Read the book: «На краю игры»

Плей-лист

Something In The Heavens — Lewis Capaldi

God Behind Your Eyes — Our Mirage

Доли секунд — punkdepo

I Was Yours — DEADLUVE

Crash and Burn — Maggie Lindemann

Зацепило — Нервы

моя любовь мертва — Даниил Ким

Wings — Birdy

У твоего дома — Алексей Воробьёв

Oblivion — Palaye Royale

FADE OUT — Kami Kehoe

Coma — Taylor Acorn, Cassadee Pope

Even in the Dark — Jxdn

You Broke Me Too — Yellowcard, Avril Lavigne

Only When It's You — Bleeding Verse

drunk text me — Lexi Jayde

Ты улыбался — FADEEVA

Набери мне вновь — KEDR, Arma

Неважно (Acoustic Version) — Три дня дождя

Head Above Water — Avril Lavigne, We The Kings

Громче, чем гроза — Loc-Dog, MACAN

Мне нужна твоя душа — Keendy

die first — Nessa Barrett

Каренина — MONA

Zombie — YUNGBLUD

High Hopes — Kodaline

RECKLESS — Under The Water The Pretty Reckless

Она — Саша Хлу

Ты делаешь мне больно — Никаля

Глава 1

~Каролина~

— Так, и снова у нас отличилась Википедия, — равнодушным голосом произнесла моя одногруппница. Она привстала на руки со своего места, оглядывая меня взглядом с ног до головы. — Может, ты уже признаешься, почему у тебя такие оценки?

В аудитории не было преподавателя: он ушёл сразу, как озвучил оценки за очередной тест.

— Просто учиться нужно, Оля, — я подмигнула ей и посмотрела вновь на свой листок, где красовалась заветная пятёрка. Не сказала бы, что я заядлая отличница или зубрилка. Сама не знаю, как это выходит. Возможно, это как-то связано с моими родителями и их надеждой на моё успешное будущее. Они сделали слишком много, чтобы их разочаровать.

— Да ну тебя! — фыркнула Оля, опускаясь обратно на стул. — Вечно ты такая правильная!

Несколько ребят вокруг нас захихикали, но я лишь на мгновение опустила глаза. Каждая моя хорошая, а вернее, отличная оценка за тест или эскиз, Олю волнует больше всех. На первом курсе она заметила, как я общалась с преподавателем вне учебного заведения. И ещё в тот момент, не разобравшись в ситуации, она обвинила меня в том, что я с ним сплю для хороших оценок. Только вот после она узнала, что он был моим дядей. Но из-за большинства сплетен ему пришлось уволиться, чтобы травля больше не продолжалась.

— А что такого? — тихо произнесла я, стараясь скрыть обиду в голосе. — Учиться — это нормально.

— Нормальным считается, когда у человека есть жизнь помимо универа, — процедила девушка, демонстративно листая ленту в телефоне.

Внутри меня что-то неприятно кольнуло. Её слова про жизнь вне университета неожиданно задели меня сильнее, чем я ожидала. Ведь правда — кроме учёбы у меня почти ничего нет... Все мои друзья давно уже ходят в кино, гуляют по вечерам, а я только и делаю, что учусь. Конечно, как и у всех людей в этом возрасте, у меня есть друзья. Но не так много, как у остальных. В моё окружение входит лишь моя соседка по блоку – Лиза и наш совместный друг Кирилл. Лиза немного своеобразная девочка...

— Знаешь что... — я подняла глаза и посмотрела на неё. Но не успела ничего сказать, так как в кабинет вернулся преподаватель.

Оля победоносно улыбнулась, но я лишь сжала кулак под партой. Её слова заставили меня задуматься — может, действительно пора найти баланс между учёбой и обычной жизнью подростка?

