Read the book: «Цена верности»

Глава 1. Театр на лугах.

Небо на востоке наливалось розовым, обещая ясный день. Ветер едва шевелил молодую, апрельскую траву. Где-то высоко кружил ястреб, высматривая добычу. Он не знал, что через час здесь будет не до охоты.

Стояла тишина: слышно было, как фыркают кони и перешептываются бойцы в первых шеренгах. Все ждали.

Макс не спал почти всю ночь. Проверял оружие, перебирал ремни на доспехе, смотрел в темноту за окном. Он уже бывал в бою, в Ристаре, в Диких горах, но то были стычки, осады, короткие схватки. А здесь – армия. Настоящая, с пиками, конницей, горнистами. И он теперь – часть этой армии.

От этой мысли внутри холодело и одновременно поднималось что-то горячее, почти восторженное. Он боялся и одновременно хотел, чтобы бой начался скорее.

Заметно нервничая, парень приблизился к старшему, аккуратно спросил:

– А мне куда?

Фарис задумался. Видел, парень желает быть полезным, да и пора чему-то поучиться.

– А ты берёшь под командование вот этих троих.

Он указал пальцем в латной перчатке на стоящих рядом оруженосцев лет пятнадцати, постарался вложить в приказ побольше значимости.

– И с риском быть подстреленными затаившимся врагом или попасть в какую–нибудь ловушку, объезжаете луга на предмет всяческих неожиданных сюрпризов. Только медленно, чтоб самим никуда не влететь.

Макс обернулся на парней. Те спокойно слушали. Похоже, «риск быть подстреляными» их не пугал.

– Ищете траншеи, волчьи ямы, триволы... Любые оборонительные препятствия, которые могут нам помешать в битве, – продолжил старший.

– Что такое «триволы»? – не понял Макс.

– Ребят, покажите мелкому.

Тут же один из солдат сунул парню под нос небольшую стальную «звёздочку» сантиметра четыре в поперечнике, состоящую из острых шипов, торчащих в разные стороны. Объяснил, что, если лошадь на такую наступит, ничего хорошего не будет. Да, пожалуй, если и сам Макс это сделает – тоже.

– Понял, – кивнул парень, взвешивая «звёздочку» на ладони. – А почему именно мы туда идем? Это разве не опасно? Вдруг там кто-то уже сидит?

Один из оруженосцев смерил Макса снисходительным взглядом. Двое других просто переглянулись.

– Как наименее ценные члены отряда, – старший пожал плечами под доспехом – не смог сдержать своего обычного сарказма. – Если вас убьют или покалечат, войско ничего не потеряет. А отправлять кого-то надо. Заодно и узнаем, есть там кто-то в леске или нет. Так что – вперед!

– Нормально ты заявил! – возмутился парень.

Его «подчинённые» приосанились. Перечить генералу, да еще при всех...

– Так! Тут я тебе ни друг, ни наставник, а твой командир! – пояснил генерал таким голосом, что лошадь Макса шарахнулась. – Ещё раз услышу подобное – откручу башку! Выполнять!

Макс двинулся вниз по холму. Он собирался совсем уже обидеться на Фариса, но догнавшие его молодые объяснили, что подрывать авторитет того, кто старше тебя по званию ни в коем случае нельзя. Даже если он твой близкий друг или родственник. Тем более, на поле боя. А Макс, мало того, что сам звания никакого не имеет, так ещё и погнал... на генерал-фельдмаршала! Для парней оставалось загадкой, как тот вообще отделался предупреждением, и Торинес сразу не снёс ему голову с плеч. Ведь по сути–то, старший сказал правильно: толку от них особого нет, а проверить поле боя было бы неплохо.

Вздохнув, парень решил простить грубость.

На осмотр лугов ушло около сорока минут. По возвращении Макс козырнул под поднятое забрало и доложил:

– Господин генерал–фельдмаршал, территория проверена! Оборонительных препятствий не обнаружено!

Фарис, сдерживая смех, закусил губу, перевёл руку парня от головы к сердцу, сжал его пальцы в кулак.

– Вот так надо. Вольно, боец.

– Очуметь, – пробурчал под нос парень.

Он искоса поглядел на собственную руку, но не решился, хотя и очень хотелось, вскинуть её в римском салюте. А то мало ли что это здесь может означать.

– Аве, Цезарь, блин...

С наблюдательной вышки раздался сигнал горна.

– Забрало опусти, легионер, – Фарис не выдержал – рассмеялся, – маги на подходе. Не приведите Боги, лицом стрелу поймаешь. Или болт. Что одинаково летально.

Действительно, с холма уже можно было разглядеть тянущуюся поодаль тонкую длинную тёмную змейку.

Макс поспешно захлопнул забрало, пристроился рядом с генералом.

