, что после этого, Ричард поймёт, что ассистент ему вообще не нужен и уволит меня. Чудесно.

Не знаю, сколько прошло времени, но я проснулась от того, что меня трясет, слезы непроизвольно льются из глаз, и я не могу остановить их.

Стук в дверь заставляет меня застонать. Я понимаю, что это курьер приехал за документами и должна встать.

Стук не прекращался и становился все настойчивее, пока я, опираясь на мебель, доползла до двери.

Как только я открыла дверь, то сначала увидела черные глаза, которые со злости сменились на удивление, а позже… Страх?

Ричард Стрейдж сам приехал за документами? Это шутка? Или галлюцинации? И почему он удивлён? Думал, я вру, что заболела?

– Что, черт возьми, ты сделала с собой?

Больше, я не смогла там стоять. Моё тело обмякло, я закрыла глаза, приготовившись к удару об пол, но сильные руки поймали меня.

Как иронично, дьявол спас меня.

Положив меня на мягкую обивку дивана, он, что-то говорил, но я не слышала. Я проигнорировала все слова и протянула руку в сторону, не раскрывая глаз.

– Документы. – Кое-как прохрипела я.

Что там было дальше, я не знаю. Я просто лежала и ждала свою смерть. Ушел ли Ричард? Я пыталась прислушаться или открыть глаза, но безуспешно. Сколько вообще прошло времени? Я уже в раю?

Но внезапно, меня ударили по щеке. Ну, ладно, ударом это назвать было сложно, скорее похлопали. Сначала с одной стороны, потом с другой. От удивления, я открыла глаза, настолько насколько смогла и увидела моего дьявола. Он не ушел. Или может я попала в ад, а не в рай?

От этих мыслей мне стало смешно.

– Ты пришел за мной? – Пробормотала я, чувствуя, как моё тяжелое тело заваливается набок.

– Алиса! – Меня вернули в сидячее положении. – Алиса, приди в себя.

Я улыбнулась, ну, по крайней мере, мне так казалось. Ричард Стрейдж стоял на коленях передо мной. Я взяла его за лацканы пиджака и сузила глаза, в попытке сфокусироваться.

– Перед тем, как мы уйдем… – Я наклонилась ближе, не понимая и не соображая, что делаю. – Поцелуй меня.

Когда ничего не произошло, я снова открыла глаза и увидела ухмылку на лице дьявола.

– Не сегодня, мышка.

С этими словами он поддался вперед, подхватил меня за бедра и закинул на плечо. Мои руки свисали за его спиной, как и голова. Сопротивляться сил не было, но я и не хотела. Я наслаждалась его присутствием и прикосновениями. Кажется, я даже бормотала, что-то о том, как мне хорошо.

Ледяная вода, попавшая на мое лицо, волосы и тело мгновенно заставила меня прийти в себя.

– Ричард!

– Потерпи. – Только сказал он, продолжая поливать меня из душа. Я прижала ноги к груди и опустила голову. Было чертовски холодно, но, кажется, это помогало. За последние сутки, я не чувствовала себя более живой, чем сейчас.

Как только ледяной душ закончился, я могла держать глаза открытыми дольше. Ричард протянул мне руку, и я обвела взглядом его внешний вид. Пиджака уже не было, рукава рубашки закатаны до локтей открывая мужественные запястья покрытые венами.

Я взяла его за руку и встала. Босс помог мне выйти из ванны и усадил на крышку унитаза.

– Я схожу за сухой одеждой, не двигайся.

Я смогла лишь кивнуть, обхватила себя ладонями, пытаясь согреться.

Ричард появился с футболкой и шортами. Очевидно, он нашел это в моем шкафу и мысль о том, что он еще мог там увидеть, застала меня врасплох.

Важно ли это сейчас? Не думаю.

– Я тебя переодену, а потом отнесу в постель. – Тем властным голосом, который не подвергается отказу – сказал он.

– Что? Нет. – Прохрипела я.

– Отлично, пришла в себя?

– Я… Да… Наверно…

– Тогда сможешь переодеться сама? – Недоверчиво спросил Ричард, протягивая мне одежду.

Я посмотрела на свои штаны и представила, как тяжело сейчас будет стянуть с себя мокрую ткань.

Побеждено вздохнув, я сказала: – Хорошо… Только не смотри и не трогай.

– Как ты себе это представляешь? Раздеть тебя силой мысли?

Мне хотелось, что-то сказать, но спорить сил не было. – Ладно.

Ричард подошел ближе. – Подними руки.

Сжав губы, я сделала, как он сказал.

Босс стянул с меня мокрую ткань, и я вспомнила, что не мылась больше суток, но если он и почувствовал, то не показал это.

Холодный воздух обдал моё мокрое тело, соски тут же затвердели. Подняв руки, но на секунду позже, чем нужно, я прикрыла грудь.

Ричард вел себя сдержанно, не позволяя себе прикасаться ко мне без необходимости. Я всматривалась в его мужественное лицо, но ничего там не видела. Он выглядел все таким же собранным и спокойным, как обычно. Мне стало не по себе, но не по той причине, по которой должно было быть.

Я думала о том, что возможно моя грудь ему не понравилась. Она не большая, вероятно, гораздо меньше, чем у Марианны или других женщин, к которым он привык.

Поймав мужской взгляд, я заметила, что его радужка не черная, как обычно. Теплая. Шоколадная. Медовая.

Покончив с верхом, Ричард опустился передо мной на корточки и начал стягивать спортивные штаны. Я оперлась руками на крышку унитаза и приподняла бедра. Он стянул штаны вместе с трусиками, и я сразу натянула сухую футболку, чтобы скрыть интимное место между ног.

Снова поймав его взгляд, я вновь потерпела неудачу. Ничего. Ни намека на похоть.

Это глупо, я болею, а он пытается помочь, но почему-то я хотела, увидеть в нем хоть каплю желания.

Мистер Харрисон – врач, которого пригласил Ричард, приехал спустя десять минут, когда я уже лежала с холодным полотенцем на голове в своей постели. Он сделал мне укол и провел осмотр.

– Да, ситуация могла стать критической, если бы не мистер Стрейдж. – Сказал пожилой доктор, в толстой оправе очков и седыми волосами на макушке.

Он написал, что-то на листе, затем вздохнув, взглянул на меня. – Ваша температура тридцать девять и пять, вы должны были сразу вызвать врача, почему вы не сделали этого, мисс Джонсон?

– Я… – Бросив быстрый взгляд на босса, который стоял, скрестив руки на груди и оперевшись на дверной косяк, я прочистила горло. – У меня нет градусника. Я не знала, что температура такая высокая. – Прошептала я.

Доктор удивленно вскинул брови, а Ричард покачал головой.

– Вам, не пятнадцать лет, мисс Джонсон. Вы должны приобрести не только градусник, но и полноценную домашнюю аптечку. – Доктор Харрисон встаёт, разворачивается к боссу и протягивает листок бумаги. – Тут список лекарств и рекомендации для скорейшего выздоровления. Постельный режим пять дней. Сейчас я сделал ей укол, но нужно будет понаблюдать за состоянием, вы будете рядом? – Доктор ждет ответа Ричарда, когда ко мне приходит осознание.

– Подождите, что? Пять дней? Я не могу. У меня работа! – Я пытаюсь встать, но доктор мягко толкает меня в плечо, пытаясь уложить на место. Я на секунду замираю и сразу замолкаю. Ричард напрягается, глядя на руку доктора.

– Мисс Джонсон, думаю, ваше начальство поймет. В таком состоянии небезопасно много двигаться и заниматься умственной деятельностью. – Когда он убирает руку, я расслабляюсь.

– Вы не знаете моего босса. – Шепчу, глядя в потолок.

– Никаких разговоров, я открываю больничный. – Он снова смотрит на Ричарда. – Так вы останетесь?

Мускул на лице босса незаметно дрогнул, когда он посмотрел на меня, затем на доктора. – Останусь.

– Отлично, меняйте полотенца на лбу каждые два часа. После укола, она проспит несколько часов, у вас пока будет время купить необходимые лекарства. Всего доброго.

Ричард закрывает за доктором дверь, стягивает с себя галстук и бросает его на комод.

– Мистер Стрейдж, вы не обязаны оставаться. У вас презентация, я справлюсь. Тем более я буду спать до вечера под действием укола. – Хрипло произношу я, наблюдая, как он снимает часы и запонки. – Что…Что вы…? – Я не успеваю закончить, как он ложится рядом, обхватывая мою талию рукой.

– Спи, мышка. Я буду рядом. – Шепчет он в мою шею.

Я не верю тому, что происходит. Если это действия от укола, то я буду рада приобрести еще парочку.

Но все кажется таким реальным.

Ричард гладит мои волосы свободной рукой, я вдыхаю носом цитрусовый аромат, обхватываю его руку, которая удобно лежит на моей талии и закрываю глаза, погружаясь в сладкий сон.

Глава 12

Когда я открываю глаза, за окном уже светит яркое солнце. Вытянув ноги и руки, чувствую прилив сил. Видимо укол подействовал, и температуры уже нет.

Не припомню, когда за последние пять лет, чувствовала себя так плохо. Если бы не Ричард…

О, Боже мой! Ричард!

Резко поднявшись, я вспоминаю вчерашний день. Все, как в бреду. Ричард, холодный душ, доктор, руки босса на моей талии, забвение.

Повернувшись, я провожу ладонью по свободной половине кровати. Она мятая, но холодная. Он точно был здесь, спал со мной, но видимо уже ушел.

Тянусь к телефону и широко раскрываю глаза. Семь утра. Я спала почти сутки.

Решительно встаю, чтобы принять душ и выпить воды. Глотать уже не так больно, а нос не кажется таким забитым, как вчера.

Ну, просто чудо укол.

Когда я иду по коридору, то замечаю открытую дверь в свою временную мастерскую. Я пытаюсь вспомнить, может это я оставила её открытой, но осознание бьет меня по голове словно кирпич.

– Только не это…

На цыпочках, я подхожу к двери, читая молитвы про себя, но конечно ничто меня уже не спасет. Ричард Стрейдж стоит напротив мольберта, на котором больше нет защитной ткани, и хмуро смотрит на своей портрет.

Я молчу, ожидая его сокрушительной реакции, но когда он, наконец, замечает меня, то говорит: – Какого черта, Алиса?

Я прокручиваю в голове все возможные варианты, как объяснить то, что он нашел.

Думаю, в принципе, сложно что-то ответить человеку, который находит свой портрет в чужом доме.

«Это не то, что ты подумал»? Как вариант, но чаще всего, дальше следует какая-то чушь.

Когда я застала Люка с другой девушкой, он сказал именно эти слова.

Возвращаясь к тому, что происходит сейчас… Однозначно, это странная ситуация, я бы даже сказала – пугающая.

Ричард подходит ко мне почти вплотную. Я нервно прикусываю губу и отвожу взгляд, пытаясь придумать ответ, который меня оправдает. Схватив меня двумя пальцами за подбородок, он поднимает мою голову так, что я вынуждена встретиться с его темным взглядом.

– Что. Это. Значит?

– Эм… Это… Это твой портрет. – Шепчу я очевидные вещи.

– Серьезно? Я подумал это портрет моего брата-близнеца – Его пальцы крепче сжимают мои щеки. Я чувствую свежее дыхание на своем лице. – Я вижу, кто там изображен. Зачем?

Резким движением, я дергаю головой, вырываясь из его хватки. Мой взгляд падает на картину, и я вспоминаю каждую секунду, которую провела, работая над этим произведением.

Вспоминаю всё то, что испытывала, держа кисть в руке.

Освобождение. Покой. Силу.

–Я… Раньше, я много рисовала… Но обстоятельства вынудили меня прекратить.– Делаю паузу, тяжело сглатывая. Мне не хочется выглядеть уязвимой, больше, чем уже есть. – Ты… То есть… Твоя внешность мне понравилась. – Это не вся правда. Мне действительно нравится его брутальная внешность, но характер и эмоции, которые вызывал во мне этот мужчина… Именно это заставило меня взять кисть в руки. Но ему не нужно знать таких подробностей, его эго и так слишком велико. – В общем, я вдохновилась. Прости.

Он делает шаг вперед, я назад, но тут же, врезаюсь спиной в стену, так, что попадаю в западню. Его теплые руки снова ложатся на мои щеки, но теперь в более нежном, мягком жесте.

– Посмотри на меня.

Я поднимаю взгляд и вижу, что-то новое в его глазах. Я не могу понять, что это. Эмоция, которой раньше там не было.

Мы так близко друг к другу, что я вижу каждое мелкое вкрапление в его обсидиановых радужках и стараюсь запомнить, чтобы позже прорисовать.

– Надеюсь это не какое-то нездоровое помешательство? Когда ты закончишь, ты не захочешь меня убить, а потом поставишь портрет на алтарь рядом с предыдущими жертвами? – Шутит босс и мне становится легче дышать. По крайней мере, он не злится, это уже что-то.

– Что? Нет. Конечно, нет. Я могу уничтожить ее, если тебя это беспокоит. – Мой голос непринужденный, будто я действительно с лёгкостью могу погубить свои труды. Но это не так. Этот портрет значит для меня гораздо больше, чем он может представить.

Ричард молчит, видимо, обдумывая мои слова. Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, пока он пристально изучает моё лицо.

– Мне нравится. – Наконец отвечает он, и я удовлетворенно прикрываю глаза на секунду.

– Я не хотела, чтобы ты увидел.

Его голова опускается ниже. Наши губы буквально в нескольких миллиметрах друг от друга. Моё сердцебиение ускоряется, а пальцы ног сжимаются от предвкушения.

– Почему? – Выдыхает босс мне в губы. Меня уже не волнует, что я не чистила зубы двое суток. Так сильно я хотела попробовать его на вкус.

– Боялась, что ты разозлишься. Подумаешь, что я сумасшедшая фанатка и все такое…

– Это не так? – На губах Ричарда расцветает самодовольная улыбка. Я опускаю глаза, чтобы запомнить, ведь он так редко делает это. Улыбается.

У него даже есть маленькая, едва заметная, родинка над верхней губой, которую я раньше не замечала.

– Нет. – Бесшумно произношу я, не желая отрываться от его губ. Со стороны, они кажутся слегка сухими, и меня одолевает желание провести по ним языком.

Боже мой, когда мои мысли в отношении мужчин так изменились? Точно. В день, когда я впервые встретила своего генерального директора.

– Не делай этого, мышонок. – Улыбка с его лица пропадает, а голос становится низким, даже угрожающим.

– Чего?

– Не смотри на меня так. Тебе не понравятся последствия. – Я хочу ответить, что готова проверить, но его рука начинает медленно двигаться по моему лицу и доходит до лба.

– Тебе нужно лечь, температура все ещё есть.

Магия рассеивается, я моргаю и поднимаю глаза.

Глупая, о чем ты думала?

– Я бы хотела сходить в душ. – Я надеваю маску хладнокровия, пока внутри меня все пылает.

Он кивает и делает шаг назад.

**

Душ забирает много сил, поэтому я сразу иду в спальню и ложусь в постель. Но стоит моей голове коснуться подушки, как я подскакиваю и кричу: – Ричард!

Босс тут же появляется в дверях. – В чем дело?

– Презентация. Итальянцы! Ты все пропустил?

Его губы сжимаются в тонкую линию, а взгляд переходит с меня на окно.

– Дэниел провел встречу. Тебе не о чем переживать. – Невозмутимость его голоса поражает.

– Разве ты не должен был присутствовать? Ты говорил это важный проект, уверен, что все нормально? – Мой голос слегка срывается, я хватаюсь за горло от боли. Ричард замечает это и подходит ближе.

– Меня, конечно, возбуждает твой сладкий голос с легкой хрипотцой, но тебе стоит задавать поменьше вопросов.

Еще один шаг. Мне кажется, что босс собирается самостоятельно уложить меня в постель, но резко останавливается на полпути.

– Но мы ведь столько готовились, это было важно… – Он не должен был пропускать такой важный день из-за незначительного заболевшего ассистента.

– Черт возьми, я же сказал, что все под контролем. Не думай об этом, отдыхай. – Развернувшись на пятках, он выходит из спальни.

Какое-то время, я не могу отделаться от чувства вины. Хоть Ричард и сказал, что Дэниел провел презентацию, мне казалось важным его присутствие на этой встрече.

Как только мне станет легче, я сразу выйду на работу и поговорю с мистером Ленсли. Уверена, он будет более сговорчив и расскажет мне, как на самом деле прошла встреча.

Сексуальный дьявол в темно-синих брюках и белой рубашке, возвращается в мою спальню спустя десять минут. В одной его руке кружка с котиками, а в другой небольшой белый пакет. Так не должно быть, но он выглядит более соблазнительно, чем обычно.

Я ловлю себя на мысли, что стала думать о нем в таком контексте слишком часто. Особенно последние несколько часов. Может это действие укола?

Ага, конечно. Дело в уколе.

– Что это? – Киваю в сторону пакета.

– Лекарства.

– Ты ходил в аптеку?

Он ухмыляется. – Послал водителя.

Закатываю глаза и беру кружку. – Это чай?

– Тебя, что-то удивляет?

– У меня нет чая.

– Теперь есть. Если ты закончила с вопросами, мне надо отъехать по делам. Твой холодильник все еще пуст, так, что я куплю продуктов на обратном пути. Обед из ресторана на столе.

Мой рот открывается, затем закрывается, будто я немая рыба. Что он сделал с моим боссом-дьяволом и кто этот мужчина? Где тот, кто заставлял меня высчитывать норму калорий и давал другие бредовые задания?

Эта его сторона добрая, сострадательная и заботливая. Версия, что я все-таки умерла, внезапно становится слишком правдоподобной.

Мне становится грустно от того, что Люк не делал для меня ничего подобного. Я думала, что мы действительно любим друг друга, но думая об этом сейчас, я вспоминаю, что каждый раз, когда я заболевала, рядом была только Хелен.

Не дождавшись от меня ответа, Ричард разворачивается и выходит из спальни.

– Подожди! – Зову его я, и мужчина останавливается, не оборачиваясь. Я смотрю на его спину и ниже на ягодицы, обтянутые брюками. – Спасибо, но… – Я запинаюсь, в попытке, правильно подобрать слова.

Его лицо выглядит хмурым, когда он поворачивается. Я делаю вдох и говорю: – Разве не ты говорил про дистанцию? Или Ричард Стрейдж со всеми своими сотрудниками такой заботливый?

Босс опускает голову, будто проиграл в войне, и несколько прядей спадают на широкий лоб. Руку жжет от желания прикоснуться к его волосам.

– Наши грани слегка размылись, не находишь? И я просто добр к тебе, не более.

Злое фырканье вырывается из моего рта. – Ты? Добр ко мне? С чего бы? – Это звучит грубо, но, что за одолжения он мне делает? Ричард молчит, и я решаю сбавить обороты. – Я уже начинаю скучать по моему строгому начальнику.

– Он будет ждать тебя, как только ты вернешься в офис. И вообще, кажется, ты слишком много болтаешь для той, кто еще вчера чуть не умер от высокой температуры.

Глупая улыбка появляется на моих губах. – С нетерпением жду с ним встречи.

Он облизывает губы, его глаза загораются, но в следующую секунду он стирает это выражение лица. – Если что – звони.

***

На следующие несколько часов я проваливаюсь в неглубокий сон. Но когда открываю глаза, тут же, прислушиваюсь к тишине.

Вернулся ли Ричард? Вернётся ли он вообще? Он сказал, что купит продукты, это значит, что я увижу его снова в ближайшее время? Верно?

Я не могу отделаться от мыслей, что думаю о боссе слишком много. А как иначе? Он так ухаживает за мной, будто мы пара. Но это глупо. Да и вообще, готова ли я впустить кого-то в свою жизнь? Хочет ли этот кто-то, чтобы его впустили? И разве у него нет девушки?

Серьезно, Алиса? Ты решила вспомнить о ней сейчас? После того, что у вас было в Сиэтле?

Тогда, я действительно не подумала о ней. Я никогда не стала бы разрушать чьи-то отношения, но я не владею полной информацией, значит это не считается, верно?

Он говорил, что просил ее забрать вещи. Что это могло значить? Первое, что приходит на ум, это их расставание. Но, что если нет? Я просто стану той самой девушкой, с которой мне изменил Люк.

Дешевой и недостойной.

Из мыслей меня вырывает звонок телефона. Я тянусь к прикроватной тумбочке и беру его.

– Детка! Привет! – Кричит мне на ухо Хелен и я убираю трубку от уха, чтобы не оглохнуть.

– Привет. – Хриплю я.

– Ты в порядке? – Голос подруги тут же сменяется на волнительный.

Я вспоминаю, как в старших классах, отец не давал мне лекарств во время болезни, говоря о том, что помолится Богу за моё здоровье. Одержимый мудак мог убить меня, если бы не лучшая подруга, которая оставляла пару пачек ибупрофена под деревом на нашем задней дворе. Под предлогом того, что выношу мусор, я забирала лекарства и пила их втихаря.

– Да, просто приболела.

– Тебе, что-то нужно? Лекарства? Я могу сделать онлайн доставку. – Бубнит Хелен, словно заботливая мама-наседка.

– Все хорошо, у меня все есть. Правда. – У меня начинается приступ кашля, Хел ждёт, пока я закончу.

– Ладно.– С сомнением произносит подруга, но продолжает. – Тогда я буду говорить, а ты слушай. Мы с Кристианом отправляемся в Польшу на похороны к его троюродной бабушке, а потом в Америку. Так что мы, очень скоро увидимся.

– О, мне жаль, передай Кристиану мои соболезнования.

– Не волнуйся, он даже не знал её. Отец настоял, чтобы мы были. Я буду держать тебя в курсе с помощью смс, чтобы не напрягать твои голосовые связки.

– Хорошо, спасибо. Пока. – Шепчу я, и сбрасываю вызов.

Следом прилетают две фотографии, где они с Кристианом стоят в обнимку. Я искренне радуюсь, что подруга счастлива.

За последние два года, наши встречи с Хел стали большой редкостью.

Подруга старше меня на год, и когда, семь лет назад, пришло время выбирать университет, она осталась в Питтсбурге, только, чтобы не оставлять меня наедине с отцом.

В отличие от Люка, который уехал в Нью-Йорк, говоря о том, что должен учиться, чтобы обеспечить нашу жизнь. Я поверила ему, а Хелен называла его мудаком, который бросил меня на растерзание зверю.

В любом случае, я продолжала оправдывать Люка, а её отговаривать от идеи оставаться, но эту девушку невозможно переубедить.

Спустя два года, жизнь круто изменилась, и Хелен уговорила меня покинуть родной город. Люк помог подать документы в тот же университет, где учился сам и мы с Хел стали студентами Нью-Йоркского университета. Только она была на курс старше.

Сейчас, я думаю, если бы не упорство моей лучшей подруги, я бы так и осталась жить в своем старом доме, запертая в воспоминаниях прошлого.

Грохот на кухне заставляет меня подскочить с кровати.

Что за ерунда?

Медленно поднявшись, я иду на кухню и резко выкрикиваю, когда ни кто иной, как мой кот Орион, вылетает из-за угла и проносится мимо.

Пройдя дальше, я вижу несколько разбитых чашек на полу. Видимо, несчастное животное никто не накормил, и он полез добывать еду самостоятельно.

Я наклоняюсь, чтобы убрать осколки, но резкий стук в дверь, снова заставляет меня подскочить.

Да, что ж такое?

Пока иду к двери, замечаю, небольшой порез на ладони. Видимо, я случайно порезалась, пока собирала осколки.

Стук повторяется, когда я открываю дверь.

– Эрик? Привет…

– Алиса… Привет. – Мужчина заметно волнуется, впрочем, как и я. Откуда он знает номер моей квартиры? Эрик будто читает мысли, потому, что тут же продолжает: – Я заметил, что тебя нет на работе, поспрашивал и узнал, что ты на больничном. Прости, мне пришлось взломать базу, чтобы узнать твой полный адрес. – Его губы сжимаются, и он протягивает прозрачный пакет с апельсинами. – Вот. Это тебе.

Ох, спасибо. – Что ж, Эрик разбирается в компьютерах, так что в этом есть смысл. Не думаю, что он пришел убить меня с пакетом апельсинов. – Зайдешь?

Он кивает и проходит в небольшой коридор.

– Я чувствую себя виноватым, не нужно было так долго водить тебя по улице.

Скорее всего, я действительно простыла, потому что замерзла на нашей прогулке, но мне не хотелось, чтобы Эрик винил себя. Тем более, мы действительно хорошо провели время.

– Не переживай, я чувствую себя лучше, возможно это какой-то вирус. Знаешь, люди в метро не прикрывают рот, когда чихают. – Я прохожу на кухню, сажусь на корточки и убираю беспорядок, который устроил мой кот.

Эрик пристально наблюдает за моими движениями.

– Что с твоей рукой?

Я опускаю голову и вижу, что тот порез, который сначала показался мне минимальный, выпустил большое количество крови. Алая жидкость начинает стекать по руке и пачкать пол.

– Черт, извини. – Я хватаю бумажное полотенце, которое тут же становится красным. – Кот разбил кружку, я порезалась. Присаживайся, я сейчас все вытру и сделаю чай.

Я начинаю искать тряпку, чтобы скрыть остатки преступления, как слышу хлопок двери. Эрик вместе со мной оборачивается на звук, и мы видим нашего босса с пакетами в руках.

Прекрасное зрелище, но такое не уместное.

Честно говоря, я не думала, что он вернется так рано, если вообще вернется.

Ричард прищуривает глаза, смотря то на меня, то на Эрика, который стоит, замерев от шока.

Это плохо. Это очень плохо.

– Мистер Стрейдж…? – Эрик нарушает молчание. Заметно засуетившись, подходит к боссу, протягивая ему руку. Мужчина с черными глазами медлит. Смотрит на повисшую в воздухе ладонь своего сотрудника, но все же, ставит пакеты на пол и отвечает рукопожатием.

Мне кажется, я не дышу, пока наблюдаю за происходящим. Тишина начинает меня пугать, поэтому я говорю первое, что приходит в голову:

– Вы привезли документы по проекту, мистер Стрейдж?

Босс молчит, сверля меня диким, анархичным взглядом. Я прикусываю губу, глядя на то, как пульсирует венка на его лбу.

Слава богу, Эрик понимает, что ему пора уходить. Он бормочет какие-то извинения и выходит из квартиры.

Последнее, что я слышу, это то, что ему жаль, что я заболела из-за него.

Мы с Ричардом стоим в нескольких метрах друг от друга в неподвижном молчании.

Его взгляд медленно проходится по моему телу, затем останавливается на кровоточащей руке, про которую я снова забыла.

– Что с рукой?

– Порезалась.

– За что он извинился?

Я прищуриваюсь, пытаясь понять, что он имеет ввиду, когда мозг начинает функционировать раздражаюсь от его допроса.

– Какая разница?

Он подходит ближе. – Разве я не говорил, что не допущу служебных романов в моем офисе?

– Разве я не говорила, что между нами ничего нет? – Парирую я, и задираю подбородок, внутренне гордясь собой.

Он сверлит меня обсидиановым взглядом и мне становится не по себе.

Может дело в болезни, но я чувствую, что мне душно, а голова начинает покалывать от боли. Делаю шаг назад, но Ричард хватает меня за локоть. – Я не договорил.

Я смотрю на его руку, которая больно сжимает мою кожу и впервые рядом с ним, чувствую страх. Меня начинает потряхивать, я закрываю глаза, делаю глубокий вдох и считаю в уме.

Пять. Десять. Пятнадцать.

Похоже, Ричард замечает, что я вот-вот сорвусь, поэтому отпускает меня, но это не помогает.

Это не он. Это не отец. Все хорошо.

Ты в безопасности. Открой глаза. Взгляни. Это я.

Я понимаю, что последние слова принадлежат не мне, а все что я говорила ранее в своей голове, неосознанно произнесла вслух.

Раскрываю глаза и вижу Ричарда. Его лицо напряжено, брови сошлись на переносице, он явно в замешательстве. Мысленно говорю, чтобы он не останавливал меня и делаю шаг назад. Второй. Третий.

Мужчина понимает намек и не шевелится.

Я бегу в спальню и захлопываю дверь. Дыхание сбилось, я прижимаюсь спиной к стене и медленно скатываюсь на пол. Вновь начинаю считать. Руки сжимаются в кулаки, ногти причиняют боль, оставляя отпечатки полумесяца.

Пять… Десять… Пятнадцать… Двадцать…

Хорошо.

Делаю глубокий вдох и чувствую, что прихожу в норму.

Я нахожусь в комнате еще минут пятнадцать, прислушиваясь, ушел ли Ричард. Ничего не слышу, и разрываюсь выйти и проверить или остаться в спальне.

С одной стороны, мне хочется верить, что он не сбежал, после моего маленького шоу, но с другой, теперь, мне будет крайне неловко.

Смотрю в окно на небо и проклинаю своего отца, за то, что сломал меня.

За то, что целых четыре года моей жизни издевался надо мной.

Даже сейчас, после его смерти, я не свободна.

Я заперта в страшных триггерах прошлого и не могу жить нормальной жизнью.

Псих, который избивал, морил голодом и запирал родную дочь в подвале, всегда будет жить в моей голове.

Отчасти, я понимаю, что и он был сломан. Смерть мамы изменила его, и ему требовалось лечение. Но я поняла это слишком поздно. Не тогда, когда он сломал мой мольберт и избил меня деревянной ножкой.

Мои шрамы на теле давно зажили, но внутренние… Душевные. Не пропадут никогда.

Тихо открыв дверь, я иду в ванну, чтобы умыться. Замечаю Ричарда стоящего у плиты.

Он готовит.

Боже. Этот мужчина не только не сбежал, он остался и, черт возьми, готовит.

Приведя себя в порядок, я встаю рядом с ним и наблюдаю, как он мастерски маринует стейки.

Он не смотрит на меня, но я вижу, что его лицо уже не так напряжено.

– Голодна? – Спрашивает босс, глядя на меня через плечо.

– Немного.

Он кивает, затем заканчивает своё занятие, моет руки и оборачивается ко мне.

– Ты в порядке?

Я киваю, желая, чтобы он не начал расспрашивать меня о произошедшем. Я не готова поделиться. Не сейчас.

– Ты расскажешь, за что извинялся Эрик? – Его голос спокойный и я замечаю, что он не пытается уменьшить дистанцию между нами, как делает обычно. Вероятно, теперь он вообще не притронется ко мне. Это заставляет меня расстраиваться, хотя я должна быть счастлива. Но все же, мне приятно, что после случившегося он внимателен к моему пространству.

– В субботу мы гуляли в парке. Он считает, что из-за него я замерзла и заболела.

Ричард сжимает руки и делает едва заметный шаг ко мне. Но в этот раз, я в порядке. Я могу справиться с этим.

– Какого черта ты проводишь с ним время? – Рычит он, и по моему телу распространяется тепло от его собственнических замашек.

– Не вижу в этом ничего такого. У меня был выходной, мне все равно было нечем заняться.

Еще один шаг. Я чувствую напряжение между нами, но это другое. Возбуждающее. Дикое напряжение. Оно мне нравится.

– Может мне стоит загрузить тебя работой, если тебе скучно?

На этот раз, я сокращаю расстояние, и наша грудь касается друг друга. Он удивленно вскидывает брови.

Не знаю, что на меня нашло, но я хочу почувствовать его. Хочу точно знать, что рядом с ним я в безопасности. Хочу, чтобы он увидел, что я не хрупкая, и не сломаюсь.

Провожу рукой по его плечу, наслаждаясь замешательством в темных глазах.

– Не нужно. – Шепчу я. – У меня достаточно работы. Мой босс, знаете ли… Слишком требователен.

Ричард кладет руку мне на талию, наблюдая за реакцией. Я уверенно встречаю его взгляд, давая понять, что не возражаю.

Он нежно проводит рукой вверх и моя футболка слегка задирается.

Наши глаза держат друг друга в плену. Я дрожу от возбуждения, но его рука замирает.

– Не останавливайся…

Он тяжело выдыхает, прижимая моё тело к своему. Босс опускает голову и проводит носом по линии моей челюсти. По телу бежит приятная дрожь, скапливаясь в местечке между ног.

– Твой босс чертовски не хочет, чтобы ты проводила время с другими мужчинами. Разве он не говорил, что ты принадлежишь ему? – Шепчет он в мою шею, затем проводит по ней языком.

Я хватаюсь за его плечи, чтобы удержать равновесие, потому, что от его слов у меня начинает кружиться голова.

Теплые губы касаются моей ключицы, я не могу сдержать стон.

Ричард покрывает поцелуями мою шею, поднимаясь к лицу. Мы встречаемся глазами буквально на секунду. Он будто спрашивает позволения, хотя мы оба знаем, что этот мужчина возьмет все, что захочет. И, наконец, наши губы встречаются.

Сколько я фантазировала, представляла, как это будет, ничто не может сравниться с реальностью.

Это всепоглощающий поцелуй. Разрушающий. Наказывающий.

Его губы двигаются в доминирующей манере. Я не успеваю понять, как он, раскрывает мой рот и его язык оказывается внутри.

Поцелуй такой интенсивный, что мне сложно подстроиться. Он хватает меня за шею сзади и притягивает еще ближе. Мои колени дрожат, я сильнее сжимаю его плечи, чтобы не упасть.

Ричард забирается рукой под мою футболку и касается твердого соска. Я ахаю от приятных ощущений, и он поглощает это звук, кусая меня за нижнюю губу.

Ловлю себя на мыслях, что это больше, чем поцелуй. Ричард Стрейдж явно подтверждает свою точку зрения, в том, что я принадлежу ему. Я точно знаю, что он прав, но отказываюсь сдаваться так легко. Мои пальцы запутываются в его волосах, и я сильно их сжимаю. Он рычит, разворачивает нас и прижимает мою спину к стене.

Зуд между ног усиливается. Каким-то образом, я седлаю его колено и трусь сердцевиной, желая облегчить свое состояние.

Это потрясающе. Битва, в которой я рада остаться проигравшей.

Чувствую твёрдую эрекцию на своем животе и прихожу в восторг от того, что именно я смогла довести его до такого состояния.

– Черт возьми, ты сводишь меня с ума, маленькая мышка. – Рычит он, затем вновь обрушивается на мои губы. Его рука играет с моим соском, в то время, как другая крепко держит за шею не давая мне возможности оторваться. Но я и не хочу делать этого

Все рассеивается, когда босс резко делает шаг назад, отпуская моё тело.

Мои губы жжет от поцелуя, и я инстинктивно прикасаюсь к ним пальцами. Все тело пульсирует, словно сгусток нервных окончаний.

Ричард выглядит лучше. Более собранно, но его глаза рассеяны.

Я наблюдаю, как выглядывает кончик его языка и медленно проходится по губам. Мужчина замечает, что я смотрю, и опускает голову. Если бы я не знала его лучше, то подумала бы, что он смущается.

– Почему ты остановился? – тихо спрашиваю я.

– Мы не должны были делать этого.

– Почему? Я… я не нравлюсь тебе?

Он фыркает и проводит рукой по волосам. – Задай другой вопрос, Алиса.

Я хмурюсь. Что это должно значить?

– Просто скажи, в чем дело, ладно?

– Я говорил, что романы в офисе запрещены, это относится и ко мне. Я не должен переходить границ.

– Но ты сам сказал, что границы размылись. – Топаю ногой и чувствую, как моя шея краснеет от злости. – Ты не можешь сначала говорить, что я принадлежу тебе, потом целовать, а потом отталкивать. Лучше вообще не прикасайся ко мне, уходи! – Кричу я и выбегаю из кухни.

Второй раз за час. Черт.

Глава 13

Поцелуй с Ричардом Стрейджем был потрясающий, я никогда не испытывала ничего подобного. Такую дикую, я бы даже сказала, первобытную потребность почувствовать мужчину.

Когда Люк целовал меня, было так, словно я целую французского бульдога. Мокро и неловко.

С Ричардом даже близко не так. Его поцелуй нельзя назвать милым или невинным. Горячие губы на моих губах и руки под футболкой, так опалили мою кожу и внутренние органы, что я не хотела останавливаться. Хотелось большего.

После поцелуев с Люком, хотелось лишь пойти и умыться, редко продолжения.

Думая об этом сейчас, я слегка жалею, что потеряла девственность с ним. Люк давил на меня, а я решила, что он мой единственный парень на всю жизнь. Казалось, я ничего не теряю, рано или поздно, это должно было произойти, так, что я согласилась. Согласилась, но в действительности готова не была. Не скажу, что он был ужасен, да и сравнить мне не с чем, но то удовольствие, о котором, рассказывала Хел, я не получала.

Но с Ричардом… Если он так целует, то, каков он в постели?

Мотнув головой, я попыталась отогнать эти мысли. Он ясно выразился, что между нами ничего не может быть. Я решила, что это был последний раз, когда я позволила ему прикоснуться ко мне. Я просто не выдержу и сбегу на другую планету, если он снова унизит меня отказом.

А может босс чувствует, что я неопытна? Может разговоры о запрете романов в офисе, лишь отговорка, чтобы не связываться со мной? В таком случае, почему он так резко реагирует, когда речь заходит об Эрике?

Нет. Я никогда не пойму этого мужчину. Но одно я знаю точно. Если бы у меня был выбор, я бы позволила ему зайти дальше. Даже если, в итоге – это разбило мне сердце.

По какой-то нелепой причине, именно он, мужчина, которого я знаю всего месяц, заставляет меня чувствовать себя живой и цельной. Будто никогда и не было моего ужасного прошлого.

Я кручусь под одеялом, но так и не могу уснуть. Окончательно меня заставляет открыть глаза, какой-то шум, доносящийся с кухни.

Ричард. Он не ушел.

Он, конечно, вывел меня из себя, но, когда я представляю, как он там, в своих приталенный брюках и рубашке, крутится на моей маленькой кухне… То ощущаю жгучий интерес и приятное волнение.

Я встаю и чуть приоткрываю дверь. Запах мяса тут же заставляет мой желудок жалобно заурчать. Я кладу на него руку, осознавая, что нормально не ела почти трое суток. От количества лекарств, которые я должна принимать у меня точно могут возникнуть проблемы, если я буду игнорировать свой голод.

Побеждено вздохнув, я иду на кухню.

Картина, которую я наблюдаю, заставляет мои брови подскочить. Ричард Стрейдж сидит за моим столом, покрытым красно-белой клетчатой скатертью и ужинает. Всё здесь кажется таким маленьким и незначительным, когда этот мужчина находится в помещении.

Или это его огромное эго?

Он ловко разрезает мясо ножом, накалывает кусочек вилкой, макает в соус и кладет в рот. Рядом стоит бокал с красным вином, а у меня, на секунду, даже нет бокалов.

– Ты собираешься ужинать в одиночку?

Придурок-босс, даже не удостаивает меня своим взглядом. Он продолжает ловко жевать, одновременно отрезая себе следующий кусок.

– Я дал тебе время прийти в себя.

Закатив глаза, я беру тарелку и приборы.– Как благородно с твоей стороны. – Он ухмыляется, но продолжает есть, с невероятной грацией, присущей только ему. – Ты пьёшь вино?

– Мне есть двадцать один.

– Просто подумала, что ты предпочитаешь более крепкие напитки, знаешь, такого янтарного цвета.

– Красное сухое вино. Тысяча девятьсот восемьдесят второго года. Подходит к стейкам.

Я киваю, делая вид, что понимаю, чем отличается вино прошлогоднее от вина сорокалетней давности. – Ясно.

Отрезав маленький кусочек мяса, я кладу его в рот и… Чертов дьявол! Говядина тает во рту, даже не смотря на среднюю прожарку. Как он приготовил это на моей кухне, у меня нет сковороды для гриля, а здесь видны характерные полоски.

Значит ли это, что помимо продуктов он купил бокалы и сковороду?

Хотя, чему я удивляюсь, я даже глазом не моргну, если он решит купить мне новую плиту, потому, что старая не подходит под его стандарты.

– Полагаю, тебе нравится? – Наконец, удостоив меня взглядом, спрашивает босс с хитрой улыбкой на лице.

Мне хочется кричать от восторга, потому, что соус и мясо приготовлены, как в ресторане с Мешленовской звездой, но я лишь пожимаю плечами и сухо бросаю:

– Неплохо.

– Конечно. Поэтому ты стонешь?

Я прищуриваюсь. Он же пошутил, верно?

– Я не делала этого.

Он ухмыляется, не опровергая свои слова и не подтверждая.

Господи… Как мы дошли до этого?

Кажется, что еще вчера, он поймал меня в коридоре и заставил стать его ассистентом. Прошел месяц, но из-за огромного количества событий, казалось, прошёл год. Иначе, как я могла объяснить такие резкие изменения в себе? Всё он. Мой босс, перевернул мою жизнь вверх дном и я должна бы держаться от него подальше, но не хочу. И не могу, потому, что он буквально решил поселиться в моей квартире.

Я буду лгуньей, если скажу, что мне не нравится то, как он заботится обо мне. Как идеально смотрится на моей маленькой кухне, когда готовит ужин. Как мы вместе этот ужин съедаем, несмотря на его ужасно красивое самодовольное лицо.

– Почему ты здесь, Ричард? – Спрашиваю не выдержав.

Он кладет очередной кусочек в рот и тщательно пережевывает. Это глупо, но даже его челюсть двигается красиво. Медленно, будто все время в мире на его ладонях. Затем берет бокал, делает глоток и облизывает нижнюю губу.

Черт возьми. Да прекрати ты уже! Просто ответь на вопрос!

Наконец, он поднимает на меня глаза и откладывает приборы.

– Я там, где хочу быть. – Вот и весь ответ. Конечно, что еще я могла ожидать.

– Разве ты не должен работать и ну… Твоя девушка? – Последнее я произношу тише, опустив глаза на тарелку.

– Мой ассистент на больничном. Я без неё, как без рук – Я поднимаю голову, ожидая увидеть насмешливое выражение лица, но встречаю нежную, искреннюю улыбку, которой там не было, ни разу.

Мне хочется улыбнуться в ответ, но я замечаю, что он промолчал на счет девушки.

– А…второе? – Засовываю кусок мяса в рот, просто, чтобы занять себя чем-то и не выдать волнение.

– Второе… – Он откидывается на спинку стула и складывает руки на груди. – Та часть, про девушку, да? – Он издевается и это очевидно, но я не поддаюсь. Киваю и продолжаю жевать. – Она не против поделиться.

Я давлюсь своим мясом. Не медля, встаю и беру его бокал, делая большой глоток.

Какого черта? Поделиться?

Когда, я убеждаюсь, что больше не нахожусь на грани жизни и смерти из-за куска говядины, поднимаю глаза и вижу, как его плечи трясутся в беззвучном смехе. Он прикрывает рот кулаком, нисколько не скрывая свое удовольствие.

Его смех… Это, как испытать слуховой оргазм.

– Ты покраснела, мышка. – Я бросаю вилку и кладу ладони на свои щеки.

Моя реакция смешит его еще больше, потому, что он откидывает голову назад и разражается еще более громким смехом.