Всю пару я не могла сосредоточиться на лекции. Все мои мысли занимали слова Оли. Никогда не думала, что такие слова смогут меня задеть. Ведь такое и было раньше. В школе я часто слышала такие высказывания от своих одноклассников. Но тогда у меня не было претензий к своей жизни. Она состояла из библиотеки и дома, где я снова училась и зубрила новые лекции. Тогда меня успокаивал тот факт, что я умнее, остальное меня мало волновало.

Но сейчас, когда я подросла, мне хочется почувствовать что-то запретное: тусовки до утра, первый секс по пьяни, попробовать травку.

Сейчас бы я получила по макушке от своей матери, если бы она только могла читать мысли дистанционно.

После пар я сразу вернулась в свой блок, пытаясь обходить стороной различные мероприятия в корпусе. Придя, я сразу уткнулась в бумагу и план. Я учусь на дизайнера, и мне необходимо тренировать свои руки и фантазию, чтобы мои эскизы не выглядели однотипными. За всё время учёбы я прочитала столько литературы про различные стили в дизайне, что, наверное, у Стивена Кинга меньше книг. Сейчас на меня слишком много надежд — что в лице моих родителей, что и в главе кафедры.

За три дня я должна закончить эскиз по визуальной коммуникации. И хоть я сижу над этим проектом уже больше недели, я никак не могу поймать главный акцент. Всё кажется неидеальным.

— Вики, ты опять? — голос Лизы послышался около двери. Я настолько увлеклась, что даже не услышала, как входная дверь открылась. — Уже девять часов, а ты всё ещё сидишь со своей тетрадкой и учебником в обнимку!

Я подняла свой взгляд на Лизу. Она выглядела как обычно: растрёпанные рыжие кудри, которые выбивались из основного конского хвоста. Лиза каждый вечер приходит радостная после прогулки и рассказывает, где она была и чем этот день отличился от остальных.

— Лиз, мне нужно закончить, завтра уже будет поздно, — я невольно посмотрела на письменный стол, где была гора набросков и конспектов.

— Да ну, — она легла на свою кровать, которая не видела, что такое покрывало, уже несколько месяцев. — У тебя всегда одна и та же фраза: «Надо закончить». Когда в последний раз ты выходила из своей берлоги?

Её вопрос остался без ответа. Ведь и так всё прекрасно понятно и без слов.

— Слушай, — Лиза вдруг села прямо, глаза загорелись. — Завтра брат мой играет. Баскетбол. Полуфинал. Пойдём?

Я невольно поморщилась. Спорт, толпы, шум — это было настолько не моё, что даже мысль об этом вызывала лёгкое головокружение.

— Лиза, ты же знаешь…

— Знаю, что ты скажешь «нет»! — она перебила меня, подняв указательный палец. — Но в этот раз ты обязана пойти. Это важно для Макса, он так старается. Он уже переживает, жива ты или тебя съела куча макулатуры. И потом… тебе нужно развеяться. Посмотри на себя — ты вся в карандашах и скетчах.

Посмотрев на свою одежду, я поняла, что в чём-то она права. Моя домашняя белая футболка была в грифеле от карандаша, а в волосах — кисть. В последнее время меня окружает лишь один дедлайны и наброски.

— Хорошо. Один раз.

На следующий вечер я стояла у входа в спортивный комплекс, в руке теребила рукав худи. Внутри гремела музыка, раздавались крики болельщиков, и от одной мысли, что мне придётся войти туда, ладони становились влажными.

— Ты выглядишь как человек, которого ведут на казнь, — хмыкнула Лиза, подхватывая меня под руку. — Расслабься. Всё будет круто.

Мы прошли внутрь, заняли места на трибунах. Рядом с нами сидели девушки, которые начали верещать только при выходе игроков на поле. «Это будет сложно», – промелькнуло у меня в голове. Я настолько привыкла к обычному ритму жизни, что эта ситуация выбивает землю из-под ног.

Игра началась, и постепенно я втянулась: ритм, динамика, напряжение на площадке завораживали. Я даже забыла о своём дискомфорте, следя за перемещениями игроков.

