Read the book: «За гранью роскоши»

Глава 1. Икс-аэропорт

Москва в три часа ночи принадлежала тем, кому не нужно было спать.

Высотки за окнами автомобиля светились отдельными этажами. Мокрый асфальт отражал фонари, а над городом время от времени проходили самолёты одни исчезали в темноте, другие только появлялись над горизонтом.

Алина Воронова смотрела на огни и в который раз перечитывала сообщение в телефоне.

«Икс-аэропорт. Северный терминал. Вход по вашему имени. 03:00».

Без подписи.

Без объяснений.

Без номера, по которому можно было бы задать вопросы.

Она снова открыла сообщение.

Ничего.

Только адрес и время.

— Вы раньше здесь были? — спросила она водителя.

— Нет, — ответил тот после короткой паузы.

Алина посмотрела на него в зеркало.

— Вы уверены?

— Я впервые получил такой заказ.

Это ей не понравилось.

Она убрала телефон.

— Тогда почему согласились?

Водитель пожал плечами.

— Мне сказали, что поездка оплачена заранее.

Разумеется.

В Икс-аэропорту, судя по всему, всё было оплачено заранее.

Машина свернула с основной дороги и остановилась перед высокими воротами.

Никакой вывески.

Никакого названия.

Только небольшая металлическая табличка с буквой X.

Охранник подошёл к машине, посмотрел на номер, затем на экран планшета.

— Госпожа Воронова?

— Да.

Он открыл ворота.

И всё.

Ни документов.

Ни вопросов.

Алина вышла из машины.

Перед ней находилось низкое здание из стекла и тёмного камня. Никакой вычурности. Никакого золота, огромных люстр и попыток доказать посетителю, сколько здесь потрачено денег.

Наоборот.

Здесь было настолько спокойно, что роскошь становилась почти незаметной.

Машины подъезжали прямо к отдельному входу.

Никаких очередей.

Никаких объявлений.

Даже самолёты стояли далеко друг от друга, словно каждому владельцу требовалось собственное пространство.

Алина медленно вошла внутрь.

Сотрудница за стойкой подняла глаза.

— Добрый вечер, Алина.

Она произнесла её имя так, будто они были знакомы.

— Мы встречались?

— Нет.

Женщина улыбнулась.

— Тогда вам повезло.

Алина не поняла.

— В каком смысле?

— Обычно здесь никто не ждёт знакомства.

Женщина протянула ей тонкую карту доступа.

— Возьмите.

На карте не было ни фамилии, ни фотографии.

Только буква X.

— Куда мне идти?

— Прямо. До конца коридора.

— И всё?

— Вас встретят.

Алина взяла карту.

И именно в этот момент услышала чужую мысль.

Она всё-таки пришла.

Она резко подняла глаза.

Сотрудница улыбалась.

Ничего необычного.

— Вы что-то сказали?

— Нет.

Алина почувствовала знакомое покалывание в висках.

Снова.

Чужая мысль.

На этот раз совсем короткая:

Не опоздать.

Она закрыла глаза.

Всего на секунду.

Когда открыла, женщина за стойкой уже смотрела в другую сторону.

Алина давно научилась не показывать, когда слышит чужие мысли.

Впервые это случилось с ней в детстве.

Сначала она думала, что люди просто произносят свои мысли вслух.

Потом поняла, что это не так.

Она слышала то, что люди никогда не говорили.

Иногда отдельные слова.

Иногда целые фразы.

А последние несколько месяцев происходило ещё кое-что.

Она начала видеть чужие воспоминания.

И вот этого она боялась по-настоящему.

Алина пошла по коридору.

На стенах не было картин.

Только матовое стекло и мягкий свет.

Она прошла мимо закрытой переговорной.

За стеклом несколько мужчин обсуждали что-то на английском.

Один говорил о покупке компании.

Другой называл цифры.

Алина невольно прислушалась.

Не к словам.

К мыслям.

Если мы возьмём контрольный пакет, они не смогут отказаться.

Подпись должна быть сегодня.

Перевод уже ушёл.

Она остановилась.

Вот что отличало этот мир от обычного.

Здесь не говорили о деньгах как о чём-то удивительном.

Здесь обсуждали контроль над деньгами.

В следующем помещении женщина разговаривала с мужчиной о перелёте на другой континент.

— Самолёт будет готов через сорок минут.

— Мне нужно через двадцать.

— Сделаем.

Без споров.

Без вопросов.

Алина продолжила идти.

В конце коридора находилась дверь.

Она приложила карту.

Замок открылся.

За дверью оказался небольшой зал ожидания.

На столе стояла вода.

Рядом чашка кофе.

Её кофе.

Именно такой, какой она обычно заказывала.

Алина остановилась.

Она точно не сообщала об этом.

На кресле лежала папка.

На ней было написано:

АЛИНА ВОРОНОВА.

Она не хотела её открывать.

Но открыла.

Первая фотография была сделана десять лет назад.

Алина узнала себя.

Ей было двадцать пять.

Она стояла возле какого-то здания.

На следующей фотографии была она же.

Другой день.

Другое пальто.

Другой год.

Третья.

Четвёртая.

Пятая.

Алина медленно перевернула последнюю страницу.

Там была фотография мужчины.

Глеб Вольский.

Она знала это имя.

Не лично.

В новостях его фамилия появлялась редко, но если появлялась, то рядом с названиями крупных компаний, инвестиционных фондов и сделок, о которых обычно говорили только на закрытых финансовых конференциях.

Глеб Вольский не был человеком, который демонстрировал своё состояние.

Он просто принадлежал к тем, кому не нужно было этого делать.