Он злит меня, но я, как глупая дурочка, продолжаю наслаждаться звуком его смеха. Смотрю на щетинистую шею, и как красиво двигается его адамово яблоко.

Святая дева.

Моя новая цель – найти минусы в этом дьяволе. Конечно, помимо, дерьмового характера.

Когда босс, наконец, приходит в себя, я говорю:

– Я вообще-то серьезно.

– Почему ты не спросила меня об этом, когда кончала на мои пальцы? Или когда позволила овладеть этими губами? – Он крутит указательным пальцем перед моим лицом.

А я? Что я? Я пытаюсь скрыть смущение, которое вызвали его грязные слова. Он всегда произносит эти вещи так спокойно, будто спрашивает, который час.

– Я…я... была застигнута врасплох и не подумала об этом тогда.

– У меня никого нет. – Он не отводит глаз от моих губ. – Только маленькая заноза в заднице и головная боль, которую она вызывает.

– Головная боль? – Я пропускаю слова о занозе, потому, что не совсем понимаю, что это значит. – Может выпить обезболивающее?

Он усмехается, но не так, как несколько минут назад. Более грустно. – Обезболивающее не поможет.

***

Я мою тарелки в раковине, пока Ричард разговаривает по телефону. Он кричит и возмущается, но когда смотрит на меня, его губы кривятся в легкой улыбке.

Неосознанно вспоминаю его слова о головной боли. Не сразу, но в итоге я поняла, что «заноза в заднице» – это я. Сначала мне стало немного обидно, но позже я была рада, что плотно засела в его голове так же, как и он в моей.

Ричард даёт понять, что я что-то значу, подтверждая это чувственными прикосновениями. Но отношения в офисе запрещены. Для всех. Это бред, но я не могу пойти против правил. Если только… Уволиться? Если я не буду сотрудником «Strage Interprice», то возможно тогда, у нас с Ричардом появится зеленый свет.

Стоп. Что? Нет, я не уволюсь. Может я всё навыдумывала, может, ему вообще не интересна тема отношений, и тогда я просто потеряю работу по своей глупости. Этого не случится. Не из-за мужчины, который заявляет, что я принадлежу ему, а потом отталкивает, как надоедливую игрушку.

Всю жизнь я была зависима от отца, потом от Люка, больше этого не случится. Теперь, я сама по себе.

Ричард встает рядом со мной, когда я вытираю посуду сухим полотенцем и складываю в шкафчик. Его руки спрятаны в карманы брюк, а взгляд блуждает по правой стороне моего лица. Я не смотрю на него, но чувствую тепло, распространяющееся по щекам и шее. Меня немного злит то, что я не могу управлять своим телом в его присутствии.

– Я хочу, чтобы ты закончила портрет. – Произносит мужчина тем тоном, с которым заключает важные сделки.

Я откладываю тарелку и смотрю на него выпученными глазами. Не знаю, чего я ожидаю, может слов, что это шутка, но босс молчит.

– Серьезно?

– Да.

– Зачем тебе это? Хочу сразу предупредить, я не отдам его.

Он пожимает плечами, делая вид, что ему все равно соглашусь я или нет, но мне кажется здесь нечто большее.

– Это интересный опыт. Я ни разу не был натурщиком.

Я прищуриваю глаза, в попытке выявить настоящую причину, но его лицо непроницаемо.

– Что ж… Тогда пошли.

– Ты уверена, что готова?

Я не совсем понимаю, что он имеет ввиду, поэтому просто киваю.

Конечно, писать портрет – это, несомненно, очень сложная кропотливая работа, но я, все же, не вагоны разгружать буду. Думаю, ему будет гораздо сложнее, сидеть в одном положении в течение нескольких часов.

Мы заходим в мою временную мастерскую, и я скидываю хлопковую ткань с мольберта.

– Так… – Стучу пальцем по нижней губе и кручусь на месте, пытаясь определить, какой угол комнаты лучше освещен. Места не много, здесь два окна, с широкими подоконниками, один из которых занят моими принадлежностями для рисования и куча коробок с хламом из прошлого. – Поставь стул вон там. – Указываю пальцем на пустое место рядом с другим окном. – Сними рубашку и садись.

Ричард приподнимает одну бровь, но делает так, как я сказала.

Я даже не сразу понимаю, с какой лёгкостью и без капли смущения, попросила его снять рубашку. Это исключительно профессиональная просьба, но теперь… Теперь, когда я вижу, как переливается его слегка смуглая кожа на солнце, как играют мышцы, пока он вешает рубашку на спинку стула… Думаю, это будет гораздо сложнее, чем я думала.

Ричард садится, его спина прямая, а лицо хмурое. Он заметно напряжен и мне не нравится это. На моем портрете, его глаза живые, а эмоции свободны.

Поэтому, я подхожу к нему сзади и провожу руками по твердым плечам.

– Ты должен расслабиться. – Я поглаживаю его спину, и он тяжело выдыхает через нос. Меня смешит такая реакция, но я польщена.

Думаю, мне не одной будет сложно сосредоточиться. Встаю перед ним и тру подбородок. Все равно не то. – Лицо тоже должно быть расслабленно. Я вижу тебя иначе, чем тот, кого ты показываешь всем остальным. – Моя ладонь касается его шершавой, от щетины, щеки. Темные глаза тут же становятся точно такими же, как на моем портрете. Я облизываю губы, впечатлённая тем, как он реагирует на мои прикосновения. – Сними свою маску Ричард.

– Если ты продолжишь в том же духе, мы не дойдет до дела. – Рычит он, а я широко улыбаюсь и сажусь перед мольбертом.

– Хорошо, просто сиди и думай о чем-то хорошем. Я прорисую некоторые мелкие детали, которые не смогла бы изобразить по памяти.

Он кивает, и я беру карандаш. Моя рука двигается по его лицу, вырисовывая легкую тень, которую отбрасывают скулы. В жизни они кажутся гораздо острее, чем то, что изобразила я, поэтому мне приходится задержаться здесь подольше.

Когда со скулами покончено, я двигаюсь ниже, к щетине. Прорисовываю мелкие волоски на подбородке и шее.

Мне нравится то, что он никогда не бреется гладко. Его стиль брутального дьявола очень возбуждает.

Закончив, делаю шаг назад и прикусываю кончик карандаша зубами.

Да, когда Ричард сидит прямо передо мной, рисовать гораздо проще. Его лицо нетипично красивое и делать это по памяти совсем не просто.

Всё это время, он, как послушный ученик не шевелится и не отводит от меня взгляд. Раньше, я не сильно переживала о неточных линиях или легких несовпадениях, потому, что не планировала кому-то показывать портрет, особенно боссу. Теперь, когда он в курсе, мне хочется сделать все идеально. Я хочу, чтобы он увидел себя моими глазами.

– Ты сказала, что давно не рисовала, почему? – От его невинного вопроса я замираю.

Какая-то часть меня хочет открыться, довериться, перестать держать все в себе, но другая… Другая боится. Боится быть не понятой. Осужденной.

Могу ли я действительно доверять Ричарду Стрейджу? Даже если он нормально отнесётся к моим словам, что будет потом? Когда я впущу его, а он решит уйти.

– Мой отец запрещал мне рисовать. Я делала это в тайне, в итоге совсем перестала.

Его тело напрягается, а я быстро чиркаю карандашом в районе плеч и ключиц.

– Он причинял тебе боль?

Я молчу, пытаясь определить, с чего он это взял, но видимо моё поведение, и боязнь прикосновений выдает меня с потрохами. Поэтому, я просто киваю, не желая говорить. Воспоминания могут вызвать паническую атаку, а это последнее, чего бы я сейчас хотела. – Это в прошлом, не бери в голову.

Он сжимает челюсть, и я переношу резкие линии на холст. Прямо сейчас рисование отвлекает меня и не даёт погрузиться в омут прошлого.

Когда я, добираюсь до татуировки, мне хочется спросить, что она означает, но в последний момент передумываю. Я храню от него секреты и будет нечестно просить рассказать больше о себе, когда сама не готова сделать того же.

Спустя пятьдесят восемь минут я любуюсь своей работой. Все дополнения были мелкими, но глядя на общую картинку, я остаюсь довольна.

– Мы можем сделать перерыв?

– Э, да. Я думаю на сегодня мы… – Я не успеваю договорить, потому, что Ричард, буквально, вылетает из комнаты.

Я напряженно размышляю, что могла сделать не так. Может он хочет размяться? Не так просто сидеть в одном положении в течение часа. В конце концов, может ему нужно в туалет?

Проходит около пятнадцати минут. Я убираю карандаши и выхожу из мастерской. Ричард стоит в гостиной ко мне спиной и смотрит в окно. Он все так же без рубашки, а его руки спрятаны в карманы.

Я вижу, как напряжено его тело и мне хочется узнать, что произошло.

Не спеша, подхожу ближе и тихонько спрашиваю: – Ты в порядке?

Он фыркает, но не оборачивается. – Нет. Я не в порядке.

– Ч-что произошло? Я сделала что-то не так? – Подхожу еще ближе, почти касаясь его спины.

Он резко оборачивается. Его рука обхватывает моё горло, а другая прижимает к себе за талию.

Я чувствую твердую выпуклость на своем животе и из меня будто выкачали весь воздух. По коже тут же ползут мурашки, меня совсем не пугает его хватка, только возбуждает.

Он двигает тазом и смотрит на меня темным вожделеющим взглядом.

– Вот что ты сделала. – Его губы, уже так привычно, касаются моей шеи, когда он продолжает шептать. – Ты чувствуешь, что делаешь со мной? Чувствуешь, как сильно я хочу тебя? Ты кусаешь карандаш, а я не могу не думать о том, как ты обхватишь этими губами мой член. Я ушел, потому, что соблазн трахнуть тебя прямо на чертовых коробках, был слишком велик.

Я этого не ожидала, но его слова вызывают восторг. Мне снова хочется поцеловать его, не смотря на то, что я обещала себе больше не позволять ему касаться себя. Хочется узнать, что значит, на самом деле принадлежать ему.

Мне кажется, что только этот мужчина сможет собрать меня воедино, поэтому я отвечаю:

– Не сдерживайся…

– Ты не знаешь, о чем просишь, маленькая мышка. – Он кусает меня за мочку уха, и я подавляю стон.

– Я хочу тебя, это единственное, что имеет значение.

Ричард слегка отстраняется, чтобы вновь заглянуть мне в глаза. Его ладони накрывают мои щеки, когда он спрашивает: – Ты уверена?

Я киваю и ему этого достаточно.

Без предупреждения, Ричард подхватывает меня за бедра и поднимает. Я, как обезьянка, обхватываю крепкое тело руками и ногами, пока он несет меня в спальню.

Уложив меня на кровать, он снова обхватывает моё горло рукой. На секунду наши взгляды встречаются, прежде, чем его губы обрушиваются на мои. Его щетина царапает мой подбородок и щеки, и это возбуждает еще больше. Я тяжело дышу через нос, подчиняясь страстному желанию.

Я никак не ожидала, что если кто-то будет держать меня за горло во время поцелуя – мне это понравится. Насилие во всех его проявлениях пугало меня, но когда Ричард сильнее сжал мою шею, я почувствовала лишь еще большую волну возбуждения.

Пульсация между ног усилилась, когда он убирает руку и кусает меня за яремную вену, а второй рукой сжимает мои волосы у корней, оттягивая голову назад.

Быстрым движением Ричард снимает с меня футболку, наклоняется ближе и втягивает мой сосок в рот. От ощущения его горячего рта на моей груди, я сжимаю ноги, а с губ слетает низкий стон.

Мужчина одобрительно урчит у меня на груди, продолжая кусать мой сосок, который затвердел до шокирующей степени, под его искусным языком, а его рука ловко разминает мою другую грудь.

Грубая щетина иногда задевала чувствительную плоть, и это было так контрастно, по сравнению с мягкими движениями языка. Он не торопился. Уделял тщательное внимание каждой груди, облизывая и посасывая, словно поглощал сладкое мороженое, пока мои пальцы сжимали его плечи, ноги не стали резиновыми, а сердцевина сжималась от потребности. Его обсидиановый взгляд ни на секунду не покидал моих глаз, фиксируя каждую реакцию на его прикосновения.

Это не было неопытное шатание Люка в те разы, когда мы играли в любовь. Я с горестью и сожалением вспоминаю первую ночь с Люком. Я страшно нервничала, он не смог достаточно хорошо меня возбудить и когда вошел, я почувствовала ужасающую острую боль. Помню, как расплакалась, Люк пытался успокоить меня, говорил, что это нормально, но было ясно, что дело в другом. Я не была готова и не хотела этого.

После своего неудачного опыта, я не могла бы и подумать, что чьи-то руки и рот на моей груди могут приблизить меня к оргазму так близко. Но Ричард точно знал, что делать для максимального удовольствия.

Этот прекрасный мужчина держал моё тело и разум в плену своих требовательных прикосновений, и я отвечала ему потоком возбуждения, которое пугало меня.

Поцелуями, Ричард начал двигаться ниже по моему телу. Он оставлял укусы на животе, что я думаю, завтра останутся синяки. Когда длинные пальцы коснулись меня между ног, я шире развела ноги, уже зная, как хорошо это будет.

Он начал поглаживать мой клитор сквозь ткань шорт, но даже так, умудрялся найти нужную точку, будто знал моё тело наизусть. Губы снова оказались на сосках, пока он доводил меня до точки искупления пальцами.

Я приподняла таз, даже потянулась к поясу шорт, чтобы снять их, но внезапно, он отстранился и посмотрел на меня игривым взглядом.

– Я хочу попробовать тебя на вкус.

Мои глаза расширились от смеси эмоций. Страха, удивления и дикого интереса. Ричард медленно стянул с меня шорты и трусики. Раздвинув мои ноги шире, он провёл языком по линии от входа до клитора. Я не смогла сдержать крик от неожиданности и ощущения полного удовольствия.

Его глаза были прикрыты веками, поскольку он рассматривал мою киску как изысканное лакомство. Он снова лизнул меня, но теперь гораздо жестче и быстрее, от чего я просто потеряла дар речи, и кроме ошеломленных стонов и потрясенных вздохов, больше ничего не осталось. Я была его пищей, предназначенной для наслаждения.

Ричард сильнее раздвинул мои ноги, обнажая нуждающуюся часть больше. На секунду меня охватило смущение, но контролирующие прикосновения Ричарда не оставили места для подобных мыслей.

Он вылизывал меня по линии от попки до клитора, совершенно шокируя и опьяняя. Затем, он прикрыл рот над входом и начал трахать меня языком, пока его большой палец играл с клитором.

У меня почти не было времени, чтобы осознать происходящее, уловить хотя бы краткую ясную мысль. Возбуждение вытекало из меня, и мышцы ног свело судорогой, а сердцевина сжалась.

Я кончила с резким криком, мышцы бедер задрожали под крепкими пальцами Ричарда, удерживающими их на месте. Моё ядро пульсировало вокруг его языка так, как я никогда не испытывала. Он зарычал, заставляя меня думать, что я действительно нахожусь с дьяволом, продолжая вводить в меня свой язык, но в более медленном темпе, что продлило мой оргазм, пока я не почувствовала, что удовольствие снова нарастает.

Он отстранился и с удовлетворением посмотрел на мою киску. Я чувствовала, как еще больше моего возбуждения стекает по моим ягодицам, пропитывая одеяло.

Я разрывалась между смущением и удивлением от того, насколько сильно была возбуждена. Я не знала, что мое тело может так реагировать. Думала, что просто не способна получать оргазмы от ласк мужчины, но я ошибалась.

Этот дьявольский красивый бог похоти и разврата поднимается над моим телом, и смотрит в глаза.

– Ты восхитительна, Алиса. Я уже стал зависим от твоего вкуса.

Он вновь опускается к моей киске, подтверждая свои слова. Язык Ричарда казался волшебным. Все мое тело покалывало, и каждое нервное окончание между ног выстреливало фейерверком.

Я цеплялась за его волосы, почти обезумев от вожделения. Мой взгляд, одновременно смущенный и очарованный следил за каждым его движением. Он улыбается, нежно потирая мой клитор между своими влажными губами. Я вздыхаю, чувствуя, как нарастает очередная разрядка. Низ живота начинает пульсировать, а затем еще одна волна удовольствия обрушивается на меня.

Ричард приподнимается на коленях, продолжая держать одну из моих ног так, чтобы я была широко раздвинута. Он с ухмылкой засовывает средний палец в рот, а затем подносит его к моей киске и вводит внутрь.

Набрав скорость, он проникает всё глубже и глубже. Пятка его ладони иногда шлепает по моему клитору, доставляя молниеносное удовольствие.

– Ричард… Пожалуйста… Я больше не могу…

Я понятия не имела на что способно моё тело, но все же, казалось, что третьего оргазма за несколько минут я не выдержу.

Он проигнорировал мою мольбу и продолжил трахать меня пальцами. Звуки, которые от нас исходили, были грязными, животными и заставляли меня чувствовать себя самой сексуальной женщиной на земле. Это было безумием, но то, что Ричард делал со мной, было похоже на поклонение.

Наконец, он сбавил темп. Мне потребовалась много времени, чтобы прийти в себя. Ричард прижался щетинистой щекой к моему бедру, легко поглаживая клитор, глядя на то, как выходят его пальцы пропитанные моими соками.

У меня создалось ощущение, что он хочет попробовать меня снова, но на этот раз с меня точно было достаточно. Я попыталась сжать ноги, но он не позволил меня.

– Прекрати.– Простонала я.

Он снова ввёл в меня три пальца. Я прикрыла глаза, сжимая губы.

– Это было для тебя. Ты должна быть готова к моему члену.

Я не успела ответить, как он поднялся и перевернул меня на живот.

– Подними, эту прекрасную задницу.

Я сделала это, и он положил подушку под мои бедра.

– Идеальный вид, мышка.

Я оглянулась через плечо. Ричард стоял позади меня, совершенно голый, надевая презерватив на стоящий член. Мои щеки покраснели, потому, что я даже не подумала о защите, но не это беспокоило меня сейчас. Он был большой.

Мужчина улыбнулся моему испуганному выражению лица и забрался на кровать, встав на колени позади меня. Слегка раздвинув мои ноги, он еще больше приподнял мою задницу.

Я все еще была мокрой, возбужденной, но знала, что его размер может вызвать дискомфорт.

Его пальцы снова скользнули в меня, сначала два, потом три. Я выдохнула от давления. Это было слишком.

– Ты готова к нему. Не волнуйся. – Что-то прижилось к моему входу. На этот раз точно не пальцы. Я задержала дыхание, впившись ногтями в матрас, чтобы подготовиться к тому, что должно произойти. – После этого, пути назад не будет. Только я, Алиса. Скажи это.

– Только ты. – Прошептала я.

Он провел кончиком по моей киске, размазывая соки, а затем усилил давление на вход. Головка вошла в меня, и я задохнулась от того, насколько полной я уже себя чувствовала, лишь от этой части члена Ричарда.

Его большие руки обхватили мои бедра, когда он ввел в меня еще один сантиметр.

Я резко выдохнула, пытаясь расслабиться, хотя мне казалось, что я раскалываюсь пополам.

– Очень хорошо. – Похвалил Ричард, проникая глубже.

Давление было необычным, но не больным, как в мой первый раз. Тихий мужской стон свидетельствовал о том, что он наслаждался ощущениями, и это предало мне уверенности.

Ричард наклонился вперед и просунул одну руку под моё тело, обхватив одну грудь.

– Ты примешь всё, моя маленькая смелая мышка. – Пробормотал он, проталкиваясь глубже. Я вцепилась зубами в нижнюю губу, а тело начало дрожать. Ричард нежно погладил меня по спине. – Почти готово.

Наконец, его лобок прижался к моим ягодицам, когда он полностью заполнил меня.

– Вот так. – Прохрипел он. – Твоё тело было создано для меня.

Я не могла говорить, могла только дышать.

– Посмотри на меня, мышка.

Я обернулась и увидела такое сильное желание в черных глазах, что тут же забыла про дискомфорт. Он опустился, прижавшись своей грудью к моей спине, войдя глубже. Легкий размазанный поцелуй коснулся моей шеи, и это помогло мне расслабиться еще больше. Он начал двигаться, медленно выходил из меня, чтобы войти снова и забрать моё тело. С каждым движением он становился резче, так, что кровать стала сотрясаться под толчками. Дискомфорт исчез, и я стала получать удовольствие.

Ричард сомкнул пальцы на моём горле, полностью потеряв контроль, вколачиваясь в моё тело с ошеломляющей силой. Я начала покачивать бедрами ему на встречу, желая подарить ему тоже наслаждение, что и он мне.

Его грудь оторвалась от моей спины, он выдернул подушку из под моих бедер и перевернул на спину. Мои ноги оказались на его плечах, и он нежно поцеловал мою лодыжку, продолжая быстро двигаться.

Мне нравилось, как сквозь пелену страсти и дикого желания, у него проскальзывали нежные прикосновения и поцелуи, но по какой-то неизвестной причине, я хотела не этого.

Поймав его взгляд, я провела языком по губам и сказала:

– Покажи мне худшее.

Его черные глаза засверкали, он сжал мои бёдра, оставляя синяки, и стал вколачиваться в меня со всей силы. Его яйца бились о мою задницу, а я кричала, словно порнозвезда.

С его лба по лицу скатилась капля пота, и он поймал её языком. Я захотела стать этой чертовой каплей.

Создалось ощущение, что моё прошлое, с каждым его движением, разбивалось на тысячу, нет, миллион мелких осколков и освобождало пространство для чего-то нового. Неизведанного и грандиозного.

– Ричард! Быстрее! – Я даже не узнала свой голос. Он низкий и умоляющий. Будто этот дьявол заразил меня своей темнотой и похотью, а я словно бездонный сосуд хотела взять всё.

– Черт возьми. Я не продержусь долго.

Я вспомнила статью, которая недавно попалась мне на глаза. Несколько раз, я сжала внутренними мышцами его член. Приём сработал почти мгновенно. Ричард откинул голову назад, сжимая глаза и челюсть, застонал.

Его рука нашла мой клитор. Несколько движений и моё тело снова бьется в сокрушительном оргазме. Я обессилено задышала, лёжа практически без сознания после трёх оргазмов, когда теплая жидкость покрыла мой живот и грудь.

Приоткрыв веки, я вижу Ричарда, державшего свой член в кулаке. Видимо он снял презерватив и решил пометить меня словно пещерный человек.

Отдышавшись, он провел рукой по мокрым волосам, убирая их со лба, затем потянулся к прикроватному комоду и взял несколько салфеток. Без слов он вытер меня дочиста, затем поцеловал туда, где только что была его сперма.

Устроившись рядом со мной, Ричард поцеловал меня в нос, щеки и лоб. С блаженной улыбкой, я наблюдала за его движениями. Его глаза сияли ярким светом, и я бы сказала, что он похож на ангела, но это было бы ложью. Он без сомнения соблазнительный дьявол.

– Как ты?

– Потрясающе. – Шепчу я, и из меня вырывается зевок.

Он усмехается, затем обхватывает мои плечи, так что я оказываюсь головой на его груди.

Ричард гладит меня по спине, и я закрываю глаза.

– Набирайся сил, мышка. Я даже близко не закончил с тобой.

Глава 14

Я наблюдаю за Ричардом, пока он проводит бритвой по своему подбородку. Он голый по пояс, а серые спортивные штаны критично низко висят на узких бедрах, скрывая то, к чему ведет темная дорожка волос. От этого вида, у меня возникает навязчивое желание встать на колени и провести языком по его прессу и животу.

Вчера меня так вымотали три оргазма подряд, что я мгновенно уснула, прижавшись к Ричарду. Я даже не помню, как он переодел меня ночью, поэтому с утра была удивлена простой белой футболке, на своем голом теле, которую раньше не видела.

Утро тоже выдалось превосходным. Меня разбудили его язык и губы между моих ног, а два оргазма заставили подскочить с кровати.

На губах вырисовывается довольная улыбка, пока я вытираю свои мокрые волосы, стоя за спиной своего босса и наблюдаю за его действиями через отражение.

Мой взгляд падает на полочку под зеркалом. Тонкая расческа, гель после бритья, и рядом с моей щеткой в стаканчике теперь стоит еще одна синего цвета.

Понятия не имею, когда он всё это положил, но мне нравится. Доказательства того, что наш секс не был одноразовой акцией. Ричард планирует задержаться, и я очень надеюсь, что надолго.

Закончив с волосами, я прижимаюсь своей грудью обмотанной только полотенцем, к его спине.

То, что он позволяет мне видеть его таким… Обычным. Не в строгом костюме и хмурым выражением лица, а просто мужчиной с растрепанными волосами и простых штанах, заставляет моё сердце биться быстрее.

Наблюдаю за ним, любуясь мужественным сосредоточенным лицом и последовательными движениями. Никогда не думала, что это зрелище может быть эротичным. Чувствую, как мои соски напрягаются под махровым полотенцем, и недолго думая сбрасываю его на пол. Плотнее прижимаюсь острыми сосками к его горячей коже, желая, чтобы он почувствовал, что сделал со мной. В кого превратил.

Мои светлые глаза встречаются с его черными и похотливыми в отражении зеркала.

– Ты ведь знаешь, что у меня к горлу прижата бритва? Ты играешь с огнем.

– Может тебе стоит поиграть со мной? – Обхватив руками торс, провожу ладонями по дорожке волос, которая так заманчиво меня звала раньше. Мои губы становятся сухими от жажды. Скольжу по ним языком, не отрывая взгляда от дьявола, призывая к действию. – Гори вместе со мной, Ричард Стрейдж.

– Черт возьми… – Произносит он на выдохе, обхватывая мои руки своими ладонями. – Ты так порочно невинна. – Я улыбаюсь и просовываю руку под пояс его штанов. – Ты сводишь меня с ума, мышка.

Бритва с грохотом падает в раковину. Это единственное предупреждение, которое я получаю, прежде чем он разворачивается, хватает мое обнаженное тело и усаживает на стойку. Он врывается между моих ног и притягивает к себе, чтобы поцеловать. Его грубые руки сжимают мои волосы и направляют голову так, как ему нужно. Я позволяю ему. Ричард спускает брюки ровно настолько, чтобы вытащить член и входит в меня в одно движение.

Несмотря на то, что вчера он тщательно меня подготовил, когда его член погружался, я все равно чувствовала дискомфорт. Очевидно, стоило ждать, что сегодня будет нечто подобное. Но к моему удивлению, мое тело с лёгкостью принимает всё и даже хочет больше.

Я цепляюсь за его плечи ногтями и стону, выгибаясь на встречу.

Его рука опускается между нами, и он играет с моим клитором, прикусываю губу, пока он дергает его большим пальцем.

– Не смей скрывать от меня свои звуки, я возьму каждый. – Он проникает двумя пальцами в мой рот. Понятия не имею, что должна делать, но действую инстинктивно. Мои губы и язык старательно двигаются вокруг указательного и среднего пальцев, глаза прикованы к его глазам. Ричард меняет угол проникновения, так что попадает в какую-то точку, от которой я кричу, как сумасшедшая и кончаю, прикусив его пальцы зубами.

Он рычит. – Ты на таблетках?

Я обессилено киваю, только сейчас понимая, что он вошел в меня без защиты. Ричард сильнее сжимает мои бедра, его веки прикрываются, и он кончает в меня, судорожно вбиваясь всем телом.

– Теперь, я должна приготовить завтрак. – Смеюсь я, и он хватает меня за горло.

– Осторожнее, мышка, я могу привыкнуть.

К этому невозможно привыкнуть.

**

Я сижу у Ричарда на коленях, пока он доедает свою яичницу с беконом и тостами. Он не разрешил мне сесть на стул рядом, так же, как и надевать нижнее бельё, потребовав свободный доступ к моему телу.

Он проводит рукой по моим бедрам, с невозмутимым лицом, и я чувствую, как нагревается мое тело. Я ёрзаю, на его коленях и пытаюсь освободиться.

– Что, по-твоему, ты делаешь? – Он делает глоток кофе, поднимая бровь, глядя на меня.

– Думаю, что шести оргазмов было достаточно за такой короткий период времени.

Ричард ухмыляется и кивает. – Ты буквально изнасиловала меня.

–Я? Я вообще-то приличная девушка, мистер Стрейдж.

– Конечно, моя маленькая невинная мышка.

Он щиплет меня за сосок, я подпрыгиваю с его колен, игнорируя приятное тепло, разлившееся по телу от слова «Моя»

– Ты можешь опоздать на работу. – Беру наши тарелки и складываю в раковину.

– Не напоминай, не хочу оставлять тебя.

– Не волнуйся, я чувствую себя гораздо лучше, так что скоро вернусь к работе.

В воздухе застывает густая тишина. Я оборачиваюсь через плечо и вижу, что его улыбка пропала, а брови сошлись на переносице.

– Что-то не так?

Ричард прочищает горло, встает и подает мне кружки. – Всё в порядке.

Чувствую, что атмосфера заметно изменилась, но не хочу давить. Я не сказала ничего особенного, ведь действительно скоро вернусь на работу.

Но… что если он не хочет, чтобы я возвращалась? Может у него там кто-то есть? Но я не замечала никого раньше, да и он говорил, что против отношений в офисе.

Ричард надевает пиджак и серое пальто сверху. Я подхожу ближе, чтобы закрыть за ним дверь, как он внезапно прижимает меня за талию к своему телу и крепко целует.

– Ты вернешься сегодня?

– Не уверен, что протяну долго без этих губ. – Его рот снова накрывает мой, затем он хлопает меня по правой ягодице. – Веди себя хорошо, маленькая мышка.

***

Весь день я пыталась занять себя делами по дому. Даже сделала небольшую перестановку и освободила место в шкафу для вещей Ричарда.

Глупые мысли о том, что у него кто-то есть, до сих пор крутились в голове, но я старательно отгоняла их.

Размышляя об этом, я поняла, что практически ничего о нём не знаю. Но его слова и действия были очень убедительными.

Мог ли он просто использовать меня? Почему-то я не могу поверить в это. Ричард хоть и высокомерный придурок, но у него есть достоинство.

Время близилось к вечеру, когда я решила приготовить ужин.

Моя простуда уже не подавала признаков жизни. Казалось, что я здорова.

Телефон рядом завибрировал. Решив, что это Хелен, я ответила не глядя.

– Алло, привет.

– Чем занята? – Спокойный мужской голос застал меня врасплох.

– О, Ричард, я… думаю, что приготовить на ужин.

– Ты удивлена моему звонку, ждала кого-то другого?

– Я думала это моя подруга, так что не посмотрела на экран.

– Плохая привычка. – Я закатываю глаза, но не собираюсь объяснять, что это произошло впервые за долгие годы. – Как ты себя чувствуешь?

– Отлично, доктор Стрейдж.

Из динамика доносится легкий смешок, и я широко улыбаюсь, довольная тем, каким открытым стало наше общение.

– Как на счет поужинать в ресторане?

– Так ты приглашаешь меня на свидание? – Я сжимаю край своей его футболки, борясь с волнением.

– Называй это так, как тебе нравится.

– Ты заедешь за мной?

– Конечно, будь готова через час.

– Слушаюсь, сэр.

– Оставь это для ночи, мышка. – Отвечает он низким голосом и заканчивает вызов.

Я бегу спальню, чтобы собраться.

О чем я думала, конечно, у Ричарда никого нет. Он бы не стал звать меня на ужин и оставаться на ночь, хотя технически, сегодня он еще не остался, но до этого уже несколько раз.

В шесть вечера, я стою в коридоре перед зеркалом. Мои высокие брюки подчеркивают талию, а шелковая блузка с длинным рукавом открывает декольте, оставляя место для воображения. Крашу губы в красный и замечаю, что этот цвет, предназначенный для новой Алисы, больше не режет глаза. Мы становимся едины.

Когда я выхожу, то сильнее кутаюсь в пальто, потому, что дует холодный ветер.

Ричард уже ждёт меня, облокотившись бедрами о пассажирскую дверь своего Мерседеса. Его лицо невозмутимо, и не смотря на адский погодный вихрь и полный рабочий день в офисе, его волосы все еще в идеальном порядке, а лицо гораздо свежее, чем обычно.

Его губы выгибаются в игривой улыбке, когда он видит меня, но на секунду, между нами проходят две девушки.

– Привет, красавчик. – Бросает одна из них, а вторая хихикает в свой шарф. Ричард поднимает одну бровь, но полностью игнорирует их.

Не могу винить их. Сложно пройти мимо дьявола и устоять, я не исключение. Но в конечном итоге, он – мой.

Именно это я и доказываю, в том числе себе, когда подхожу ближе, хватаю его за лацканы пиджака и оставляю легкий поцелуй на губах. Секунда. Ему требуется всего секунда, чтобы понять, что я устроила маленькое шоу. Он бросает взгляд на девушек, которые ушли достаточно далеко, но все еще оглядываются, затем крепко сжимает мои бедра и возвращает мои губы на свои. Только в более грубом и показательном поцелуе.

Когда мы, наконец, отпускаем, друг друга, я шепчу самым невинным голосом.

– Привет. – Провожу пальцем под его нижней губой, чтобы стереть след от помады.

– Хорошее шоу, а теперь положи эту хорошенькую задницу на сидение, иначе мы вернёмся в твою квартиру, чтобы продолжить.

Я хихикаю словно подросток, открываю дверь и запрыгиваю на пассажирское место.

Пока мы едем, наблюдаю, как красиво смотрятся руки Ричарда на рулевом колесе. Почему-то, даже такие простые вещи, как вождение автомобиля, получаются у него очень сексуально.

Его движения плавные, тело полностью расслаблено. Пытаюсь украдкой рассмотреть его профиль. Гордый прямой нос, не очень широкий лоб, пухлые губы. Чертовски симметричен. Из него получилась бы отличная статуя.

– Я не шутил, когда сказал, что оставлю тебя голодной. Прекращай так смотреть, иначе я трахну тебя на обочине.

Мои щеки вспыхивают красным.

– Прекрати.

– Что?

– Говорить эти вещи.

Его бровь и уголок рта тянутся вверх, как бы говоря «Серьезно?»

– Хочешь, чтобы я проверил прямо сейчас, как твое тело реагирует на то, что я говорю? – Подтверждая свои слова, он кладет руку на моё колено и тянется между бедер. Я тут же сжимаю ноги вместе, останавливая его.

– Не нужно. – Бормочу, опустив глаза. – Мне нравится.

– Что?

Цыкнув, повторяю громче. Но точно знаю, что он все и так знает. – Мне нравится, как ты это говоришь! Доволен? Просто… Я сильно смущаюсь.

– В этом и смысл.

– Даже не сомневаюсь. Куда мы едем?

Теплая ладонь все еще на моей ноге, но теперь не пытается пробраться в интимные места. Ричард поглаживает моё колено большим пальцем.

– Какое-то новое модное место. Дэниел посоветовал.

– Так вы, с мистером Ленсли друзья?

– Если то, что я почти десять лет спасаю его задницу из разных передряг, можно назвать дружбой, то да.

Я не успеваю разузнать больше, потому, что мы паркуемся на Филд Вейн Авеню, у шикарного ресторана с вывеской «DerinB'U»

Молодой парень открывает мою дверь и протягивает руку, чтобы помочь выйти. Мои ладони становятся мокрыми, но Ричард снова спасает меня.

– Я сам. – Он бросает ему ключи от машины и берет меня за руку.

Я с благодарностью улыбаюсь и выхожу из машины. Очень скоро нам придется обсудить мой страх прикосновений, но я чувствую, что почти готова.

Девушка администратор хлопает ресницами и мило улыбается моему спутнику, полностью игнорируя моё присутствие, пока провожает нас к столику. Она идет чуть впереди и виляет бедрами так сильно, что мне кажется, у нее проблемы с позвоночником или хромота.

Когда мы усаживаемся, администратор, нагло кладет руку на плечо Ричарда и чуть наклонившись, говорит.

– Я приглашу вашего официанта, мистер Стрейдж. Могу я еще быть вам полезна? – Она облизывает губы, и я даже немного начинаю ей восхищаться. Вот бы мне такую уверенность.

– Для начала уберите руку… – Ричард смотрит на бейдж. – Гвен. И оставьте меня и мою девушку в покое.

Мы с Гвен широко раскрываем глаза, но, очевидно, по разным причинам. Мой сердечный ритм учащается, я моргаю несколько раз, чтобы понять, не сплю ли.

Он сказал «мою девушку»?

Администратор бросает на меня быстрый взгляд.

– Хорошего вечера.

Официант, слава богу, мужчина, кладет перед нами меню и уходит, чтобы дать нам время подумать. Ричард невозмутимо просматривает страницы, когда я ёрзаю на своем кресле и не могу больше молчать.

– Ты назвал меня своей девушкой.

– Какие-то проблемы? – Спрашивает он, не глядя.

– Нет… Но это… Было неожиданно.

– Я заметил, что она заставила тебя чувствовать себя неловко, проявляя излишнюю заинтересованность мной.

Я хмурюсь. – О, ясно. – Киваю и беру меню. – Значит, ты сказал это, только, чтобы облегчить мне жизнь?

– Конечно. Что думаешь о форели с пармезаном в сливочном соусе?

Мне хочется выхватить меню, в которое он так уставился, и ударить его по голове. Какого черта он ведет себя так, будто совершил, что-то благородное?

– В чем проблема, Алиса?

О, так он заметил, что я в бешенстве. Какой проницательный.

– Ты не должен говорить людям о том, что я твоя девушка, когда это не является действительность.

– Ты только, что сказала, что это не проблема. Почему ты сейчас нервничаешь?

Хлопаю меню по столу. – Я не… – Некоторые гости оборачиваются на мой громкий голос, поэтому я повторяю тише. – Я не нервничаю. Если ты хотел избавиться от нее, то не стоило впутывать меня. И нет, мне не было неловко. Просто удивительно, что администратор в таком модном. – Рисую кавычки в воздухе. – Ресторане, чуть не набросилась на тебя, словно кошка во время течки.

Повисает пауза. Я мысленно встаю, прощаюсь, увольняюсь с работы и переезжаю в Австралию. Куда угодно, лишь бы избежать его пристального взгляда.

Но внезапно, Ричард откидывает голову назад, как делал вчера на моей кухне, и громко смеется. Наш столик опять приковывает внимание окружающих, но теперь, по крайней мере, посетители смотрят не на меня.

– Ты так прелестна, когда ревнуешь.

Я фыркаю, этот жест совершенно неуместен, но мне плевать. – Конечно, нет. Просто меня удивляет, как непрофессионально она себя повела.

Уголок его рта загадочно дергается. Отложив меню, он складывает руки на столе и наклоняется ближе. – Хочешь сказать, что ни разу не пыталась соблазнить меня на работе?

– Конечно, нет. – Небрежно говорю я, хотя уверена, что переходила некоторые грани.

– Красная помада.

– А что с ней? Мне нравится, как она смотрится на мне. С ней я становлюсь более…

– Храброй? – Я киваю, а мистер Стрейдж двигается еще ближе, будто хочет рассказать тайну.

– Значит ли это, что сейчас ты достаточно храбра?

Таинственный смысл его слов не оставляет меня равнодушной. Нервно сглотнув, спрашиваю.

– Смотря для чего.

– Секс в туалете?

Ричард играет бровями, и не знаю, что меня больше удивляет. Этот мальчишеский жест или его предложение. По щекам распространяется румянец, когда я думаю над ответом, но наш официант спасает меня. Он принимает заказ, я выбираю первое, что вижу в меню. Даже не знаю, что это. Пока Ричард уточняет о сорте вин, я думаю над его шутливым вопросом.

Ведь шутливым, да?

Мне стыдно даже думать об этом, но возможно я хотела бы попробовать. Заняться сексом там, где тебя в любую минуту могут поймать… Это возбуждает и пугает одновременно.

Боже, что со мной?

Я не узнаю эту девушку, в которую превратилась. Секс в туалете с моим боссом? Почему бы и нет?

Ричард делает глоток воды, расслабленно сидя на своем стуле напротив. Я наблюдаю за его движениями, когда он вновь подносит стакан к губам. Рукав пиджака задирается, открывая белый манжет рубашки и платиновые Ролексы, которые стоят больше, чем три мои квартиры.

– Готова поговорить?

От этого вопроса, заданным самым серьезным голосом мне становится не по себе.

– О чем?

– Ричард, малыш, привет!

Знакомый писклявый голос заставляет меня обернуться, и я вижу ту самую сумасшедшую девушку из его квартиры.

Она наклоняется, открывая потрясающий вид своей груди, и целует его в щеку.

– Марианна.

Не думала, что его голос может стать таким ледяным, но Марианна не получает даже легкой улыбки. Лицо Ричарда не читаемо, но глаза сужаются от гнева. По крайней мере, он не выглядит счастливым, встретив свою бывшую девушку.

Она ведь бывшая?

Марианна оборачивается ко мне и мило улыбается. – Привет, игрушка.

Девушка по собственнически кладет руку на плечо человеку, с которым я провела ночь. Человеку, который не убирает эту руку.

Чертова вторая рука на его плече менее чем за пятнадцать минут.

Я тяжело сглатываю и призываю новую Алису. Но ее больше не надо звать. Она всегда была здесь.

– Что тебе надо?

Ричард сжимает свой стакан, не поднимая глаз.

– Ох, дорогой… – Она наклоняется к его уху, почти касаясь губами. – У неё есть зубки, ты таких любишь.

Наконец, Ричард Стрейдж становится собой и скидывает её руку. Мои глаза опухают, но я держусь. Они не увидят ни единой слезинки.

– Марианна, не устраивай сцен.

– В чем дело, дорогой? Боишься, что я спугну очередную секретаршу? – Она презрительно смотрит на меня, довольная своим шоу. – Знаешь игрушка, еще месяц назад, он трахал меня. И я точно знала, как заставить его стонать от удовольствия.

– Пошла вон. – Шепчет Ричард, который судя по виду, вот-вот выйдет из себя.

– Осторожнее, милый. Ты же знаешь, что со мной нельзя так грубо разговаривать. – Она театрально надувает губы, и тянется к его лицу рукой. Ричард уклоняется. Марианна фыркает и поправляет прическу. – Как наиграешься, позвони.

Прикусив губу до боли, я считаю вдохи. Всего несколько минут назад, я думала, что изменилась, стала сильнее. Но видимо мне еще далеко до исцеления. Я все такая же тихая и запуганная мышь, которая не может постоять за себя. Как бы горько это не звучало, но кроме меня самой, за этим столом больше никто не вступится за меня.

– Алиса… – Рука Ричарда тянется ко мне через стол, но я складываю ладони на своих коленях. – Алиса, посмотри на меня. – Рычит он, и я медленно поднимаю голову. Его глаза выглядят раскаявшимися и это меня немного успокаивает.

– Извини за это.

– Всё в порядке. – Шепчу я, хотя ничего не в порядке. Мне хочется сбежать, лечь в постель и больше никогда не выходить из дома.

Так это происходит. Один шаг вперед, два назад. Рано я начала радоваться своим изменениям.