И вдруг — взгляд.

Он стоял у трёхочковой линии, высокий, с тёмными волосами, слегка взъерошенными после быстрого розыгрыша. На руках можно было увидеть татуировки, но из-за большого расстояния, я могла лишь видеть чёрные пятна. Его глаза на мгновение встретились с моими, и время будто остановилось. Я не могла отвести взгляд. Что‑то в его лице — то ли уверенность, то ли лёгкая насмешка в уголках губ — заставило моё сердце сбиться с ритма.

— А это кто? — спросила я у Лизы, но, рассмотрев всю игровую площадь, она так и не поняла, о ком я спрашиваю. — Тот, который стоит у трёхочковой линии.

— А, это Соколов. Ты не слышала о нём? — по выражению лица было понятно, что девушка удивлена.

— О чём? — впервые я заинтересовалась чем-то другим вместо учёбы.

— Каролина, тебе лучше не знать о нём. Он плохой парень. Лучше присмотрись к другим ребятам, вот симпатичный, который стоит под кольцом, — она показала пальцем на светловолосого парня. На самом деле, он был очень харизматичным и внешностью точно не обделён. Но меня заинтересовал именно тот парень, и теперь информация, которую от меня скрыла Лиза, стала одной из надоедливых мыслей.

Я хотела спросить её ещё раз, что она имеет в виду под «плохим парнем», но мой вопрос остался беззвучным. Команда Максима забросила мяч. Крики и возгласы трибун снова вернули меня в моё состояние дискомфорта. Всю оставшуюся игру я следила за движением Соколова. Он двигался быстро, в некоторых моментах даже жестоко. Он один из своей команды, который получал фолы почти каждые десять минут игры. В его напористости и неком пренебрежении к правилам игры что-то было. Оно вызывало у меня непонятное чувство.

А от его взгляда становилось неуютно. Я не могу сказать с точностью, что его взгляд был предназначен именно мне. Вокруг меня достаточно много девушек, и раз Лиза говорит о различных слухах, это может означать, что его многие знают. Только для меня он закрытая книга.

— Ого! — воскликнул знакомый мужской голос сзади нас. Игра закончилась победой команды Макса, и теперь мы с Лизой вышли на улицу подышать. В зале уже стало душно, что вызывало небольшое головокружение. — Лиза, ты как смогла вытащить эту википедию из корпуса?

— Поздравляю с победой. Было круто, больше не приду, — Макс выглядел уставшим, но на его лице была радостная улыбка.

— Ты бы знал, сколько усилий мне это заняло! — рыжая девушка жаловалась своему брату. — Она мне все уши прожужжала о том, что лучше ей остаться в блоке и готовиться к заданию.

— До сих пор не могу поверить, что вы вдвоём ужились. Всё-таки википедия и заядлая тусовщица — это реально совместимая штука.

Прозвище «Википедия» со мной уже давно, и на самом деле, оно не такое обидное, как все остальные: «калькулятор в юбке», «форсаж пять», «бастард Эйнштейна». Близкие друзья ко мне обращаются исключительно «Википедия», «Вики». И многие часто не понимают, почему девочку по имени Каролина называют Викой.

Макс старше Лизы на три года. Учится на последнем курсе юриста, но, по рассказам сестры, он хочет построить свою жизнь на карьере баскетболиста. По характеру он ничем не хуже своей сестры. Иногда даже складывается ощущение, что они близнецы. Он так же любит ходить по клубам, как и его младшая копия. Лиза часто рассказывала истории, где он её брал ещё тогда, когда ей не было и шестнадцати лет. Она видела за свою молодость на вечеринках брата достаточно многое, поэтому её не удивить, даже если какой-то парень будет пить пиво, стоя на голове. Родители у них не строгие и иногда сами ведут себя как подростки. Свобода или распутство и неподобающее воспитание детей? Возможно. Но зато они счастливая семья.