– Стоишь тут. Без моей личной команды – никуда, – инструктировал старший. – Просто наблюдаешь и всё. Если нужно будет отходить, я скажу тебе сам. Понял? Больше не слушаешь никого!

Змейка приближалась, быстрее, чем парень ожидал. Фарис скомандовал войску готовность. Стрелки выступили вперед.

Макс обернулся. Дозорный на вышке замер с горном у губ. Рядом с командующим застыл второй горнист.

Над лугом повисла тишина. В воздухе остро запахло сырой землёй, соком истоптанной травы. Парня била мелкая дрожь – напряжение нарастало.

Войска переминались с ноги на ногу. Фарис молча смотрел на приближающегося противника, вертел в руках шлем, почему-то не надевая.

Вот уже стали различимы отдельные фигуры солдат, коней, поднятые вверх пики... Колонна мелькнула между холмов и скрылась за рощей, чтобы через короткое время вынырнуть с противоположной стороны лугов.

Фарис поднял руку.

Маги подходили уверенно и скоро, тут же выстраиваясь в боевые порядки, вскидывая древковое оружие.

Вооружены бойцы оказались кто чем. Одеты странно для армии: у кого-то – добротный латный доспех, хотя и собранный из частей разных гарнитуров; кто-то имел шлемы древние настолько, что веков пять такие уже не носили; кто-то вообще в кольчуге или стеганке. Не оставалось сомнения, что это явно недорогие наемники, причём, из разных гильдий.

Они строились по общим правилам: выставляя наиболее защищённых в первые шеренги, тех, что похуже, запихивая в центр.

Сами же волшебники резко выделялись из строя белыми кирасами и шлемами устаревшей модели, но хороших защитных качеств. Их среди пехоты было мало. Стояли они вперемежку с наёмниками, так что генерал сделал вывод: основная масса волшебников будет конной, либо оставлена в резерве до лучших времен.

Со стрелками у противника по-прежнему оставалась беда, поэтому их прятали по флангам за павезы.

– Артиллерия, готовсь! Вперед!

Зазвучал горн. Стрелки двинулись, не давая магам времени завершить построение.

– Пускай!!! – заорал Фарис – у парня заложило уши.

Стрелы и болты прорезали воздух, хлынули, выбивая из рядов боевые единицы. За первым навесом последовал второй и третий, четвёртый.

Генерал махнул рукой.

– Отходи! Пехота – вперед!!!

Снова сигнал. Стрелки бегом метнулись назад, мимо подступивших почти вплотную пехотинцев. Те пошли на сближение.

С флангов противника полетели стрелы и... огненные шары. Строй инфантерии дрогнул, начал теряться порядок. Фактор внезапности сработал – натиск ослаб.

Командир пикинёров быстро собрался, двинул бойцов. Но строй уже потерял плотность.

– Вашу мать! – Фарис натянул шлем, захлопнул забрало, крикнул парню: – Стой здесь!

Конь сорвался с места, набирая галоп. Командующий выскочил на поле, выхватывая на ходу меч, игнорируя бессильно чиркающие по доспеху стрелы. Обогнул неуверенно идущую пехоту, замедлился, развернулся боком к своим, проорал так, что Макс услышал на холме:

– Вперед! Вперед, ребята! Они верхом пускают! По низу не умеют! Атакуем!!! – и первым рванул на строй магов. – К бою!!! Зааа мнооой!!!

– Генерал на поле!!! – восторженно пронеслось над лугом. – В атаку!!!

Пехота подобралась, бросилась вперед, не обращая внимания на шары, что рвали воздух над головами, и усилия вражеской артиллерии.

Глядя на скачущего прямиком на выставленное оружие друга, Макс вздрогнул, закусил губу, крепко стиснул повод.

Фарис подъехал на длину пикинерного удара, осадил коня, не приближаясь, отбил в стороны несколько орудий. От пытавшихся атаковать конь пятился сам, без команды, не давая ударить хозяина. Такого Макс еще не видел.

Подошла баталия. Генерал отступил к правому флангу, встал, наблюдая. Пики вломились в строй противника, пробивая бреши в сомкнутых шеренгах. Подключились алебарды. Противник огрызался – несколько бойцов упало и не поднялось.

– Отходим!!! – проорал Фарис, разворачиваясь. – Все нааазад!!!

– Отходим!!! – повторил командир в центре войска. – Назад!!!

Бойцы отступали, отбиваясь от наседающих. Как вдруг из-за рощи послышался оглушительный топот.

– Твою мать! Стоять!!! – снова выругался генерал. – Пехота! Держать строй!!! Держать, чтоб вас черти драли!!!

– Держать!!! Оружие к ноге!!! – надрывались из глубины баталии.

Бойцы честно попытались выровняться. Сразу оказалось заметно, что их стало меньше.

– Сомкнуть ряды!!! Пики вперед!!!

На поле боя вылетели всадники с лёгкими саблями в руках. Фарис обогнул ряды своих, выдернул из крайнего молодого паренька.