Алина посмотрела на фотографию.

И услышала мысль.

Совсем рядом.

Она не должна была увидеть эту папку.

Она резко обернулась.

Никого.

Только закрытая дверь.

Сердце забилось быстрее.

А затем дверь открылась.

На пороге стоял мужчина.

Глеб Вольский.

Алина знала его имя, но никогда не видела его вживую.

Первое, что она заметила, — взгляд.

Спокойный, внимательный, слишком прямой.

Он не рассматривал её бесцеремонно. Наоборот будто сознательно старался смотреть куда угодно, только не на неё.

И именно это заставило Алину обратить на него ещё больше внимания.

Тёмный костюм сидел безупречно. Никаких броских украшений, никаких признаков желания продемонстрировать состояние. Только часы на запястье и уверенная манера двигаться человека, которому редко приходится спрашивать разрешения.

Он остановился в нескольких шагах.

— Алина Воронова?

— Да.

Голос у него оказался ниже, чем она представляла.

От этого по её коже прошла едва заметная дрожь.

Она сама не поняла почему.

Глеб сделал шаг навстречу.

И остановился.

Слишком близко.

Алина почувствовала его запах тёплый, древесный, едва уловимый.

И впервые за весь вечер ей захотелось не услышать его мысли, а просто рассмотреть его.

— Вы пришли, — сказал он.

— Вы меня ждали.

— Да.

Их взгляды встретились.

На несколько секунд Алина забыла, что собиралась сказать.

Глеб первым отвёл глаза.

Это было странно.

Он выглядел человеком, который привык контролировать всё.

Но рядом с ней почему-то контролировал даже собственный взгляд.

Алина почувствовала знакомое покалывание в висках.

Чужая мысль.

Она прислушалась.

Не прикасаться к ней.

Алина вздрогнула.

Глеб заметил.

— Что?

— Ничего.

Она чуть улыбнулась.

— Просто показалось.

Он посмотрел на неё внимательнее.

— Вам часто кажется?

— Только рядом с некоторыми людьми.

На его лице появилась едва заметная улыбка.

— Тогда мне стоит быть осторожнее.

— Возможно.

Алина протянула руку.

— Мы ведь можем нормально познакомиться?

Глеб посмотрел на её ладонь.

На секунду задержал взгляд.

Будто это простое движение оказалось для него сложнее, чем должно было быть.

Потом всё-таки взял её руку.

Тепло его ладони оказалось неожиданным.

Алина приготовилась увидеть чужое воспоминание.

Но ничего не произошло.

Ни комнаты.

Ни голоса.

Ни прошлого.

Только тепло его пальцев.

Глеб отпустил её первым.

— Теперь знакомы.

Алина посмотрела ему вслед, когда он отошёл.

И поймала себя на совершенно неуместной мысли:

ей хотелось, чтобы он снова к ней прикоснулся.

Она тут же отругала себя.

Она приехала сюда за ответами.

Не за мужчиной.

Не за воспоминаниями.

И уж точно не за чувствами.

Глеб остановился у окна.

— Вы пытались меня прочитать.

Это не было вопросом.

Алина медленно повернулась.

— А если да?

— Не получилось?

— Нет.

— Хорошо.

— Почему хорошо?

Он посмотрел на неё.

— Потому что десять лет назад получилось.

Алина замерла.

— Что это значит?

Глеб ничего не ответил.

Она сделала шаг к нему.

— Я вас не знаю.

— Знаете.

— Я вас не помню.

— Это другое.

— Тогда объясните.

Глеб посмотрел ей прямо в глаза.

— Вы были уверены, что не знаете меня десять лет назад.

— А теперь?

— Теперь вы начинаете вспоминать.

В висках Алины резко вспыхнула боль.

Перед глазами на мгновение возникла чужая комната.

Дождь за окном.

Глеб — моложе.

Совсем рядом.

Она услышала собственный голос:

— Ты должен сделать так, чтобы я тебя забыла.

Картинка исчезла.

Алина пошатнулась.

Глеб мгновенно оказался рядом и подхватил её за локоть.

Тепло его руки снова обожгло кожу.

На этот раз она увидела воспоминание.

Но не своё.

Его.

Глеб стоял в той же комнате десять лет назад.

Перед ним была Алина.

Молодая.

Заплаканная.

Он держал её лицо ладонями.

— Я не хочу этого делать.

— Ты обещал.

— Я люблю тебя.

Алина на воспоминании закрыла глаза.

— Поэтому и должен.

Картинка оборвалась.

Алина резко отдёрнула руку.

Глеб сразу отпустил её.

— Что вы увидели?

Она смотрела на него, пытаясь отдышаться.

— Вас.

— Что ещё?

— Я не знаю.

Он помолчал.

— Тогда теперь вы понимаете, почему я попросил вас приехать.

Алина сжала пальцы.

— Нет.

Она подняла глаза.

— Теперь я понимаю только одно.

— Что?

— Десять лет назад я вас знала.

Глеб ничего не ответил.

И тогда Алина услышала его мысль.

Впервые.

Чётко.

Безошибочно.

Она вспомнила слишком рано.

Она побледнела.

Глеб тоже понял, что она услышала.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

А затем он тихо произнёс:

— Теперь вы знаете слишком много.

За стеклом взлетела частная машина.

Огни самолёта растворились в ночном небе.

Алина посмотрела вслед.

И впервые подумала, что приехала в Икс-аэропорт не для того, чтобы получить ответ.

Она приехала туда, где когда-то началась её собственная тайна.

И, возможно, там же начиналось то, чего она пока боялась гораздо больше.