— Лиз, я пойду в общагу. Сама знаешь, что завтра у меня крайний день, чтобы всё сдать, — мне больше не хотелось общества. Моя социальная батарейка точно села, и сейчас я должна снова вернуться в свой панцирь с книгами и скетчами.

— Ты не хочешь сходить на вечеринку? — спросил Макс, но, увидев мой взгляд и приподнятые брови, продолжил: — Ладно, я попытался. Вдруг моя сестрица из тебя сделала Вики по тусовкам.

— Не бери много на меня, я спустя год смогла её вывести на одну игру. Про тусовку я вообще молчу. Наверное, только после выхода на пенсию можно будет с ней выпить по бокалу текилы, — я закатила глаза от её слов. Каждый раз одно и то же.

Хоть я и хотела бы попробовать это всё, но явно не сейчас. Из-за полного спортивного комплекса, где пахло потом парней на площадке и душнотой, я видела лишь спасение в кругу своего привычного.

— Всё. Бывайте. Макс, следи, чтобы Лиза не попадала в неприятности. — Я пригрозила пальцем парню и, попрощавшись, направилась в сторону корпуса.

Сегодня я обязательно должна закончить работу, иначе не смогу оправдать ожидания. А это что-то наравне с тем, если тебя просто сотрут ластиком. Возможно, я утрирую проблемы в своей жизни, связанные с учёбой и её успеваемостью, но... Вы попробуйте объяснить моей маме, что я что-то не успеваю сделать. Это будет словесная пытка.

На мой телефон пришло уведомление: «Вспомнишь лучик - вот и солнце».

Дорогая! Как работа над проектом? Помнишь, что завтра сдача?

Я не могу просто не получить высшую оценку за эту работу. И пусть мне придётся сидеть за ней несколько часов в попытках найти недочёты — я снова смогу оправдать желания других.

Спустя два часа я наконец-то закончила свою работу. Хоть и знала, что преподаватели будут её критиковать даже без причины, я была довольна. Я смогла передать через бумагу то, что хотела. Не убравшись на столе, меня сразу пленила кровать. И я даже не поняла, как быстро уснула.

Но моё блаженство подошло к концу, когда я услышала громкие голоса за дверью. Хоть они и пытались общаться шёпотом, у них явно это выходило чертовски плохо.

— Там Вики спит! Макс! — Среди голосов я услышала свою подругу. Она явно была не в трезвом состоянии, но это и неудивительно.

Через мгновение дверь открылась. Из-за света в коридоре я не сразу смогла разобрать силуэты, но знала, что их трое. Сквозь сонные глаза я даже не могла понять, что за парень рядом с Максом. Если честно, хотелось кинуть что-то в них, чтобы дали продолжить мой сон. Но мне пришлось привстать на локти, чтобы попытаться понять, что они забыли втроём у нас в блоке.

— Ваша Вики больше не спит. — Этот голос был мне незнаком. Спустя некоторое время я привыкла к полумраку в комнате и смогла понять, кто стоит передо мной. Максим держал за предплечье Лизу, чтобы та не грохнулась на кровать с открытой бутылкой. А парень, по словам Лизы, Соколов, стоял с руками в карманах джинсов и смеялся над ситуацией. Но перегар в комнате стоял явно не от одной Лизы.

— Вики! Прости, подруга, я немного перепила. — Рыжеволосая девушка наконец-то поставила бутылку на стол и плюхнулась на кровать. — А это мои верные слуги, которые доставили меня до дома бесплатно!

Соколов, видимо, устал стоять и разглядывать всю эту сцену и решил присесть на стул, который находился около моего рабочего стола. Я в целом не хотела за ним наблюдать, из-за сонного состояния даже не обратила внимания.

— Как тут можно заниматься? — только после этих слов мой взгляд был устремлён на него. — Везде грифель, разбросаны эскизы. Кошмар. — Он брезгливо отодвинул одну из моих работ.