– Она была моей секретаршей два года назад. – Ричард нервно проводит рукой по волосам. – Был какой-то корпоратив, я напился, сильно напился. Марианна всё время крутилась рядом, и каким-то образом мы оказались в пустом кабинете. Я трахнул её. – Я смотрю на него ошарашенными глазами, не понимая, зачем он рассказывает это мне. Разве они уже не достаточно меня унизили? – Это был только секс, ничего большего. Она знала это и была согласна. – Он замолкает, а я тереблю салфетку, ожидая, что за этим последует. В какой-то степени, мне приятно, что он решил поделиться личной информацией, хоть и такой. Это заставляет верить, что я не «очередная», как выразилась Марианна. – Я действительно очень занят работой, поиск девушки или отношений меня не привлекал, так что иногда, я звонил Марианне, и она приезжала. Кроме желания удовлетворить свои потребности я ничего не чувствовал к ней. С её стороны казалось было то же самое. Мы не были единственными друг у друга, я знал, что она встречалась с другими мужчинами, но мне было плевать. Спустя несколько месяцев, в компании поползли слухи, и рейтинги сильно упали. Совет директоров принял решение отстранить меня, но я пообещал им исправиться. – Он допивает воду и с глухим звоном возвращает стакан на стол. Теперь становится ясно, почему он так против отношений в офисе. Но я могу понять, почему он не может завести с кем-то отношения, почему не могут другие? – Я подставил под угрозу не только себя, но и свою компанию, трахая свою секретаршу. Удача была на моей стороне, и Марианна уволилась по собственному желанию, согласившись на более выгодные для нее условия, но ездить ко мне не перестала. Мы стали скрывать наши так называемые отношения. Это не было сложно, она приезжала и уезжала, мы почти никуда не ходили, и нас никто не видел вместе. Это продолжалось два года. Марианна была умна, она не устраивала истерик и не реагировала на других женщин, с которыми я иногда проводил время. Несколько месяцев назад, я заметил в своём доме слишком много её вещей. Я подумал, что она забыла их случайно, ведь за два года не было ничего подобного, поэтому стал наблюдать. Вещей становилось больше, а визиты без предупреждения чаще. Обсудив этот момент, оказалось, что Марианна хочет большего. Мне пришлось попросить её забрать вещи и больше не приезжать. Я не хотел отношений ни с ней, ни с кем-либо еще. – Мои ладони потеют, и я тру их об брюки. Когда наступит момент, что он скажет, что наш секс тоже был одноразовым? Есть ли у меня возможность сбежать до этого? Хотя, мне интересно, чем закончилась эта история. – Сначала Марианна плакала и просила вернуть наш секс без обязательств, когда я отказался, она разозлилась и начала угрожать. Она уверяет, что у нее есть наши видео и фотографии, которые она отдаст журналистам. Совет директоров, кажется, уже забыл про ту ситуацию два года назад, но они будут рады убрать меня с места, если всплывут компрометирующие снимки. Но дело не только во мне, рейтинги могут сильно упасть, и все к чему я шел – рухнет.

– Ты не веришь, что у неё, что-то есть? – Мой голос хриплый и мне приходится прочистить горло.

В этот момент нам приносят нашу еду, но аппетита уже нет. А вот от вина, я, пожалуй, не откажусь. Ричард говорит, официанту, что откроет бутылку сам и тот уходит.

– Нет, если бы что-то было, она бы уже использовала это. – Он разливает вино, и я подношу бокал к носу. Интересный запах граната и спелой малины заполняет легкие.

– В тот день, когда я ездила в твой особняк, она как раз забирала вещи?

– Да, она сказала, что готова подождать, когда я одумаюсь. Я сообщил, что вряд ли это произойдет… – Он делает глоток вина, и на его нижней губе остаётся бордовая капля. Язык игриво слизывает её. – Тем более, на тот момент уже появилась ты.

– Что это должно значить?

Ричард пожимает плечами и накалывает оливку на вилку. – Я не знаю… Ты сбила меня с толку, своим внезапным появлением. Твое противоречивое поведение заставляло меня думать. Я пытался понять, в какую игру ты играешь. Невинная пугливая мышка с острым языком и дерзким взглядом. Не мог нормально работать, после того, как ты накричала на меня в моем же кабинете. – Он улыбается, впервые, после ухода Марианны и это заставляет моё сердце сделать кувырок. Я не знаю, чем так заинтересовала его, но осознавать, что я залезла к нему под кожу с самого начала приятно. – У меня появился, чертов стояк, когда ты вышла, захлопнув дверь. Я вспоминал эти красные губы, и единственное желание, которое у меня было – это догнать тебя, перегнуть через свой стол и наказать.

Было опрометчивым решением, в этот момент сделать глоток вина. Я начала кашлять, а Ричард улыбается, подавая мне салфетку. Решив, что к таким подробностям, я пока не готова, решаю уйти в сторону.

– Значит, ты боишься, что история с Марианной повторится?

Он кивает. – Но дело не только в этом. Меня напугали те эмоции, которые ты вызвала во мне одним появлением. В те моменты… – Он сжимает губы, вероятно размышляя, говорить следующие слова или нет. – В моменты, когда к тебе кто-то прикасался… – Я нервно сглатываю. – Я видел страх в твоих глазах. Мне хотелось защитить тебя, хотя мы знали друг друга несколько дней. В совокупности, я решил, что нужно держать дистанцию и поэтому вёл себя, как мудак.

– О. Вау. Это неожиданно. – Мои щеки краснеют. – Я заметила тебя еще в лифте.

– В лифте?

– Да, ты накричал на меня, потому, что я не выходила, а ты спешил.

Ричард улыбается. – Видимо я был мудаком задолго до.

Мы смеемся. – Если у Марианны действительно, что-то есть на тебя? Что ты будешь делать?

– Я решу этот вопрос, тебе не стоит беспокоиться.

Остаток вечера проходит хорошо. Мы говорили на поверхностные темы, смеялись и ели. Когда бутылка закончилась, Ричард заказал еще одну для дома и оплатил счет.

В машине я чувствовала себе более расслаблено. Может дело в вине, а может, я просто была рада уйти домой. Очевидно, события вечера не сделали этот ресторан моим любимым.

– О чем ты хотел поговорить? – Спрашиваю я.

– М?

– Ну, в ресторане, перед тем, как пришла Марианна, ты спросил, готова ли я к разговору.

Его спина выпрямляется, а руки на руле сжимаются.

– Давай приедем домой.

Я кивнула, но чем ближе мы подъезжали к моей квартире, тем больше я нервничала.

Всегда уверенный в себе, держащий все под контролем – Ричард Стрейдж, выглядел заметно напряженным.

Как только мы вошли, он галантно помог мне снять пальто, взял за руку и повел на диван в гостиной. Ричард снял пиджак и жилет, расстегнул манжеты рубашки и закатал рукава. Устроившись рядом со мной, он обнял меня за талию и взял за руку.

Моё сердце стучало, как бешенное, отдавая пульсирующей болью в голове. Предчувствие, что сейчас он скажет нечто такое, что мне не понравится, не обмануло.

– Расскажи о своих шрамах на спине.

Я молчу. Пульс стучит в висках. Тук. Тук. Тук.

Как я могла быть так неосторожна и забыть о них. Конечно, Ричард увидел мою спину, когда мы занимались сексом. Но в тот момент, я была так возбуждена, что совершенно забыла об этом. Вот, что он делает со мной. Заставляет забыть. И именно поэтому, он стал таким особенным.

Ричард гладит меня по спине, и я чувствую легкие покалывания от его прикосновений. Прямо в тех местах, где есть шрамы.

– Это сделал твой отец? – Он говорит спокойно, ожидая, что я откроюсь. И мне действительно хочется сделать это.

– Да… – Я прочищаю горло, погружаясь в болезненные воспоминания, которые меркнут только в его присутствии. – Когда умерла мама, мой отец… я думаю, он сошел с ума. Сначала он просто стал нервным, кричал, когда я задерживалась после школы, потом запретил мне видеться с друзьями на выходных. Я протестовала, ругалась с ним и даже сбегала пару раз ночью. Один раз он заметил, что меня нет. Я вернулась через окно, так же, как и ушла. Отец сидел на моей кровати с библией в руках. – На моих губах появляется вымученная улыбка. Это было так давно, но боль еще живет внутри меня. – Отец схватил меня за руку и потащил в подвал. Заставил раздеться до нижнего белья, дал библию и запер. На стене висели часы, и я считала секунды до моего освобождения. Это успокаивало. Потом, это стало привычкой. Видимо он тоже их считал, потому, что ровно через двадцать четыре часа дверь открылась.

– Потом? То есть это было не один раз? – Рука Ричарда сжимается в кулак. Мне хочется посмотреть ему в глаза, но я боюсь увидеть там жалость. Я устала от этого.

– Да. Каждый раз, когда я делала, что-то не так, он запирал меня на несколько дней. Шесть дней было максимумом.

– Он… он прикасался к тебе?

– Нет, то есть не интимно. Он заставлял меня зубрить библию и пересказывать ему. Когда я ошибалась или забывала чтения, он бил меня палкой по спине. Всегда была только спина, чтобы никто не заметил синяков. Каждое воскресение я ходила в церковь и делала вид, что заинтересована, лишь бы не злить его. У меня болело всё тело, и иногда кровь проступала через одежду, тогда он избивал меня снова, из-за того, что я плохо скрываю ссадины.

Ричард тяжело дышит, но продолжает гладить меня по спине, плечам и волосам. Думаю, это помогает ему оставаться спокойным, так же, как и мне.

– Спустя несколько лет, когда я могла пересказать все сорок семь книг «Ветхого и Нового Завета», он перестал запирать меня и вроде, жизнь начала налаживаться. Но всё равно, каждый раз, когда мой телефон звонил, я вздрагивала, потому, что боялась увидеть там имя отца. В один из дней я рисовала в своей комнате, он ворвался взбешенный. Я не знала, что произошло, но и спросить не успела. Он сломал мой мольберт и избил меня ножками. Меня забрали в больницу, а отец сказал им, что на меня напали. Я до сих пор слышу его слова, что я глупая дура, шлюха и вообще должна была умереть вместо матери.

Ричард целует меня в макушку. – Ты хочешь, чтобы я убил его? – Он говорит это таким спокойным тоном, будто уже делал это раньше. Но меня не пугают его слова, наоборот, я чувствую защиту.

– Пять лет назад, у него случился сердечный приступ. Он упал, когда заваривал себе чай, прямо у меня на глазах. Я застыла на месте и смотрела на его тело сорок семь минут. Это было очень долго. Когда приехала скорая помощь, врачи сразу дали мне понять, что шансов мало. В ту ночь, я сидела у реанимации, и впервые добровольно молилась, чтобы он не выжил. Так и случилось. Он умер. – Я поднимаю голову, чтобы взглянуть в темные успокаивающие глаза. В них видно облегчение. – Это делает меня плохим человеком? Я могла бы спасти его.

– Ты поступила великодушно. Я бы выбросил его тело в реку.

Мои губы выгибаются в благодарной улыбке. – Всё имущество и оставшиеся деньги остались мне, как единственной наследнице. Сначала я не хотела брать ни цента, но моя подруга Хелен и мой… – Я прочищаю горло. – Парень Люк… Они уговорили меня переехать в Нью-Йорк. За четыре года, что он издевался надо мной, я практически перестала контактировать с людьми, кроме двух человек. В Нью-Йорке возникли сложности при поступлении, но Люк и Хел всегда были рядом, чтобы уладить любые вопросы.

– Ты… как ты смогла выбраться из этого дерма? То есть, как ты смогла снова научиться жить? – Какие верные слова. Снова научиться жить.

– Хелен нашла психотерапевта в городе, и мне потребовалось полгода, чтобы вновь вести диалог с посторонними людьми. И еще три года, чтобы проработать остальные травмы. Но я до сих пор ловлю панические атаки время от времени. – Он кивает, но в его взгляде читаются еще вопросы, который он не решается задать, поэтому я продолжаю. – На самом деле, даже до того, как отец сошел с ума я не была особо общительной, поэтому ситуация лишь усугубилась.

Ричард прижимает меня сильнее к своему телу, и я слышу стук его сердца. – Тот парень из отеля в Сиэтле, он твой бывший?

Я киваю. – Да… Он изменил мне. Мы учились вместе, но жили в разных общежитиях. Кроме университета и продуктовых магазинов я редко выходила из комнаты, тот день стал исключением. Это было за несколько недель до выпуска, я решила сделать Люку сюрприз, приехала и застала с девушкой. – Я ковыряю ногтем ткань на брюках, вспоминая тот день. – Я думаю, что не устраивала его в… сексуальном плане.

– Он был твоим первым мужчиной?

Я киваю. – Мы с Люком были друзьями со школы, а когда мне исполнилось пятнадцать, за несколько месяцев до смерти мамы, он поцеловал меня. Мы стали встречаться, потом начались все эти события, но он терпел и помогал. Я была благодарна ему и знаешь… будто чувствовала, что обязана сделать это с ним. Но где-то глубоко в голове, понимала, что не чувствую к нему чего-то такого захватывающего. Я любила его, но как друга. Думала, что с моими психологическими проблемами, никто не станет встречаться со мной и Люк был единственным вариантом.

– Почему ты думаешь, что дело в сексе? – Ричард вырисовывает маленькие круги на внутренней стороне моей ладони. Его тело плотно прилегает к моему, и я восхищаюсь этим моментом. Если бы еще месяц назад кто-то сказал мне, что я буду сидеть в обнимку с мужчиной и рассказывать историю своей жизни, чувствуя себя при этом, настолько безопасно и расслабленно… Да, я бы хорошенько посмеялась.

– Не уверена, что это удачная тема для разговора.

– Я хочу знать тебя лучше, но если ты не готова рассказать…

– Нет, сейчас, когда я уже начала, мне кажется, лучшего момента не будет. – Сжимаю губы, чувствуя себя виноватой перед Люком, хотя это он изменил мне. – За четыре года, у нас было всего три раза. Видимо, он не смог терпеть, потому, что… Меня не очень привлекал секс. Я ни разу не испытывала оргазм и Люк называл меня фригидной. – Мои щеки краснеют, и я старательно не встречаюсь с ним взглядом.

Ричард нежно берет меня за подбородок двумя пальцами и поднимает мою голову, чтобы установить зрительный контакт.

– Вчера вечером и сегодня утром у тебя был оргазм. Скорее, это твой бывший фригидный идиот, раз не знал, как нужно обращаться с женщиной, чтобы она кричала от удовольствия, а не от боли. – Его нос касается моих скул, и он тяжело вдыхает. – Так, значит я первый, кому ты позволила прикоснуться к себе после всех событий?

– Да. – Произношу на выдохе. – Не только интимно.

Его брови поднимаются, но он сразу понимает, о чем я. – Тогда в лифте, ты чуть не потеряла сознание, когда я убрал тебя с прохода. Я сразу понял, что дело в прикосновениях.

– О, вы очень проницательны, мистер Стрейдж.

Я решаю, что на сегодня достаточно разговоров, поэтому выкручиваюсь из объятий и усаживаюсь к нему на колени. Его глаза начинают светиться, когда мои ноги обхватываю мужскую талию. Ричард гладит мою спину ленивыми движениями. Наблюдая, выжидая. Он ждёт, что я буду делать дальше, но я не хочу отступать. Хочу убедиться, что я не одна. Хочу почувствовать его.

Моя рука касается щетинистого подбородка, когда он сжимает мои ягодицы. Наши губы встречаются в смазанном поцелуе.

– Больше никто не причинит тебе боль. – Шепчет он, и сотня бабочек в моем животе порхают от удовольствия.

– Даже ты?

Он прикрывает глаза густыми ресницами, а на губах появляется легкая улыбка. – На счет себя не уверен. – Сильнее сжимает мои бедра, заставляя почувствовать твердое возбуждение. – Но это будет сладкая боль.

Возможно, сейчас было не лучшее время. Только что я поделилась с ним сокровенной информацией, так же, как и он со мной некоторое время назад. Но я точно знала, что только он заставит меня забыть.

– Мне нужно…

У меня не было возможности закончить предложение. Губы Ричарда прижались к моим в жестком поцелуе. Я коснулась твердой груди, позволяя его силе просочиться в меня и прогнать все плохие воспоминания.

Когда его язык раздвинул мои губы и стал дразнить мой рот, я была готова отдать всю себя этому мужчине. Я просто хотела чувствовать, не хотела думать или действовать. Хотела быть куклой в его ловких руках.

Ричард расстегнул мою рубашку и спустил один рукав с плеча, обнажая часть груди. Его пальцы тут же оказались под бюстгальтером, и нашли мой сосок. Он сжал его между указательным и большим пальцем сначала осторожно, потом сильнее. Я не знала, что грудь может быть такой сильной эрогенной зоной, тем не менее, я не переставала чувствовать каждое движение его языка и губ. Уже такое знакомое, приятное тепло начало распространяться между ног.

Ричард отстранился, и полностью снял с меня рубашку с бюстгальтером.

– Закрой глаза. – Потребовал он.

Мои веки сомкнулись, и на мгновение я испугалась. Испугалась, что темнота пригласит непрошеные воспоминания обратно, но затем теплые губы обхватили мой сосок, когда Ричард втянул его в рот. Палец прошелся по другой груди, затем тихонько коснулся ареолы. Он прикусил сосок зубами, заставляя мою спину выгнуться, в то время, как палец продолжал двигаться. Контраст этих двух прикосновений был пьянящим, и мои трусики мгновенно намокли. Палец прошелся под моей грудью и спустился вниз к пупку, обвел его пальцем, заставляя меня хихикнуть.

– Мы нашли твое слабое место. – Я не видела его лица, но чувствовала, что Ричард улыбается. Он снова сомкнул губы на моей груди.

Палец прошелся ниже, быстрым движением расстегнул мои брюки и стал поглаживать у кромки трусиков. Мне так нужны были его прикосновения.

– Ричард…

– Тише, мышка, ты получишь все, что заслуживаешь.

Он скользнул под ткань, на секунду коснулся клитора, посылая импульсы, затем погрузился ниже туда, где я была почти насквозь мокрая. Это заставило меня смутиться, но когда он провел пальцем вверх и вниз еще раз, я отбросила эти мысли и застонала. К этому моменту мои трусики были испорчены.

– Идеально готовая. – Сказал Ричард низким голосом.

Он продолжал нежно дразнить меня, доводить до грани, пока я сидела на его коленях с закрытыми глазами. Сразу два пальца проникли в меня, с губ сорвался тяжелый вздох.

Я хотела его всего. Его пальцы, его член.

Он стал медленно двигать рукой внутри меня, продолжая играть языком с сосками. Затем пальцы пропали, и он резко натянул мои трусики, создавая трение клитора об ткань.

– Черт… – Застонала я.

– Встань. – Приказал Ричард.

На ватных ногах, опираясь руками о его плечи, встала перед ним. Ричард придвинулся ближе и поцеловал меня в живот. Мои пальцы запутались в его волосах, когда он начал снимать с меня брюки и трусики. Я осталась полностью голая.

– Идеально.

От его похвалы моя кожа покрылась мурашками. Он продолжил целовать мой живот, спускаясь ниже. Моё возбуждение практически стекало по бедрам. Так сильно я хотела его.

Его пальцы вновь оказались во мне. Ощущения от такого положения были сильнее. Он продолжал мучать меня, медленно вводил их и выводил. Я застонала, желая получить освобождение, но пальцы исчезли.

– Сядь обратно. – Я повиновалась, все еще не открывая глаза.

Пальцы, покрытые моей влагой, коснулись губ.

– Открой. – Мне стало неловко, но я сделала это. – Соси, мышка.

Мои щеки вспыхнули, я аккуратно облизала кончики пальцев, пробуя себя на вкус и неожиданно возбуждаясь еще больше. Ричард погрузил их глубже в мой рот, и я стала сосать. Я представляла, какого это будет, взять в рот его член. Каков будет его вкус? Понравится ли мне так же?

– Такая послушная девочка.

Он резко вытащил пальцы, от чего прозвучал характерный всхлип, и мне снова стало неловко. Некоторое время ничего не происходило. Мне потребовалось все моё самообладание, чтобы не открыть глаза. Губы раскрылись от удивления, когда толстый кончик коснулся моих складочек. Я не ожидала этого. Когда он разделся? Ричард водил им по моему клитору, пока я пыталась дышать от насыщенных ощущений. Благодаря моей скользкой похоти, он двигал им очень легко.

– Приподнимись. – Я сделала это и тут же почувствовала сильное давление на мой вход. – Садись.

Прикусив губу, я стала медленно опускаться, ощущая, как каждый сантиметр раздвигает мои стенки все шире. Я выдохнула, когда кончик уперся в заднюю стенку, и попыталась расслабиться.

Несмотря на то, что мы занимались сексом менее десяти часов назад, мне все равно пришлось привыкать к его размеру. Растяжение уже не было болезненным, наоборот, оно усиливало очень глубокое ощущение удовольствия, которое заполняло все моё тело.

Ричард больше нигде не касался меня, кроме того места, где были соединены наши тела.

– Эта поза позволяет тебе иметь контроль. Делай то, что тебе хочется, мышка.

Я не могла ничего сказать, слишком потрясенная ощущением того, как хорошо он ощущается внутри. Но, когда я поняла, что Ричард хочет от меня, мне стало не по себе. Я не просто не опытна, я понятия не имею, что должна делать.

Но инстинкты подсказали мне двигаться. Мне хотелось получить оргазм и, как хорошая ученица, я бы постаралась, чтобы получить его.

С закрытыми глазами, я протянула руки и коснулась его груди, провела вверх и сжала плечи, находя точку опоры. Приподняв медленно бедра, я так же медленно опустилась. Ричард выдохнул, и я поняла, что все делаю правильно. Повторив движение, но теперь более резко, я приземлилась ягодицами на его бедра.

Установив ритм, я повторяла это движение вновь и вновь, получая ошеломляющие ощущения.

Руки Ричарда крепко вцепились в мою задницу, он стал помогать мне, пока я скакала на нем, как наездница.

Вот, что это значит.

Он застонал, прижимаясь своим телом к моей груди. На нем все еще была рубашка, и мне показалось, что это не честно. На ощупь, я нашла пуговицы и быстро их расстегнула. Он помог мне, скинув её в сторону. Движимая каким-то невероятным желанием, я прижалась губами к его шее, поцеловала место, где должна быть расположена татуировка и облизала сосок. Ричард зарычал, схватил меня за волосы, и теперь он вколачивался в меня снизу вверх.

Вот тебе и иметь контроль. Но меня нисколько не беспокоило это. Мне не нужен был контроль с ним. Более того, я хотела полностью избавиться от него в его присутствии. Это был большой шаг, но я жаждала подчиниться дьяволу.

– Встань. – Я замедлилась. Не понимая, чего он хочет, медленно поднялась на ватных ногах. – Развернись и сделай шаг назад. – Делаю, как он говорит. Теплые губы касаются верхней части моих ягодиц, и меня почти трясет от желания продолжить. – Садись.

Я сажусь на его колени, как на стул, когда снова чувствую давление на вход. Желая поскорее вернуть его внутрь себя, делаю это резче, и Ричард слегка стонет. Он сжимает мои бедра, перекидывает через свои колени, затем разводит ноги, тем самым очень широко раскрывая меня. Его член глубоко во мне, пальцы касаются клитора, но больше никаких движений. От нетерпения начинаю двигаться, но он обвивает мою талию свободной рукой и удерживает на месте.

Не понимаю, почему он медлит. Я точно знаю, что хочу большего. Но… Замираю, когда он проводит губами по моей спине, где я точно знаю расположен самый большой шрам. Моё дыхание учащается, веки мгновенно опухают от такой нежности.

Я не сказала ему, но Люк ненавидел смотреть на мои шрамы. Он почти всегда выходил, когда я переодевалась, и сразу обозначил, что секс только в миссионерской позе.

Ричард продолжает целовать мои шрамы и кожу вокруг. Один за другим, он медленно исцеляет моё тело, так же, как делал это с моей душой. Я не могу держаться, и тихий всхлип вырывается вместе с одинокой слезой. Он начинает двигать бедрами, полностью заменяя старые воспоминания новыми. Совершенными, поразительными, пробирающими до глубины души.

– Ты прекрасна, Алиса. Вся ты.

Я прикусываю губу, прикрывая глаза. Ричард продолжает двигаться быстрее внутри меня, одна его рука плотно обхватывает мою талию, другая поглаживает клитор, а губы целуют каждый миллиметр спины.

Его пальцы работаю в тандеме с членом, все волнения меркнут по сравнению с ощущениями, которые он мне дарит.

Я ловлю ритм, упираясь ладонями в его колени, и начинаю вращать бедрами, руководствуясь лишь собственными потребностями. Ричард сильнее прижимает меня к себе за талию, кусает за плечо, затем опускает влажный лоб между моих лопаток.

– Прикоснись к себе. – Рычит он, продолжая вбиваться в меня.

Его пальцы сменяются моими. Тут же чувствую, как стремительно приближается разрядка. По моему лбу и между грудей скатываются мелкие капли пота. Я чувствовала, что Ричард тоже близко. Мои стоны, моё возбуждение, подчинение – все это возбуждало его, и в свою очередь возбуждало меня.

Мой палец кружил вокруг клитора, Ричард ускорил темп, и я закричала, наконец, получив то, что хотела. Он тяжело застонал и кончил следом за мной.

Обессиленная, я упала спиной на его грудь. Мы оба тяжело дышали. Ричард прижал меня ближе к себе и поцеловал в плечо.

– Мне жаль… – Прошептал он. Я тут же напряглась, хотела поднять голову, но он надавил на мой затылок так, что мне пришлось улечься обратно. – Ты очень надолго застряла со мной, мышка.

Глава 15

Оставшуюся часть недели Ричард провел в моей квартире. Его бритва, зубная щетка, расческа, одеколон и дезодорант удобно устроились на полочке под зеркалом рядом с моими личными вещами. Футболки, домашние штаны и нижнее белье аккуратно сложены в комоде, а костюмы висели в шкафу, так же, как рубашки, одну из которых я благополучно стащила, чтобы надеть на голое тело и встретить Ричарда с работы. Его глаза наполнились горячей похотью, а рот открылся. Я почувствовала волнение, может, это было слишком, может, он не любит, когда берут его вещи, но когда он взял меня прямо в коридоре я успокоилась.

За эти несколько дней – Ричард, превратил меня в ненасытную, раскованную дьяволицу, которая может, смело заявить о своих желаниях и фантазиях. Как, к примеру, было вчера. Я почти плакала, умоляя его о том, чтобы он отлизал мне, когда я была на грани оргазма. Он издевался, тянул, но это сработало. Я получила мощнейший поток удовольствия, потому что этот мужчина знает, что делает.

Помимо секса на всех поверхностях в моей квартире, мы смотрели старые фильмы на итальянском языке, он учил меня готовить, и я почти закончила портрет.

Мне не хотелось выбираться из нашего пузыря, здесь было всё таким идеальным, но жизнь продолжалась и уже завтра, я должна вернуться на работу. Но было еще сегодня, я надеялась, что этот день не будет отличаться от предыдущих, но Ричард уже с утра был каким-то озадаченным и напряженным.

За завтраком я, как обычно, сидела на его коленях, а позже мы пьём кофе, но на разных стульях. Это было моё условие, в основном, потому что я не могу сделать нормальный глоток из-за страха обжечься или пролить на себя, в то время, как его руки блуждают по всему моему телу.

Ричард читает новости на своем айпаде, а я делаю заметки в ежедневнике. Сегодня утром он говорил очень мало. Я старалась не давить, но хочу знать, что происходит.

– Ты в порядке?

Он хмурится еще больше, но не отвечает, только кивает.

– Завтра я должна буду выехать пораньше, чтобы подготовиться к приходу босса. – Мой голос легкий. Я улыбаюсь, желая увидеть улыбку в ответ, но Ричард становится еще мрачнее.

Откладывает планшет и смотрит на меня, всё тем же мрачным взглядом. – Может тебе стоит перестать работать?

Я замираю, с чашкой кофе у рта.

– Что? Почему?

– Послушай, я говорил серьезно, когда сказал, что не завожу отношения на работе и не позволяю это делать другим.

Моя кофейная чашка с грохотом опускается в блюдце, так, что несколько капель летят в стороны, пачкая скатерть.

– Ты серьезно? Значит, ты хочешь, чтобы я была твоим маленькая грязным секретом? Наверно было удобно приходить сюда и даже не нужно скрываться, правда? – Вскакиваю со своего места. – Если ты думаешь, что я соглашусь уйти добровольно, то ты ошибаешься. Тебе придется придумать хорошую причину, чтобы уволить меня. – Тыкаю в него пальцем в воздухе. – И только попробуй сделать это, иначе я тебя засужу!

Браво, Алиса! Это, что-то новое.

Ричард молчит, его глаза светятся, и я чувствую вкус маленькой победы на губах. Он сделал меня такой. Сильной. Не боящейся высказать свое мнение.

Мужчина встает со своего места. Я жду агрессии, но никак не улыбку, которая появляется передо мной.

– Отличное шоу, мисс Джонсон.

Вздёргиваю подбородок. – Я все сказала. – Кончики его пальцев касаются моей щеки, и я снова поддаюсь власти дьявола. – Мы можем не афишировать это в офисе, пока не придет время, но я не уйду.

– Разве не ты, только что сказала, что не хочешь быть моим секретом? – Он делает шаг, его губы почти касаются моих, но этого мало. Голос становится смертельно низким. – Я не хочу скрывать факт того, что ты принадлежишь мне. Твои губы, твои глаза, волосы. – Он стучит пальцем по моему виску. – Твои мысли… принадлежат мне. Хочу, чтобы весь мир знал об этом и ни один человек с членом между ног, не рискнул даже взглянуть на тебя.

Моё дыхание учащается. Я прикрываю глаза, впитывая его слова. Чувствую, как они несутся по моим венам, распространяя приятное тепло в сердце. Я почти готова сдаться. Почти.

– Я буду твоим секретом, пока ты сам не решишь, что готов объявить о нас. Поговори с советом, отзови правила, и мы будем свободны. Неужели ты не понимаешь, что в компании наверняка есть люди, которые состоят в отношениях друг с другом, но из-за твоих правил им приходится скрываться. Это нечестно. – Он все так же близко, я чувствую дыхание на своих губах, но глаза становятся… грустнее. – Я не уволюсь, и ты не посмеешь сделать этого. В итоге, мы найдем решение.

Я целую его, и он отвечает мне взаимностью. Запутывается руками в моих волосах, прижимая меня сильнее к своему телу.

– Мне надо ехать, маленькая мышка. Теперь, когда ты снова выходишь на работу, я не смогу ночевать у тебя. Пока ты не маячила перед глазами, люди не знали, но могут легко понять, что между нами, если мы будем приезжать и уезжать вместе.

Я киваю, прекрасно понимая, что, как только мы выйдем за пределы квартиры, наш идеальный пузырь лопнет. Мне осталось лишь надеяться, что Ричард созовет совет, все им объяснит и это произойдет в ближайшем будущем. Иначе… Сколько я смогу прятаться? Не уверенна, что такой вариант мне подходит.

***

Мы хорошо играли свои роли, но неужели в итоге он так и не отменит это глупое правило о запрете отношений? Каждый раз я говорила себе, что требуется время, не давила и не заводила этот разговор первой, но шансы на то, что у нас действительно, что-то получится, становились все меньше.Две недели в компании прошли спокойно. Мне казалось, что мы с Ричардом действительно хорошо скрываем наши отношения. Но каждый раз, когда я возвращалась домой, в пустую квартиру, не считая Ориона, то начинала слишком много думать. Может, я спешу, но спустя неделю появилось ощущение, что Ричард даже не планирует говорить с советом. Скорее всего он так приспособился к нашим скрытным отношениям, что после того разговора в моей квартире, ни разу не поднимал эту тему.

Мне было мало его. Я скучала по его улыбке, прикосновениям, ощущениям которые он дарил мне. Ричард показал мне, что может быть между мужчиной и женщиной в постели, сделал зависимой и ушел. Ладно, это не совсем, правда. Ричард приезжал по вечерам, мы ужинали и занимались сексом, но затем он снова уезжал, оставляя меня одну. Иногда мы целовались в офисе, но это было быстро, пока никто не видит.

Я знаю, что никто не догадался бы, что мы тут делаем, так как я ассистент и могу много времени проводить в его кабинете, но все же, этого было недостаточно.

***

Была пятница, рабочий день почти закончился, а Ричард уехал на рабочую встречу. Я собиралась уходить вместе с остальными сотрудниками, хотя до окончания рабочего времени было еще добрых тридцать минут. Когда босса не было, многие закончив свои дела, уходили раньше. Конечно, если Ричард узнает, то, несомненно, будет скандал, но я никого бы не сдала.

Пискнул лифт, я подняла голову. Ричард Стрейдж вышел из распахнутых дверей. Все вокруг засуетились, делая вид, что всё еще работают, хотя некоторые уже надевали свои куртки. Он, несомненно, заметил, но проигнорировал. Это говорило о том, что у него сейчас есть более важные дела, чем отчитывать своих сотрудников.

Его шаги эхом отдавались в моих ушах. Я чувствовала мрачное напряжение за несколько метров. Видимо встреча прошла не очень хорошо.

Когда он подошел ближе, то даже не взглянул, лишь бросил быстрый приказ.

– В мой кабинет, сейчас же.

Дверь с грохотом захлопнулась, заставляя меня вздрогнуть. Другие сотрудники с сочувствием посмотрели на меня, очевидно понимая, что сейчас произойдет что-то плохое. В их глазах читалось «Удачи» и « Хорошо, что я не на её месте».

Я тихонько вошла, когда Ричард стоял у панорамного окна с засунутыми в карманы брюк руками. Пиджак, который только что был на нём, небрежно валялся на диване, а рукава рубашки закатаны до локтей.

Я встала в центре кабинета, прижимая планшет к груди.

– Что-то случилось?

Он развернулся на пятках, мои глаза округлились от непонимания. Еще минуту назад он выглядел мрачнее тучи, сейчас же, его губы скривились в дьявольской улыбке, а глаза мерцали сексуальной энергией. Колени задрожали, а сердце забилось быстрее. До сих пор не понимаю, как этот мужчина одним видом мог вызывать такую реакцию в моём теле. Без слов и прикосновений.

Медленно, словно охотник, он направился в мою сторону. Я ожидала, прикосновений, поцелуя, в конце концов, но он прошел мимо, окутывая меня своим персональным ароматом древесного муската и граната.

Щёлк.

Моя спина напряглась, когда я поняла, что он закрыл дверь. Не оборачиваюсь, возбужденно прикусываю нижнюю губу, предвкушая, что будет дальше.

Внезапно, чувствую тепло его груди на своей спине. Твердая ладонь ползет по пояснице, обхватывает талию и останавливается, когда запирает моё тело в кольцо, плотнее прижимая к его телу. Влажные губы прикасаются к нежному местечку за ухом, я выдыхаю от приятных ощущений и откидываю голову назад на его плечо. Мои соски под тканью бюстгальтера и блузки тут же твердеют, желая получить внимание.

– Вот ты и попалась, маленькая мышка. – Шепчет он в мою кожу.

– Ч-что ты делаешь?

Мои глаза закатываются от наслаждения. Мне всегда будет мало этого мужчины. Он так сильно вскружил мне голову, что иногда, я боюсь засыпать, чтобы не проснуться и осознать, что это был сон.

– Я скучал по тебе. – Язык проводит дорожку от уха вниз по пульсирующей вене. Мои внутренности сжимаются, образуя сплошной ком чувствительных окончаний.

– Мы… Нас могут увидеть… – Это даже не слова, лишь жалкое мычание с моей стороны.

– Дверь закрыта, никто не потревожит нас, тем более, они видели, что я в плохом настроении.

Я улыбаюсь, осознавая, что он вышел из лифта намеренно грозным. – Значит ли это, что встреча прошла хорошо?

Зубы вонзаются в моё плечо, я плотно сжимаю губы, чтобы не закричать от приятного удовольствия. Рука Ричарда двигается вниз, крепко сжимая бедра обтянутые юбкой.

– Встреча прошла отлично, но я слишком соскучился по своей девушке.

Девушке.

После той сцены в ресторане, мы больше не поднимали эту тему и не вешали ярлыков на наши отношения. Но сейчас, он сделал это сам, и здесь никого нет, чтобы устраивать шоу. Значит… Мы настоящая пара? Ричард не из тех мужчин, которым нужны отношения, тем более отношения на работе. То, что он пошел против своих же правил, заставляет меня кричать от восторга.

Длинные пальцы, пробежав по бедру, касаются края юбки. Подняв подол, он гладит резинку кружевного чулка, а я превращаюсь в расплавленную лужицу.

– Чулки, мисс Джонсон? – Хрипит он. – Ты не оставляешь мне шансов вести себя целомудренно.

Я разворачиваюсь в его руках, прижимаюсь грудью и трусь ноющими сосками, желая облегчить своё состояние.

– Не уверена, что ты до конца понимаешь значение этого слова.

Ричард широко и коварно улыбается. Между ног волной растекается возбуждение. Он засовывает пальцы под резинку моих трусиков. Нежным прикосновением проходит по клитору, прежде чем протиснуться внутрь. Стон, который срывается с моих губ, тут же заглушается требовательным поцелуем. Его губы так же совершенны на вкус, как и на вид. Поцелуи с Ричардом – это еще одно чудо света, которое я хочу от всех скрыть. Он наматывает мои волосы, собранные в высокий хвост, на кулак.

– Черт. – Я прослеживаю взглядом капельку пота, которая выступила на его лбу. – Такая мокрая.

Я не успеваю понять, как быстро всё происходит. Губы и язык Ричарда исследуют мой рот, пальцы в моей киске, а в следующую секунду опора из под туфлей пропадает. Он поднимает меня, а я машинально обхватывают его талию ногами.

В два больших шага, Ричард усаживает меня на свой стол, с которого тут же летят какие-то бумаги и предметы канцелярии. Он возвращает пальцы мне между ног и снова погружается внутрь. Тело пылает и хочет большего. Иногда, Ричард был нежен со мной, но чаще всего это не было милым занятием любовью. Всё, что он делал, казалось диким и неудержимым, как он сам. Передо мной стоял мужчина, привыкший получать то, что хочет. А хочет он меня.

Отпустив голову назад, я оперлась на локти, чувствуя приближение оргазма.

– С того самого дня, как ты вошла в этот кабинет, я мечтал трахнуть тебя на своем столе.

– Нас услышат… Твои правила… – Стону я, пока одной рукой он трахает меня, а другой расстегивает блузку. Осознание быть пойманными меня пугает, но в той же степени возбуждает.

– Обожаю их нарушать. Нас не услышат, если ты будешь вести себя тихо.

Сев прямо, я хватаю его за галстук и рывком притягиваю его лицо к своему. Снова поцелуй, от которого я могу потерять рассудок. Я прикусываю его нижнюю губу, тянусь к ремню и расстёгиваю его дрожащими руками.

– Трахни меня, я буду очень хорошей девочкой.

– Черт возьми!

Обсидиановые глаза сверкают, будто в них действительно отражается вспышка молнии. Он скидывает мою расстёгнутую блузку на пол, за ней летит и бюстгальтер. Ладони обхватывают грудь, пальцы скользят по напряженным соскам. Прикосновения грубые, почти болезненные, но я уже точно знала, как это будет. Более того, с нетерпением ждала. Я плотнее прижала свою грудь к его ладоням. Мне хотелось еще жестче. На моем теле было уже достаточно синяков от его грубых прикосновений, но после секса, Ричард всегда бережно набирал мне ванну и целовал покрасневшие участки.

Я с удвоенной скоростью задергала молнию у него на ширинке и, наконец, спустила с него штаны и боксеры. Сильно сдавила освободившийся член, чувствуя, как он пульсирует в моей руке.

Больше у меня не было шанса, что-либо сделать. Ричард схватил меня за лодыжки, потянул на себя, что я почти упала на спину, но во время подставила локти. Он рывком разорвал мои трусики, оставляя меня только в юбке, собравшейся на поясе, чулках и туфлях. Шагнув вперед, он взял в руку член и вонзил его глубоко в меня.

У меня никогда не было шанса. Быть тихой с ним, просто не реально. Это не первый наш раз, но даже я ужаснулась собственному полукрику, полустону.

– В чем дело, мышка? – Прошипел он сквозь стиснутые зубы, двигая бедрами, входя глубоко внутрь меня.

– Это… это… – Ричард изменил угол наклона, чуть согнув колени. – О!

Он тихо рассмеялся. – Посмотри на меня. – Я почти кончила, но он резко вышел из меня, и мне казалось, что я вот-вот заплачу. Схватив меня за руки, Ричард рывком поднял меня со стола. Его губы прижались к моим, в собственническом поцелуе.

– Попроси меня, чтобы я дал тебе кончить.

Я хотела, чтобы он дал мне кончить. Больше всего на свете. Но будь я проклята, если не сыграю в его же, игру.

Презрительно прищурив глаза, я процедила. – Мистер Стрейдж, вы мудак.

Судя по его улыбке, именно этого он и добивался. – Скажите, пожалуйста, мисс Джонсон.

– Пожалуйста, идите в задницу.

Он рассмеялся. Громко. Я снова попалась на эту уловку, отвлеклась и в следующую секунду моя грудь оказалась прижатой к холодному окну. Разница температур заставила меня вскрикнуть. Но это не помогло сбавить мой пыл. Я вся горела и каждой клеточкой тела жаждала грубых прикосновений.

– Молодец, мышка. Ты становишься еще смелее. – Он укусил меня за плечо. – Раздвинь ноги.

Я так и сделала. Без колебаний, он притянул мою задницу ближе и снова резко вошел.

– Такая порочная девчонка. Тебе нравятся, когда на тебя смотрят, да? – Прошипел он, кусая меня за мочку уха. – Тебя возбуждает, что любой в соседнем небоскребе может выглянуть в окно и увидеть, как тебя трахают?

– Ричард… Замолчи…

На самом деле я не хотела этого. Его хриплый дьявольский голос творил со мной невероятные вещи. И он прекрасно знал это, потому что снова рассмеялся тем красивым смехом, который я так люблю. Наверняка замечая, как от этого звука, по моей спине бегут мурашки.

– Хочешь, чтобы все увидели, как красиво ты кончаешь?

Я не смогла ответить. Крепко сжала зубы, в жалкой попытке не кричать. Каждый толчок его бедер, все сильнее прижимал меня к стеклу.

– Скажите это, мисс Джонсон. Ты хочешь кончить? Ответь или я остановлюсь. – Произнёс он, с каждым движением вгоняя в меня член все глубже и глубже. – Давай, скажи это.

Наклонившись вперед, он сильно сжал мою грудь, а зубами прикусил плечо.

– Боже, пожалуйста… – Произнесла я, плотно закрывая глаза.

– Он здесь не причем.

Протянув руку, он принялся поглаживать кончиками пальцев мой клитор – точными, выстроенными движениями. За все время, Ричард достаточно хорошо изучил моё тело и прекрасно знал, где нужно увеличить темп, а где уменьшить. Я почувствовала, как его прижатые к моему плечу губы растягиваются в улыбке, а затем, когда он снова укусил меня, не смогла терпеть.