Вот сейчас я уже не считаю его симпатичным парнем.

— Тебя никто не приглашал, — в моём голосе слышалось раздражение.

— Ой, да ладно тебе, — Соколов усмехнулся, не отрывая взгляда от разбросанных эскизов.

Я сжала кулаки под пледом. Как же бесило это его пренебрежительное отношение — будто он имел право оценивать моё рабочее пространство! И тем более мою работу, которая была идеальна во всех смыслах!

— Не нравится — уходи. Можешь сам выбрать место выхода: окно либо дверь, — я кивнула в сторону коридора, стараясь говорить как можно спокойнее.

Лиза, похоже, наконец осознала, что ситуация накаляется. Она приподнялась на локтях и попыталась сфокусировать взгляд на Соколове. А вот Максу было безразлично, он смотрел на нас, облокотившись на дверной косяк.

— Соколов, не лезь. Вики сейчас не в том настроении, чтобы терпеть твои комментарии, — и сразу после её слов она снова упала на кровать и укуталась в одеяло.

Но его, кажется, только раззадорила моя резкость. Он медленно поднялся со стула, подошёл ближе к моему столу и взял в руки один из эскизов — тот, над которым я работала последние несколько недель.

— Смотри‑ка, тут даже подпись есть. Выглядит солидно. Почти как у настоящего художника.

Я резко вскочила с кровати, забыв про сонливость.

— Отдай! — шагнула к нему, пытаясь выхватить лист. — Это не для просмотра.

Он ловко отстранился, держа эскиз на вытянутой руке. Его глаза бегали по линиям рисунка, будто он пытался разгадать какой‑то скрытый смысл.

— Да ладно, не кипятись. Просто интересно. — Он наконец вернул лист, но не прямо в руки, а положил на стол с лёгким хлопком. — Хотя, если честно, ничего особенного я тут не вижу.

Внутри всё закипело. Я потратила на него столько сил и времени явно не для того, чтобы какой-то уличный мальчишка давал мне комментарии.

— А ты, наверное, эксперт в искусстве? — мой голос дрожал от сдерживаемого гнева. — Чего это ты раздаёшь своё никому не нужное мнение?

Соколов пожал плечами, будто ему было всё равно:

— Нет, просто говорю, что вижу. Если хочешь услышать комплимент — скажи прямо.

Лиза издала сдавленный смешок, но тут же закашлялась, схватившись за голову. Я глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. Посмотрела на Лизу — она выглядела действительно неважно. И на этого Соколова, который, казалось, получал удовольствие от всей этой ситуации.

— Знаешь, — протянул он, — когда девушка так возмущается при первом знакомстве, это обычно значит, что она заинтересована.

— Что?! Да ты... — что он себе позволяет? Какая, нафиг, заинтересованность?

— Ладно. Но если вдруг передумаешь и захочешь услышать честный отзыв или же извиниться за свою дерзость... — он достал маркер из кармана и быстро написал что‑то на краю моего рабочего блокнота, — вот, держи.

Не дожидаясь ответа, он вышел, прихватив с собой Макса. Дверь закрылась, оставив нас с Лизой в полумраке комнаты. Я подошла к столу и уставилась на цифры, написанные на уголке блокнота. Его номер. Вот же наглец...

Как только я хотела что-то сказать Лизе, я услышала сопение с её стороны. Понятно... Значит, разбор полётов будет уже с утра на больную голову. Его ненужная критика застряла у меня в голове, из-за чего мне пришлось снова глянуть недочёты в своей работе. Но что‑то было не так с моим основным эскизом.

Приблизилась, вглядываясь в детали. И тут сердце упало. На самом видном месте, прямо поверх тщательно выписанных линий, красовалась небрежная надпись:

«Позвони мне :)». Чёрным маркером. Так, что не стереть без следа.

— Он... он испортил мою работу! — голос дрогнул. Я схватила лист, разглядывая непоправимый ущерб.

Я сжала кулаки. Внутри всё кипело от ярости и отчаяния. Столько часов, столько усилий — и всё ради того, чтобы какой‑то самоуверенный незнакомец взял и изуродовал мой проект своей глупой запиской?

Глава 2

~Артём~

После того как мы проводили Лизу, мы с Максом решили продолжить наш успех в финале сезона. В этот раз наша команда решила переселиться в другой клуб, где намного больше алкоголя и места. Я слышал, как парни яро обсуждали прошедшую игру:

— Соколов, ты чуть не допрыгался. У тебя был в кармане ещё один фол, и ты бы вылетел. — Кучерявый Никита уже достаточно много выпил, и это слышно по его заплетающемуся языку.

— Но всё-таки, та малышка очень уж горячая.

Удивляюсь такой быстрой смене темы, но смотреть в направлении его взгляда я не стал. Меня мало интересуют «жертвы» моих друзей по команде. Ещё давным-давно мы договорились, что не будем клеиться к девушкам, которые в отношениях с членом команды, или даже если она просто является заинтересованным объектом.

Через минуту подошёл Макс с двумя коктейлями в руках. Надо догонять парней, а то мы больше всех отличаемся своей трезвостью. Даже капитан команды уже ушёл в отрыв на танцполе и крутится около двух задниц.

— Зря ты так с Вики поступил, конечно. Хоть я и бездушная тварь, но даже мне её жаль. — По пути в клуб я рассказал другу о том, что я сделал. Я считаю, что это довольно смешно, и пусть в целом это будет для неё уроком.

— Забей, может, так она поймёт, что жизнь не в этом всём. — Я рукой изобразил каракули и забрал коктейль.

Перед тем как прийти, я слышал от Лизы и Макса небольшие споры о какой-то Вики. Они бурно спорили о том, что ей не нужно так вкладываться в учёбу, и ей определённо нужен отдых.

Скажу честно, мне вообще было всё равно на неё и её состояние. Но только придя к ней в комнату и увидев этот кошмар на столе, что-то внутри меня кольнуло. Возможно, я погорячился, сказав, что в её работах нет ничего особенного. На самом деле, она очень красиво рисует. Сколько бы я ни видел девчонок, которые учатся на дизайнеров — это первая работа, которая запала в душу.

Но я скот. И я доволен этим.

— За победу! — наш гул наверняка перекрывал звуки басов из колонок, но только так можно было услышать тост.

Мне нравилась атмосфера клуба: все танцуют, всем всё равно друг на друга, и можно делать что хочешь. Правда, не нам. За нами следил тренер, который сидел за барной стойкой с минералкой. Макс пытался ему что-то донести, но тому было всё равно. Иван Саныч у нас жестокий, и, возможно, на следующей тренировке всем, кто ходил и хвастался своим торсом, придётся час качать пресс. Так что, хоть я и выпил, наказания от него всё равно не хочется получать, поэтому мне приходилось держать себя в руках. А ведь так и хочется кого-нибудь шлёпнуть!

Я стоял у колонки, слушал басы и просто наблюдал за всем, что происходит вокруг меня. Максим до сих пор пытается что-то доказать тренеру. Так всегда: после каждой победы происходит то же самое, что и в прошлые разы. Большинство парней отжигает с девчонками, другая половина же либо валяется на диванах в отключке, либо стоит в очереди в туалет.

Не знаю, сколько прошло времени, но часы уже показывали почти пять утра. И только я собрался пойти домой, как Максим меня затормозил.

— Зацени свой поступок, — он показал мне белый экран, где сначала я ничего не понял.

Только спустя несколько секунд до меня дошло, что это переписка с его сестрой.

«Убей Артёма за меня! Я сегодня спала под скрежет карандаша по бумаге и тихие угрозы об убийстве!»