Волна прокатилась по моему телу, по позвоночнику, бедрам и между ног.

Ладони вдавились в стекло, и все тело затрясло от оргазма. Задыхаясь, я пыталась глотнуть воздуха, чтобы не упасть в обморок.

Это безумие. Ричард Стрейдж – дьявол, с которым я добровольно готова спуститься в ад.

Когда оргазм стихает, он продолжает трахать меня, чтобы получить собственное удовольствие. Я снова думаю о том, что нас могут поймать. Хоть дверь закрыта, любой может подойти, дернуть ручку и задаться вопросом, что мы здесь делаем. Они так же могут, что-то услышать.

Нет. Я не буду думать об этом сейчас.

Девять лет я следовала правилам. Жила антисоциальной затворницей, скучной и молчаливой.

Из-за этого я упустила слишком много. Я действительно думала, что фригидная после опыта с Люком. Но Ричард доказал обратное. Он сделал больше. Он нашел моих личных демонов и приручил их.

Он научил меня, показал, что я могу получить. Скучных прикосновений и нежных поцелуев не будет достаточно.

Просто секса недостаточно.

С ним я поняла, что предпочитаю трах. Первобытный и грубый.

– Такая чертвоски тугая, моя маленькая мышка. – Ричард крепко сжимает мои бедра, вколачиваясь со всей силы. Я держусь руками за стекло, чтобы не биться лбом об окно. – Блядь! – Слышу его стон. – Ты потрясающая… идеальная, черт возьми!

Ричард изливается внутрь меня, горячие струи спермы согревают мои внутренности.

Боже мой…

Он прижимается лбом к моему позвоночнику и выходит. В воздухе слышны только наши тяжелые вздохи.

Чувствую, прикосновение его пальцев у своего входа. Он собирает свою сперму, которая вытекает из меня и входит двумя пальцами снова. Я такая чувствительная, что спустя несколько движений, ощущаю второй оргазм и со стоном скатываюсь на пол, но он во время ловит меня.

Мое тело обессилено лежит на маленьком кожаном диване, на который Ричард отнес меня. Он хлопает меня по заднице и опускает юбку, затем застегивает свой ремень и заправляет рубашку в брюки.

Мой дьявол показал свое истинное лицо, и я солгу, если скажу, что мне не понравилось. Каждый раз, он буквально выбивает из меня старую Алису, оставляя новую. Сексуальную, уверенную в себе и воинственную версию. Именно ту, к которой я стремилась годами.

Ричард, дьявол, Стрейдж посадил ее рядом с собой на трон в аду, негласно провозглашая королевой и передавая ей часть своей силы.

Ричард присел передо мной на корточки и помог надеть бюстгальтер с блузкой. Выбившиеся из хвоста пряди, бережно заправил мне за ухо.

– Теперь поговорим серьезно. – Его тон меняется на рабочий, и я не понимаю, как, черт возьми, он может так быстро переключаться, когда я только восстановила дыхание. – Я хочу, чтобы ты переехала ко мне.

Слова эхом отдаются в моей голове. Больше всего на свете, прямо сейчас, мне хочется пробраться в его мозг и убедиться, что я не ослышалась.

Моя квартира в Бруклине, была старенькой, но там был сделан уютный ремонт. Я смогла предать ей индивидуальности: развесив мои любимые картины, не очень известных современников, которые я выкупила на онлайн – распродажах, разбросав цветные подушки на диване и постелив мягкие ковры, на которых так любит валяться Орион.

Другими словами, я люблю свою квартиру. Бруклин был хорошим районом, несмотря на то, что раньше считался районом бедняков. Сейчас он хорошо отстроился и цены на жильё очень высокие.

Я знаю это, потому что потратила почти все деньги с продажи своего дома в Питтсбурге и небольшого наследства к которому, если честно, не хотела даже прикасаться.

После измены Люка, я ждала лишь окончания университета, чтобы поскорее съехать из общежития и начать новую жизнь.

Хелен познакомила меня с приятной женщиной – риэлтором, которая помогла мне найти подходящую квартиру в моем ценовом диапазоне. Вместе с подругой, мы рассмотрели четыре варианта и пятая квартира, стала той самой.

Для меня, это был огромный шаг, не считая поступления в университет, для создания новой версии себя.

– Смешно. – Я фальшиво смеюсь, но его лицо остаётся непроницаемым. – Разве мы не скрываем наши отношения? Очевидно, что все поймут, если мы будем жить вместе.

Ричард встает, оттолкнувшись руками от колен, и смотрит на меня сверху вниз с легкой лукавой улыбкой. – Сегодня я встречался с советом.

– Что? Ты не говорил.

– Я не сделал этого, лишь потому, что не был уверен, что они согласятся. Если бы все пошло плохо, это лишь расстроило бы тебя.

Я дарю ему понимающую улыбку, и надежда внутри меня стремительно расцветает. Неужели теперь мы всегда будем вместе? Я не верю, Боже.

– И что они сказали?

– Я показал им результаты проделанной работы за последний год и показал им планы на ближайший год. Я работал над этим две недели, чтобы у них не осталось и капли сомнения на мой счет. Когда каждый из членов совета просмотрел отчеты, будущие проекты и цифры, которые мы уже достигли и будущую перспективу, я сбросил бомбу. Мне пришлось пойти на риск и поставить им условие.

– Что ты сделал? – Я выпрямляюсь, пытаясь понять, что он придумал.

– Я сказал им, либо я в открытых отношениях с тобой, либо… – Ричард устало проводит рукой по лицу. – Я ухожу с поста генерального директора.

Я вскакиваю, меня слегка пошатывает, но удерживаю равновесие. – Как ты мог это сделать? Что если бы они отказались? Ты мог все потерять? Это безумие!

– Я был уверен в своем успехе и, как видишь, все прошло идеально.

– Но, что если бы ты ошибся? Ты бы ушел из компании, которую сам построил?

Он подходит ко мне и берет двумя пальцами за подбородок. – Да, если бы это означало остаться с тобой.

Веки опухают, но я сдерживаю слезы. Он сделал этот ради меня. Ради нас. Никто не делал для меня подобного, а этот мужчина… Боже, я не знаю, чем я заслужила его рядом.

– Не делай так больше. Если бы они отказались, я винила бы себя до конца жизни.

– Я все рассчитал, мышка. Совет знает, что лучше меня претендента нет.

– Но два года назад они с лёгкостью бы убрали тебя.

– За два года многое изменилось. Я вырос в профессиональном плане и добился высот в своем деле. Совет знает это не хуже меня.

– Так значит… – Я медленно моргаю, надеясь, что это не сон. – Нам больше не надо скрываться?

– Эти две недели были чертовски сложными. Я скучал по тебе, несмотря на то, что мы весь день вместе. Но это не то. Я скучал даже по твоему чертовому коту, который оставил кучу шерсти на моих костюмах.

Я хихикаю, но понимание медленно проникает в мой мозг. Переехать, значит оставить маленький кусочек жизни, который привел меня к этому моменту.

– Я люблю свою квартиру, и хочу жить с тобой…

– Но…?

Между его бровей появляется складка недовольства. Пальцы, которые только что нежно держали моё лицо, теперь сжимают меня почти до боли. Я собираюсь с духом и говорю то, о чем возможно пожалею.

– Но я не хочу переезжать.

Я действительно, действительно хотела бы жить с ним, но моя квартира, как щит, который защищает меня от боли и страха неизвестного. Там, я чувствую себя собой, чувствую себя независимой. Это именно то место, где я могу вздохнуть полной грудью.

Особняк Ричарда мне совершенно не подходит. Он бездушный и холодный. Я никогда не смогла бы принадлежать этому месту.

Глаза напротив меня темнеют, его губы сжимаются в тонкую линию. Я ожидаю грубости, но его голос сладкий тихий яд.

– У тебя нет вариантов, маленькая мышка.

Я прищуриваюсь и вырываюсь из его хватки. – С чего бы это? Мне не нравится твой особняк, если хочешь, можем съехаться у меня. Тем более, там уже полно твоих вещей.

Он хмурится, засовывает руки в карманы и подходит к окну, на котором остались следы моих ладоней. Делаю мысленную заметку стереть это.

– В твоей квартире мало места.

Подхожу ближе и встаю прямо за ним. – Ты не жаловался, пока жил там неделю.

Ричард разворачивается так резко, что от неожиданности я делаю шаг назад. – Этого требовал случай, сейчас по-другому. – Его рука ложится на мою талию, а губы касаются уха, когда он шепчет. – Я люблю большие открытые пространства, чтобы тебе было куда убежать, когда я буду ловить тебя снова и снова.

По моим щекам проносится жар, а сердечный ритм учащается. Боже мой. Его сперма все еще во мне, и теперь, когда он говорит все эти вещи, не потребуется много времени, чтобы я снова возбудилась, и наши соки потекли по моим бедрам.

Я отгоняю эти мысли и пробую зайти с другой стороны.

– Я не хочу жить там, где ты жил с Марианной. – Быстро произношу, делая шаг назад. Я уверена, что Ричард знает, как его слова и прикосновения действуют на меня. Я не то, что думать и говорить не могу, даже дышать получается с трудом.

Он ухмыляется, снова убирая руки в карманы. – Технически, она не жила со мной. Мы только трахались.

– Это не имеет значения. Я не хочу спать в постели, где была сотня женщин.

– Твоя ревность бесподобна, но мы не будем жить в твоей квартире, и это не обсуждается.

– Значит, разговор окончен. – Вздернув подбородок, я складываю руки на груди.

Он вздыхает, глядя на меня одну долгую минуту. – У меня есть небольшой пентхаус на Манхеттене. Думаю, тебе понравится.

– И что, там не было ни одной твоей девушки?

– Шлюхи. Там не было ни одной моей шлюхи. Ты моя первая девушка.

Вау. Это прозвучало очень грубо. Стыдно признать, но это было удивительно приятно услышать.

– Я подумаю. – Игриво склоняю голову на бок. Ричард делает шаг ко мне, я от него.

– Сколько? Сколько ты будешь думать? Я не прошу тебя выходить за меня замуж и не прошу продавать свою квартиру. Хочешь, сделай из неё студию или сдавай, мне плевать, но я хочу, чтобы твоя задница была в моей постели каждую ночь и каждое, чертово, утро!

Власть. Вот, что я почувствовала от его слов. Но сейчас, она есть и у меня. Иметь контроль над таким мужчиной, как Ричард Стрейдж – это невероятно приятно. Ричард не только передал мне часть своей силы, понимая, что я могу воспользоваться ей, но и вложил карты в руки для принятия такого важного решения. Я ценю то, что он прямо сказал о своих намерениях и даже пошел на уступки в виде пентхауса, но, не судите строго, хочу поиграть в суку. Совсем немного. Это, что-то совершенно новое и интересное.

– Я подумаю, мистер Стрейдж, что-то еще?

Он молчит, вероятно, понимая, что я издеваюсь над ним. Мои губы вытягиваются в улыбке, я разворачиваюсь и следую к двери. Но, как только моя рука касается дверной ручки, меня с силой прижимают к двери.

Его ладонь сжимает мою задницу, оставляя синяки. Он шепчет, низким, устрашающим голосом, посылая мурашки по телу.

– Моя сперма все еще внутри тебя, Алиса. Так, что не забывай, кому ты принадлежишь. Ты можешь быть очень плохой девочкой рядом со мной, но моё терпение не вечное. Я даю тебе два дня, как только они закончатся, заберу тебя силой и поверь… Тебе это не понравится.

Другая девушка, нормальная девушка, девушка у которой развит инстинкт самосохранения – должна испугаться. Убежать. Может даже уволиться. Этот мужчина с кучей красных флажков, которые испугали бы меня раньше.

Ключевое слово раньше.

Сейчас я его королева, а он мой король.

Вдыхаю через нос, когда губы выгибаются в широкой одержимой улыбке.

– Обещания, мистер Стрейдж. Одни обещания.

**

В следующий понедельник офис кипит работой. Ричард не обманул, когда сказал, что презентация с итальянцами прошла хорошо и Strage Interprice осуществляет проект нового жилого комплекса в Палермо. Все были на взводе, но благодаря Ричарду, который смог наладить идеальный процесс работы и верно расставить приоритеты, мы были на шаг впереди. У каждого отдела было своё задание, как только оно было выполнено – младший руководитель представлял отчет Ричарду и получал дальнейшие указания. Мы занимались этим всю прошлую неделю, и сегодняшний день не стал исключением, если бы не одно маленькое но… Время почти одиннадцать утра, а Ричарда всё ещё нет.

В субботу он приезжал ко мне с пакетом еды из китайского ресторана, мы смотрели фильмы, смеялись и даже устроили бой подушками, потому, что он сказал, что никогда не делал этого. Конечно, бой я проиграла, и получила наказание, в виде нескольких горячих шлепков по заднице. Нет смысла говорить, что я была рада проиграть.

Он не спрашивал о переезде, и я подумала, что возможно он передумал. Но в воскресенье вечером, перед тем, как уехать домой, Ричард страстно поцеловал меня на прощание и напомнил, что завтра ждет мой положительный ответ. Конечно, он не допускал мысль, что я откажусь и, очевидно, я была слаба, чтобы сказать нет.

Сегодня, по неизвестным для всех причинам, он просто не вышел на работу, тем самым очень сильно меня подставив. Каждые несколько минут, ко мне кто-то подходил и задавал кучу вопросов, на некоторые из которых, у меня не было ответа. Я почти словила паническую атаку, но во время успокоилась.

Как личный ассистент, я должна знать, где босс, но он не отвечал на мои звонки. Меня сотню раз перекидывало на голосовую почту, и я уже возненавидела этот роботизированный голос в трубке. Я даже несколько раз проверила его расписание, надеясь, что не заметила какую-нибудь запланированную встречу, но и там было пусто.

К обеду я уже собралась ехать к нему домой, как вдруг получила сообщение.

ДЬЯВОЛ: Отмени все встречи на ближайшие три дня. Не ищи меня.

Глава 16

Прошло несколько дней с тех пор, как я получила сообщение от Ричарда с просьбой не искать его.

Переносить встречи по телефону и электронной почте было проще, чем врать сотрудникам, глядя в глаза. Многие на нашем этаже, очень добродушно ко мне относились, и я не могла выдавить, что-то типо «Босс заболел», поэтому пришлось сказать, что у него личные дела, подробности которых я не знаю. Так же добавила, что мистер Стрейдж передавал, что доверяет нам и мы, несомненно, справимся с проектом без него.

Последнюю часть, я, конечно, выдумала, но видели бы вы глаза сотрудников, когда я сказала это. Очевидно, Ричард был не самым приятным начальником, и не часто хвалил своих людей, если вообще делал это. Но как только я озвучила то, что посчитала правильным, люди заулыбались искренними улыбками. Может они и не верили, что без Ричарда все пройдет хорошо, мои слова дали им стимул доказать боссу, что он не ошибся.

Три дня мы работали без обеда, лишь с быстрыми перекусами и кофе. Почти весь офис собрался на сорок девятом этаже, кто-то сидел за столом, кто-то на столе, на полу, у стены – люди были везде. Мы стали огромной сплоченной командой. Мистер Ленсли сообщил нам, что итальянский представитель приедет в следующий понедельник и посмотрит на ход работы. До этого дня, мы должны опередить план.

Если итальянцам все понравится, они заплатят Strage Interpice десять миллиардов долларов. Это поднимет компанию на три пункта вверх на рынке, и тем самым мы займем почетное второе место в списке Fortune.

Никто больше не спрашивал о Ричарде, я и сама так погрузилась в работу, что в течение дня, просто не было времени думать о его побеге. Но как только я возвращалась домой… Вот тогда наступали самые долгие и болезненные часы.

Я не понимала, что такого могло произойти, раз он так легко оставил компанию в такой важный период. Я даже не говорю о себе. Видимо, он не настолько мне доверяет, чтобы рассказать о своих делах.

***

Сегодня утром Эрик принес мне кофе, и мы перекинулись парой слов. К сожалению, мы почти не общались. Думаю, все изменилось после той сцены с Ричардом в моей квартире. А может, у нас обоих просто не было времени на разговоры, но, очевидно, он понял, что между мной и боссом, что-то происходит.

Я не пыталась объясниться. Во-первых, я никогда ему ничего не обещала, а во-вторых, этот разговор был бы ужасно неловким. И все же, Эрик был моим единственным другом и после пропажи Ричарда, мне стало слишком одиноко.

– Мисс Джонсон. – Я подняла голову от онлайн таблиц, которые изучала, и увидела Дэниела Ленсли.

В отсутствие Ричарда – Дэниел, взял на себя обязанности руководителя. Хотя он финансовый директор и не очень хорошо разбирается в архитектуре и моделировании, не возможно не заметить его стремление во всем разобраться и помочь. Дэниел из тех людей, которые и на китайском заговорят и сантехнику в туалете починят, если того требует ситуация. Так же его отличие от Ричарда в том, что он почти всегда находится в прекрасном расположении духа. Но со вчерашнего дня он выглядит более напряженным, чем когда-либо.

– Доброе утро, мистер Ленсли.

– Я хотел попросить переслать мне файл с эскизами третьего сектора.

– Да, конечно, сейчас сделаю.

Он кивнул, но не ушел. Его рука несколько раз сжалась в кулак.

– Что-то еще нужно?

– Я… Я не уверен, что должен просить вас, но…

– Если это по проекту, я сделаю все, что нужно.

Дэниел провел рукой по своим волнистым волосам. Он был действительно красивым мужчиной, но в отличие от остальных девушек, я не рассматривала его с этой стороны.

– Нет. Дело не в проекте. Ричард…

Я замерла. – Что с ним?

– Не могли бы вы проведать его?

По его взгляду было ясно, что Дэниел, что-то знает. Не только о том, что происходит с Ричардом, но и то, что мы с ним вместе.

– Он… – Я прочищаю горло, стараясь скрыть волнение. – Он просил не искать его.

– Да, он всегда так делает, когда происходит, что-то чрезвычайное. Пытается разобраться со всем сам, но… – Дэниел смотрит по сторонам, будто пытаясь определить, никто ли нас не слушает. – Ты нужна ему, Алиса.

***

Спустя час я сижу в такси и еду в особняк Ричарда.

Разговор с мистером Ленсли меня очень встревожил. Не то, чтобы я не волновалась раньше, но…

Он всегда так делает, когда происходит, что-то чрезвычайное. Пытается разобраться со всем сам.

Эти слова крутились в моей голове снова и снова, пока я не бросила все дела и не убежала из офиса.

Мне было смертельно важно убедиться, что он в порядке. Просто увидеть, что он жив, здоров и уйти. Разве это плохо? Он назвал меня своей девушкой, в обычных отношениях люди заботятся и навещают друг друга. Хотя кого я обманываю, наши отношения далеко не обычные.

Итак, добравшись на такси по будничным пробкам до его дома, я вышла из машины и встала перед высокими воротами. Ричард обнес себя кованым забором, словно высокоохраняемая достопримечательность.

Ворота не открылись передо мной, как в прошлый раз. Черт, я совсем забыла об этом маленьком нюансе. Но когда я подошла ближе и коснулась рукой железного прута, ворота легко поддались и с тихим скрипом распахнулись. Я слегка удивилась, но была рада, что мне не пришлось искать способы перелезть, через эту железную громадину.

Громко постучав в дверь несколько раз, я подождала минуту, прежде чем дернуть за ручку. Дверь так же оказалась открытой. Я должна радоваться, что все оказалось проще, чем могло быть, но это наоборот заставило меня задуматься. Ричард не был похож на человека, который обнесет дом трехметровым забором, поставит огромную железную дверь и оставит это все открытым.

Как только я ступила на порог, то оглянулась по сторонам. Особняк был огромен, и я понятия не имела где искать Ричарда. Две массивные дубовые двери справа и слева, широкая винтовая лестница прямо передо мной и одна справа узкая, ведущая вниз, видимо в подвал. Куда я должна идти, чтобы найти хоть кого-то живого?

Внезапно, я услышала какой-то звук справа за дверью и облегчено вздохнула. Видимо, я не потрачу несколько часов на поиски живого человека.

Медленно, но уверенно, я подошла к двери. Звук стих, поэтому я слышала лишь стук своего сердца, эхом, отдающимся в голове. Слегка занервничав от мыслей, что могу там увидеть, я дернула дверную ручку вспотевшей ладонью.

Передо мной появилась большая светлая гостиная с панорамной стеной с одной стороны, вид из которой выходил на подъездную дорожку и сад, и темно-коричневой стеной с камином и книжными полками с другой. Благодаря бархатным светлым диванам и цветам в больших горшках, эта комната казалось уютной и стильной одновременно.

Чьи-то ругательства привлекли моё внимание. Я оторвалась от рассматривания гостиной и прошла дальше. Сквозь высокую арку в стене виднелся блестящий кухонный гарнитур. Я подумала, что там кто-то готовит, поэтому стремительно направилась дальше.

То, что я увидела, повергло меня в шок. Здесь никого не было, но слева был проход в столовую, которую невозможно было увидеть из гостиной.

Обеденная зона была великолепно выполнена в стиле Прованс. Изысканная лепнина на потолке, большой дубовый стол в центре и такие же стулья. И я бы еще дольше любовалась искусным дизайном, если бы повсюду не валялись разбитые тарелки, вазы и другие бьющиеся предметы. На длинном обеденном столе стояла куча пустых бутылок из под алкоголя. Похоже, что кто-то напился и попытался разрушить эту комнату.

Я прошла по стеклу, которое хрустело под моими туфлями, обходя крупные куски битого фарфора.

Сбоку стоял диван, на котором, разваливавшись, сидел никто иной, как Ричард Стрейдж.

Его волосы были в полном беспорядке, рубашка, в которой он, кажется, был у меня в воскресение, полностью расстегнута и испачкана пятнами слишком похожие на кровь. Он лежал с закрытыми глазами, откинув голову на спинку дивана. В руке была почти пустая бутылка бренди.

Я ужаснулась этой картинке. Не понимаю… Неужели он пил здесь, пока я сходила с ума от беспокойства, а компания гудела от количества работы?

Я еще раз огляделась. Больше никого не было, но неужели он сам навел такой беспорядок? Может он с кем-то подрался? Мысль о том, что Ричард ранен метаморфический сжала мое горло, и я подошла ближе. Наклонившись, я смогла рассмотреть огромные синяки под глазами, будто он не спал все эти дни. Костяшки пальцев, обхватывающие бутылку, были в засохшей крови.

Я потянула руку, чтобы проверить пульс на его шее, но моё запястье резко перехватили и черные глаза заставили меня замереть.

– Какого черта ты здесь делаешь? – Его голос был грубым и посаженным, будто он болеет или очень громко кричал. Слова задели меня, но я не стала бы этого показывать. Не сейчас. Я должна выяснить, что произошло.

– Я… я волновалась.

Он отпустил мою руку, не отводя взгляда. Я заметила в потускневших глазах, какой-то проблеск сожаления или раскаяния. Все смешалось, и я никак не могла понять, что он чувствует.

– Что случилось? – Прошептала я.

– Тебе лучше уйти.

Он выгонял меня? Нет, он не серьёзно. Я не верю своим ушам. Ричард был козлом до того, как у нас начались отношения, но после он заботился обо мне и оберегал. Я открыла ему сердце и душу, а он… Выгоняет меня? Черта с два.

Правда была в том, что я хотела знать, что с ним произошло, независимо от его слов и той силы, с которой он меня отталкивал.

– Нет.

Он хмыкнул. – Такая чертовски смелая, маленькая мышка. – Он встал и в пару глотков, допил содержимое своей бутылки. – Что ж, тогда оставайся. Ты нужна мне сегодня.

От этих слов мне стало легче. Он нуждался во мне, а я отчаянно нуждалась в нем. Я лишь жалела, что не пришла раньше.

Ричард, молча, подошел к напольному стеклянному бару, который удивительным образом был еще полон бутылок и даже не разбит. Он достал очередную бутылку бренди, открутил крышку и сделал несколько больших глотков прямо из горлышка. Не смакуя этот дорогой напиток, даже не покривившись от вкуса, будто это вода.

Подойдя к окну, он потянул себя за волосы. Уже был почти ноябрь, темнело рано, и улицу покрыли сумерки. Я увидела его лицо в отражении окна и с трудом сглотнула от увиденного. Ричард был в полном беспорядке. Мешки залегли под глазами от усталости, мелкие морщины покрыли лоб, волосы в некоторых местах слиплись, а щетина отросла в полноценную бороду. Он никогда не выглядел подобным небрежным образом. Сейчас в нём не было того сильного и властного мужчины, которого я недавно встретила в лифте. Человека, который защитил меня от бывшего парня, и который заботился обо мне во время болезни. Это не был успешный бизнесмен, а лишь маленький испуганный мальчик. Меня одновременно пугало и интересовало, кто мог подобраться к нему так близко, чтобы довести до такого состояния.

Я провела пальцами по дубовому столу, ощущая гладкую поверхность, на которой мелкой россыпью встречались осколки битого стекла.

Мне хотелось требовать и кричать, чтобы он рассказал мне, что произошло, но я, как никто другой знала, что человеку требуется время, особенно в тяжелые моменты. И все же, забота о Ричарде казалась моей обязанностью.

Я не хотела давить, но и смотреть как он морально и физически истекает кровью, не могла.

– Подойди. – Безэмоционально произнес он, не оборачиваясь.

Раньше, я встала бы просто рядом, но не сейчас. Я подошла и остановилась прямо перед ним, обхватив руками его талию, плотно прижимаясь своей грудью к его. Ему следовало отвлечься от всех беспокойств, которые довели его до такого состояния, которые заставили разбить тут все вдребезги и напиться.

Откинув голову назад, я посмотрела ему в глаза, показывая, что я здесь, и я не уйду.

– Ты прекрасна. – Прошептал он, проводя свободной рукой по моей щеке.

– Ты сильно пьян. – Ухмыльнулась я.

– Точно. – Дьявольская улыбка коснулась его лица, и я подумала, что еще не всё потеряно. Взгляд блуждал по момим губам. – Но ты была прекрасна, каждый день, когда я видел тебя, и ты останешься такой же, когда я завтра проснусь с дикой головной болью.

Его руки скользнули вниз к моей талии, он в одно движение поднял меня, развернулся и усадил на стол. На мне были плотные брюки, так что стекла не чувствовались, но от трения, они однозначно могут порваться.

Длинные пальцы нашли мою ширинку и дёрнули её с такой силой, что был слышен треск. Через несколько секунд на пол полетела моя кофточка и бюстгальтер. Он положил ладонь на мою грудь и слегка подтолкнул, чтобы я опустилась на стол. На этот раз мою кожу ничего не защищало от порезов, но мне было плевать, эта спина переживала и худшее.

Ричард взял бутылку, которая стояла рядом со мной на столе, и сделал большой глоток, затем достал из кармана пачку сигарет, закинул одну между губ и поджег зажигалкой. Он глубоко затянулся, не отрывая от меня взгляд, блуждая по моему телу.

Я даже не знала, что он курит, и никогда не любила запах сигарет, но Ричард выглядел сейчас очень опасно и сексуально.

Мой темный король.

Он снова сделал глоток из бутылки. Я слышала, что от такого сочетания сигарет и алкоголя могут быть последствия, но не стала ничего говорить, ожидая его действий. Уверена, Ричард не хотел, чтобы с ним сейчас нянчились.

Он затушил сигарету прямо об стол и наклонился надо мной, поцеловав в ребро, потом ниже у пупка.

– Я не дерьмовый человек. – Прошептал он.

Меня искренне беспокоило то, что могло его так сломать. Я хотела помочь, но в одном не сомневалась: сейчас он хотел поддаться безумству. Демон вышел наружу, он выбрал меня своей жертвой, и я готова встретить его с высоко поднятой головой. Всё, что происходило между нами ранее, будто было подготовкой к этому моменту.

И вот я лежу на столе, словно запеченный поросенок. Ожидая, когда со мной разделаются. Ожидая возможности забрать его боль.

– Это не так, ты хороший человек. – Прошептала я, когда он встал на колени и спустил с меня брюки вместе с трусиками.

Жгучая боль на спине и попе возвращала мне ненужные воспоминания, но я отгоняла их. Ричард так же помог не зациклиться на прошлом, когда провел языком по моей киске. Он задел зубами клитор, медленно сводя меня с ума.

Ричард Стрейдж оказался не таким, как я видела его изначально и не таким, каким его видели другие. Он был худшим из дьяволов. Тем, кто сдержан, опрятен и владеет манерами.

– Черт… – Застонала я, теряя контроль над собой. – Ты меня убиваешь.

– Нет, Алиса. Я собираюсь воскресить тебя. – Он положил пальцы на мои половые губы и развел их в стороны, погрузил в меня язык и начал трахать меня им, но я еще пыталась ухватиться за остатки своего рассудка.

– Скажи, что мы найдем решение. – Сжимая мои бедра сильнее, он медленно дразнил меня языком.

Восхитительное чувство зарождалось внутри, мне хотелось, чтобы он продолжал снова и снова, так он и сделал, а потом сказал:

– Я не могу отказаться от него, но и не хочу его.

О чем он говорит? Кого он не хочет? Последние работающие клетки мозга пытались понять и найти ответы. Кто оказался настолько ужасен, чтобы причинить боль моему мужчине? И более того, кто имеет над ним власть?

– Ты не должен, если не хочешь. – Мой голос дрожал, как и все тело. На меня вот-вот обрушится оргазм, который разорвет тело на части. – Что бы ты ни решил, я буду рядом.

– Я уничтожу её. – Сказал он и его язык вновь погрузился в меня.

Его губы, зубы и пальцы уничтожали меня, доставляя удовольствие. Он говорил о другой женщине, находясь между моих ног. От этого красный свет в моей голове должен гореть ярче, а сирены визжать, но этого не произошло.

– Я буду рядом! – Громко воскликнула я, чувствуя, как тело трясётся, когда горячая волна поглотила меня.

Я закричала, дергая его за волосы и сжимая голову бедрами. Несколько секунд я даже не могла пошевелиться, поэтому просто смотрела, как Ричард расстегивает ремень и достает член, а затем хватает меня за бедра и придвигает ближе к себе.

– Ты даже не представляешь, в какой я ярости. – Его темные глаза показывали мне это. Они горели темным пламенем.

– Я вижу.

– Тебе лучше уйти, сейчас самое время бежать, маленькая мышка.

– Я не уйду.

– Тебе не понравится то, что я сделаю с тобой.

– Что это?

– Та сторона меня, которую я держу на поводке.

Я сглотнула, когда легкая паника накатила на меня, но я уже не та слабая, хрупкая Алиса.

– Я остаюсь. Удиви меня.

Он усмехается. – Я причиню тебе боль.

Я раскрыла рот, пытаясь подобрать ответ. Выдохнула, провела языком по нижней губе. Он думал, что я сбегу, думал, что пугает меня. Но он сам сделал меня сильной и я готова показать ему.

– Я справлюсь. – Я приподнимаюсь на локтях. – Именно это мне в тебе и нравится, зная мою историю, ты не относишься ко мне, словно я хрупкая вещица, словно я могу разбиться от любого прикосновения.

Эти слова сделали его глаза еще чернее, будто его зрачок в мгновенье расширился и забрал весь коричневый цвет. Битое стекло захрустело под его ботинками, а глаза закрылись. Наступила тишина. Я осталась наедине с дьяволом. Он, наконец, позволит мне увидеть его.

Ричард с силой дёрнул меня на себя. Я думала, он подхватит меня, но мне пришлось встать голыми ногами на битое стекло. Схватив моё запястье, он повёл меня сквозь кухню и гостиную. Мы поднялись на второй этаж и оказались в спальне. Исцарапанные ноги с удовольствием погрузились в серый ворсистый ковер. Я подняла голову и увидела кровать королевских размеров, которые я видела только в кино. У меня перехватило дыхание, когда в голове вспыхнули мысли обо всех побывавших в ней женщинах.

Ричард подтолкнул меня в спину. – Грудью на кровать, руки согнуты в локтях, задницу вверх. – Потребовал холодный, режущий голос, будто принадлежал другому человеку.

Я сделал, как он сказал. Ричард стоял позади меня, но я не видела, что он делал. Чувствовала его присутствие, но не поворачивалась, чтобы посмотреть. Очевидно, он хотел напугать меня. Хотел, чтобы я почувствовала угрозу, и это… сработало.

Я считала его тихие шаги по комнате, чтобы успокоиться. Хоть я и находилась в ужасном положении, мне не верилось, что этот мужчина может причинить мне реальную боль.

Его рука коснулась одного из моих шрамов на спине, он наклонился ниже, и теплое дыхание овеяло мою шею.

– Тебе стоило сбежать, маленькая мышка.

– Неужели… – Я прикрыла глаза, сжимая оделяло в кулаках. – Неужели ты просто отпустишь меня? Я не верю в это. Я хочу, чтобы ты испытал меня. Сломал. Затем заново возродил. Я в твоих руках, Ричард, сразись со мной.

Шлепок, который последовал сразу после моих слов, вырвал из меня крик, и я упала лицом вперед. Воспоминания о прошлом накатили мощной волной.

Один. Два. Три. Четыре. Пять. Вдох. Выдох. Я могу. Я справлюсь с этим.

Еще удар, но на это раз я широко раскрыла глаза, и сосредоточилась на своем окружении, чтобы не утонуть в прошлом. Черные простыни, большое окно, серый ковер. Спальня Ричарда. Моего мужчины. Мужчины, который изменил меня. Сделал меня сильной.

Удар.

Я застонала. Желание появилось внизу живота.

Удар.

Неосознанно толкаю задницу к нему, умоляя о большем.

Это грязно, но я хотела этого с ним. Только с ним. Он был единственным, кто знал меня и мое прошлое и не жалел, не считал меня сломанной. Даже Хелен, постоянно говорила, что я должна продолжить встречаться со своим психотерапевтом.

Удар.

Я чувствую. Жжение кожи. Соски окаменели.

Удар.

Шлепок пришелся где-то между ягодицами и киской. Рот наполнился слюной, голова опустилась на кровать, глаза закатились.

Почему я чувствую это? Приятное, волнующее, возбуждающее жжение. Человек, который должен был спасти меня, причиняет мне боль. Может мое спасение заключалось в том, чтобы показать, что боль больше не имеет власти надо мной, а наоборот, доставляет неимоверное удовольствие.

Резкое вторжение заставило меня дернуться вперед. Он засунул в мою киску сразу три пальца. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к боли.

Вынув пальцы, он протянул их к моему лицу.

– Попробуй себя на вкус. – Его голос был жестоким и холодным. – Попробуй, что я, мать твою, делаю с тобой.

Я приоткрыла рот и облизала его пальцы.

– Вылижи их дочиста, Алиса. – Он засунул мне в рот все три пальца.

Он уже делал это прежде, но тогда был нежен, будто давал мне выбор не делать этого. Наблюдал, готова ли я к подобному. Сейчас у меня не было возможности отказаться. Либо подчиниться до конца, либо уйти. И я сделала это.

Вытащив пальцы с громким хлопком, он провел рукой по моим ягодицам и снова ударил по попе. Я не издала ни звука, и, судя по тяжелому дыханию Ричарда, ему нравилось, что я хорошо держусь.

Когда я почувствовала головку члена возле моей киски, то нетерпеливо начала толкаться к нему, ожидая, что он войдет в меня. Но он не делал этого, лишь дразнил. Я не выдержала.

– Пожалуйста…

– Что?

– Не мучай меня, сделай это.

– Что сделать?

– Войди в меня.

– Скукотища, попробуй еще раз.

Ублюдок. Ненавижу его.

– Трахни меня, прошу!

Одним движением он резко в меня вошел, кровь ударила в голову, киску и разнесла удовольствие по телу.

Ричард не шутил, когда сказал, что причинит мне боль. Он совершенно не сдерживался. Он трахал меня так сильно, что казалось, отобьет мне все внутренние органы.

Я цеплялась за простыни, звук громких шлепков, моих стонов и его дыхания разносился по спальне. Он перевернул меня на спину в одно движение и залез сверху, сев на мой живот.

– Сожми грудь вместе. – Прорычал он.

Я уже знала, что Ричард не занимается ванильным, как его называла Хел, сексом, но сейчас он действительно вел себя иначе. Даже в худшие дни я видела очень слабые отголоски теплого меда в его глазах, и не так сильно боялась, как должна была. Но сейчас он был другим. Не нормальным. Диким. Будто в него действительно кто-то вселился.

Я сделала, как он просил, Ричард обхватил свой член рукой и направил в ложбинку между грудей. Густая белая сперма заполнила мое декольте и несколько капель попало на подбородок. Он наблюдал за всем этим с полуопущенными веками. Моя задница горела от шлепков, ноги и спина ныли от порезов, но в тот момент я не чувствовала боли, растворившись в нем. В его мощном присутствии.

Ричард провел указательным пальцем по моему подбородку, затем по каплям спермы на груди, будто собирал все вместе, и когда поднес палец к моим губам, прошептал.

– Вылижи. Каждую гребанную каплю.

Это было впервые. Я никогда не делала подобного и не думала, что захочу. Но я хотела показать себя с другой стороны. С той, которую он взрастил во мне. Я хотела быть смелой для него, и пусть это было в ущерб мне.

Но когда я коснулась языком его пальцев, то удивилась. Это не было противно, вкус оказался интересным. Слегка солоноватым и мускатным. Ричард не отрывал от меня взгляда, пока я вылизывала всё до последней капли. Его глаза горели, опаляя моё лицо.

Даже в таком небрежном виде, он выглядел словно падший ангел. Как иронично это бы не звучало.

Как только я все вылизала, Ричард наградил меня еще одним оргазмом. В ту ночь мы так и не поговорили. Я уснула в его постели, прижавшись к теплой мужской груди. Уснула рядом с дьяволом, но знала, что проснусь с прекрасным мужчиной. У Ричарда Стрейджа было множество масок и все они восхищали.

Я чувствовала себя в безопасности рядом с ним и решила, что первым делом как проснусь, скажу, что готова переехать к нему. И чтобы у него не произошло, мы справимся с этим.

Только вот следующим утром, мне так и не удалось сделать это.

***

Солнечный свет пробивался сквозь панорамные окна, приятно щекоча лицо. Потянувшись, я почувствовала горячее тело рядом. Распахнув глаза, увидела моего мужчину. Ричард выглядел умиротворено и расслаблено. Я вспомнила прошлую ночь и нахмурилась, но не из-за того, что он делал со мной, это мне понравилось, а потому, что так и не узнала, что его довело до состояния разрушить дом и напиться.

Не удержавшись, провела ладонью по заросшей щеке, его веки затрепетали. Ричард прекрасен, я бы хотела остановить мгновение и наслаждаться этим видом весь день. Внезапно, он перехватил мою руку и поднес к губам. Нежные поцелуи покрыли мою кисть и внутреннюю сторону ладони.

– Я должен кое-что тебе сказать, но мне не хочется портить это утро. – Прошептал он, не открывая глаза.

Мне было все равно. Что бы я ни услышала, ничего не изменит моё отношение к этому мужчине. Я принадлежу ему, а он мне. Да, я хочу услышать, что произошло, но уверена – вместе мы справимся.

Как только я открыла рот, чтобы сказать ему это, дверь распахнулась и в спальню влетела разъярённая Марианна.

– Какого черта, Ричард Стрейдж! – Завизжала она.

Ричард даже не дернулся, он лишь слегка приподнялся на спину и провел рукой по лицу и волосам.

Я сильнее укуталась в одеяло, не зная, как реагировать. Почему она в его доме? Виновата ли Марианна в состоянии Ричарда?

Следующие её слова дали мне ответ на все вопросы, одновременно с этим разбивая все мои надежды вдребезги.

– Я ношу твоего ребенка, а ты тут трахаешься с этой шлюхой! – Она топнула ногой и приложила руку к животу.

Я замерла. Создалось ощущение, что меня погрузили под воду и все звуки стали настолько приглушенными, что я не разобрала дальнейших слов Марианны, даже если бы попыталась. Думаю, те же ощущения испытывает утопающий. Нехватка кислорода, учащённое сердцебиение, оглушительная тишина, потеря надежды на спасение.

Каким-то образом, я повернула голову и посмотрела на Ричарда. Марианна всё еще, что-то кричала, но, ни он, ни я, не слушали её. Он напряженно ждал моей реакции. Я лишь пыталась найти ответы хотя бы в его глазах.

Просто моргни, если это ложь. Этого будет достаточно.

Но ничего не происходило. Ни намека на возражения её словам. Медленно, пазлы головоломки начали складываться.

Я ненавижу ее. Я не хочу его, но не могу отказаться.

Он говорил о Марианне и ребёнке.

Я… – Я сморгнула подступившие слезы и прочистила горло, глядя ему в глаза, которые еще несколько секунд назад были теплого шоколадного оттенка. – Это твой ребенок?

– Конечно, это его ребенок, тупая ты шлюха! – Снова влезла Марианна и двинулась на меня.

– Выйди на хрен из комнаты! – Зарычал Ричард, обращаясь к ней, но глядя на меня. – Жди меня в гостиной.

Вот так. Он не выгонял ее, не попросил не оскорблять меня, лишь сказал ждать его в другом месте, пока он расстанется со мной.

Марианна поправила волосы и бросила на меня победную улыбку. – Побыстрее, дорогой, ты знаешь, я не люблю ждать. – Она вышла, громко захлопнув за собой дверь.

Я еще сильнее натянула на себя одеяло, будто оно смогло бы спасти меня от разбитого сердца. Он изменял мне? Был ли этот ребенок зачат в то время, пока меня кормили красивыми словами? Я не знала правды, но была уверена, что если мои догадки подтвердятся, я не справлюсь с этим так легко, как справилась с изменой Люка.

– Выслушай меня. – Произнес он, глядя в мои остекленевшие глаза. Теплая рука коснулась моей, но я выдернула ее.

– Нет… – Прошептала я, зажмурив глаза, чтобы не проронить ни слезинки. Я не дам этого ему. Он собрал меня воедино, сделал меня сильной, чтобы разбить на куски вновь. Но я буду бороться. – Не прикасайся ко мне.

– Алиса, господи, ты должна выслушать меня.

Да. Я пришла, чтобы сделать это. Я хотела быть рядом с ним в трудную минуту, но это… У него будет ребенок. От другой женщины. Это слишком.

– Я ничего не должна тебе, Ричард. Ты обманул меня. Ты говорил, что я единственная, очень складно болтал о том, как не чувствовал подобного ранее, просил переехать к тебе… Ты сказал, что никому не позволишь причинить мне боль, а в итоге… Стал хуже моего отца.

Его голова дернулась, как от пощечины. Это были громкие слова. Отец был моим единственным монстром, я не думала, что будет кто-то хуже. Но первый был болен, второй уничтожил меня намеренно.

Ричард молчит. Ничего не говорит. Я поднимаю подбородок, вытаскивая последние капли гордости и начинаю искать свои вещи, пока моё тело прикрывает лишь черное одеяло.

– Что ты несешь? – Очень тихим, сломленным голосом спрашивает он. Мне хочется обернуться и заключить его в объятия. Но я не сделаю этого. Больше никому не позволю использовать меня.

– Ты был с ней, да? Пока я, как идиотка, смирно спала в своей кровати, ты спал с ней в этой постели? – Я указываю пальцем на, еще теплую от наших тел, кровать, продолжая собирать вещи. Ричард встает, на нем только черные боксеры, а я никак не могу найти свою одежду.

– Выслушай меня, черт возьми! Я не спал с ней четыре месяца. С того момента, как ты устроилась в компанию, я даже не звонил ей. Один раз лишь для того, чтобы она забрала вещи. – Ричард подходит ко мне, я смотрю в его шоколадные глаза. Они полны отчаяния, мне хочется уткнуться носом в его шею и сказать, что верю, но я не могу. Не тогда, когда у него будет ребенок от другой женщины.

– Четыре месяца… Ты хочешь сказать, что если она забеременела в ваш последний раз, то узнала только сейчас? Сюрприз, Ричард! Женщины узнают о беременности гораздо раньше.

Я бросаю идею искать свои вещи, плотнее заворачиваюсь в одеяло и собираюсь выйти отсюда в таком виде. Черт знает, о чем я думала. Видимо, это адреналин.

– Блять, остановись! – Он дергает меня за предплечье и прижимает к двери. Я опускаю глаза на его руку.

– Я сказала тебе, никогда больше ко мне не прикасайся!

Он вздыхает, убирает руку и кладет её на дверь у моей головы. Так, чтобы я не смогла сбежать.

– Она сообщила мне, что беременна в воскресение. Я вернулся домой, после того, как был у тебя. Марианна ждала у моего дома и бросила в меня тест. Я даже не уверен, что действительно являюсь отцом этого ребенка.

Его голос так сильно пропитан болью и безысходностью, что на долю секунды я начинаю верить ему. Ричард опускает руку и касается точки пульса на моей шее. Вздрагиваю лишь на секунду, сильнее сжимая одеяло.

– Эта сука шантажирует меня. Говорит, что у неё есть информация о теневых компаниях, которыми я владею. Помимо этого… Я только-только говорил с советом, рассказал им о нас с тобой, и если сейчас… – Он тяжело вдыхает носом. – Если сейчас пройдёт информация, что от меня беременна другая женщина. – Он сжимает кулак, у моего лица. – Женщина, из-за которой я чуть всё не потерял два года назад.... Уверен, они помнят её. Совет просто вышвырнет меня, не смотря на перспективы и рост.

Я сглатываю, когда одна его рука касается моей шеи, а другая опускается к волосам. Мы так близко друг к другу, что мои руки, которые все еще крепко держат одеяло, касаются его голой груди. Это моя тщетная попытка защитить свое ранимое сердце или то, что от него осталось.

– Зачем она делает это?

– Обиженная женщина, которая хочет власти и денег. – Он кладет ладони на мои щеки и поднимает мою голову. – Мы разберемся с этим, ладно? Мне нужно время, чтобы сделать тест на отцовство.

– Но… Что если это действительно твой ребенок?

Он ничего не ответил, но я знала ответ. Ричард не позволит ей сделать аборт, да и я никогда не попрошу отказаться от собственного ребенка ради меня.

Я высвободилась из его объятий, не зная, что делать дальше. Как продолжать жить, когда я могла делать это только рядом с ним.

Ричард молча наблюдал, пока я, уже более спокойно, искала свою одежду и одевалась. Сейчас у него не было нужных слов, и я не хотела ничего слышать. Если ребенок его, Марианна никогда не позволит нам быть вместе, она разрушит его жизнь. Был шанс, что она лжет на счет имеющейся информации, но вряд ли она стала бы просто так кричать об этом.

Возможно, это был её план с самого начала, поэтому она позволяла ему спать с другими женщинами. Она знала, что у неё кое-что есть на него и забеременеть – это самый верный способ привязать к себе мужчину. Конечно, если он хотел этого ребенка, но я уверена, Ричард хотел. Может не от Марианны, но я видела правду в его глазах. Даже не смотря на то, что он твердил обратное.

Когда я села в такси, то подумала, что мне стоит поехать в офис, но, как я могла теперь сосредоточиться на работе? Все мои мысли были заняты лишь одной ужасающей ситуацией. Знал ли Дэниел подробности, когда отправлял меня домой к Ричарду? Впрочем, сейчас это уже не важно. Я даже не знаю, что было лучше, оставаться в неведении или услышать горькую правду.

Машина остановилась у моего дома, но я не была готова оставаться наедине со своими мыслями, поэтому направилась в кафе неподалеку.

– Ваш кофе. – Рявкнул бариста, когда я неподвижно смотрела сквозь него. – Девушка вы создаете очередь.

– Я возьму. – Произнес кто-то за моей спиной, и потянулся к стакану.

Незнакомый мужчина появился перед моим лицом, взял мой кофе и заплатил. Аккуратно положив свою ладонь чуть выше моей поясницы, он неосознанно вывел меня из оцепенения. Я широко раскрыла глаза и сделала шаг в сторону, врезавшись в мимо проходящую девушку. Быстро извинившись, вновь взглянула на мужчину. Он не обратил внимания на то, как я отскочила от его прикосновения, или сделал вид, лишь слегка улыбнулся и поставил мой стакан на пустой столик.

Когда я подошла ближе, незнакомец выдвинул для меня стул. Видимо это были нервы, потому что я, не задумываясь, плюхнулась на предоставленное для меня место.

Я бегло оценила парня взглядом, пока он ждал свой кофе. Простая белая рубашка, заправленная в темно-синие джинсы, аккуратно уложенные светло-русые, почти белые волосы и гладковыбритое лицо с мягкими чертами, которое говорило о его молодом возрасте. Его движения были уверенные, спина прямая, а глаза будто смотрел в самую душу.

Неосознанно, я стала сравнивать его с мужчиной, которого оставила с другой женщиной пятьдесят семь минут назад. Да, я считала. Парень был полной противоположностью Ричарду. Они были, как небо с утренним солнцем и подземелье с кипящей лавой.

Мужчина занял место напротив меня за столом. Я нахмурилась, не желая сейчас общаться с кем-либо, тем более с незнакомыми людьми. Но мне было неудобно встать и уйти, он вроде, как выручил меня

– Ты в порядке? – Голос спокойный и светлый, как он сам.

Я молчала. Не знала, что сказать, потому, что я не была в порядке. Совсем нет.

Голубые глаза уставились на меня в ожидании. Я лишь смотрела на него в ответ, изучала. Густые, но не очень длинные, светлые ресницы, круглый подбородок, верхняя губа чуть уже, чем нижняя. Будь мое сердце свободно, возможно, он понравился бы мне. Но моя душа и разум принадлежали дьяволу, который без разрешения пробрался в каждый уголок моего сознания и пометил его своими изощренными способами.

Парень помахал перед моим лицом рукой, и я моргнула.

– Что, простите?

– Я спросил, в порядке ли ты?

– Э… да.

Он ухмыльнулся в игривой манере, не так мрачно и сексуально, как это делал Ричард. Я сжала стакан, пытаясь отогнать его образ.

– Что-то не заметно.

От осознания ситуации мои глаза широко раскрылись. Я, незнакомый мужчина, мы почти ведем диалог, он даже коснулся меня, а я не упала в истеричном припадке, даже мысли сбежать не возникло.

Конечно, я во много раз прокачала свои навыки общения, но только с теми, кого я знаю, или с новыми людьми в офисе, где разговоры шли исключительно по работе. Происходящее сейчас, что-то новенькое.

Неужели я излечилась? Или дело было в этом конкретном человеке. Почему-то его дружелюбный вид заставлял довериться ему.

– Спасибо, я в порядке. Немного задумалась.

Он кивнул на мое объяснение. – Я – Марк.

– Алиса. – Прикусив губу, я почувствовала смущение. – Спасибо за кофе, я отдам деньги. – Я потянулась к сумке, но он взял меня за запястье.

Замерев, я перевела взгляд на соединение наших рук, потом на него. Прислушалась к ощущениям. Ничего. Господи, ничего не происходит. Но Марк видимо понял моё замешательство, и быстро убрал руку. Если бы он только знал, что сейчас происходит.

– Извини. – Быстро выплюнул он, глядя в мои глаза, потом на запястье, которое несколько секунд назад касался. – Не нужно платить, я угостил тебя.

– Ты не обязан.

– Нет, но я не стану беднее от стакана кофе.

Мои щеки покраснели, еще никогда незнакомый человек не покупал мне кофе. – Спасибо.

Марк кивнул, затем посмотрел на свои часы и встал.

– Что ж, как бы я не хотел выслушать твою историю, Алиса, мне надо идти. Будь осторожна и в следующий раз не задумайся где-нибудь на середине дороги.

Он приставил два пальца к вискам и дернул ими в мою сторону, в жесте «Удачи и пока». Взял свой кофе и вышел из кофейни.

Я осталась сидеть там изумленная, немного потрясенная, но довольная. Мне казалось, что мой день был испорчен, но знакомство с Марком изменило всё в лучшую сторону. Неужели, я действительно могу жить дальше?

Это нужно проверить, но как?

Глава 17

Следующим утром, я насильно заставляю себя встать с постели.

Сделка с Итальянцами очень важна для компании, а я её часть. Два пропущенных дня подряд это было бы уже слишком.

Несмотря на то, что Дэниел наверняка знал, что я не вернусь, когда вчера отправляла меня к Ричарду, всё равно чувствую ответственность. Так же мне было стыдно перед другими сотрудниками. Они работали не покладая рук, когда я разбиралась с личной драмой.

Остаток вчерашнего вечера, я, как одержимая проверяла свой телефон. Ричард обещал позвонить или написать, но ничего не было. Я не знала, хороший это знак или плохой, но все равно боялась услышать сигнал о новом сообщении и прочесть, что между нами все кончено.

Мысль о том, что он решит быть с Марианной, убивала меня. Конечно, она беременна его ребенком, семья должна быть полноценной и он мог дать ей шанс… Но с ним, я стала эгоисткой. Ричард помог мне вновь обрести себя, и я не хотела терять его.

**

Я пришла в офис в половину девятого, и с удивлением обнаружила, что босс уже в кабинете. Наверное, это хорошо. Особенно для компании, у него действительно накопилась куча дел за время отсутствия.

Тихо постучав, я вошла в кабинет.

Ричард сидел на своем кресле, локти на столе, руки в волосах. Он в полном беспорядке, таком же, как и я.

Мы встретились взглядом, когда он поднял голову. Темные круги под его глазами никуда не исчезли, казалось, они стали еще больше. От этого его красивое лицо выглядело слишком мрачным, слишком гротескным.

– Привет. – Это было самой простой частью, но, что говорить дальше? Понятия не имею.

– Привет. Садись.

Устроившись в кресле напротив, я, неровно сжала руки в кулаки. Ногти впились в ладони, но это не помогло отвлечься. Ситуация казалось невыносимо болезненной.

– Марианна согласилась на тест ДНК. Завтра мы поедем в клинику, результат будет через неделю. – Он делает паузу, когда его большой и указательный палец давят на глаза. – Я обдумал твои слова. Ты права. Если бы это был мой ребенок, мы узнали бы раньше. Думаю, что Марианна лжет.

Я дёрнула плечами. – Мы не можем знать наверняка, может она действительно каким-то образом месяцами не замечала свою беременность. – От этих слов ситуация казалась еще более реальной. Я почувствовала себя ужасным человеком, когда в голове промелькнула мысль о том, что не хотела бы, чтобы этот ребенок родился.

Ричард кивает. Его глаза блуждают по кабинету. – Возможно, но… – Наконец, он смотрит на меня. – Буду с тобой честен, я никогда не откажусь от своего ребенка.

Вот оно. То, что делает Ричарда тёмным благородным королем, не смотря на жестокий фасад и грубое поведение. Он хороший человек, в отличие от меня.

– Я понимаю. – И я действительно понимала.

Он встал из-за стола и подошел ко мне. Присев на корточки у моих коленей, его руки нашли мои и крепко сжали. Он не смотрел мне в глаза, будто решался на что-то. Я боялась того, что могу услышать дальше. Ричард поднёс мои руки к своим губам, оставив легкий поцелуй.

– Прости меня, Алиса. – Прошептал он. – Пока я не буду уверен, что ребенок не мой, мы не можем видеться. Даже на работе.

Я застыла. – Но… Почему?

Он прижал мои холодные руки к своим глазам, в тщетной попытке избежать этого разговора.

– Ричард… Не молчи.

– Марианна работает в журнале, в котором ты недавно прочла эту глупую статью о том, что я гей.

– Что? Это она написала?

– Не она, но с её подачи. Это был жест показать, как она обижена на мой приказ забрать вещи из моего дома. Глупая месть.

Мои брови подскакивают к корням волос. Марианна еще хуже, чем я думала. – Серьезно? Это детский сад.

Он пожимает плечами. – Она оказалась мстительной сукой. Не знаю, как я не замечал раньше, но Марианна часто интересовалась моей работой. Чаще всего, она подбирала правильное время, чтобы задать тот или иной вопрос. Мы были вместе достаточно количество времени, чтобы я мог доверять ей, поэтому, кое-что рассказывал. Я не думал, что она собирает информацию, чтобы позже ей воспользоваться.

– Так у нее правда, что-то на тебя есть?

Он вздыхает, еще раз целует мою ладонь, затем садится на край стола.

– Когда ты вчера ушла, она включила мне запись с диктофона. На ней я лично закапываю себя в яму, рассказав об одной ситуации, которая произошла около пяти лет назад.

Я сглатываю. – Что за ситуация?

Ричард молчит какое-то время, и я думаю, что он не станет рассказывать. Один раз он уже поделился этой информацией с женщиной и вот, что из этого вышло. Доверяет ли он мне так же, как когда-то доверял Марианне?

Когда Ричард начал говорить, я выдохнула.

– Пять лет назад, когда Straig Interprice была малоизвестной начинающей компанией, один мой знакомый рассказал, что владелец ресторана «Giordon's» собирается хорошенько потратиться, чтобы полностью видоизменить не только свой ресторан, но и сделать полную реставрацию здания, в котором он находится. Это одно из старейших заведений в Нью-Йорке и к тому же, очень люксовое и популярное. Я понимал, что если выиграю тендер, то моя компания мгновенно взлетит на рынке. Тот же знакомый, что рассказал о ресторане, поделился конфиденциальной информацией о цифрах. Речь шла о сотнях миллионах. У меня не было таких денег, но даже если бы я нашел их, то шансов на то, что владелец выберет малоизвестную компанию, было не много. Спустя несколько дней я, вскользь, поделился этой информацией с отцом. Тогда он предложил мне схему, от которой я не смог отказаться. Отец работал в политике и имел достаточно денег, чтобы помочь мне, но не хотел просто дать их в долг, учитывая, что даже после тендера я мог прогореть и возвращать ему деньги всю оставшуюся жизнь. Гарет Стрейдж – мой отец, потянул за ниточки и анонимно выкупил «Giordon's» за копейки. Понятия не имею, как ему это удалось, видимо, как-то манипулировал хозяина и в итоге стал новым владельцем. Позже он дал мне деньги для тендера, который, сама понимаешь, я успешно выиграл, потому что последнее слово за владельцем. Деньги отца тут же вернулись к нему, а я провел фантастическую работу над инновацией здания и ресторана за свой счет. Спустя время, отец продал ресторан в двадцать раз дороже, чем купил. Но новый владелец, по договору обязан продолжать работать со Strage Interprice. Деньги до сих пор капают на счет компании, давно покрыв все расходы пятилетней давности. В итоге, я ничего не потерял, а лишь приобрёл. Деньги, славу и кучу новых клиентов. Отец, так же стал богаче во много раз.

Я прикрываю глаза, впитывая информацию. Ричард оказался мошенником, если об этом узнают, то будут большие проблемы. Это должно напугать меня или оттолкнуть, но ничего не происходит. Я по уши в этом мужчине.

– В общем, Марианна включила мне запись, где я это рассказываю. Не знаю, что еще у неё есть, но я намерен выяснить.

– Значит, она поставила условие? Ты не видишься со мной, и она не отправляет информацию в журнал?

Ричард кивает, сжимая губы. – Если все узнают правду, в лучшем случае я – потеряю компанию, в худшем – меня посадят.

– Нет…

– Это еще не все. – Он запускает руку в волосы. – Эту неделю она будет жить со мной. Если я не соглашусь, у её редактора уже есть фото, где мы с тобой ужинаем в ресторане, в котором нас увидела Марианна. Она выложит статью о том, что беременна, а я якобы в это время провожу время с другими девушками. Честно говоря, это меня не так пугает, но о тебе тоже начнут говорить, а это последнее, что нам надо.

Я поражена. Марианна не змея, она – королевская кобра. Её укус не просто убивает, он, как вирус распространяется на всё живое рядом и уничтожает.

На дрожащих ногах я встаю с кресла. Ричард протягивает руку, чтобы взять меня за локоть, но я не позволяю ему этого.

– Неделю. Всего неделю и мы узнаем: суждено нам быть вместе или нет. – Шепчу я и подхожу к двери, но в последний момент оборачиваюсь. – Я поговорю с миссис Миллер, пусть она переведет меня в другой отдел.

– Алиса… – По какой-то глупой причине я жду, что он скажет. Хотя знаю, что бы это ни было, оно не поможет. Поможет только отрицательный результат теста. – Мне жаль. – Шепчет он, опустив голову в поражении.

Марианна сделала всё идеально. Она вернулась в особняк Ричарда, разлучила нас и держит его на коротком поводке

Как только я выхожу из кабинета, мои веки опухают. Я сажусь за стол и прячу лицо за компьютером, делая вид, что печатаю. Не хочу, чтобы кто-то спрашивал меня, что произошло или вообще говорил со мной сейчас.

Соленые капли стекают по щекам, попадая на клавиатуру. Я провожу языком по губам, беру салфетку, но новая волна слёз вновь накатывает, и у меня больше нет сил, сдерживаться. Решив, что раз босс на месте, я хватаю сумку и выбегаю из офиса.

Оказавшись дома, я даже не снимаю обувь. По пути в свою временную мастерскую сбрасываю пальто. Нахожу портрет босса и плотно оборачиваю в ткань.

Кот ошарашено отскакивает, когда я сбрасываю туфли в его сторону. Завязываю волосы в хвост, и достаю новый холст. Беру уголь и чиркаю, так сильно, что льняная ткань трещит. Но мне плевать. Мне нужно выплеснуть это. Эту боль. Ужасающую душевную боль. Хочу вырвать своё сердце и размазать по белому полотну. Хочу, чтобы было больше красного. Черного и красного. Это – мои новые любимые цвета. Цвета крови, смерти, отчаяния, обиды и страха.

Слезы каскадом льются по щекам, я вытираю их черными от угля руками, и продолжаю. Волосы растрепались от того, с какой одержимостью я делаю это. Я кричу. Я плачу. Чувствую, как внутри, что-то ломается. Хотя еще недавно, думала, что смогла починить это. Но это иллюзия. Он заставил меня поверить. Моя жизнь это большая гребаная иллюзия.

**

Не помню, как оказалась в постели, но следующим утром, я проснулась чистая и переодетая в свою пижаму. Взглянув на свои руки, я замираю. Чистые. Никакого намека на уголь, хотя он достаточно трудно отмывается. Присмотревшись, вижу слабые порезы на указательном и среднем пальцах правой руки. Что это такое?

На секунду, мне кажется, что это был сон. Будто я ничего не рисовала, просто пришла и сразу легла спать. Очевидно, я была не в себе. Словно под действием каких-то веществ. Или это был такой сильный выброс адреналина, что я не управляла своим телом.

Не медлив, решаю проверить мастерскую.

Когда я вошла, шок от увиденного заставил меня замереть с открытым ртом.

Что за…? Почему я не ничего не помню?

Когда-то бежевые стены, вдоль и поперек испачканы чёрным углем. Где-то виднелись просто кривые линии, абстрактные узоры и черные пятна, но в других местах: отпечатки рук и лица, будто кто-то намазал лоб, щеки, нос и губы черным и терся об обои. Но больше всего, меня поразила большая черная надпись на одной из стен.

«Любовь не только таинственная, но и уничтожающая. Тут Дьявол с Богом борется, а поле битвы – моё сердце».

На дрожащих ногах, подхожу к развёрнутому к окну мольберту. Медленно коснувшись угла, разворачиваю холст на себя. Мои глаза загораются, когда я вижу потрясающее произведение.

Это были мы. Мой дьявол и я.

Сузив глаза, я стала присматриваться к деталям. Рисунок был выполнен под необычно сложным углом справа и немного снизу. Мужчина, окрашенный в грязно коричневый цвет, лежит на спине, а женщина, окрашенная в черный, сидит на нем сверху. Он крепко сжимает её ягодицы пальцами, голова откинута назад, пряди волос спадают на лоб, скулы напряжены, глаза слегка приоткрыты, но ресницы плотным веером лежат на щеках. Он будто опьянен этой похотью. Будто его запечатлели за секунду до мощного взрыва удовольствия. Лицо женщины не видно. Оно прикрыто волосами, но её руки… Одна рука лежит на мужской груди, а вторая зависла между ними, сильно что-то сжимая в кулаке. Подхожу ближе и сужаю глаза. Это… сердце? Она сжимает сердце? Её рука до локтей окрашена в черный, и я не сразу понимаю, что это кровь, думая, что просто штриховка.

Неужели женщина вырвала его сердце? Или своё? Господи, я ни черта не помню. Я смотрю на язык её тела. Она кажется расслабленной, будто довольна происходящим.

Делаю шаг назад, и еще раз обвожу взглядом изображение. Я никогда не рисовала подобное, я даже углем рисовала очень редко, не знаю, что на меня нашло. Почему мужчина коричневый? Смотрю по сторонам. Затем… Подождите… Поднимаю руку и смотрю на свои пальцы, снова смотрю на картину. Это… моя кровь?

Мне становится страшно. Делаю резкий шаг назад и врезаюсь копчиком в подоконник. Мне хочется сбежать, уничтожить это, скрыть все улики моего безумия. Но я не могу, будто нахожусь под гипнозом. Это – шедевр. Я не верю, что нарисовала это. Будто… в меня кто-то вселился.

Мой телефон звонит где-то за пределами мастерской. Вздрагиваю, не сводя глаз с картины, будто изображение может ожить и наброситься на меня, пячусь спиной к двери. Как только оказываюсь за пределами комнаты, захлопываю дверь и наконец, могу вздохнуть.

Найдя телефон в сумке, которую я вчера бросила в коридоре, смотрю на экран. Незнакомый номер.

Обычно я не отвечала на такие вызовы, но всё давно изменилось. Жизнь больше не была прежней. В ней происходило столько всего, что я больше не могла её игнорировать. Но готова ли я нырнуть в неё с головой?

– Мисс, Джонсон? – Дружелюбный женский голос облегчил задачу. Может если бы это был мужчина, стало бы сложнее, но проверять не хотелось.

– Да, кто это?

– Меня зовут Лайла Бэнкс. Я помощница мистера Грегори Макэвоя.

Грегори Макэвой – руководитель архитектурного отдела в Strage Interprice, мы пересекались пару раз по работе. Он в возрасте, часто улыбается и носит цветные пиджаки с бабочкой на шее.

– Чем могу помочь? – Спросила, не понимая, почему она звонит мне. Но я почти уверена, что с этим связан мой босс.

– Мистер Стрейдж передал нам ваши документы для перевода, он просил связаться с вами и уточнить, готовы ли вы выйти сегодня на работу? Он нас предупредил, что у вас семейные проблемы, и вы можете выйти, когда вам удобно. Но вы наверно знаете, до приезда представителей Палермо остался один рабочий день. И это сегодня.– Выдала Лайла на одном дыхании.

Мистер Стрейдж… Он действительно перевел меня. Вчера, я так и не дошла до миссис Миллер, поэтому он решил за меня, понимая, что не видеться будет лучшим решением. Да, я сама сказала это, но надеялась, что меня остановят. Стоит отдать ему должное, Ричард перевел меня туда, где я изначально хотела быть. Только вот хочу ли я этого сейчас? Конечно, хочу. Я же не буду работать всю жизнь его секретаршей, тем более, если ребенок от Ричарда, уверена, что Марианна потребует моего увольнения. Так что будет лучше наладить некоторые связи в архитектурном отделе, и следовать свой мечте.

Но, семейные проблемы? Серьезно? Конечно, Ричард знает, что я расстроена, но… Мой взгляд падает на закрытую дверь, где хранится маленький страшный секрет. Ричард Стрейдж даже не представляет в кого превратил меня. Я не мышка, как он меня зовёт, я чертова королева, пусть и без короля. Так, что я не буду сидеть, сложа руки, и ждать результаты теста. К черту его. К черту Марианну. Я могу быть королевой Ада без дьявола на соседнем троне.

– Мисс Джонсон, вы еще здесь? – Переспрашивает Лайла после моего долгого молчания. Бросаю взгляд на настенный календарь. Действительно, сегодня уже пятница, представитель приедет в понедельник.

– Да, простите. Я приеду через час.

– Прекрасно, адрес вы знаете, мы ждем вас.

Зайдя в ванную, я немного опешила. Темные круги под глазами, тусклые волосы. Это все можно исправить макияжем и душем, но мои глаза… Они светятся. Я не знаю, что изменилось, но ранее светло-серый ободок, стал стальным и блестящим. Почти свинцовым. Невероятно.

Я действительно изменилась не только внутреннее, но и меняюсь внешне. А еще эта картина. Она будто стала каким-то артефактом наполненным силой. Будто я собрала всё то, темное, что дал мне Ричард, и выплеснула на холст.

***

Когда я вошла в офис, мне показалось, что все как-то странно на меня смотрят. Стук моих каблуков эхом отдавался в холле, и я сосредоточилась на этом звуке, чтобы не потерять свою уверенность, которую обрела час назад. Мой подбородок высоко задран, походка уверенная. Королева.

Тридцать четвертый этаж принадлежал архитекторам и их помощникам. Так же, как и сорок девятый – это было огромное открытое пространство, но вместо множества отдельных столов в центре стоял один очень длинный.

Видимо сотрудники собирались здесь, чтобы обсудить проекты всем вместе. Но где тогда они работали по отдельности?

Осмотревшись, я заметила еще несколько пустующих столов в углу, но этого всё равно было мало для такого количества человек. Тогда, я обратила внимание на сотрудников. Часть стояла у высоких мольбертов с прикрепленными к нему ватманами, часть сидела на пуфиках с дигитайзерами в руках, а кто-то просто расположился на полу, разложив чертежи.

Здесь царила атмосфера хауса и творческого беспорядка, но глядя на общую картину, было не возможно не улыбнуться.

Вместо серых диванов и выдержанных черно-белых фотографий, как на этаже главного босса, здесь стояли яркие диваны желтого и оранжевого цвета, по углам

раскиданы крупные кресла-мешки, так же разноцветные, а на стенах огромное количество мотивационных постеров в стиле «Следуй своей мечте»

Еще одно яркое отличие от сорок девятого этажа это шум. Смех, голоса, какая-то музыка на фоне. Люди общаются между собой, не боясь быть застуканными боссом, кто-то пьет кофе сидя на полу и болтает по телефону. Здесь какая-то альтернативная вселенная, но никак не один из отделов в Strage Interprice.

Что бы было, если бы я изначально попала сюда? Вряд ли я познакомилась бы с Ричардом, да и стала той, кем являюсь сейчас.

Мой взгляд останавливается на одном мотивационном плакате.

«Если ты рожден без крыльев, не мешай им расти» Коко Шанель.

Чертовски верно.

– Привет. Ты Алиса?

Милая девушка, примерно моего возраста и роста, подошла ближе. Видимо Лайла. Ее рыжие волосы подстрижены в модное каре, но она умудрилась сделать хвостик, хотя задняя часть волос все равно вылезла из резинки. Ее глаза ярко зеленого цвета, что напоминали траву в солнечный день. Я улыбнулась и протянула ей руку. Первая.

– Да, ты Лайла?

– Ага. – Она ответила легким рукопожатием и улыбнулась, слегка кривоватыми зубами. Это не выглядело отталкивающе, наоборот, подчеркивало её естественную красоту. – Я очень рала, что ты будешь работать с нами. Мистер Стрейдж сообщил мистеру Макэвою, что ты очень талантлива и передал все документы, а так как я – его помощница, он передал всё мне. Пойдем, покажу тебе твоё рабочее место.

Лайла пошла вперед, я за ней. Девушка резко остановилась и я чуть не впечаталась ей в спину. – Должна предупредить, что много болтаю, и тебе лучше останавливать меня, иначе я не остановлюсь. Однажды Мэтью, один их старших архитекторов, я тебя с ним познакомлю позже, ну, в общем, он сказал, что я болтливая потому, что моя мать работает на радио, и это передалось по генам и… – Она закатила глаза и вздохнула. – Ну, вот снова, как я уже сказала, лучше останавливай меня.

Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Эта девушка забавная. Она напомнила мне Хелен в подростковом возрасте. Я уверена, что мы найдем общий язык. Хотя я не любительница поболтать, но хороший слушатель.

Итак, она провела меня к моему столу, но уточнила, что у них столами почти никто не пользуется, потому, что это сдерживает творческую энергию. Понятия не имею, что это значит, но я кивнула. Так же Лайла рассказала, что у них каждый день собрания в одиннадцать утра и пять вечера, которые проходят за тем огромным столом в центре этажа. Мистер Макэвой утром объявляет планы на день, вечером проверяет, как мы справились.

Как оказалось, сейчас его нет на месте, но он передал мне несколько заданий на день, к которым я тут же приступила, когда Лайла закончила рассказывать о том, как ее собака родила троих щенят.

Время близилось к окончанию дня, когда я с удовлетворенной улыбкой на лице проверяла выполненные мной задания. Мистер Макэвой поручил сделать чертеж по двум пустым участкам в проекте Палермо. Я могла сама решить, что там расположить. Под один пустой участок я отдала маленький магазин с изготовлением шоколада ручной работы, потому, что рядом находится школа и парк. А другой, отвела под сад с лимонами и яблоками, так как он располагался на небольшой возвышенности, в километре от дома престарелых. Я должна была подробно расписать чертежи и составить смету, а после отдать все старшему архитектору. Но я так увлеклась, что продумала полный дизайн.

Услышав громкий звук песни «Show must to go» группы Queen, доносящийся из динамиков, расположенных в разных углах этажа, я заметила, как народ начал собираться в центре у дубового длинного стола. Это вызвало еще одну улыбку, они объявляют о начале собрания потрясающе веселым образом.

Свернув ватман в рулон, я двинулась к месту сбора. Найдя Лайлу, которая смеялась рядом с высоким симпатичным парнем с дредами, цвет кожи которого напоминал кофе с молоком, я встала рядом, дабы не мешать их общению. Лайда заметила меня и улыбнулась.

– Мэтью, ты уже знаком с Алисой? – С широкой улыбкой произнесла девушка.

– Привет, Алиса. – Мэтью протянул мне руку, и я пожала ее в ответ. Без колебаний. – Как первый рабочий день?

– Привет, очень продуктивно.

Это было правдой. Я весь день работала. Делала то, что я действительно люблю. Атмосфера в офисе была подобающей, яркой и вдохновляющей. Я поймала себя на мысли, что ни разу за день не думала о Ричарде. И это одновременно расстроило меня и дало немного облегчения. Мне нужно отвлечься. И эту неделю, пока мы не узнаем результат, я должна подготовиться к худшему. Жизни без него.

Послышались громкие хлопки, и из кабинета вышел Грегори Макэвой. Мужчина выглядел старше сорока пяти лет, но производил впечатление двадцатилетнего активиста. С огромной улыбкой, он сел на край стола и осмотрел собравшихся сотрудников.

– Друзья. – Начал он. – Все мы знаем, что в понедельник будет решена судьба нашей компании, а значит… – Босс прошелся взглядом по каждому из нас. – И ваша судьба. Конечно, эти белые воротнички на верхних этажах считают, что делают всю работу, но это… – Он хлопнул ладонью по столу, а я улыбнулась на термин о белых воротничках. Слышал бы его Ричард. – Это сердце компании! Вы на сто процентов выполняете свою работу, и благодаря вашим умам и волшебным рукам, мы добились таких высот.

– Не обращай внимания, мистер Макэвой любит поболтать не меньше меня. Иногда я думаю, что вместо работы он пишет мотивационные речи для нас. – Прошептала Лайла, а я прикусила губу, чтобы сдержать смех.

– Мне кажется, его речь работает.

– Еще как! – Ответила Лайла, и перевела взгляд на босса.

– Прямо сейчас вы все покажете мне, что моя вера в вас непоколебима и мы в очередной раз докажем всему миру, что Strage Interprice лидер на рынке!

Все зааплодировали, а мистер Макэвой театрально поклонился, прижав ладонь к груди.

– Карина, дорогая, давай начнём с тебя.

Высокая девушка, с черными волосами и проколотым носом вышла с большой папкой в руках. Вытащив два ватмана с чертежами, она разложила их на столе. Несколько человек подошли к ним и начали обсуждать работу. Руководитель довольно качал головой, слушая, что объясняла ему Карина. Когда они закончили, мужчина посмотрел на меня.

– Мисс Джонсон. – Сжав свой чертёж сильнее, но не настолько, чтобы помять, я сделала шаг вперед. – Добро пожаловать в нашу семью, прошу, подойдите ближе, мы хотим послушать ваше мнение. – Он протянул руку в мою сторону, и я покорно подошла. Краем уха, я слышала то, о чем они говорили, но, не осмеливалась нарушать внутреннюю работу.

Я осмотрела чертежи торгового центра, и сделанные в специальной программе – фотографии готового дизайна внутренней отделки. Работа была выполнена идеально, однако, одна мелкая деталь привлекала мое внимание.

Я ткнула пальцем на чертеж третьего этажа, где располагалась огромная игровая зона, с несколькими кафе и кинотеатром.

– Вот здесь. Туалеты только рядом с кинотеатром и еще один рядом с фуд-кортом, но по чертежам видно, что этаж огромный и идти из игровой зоны около четырех минут двадцати секунд до ближайшего туалета. Я считаю, что вместо гардеробной, которая так же есть на первом этаже, можно сделать еще один туалет для детей. В таком случае родители смогут отпускать старших детей одних и не терять из виду, а так же, здесь нет комнаты матери и ребенка, и как раз здесь, она поместится. Тем более, ребенок может не только проситься по нужде, но и вот здесь. – Я тычу пальцем в небольшой квадрат. – Указано, что это зона мастер классов, разве не должны рядом быть раковины или что-то подобное? Дети могут испачкаться, и им будет неудобно идти почти сквозь весь этаж.

Мистер Макэвой поднял брови и посмотрел на меня. – У вас есть дети, мисс Джонсон?

– Нет… – Я немного заволновалась. Эти люди более опытные, чем я. Возможно, им виднее, как сделать это правильнее. – Я рассуждаю, как обычный человек, а не, как архитектор. Если бы у меня был ребенок, мне было бы не просто бегать с ним в туалет, и к умывальникам так далеко. Чисто из моих соображений – это удобнее.

Мужчина кивнул. – У меня есть сын, которому десять и дочь пяти лет, они постоянно пачкаются даже там, где, казалось бы, это сделать невозможно. Вы правы, мисс Джонсон. – Затем он посмотрел на Карину. – Исправь это.

Мужчина вновь хлопнул в ладони и оглядел толпу. – Итак, друзья, как вы заметили, у нас пополнение. Алиса Джонсон. – Он указал на меня. – Прощу любить и жаловать. Прямо сейчас, мы пройдемся по остальным проектам, в том числе и твоем, Алиса, а после этого… – Его губы изогнулись в хитрой мальчишеской ухмылке. – Устроим вечеринку в честь нового члена нашего коллектива и окончания этой недели.– Он приложил палец к губам и понизил голос. – Только делаем это бесшумно. – Прошептал он и все вокруг захлопали и одобрительно загудели.

Хотя настрой у всех и так был отличный, сотрудники воодушевились еще больше, представляя свои работы боссу. Когда очередь дошла до меня, мистеру Макэвою хватило взгляда, чтобы дать одобрение, и в скором времени – в Италии, будет стоять шоколадный магазин и фруктовый сад, который я лично спроектировала.

Мэтью слегка ударил меня по плечу, когда я уступила место другим коллегам. – Праздник в твою честь, Алиса. Будь готова к лучшим коктейлям в своей жизни.

Я не успела сказать, что не пью, да и вообще, разве можно пить в офисе, но Лайла меня опередила, а заставить её помолчать было сложнее, чем остановить поезд.

– Да! Мэтью лучший в этом деле, он бывший бармен, тебе понравится. Как-то раз, он сделал коктейль с лимонным соком, но у Бриджит на него аллергия, её забрала скорая и…

– Достаточно, Лайла. – Щеки Мэтью покраснели, и Лайла глядя на него, действительно замолчала. Удивительно.

– Я… Не уверена, что… – На секунду я задумалась. Да, последний раз, когда я пила закончился не очень хорошо, но это был неплохой урок. Так что я просто попробую пару коктейлей Мэтью и остановлюсь. Что может случиться? Честно говоря, последнее, что я сейчас хотела бы делать, это идти домой, чтобы устроить вечеринку жалости со своим котом. – Я в деле, ребята.

– Это моя девочка. – Лайла улыбнулась, и повела меня в мини-кафетерий обустроенный на этаже. Мы расположились на диванчиках. Кто-то достал выпивку из под столов, и включил негромкую музыку. Здесь действительно было уютно и весело. Мэтью удивил меня и сделал действительно потрясающий коктейль фиолетового цвета с долькой апельсина и зонтиком для украшения. Черт знает, где он достал зонтик, но мне было приятно.

Сотрудники подходили и приветствовали меня, кто-то протягивал руку, и я с гордостью пожимала её в ответ. Никто не подозревал, что за этим, казалось бы, простым жестом, скрывается нечто важное для меня. Я чувствовала себя обычной девушкой, которая устроилась на классную работу после окончания университета. Будто и не было в моей жизни ничего страшного. И снова, я считала, что обязана этому моему дьяволу в галстуке.

В какой-то момент, когда все стали собираться, я подумала о Ричарде. Был ли он дома? С девушкой, которая шантажирует его и которая, возможно, носит его ребенка. Я несколько раз за день проверяла телефон, ожидая, что он напишет, узнает, как я устроилась, но ничего не было. Что если, они с Марианной помирились и играют в счастливую семью в его особняке? Что если, я надоела ему, и это был легкий способ избавиться от меня?

Мы с Лайлой ждали лифт. Она странно нервничала и оглядывалась по сторонам, как я предположила, выискивая Мэтью, который пошел за своими вещами к столу.

– Между вами, ребята, что-то происходит? – Этот вопрос удивил меня. Я никогда не лезу в чужую жизнь, пока человек, сам не захочет открыться. Но видимо алкоголь и вечер в хорошей компании развязали мне язык.

Лайла не выглядела удивленной моим предположением. Видимо я не первая, кто замечает их взгляды.

– Мы целовались. Трижды. – Сказала она с легкой улыбкой. – Но не думаю, что это может быть чем-то бОльшим. Каждый раз мы были пьяные.

Я усмехнулась. – Почему?

Лайла пожимает плечами. – Когда я пришла сюда работать, Мэтью был первый, кто заговорил со мной, и я думаю, что всегда была во френдзоне.

– Может тебе стоит прямо спросить у него? Что если, он тоже думает, что ты видишь его, лишь другом, поэтому не делает шагов? Тем самым, вы оба теряете время. – Понятия не имею, откуда взялась эта храбрость и гениально-философские мысли нет, но я твердо решила, что тоже должна кое, что выяснить, прежде чем пойду домой.

– Разве ты не знаешь. – Лайла шепчет, словно хочет рассказать тайну. – В Strage Interprice не разрешены отношения между сотрудниками.

О, я очень хорошо об этом знаю.

– Ну и что? Никто не узнает. – Прости, Ричард. Эти правила мне никогда не нравились.

Прежде, чем Лайла успела ответить, подошел Мэтью и обнял её за плечи. Жест мог показаться дружеским, но сейчас мне стало очевидно, она для него больше, чем друг. – Ну что, девочки, идем домой?

– Вы езжайте, я хотела подняться на сорок девятый, забрать кое-какие вещи со своего старого стола.

– О, в понедельник жду от тебя удивительный рассказ о том, как ты попала в архитекторы, после должности ассистента генерального директора. – Сказала Лайла, пока Мэтью нажимал на кнопку.

– Конечно. – Я улыбнулась и помахала им.

Лайла бросила косой взгляд на Мэтью, затем слабо мне улыбнулась, когда двери кабины закрывались. Я буду рада, если у них, что-то получится. Мэтью и Лайла однозначно смотрелись бы очень странно. Низенькая бледнолицая девушка с ярко-рыжими волосами и высокий мулат с дредами. Но разве это не любовь? Когда две противоположности притягиваются и создают нечто прекрасное.

В ту секунду, как я ступила на сорок девятый этаж, моя храбрость куда-то пропала. Пространство было погружено в кромешную темноту и тишину. Лишь огни ночного Нью-Йорка и слабая полоска света из под двери босса, освещали это мрачное место. Я еще раз ощутила какими разными были два этажа одно и того же здания.

Не дав себе возможности передумать, быстро направилась к двери генерального директора. Без стука, я широко распахнула дверь и влетела в логово дьявола. Мои волосы были слегка растрепанны, а щеки красные от алкоголя и смеха, но я чувствовала, какая бешеная энергия из меня сейчас струится.

Ричард, который мирно работал за своим столом, чуть не подскочил на месте от моего вторжения. Его волосы к концу дня, как обычно взъерошены, рукава черной рубашки закатаны до локтей (к слову, я впервые вижу его в черной рубашке, и это до невозможности горячо), шоколадные глаза расширились от удивления.

– Алиса? Что ты здесь делаешь?

Я не стала отвечать. Если он скажет мне уйти, я сделаю это и больше никогда не вернусь. Мне нужно убедиться, что я все еще принадлежу ему, а он мне. Другого шанса не будет. Пока адреналин вперемешку с алкоголем еще бурлит в моей крови, я коварнее, чем когда-либо.

Бросив сумку в сторону – я, медленно, не отводя от него взгляда, стала расстегивать свою рубашку.

– Господи, Алиса… – Мурлычет он, проводя рукой по лицу, и откидывается на спинку кожаного кресла.

Я принимаю это, как знак продолжать, поэтому скидываю туфли в сторону, расстегиваю брюки и, спустив их до щиколоток, отбрасываю в сторону, слегка пошатнувшись. Возможно, это выглядит нелепо, но мои губы растягиваются в улыбке, когда я вижу блуждающий взгляд Ричарда по моему телу. Дьявол в моих руках и это самая сладкая победа. Его ресницы трепещут, когда глаза опускаются вниз к моему кружевному белому бюстгальтеру и трусикам в тон.