— А я что? — все последние события будто выбились из моей памяти.

— Из-за тебя её соседка свихнулась.

Я уставился на экран телефона, пытаясь осмыслить прочитанное. Через секунду губы сами растянулись в ухмылке.

— Честно, мне глубоко плевать. Может, переосмыслит своё художество.

— Тебе совсем не стыдно? — Макс прищурился.

— Стыдно? За что? — я пожал плечами. — Я просто показал, что мир не рухнет, если её идеальные линии немного смажутся. Это полезный жизненный урок.

Макс не захотел дальше со мной перекрикиваться словами и просто ушёл в толпу. Музыка грохотала, вокруг царил хаос, а мне было абсолютно комфортно в этой атмосфере лёгкого безумия. В конце концов, кто сказал, что нужно переживать из‑за чужих слёз? Особенно если эти слёзы — часть большого перформанса.

Утром я проснулся с небольшой головной болью и первым делом посмотрел на свой телефон. Там было пару уведомлений от сообществ и чатов. Но как только я хотел прочитать всё, я заметил одно интересное сообщение от неизвестного номера.

Не помню, что вчера я кому-то раздавал свои номера.

Ты просил позвонить? Так вот. Иди к черту, Соколов!

С уважением, твой сущий кошмар.

P.

S. Не звонить. Никогда.

Спустя несколько прочтений подряд я понял, что это написала мне девушка, которой вчера я испортил эскиз. Я усмехнулся её смелости и дерзости. Что вчера она была такой, что и в переписке.

Малышка, твои успехи в подкатах меня удивляют. Приказ «не звонить» принят. Но кто сказал, что я послушный?

Готов поспорить, что через неделю ты сама мне напишешь.

Ставлю.... На вторник :)

Сообщение она прочитала достаточно быстро, и спустя минуту я уже мог увидеть долгожданный ответ:

Катись к чертям.

Я рассмеялся, глядя на экран. Вот это характер! Большинство девчонок после подобной выходки либо молча злились, либо ныли в общих чатах. А эта — прямо в лоб, без церемоний.

Мне сразу захотелось узнать о ней получше. Но я не хочу, чтобы она думала, что я ею заинтересован. Всё это я буду делать через Макса. Он должен же знать о ней что-нибудь! Например, куда она ходит гулять, где тусуется на выходных. Как часто они с его сестрой выходят из блока, допустим... в бар. Есть ли у неё любимое местечко. Может, это какая-то деревянная и заброшенная беседка?

— В смысле? — но его слова меня завели в тупик. — Как это «универ — общага — универ»? — Именно так он и перечислил её любимые места, где чаще всего она бывает. Даже маршрут построил.

Я не скрою своё удивление. Это как так можно вообще! Ей что, пять? Или она шизанутая девица, которая думает, что если выйдет на улицу, то подцепит себе кучу болезней?

— В прямом. Она зазнайка. Википедия только и сидит в своих четырёх стенах. Лиза спустя год смогла её как-то вывести на наш матч. — Он просто пожал плечами, продолжая есть мою курицу гриль. Я-то думал, он мне скажет дельную информацию о ней!

Я откинулся на спинку стула, разглядывая Макса. Тот невозмутимо доедал мою курицу, будто не понимал, насколько бесполезен его рассказ.

— То есть ты хочешь сказать, что она вообще никуда не вылазит? Ни в клубы, ни на тусовки?

— уточнил я, всё ещё надеясь на хоть какие‑то зацепки.

— Ну почему же, — Макс промокнул губы салфеткой. — На лекции ходит. В библиотеку.

Иногда в кафе на первом этаже общаги. Но это всё. Она как затворница, честное слово.

Я постучал пальцами по столу. Затворница с характером — это даже интереснее, чем я думал.

— А как она вообще с Лизой подружилась? Они же полные противоположности.