Мгновенно, его лицо меняется с удивленного на похотливое. Мне кажется, что Ричард вот-вот набросится на меня и это немного пугает. Я думаю, что делать дальше. Должна ли я подойти к нему, сбросить всё со стола и попросить, чтобы он взял меня, как в прошлый раз.

Видимо Ричард чувствует мои сомнения, потому, что говорит.

– Что случилось, маленькая мышка? – Он говорит это тихим, возбужденным голосом, потому что точно знает, как это действует на меня. – Ты пришла поиграть, но забыла правила? Или может, испугалась?

Ткань черной рубашки натягивается на предплечье, когда он опускает руку под стол и трогает себя. Боже.

– Сними с себя нижнее белье и встань на колени.

Не просьба. Приказ, который я послушно выполняю. Его улыбка скользит по моим изгибам, а теплый шоколад в глазах, сменяется темнотой. Меня пугают его изменения, но я чувствую, как возбуждаюсь. Дьявол, призывающий попробовать райское яблоко, чтобы с лёгкостью забрать мою душу.

Ричард встаёт из-за стола, его брюки в области паха натянулись от отчетливо заметной эрекции, которая в любую секунду готова вырваться.

Он подходит ближе и берет моё лицо большим и указательным пальцами за щеки, поднимая голову так, чтобы поймать взгляд.

– Для чего ты пришла? – Это грубые слова, но я не верю в них. Он не хочет, чтобы я ушла.

– Я пришла узнать, как ты…

– Для этого тебе нужно было раздеваться? Ты хотела напомнить мне, как хороши эти сиськи устроив маленькое шоу? – Он опускает руку и сильно сжимает мой сосок. – Больно?

Киваю, но не хочу, чтобы он останавливался. Это сладкая возбуждающая боль.

Он сильнее сжимает мои щеки, наклоняется и притягивает к себе так, что наши губы буквально в одном вздохе друг от друга. – И мне, блядь, больно! Больно от того, что я не вижу тебя в своей чертовой постели, больно потому, что мне приходится терпеть сумасшедшую суку в своем доме, больно за то, что ты ходишь по моему офису, и я не могу подойти к тебе, больно от того, что ты вообще существуешь… – Наши губы касаются, но это не поцелуй, он продолжает говорить в гневе. – И вот ты приходишь ко мне и раздеваешься, будто грёбаная фантазия. Так кому теперь больно, Алиса, скажи мне?

Его слова поражают меня до глубины души. Я даже не думала, что в то время, когда я пыталась собрать себя по кусочкам, Ричард занимался тем же. Его слова о том, что он видит меня в офисе, но не может подойти, так же, повергли меня в шок. Неужели он спускался на этаж архитекторов и наблюдал за мной? В то время как я ждала его сообщений, он наблюдал со стороны, не имея возможности подойти. В то время как я веселилась на вечеринке, он одиноко сидел в кабинете. Чувство вины прорастало сквозь мои органы ядовитым плющом. Я думала, что он развлекается с Марианной, когда мой мужчина пытался разобраться с проблемами, чтобы вновь быть со мной. Мой мужчина…

Я ничего не говорю ему. Мне нечего сказать, да и это ничего не изменит. Я могу только показать ему, что я здесь не для того, чтобы причинить боль, а чтобы забрать её.

Обхватив его запястье, я убираю руку от своего лица. Он поддается, ожидая моих дальнейших действий. Мой язык касается кончиков его пальцев, затем я погружаю два из них глубже в рот. Его ноздри раздуваются, и он сильнее сжимает свободной рукой мою ноющую грудь. Стон вырывается из меня, но я продолжаю сосать. Его адамово яблоко дергается, и он резко убирает руки.

На секунду я думаю, что он откажет мне. Не даст нам этого маленького шанса сделать вид, что всё, как прежде. Не позволит мне прикоснуться к нему. Но Ричард хочет этого, не меньше меня. Со звоном он расстегивает ремень, затем пуговицу на брюках и достаёт твердый член. Он проводит рукой по длине, и на кончике появляется капля предсемени.

Боже мой.

Я никогда не делала Люку минет, и всегда считала это неприятным и унизительным для женщины, но сейчас… Видя моего дьявола в черном, то, как он водит кулаком по члену… Я ничего никогда так не хотела, как прикоснуться к нему губами. Показать то, как я продолжаю хотеть его, несмотря на происходящее.

– Ты хочешь мой член, маленькая мышка? – Его голос хриплый от желания, вымученный от боли, которую он испытывает, которую я хочу забрать себе. Буквально высосать её из него.

– Хочу… – Мой голос тихий и покорный. Я облизываю губы в предвкушении.

– Ты когда-нибудь сосала член? – Он проводит головкой по моим губам, продолжая делать фрикции рукой. Яркий сладковато-мускусный вкус пронзает мои рецепторы.

Потрясающе…

Разве он должен быть таким вкусным?

Словно леденец, который я так хочу попробовать.

– Нет. – Произношу ответ медленно, специально задевая, как можно больше его кожи.

Ричард замечает это, и проталкивает член глубже мне в рот. Я инстинктивно обхватываю его губами, и начинаю сосать словно мороженное.

– Вот так, сделай это, как хорошая девочка и получишь вознаграждение.

Он толкается в мой рот почти во всю длину, ударяя головкой по задней стенке горла. Я давлюсь, но сдерживаю рвотный рефлекс. Обхватываю его рукой у основания и начинаю двигать, одновременно работая губами. Ричард стонет и хватает меня за волосы. Толчки становятся быстрее, я пытаюсь поймать ритм, одновременно вспоминая статьи в интернете, которые гуглила неделю назад.

Мои зубы слегка царапают его плоть от быстрых беспорядочных движений. Поднимаю глаза, пытаясь понять, не причинила ли я боль, но Ричард улыбается и гладит меня по щеке. – Мне нравится. Люблю, когда ты показываешь зубки.

Он буквально трахает мой рот, что мне приходится схватить его за бёдра, чтобы не потерять равновесие. Его руки сильнее сжимают мои волосы, и я чувствую, как его член набухает. Вновь поднимаю глаза, и он рычит.

– Не смотри, блядь, на меня своими невинными глазами, иначе я кончу через секунду.

Я бы усмехнулась, если бы могла. Его слова придают мне уверенности в том, что я делаю. Поэтому я, как хорошая ученица вспоминаю одну из статей. Поднимаю руку и нахожу его яйца. Нежно провожу по ним ладонью, медленно перекатываю, стараясь не причинить боль.

– Блядь! – Рычит он, ускоряя темп, словно пытается пробить моё горло. Я давлюсь, из моих глаз текут слезы. Моя тушь наверняка потекла, но это последнее, что сейчас меня заботит. – Я кончу в твой рот, и ты проглотишь всё до единой капли.

Это не было вопросом. Ричард знает, что я возьму всё, что он даст мне.

Чувствую, как по моим бедрам стекают собственные соки, я подавляю желание прикоснуться к себе. Еще несколько сильных толчков и густая солоноватая жидкость попадает мне на язык и в горло. Я не глотаю сразу, жду. Видимо головка становится слишком чувствительной, потому что Ричард стонет и буквально вырывает член из моего рта. И даже тогда, я сначала смакую и после этого глотаю.

Мои ресницы трепещут от удовольствия. Сперма приятного землистого вкуса и ни капли не противная. Я улыбаюсь и поднимаю голову, чтобы посмотреть на Ричарда. Его движения медленные, он тяжело дышит, облокотившись бедром о стол, затем моргает и фокусируется на мне. Рукой тянется к моему лицу, проводит большим пальцем по моей нижней губе, когда произносит:

– Ты поставила меня на колени, Алиса.– Не успеваю среагировать и спросить, что это значит, как он поднимает меня, садится на своё кресло и усаживает на свои колени.

Его член, который только, что извергался в мой рот, уже практически готов снова. Ричард проводит пальцем по моему клитору и вниз ко входу. – Такая, блядь, мокрая для меня. Ты так возбудилась, пока сосала мой член, как хорошая маленькая девочка?

– Боже… Да!

Он входит в меня пальцами, и я цепляюсь за его плечи, судорожно сжимая их. Я полностью обнаженная, а он все еще весь в черном. Между нами потрясающий контраст.

– Ричард… Мне нужно…

– Твое тело принадлежит мне, я знаю, чего ты хочешь и ты получишь это.

Придвигаюсь ближе, пытаясь почувствовать его твердость на своей промежности, но он отдаляется, щипая меня за клитор.

– Черт… Ричард, пожалуйста… – Приятное жжение распространяется по телу, пока он трахает меня двумя пальцами одной руки и сжимает клитор другой рукой.

– Ты не кончишь, пока я не скажу. – Ухмыляется он, опускает голову к моему соску, прикусывает его зубами и слегка оттягивает. Я кричу и бьюсь в легких конвульсиях.

Полностью растворившись в ощущениях, я не замечаю, как исчезают пальцы, он приподнимает меня за бедра и входит во всю длину.

– Боже! – Моя голова откидывается назад.

Ричард кусает меня за шею, желая пометить меня, оставить синяки, чтобы я помнила о нём, когда проснусь с утра в полном одиночестве.

По какой-то нелепой причине, мне хочется сделать татуировку в виде следов от его зубов, чтобы навсегда запомнить, кому принадлежит мое слабое сердце.

– Оседлай меня, мышка. Я видел, как ты работаешь этим ртом. Покажи, что может твоя задница.

Желание показать себя, вновь зарождается глубоко внутри. Я распахиваю глаза, завожу руки за спину и опираюсь руками о его колени, выпячивая обнаженную грудь вперед. Приподнимаю бедра, почти полностью выпуская его из себя, затем резко сажусь. Ричард стонет, сильнее сжимая мои бедра. Повторяю это движение снова и снова, пока в голове не появляется странная сумасшедшая мысль. Хватаюсь за его воротник и резко дергаю в разные стороны, разрывая рубашку. Пуговицы летят на пол. Понятия не имею, откуда во мне такая сила. Ричард рычит, когда я провожу ногтями по его груди, оставляя длинные красные полоски, отмечая по-своему. Чтобы он так же не забыл, кому принадлежит.

Ричард ускоряет темп, мы бьемся друг об друга бедрами в жестком ритме. В тишине кабинета слышны сильные хлопки тел и наше учащенное дыхание, и когда он опускает руку и вырисовывает маленькие круги на моем клиторе, я разбиваюсь в сумасшедшем оргазме.

– Вот так, Алиса, кончай на мой член.

Я кричу от силы импульсов, который зарождаются в моем центре, и передают дрожь по всему телу. Ричард вколачивается в меня сильнее, получая удовольствие от того, как сильно его сжимают мои стенки, и кончает внутрь. Моя голова падает на его плечо, и он гладит меня по голой спине.

Когда наше дыхание успокаивается, мне хочется свернуться калачиком на его руках и уснуть. Но я не могу сделать этого. Я поднимаю голову и смотрю на моего мужчину. Мужчину, которого… люблю.

– Ты пила? – Он хмурится, и я поднимаю руку, чтобы разгладить маленькую морщинку, образовавшуюся между его бровями.

– Немного. Мэтью готовит отличные коктейли. – Я улыбаюсь, зная, что это выведет его из себя. Встаю с колен, но он удерживает меня за бедра.

– Кто, черт возьми, такой Мэтью? Когда я проверял последний раз ты, как хорошая девочка работала за своим столом. Скажи мне фамилию, и я уволю его.

Я пожимаю плечами и вновь ухмыляюсь. Я знаю, что он никого не уволит, но все равно не скажу, кто такой Мэтью. Хотя уверена, если он действительно захочет, то найдет его. Ну и конечно, не стоит говорить и о нашей маленькой вечеринке. Если в Strage Interprice отношения между сотрудниками ведёт к увольнению, то пить на рабочем месте, вероятно, карается смертной казнью.

– Это останется моей маленькой тайной, мистер Стрейдж. – Я оставляю на его губах нежный поцелуй, и быстро соскальзываю с колен.

– Ты сделаешь меня чертовым убийцей, Алиса. – Он вымученно проводит рукой по лицу, затем застегивает брюки. – Одевайся, я отвезу тебя домой.

Глава 18

Субботним утром меня будит сильный стук в дверь. Подскочив, я пытаюсь сориентироваться в пространстве. После вчерашней вечеринки нет ни тошноты, ни головной боли, но чувствую себя совершенно не выспавшейся.

Кручу головой вправо влево, чтобы хоть немного проснуться и чувствую легкое покалывание справа на шее. Машинально провожу рукой по нежному участку, вспоминая, как Ричард отметил меня, как свою. Кожа слегка ноет в том месте, но я лишь удовлетворенно вздыхаю.

Вчера он отвез меня домой и пообещал, что всё скоро станет, как прежде. Я не уверена, что это было правдой, но его тон, не терпящий возражений, не дал оспорить это заявление. Оставалось надеяться на отрицательный результат теста и работу Ричарда в поиске информации на Марианну.

Стук повторился, я поднялась с постели и поплелась открывать. Еще месяц назад, я замерла бы, как вкопанная, кусая губы, размышляла, как поступить. К счастью это в прошлом.

– Привет! – Визг моей лучшей подруги заполнил квартиру, и мне пришлось приложить усилия, чтобы не упасть, когда она набросилась на меня.

– Боже мой, Хел… – Обхватив её шею, я зажмуриваю глаза, чтобы сдержать слезы счастья. Подруга так же сильно обнимает меня в ответ. Когда запах знакомого дорогого парфюма заполняет мой нос, я чувствую себя дома.

Хелен отстраняется, глядя на меня своими большими карими глазами. Я больше не могу сдерживаться и уже в следующую секунду начинаю плакать с глупой улыбкой на лице

– Эй! Ну всё, всё. Это ни к чему! – Мягко улыбнувшись, подруга проводит рукой по моим растрепанным волосам.

Боже, как я скучала по ней.

– Ты даже не представляешь, как я рада тебя видеть. Почему ты не позвонила? – Шмыгнув носом, произношу я.

– Я звонила, тебе стоило бы… – Она замолкает широко раскрыв, и без того огромные глаза. – Это еще что такое?

– Что…

Хел протягивает руку и откидывает мои волосы за спину. Меня осеняет, быстро прижав ладонь к месту укуса, я отскакиваю назад.

– Ээ… Это… Это… – Пытаюсь подобрать достойное оправдание, но это пустая трата времени. Хелен сразу всё понимает.

– Это укус, девочка! Не делай из меня дуру. Или ты скажешь, что тебя покусал незнакомец в метро?

– О… Нет… Это…

– Алиса Джонсон! – Хелен складывает руки на груди, поднимая одну идеальную бровь. – Ты с кем-то трахаешься!

Конечно, Хелен Кларк не будет ходить вокруг да около. Она прямо говорит то, что думает, не стесняясь и не подбирая выражения. А я? Мне нечего на это ответить. Отрицать очевидное – бессмысленно, тем более от неё. Было легко скрывать отношения с Ричардом, когда мы общались с Хел по телефону, хотя я не делала это не намеренно, просто не было возможности рассказать всё, как есть. Но теперь, мне действительно нужно сбросить этот груз с плеч.

Тогда я выложила всё, что произошло за эти месяцы. Про Ричарда, про то, как он спас меня от Люка, как издевался на работе и подставил на мероприятии в Сиэтле, даже, то, что было после – в отеле. Лицо Хел сменилось со злого на удовлетворенное, когда я дошла до части, где он ухаживал за мной, пока я болела. Когда пошёл против совета ради открытости наших отношений и прочих мелочей. Затем она снова стала раздражённой, когда речь зашла про Марианну.

Хелен обняла меня и нежно, по-сестрински, гладила по волосам и спине. В ту минуту я поняла, что должна была сделать это давным-давно. Огромная ноша невысказанных слов и скрытых эмоций, которую я носила на своих плечах, слетела, оставив после себя легкое послевкусие.

Это должна была быть именно Хелен. Со своим свежим трезвым взглядом, знающим мою личную историю и все мои страхи.

Может я действительно изменилась, но нести этот груз в одиночку, да, именно в одиночку, потому что Ричард был участником всего хауса, который творился в моей жизни, было крайне сложно. Особенно для такой, как я. Сломленной, но, казалось бы, исцелившейся.

**

Мы пили кофе, сидя за моим кухонным столом. Я уже закончила свой рассказ, но подруга продолжала смотреть на меня с подозрением.

– Если бы я не сидела прямо перед тобой, то подумала, что инопланетяне забрали мою подругу и её тело занял кто-то другой. Это поразительно, Алиса.

Я понимала, о чём она говорит. Мне вспомнился позапрошлый день и то, что я сделала со своей мастерской.

– Я знаю. Чувствую каждое изменение в себе и до сих пор удивляюсь, когда могу прикоснуться к кому то, не чувствуя тревоги. Представляешь, у меня появилось много хороших знакомых на работе. Я смеюсь, гуляю, отвечаю на звонки.... – Указываю пальцем в сторону коридора. – Я даже дверь открыла, не задумываясь.

– Это так. – Хел ставит чашку на стол, её взгляд становится скептическим. – У тебя даже цвет глаз изменился, но какую цену ты заплатишь за это?

Я нахмурилась. – Цену?

– Да. Цена твоего исцеления не станет разбитое сердце?

– Почему ты так думаешь?

– Потому, что этот Ричард… – Она машет рукой в воздухе, подбирая слова. – Он стал твоим миром, твоим криптонитом. Что будет, когда он уйдёт?

– Когда или если? – Моя челюсть сжимается, голос твердый, а щеки становятся чертовски горячими. Хелен тут же чувствует мои изменения.

– Воу, полегче девочка. – Настороженно смеется она. – Ты ведь знаешь, что я желаю тебе только счастья?

Я делаю выдох. Это не похоже на меня. Я никогда не разговаривала с подругой подобным тоном, но мне абсолютно не понравился её предыдущий вопрос.

– Прости. Столько всего навалилось… Я знаю, что ты желаешь мне лучшего, но всё еще продолжаю верить в Ричарда и то, что он найдет решение.

Хелен делает глоток кофе. – Все нормально. Мне даже нравится эта твоя дерзость. В любом случае, добро пожаловать в жизнь. Без паданий не бывает взлетов. Почему ты не рассказала все раньше?

Пожимаю плечами. – Как видишь, это не телефонный разговор. Да и всё происходило так стремительно быстро… – Неосознанно тру место укуса на шее. – Сначала, это не казалось достойным внимания. Ричард был тираном и мудаком, я хотела справиться с этим сама, а потом…

Подруга не дала мне закончить, потому, что звонко рассмеялась. Я подняла одну бровь.

– В чем дело?

– О, прости. Ты назвала его мудаком. Моя подруга, которую я оставила в Нью-Йорке не ругалась, и я совру, если скажу, что новая Алиса мне не нравится.

Улыбка расцветает на моём лице. Если бы Хелен только знала, что делает новая Алиса.

– Что ж… – Начала она. – Хорошо, что я приехала. Мы разберёмся с этим балаганом вместе. – Подруга накрыла мою руку своей ладонью.

– А где Кристиан? – Поинтересовалась я, делая глоток кофе.

– О, он будет сильно занят на работе ближайшие дни, так что я пока побуду с тобой. А это значит… – Она играет бровями, а глаза игриво загораются.

– О, нет.

– Да! Мы идем в бар! Сегодня суббота. Ты же не думала, что я лягу с книгой на диване, после такого долгого путешествия? – Она бросает взгляд на часы. – Не будем терять времени. Собирайся, мы идем на шопинг.

Спорить с Хелен было бесполезно. Через полчаса мы уже бродили по огромному торговому центру, выбирая себе наряды на вечер. Через три часа лежали на массажной кушетке салона красоты, где нас вылизали от макушки до кончиков пальцев

Вернувшись домой, мне ничего так не хотелось, как лечь в постель и просто отдохнуть, но это была несбыточная мечта. Хелен бросила наши пакеты на пол и достала из своей, казалось бы, маленькой женской сумочки бутылку Джек Дэниелса. Открутив крышку, подруга сделала несколько глотков из горла и протянула мне.

Я уже пила алкоголь, но это были лишь легкие коктейли. Но чистый виски… Это было, как то слишком.

– Я не уверена, что…

– О, даже не начинай, девочка. Давай, пей! За новую жизнь!

Я закатила глаза и взяла бутылку. Поднесла горлышко к носу. Аромат приятный. Пряный. Надеюсь на вкус так же.

Я подняла взгляд на Хел. – За новую жизнь!

Янтарная жидкость попала мне на язык, следом в горло, сильно его обжигая. Я буквально чувствовала, как спиртное проходит по кишечнику, согревая и опаляя органы. Мое лицо скривились, но когда я выдохнула, осталось лишь приятное послевкусие. Щеки мгновенно покрылись румянцем.

– Мне однозначно нравится эта версия тебя. – Пропела Хел, выкладывая содержимое наших пакетов на мою кровать.

Для меня мы выбрали наряд, который я могла бы надеть только в своих самых страшных снах.

Короткая кожаная юбка, с тонкой цепочкой справа, заканчивалась на середине бедра, едва ли прикрывая мою попу. Белый топ на завязках откровенно оголял живот, но подчеркивал мой второй размер груди. Хелен решила, что стоит добавить немного женственности, и купила мне черные туфли с мелкими шипами сзади.

Подруга сделала мне макияж в стиле Смоки, накрутила волосы и я накрасила губы красной помадой, как знамя новой жизни.

Нет, я не выглядела дешево или безвкусно. Скорее, как горячая, но целомудренная шлюха.

Хелен сказала, что этот образ малышки-байкерши мне идет, и проще было согласиться, чем начать с ней спорить.

Спустя несколько бокалов, мне стало уютно в новой одежде. Конечно, этот стиль не подходил девочке из воскресной школы, но мне нравилось быть бунтаркой.

Хелен Кларк выглядела ну… как Хелен. Она никогда не скрывала своего тела, а наоборот предлагала всем смотреть, но не трогать. Короткое красное платье без бретелек идеально подчеркнуло её полную грудь и широкие бедра.

Мы допили бутылку и вызвали такси. Хелен давно знакома с местной ночной жизнью, поэтому долгих раздумий, куда пойти не было.

Новый клуб под названием «Seven Nights» располагался в Бронксе, на последнем этаже многоэтажного здания. На фейс-контроле я немного занервничала, но стоило Хелен стрельнуть охраннику глазками, как он открыл перед нами ленту.

Клуб оказался огромным. Два больших зала с танцполом, два поменьше с индивидуальными кабинками, чтобы поговорить, не перекрикивая друг друга, и одна длинная лоджия с видом на ночной Нью-Йорк.

Народу было уже достаточно, хотя еще даже не было одиннадцати. Люди двигались, прижимаясь, друг к другу в быстром танце. Месяц назад я бы точно не смогла тут находиться, а сейчас, испытывала лишь легкое волнение от предвкушения вечера. Более того, дискомфорта не то, что не было, после выпитого количества виски мне захотелось пойти танцевать вместе со всеми.

Может пойти в клуб не такая уж и плохая идея?

Хелен заказала нам ром с вишнёвым соком, и после второго бокала, она вдруг заявила:

– Тебе нужно создать пинстаграм!

– Что? – Крикнула я, думая, что ослышалась.

– Пинстаграм! Дай свой телефон!

Я протянула ей телефон, и она что-то делала в течение нескольких минут.

– Готово! – Крикнула подруга. – А теперь иди сюда сделаем первое фото.

Мы сделали селфи, которое тут же улетело в мой новый аккаунт. Улыбка поделила моё лицо на две части, когда те немногие кто был в моём списке контактов, начали подписываться и ставить лайки.

– Сейчас я репостну себе, и на тебя подпишутся еще человек пятьсот.

– Что?! Пятьсот человек? Зачем мне эти люди?

– Это мои подписчики, они классные. У меня почти миллион, так что мне не жалко. Для справки, реклама у меня стоит дорого!

Я рассмеялась. – О, спасибо за щедрость.

– Не за что. Теперь иди, встань вон там. – Она указала на неоновую вывеску «Dance to live».

Я сделала, как она сказала, и мой профиль пополнился еще одной фотографией. Теперь в полный рост.

– Господи, люди реально ставят мне лайки. – Удивленно прокричала я.

– Конечно, ты очень горячая в этой одежде. Но если ты будешь выкладывать фотки с работы, то станешь еще популярнее. Люди быстро устают от красивых лиц. Мозги – вот, что сексуально. – Она убрала выбившуюся прядь мне за ухо, снова взглянув на экран моего телефона. – О! Смотри, кто-то написал в директ.

Мы открываем личные сообщения. И когда я вижу маленькую круглую фотографию, моё сердце мгновенно ускоряет ритм. Это Ричард. Господи.

Ладони потеют, и я вытираю их о кожаную юбку, боясь представить, что он мог написать, увидев меня в клубе в таком виде.

Нажимаю на сообщение.

Ричард Стрейдж: Какого черта? Где ты?

Хелен делает глоток коктейля, скрывая лукавую ухмылку. Последние трезвые клетки мозга мгновенно обрабатывают информацию.

– Ты сделала это специально!

Подруга без стеснения кивает и вырывает телефон из моих рук. – Не отвечай ему, пусть побесится. О, что-то еще написал.

Мы смотрим на экран где черным по белому написано:

Ричард Стрейдж: Тебе лучше очень хорошо спрятаться, маленькая мышка.

Хелен открывает его профиль. Там всего три фотографии и, черт возьми, пятьсот тысяч подписчиков.

– Вот, что я называю неравноправие полов. Почему у этого лакомого кусочка всего три фотографии и такое огромное количество подписчиков?

– Лакомого кусочка?

Хелен открывает первую фотографию и мой рот открывается. Ричард стоит на песчаном берегу в белой расстегнутой рубашке и простых брюках цвета хаки. Руки в кармах, недлинные волосы развиваются на ветру, создавая тот самый беспорядок, который я так люблю, взгляд устремлён вдаль.

У меня поднимается давление от этого зрелища. Его тело, лицо, волосы… Этот мужчина заставляет мои яичники вздрогнуть, даже таким образом. Меня и еще тысячу женщин, которые смотрят, лайкают и оставляют комментарии, которых я, в свою очередь, уже заочно ненавижу. Мои глаза смотрят на дату. Год назад. Тогда мы не были знакомы, нет смысла думать об этом, но кто сделал это фото? Марианна?

Хелен открывает вторую фотографию. Ричард в смокинге на каком-то мероприятии, в руках бокал шампанского. Он разговаривает с Биллом де Блазио, экс мэром Нью-Йорка.

– Черт возьми, он действительно горячий, а еще влиятельный! – Кричит подруга.

Я выхватываю у неё телефон и убираю в сумочку. – Достаточно.

Хелен смеётся. – Не ревнуй, я вообще-то замужем! – Она поднимает левую руку с обручальным кольцом. – Но смотреть не запрещено.

Я качаю головой и делаю глоток коктейля.

– Ладно, пошли танцевать. – Подруга залпом допивает свой напиток и тащит меня на танцпол.

Среди такого количества людей, мы чудом смогли удобно устроиться в центре, никому не мешая. Это был мой первый поход в клуб, я даже не думала, что могу так двигаться. Свет прожекторов мелькал на моём теле, отражаясь от блестящих цепей. Вскинув руки вверх и слегка приподняв волосы, я задвигала бёдрами в такт музыки. Мы с Хелен полностью отдались танцам, подпевая популярные песни вслух. Неловко признавать, но моя самооценка стала чуть выше, когда три парня по очереди пытались потанцевать со мной. Конечно, Хел всех отгоняла, зная, что мне не нужны случайные знакомства, за что я была ей благодарна.

После пятой песни я вернулась к бару, чтобы выпить воды и отдышаться. Поставив стакан на стойку, я обернулась к танцполу, где еще прыгала моя лучшая подруга. К ней подходило в два раза больше парней, он она игнорировала их внимание.

– Привет, задумчивая.

Сияющие голубые глаза появились из ниоткуда прямо передо мной. Растрепанные светлые волосы и широкая улыбка. Марк. Он выглядел иначе, чем тогда в кофейне. Простая белая футболка, какой-то медальон на шее и черные джоггеры. Даже в такой простой одежде, парень выглядел красиво.

– Марк! Привет. – Говорю я с улыбкой.

– Смотрю, ты пришла в себя. – Шутит он, видимо из-за моего поведения в нашу первую встречу.

– Да, я в порядке.

– Угостить тебя?

Стало немного неловко, но я кивнула. – Ром с вишневым соком, пожалуйста.

Марку было достаточно просто посмотреть на бармена, как он тут же оказался перед нами. Хотя до этого, его было просто невозможно поймать.

– Флор де Канья с вишневым соком, добавь два кубика льда и отдельно лимон. Мне Макаллан на два пальца.

Бармен кивает и через минуту перед нами уже стоят два бокала и блюдце с лимоном. Опять же, удивительно быстро.

– Спасибо. – Кричу я сквозь музыку.

Марк дарит мне теплую улыбку. – Отлично выглядишь. Не думал, что ты носишь подобное.

– И что же ты думал? – Вот черт, я флиртую?

– Более консервативную одежду, но не подумай, тебе идет.

– Я очень консервативна. – Придвигаюсь ближе, не понимая, что творю. – В дневное время суток.

Марк откидывает голову назад и смеётся. Так красиво и громко, что перекрикивает музыку. Я действительно могла бы заинтересоваться им, если бы не одно НО, ростом в метр восемьдесят семь.

– Часто бываешь тут? – Спрашивает он, когда перестает смеяться.

– Я думала, что это место недавно открылось.

– Чуть меньше месяца.

– Понятно. Нет, я здесь впервые. Я вообще редко хожу в подобные заведения.

Марк понимающе кивает. – И как, тебе нравится?

– Да, здесь здорово. Ты, похоже, здесь не впервые.

– Да, бывал уже пару раз.

Я не знала, как еще поддержать разговор. Возможно, если бы не выпитый алкоголь, мне стало бы неуюно, но все казалось вполне естественным.

Музыка резко затихла, сменившись на трек Beyoncé «Crazy in Love». Меня слегка удивило это, не думала, что в ночных клубах играют медленные песни, но, кажется, большинство людей были не против. Все разбрелись по парочкам, медленно двигаясь в чувственной мелодии.

– Потанцуешь со мной?

Я заморгала, в попытке придумать вежливый отказ. Нет, меня не пугали прикосновения Марка. Мы уже были знакомы, и мне казалось, что ему можно доверять. Но не было ли это предательством по отношению к Ричарду?

До этого мы с Марком просто болтали, не переходя никаких границ, но танец… Это как то слишком. Слишком интимно. Я снова подумала о Ричарде. Если бы он с кем-то решил потанцевать, мне бы это не понравилось. А что если его угрозы не были пустыми и он действительно найдет меня и увидит с Марком? Добром это не кончится.

– Я…

– Она потанцует! – Моя лучшая подруга появилась неожиданно не вовремя, и не смогла держать свой рот закрытым. Она подтолкнула меня к Марку, что мне пришлось схватиться за его руку для удержания равновесия.

Марк посмотрел на меня, ожидая ответа.

– Ладно.

Он улыбнулся, а я бросила на Хел уничтожающий взгляд.

Я тебе еще отомщу, подруга!

Но видимое её это не испугало, она лишь пожала плечами и кивнула в сторону Марка.

Мы вышли в центр зала, он положил одну свою руку мне на поясницу, второй взял за ладонь. Стоит отдать ему должное, между нами действительно мог поместиться ещё один человек. Так что, спасибо Марк за дистанцию.

Но спустя короткий промежуток времени, я так расслабилась, что не заметила, как Марк прижал меня ближе к себе. Я виню алкоголь, потому, что не предприняла ни одной попытки отстраниться. В свое оправдание скажу, что с этим парнем было так легко и комфортно, так отличительно заметно от наших отношений с Ричардом, что я просто дала себе маленькую вольность.

Марк придвинулся ещё ближе, и моя грудь коснулась мужского тела. Его рука спустилась чуть ниже по пояснице, когда он сказал мне на ухо.

– Ты так хорошо пахнешь, Алиса.

Я улыбнулась и прошептала. – Спасибо.

– Не благодари меня за факты.

Я ничего не ответила, просто продолжила растворяться в этом запретном танце, пока музыка не сменилась на более энергичную.

Марк провел меня сквозь толпу обратно к Хелен.

– Мне пора идти, надеюсь, еще увидимся, Алиса.

Внезапно, он наклонился, и его губы легко коснулись моей щеки. Я замерла. Боже мой. Это совсем не то, что я хотела бы сделать. Не с ним. Боже. Сигнал тревоги сработал в моей голове, и я запаниковала.

Марк ушёл, а я допила свой коктейль.

– Пойду, подышу воздухом. – Крикнула я Хелен.

– Я пойду с тобой!

– Нет, мне нужно пару минут, побудь здесь.

Она кивнула и махнула бармену рукой, который снова, удивительно быстро оказался рядом с нами. Оставлять Хелен одну у бара, было моей ошибкой, но мне требовалось пространство.

Как только я оказалась на улице, то смогла вздохнуть полной грудью. Было почти три часа ночи, но люди все ещё прибывали в клуб. Каким-то образом, толпа сместила меня к слабоосвещенному углу здания. Здесь было тихо и это то, что мне действительно сейчас было нужно.

Визг колес по асфальту привлек мое внимание. Рядом остановилась серебристая, незнакомая мне машина. Я сделала шаг назад, но пассажирское окно опустилось, и я увидела моего дьявола. Ричард сидел за рулем, тень автомобиля поглощала половину его лица, и я не могла разглядеть глаза, чтобы прочесть его настроение. Лишь злая ухмылка выдавала его. Он недоволен. Очень.

– Садись в машину. – Рявкнул он.

Не было смысла спорить. Он сказал, что поймает меня и сдержал свое слово.

Я покорно села, Ричард нажал на газ, и проехал несколько метров в темноту. Мы остановились в узком переулке между двумя зданиями.

Развернувшись в пол оборота, он положил руку на руль, а второй постукивал по своему бедру, плотно обтянутому синими джинсами.

Тук. Тук. Тук.

Я напряглась. В машине было слишком темно, вокруг ни одного источника света, но я чувствовала, как его взгляд блуждал по моему телу.

Когда я шла в клуб, знала, что наряд откровенен, но смогла смириться, особенно когда увидела, как одеты другие девушки. Но сейчас… Сейчас мне казалось, что я голая. И все из-за его взгляда.

– Что, по-твоему, ты делаешь, Алиса? – Спросил он, прерывая молчание.

Я решила, что не сдамся без боя. Ничего особенного я не сделала. Пошла в бар с подругой, танцевала, немного, ладно, много пила. Я старалась выкинуть поцелуй Марка из головы. Эта тайна умрет со мной.

– Что я делаю? – Мой тон казался легким, но он мог легко прочесть меня.

Ричард издает злой смешок и склоняет голову на бок, еще раз рассматривая моё тело.

– Оделась, как хорошенькая маленькая шлюха, чтобы пойти покрутить задницей перед другими мужчинами, в то время, как тот единственный, кто может видеть тебя в таком виде, ломает голову, как спасти наши отношения. Это то, что ты делаешь, Алиса?

– Не пытайся пробудить во мне чувство вины, Ричард. Я не виновата в том, что твоя бывшая сумасшедшая и вообще… – Я задираю подбородок выше. – Не веди себя, как пещерный человек. Это моё тело и я могу показывать его кому угодно. – Это совсем не то, что я должна была сказать, но слова вылетели из моего глупого рта и назад их уже не вернуть.

– Твое тело? Показывать кому угодно? Серьёзно?– Он хватает меня за руку и перекидывает через свои колени, так что я упираюсь руками в его твёрдую грудь. – Ты, блядь, решила разозлить меня еще больше? На твоем месте, я бы играл роль хорошей девочки и заткнулся.

Я не успеваю ничего ответить, на самом деле, я не успеваю даже подумать над ответом, потому что он хватает меня за голову и прижимает к своим губам. Поцелуй грубый и отчаянный. Его язык прорывается сквозь мои губы и завладевает каждым сантиметром. Я хватаюсь за короткие волосы и притягиваю ближе. Сильные руки опускаются к моей заднице, и сжимают её так, что кожаная юбка скрипит от этого действия. Я кусаю его за губу и с силой оттягиваю.

– Блядь. – Стонет он, вытирая губу пальцем, а я чувствую металлический привкус крови во рту.

Моя улыбка разрастается на лице, когда Ричард хватает меня за волосы до боли, и вновь поглощает поцелуем.

В эту же секунду мой телефон звонит и развеивает чары. Я отстраняюсь от Ричарда, и он стонет.

– Это Хел, я должна вернуться.

– Скажи, пусть едет домой, я отвезу тебя позже сам. – Шепчет он, посыпая мою шею поцелуями.

Мне действительно хочется этого. Очень.

– Я… так нельзя…

Отстраняюсь и тянусь к сумке. Ричард засовывает руки под мою юбку, мои щеки горят. Его пальцы касаются края трусиков.

– Алло… – Я максимально контролирую дыхание, но когда Ричард кусает мой сосок сквозь топ, это становится делать крайне сложно.

– Где ты, девочка? Мне начинать волноваться?– Кричит она сквозь шум музыки.

– Я на улице, встретимся у входа через пять минут.

– Хорошо, я возьму наши вещи в гардеробе и выйду.

Сбрасываю вызов, не отвечая. Снова тяну за волосы Ричарда, который, так же, как и я, сходит с ума от желания. Так сильно хочу его.

– Я должна идти…

Он снова кусает меня за сосок, пробираясь пальцами под ткань трусиков.

– Ммм… Ричард… Пожалуйста… – Влажные губы на моей шее, но мне удаётся отстраниться.

– Пожалуйста, что, мышка?

– Перестань.

Удивительно, но он слушается. Взгляд становится серьёзным, руки всё еще под юбкой, но больше не двигаются.

– В чем дело, Алиса?

– Моя подруга. Мы не виделись пять месяцев. Я должна идти.

Он молчит, изучая моё лицо. Я говорю правду, и он видит это.

– Перестань так смотреть. – Говорю я.

– Как так?

– Так, будто хочешь меня съесть.

– Именного этого я и хочу.

– Не сегодня. – Слезаю с его колен, и сажусь на пассажирское кресло.

– Не сегодня, Алиса, но уже скоро. Ты снова наденешь этот наряд, я жестко трахну тебя, а потом сожгу его.

– Как скажете, мистер Стрейдж. – Тянусь к ручке, но он хватает меня за запястье.

– И заканчивай пить, хоть я и люблю твой развязный язык, не превращай это в привычку.

– О, ты теперь у нас полиция нравов?

– Именно и удали те фотографии.

Я закатываю глаза. – Нет.

– Нет?

– Нет. – Вырываю руку и выхожу из машины. Он не успевает остановить меня, но и не уезжает. Сдает назад и провожает взглядом до входа.

Я нарочно виляю задницей, чтобы понервировать его. Когда подхожу к входу, Хелен еще нет. Мой телефон вибрирует.

От: Дьявол

Сделай так еще раз, я засуну эту задницу в машину и трахну так, что ты не сможешь ходить неделю.

Мои щеки краснеют, я поднимаю голову, но машины уже нет. Придурок.

– Алиса! Ты в порядке? – Визжит Хелен, пробираясь сквозь толпу.

– Да, едем?– Спрашиваю я, в надежде, что она не станет задавать больше вопросов.

– Кажется, я слишком много выпила, может, прогуляемся пешком?

– Давай.

Хел передает мне моё пальто, и мы идем пешком в сторону дома.

Примерно половину нашего пути до дома Хел рассказывала о своих путешествиях с Кристианом. Но в какой-то момент её тон становится коварным.

– Ну? И кто тот блондин?

Мои губы сжимаются, я сильнее кутаюсь в пальто. Как она поняла, что мы с Марком знакомы? Её не было рядом, когда он подошел ко мне у бара, впрочем, не имеет значения, Хелен всегда была проницательной.

– Просто знакомый.

– Ну да, конечно, просто знакомый.– С ухмылкой повторяет она мои слова. – Я видела, как он смотрит на тебя.

– Боже, прекрати.– Смеюсь я, толкая подругу локтем в бок.

– А что такого? Ты должна жить дальше.

Я замираю посереди улицы. Хел делает шаг, затем оборачивается.

– Что это значит? Мы с Ричардом всё ещё вместе и отцовство не подтверждено.

– Но, что если это его ребенок? Ты должна быть готова к этому.

Поднимаю голову и смотрю на тёмное небо, чтобы сдержать слёзы.

– Я понимаю, но не уверена, что хочу сейчас думать об этом. Я буду в порядке, не переживай.

– Ты не можешь избежать реальности, девочка. Прежде всего, думай о себе.

В тот момент, не смотря на мое печальное прошлое и туманное настоящее, я почувствовала себя действительно хорошо. Хелен никогда не подбирала для меня слов, она кидала мне правду в лицо, какой бы суровой она не была. Я была благодарна ей за это. Не считая Ричарда, Хел была единственным человеком, который знал мою историю и не обращался со мной так, будто я хрустальная кукла. Хоть и настаивала на продолжении терапии.

**

Следующий понедельник начался вполне обычно. Я собралась на работу, пообещав Хелен, вечером принести пиццу, чтобы мы досмотрели первый сезон «Сплетницы».

Весь вчерашний день мы умирали от похмелья и ели вредную еду перед телевизором.

Я чувствовала, что жизнь налаживается. Мне нравилась моя новая должность, люди были добры и открыты, а проекты, которые брала компания очень впечатляющие и интересные. Теперь еще и лучшая подруга рядом, которая не даст мне уйти в себя.

Представители из Палермо прибыли в одиннадцать утра и весь офис, словно замер в ожидании. Главы каждого подразделения учувствовали в собрании, представляя проделанную работу.

Мы с Лайлой и Мэтью, сидели на оранжевом диванчике, не промолвив и слова. Каждый думал о том, что мы могли бы сделать еще, чтобы итальянцы точно одобрили проект. Но, по моему мнению, компания выложилась на все сто процентов. Они будут идиотами, если откажут нам.

Спустя два часа и тридцать восемь минут двери лифта открылись, и оттуда вышел мистер Макэвой. Все встали. Никто не осмелился задать вопрос. Ждали.

Его лицо было нечитаемым. Но учитывая постоянную улыбку, которой сейчас след простыл, я подумала о худшем. Когда он остановился у дубового стола в центре, и глубоко вздохнул, кто-то на этаже прошептал.

– Не может быть…

Видимо я не одна подумала о худшем. Но в следующую секунду мистер Макэвой широко улыбнулся. Гораздо шире, чем когда либо.

– Они в восторге! Итальянцы забыли родной язык от проделанной нами работы.

Шум сменился оглушительным визгом и хлопками. Лайла запрыгнула на Мэтью, который со смехом поднял её за талию и покрутил в воздухе. Я так и не успела спросить, поговорила ли она с ним об их отношения, но казалось, что они вышли на новый уровень.

Лайла спрыгнула с Мэтью и обняла меня.

– Да! Да! Я знала, что мы справимся! – Закричала она, почти задушив меня объятиями.

***

Во время обеда, мы с Лайлой и Мэтью решили отметить удачное окончание собрания в кафе, напротив офиса. Лайла рассказывала, что там лучшие мясные фрикадельки, хотя Мэтью продолжал спорить с ней, что лучше Икеевских не найти.

Как только мы вышли из офиса, что-то заставило меня обернуться, и я увидела Ричарда, который вышел из здания. Я скучала по нему. Той ночью мне было мало его. Мы немного переписывались вчера, но это было не то. Но дело было не только в этом. Я хотела подойти и поздравить его. Но почему-то на его лице не было и капли радости. В следующую секунду, моя улыбка сползла, а сердце упало в пятки.

Марианна вышла следом из здания, догнала Ричарда и взяла его за руку. Он не противился, они шли вместе, как настоящая пара. Затем подъехал черный мерседес, они сели вместе на заднее сиденье и уехали.

Я замерла, как вкопанная. Лайла и Мэтью даже не сразу заметили, что я отстала от них, как дура впитывая горечь предательства.

– Алиса? – Позвала меня Лайла, заставляя отвести взгляд, от удаляющейся машины, в которой сидели будущие родители.

– Эм… Да, я иду.

– Ты в порядке?– Спросил Мэтью.

– Да, пойдёмте.

Ты должна думать о себе. Он стал твоим миром. Учись жить без него.

Внезапно все слова Хелен обрели смысл.

– Если ты не хочешь фрикадельки, то можешь выбрать что-то другое. – Улыбнулась Лайла.

– Нет, просто задумалась, я люблю фрикадельки.

Боже мой. Мой мир сейчас буквально разделился на до и после, а я болтаю о фрикадельках. Это кажется таким незначительным и глупым, но я рада, что сейчас не одна. Кто знает, сколько бы я стояла там и смотрела в пустую точку.

Пока Лайла и Мэтью обедали, я ковырялась вилкой в своей еде и размышляла о том, как поступить дальше. Тест на отцовство будет только в пятницу. Почему он держал её за руку? Почему она пришла в компанию? Может, они уже получили результат?

Осознание того, что в ближайшее время он подтвердит мои догадки, навеяло другие, более грустные мысли.

Как я буду продолжать работать в его компании? Возможно, мы будем пересекаться, смогу ли я смотреть на него без самоуничтожения в глазах? Вряд ли.

В то же время… Я смотрю на Лайлу и Мэтью , которые всё ещё о чем-то спорят. Эта работа подарила мне новых друзей, не знаю, считают ли они меня другом, но мне приятна их компания.

Возможно я могла бы взять отпуск, или перевестись в другой филиал. Уверена я смогу видеть этих ребят и вне работы. Не обязательно снова прятаться в пузырь, даже если моё сердце будет навсегда разбитым.

Учись жить без него.

Глава 19

Этот понедельник мог оказаться одним из лучших. Хотя бы потому, что итальянцы одобрили наш проект. Но он стал худшим благодаря Марианне и Ричарду.

Я не помню, как отработала этот день, не помню, как добралась до дома вечером. Но когда вошла в квартиру, меня встретила гробовая тишина.

Бросив свою сумку на пол, я оглядела кухню, затем прошла в спальню. Никого. Хелен могла быть либо в ванной, либо в моей мастерской.

Это должно меня напугать, я не хотела, чтобы кто-либо открыл мой секрет, но в тот момент мне уже было плевать. На всё.

Я захожу в маленькую комнату с разбросанными коробками и мольбертом. Стены все ещё черные и я не уверена, собираюсь ли я здесь, что-то менять. Почему-то мне не хочется забывать тот день. Хочется помнить, когда все изменилось.

Хелен оборачивается на звук открывающейся двери. Её лицо выражает потрясение и замешательство.

– Девочка… – Она хочет сказать о том, что увидела, но, как только я слышу её голос, слезы прорываются сквозь веки. Хел тут же оказывается рядом и заключает меня в свои объятия. Она не спрашивает в чем дело и что произошло. Просто гладит меня по волосам и ждёт. Когда я успокаиваюсь, подруга отстраняется и проводит пальцем под моими глазами, вытирая потекшую тушь.

Я смотрю на то самое изображение нарисованное углем и моей кровью. Хелен встает рядом и смотрит вместе со мной. Мы молчим, будто ведем немой диалог. Я прерываю тишину первой.

– Я была в отчаянии, когда нарисовала это. Даже не помню тот день…

Не отводя взгляда от изображения, подруга шепчет.

– Это потрясающе…

Это не то, что я ожидала услышать. Думала, она скажет, что это работа психически нездорово человека, но Хелен действительно потрясена. Примерно так же, как и я, тем утром, когда увидела результат.

Уверена, что не осмелилась бы, показать этот рисунок хоть кому-то. Его история пугает даже меня, если Хел узнает больше, она точно запрет меня в психушке.

– Думаешь? – Неуверенно спрашиваю я.

– Конечно! – Хел смотрит на стены и большую черную надпись. – Но я должна спросить, что здесь произошло?

Я пожимаю плечами. – Понятия не имею.

Хелен не развивает эту тему. Она подходит к стене и берет холст накрытый тканью. Незаконченный портрет Ричарда.

– О. Вау. – Она держит портрет вытянутыми руками и рассматривает детали. – Он действительно изменил твой мир. Ты снова рисуешь и это… – Хел разворачивает изображение, и я смотрю в черные пронзительные глаза. – Это лучше, чем когда либо. – Я киваю, зажав нижнюю губу между зубами. – Мир должен увидеть это.

– Нет. – Я мотаю головой. – Ричарду это не понравится, и я… Не хочу, чтобы люди увидели.

– Зря. Тебе стоит спросить у него.

– Нет. – Твёрдо отвечаю я.

Хелен небрежно пожимает плечами. Возвращает портрет на место, подходит ко мне и берет за руку. – Пойдем, обсудим твой день, маленькая собственница.

Я забыла про пиццу, поэтому мы готовим быстрый салат и жарим мясо. Я не говорю, что произошло, держу в себе. Но с каждой минутой это становится делать все сложнее.

Спустя три выпитых бокала вина, я выпаливаю всё, что произошло сегодня. О Ричарде и Марианне и моём желании перевестись. Подруга, молча, слушает меня, а потом поддерживает. Спустя еще два бокала, мне уже не так грустно. Я тверда в своем намерении и завтра, первым делом с утра, пойду в HR отдел и напишу заявление.

Меня хватило на две серии «Сплетницы», хотя я совершенно не понимала смысл, размышляя о будущем. Оставив Хел с банкой мороженого на диване, я ушла спать.

Кажется, мне уже снился какой-то сон, когда я почувствовала слабое прикосновение к голове. Инстинкты сработали мгновенно, я распахнула глаза и увидела тёмный силуэт, нависший над моей кроватью. Мои шторы не пропускают свет, поэтому кто это разглядеть было просто невозможно.

Паника пронзила каждую клетку тела, я завизжала и отпрыгнула к изголовью кровати. Мой рот накрыла тяжелая ладонь, я пыталась вырваться, но меня зажало чужим телом. Крики стали приглушенными, но я не сдавалась, продолжая бороться. Мои волосы сжали в кулак, так, что я почувствовала острые колючки боли. Человек сел на меня сверху, заблокировав любые движения. Я пыталась пинаться ногами, крутилась, но все было бесполезно. Меня поймали.

– Тише, перестань кричать, маленькая мышка. – Когда мозг обработал слова, я замерла, почувствовав облегчение. – Вот так. Сейчас я уберу руку, и ты не издашь ни звука.

Я киваю. Ладонь исчезает, делаю глубокий ровный вздох. Ричард тянет меня чуть сильнее за волосы, и я откидываю голову. Его рука нежно гладит мою щеку. Я не вижу, но чувствую, как он наклоняется и проводит носом по моей шее, глубоко вдыхая.

– Я обещал, что поймаю тебя. – Шепчет он.

– Ричард… Что ты здесь делаешь? – Мой голос дрожит, я не знаю от страха это или от возбуждения.

– Я соскучился по твоему запаху. – Ладонь ложится на мою шею, слегка сжимая её. – Соскучился по твоему вкусу. – Он проводит языком от уха к ключице. Мурашки тут же покрывают все тело. – Соскучился по голосу. – Едва ли касается моих губ своими. – Соскучился по тебе.

Ричард отпускает мои волосы, но рука на шее остаётся. Я все еще вижу лишь силуэт, поэтому все другие чувства обостряются. Пытаюсь дышать глубже, и это помогает полностью прийти в себя. В основном благодаря знакомому запаху его тела.

Холодные пальцы пробираются под мою футболку и находят сосок, он крутит его и сильно сжимает, от чего я стону, не размыкая губ. Хелен не должна услышать, иначе она ворвется сюда с ножом.

Ричард снова смазано проходится губами по моему рту, но все еще не целует. Дразнит. Обещает больше. Он намеренно больно сжимает второй сосок, а затем опускает руку к животу и вниз к линии трусиков.

– Ты уже мокрая мышка? Тебя возбудила мысль, что-то кто-то смог прокрасться ночью в твою комнату и исполнить все твои тайные фантазии?

Я качаю головой, не в силах вымолвить ни слова, пока он нежно покрывает поцелуями каждый миллиметр моего лица.

– Ты уверена? Я готов поспорить, что ты намочишь мои пальцы, как только они проникнут в тебя.

– П-пожалуйста..

– Будь конкретнее, мышка.

– Потрогай меня…

– Я, блядь, сделаю это. – Ричард отодвигает мои трусики в сторону, и входит в меня двумя пальцами. Я стону от приятного растяжения, выгибая тело к нему навстречу. Его рука начинает двигаться, я зажимаю губу между зубами, чтобы не издать звука. Но Ричард набирает темп, будто специально хочет вырывать из меня все стоны, которые я могу ему дать.

Как только он добавляет третий палец, а большим выводит круги на клиторе, я сдаюсь и кричу. Он поглощает мой голос своим ртом, захватывая губы в сладком и одновременно грубом поцелуе.

– У меня немного времени, я хочу трахнуть тебя, ты позволишь мне?

Не уверена, что могу ответить, потому что мои мысли где-то далеко. Я лишь киваю и Ричарду этого достаточно.

Вот так просто, он заставляет меня забыть обо всем плохом за прошедший день. Я бы хотела сначала обсудить с ним то, что увидела, но не могу. Отказать ему, значит потерять его прикосновения.

Ричард отпускает моё горло, продолжая трахать меня пальцами. Слышу слабые шорохи, видимо он расстегивает свои джинсы и достаёт член.

Я ничего не вижу, но чувствую, как пальцы исчезают, и толстая головка пристраивается к моему входу. В одно быстрое движение, Ричард входит во всю длину, и я снова кричу. Не могу держаться. Что бы я ни решила, мой разум, и мое тело всегда будут принадлежать этому мужчине. Я – Ева, готовая предать все убеждения, поддаться искушению дьявола и сбежать с ним из Эдема в Ад.

Ричард устраивается передо мной на коленях, задирает мою майку, опускается и кусает грудь, шею, соски. Он снова помечает моё тело. Сжимаю его волосы, притягивая ближе. Мужчина быстрее двигает бедрами, так сильно, будто если остановится, то задохнется.

Я чувствую свое приближение и кричу, двигаюсь ему на встречу. Мне уже плевать, что Хел может услышать нас, уверена она поймёт. Не одна смертная женщина не сможет устоять перед дьяволом.

– Вот так, мышка, подари мне эти стоны, кончи на мой член, как хорошая маленькая шлюха. – Рычит он рядом с моим ухом, затем больно кусает за мочку. Одновременно с этим его палец, возвращается на мой клитор. Достаточно всего пары движений и я кончаю с тяжелым стоном, впиваясь ногтями в его плечи.

Он продолжает меня трахать, его яйца бьются о мою задницу, а рука все еще между ног. Я ерзаю, это слишком много. Слишком сильные ощущения. Моё тело дрожит, но я не могу попросить его остановиться. Он вбивается в меня с силой, по спальне разносятся громкие шлепки наших тел, затем кончает, посылая в меня теплую жидкость.

Ричард медленно останавливается, тяжело дыша, опускает мокрый лоб на мою грудь. Минуту мы не двигаемся, затем он оставляет нежную дорожку поцелуев от моей шеи до пупка.

Этот мужчина может быть самый страшным, самым грубым и сердитым человеком, но для меня – Ричард Стрейдж всегда остаётся нежным и прекрасным любовником.

Мы молчим в течение долгого времени. Я слушаю биение его сердца, пока Ричард гладит мои волосы, плечи и спину. Ничего сейчас не имеет значения. Только мы.

– Я видела вас сегодня. – Неожиданно для себя нарушаю тишину. – Ты выглядел… нормальным. Будто тебе было комфортно держать Марианну за руку.

Ричард продолжает гладить меня, но чувствую, как его тело напрягается.

– Марианна пришла в офис и ждала меня в кабинете, пока я был на встрече с итальянцами. Я спросил, что она здесь делает, но Марианна лишь кивнула на мой стол. Тогда я увидел простую черную папку.

– Что это было?

– Отчеты моих теневых сделок. Она нашла информацию за два года.

Я приподнимаюсь на локтях, и смотрю на Ричарда. Настольная лампа включена, поэтому сейчас я хорошо могу его разглядеть. Его глаза закрыты, а челюсть нервно сжимается.

– Где она нашла это? Почему ты вообще занимаешь подобным?

– Я разбираюсь с этим, но думаю, у неё есть даже больше. – Он открывает глаза. – Отвечая на твой второй вопрос, скажу так: некоторые компании, не хотят платить налоги, поэтому мы заключаем серые договора, но они доплачивают мне за это. В наше время деньги решают многое, мышка.

– Допустим, почему ты держал её за руку?

– Потому, что это её глупые требования, которые скоро сведут меня в могилу. Ты не представляешь, как меня раздражает мысль, что какая-то сука, так легко может управлять моей жизнью. Настанет день, и я убью её.

Я глажу его грудь, на ней легкая растительность, что придает ему мужественности.

– Ты выше этого, Ричард. Мы найдем решение.

– Мы? – Ухмыляется он.

– Да. Ты и я.

– Лучше, чтобы так оно и было, Алиса. – Он гладит моё плечо. – Мне плохо без тебя.

Я тяжело глотаю и отвожу взгляд. – Я с тобой, Ричард, но некоторые вещи мне всё еще очень сложно принять. – Он хмурится, ожидая моих дальнейших слов. – Я… я хочу перевестись в другой филиал.

– Этого не будет, Алиса.

– Что? Почему? – Возмущенно спрашиваю, пытаясь вырваться из его объятий, но он останавливает меня, обхватив за талию.

– Ты будешь рядом, чтобы не произошло. Ты не оставишь меня. Твое присутствие – напоминание о том, ради чего я борюсь.

– Ты должен делать это ради себя, Ричард. Марианна подпортила мне жизнь, но твою – она может уничтожить.

Он качает головой. – Я никогда не отпущу тебя, Алиса.

Бабочки в моем животе приходят в активность от этих слов. Я так сильно люблю его.

– Скоро будет результат теста. Врач, у которого мы были, связался со мной. Я попросил его сообщать о любых странностях и вчера он видел Марианну в клинике. Она разговаривала с медсестрой. Я попросил его разобраться, он свяжется со мной в ближайшее время.

– Ты думаешь, она что-то замышляет?

– Иначе, зачем ей появляться там?

– Она хочет подменить тесты?

– Возможно, но даже если тест придет отрицательный, у нее все еще есть достаточно информации обо мне, которая похоронит мою компанию. Я нанял человека, который следит за ней и взломает её данные, он должен что-то найти.

Вся эта информация должна меня успокоить, но с каждым днем мы тонем в этой грязи все больше.

Я кусаю губу, прежде, чем задать вопрос, который крутится в моей голове последнее время. – Вы… вы спите вместе?

– Да. Это одно из условий Марианны. – Непринужденно говорит он.

Мое тело напрягается, я снова пытаюсь вырваться из его объятий. Ричард впивается пальцами в мои бока.

– Не смей сбегать от меня, мышка. Ты же знаешь, я всегда поймаю тебя. – Он кусает меня за плечо.

– Я не хочу, чтобы ты прикасался к ней.

– О, что это? Ты такая собственница?

– Я все сказала.

– Мы спим в разных комнатах, даже на разных этажах. – Спокойно выдает он, я бью его по груди.

– Прекрати издеваться надо мной.

– Не могу ничего поделать с собой, ты так сексуальна, когда ревнуешь. – Он притягивает моё лицо к себе и кусает за нижнюю губу. – Марианна может держать дуло пистолета у моего виска, но я никогда больше не прикоснусь к ней.

– Я верю тебе.

Ричард целует меня в кончик носа, встает и одевает рубашку. Я наблюдаю за ним.

– Кстати, поздравляю с успешным подписанием контракта.

Он кивает и слегка улыбается. – Хорошо, что ты вспомнила об этом. Завтра мы летим в Италию.

Я поднимаюсь выше, натягивая одеяло на голое тело. – Ты и Марианна?

– Нет, мышка. Мы – это ты, я и Дэниел.

– Ч-что?

– Да, летим в Рим оттуда на поезде в Палермо. Нужно будет посмотреть местность и поговорить с геодезистами.

– Я не понимаю. Ты сказал, что Марианна контролирует каждый твой шаг. Я вообще в другом отделе теперь.

– Во-первых, Марианна не узнает, во-вторых, я уже поговорил с Макэвоем, он знает, что мне нужен ассистент, которого на данный момент у меня нет. Так, как ты была последней, то в курсе всей информации.

– Я не понимаю, я действительно тебе нужна там?

Ричард улыбается. Ставит одно колено на кровать, придвигается ближе, хватая меня за щеки рукой.

– Ты всегда мне нужна, мышка.

***

Италия была такой невероятной, как я себе и представлял. Еда, красоты, культура… Всё оправдало мои ожидания и даже больше.

В воздухе было что-то волшебное, что заставляло меня забыть обо всех проблемах и тревогах, которые остались в Нью-Йорке.

Я, Ричард и Дэниел прилетели в Рим к полудню следующего дня. Наша основная задача была добраться до Палермо, но в связи с тем, что у Ричарда была деловая встреча в Риме, мы прилетели сначала в столицу. Пока босс был занят, Дэниел отвел меня в Ватикан и Колизей. Я, как ценитель искусства была поражена красотой этих мест. Мне хотелось бы разделить эти моменты с Ричардом, но я была просто рада оказаться в таких исторических местах.

Вечером мы сели на поезд до Палермо и на следующий день оказались в историческом городке, пропитанном запахом моря, культурными традициями и гастрономией. Ричард и я заселились в один номер. Я немного переживала по этому поводу, но Дэниел либо сделал вид, либо действительно проигнорировал эту ситуацию. У нас было два часа, прежде, чем мы должны отправиться на местность, где будет масштабная застройка, которую ведет Strage Interprice. Приняв быстрый душ, я переоделась в легкое белое платье и распустила волосы. В поезде мы поспали всего несколько часов, но я была полна энергии, и мне не терпелось посмотреть город.

Сначала мы осмотрели землю, на которой будут строиться жилые дома и мой маленький шоколадный магазинчик, позже поехали к торговому центру, который разрабатывала Карина и после, на берег средиземного моря, где будет располагаться фруктовый сад и куча маленьких коттеджей. Ричард обманул мистера Макэвоя, когда сказал, что я нужна ему, как ассистент. Думаю, что ему даже Дэниел здесь не нужен, босс прекрасно справлялся со всем сам.

Я прошлась по полю, представляя, как вернусь сюда через несколько лет. Но только вместо пустоши, здесь будет много красивых деревьев, а в воздухе повиснет аромат апельсинов, лимонов и яблок.

Платье развивалось от ветра, доносившегося с моря, когда я встала на высоком обрыве. Место было выбрано потрясающе.

Я не заметила, как Ричард подошел сзади и обнял меня за талию. Мы смотрели прямо перед собой, будто на наших ладонях весь мир. Обхватив его руки своими, я откинула голову ему на грудь.

– Здесь красиво. – Прошептала я. – Когда мы улетаем?

– Завтра.

– Так быстро. Я никогда не думала, что окажусь в Италии, но раз это случилось, хотелось бы больше времени.

Он целует меня в шею. – Мы вернёмся, обещаю.

Я горько улыбаюсь от ироничной ситуации. Мы оба делаем вид, что нас не ждёт ад по возвращению в Нью-Йорк.

– Вы очень самонадеянны, мистер Стрейдж.

– Это правда. – Ричард откидывает руку и смотрит на часы. – Алехандро устраивает частную вечеринку на вилле, мы приглашены.

– О, это здорово. Мы уже должны идти?

– Да, но сначала я тебе кое-что покажу.

***

Кое-что в понимание Ричарда, это отвезти меня на частную пристань. Пожилой мужчина, который весело говорил на итальянском, подвел нас к большой яхте.

Мои глаза засветились. – Мы что, отправимся в море?

– Именно, мышка. Поездка может и рабочая, но мы можем позволить себе немного расслабиться.

Обхватив его за шею, и оставляю быстрый поцелуй на его щеке. Итальянец продолжает, что-то говорить, активно размахивая руками.

– Познакомься, Алиса. Артуро – наш капитан.

Я улыбаюсь. – Буонджорно, Артуро. – Я запомнила несколько фраз на итальянском, поэтому могла самостоятельно купить сувенир или сделать заказ в ресторане. В остальном, за нас с Дэниелом общался Ричард.

Конечно, нет смысла говорить, что я была поражена, когда услышала его бархатный итальянский.

– О, Мио Дио! Белла Дона! – Кричит мужчина, а мы с Ричардом улыбаемся.

– Грацие. – Я скромно улыбаюсь.

– Ладно, пойдём.

Ричард помогает мне взойти на яхту, следом идет сам, после него Артуро. Пока мужчины разговаривают и направляют яхту в сердце моря, я гуляю по палубе. На самом деле, два этих дня кажутся сном, и я боялась, что проснусь и узнаю, что все это было плодом моего воображения.

Когда мы отплываем так далеко, что видны лишь величественные Сицилийские скалы, капитан бросает якорь, а затем куда-то пропадает. Ричард встает рядом и обнимает меня за плечи. Вокруг никого, кроме нас. В воздухе ощущается легкий бриз, легкий запах кокосового крема от загара на моем теле и соленый морской воздух. Мягкое покачивание лодки придаёт этой сцене сказочный вид.

– О чем думаешь? – Спрашивает он, встает сзади и утыкается носом в мою шею.

– О том, что это кажется нереальным. – Мягко отвечаю я. – Всё это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Это реально. – Его губы касаются моего оголенного плеча. – Нет ничего, чего бы я ни сделал для тебя, Алиса.

Моё сердце так сильно стучит, что я подумала, у меня вот-вот случится инсульт.

– Я знаю. – Он сделал бы всё, но не отказался бы от своего ребенка. Я не могу винить его за это.

– Я бы хотел показать тебе больше Италии, но то, что ты увидела, оправдало твои ожидания?

– Нет… – Ричард сзади меня напрягается, а на моем лице появляется озорная улыбка. – Италия превзошла мои ожидания. Это место… – Я вздыхаю, глядя на горизонт голубого моря. – Невероятно. – Мои руки поднимаются. – Ты только взгляни на это.

Я оборачиваюсь, чтобы взглянуть на Ричарда. Он нежно мне улыбается, когда солнце золотит его и без того, смуглую кожу. Его лицо выглядит таким умиротворенным, что мне захотелось навсегда остаться здесь, укрыться в пузыре и забыть про все проблемы, которые остались дома.

– Я лучше буду смотреть на тебя.

Мой взгляд встречается с его, и легкий морской воздух между нами накаляется. Но все так же, остается сладким.

– Не думала, что ты романтик. – Подняв руки, я обхватываю его за шею. – Я тебя раскусила, Ричард Стрейдж. Под этой жесткой, циничной, хладнокровной внешностью ты – мягкотелый в душе.

Ричард берет мою руку и целует костяшки пальцев. – Если ты кому-нибудь расскажешь, мне придется их убить.

Он улыбается, хотя я, почему-то думаю, что он действительно способен на это. В его мире нежность не приемлема.

Я снова разворачиваюсь и смотрю на далекие острова. – Я думаю, что влюбилась в это место.

Ричард прижимается к моей спине и целует за ухом. – Я тоже.

Я чувствую его взгляд на себе, но не смею обернуться. Боюсь посмотреть в его тёплые шоколадные глаза, и увидеть признание в нечто большем, чем любви к Италии.

Мы стоим в тишине некоторое время, покачиваясь на волнах, пока Ричард не опускает руку к моему бедру. Он двигает ладонью вверх под платье.

– Я начинаю ревновать тебя к этому месту. Как на счет отвлечься?

Воздух меняется. Жар глушит мягкую эмоцию, возникшую мгновение назад, и внезапно моя раскрасневшаяся кожа не имеет ничего общего с сияющим над головой солнцем.

Я выгибаю бровь, пытаясь изобразить хладнокровие.

– Как ты предлагаешь это сделать?

Его злая улыбка протянулась чувственной струйкой дыма в мой живот.

– У меня есть несколько вариантов.

И он показал мне. Ричард перекинул меня через плечо и отнес в каюту. Он заставил меня кричать его имя и просить о большем, пока где-то на палубе бродил Артуро. Но в тот момент я не сильно беспокоилась об этом. Только один человек сейчас имел значение.

***

– Я сегодня напьюсь. – Со смешком произносит Дэниел, когда мы подходим к небольшой вилле на берегу моря.

Алехандро – владелец компании, с которой мы работаем, пригласил нас на вечеринку, где мы можем расслабиться, забыть о работе и просто выпить прекрасного итальянского вина с аранчини и брускетами.

– Мы улетаем завтра утром так, что не налегай. – Отвечает ему Ричард, протягивая мне руку на ступеньках.

– Даже не начинай, я два дня в Италии, один из которых водил твою девушку по музеям, неужели я не заслужил веселья?

Мои щеки вспыхивают от этого прозвища, но оба мужчина выглядят невозмутимо. Значит, Дэниел в курсе происходящего и не видит в этом ничего плохого. Знает ли он о Марианне?

– Мы не задержимся надолго, Дэн. Пообщаемся с Алехандро и уедем.

– Ты зануда, Ричард. Не понимаю, как ты терпишь его, Алиса.

Я хихикаю, а Ричард бросает на меня одновременно злой и удивленный взгляд.

Прости, Ричард. Дэниел прав.

Вечер проходит вполне нормально. Алехандро очень радушный хозяин, он поднимает тост за перспективы и долгосрочное сотрудничество каждые десять минут.

Я выпила пару бокалов чудесного белого вина, и уже немного раскраснелась. Ричард тянул один бокал в течение часа. Обстановка была дружелюбной. Никаких журналистов, лишь семья Алехандро, несколько сотрудников его компании и мы.

– Ричард Стрейдж!

Незнакомый голос привлек наше с Ричардом внимание. Я посмотрела на своего спутника, который не выглядел довольным встрече с новоприбывшем. Мужчина в белом костюме и слегка седыми волосами, подошел ближе. Он казался мне знакомым.

– Гастиан Блейк.

О, черт. Я знаю это имя. Гастиан Блейк владеет строительной компанией в Нью-Йорке. Он не только первый в списке Fortune, но и наш главный конкурент.

– Не ожидал тебя здесь увидеть. – Небрежно бросает Ричард.

– О, я был в Италии по делаем, но Алехандро – мой старый друг. Он пригласил меня посетить это чудесное мероприятие.

Я встаю ближе к Ричарду. Гастиан Блейк пугает меня. Он высокий, его волосы зачесаны назад огромным количеством лака, а на лице густая борода. Я не знаю, что именно меня напрягает, может его лицемерный взгляд. Он смотрит на нас так, будто готов сбросить на нас бомбу, а потом смотреть на огонь попивая вино.

– Что за прекрасная дама с тобой, Ричард? Я Гастиан.

Мужчина смотрит на меня скользкими глазами, затем протягивает руку. Я не хочу пожимать её, но будет не вежливо, если я откажусь. Ричард видимо чувствует мои колебания, потому что, как только я протягиваю дрожащую руку, он делает шаг вперед, берет два бокала с подноса, мимо проходящего официанта. Один бокал сует в мою протянутую руку, а свободную переплетает со своей рукой. Тепло его ладони тут же несётся вверх по моей руке и ослабляет беспокойную энергию, бурлившую в моей груди.

– Кстати, Гастиан. – Начал Ричард, отвлекая внимание мужчины от меня. – Я бы хотел сказать, что мне жаль, что мы перехватили ваш проект торгового центра в Сохо, но это не так.

Гастиан сжимает ножку бокала, оголяя белоснежные зубы в фальшивой улыбке. – Не беспокойся, Ричард. Мы все еще первые, а проектов достаточно. Кто знает, может Strage Interprice падёт уже завтра, и клиенты будут искать хорошую замену.

– Сомневаюсь, что это случится.

Гастиан ухмыляется, будто что-то знает, затем кивает в мою сторону.

– Что ж, не буду вас отвлекать.

Мужчина уходит, а я чувствовала, как тьма Ричарда проникает сквозь наши сцепленные руки в меня. Он был на грани, но не позволил бы себе сорваться.

Ричард Стрейдж – хищник, облеченный в шарм и те, кто хотят его поймать, будут страдать втрое сильнее.

– Думаю, мы уже можем уйти. – Осторожно говорю я.

Ричард молчит несколько секунд, затем медленно переводит взгляд на меня.

– Давно пора, мышка. У нас осталась одна ночь в Италии, не будем тратить её в пустую.

Глава 20

Пятница. Этот день настал. День, когда мы узнаем правду. Я одновременно боюсь этого момента и жду, чтобы, наконец, покончить с неопределенностью. Сегодня всё решится, либо мы с Ричардом будем вместе, либо наши миры навсегда разделятся.

После восьмичасового перелета, Ричард разрешил мне поехать сразу домой. Хелен написала сообщение, что сегодня останется в их с Кристианом квартире. Еще она подписала, цитирую: «Не ты одна имеешь право потрахаться…». Я надеялась, что она не имеет в виду ту ночь, когда Ричард проник в мою спальню.

Время было около шести вечера, когда я, сидя на диване, решила, что мне нужно отвлечься от удручающих мыслей. Ричард обещал позвонить или написать, но этого так и не произошло. Я переживала, что он уже знает результат, но не говорит мне, чтобы не расстраивать. Кто знает, может они уже вместе с Марианной выбирают обои в детскую.

Укутавшись в пальто и теплый шарф, я вышла на прогулку. У меня не было цели, просто шла прямо по кварталу. Неоновая вывеска «Мэрилин» на козырьке небольшого магазинчика, которого тут раньше не было, привлекла моё внимание и я решила заглянуть.

Приглушенные оттенки розового и белого приветствовали меня, а в воздухе витал аромат ванили. С улицы не было понятно, что это за магазин, но глядя на десятки манекенов, обличенных в тонкое кружево, всё сразу стало ясно. Конечно, это магазин нижнего белья.

Молодая девушка-консультант, открыто улыбнулась и пригласила меня войти. Я не стала спорить, хотя обычно я покупала нижнее белье в массмаркете. Там можно было найти, что-то симпатичное, не оставив месячную зарплату. Здесь, очевидно, продавалась белье высшего класса.

Поначалу мне было неловко, но после двух бокалов шампанского, открыто дефилировала перед сотрудниками магазина. Охмелевшая, я разорилась почти на тысячу долларов, которые откладывала на черный день. Но я совру, если скажу, что мне не принесло это удовольствие. Я купила три комплекта белья и один пеньюар в наборе с коротким шелковым халатом. Я представила, как надену все это для Ричарда, и, не смотря на высокий ценник, я бы даже позволила ему сорвать это с себя.

С заметно поднявшимся настроением, я дошла до Бронкса и остановилась у клуба, в котором мы были с Хелен. На главном входе висел баннер, где было указано, что до десяти вечера клуб работает в режиме ресторана. Решив, что стоит поужинать, я поднялась на верхний этаж. Ранее заполненный людьми танцпол был усеян милыми круглыми столиками. Видимо их убирают на ночь.

Я заняла место у панорамного окна. Здесь было очень уютно. Люди смеялись, ели, болтали, просто наслаждались времяпровождением. За окном пошел мягкий пушистый снег, а легкая джазовая музыка создавала рождественское настроение.

Пока я ждала свой заказ, мой взгляд упал на пару, которая сидела за соседним столиком. Мужчина смотрел на девушку влюбленными глазами, пока она, что-то рассказывала ему. Я достала блокнот с карандашом и сделала набросок. Когда на бумаге стали появляться незнакомые, но счастливые люди, я улыбнулась.

– Привет. – Я моргнула, чтобы оторвать взгляд от пары и уставилась на подошедшего парня.

– Марк, привет! Снова мы встретились здесь. Похоже ты действительно частый гость.

– Да, похоже, как и ты.

– Это случайность, просто проходила мимо и решила поужинать.

Марк садится на стул напротив меня и поправляет волосы. – Что заказала?

Это был неожиданный вопрос, но я быстро ответила. – Стейк сёмги и какой-то овощной салат.

– Шеф повар готовит отличный соус для сёмги, думаю, тебе понравится.

– О, неожиданные познания.

Марк провел большим пальцем по нижней губе и осмотрел зал. – Я здесь работаю.

– Ты работаешь на кухне?

Он улыбнулся, а в глазах появился озорной блеск. – Ну… можно и так сказать. Немного на кухне, немного в зале, немного в офисе.

– Это, как разнорабочий?

– Ага. Слушай, я даже не спросил, не против ли ты моей компании?

– О, нет, конечно, нет. На самом деле я рада, что ты решил составить мне компанию, сегодня мне немного одиноко.

Он кивнул, но ничего не ответил. Его взгляд блуждал по моему лицу, от глаз к носу, губам и обратно. Мои щёки покраснели и видимо Марк, заметив это, отвел глаза на мой блокнот.

– Это ты нарисовала?

– Эм… да.

– Очень красиво, могу взглянуть?

Кивнув, я протянула ему набросок, нервно прикусив губу. Мы с Марком не были незнакомцами, но и не были достаточно близки. Единственные кто видел мои работы это Ричард и Хел и то потому, что ворвались в мою мастерскую. По какой-то причине, мне было интересно услышать мнение малознакомого человека.

– Прекрасно получилось. – Он потер подбородок, о чем-то задумавшись, затем поднял взгляд на меня. – Значит ты художница?

– Нет. Просто рисую иногда.

– Но ты интересуешься искусством, верно?

– Скорее да.

– Хорошо. У тебя свободен вечер? Я хотел бы кое, что показать тебе.

– Ну… вообще да, но…

– Отлично, ты пока поешь, а я доделаю пару дел и мы отправимся.

Марк ушел, а мне принесли мой ужин. Рыба действительно оказалась очень вкусной и нежной, но я продолжала думать о Марке и о том, что он хочет мне показать. Не совершила ли я ошибку, согласившись? Хотя, технически, я не соглашалась, но сделала бы это. Как отнесётся к этому Ричард, если узнает? Он будет в ярости, но это куда лучше, чем одинокий вечер в ожидании судьбоносного звонка. Время почти половина девятого, очевидно, результата сегодня я уже не дождусь.

Да… моя жизнь действительно круто изменилась. Хелен зря волновалась. В моём окружении появляются люди, которые делают меня счастливой, которым я могу доверять и Ричард здесь не причем. Конечно, я скучаю по нему. Он многое сделал для меня, но я смогу жить дальше, даже если он останется с Марианной.

Как только я доела, рядом со мной появился Марк. Он заявил, что мой ужин уже оплачен. Я хотела начать спорить, но он просто пошел к выходу, не дав мне и слова сказать. Все-таки в каждом мужчине есть эта капля власти.

Марк открыл передо мной дверь своего внедорожника и закрыл, как только я села.

– Ехать примерно тридцать минут, хочешь, включу радио?

– Включи. – Я рассматривала огни вечернего Нью-Йорка, но внезапно мне стало не по себе. Что я вообще знаю о Марке, раз так легко села к нему в машину? – Куда мы едем?

– Скоро увидишь.

– Надеюсь я не пожалею и ты не серийный убийца. – Я смеюсь, но это от нервов.

– Что ж… В любом случае, ты уже в моей машине, и никуда не сможешь сбежать.

Нервно заломив пальцы, я взглянула на Марка. Мужчина выглядел расслабленно, держа одну руку на руле, а вторую на подлокотнике.

– Это меня немного пугает. – Дрожащим голосом произнесла я.

Марк напрягся и бросил быстрый взгляд в мою сторону. – Черт, Алиса, прости. Я думал, ты шутишь. Конечно, я не убийца.

Его светлые брови нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Я почувствовала долю вины за свое обвинение, но взять слова обратно не могла.

Спустя несколько минут езды Марк прервал густую тишину, и мы разговорились об искусстве, политике и инновациях.

– На самом деле, я должен признаться. Тот клуб… Принадлежит мне.

– Оу…

– Оу? – Он улыбнулся. – Это всё, что ты скажешь? Ты не расстроена, что я не сказал раньше?

– Нет, конечно, нет. Просто немного неожиданно. Но это имеет смысл.

– Возможно, ты узнала бы позже, но лучше, чтобы это было от меня.

– Спасибо, я рада, что ты решил сам поделиться. – Я заёрзала на месте, подбирая слова. – Я тоже хочу признаться… У меня есть парень. – Мне стало неловко, может, стоило сказать сразу, тогда он не пригласил бы меня и не тратил время впустую. – Прости, я не хотела бы…

– Давать мне надежду? – Закончил за меня Марк, затем улыбнулся и мягко произнес. – Не переживай, я знаю, что ты не свободна.

– Знаешь?

– Ты очаровательна и умна, таких девушек быстро разбирают, а я слишком красив, чтобы ты еще не спросила мой номер, так, что я сделал выводы…

Я рассмеялась. – А еще ты очень скромный.

Он улыбнулся. – Да… И Хелен, сказала, что у тебя есть отношения, но они сложные, что бы это, ни значило.

Я закатила глаза. Не понимаю, когда она успела поговорить с Марком. – Хел не умеет держать рот на замке.

– Не могу винить её за это.

Машина остановилась у высокого железного забора. На улице все еще шел снег, было темно, рядом ни одного фонаря, кроме света фар от машины.

– Мне стоит начать волноваться?

– Пока нет, пошли. – Марк вышел из машины и снова открыл мою дверь.

Мы шли несколько метров вдоль забора, затем Марк отодвинул алюминиевый лист и открыл нам проход на другую сторону.

– Дамы вперед. – Он подал мне руку.

– Надеюсь это проход в Нарнию. – Я взяла его за руку и пролезла сквозь большую дыру.

Свет от луны немного освещал местность, и я увидела железнодорожные пути. Марк пролез следом за мной, его лицо ничего не выражало.

– Меня правда начинает это пугать.

Парень приобнял меня за плечи и прошептал. – Я с тобой, не бойся.

– Это меня и пугает. – Я улыбнулась, надеясь, что он не обидится. Но место действительно было пугающим.

Марк взял меня за руку и повел вдоль путей к старому туннелю забитому досками.

– Я понимаю, это выглядит странно, но мы должны войти.

Мои руки задрожали то ли от холода, то ли от страха, сердце бешено заколотилось. Могла ли я быть такой идиоткой, чтобы добровольно прийти сюда, где меня могут убить? Очевидно, могла.

Марк начал ощупывать старые доски, когда нашел то, что ему нужно, слегка надавил на дерево и потянул на себя.

Появилась небольшая дыра на уровне моей головы. Марк посмотрел на меня.

– О нет… Ты ведь не думаешь, что я туда полезу? – Он промолчал. – Я даже не смогу туда залезть, даже если бы хотела, а я однозначно не хочу.

Марк подошел ближе и провел большим пальцем по моей щеке. – Поверь мне… Это того стоит. Я подсажу тебя.

Я сделала шаг назад. – Ты шутишь, да?

– Нет. Прости, Алиса, но другого прохода нет, я буду аккуратен, ты не пострадаешь.

Понятия не имею, о чем я думала, но его глаза… Интенсивность голубого цвета даже в такой темноте заставляли меня поверить его словам. И если это будет день моей смерти, пусть на надгробии напишут «Поверила голубым глазам»

– Я подниму тебя, а ты подтянешься на руках. Ты можешь встать мне на плечи и перелезть.

Я посмотрел еще раз на дырку, затем на Марка и неуверенно кивнула.

– Надеюсь это того стоит.

Марк обхватил меня руками и с лёгкость поднял, словно я ничего не вешу. Я подтянулась на руках, и тогда он наклонился, чтобы я встала ногами ему на плечи. Я благодарила бога, за то, что сегодня надела джинсы, а не юбку. Оказавшись наверху, я заглянула внутрь и увидела лишь кромешную тьму.

– Ты умница, Алиса. Там не высоко. Прыгай, а я за тобой.

Господи, я не знаю, что мной двигало. Это безумие. Я спрыгнула в темный, заброшенный туннель. Просто, черт возьми, превосходно.

Я была рада, что внизу не оказалось ничего, что могло бы сломать мне ногу, но в следующую секунду паника взяла верх и непрошеные воспоминания появились перед глазами.

– Нет! Папа, пожалуйста, открой! – Я стучала в закрытую дверь, слезы застилали глаза. Дышать становилось все сложнее. – Папа! Я больше никогда не опоздаю!

– Мы дети божьи, Алиса. Я не вправе решать твою судьбу. Но я могу направить тебя, дочь. Отвергни от себя лживость уст, и лукавство языка удали от себя.

– Папа! Пожалуйста! Мне страшно! Папа! – Моя рука болит от того, как сильно я бью по двери. В подвале бетонный пол, а я только в нижнем белье. Я почти не чувствую пальцев ног, но продолжаю стучать.

– Прочти девятую заповедь Моисея сто раз, тогда я выпущу тебя.

Я продолжаю кричать и плакать, но слышу удаляющиеся шаги. Он снова оставил меня. Закрыл в подвале и ушел. Сопли льются из моего носа, я прижимаюсь голой спиной к двери и скатываюсь на холодный пол. Моё тело дрожит.

– Один, два, три…

– Четыре, пять, шесть… – Прижавшись к деревянным доскам спиной, которые отделяют меня от свободы, я плачу, не в силах пошевелиться. Какая же я дура.

– Черт возьми… – Сквозь шум в ушах, слышу глухой звук. Затем теплые руки прижимают мою голову к груди. – Пожалуйста, Алиса, успокойся. Ты в безопасности. Я здесь. Все хорошо. – Марк проводит рукой по моим волосам, он садится рядом и покачивает наши тела в успокаивающем ритме. – Дыши, Алиса, дыши.

– М-Марк… – Больно сглотнув, я цепляюсь за его руку. – Марк, я…

Ничего не видно, но я чувствую, как Марк двигается, затем фонарик на его телефоне озаряет светом заброшенный туннель. Мои джинсы грязные, как и брюки Марка. Мы все ещё сидим на холодной земле, но сейчас я чувствую себя спокойнее.

– Все хорошо, слушай меня, Алиса. Я здесь. Я не причиню тебе вреда, пожалуйста.