— Вот именно, — усмехнулся Макс. — Лиза её как‑то выцепила на какой‑то выставке, когда та ещё на первом курсе была. Говорит, увидела, как Каролина пялилась на картину с таким лицом, будто ... — я его перебил.

— Каролина? — я сморщил брови. — Какая Каролина?

— Её зовут Каролина, Вики мы её называем коротко от Википедии. Я думал, ты уже понял. Так вот, Лиза её увидела, она готова была её перерисовать прямо на месте. Ну и прицепилась: «Ты рисуешь? Я тоже люблю искусство!» В общем, как‑то склеила дружбу. Но даже Лиза не может её вытащить куда‑то надолго.

— Слушай, можешь ненавязчиво узнать у Лизы, где она обычно рисует? Ну, кроме общаги.

Есть какое‑то любимое место? — Я задумчиво повертел в руках телефон.

Макс поднял брови:

— Ты что, всерьёз заинтересовался? Думал, тебе просто забавы ради было.

— Да нет, просто... любопытно, — я небрежно пожал плечами.

Он, конечно, мне не особо поверил, но докапываться не стал. После этого Макс стал мне рассказывать, как вчера он отдохнул в клубе без меня. Я просто кивал, не особо вслушиваясь. Я просто думал о том, как случайно столкнуться с Каролиной. Естественно, не для того, чтобы извиниться. Я ни капельки не раскаиваюсь в своём поступке, для меня это обыденная вещь — ломать то, что не ломается.

Так как мы с Каролиной учимся в разных университетах, было сложно пройти в их кафетерий. Но кто сказал, что она не ходит в столовую рядом с университетом? Зная её как художника, который постоянно ищет себе уютное и тихое место для большего вдохновения, она бы точно выбрала столовую, где тихо и свободно, нежели забитый студентами кафетерий. Но это лишь мои догадки, и кто, если не я, сможет убедиться в них?

На следующий день я намеренно зашёл в столовую рядом с её универом. Просидел я долго, ведь не знал точное расписание её занятий. Лишь предполагал, сколько у неё пар и когда у неё будет свободное время для того, чтобы поесть. И спустя час моего ожидания, она всё-таки появилась в моём поле зрения. Она была одета в кожаную чёрную юбку и светлую блузку с изящной вышивкой по вороту. Её волосы были собраны в небрежный хвост, несколько прядей свободно падали на плечи. Она двигалась легко и уверенно, не замечая меня, погружённая в свои мысли.

Только мне хотелось встать и подойти к ней, напугать своим присутствием и посмотреть на её лицо, полное недоумения, как меня опередили.

Рядом с ней появился какой-то парень и мило ей улыбнулся. Даже Каролина, которая была сосредоточена на выборе салата, ответила ему взаимностью. Не замечая очередь, они что-то бурно обсуждали. Мне плевать на это всё, единственное — этот парень помешал мне осуществить план.

Они сели на свободное место у окна, и, конечно же, Каролина увидела меня за соседним столом. Её реакция была мне непонятна. А если сказать точнее, её вообще не было. Складывалось ощущение, что она знала о моём приходе сюда. Я сжал руки под столом, пытаясь не выдать своё раздражение. Неспокойствие меня раздражало. Я ожидал другой реакции на своё появление, но я так просто не встану и не уйду.

Я подошёл к ним, специально громко скрипнув стулом.

— О, какие люди! — наигранно произнёс я и сел рядом с Каролиной. Она смотрела на меня без эмоций. Но ничего, это мы в скором времени поменяем. — Не ожидал тебя здесь увидеть.

— Соколов, обеденное время. По-твоему, я должна есть в аудитории бутерброды с вонючей колбасой? — она измученно подняла одну бровь. Её взгляд держался на мне буквально пару секунд, дальше она снова повернулась к своему приятелю. — Кирилл, не обращай внимания.

Думай, что это белый шум.

Никогда бы не подумал, что эта дерзкая девчонка является отличницей в своём потоке. Она же ядовитая змея!