Медленно его голос проникает в мой мозг и дыхание выравнивается. Я совершенно не подумала, что у меня может случиться приступ. Почему-то, я была уверена, что это в прошлом. Но, видимо, это далеко не так. Я уже сто раз пожалела, что вообще согласилась поехать. Марк не знает обо мне ничего, и конечно, эта ситуация его напугала. Но все же, если бы не он, я не знаю, как справилась бы сама. И если бы не он, этого вообще не произошло бы.

– Алиса, мы сейчас встанем, пройдем буквально тридцать метров, и ты увидишь то, что я хотел показать тебе.

Я киваю, беру Марка за протянутую руку и встаю. – Марк, пожалуйста, не отпускай меня.

– Не отпущу, Алиса.

Он крепко держит меня за руку, другой держит телефон и освещает нам путь. Мы подходим ближе к стене, я вижу какие-то провода. Марк, что-то нажимает, и пространство озаряется разноцветными огнями, фонариками, прожекторами, маленькими ночниками, встроенными в стену. Туннель полностью осветился.

Мой рот раскрывается от удивления, когда я вижу, расписанные граффити стены.

Замираю, рассматривая народное творчество. Уличные художники превратили это место во что-то невероятно восхитительное. Я тут же забыла о приступе.

– Боже мой… – Прошептала я. – Это потрясающе.

– Это еще не все, пошли.

Он крепче сжимает мою ладонь и ведёт вглубь туннеля. Рисунки здесь становятся более пожившими. Но от этого они выглядят только лучше, особеннее. Время не сыграло на их качестве, лишь предало более волшебный вид.

– Смотри.– Марк указал на рисунок темнокожей женщины, которая держит ребёнка на руках. Её глаза уставшие, но она улыбается. Портрет кажется знакомым. Ниже читаю, поблеклую от времени, надпись.

Г. Г. 2001 год.

– Не может быть… Это…

Марк улыбается и кивает. – Гретхен Гот. Одна из первых работ.

– Боже мой… Я недавно была на его выставке, с ума сойти!

– Так и думал, что ты знаешь, кто это. Гретхен начинал с этого туннеля свой тернистый путь.

– Конечно, я знаю кто это. Я много читала о нем, но не слышала, что он рисовал граффити. Еще и в туннеле…

– Да, мне было шестнадцать, когда мы с друзьями забрели сюда. Это стало нашим местом, но оказалось, что туннель уже занят Гретхеном. Он научил нас рисовать граффити и принял, как своих. Он говорил, что когда-нибудь станет известным. – Марк ухмыляется. – Мы поверили и ему.

– То есть… Эти работы… Принадлежат Гретхену Готу, тебе и твоим друзьям?

– Да. Девчонкам нравились парни, рисующие граффити, но это не стало делом жизни.

– Я поражена, Марк… – Обвожу взглядом туннель, рассматривая причудливые картины, абстракции, надписи, портреты.

– Я рад. Учитывая через, что тебе пришлось пройти…

Чувствую подтекст в этом предложении. Он хочет знать, что произошло.

– Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть…

– Мне жаль, что из-за меня ты пострадала.

– Я в порядке, правда. Но… мне не хочется говорить об этом. – Я подхожу ближе и обнимаю его за плечи. – Не хочу портить момент своим прошлым. В нем нет ничего, что стоило бы внимания.

Марк обнимает меня за талию и смотрит в глаза. Затем на губы. Черт.

– Если ты когда-нибудь захочешь рассказать, я буду рядом.

Я киваю и отвожу взгляд. Мне приходится приложить усилия, чтобы отстраниться, потому что… На секунду, всего на маленькую секунду, мне хотелось поцеловать его. Но я не поступлю так с Ричардом. Если он узнает, что я просто пошла с Марком, этого будет достаточно, чтобы он слетел с катушек.

Еще около часа мы бродим по туннелю и рассматриваем первые работы Гретхена Гота. Я видела много его работ, но половину того, что я вижу сейчас, никогда не попадалось мне на глаза. Вероятно, их почти никто не видел.

Марк рассказывал, как много времени они проводили здесь. Гретхен практически жил в этом месте, у него не было денег для аренды студии, поэтому он просто разрисовал длинный заброшенный туннель.

**

У владельца клуба, жизнь ночью только начинается, поэтому Марк отвез меня домой и уехал на работу. Он спросил номер моего телефона, и я дала. Не знаю зачем, но подумала, что мы могли бы стать друзьями. Я волновалась, что он захочет поцеловать меня, но этого не произошло. Слава богу.

Хел должна вернуться только завтра, так что я приняла душ и легла спасть. Перед этим я проверила телефон, от Ричарда по-прежнему не было сообщений. Я тоже не стала беспокоить его.

**

Следующим утром меня разбудил сигнал о новом сообщении. Лениво потянувшись, я взяла телефон и увидела сообщение от Ричарда. Он написал, что ждёт меня в офисе. Это показалось странным, ведь сегодня суббота. Что он там делает?

У меня было плохое предчувствие, но я поднялась и пошла в душ. Надев простое черное платье, доходящее мне до середины бедра и высокие ботфорты, я вышла из дома.

Ричард, как обычно, сидел за своим столом, быстро печатая, что-то на ноутбуке. Его волосы идеально уложены, а черная рубашка плотно прилегала к мышцам. Снова в черном.

Я неуверенно прокашлялась, чтобы он заметил меня. Ричард поднял голову, и уголок его рта дернулся вверх в полуулыбке. Мужчина оттолкнулся от стола на своем кресле, встал и подошел ближе. Его брюки тоже были черные, как и инспекторы на ногах. Мой личный жнец.

Он протянул руку и провел большим пальцем по моей скуле, не отрывая свои шоколадные глаза от моих.

– Ричард… – Прошептала я. – Что случилось?

Он поднял вторую руку и стал гладить моё лицо. Прикрыв глаза, я впитывала нежные ощущения его прикосновений, поддавшись слегка вперед, глубоко дышала его ароматом.

– Результата еще нет. – Глубоким голосом произнес он. – Но я не могу работать, не могу есть, спать, ничего…– Он касается своими губами моих и произносит. – Ты нужна мне.

Затем он целует меня. Так сладко и страстно, как может сделать только Ричард. Пальцы погружаются в мои волосы, чтобы притянуть ближе. Я обвиваю руками его шею и хватаюсь за ворот рубашки. Мне тоже он нужен. Словно глоток воздуха, я нуждалась в нем, чтобы жить.

Его губы проходятся по моим щекам, шее и возвращаются ко рту. Он оттягивает зубами мою нижнюю губу, и я стону.

– Тише, мышка, никто не должен услышать…

– Разве мы не одни на этаже?

– Кто знает…

Игривая улыбка скользит по его лицу, затем он снова целует меня. Ричард не осторожничает, он спускается ниже к моим ключицам и верхушкам груди. Руки проникают под платье и крепко сжимают ягодицы.

– Какого черта, ты носишь такие короткие платья?

– Для тебя… – Выдохнула я.

Ричард довольно урчит, оттягивает ворот моего платья и прикусывает грудь, сквозь кружевной лифчик. – Мне нравится, мышка. Но я не хочу, чтобы кто-то засматривался на тебя.

Я тяжело выдыхаю, когда он прикусывает мой сосок. – Я буду носить то, что хочу. – Он наказывает меня, кусая сильнее. – Ричард!

Его ладонь зажимает мой рот, я опускаю руки к его ремню и расстегиваю. Звон молнии прерывает тишину.

В следующий миг он отрывается от меня, и я чувствую холод. Ричард закрывает дверь на замок, хватает меня за руку и прижимает к стене.

– Ты, маленькая нарушительница моего спокойствия. Твой чертов рот, должен быть наказан. – Он прижимается своей твёрдой выпуклостью к моему животу. – Я трахну тебя у стены, и ты не издашь ни звука.

– Сделай это…

– Ни звука, Алиса. – Предупредил он. – Иначе я остановлюсь.

Кивнув, я прикрываю глаза. Ричард хватает меня за затылок, прижимаясь своими губами к моим. Второй рукой он спускает брюки с боксерами и достаёт ноющий член. Я опускаю глаза, с благовением наблюдая, как он водит по нему кулаком.

Быстрым движением, Ричард разворачивает меня, и я оказываюсь, прижата грудью к стене. Его руки вновь под моим платьем, он стягивает тонкие колготки и трусики. Два пальца входят в меня, и я до боли прикусываю губу.

Ричард двигает рукой, а я толкаюсь в его сторону бедрами. Глубоко дышу, мои зубы разрывает губы до крови, но я, ни произнесу ни звука. Несколько движений и я сдаюсь. Кончив с разрушительной силой, из меня вырывается гортанный стон. Мои стенки сжимаются вокруг его пальцев, но Ричард не останавливается, продолжая стимулировать мой клитор.

– Вот так, мышка, намочи мои пальцы.

Он даёт мне несколько минут прийти в себя. Когда дыхание выравнивается, я разворачиваюсь на каблуках, быстро поправляю платье. Ричард удивленно смотрит, когда я облизываю губы и опускаюсь на колени. Беру его член в руку и провожу несколько раз. Он тяжело выдыхает.

– Ни звука, сэр, иначе я остановлюсь. – Ричард улыбается и запускает руку в мои волосы. Провожу языком по головке члена, аккуратно надавливая на щель.

– Черт возьми… – Шипит он, сильнее сжимая мой затылок.

Судя по его стонам, я делаю все правильно. Наверняка у него было много женщин, которые делали ему минет. Мне хотелось быть лучшей. Я принялась сосать, одновременно помогая себе рукой. Его бедра дернулись вперед, и головка члена ударила по задней стенке моего горла. Я слегка подавилась, и на глазах навернулись слезы.

– Чертовски хороший вид. – Он провел пальцем под моим глазом, смахивая выступившие слезы.

К следующему толчку я была готова. Одновременно с движением его бедер, я делаю глубокий вздох, и член идеально входит в моё горло.

Твою мать. – Стонет Ричард, трахая меня сильнее. От звука его голоса я тоже возбудилась, и, несмотря на положение, чувствовала власть. Власть над дьяволом.

Исследовав языком каждый миллиметр его шелковистой кожи, я подняла глаза. Его ресницы опустились на высокие скулы, рот приоткрыт. Ему было хорошо, очень.

Я стояла на коленях, а в следующее мгновение Ричард поднял меня, развернул к стене и, надавив на мою спину рукой, а другой потянув ягодицы назад, поставил в нужное ему положение. Задрал моё платье и резко вошел. Мы одновременно застонали, пытаясь сделать это, как можно тише, но все же, если кто-то стоял бы сейчас у двери, однозначно услышал бы каждый звук. Я надеялась, что в субботу никто не появится в офисе.

Он взял меня за шею одной рукой, а второй крепко сжал бедра и начал вбиваться. Прикусив кулак, чтоб не закричать, я двигалась в его темпе. Несколько толчков и я снова кончаю, мои ноги дрожат, я падаю на колени. Ричард разворачивает меня и сует член между моих губ. Его освобождение попадает в горло и на язык. Смесь его и моего вкуса словно афродизиак. Обессилено сажусь на задницу, прикрываю глаза и глотаю.

Слышу, как Ричард двигается рядом, его руки прижимают меня к груди. Открыв глаза, вижу, что он сидит рядом со мной на полу, его полутвердый член все еще выглядывает из брюк. Он гладит меня по волосам, а затем прижимается губами к моим. Он слизывает капли своей спермы с моего рта и стонет.

– Ты лучшее, что случалось со мной в жизни. – Шепчет он, затем продолжает целовать меня.

Спустя несколько минут, Ричард помогает мне встать, поправляет мое платье и волосы, усаживает на диван. Он садится рядом и обхватывает меня руками. Его голова откидывается на спинку дивана, и он глубоко вздыхает.

– Ни один мужчина, Алиса. Ни один чертов мужчина не прикоснется к тому, что принадлежит мне. – Он поднимает голову и проводит большим пальцем по моей нижней губе, которая пульсирует от того, как сильно я сжимала зубами. – Ты поняла меня? Я убью любого, кто прикоснется к тебе.

Мои глаза начинают бегать по его лицу, пытаясь понять, серьезны ли его слова. Я вспоминаю наши встречи с Марком, и мое сердце начинает стучать беспокойнее. У нас с Марком ничего не было, хотя мы были в шаге от этого. Он не раз прикасался ко мне, но последнее, чего я хотела бы, это чтобы он пострадал.

– Да… – Шепотом произношу я и отвожу глаза.

– Хорошая девочка.

Еще один поцелуй, грубый, метивший свою территорию. Ричард встает и подходит к своему столу.

– Мне звонил доктор, результат будет завтра. Собери свои вещи, то, что я говорил про переезд… – Он бросает на меня пронзительный взгляд. – Еще в силе.

– Но, что если ты отец.

– Доктор рассказал мне кое-что еще. Я пока не уверен, но думаю, что Марианна сфальсифицировала тест.

– Для этого она общалась с медсестрой?

Он кивает. – Док проверяет информацию, но мы уверены на девяносто процентов.

Я встаю и подхожу к нему. – Почему ты здесь сегодня?

Ричард сжимает челюсть. – Марианна в моем доме. Я не хочу находиться рядом с ней.

– Почему ты сам не приехал ко мне, а позвал сюда?

– Я думаю, что эта чокнутая наняла кого-то следить за мной.

Устало провожу рукой по лицу. – Я так устала, Ричард…

– Я знаю, мышка. Сутки. Потерпи сутки и всё будет, как прежде.

Я кивнула и поцеловала его в щеку. – Тогда до завтра.

Развернувшись, я последовала к двери.

– Стой. – Медленно, словно охотник, Ричард подходит ко мне. – Сними трусики.

Мои брови подскакивают до корней волос. – Что?

– Ты слышала, сними свои трусики и дай мне.

Его темные глаза говорят об уверенности и силе. Я нервно ухмыляюсь. Он не шутит.

– Ты псих.

– Меня называли и похуже.

Мне пришлось снять ботфорты и колготки, чтобы добраться до трусиков. Я сняла их и бросила в грудь Ричарда, он беззвучно рассмеялся и поднес к носу.

– Боже мой. – Прошептала я. – Ты реально псих.

Засунув трусики в карман, Ричард широко улыбнулся. – Ты делаешь меня таким.

Глава 21

Воскресный день только начинался. Ещё сонные жители Нью-Йорка начали выбираться из своих квартир, чтобы взбодриться чашкой крепкого кофе после бурной субботы. Как ни странно светило солнце, но чувствовался легкий ноябрьский мороз. Я достала наушники и решила пройтись до дома пешком. Наблюдая за пробуждающимся городом, я шла по знакомым улицам, рассматривая витрины магазинов, подпевая про себя Адель.

Мелодия на секунду остановилась, когда пришло уведомление входящего сообщения.

Ричард. Мы расстались всего тридцать минут назад, что могло произойти?

Моё дыхание почти остановилось, когда я прочитала сообщение.

От: Дьявол

Результат пришел раньше. Посмотри скан.

Дрожащим пальцем, я нажала на приложение к сообщению и, пролистав в самый низ, нашла то, что нужно.

Основываясь на результатах, полученных при анализе 16 генетических систем (локусов), биологическое отцовство Ричарда Стрейджа, 11.07.1989 г. р., в отношении ребёнка X, может быть исключено. Совпадение генов 0,000%

Автомобильный шум, шаги и разговоры людей, завывание лёгкого ветра, птиц… Все вокруг меня приглушилось. Исчезло. Сжимаю телефон крепче, перечитывая результат снова и снова. Уголки моих губ тянутся вверх, но из глаз льются слезы. Слезы счастья. Прикрываю рот рукой, снова читая текст на экране.

– Боже мой…

Сверху появляется еще одно сообщение. Нажимаю на него.

От: Дьявол

Заеду в восемь, мышка. На этот раз тебе не удастся сбежать.

Смеюсь. Громко и заливисто смеюсь, глядя на сообщение. Люди оборачиваются, наверняка думая, что я местная сумасшедшая, но мне плевать. Мы сделали это. Я и Ричард, мы прошли это временное препятствие. Марианна не смогла ничего сделать. Всё закончилось.

Вытираю глаза и пытаюсь напечатать ответ, но моё внимание привлекает шум со стороны. Поднимаю голову и вижу, как на меня несется черный внедорожник. Я не успеваю ничего сделать…

Моё тело, словно пушинка, отлетает назад, врезаясь в здание. Перед глазами мутнеет, чувствую острую боль в голове и нижней части тела. Контраст холодного асфальта и теплой струи жидкости, стекающей по моему лицу последнее, что я ощущаю. Затем темнота.

***

Медленно открываю глаза. Белый пронзительный свет бьет по зрачкам, а запах стерильности и медикаментов проникает в нос.

Осматриваю помещение, в котором нахожусь. Большое окно, светло-голубые стены, маленький диванчик, комод, на котором стоит кувшин с водой и мой телефон. Какие-то приборы, подключенные к моему телу, издают раздражающий писк. Рядом никого нет. Я в больнице.

Протягиваю руку и беру телефон. Как ни странно, ничего не болит. Как я вообще здесь оказалась? Набираю номер Ричарда, он отвечает на второй гудок.

– Да, малышка, ты очнулась? – Отодвигаю телефон от уха, чтобы перепроверить верно ли набрала номер. На экране написано Дьявол. Это странно. Он никогда не называл меня малышкой.

– Эм… Да… Где ты?

– Буду через десять минут. – Его голос спокойный, ровный. Будто я не лежу в больнице, а просто позвонила узнать как дела. Может ничего серьёзного не произошло, и это был легкий обморок? Да, наверное, я переутомилась или перенервничала, и кто-то вызвал скорую помощь.

Ричард вальяжно заваливается в палату с букетом красных роз. Улыбка делит его лицо пополам, и это настораживает. Он не похож сам на себя. Хотя, казалось бы, что может быть лучше, чем мой мужчина с букетом цветов и довольной улыбкой на лице.

– Как ты, дорогая? – Он ставит букет в вазу на окне, и садится на стульчик рядом с моей кроватью.

– Вроде в порядке, ничего не болит. Что произошло?

Ричард проводит рукой по лицу, сжимая губы.

– Очевидцы говорят, что ты переходила улицу в неположенном месте, автомобиль не успел затормозить.

– Что? – Пытаюсь вспомнить, что произошло. Я читала результат теста ДНК, а потом был внедорожник и удар. Но я стояла на бордюре. – Это не так, я не переходила улицу, я стояла на месте и …

– Тише, дорогая. – Ричард перебивает меня и гладит по волосам. – Мы оба знаем, что ты… бываешь рассеянной. Ничего серьёзного не произошло, лишь легкое сотрясение.

Глупая улыбка, которую я никогда раньше не видела, не сходит с его лица. Такое ощущение, что я ребенок, а он вежливо объясняет мне, сколько будет два плюс два. И это «Дорогая» меня бесит это слово. Откуда оно взялось? Какого черта здесь происходит?

– Ричард. – Мой голос злой. Я раздражена и это мягко сказано. – Ты знаешь, что быть рассеянной – это не про меня. Я стояла на тротуаре, и … – Дверь открывается, а я закрываю рот, увидев на пороге Марка.

– Алиса, привет. – Хорошо. Марк хотя бы похож на себя. Он, как всегда лучезарно улыбается. – Как ты?

Он берет табуретку, стоявшую у стены, и садится рядом с моей кроватью, по другую сторону от Ричарда. Одна его рука накрывает мою ладонь, а вторую он протягивает Ричарду. Я расширяю глаза, не понимая, что происходит.

– Привет, Марк. – Беспечно бросает Ричард, отвечая на рукопожатие. – Наша соня проснулась.

Какого…?

– Я рад это слышать, ничего не болит? – Марк смотрит на меня, а я смотрю на Ричарда. Мысленно стирая его улыбку с лица. Перевожу взгляд на Марка. Может, я очень сильно ударилась головой?

– Что… Вы знакомы?

Ричард смеётся в голос. Я хмурюсь сильнее.

– Марк звонил на твой телефон, пока ты спала. Я ответил и сказал, что ты в больнице. Он сразу приехал. Мы успели немного поболтать и познакомиться. – Ричард переводит взгляд на Марка, который всё еще держит мою руку. – Парень очень переживал.

– Да, я действительно волновался. После того, как мы расстались в последний раз, прошло несколько часов, и я соскучился. Решил позвонить, а тут такое. – Спокойно говорит Марк.

Я нервно сглатываю, и перевожу взгляд на Ричарда. Он, как ни в чем не бывало, смотрит на парня перед ним, и кивает, соглашаясь со словами.

– Ричард… Ты в порядке? – Шепчу я.

– Я? Это не меня сбила машина, дорогая, конечно, я в порядке. – Он хлопает ладонью по одеялу в районе моего бедра, затем снова смотрит на Марка. – Кстати, я рад, что Марк проводил с тобой время, пока я разбирался со своими проблемами. Хорошо, что ты была не одна, и кто-то присматривал за тобой. Почему ты не рассказала мне о нём?

Во рту так сильно пересохло, что я не могу размокнуть губы. Не верю своим ушам, что Ричард действительно только что это сказал. Мой мужчина, дьявол, в которого я влюблена никогда не сказал бы этого.

Может они играют этот спектакль, чтобы я не напрягалась? Но это не помогает, лишь даёт обратную реакцию.

Всё становится еще хуже, когда Марк говорит.

– Я принес тебе фрукты. Витамины сейчас нужны организму. – Он протягивает сетчатую авоську Ричарду, тот выкладывает содержимое на комод рядом с кроватью, затем берет яблоко и смачно кусает, закидывая ногу на ногу. Марк наклоняется и целует меня в уголок губ.

Я перестаю дышать от этого жеста. Смотрю на Ричарда, который больше не улыбается, но только потому, что жует чертово яблоко.

– Тебя выпишут через несколько часов, как на счет отметить это всем вместе? – Спрашивает незнакомец с яблоком.

Ну уж нет. Я не вынесу этого шоу еще больше.

– Все вместе? – Переспрашиваю я.

Марк удивленно вскидывает брови, выглядя оскорбленным. От этого мне становится неловко. – То есть… Я думаю, что мне ещё рано выписываться.

Мужчины понимающе кивают. Я смотрю на Марка. – Не мог бы ты оставить нас на минутку?

– Конечно. – Марк выходит, и в палате повисает густая тишина. Кроме, конечно, хруста яблока.

– Ричард, что происходит?

– О чем ты?

– Все это. – Вскидываю руки в воздух. – Твоя глупая улыбка, присутствие Марка, которое, кажется, тебя нисколько не беспокоит, а это «Отметим все вместе», что это значит?

– Алиса… – Он слегка удивлен, когда пытается подобрать слова. Хорошо, неужели хоть, что-то может выбить его из равновесия. – Я просто хотел быть дружелюбным, Марк хороший парень, ты пережила аварию. Я счастлив, что ты в порядке.

– И ты не ревнуешь меня к Марку?

– Нет, я же сказал, он хороший парень.

Закрываю глаза, прокручивая в голове произошедшее. Но все же, ничего не понимаю. Это не мой Ричард. Конечно, я не хотела бы, чтобы он устроил сцену ревности, но всё, что сейчас происходит, больше похоже на шоу «Подстава».

– Поспи немного, я решу вопрос с документами. – Он встает, целует меня в лоб и выходит из палаты.

Я закрываю глаза и моментально проваливаюсь в глубокий сон.

***

Открываю глаза. Моя голова раскалывается на части, тело будто окаменело, руки болят от подключенных ко мне проводов, горло пересохло, что больно даже вздох сделать.

– Боже мой, девочка!!! – Кричит Хелен, подскакивая с диванчика у окна. – Наконец-то ты пришла в себя! – Она берет мою руку и целует костяшки пальцев. – Как же я волновалась…

Пытаюсь, что-то сказать, хотя бы стон издать, но ничего не выходит. Как рыба просто открываю рот и закрываю.

– Вот. – Хелен берёт стакан с водой с тумбочки, поднимает мою голову, и я делаю глоток воды. – Пей больше, доктор предупредил, что после комы тебе будет тяжело говорить.

Собираю воздух в легкие, и пытаюсь говорить.

– Что? Комы? Где я? – Хриплю я, даже не узнавая свой голос.

У Хелен скатывается слеза по щеке, но она быстро стирает её пальцем. Я никогда раньше не видела её слез. Что произошло?

– Ты ничего не помнишь?

Отрицательно качаю головой.

– Тебя сбила машина, ты в больнице. Ты… ты была в коме шесть дней.

– Боже… – Шепчу, прикрыв глаза. Пытаюсь вспомнить, что именно произошло, но ничего. Моя голова пустая.

– Да, но теперь всё хорошо. Доктор скоро будет здесь.

– Почему… Почему так болит спина?

– Удар был сильный, но тебе не нужно думать об этом сейчас. – Хелен отводит взгляд от меня.

– Хел… Я не чувствую ног…

Подруга вымученно смотрит на меня. Её пальцы нервно сжимают край моего одеяла. – Все нормально. Это пройдёт. Не волнуйся.

– Алиса! – Высокий мужчина в мятой рубашке и брюках, с заросшим лицом и темными растрепанными волосами влетает в палату. Я молча наблюдаю, как он подходит к моей кровати.

Следом врывается еще один, его светлые волосы аккуратно уложены. – Алиса, как ты?

– Тише вы. – Шипит на них Хелен. – Она ведь только пришла в себя.

Я смотрю на мужчин, затем на Хелен.

– Хелен, кто это? И где Люк?

Глава 22

Три пары глаз уставились в мою сторону, будто у меня выросла третья голова. Хелен очень настороженно и медленно перевела взгляд на мужчин, затем обратно на меня.

– Алиса… Это Ричард и Марк. – Она пытается улыбнуться, но это скорее похоже на панику.

– Я не знаю их. – Прохрипела я, всматриваясь в мужчин.

Темноволосый мужчина, с поразительно черными глазами подходит ближе ко мне. Его ладони сжимаются в кулаки. – Алиса, если это шутка, то чертовски плохая.

Его взгляд такой пугающий, что у меня сразу возникает желание спрятаться под одеяло. Прикусив губу, нахожу в себе силы и выдерживаю напор. Мужчина кажется смутно знакомым, возможно, я видела его где-то, но знать лично… Не уверена. Разве в моём окружении есть еще знакомые парни кроме Люка и Кристиана, парня Хелен?

– Простите, но я, правда, не знаю кто вы.

Светловолосый мужчина тяжело вздыхает, делая шаг в сторону двери. Видимо у него нет желания сейчас разбираться с этим, в отличие от… Ричарда?

– Боже мой… – Хелен прижимает ладонь к губам.

– Мисс Джонсон, здравствуйте. Рад, что вы очнулись. – Пожилой врач заходит в палату, рассеивая душное напряжение. – Прошу оставить меня наедине с пациенткой.

Несколько секунд все молчат и никто не двигается. Наконец Хел прочищает горло, встает и проводит рукой по моей макушке – Я буду снаружи, если что-то нужно, просто позови.

Она бросает быстрый взгляд на мужчин и выходит. Светловолосый парень – Марк, следует сразу за подругой, а тот, что с чёрными радужками кажется, не собирается выходить. Он смотрит в мои глаза, будто пытаясь пробраться в мой мозг. Мои щеки мгновенно теплеют, и я отвожу взгляд. Мужчина, то ли усмехнувшись, то ли наоборот, разозлившись, фыркнул и молча, вышел из кабинета.

Очень странный. Откуда я могу быть с таким знакома?

– Отлично. – Привлёк мое внимание доктор. – Я ваш лечащий врач, Майкл Лейтон. Вы готовы ответить на несколько вопросов и дать осмотреть себя? Если вы плохо себя чувствуете, мы можем это отложить.

– Нет, все в порядке. – Слова вылетели так быстро, что я не сразу осознала происходящее. Доктор Лейтон сказал, что ему нужно осмотреть меня. Значит, он будет прикасаться ко мне? Почему меня это не беспокоит?

– Прекрасно. – Он что-то записал в свой планшет, затем вновь посмотрел на меня. – Итак, начнем с общего самочувствия. Вам лучше не напрягать голосовые связки, так, что просто кивайте. Головная боль?

Кивок.

– Тошнота?

Кивок.

– Озноб?

Кивок.

Доктор сделал пометки в планшете, затем достал маленькую ручку фонарик.

– Откройте глаза шире. – Яркий свет ослепил меня, но доктор быстро закончил.– Хорошо, вы помните, что произошло?

Я задумалась, но в голову ничего не приходило. Пустота. Отрицательно мотнула головой.

– Вы помните, какой сейчас год?

Этот вопрос застал меня врасплох. – Две тысячи двадцать второй?

Доктор нахмурился, сделав пометку в планшете. – В какой стране вы находитесь?

– США

– Город?

– Нью-Йорк.

– Ваш домашний адрес?

– Салливан, 101. Университетское общежитие.

Доктор кивнул и вновь записал мои слова.

– Что вы помните последнее, перед тем как очнуться здесь?

Я напрягла память. – Я… Кажется, я шла после учебы домой. Мой парень должен был зайти вечером.

– Ваш парень? Как его зовут?

– Люк Бергер.

Запись в планшет.

– Хорошо. Я подниму одеяло и осмотрю повреждения на ногах.

Я неуверенно кивнула, ожидая страха незнакомых прикосновений. Но ничего не было. Когда доктор откинул покрывало, я ахнула. Почти вся правая нога была в гипсе. Было видно лишь темно-синие кончики пальцев. Левая в некоторых местах была обмотана бинтами, но без гипса. Доктор достал какую-то длинную тонкую острую шпицу и, надавив на гипс, пройдя сквозь него, кольнул мою кожу. Я сжала зубы от боли.

– Чувствуете?

– Очень больно.

– Очень хорошо. – Он вытащил иглу и кольнул меня в колено. – Здесь?

– Больно.

– Чудесно.

Я не понимала чему он так рад. В боли нет ничего хорошего. Да и вообще в моём состоянии нет ничего хорошего.

– Мисс Джонсон?

Резко оторвав взгляд от своих конечностей, я сосредоточилась на докторе Лейтоне.

– Здесь больно?

Он уже воткнул иглу в мою лодыжку, которая так же, как и бедро было в гипсе. Сначала я подумала, что доктор не коснулся кожи или сделал это очень слабо, поэтому не сразу почувствовала прикосновение, но когда он надавил сильнее, то поняла, что просто ничего не чувствую. Говорить об этом не пришлось, мистер Лейтон сам всё понял. Он сжал губы и перешел ко второй ноге. К счастью, с ней было все в порядке.

Доктор опустил одеяло и сделал запись в планшет, затем посмотрел на меня.

– Итак, Алиса, хотите ли вы, чтобы я рассказал вам, что произошло или вы хотите услышать это от своих родных?

Я подумала о Хелен, которая почти расплакалась, когда я проснулась. Неуверенна, что она в лучшем состоянии, чем я. По крайней мере, морально. Люк… Его вообще здесь нет. Неужели Хел не сообщила ему? Те двоё мужчин, их я вообще не знаю. Доктор Лейтон лучший вариант. Он не предвзят и не станет преуменьшать ситуацию, чтобы сберечь мои волнения.

– Расскажите.

Доктор кивнул и сел на стул, на котором ранее сидела Хелен. – Шесть дней назад вас привезли к нам на скорой помощи, после столкновения с автомобилем. Насколько мне известно, полиция занимается этим делом, но это не было несчастным случаем. Вас намеренно сбила машина.

Моё давление ту же подскочило. Что? Меня намеренно кто-то сбил? Как такое возможно? Я ни с кем не ссорилась, никому не переходила дорогу, хотя бы потому, что кроме Люка и Хел больше ни с кем не общаюсь. Кому потребовалось убить… меня?

Доктор читает с планшета. – При поступлении: открытый перелом тазобедренной кости в двух местах, плюс сильный вывих голеностопа. Вывих правого запястья, перелом большого пальца, вывих локтевого сустава. Многочисленные мелкие ушибы, черепно-мозговая травма и повреждение глаза.

Я окидываю взглядом своё тело. Шевелиться действительно больно. БОльшая часть левой руки фиолетового цвета, правая в гипсе от плеча до пальцев. Чувствую, как на голову давят бинты, а на шее специальный твердый воротник.

– Есть хорошие новости и плохие.

Удивительно, как в этой ситуации можно найти, что-то хорошее. Я чувствую себя ужасно, всё моё тело болит и ноет, но мои мысли вновь и вновь возвращаются к правой ноге. Почему я не чувствовала её? Я пыталась пошевелить пальцами, гипнотизировала одеяло, в попытке увидеть шевеления. Ничего.

– Хорошая. – Плохую новость, очевидно, я уже знаю.

– Хорошая новость в том, что верхняя часть ног, не потеряла чувствительность, а это значит, что как мы и предполагали – позвоночник не задет. Как я уже сказал: при поступлении ваша тазобедренная кость была раздробленна, и нам пришлось срочно оперировать. На данный момент в вашем правом бедре стоит штифт, который останется с вами навсегда. В связи с вывихом голеностопа нервные окончания правой конечности пока не полностью восстановились. При правильном уходе, физиотерапии и массаже чувствительность вернется через один-два месяца, а самостоятельно ходить вы сможете уже через три месяца. Возможно, останется легкая хромота, но это так же, можно исправить упражнениями.

Я хмурюсь. Значит новость о том, что я не буду чувствовать месяц свою правую ногу, а ходить три месяца – была хорошей? Ладно. Я буду ходить – это хорошо. Но в чём тогда заключается плохая новость?

– Плохая новость в том, что у вас черепно-мозговая травма, сопровождаемая ретроградной амнезией. Это может быть вызвано сильным стрессом за последнее время. Возможно, что-то произошло и ваш мозг блокирует информацию, чтобы защитить вас. Сейчас конец ноября две тысячи двадцать третьего года. Моё предположение, что вы забыли события последнего года. На самом деле это не худший расклад, некоторые забывали по десять лет своей жизни. Если вы будете общаться с близкими людьми, посещать места, в которых бывали в последнее время, думаю, память вернётся.

Доктор говорил, что-то еще, но я больше не слышала. Мои щеки намокли от слез, а горло опухло и заболело сильнее. Год… Целый год жизни выпал из моей головы. Как это вообще возможно? Я понятия не имею, как его вернуть. Это кажется бредом. Последнее, что я помню, это то, что я работала в магазине, училась, встречалась с Люком. В моей жизни ничего не происходило. Но… Доктор сказал, что была стрессовая ситуация? Что произошло?

В голове всплывает мужчина с черными глазами, создалось ощущение, что он хорошо меня знает. Он был заметно расстроен, когда я не вспомнила его. Но, как это возможно? Я не подпускаю к себе людей, тем более мужчин. Но сейчас… Осознавая это, я понимаю, что не боялась его присутствия. Так же, как и светловолосого парня по имени Марк и доктора Лейтона. Он даже прикасался ко мне. Ну, почти.

Доктор, заметив мои слезы, попытался улыбнуться. – Вам не нужно сейчас волноваться, вы молодая девушка, в хорошей физической форме. Вы справитесь с этим. Я пропишу лекарства, который помогают мозгу активно работать, это может помочь. Так же нам нужно провести ряд анализов, сделать рентген, томографию и ряд других процедур. Вы должны остаться еще на неделю, затем отправитесь домой.

Доктор встал и собирался выйти. – Доктор Лейтон…– Прошептала я. – Позовите Хелен. – Он кивнул и вышел.

Спустя несколько секунд вошла подруга. Её глаза были опухшими и красными.

– Как ты? Что сказал доктор?

– Хел… – У меня начался кашель, который буквально раздирал моё горло острыми лезвиями. Подруга дала мне воды, снова придерживая за затылок. – Хелен… Меня пытались убить и у меня амнезия… – Когда я произнесла это своим сдавленным, хриплым голосом, всё стало еще хуже. Нос перестал дышать, приборы запищали очень громко, раскалывая голову на части.

– Эй! Эй! – Хелен села на мою кровать и обняла за плечи. – Все хорошо, мы справимся с этим, ты всё вспомнишь. Я помогу тебе.

В палату вошла медсестра. – Мисс Джонсон, время принять обезболивающее.

О, это очень вовремя. Кажется, все мои органы начали болеть одновременно. Я кивнула. Девушка задрала мою рубашку и сделала укол в плечо. – Пока мы даём двойную дозу, поэтому вы можете уснуть. – Она вышла. А мне показалось, что я уже чувствую, как веки тяжелеют.

– Девочка. Я буду рядом, мы справимся. – Сказала Хелен, прежде, чем мои глаза закрылись.

Я жива. Это главное. Снова выжила. Амнезия – это не худшее, что могло со мной произойти. Если быть честной, худшее уже произошло. Жаль, что я забыла только события последнего года, а не последних десяти лет. Было бы здорово очнуться и не помнить всё, что отец делал со мной.

РИЧАРД

Белое. Кругом все белое. Белые стены. Белый пол. Люди в белых халатах. Я ненавижу этот цвет. Ненавижу запах больниц. Ненавижу отчаяние и тоску в глазах присутствующих, а еще надежда… Люди сидят в коридоре в ожидании. Ждут чуда. Молятся. Лелеют надежду и верят в лучшее.

Я не верю в лучшее. Бога нет, потому что если бы он был, то не допустил, чтобы наши близкие уходили раньше своего времени. Не допускал бы, чтобы родители хоронили своих детей. Все это – иллюзия. Врачи тоже врут. Каждый из них говорит «Все будет хорошо», «Приходите завтра», а потом «Мне жаль, мы сделали всё, что могли». Грёбаная ложь.

Я знаю потому, что уже переживал это чуть больше года назад. Человек, который был мне дороже многих, сейчас лежит в гробу на глубине пяти метров. Я поклялся, что больше никогда не позволю никому проникнуть мне под кожу. Но у меня не было шанса. Не с ней.

Алиса Джонсон словно маленький ураган ворвалась в мою жизнь и перевернула все вверх дном, даже сама того не осознавая. И когда я сдался, она оставила меня. Они все оставляют меня.

Но еще нет. Эта мышка, так просто не сбежит от меня. Она не умерла. Я достану её и верну на то место, где она должна была быть всегда. Она жива. Её щеки снова румяные, зубы обхватывают пухлую нижнюю губу, а глаза широко раскрыты.

Хелен Кларк – её лучшая подруга, выходит из палаты и прислоняется к стене спиной. Я тут же преодолеваю расстояние, нависая над ней.

– Как она?

– У нее амнезия… Она не помнит события последнего года.

Амнезия. Что могло быть хуже? Когда человек, которого ты любишь, уходит из жизни, или когда его мозг выкидывает тебя словно мусор? Я не уверен в ответе.

На секунду я замираю. Человек, которого я люблю? Да, черт возьми, я люблю ее. Она принесла в мою жизнь хаос, а теперь решила избавиться от меня. Черта с два, Алиса Джонсон. Ты должна узнать, что я чувствую. Должна вспомнить всё.

– Главное, что она жива.

Белобрысый ублюдок, про которого мне почти удалось забыть, встает со скамейки и подходит к нам. Делаю шаг к нему так, что мы оказываемся на расстоянии вытянутой руки. Он ниже меня на несколько сантиметров. Наши взгляды встречаются и надо отдать ублюдку должное, он крепко держит мой взгляд.

– Кто ты такой? – Спрашиваю я.

За последние шесть дней я был в этой чертовой больнице, в этом тошном белом коридоре и в стерильной палате Алисы практически круглые сутки. Хелен буквально выгоняла меня два раза, чтобы я принял душ и переоделся. Белобрысый мудак появлялся несколько раз, спрашивал о состоянии моей мышки и уходил с грустными щенячьими глазами.

– Я – Марк. – Отвечает он, пожимая плечами.

Мои виски пульсируют, я сжимаю челюсть до боли. Перевожу взгляд на Хелен.

– Марк. – Повторяю для подруги Алисы. – Это, блядь, Марк, Хелен. Теперь все стало ясно.

Девушка вместе со мной не отходила от палаты всю неделю. Её муж приезжал несколько раз и привозил ей сменную одежду. За это время мы перекинулись лишь парой слов. Тишина устраивала обоих. Я был так занят своими мыслями, что абсолютно игнорировал присутствие незнакомца.

На самом деле, моя жизнь вовсе остановилась на эти дни. Я практически ничего не ел, не пил и не спал. О работе не могло быть и речи.

– Я её друг. – Продолжает белобрысый.

– Друг… – Я смакую это слово на языке. У моей мышки не может быть друзей мужчин. Она не подпустила бы к себе незнакомца, возможно, это кто-то из прошлого, но почему я не знал о нём?

– Ричард… – Хелен подходит ближе, сжимает мое предплечье, оттаскивая на шаг от ублюдка. – Тебе надо успокоиться.

Вырываюсь из её хватки, бросив быстрый взгляд на девушку, затем снова смотрю на ублюдка. – Я спокоен, Хелен. Просто пытаюсь понять… Откуда вдруг взялся друг Марк.

– Мы познакомились несколько недель назад.

Несколько недель назад. Он не старый друг. Он новый, блядь, друг. Пока я решал, чертовы проблемы с Марианной, она заводила друзей. Ахуенно.

Глаза покрываются красной пеленой. Я в шаге от того, чтобы отправить этого придурка в соседнюю палату, в роли пациента со сломанным носом.

Хелен чувствует появившееся напряжение, протискивается в пространство между мной и мудаком Марком, глядя в мои глаза.

– Ричард… Он просто друг. Приди в себя. Не нужно устраивать сцен.

Я ухмыляюсь её словам. Она думает, что мне пятнадцать лет? Я не подросток, который устраивает драки, где попало. Если я решу избиваться от мудака, я сделаю это более интересным способом. Таким, который сотрет его с лица земли и никто не заметит.

– Тебе стоит уйти, Марк. – Выделяю его имя, сверля взглядом.

Он поправляет свои и без того идеальные волосы, словно долбаный принц Чаминг. – А ты, я так понимаю тот, кто усложняет Алисе жизнь?

Какого хрена? Она так сказала? Что я усложняю ей жизнь?

– Марк! – Хелен разворачивается к нему. – Что ты несешь, будь благоразумен.

– Я? Просто факты. Ты сама говорила, что у неё сложные отношения. – На его лице вырисовывается улыбка. – В ту ночь, в клубе.

Вена на моем лбу пульсирует, пока я еле сдерживаюсь, чтобы не впечатать его в стену. Алиса виделась с ним в клубе? Ей чертовски повезло, что она только пришла в себя, иначе её задница горела бы неделю.

Обхожу Хелен и встаю нос к носу с придурком Марком. Мой рост даёт преимущество, опускаю глаза, и, поймав его взгляд, говорю. – Алиса принадлежит мне, запомни это или запиши, если я еще раз увижу тебя рядом, ты пожалеешь.

Ублюдок выпрямляет спину, так, что я чувствую запах его одеколона. Он задирает подбородок и говорит. – Раз уж она не помнит нас обоих, значит шансы одинаковые.

– Боже мой. – Шепчет Хелен за моей спиной, а мудак быстро разворачивается на пятках и уходит.

– Ты хочешь рассказать мне кто он такой?

– Я ничего не скажу, но кроме дружеских отношений у них ничего не было.

– По-твоему это должно меня успокоить, да?

– Тебе придется вновь побороться за ее сердце, Ричард. – Бросает Хелен и тоже уходит.