– Бегом в ставку и стрелков на позиции! Поддержка артиллерии! Бегом! Не добежишь – убью!!! – латный кулак возник возле глаз солдата.

Тот кивнул, машинально приложил руку к сердцу и рванул в сторону ставки.

Всадники противника ринулись в атаку. Строй стоял плотно, выставив пики, – не подпускал на зарубку.

Расстояние до рощи было коротким, кони не смогли набрать карьер, поэтому стоптать никого не удалось. Риттеры пытались достать сверху саблями. Пехотинцы отбивались снизу пиками, что практичней, ибо пика длиннее.

– Первая шеренга, на колено!!! Держать строй!!! – орал Фарис, отбивая мечом атаки сабель. – Не проседать!!! Держаться, ребята!!!

– Не проседать!!! Держать строй!!! – дублировал командир.

И снова дождь из стрел. Накрыло всех, но досталось в основном коням. Доспехи бойцов хорошо защищали даже от прямых прилётов. Стоящие на колене пикинеры целили в лошадей. Вторая шеренга над ними пыталась поразить всадников. Раненые лошади скидывали бойцов, топтали их, мешая остальным прорвать строй.

Возникло замешательство.

– Отходим!!! – генерал махнул горнисту. – Отходим, черти!!! Быстро в тыл!!!

Тот протрубил – с флангов понеслась конница Амшира.

– Отступаем!!! – эхом донеслось из глубины построения.

Пехота начала отходить. Всадники магов пытались ударить в спину, но стрелки Амшира целили в лошадей, отбивая всякую охоту играть в догонялки.

Тем временем, вооружённые палашами и фальшионами риттеры вломились во вражеские ряды. Они теснили неприятеля к центру, не давая рассеяться, перестроиться, закрыться и выставить длинное оружие.

Конь генерала влетел на вершину холма, остановился рядом с застывшим от масштабов происходящего парнем. Фарис стащил шлем, откинул назад волосы, уставился на поле боя.

Его всадники наступали.

Отсюда хорошо обозревалась общая картина: пехоты потеряли немного, но и побили в основном неприятельских лошадей да тех, кого те скинули и придавили.

– Отбой кавалерии! – проорал генерал, непонятно зачем – горнист стоял рядом. – Выпускай стрелков!

Успех кавалерии был очевиден: фальшион прорубал даже доспех.

Конники вернулись. Выдвинулись стрелки, ударили по перестраивающемуся врагу.

– Пехота пошла! – махнул рукой Фарис. – Стрелков не отзывать! Под прикрытием пехота!

На этот раз у инфантерии получилось лучше. Шаров они уже не боялись, а всадников стало меньше.

Маги тоже двинули, наконец, пеший отряд. Противники успешно встретились примерно на середине луга, завязалась схватка.

Фарис дал отбой артиллерии, выпустил всадников теперь уже с копьями.

Пара молний упала сверху, но в пылу сражения, похоже, никого это не впечатлило. На этом магия на сегодня закончилась, и больше волшебники чудес не являли.

После атаки всадников противник развернулся и начал отступать.

Риттеры гнали врага до рощи. Потом горнист протрубил отбой, призывая прекратить преследование.

Армия собралась на холме, построилась. Командиры считали потери. Фарис что-то объяснял одному из герцогов. Макс пытался вслушиваться в разговор и уловить смысл.

И тут протрубили на вышке. Генерал задрал голову.

– Что там?!

– От столицы скачут двое! Галопом! – крикнул дозорный. – Никак произошло что!

Глава 2. Слово короля.

– Жди здесь, – бросил Фарис Максу, отделился от войска, рванул навстречу гонцам.

Те спрыгнули с коней, отсалютовали, как положено.

– Вы чего несетесь? – вскинул брови генерал. – Что случилось?

А оказалось, вот что.

Перед самым рассветом по тёмным отдалённым улицам и закоулкам города пронеслись таинственные типы в чёрном. Они встречались с такими же одетыми в чёрное главами ремесленных кварталов, что-то быстро им рассказывали, совали в руки несколько серебряных монет и будто растворялись в воздухе.

Через полтора часа каждый из глав тайно собрал в своём квартале совет из особо приближенных лиц и дал особые распоряжения.

Спустя ещё час приближённые обошли все без исключения дома в кварталах. При входе клали монету на стол и объясняли, что, как и почему нужно делать.

На рассвете горожане начали выходить на улицы целыми семьями и двигаться к центру города. При подходе к Торговой площади эти ходоки соединялись с другими. И на Дворцовую площадь с разных сторон, громко переговариваясь и сыпля лозунгами, ручьями вытекала уже бурная река народа.

На площади соорудили высокий постамент. На него тут же взобрался растрепанный мужик со свертком в руках и замер, глядя на прибывающую толпу.

Антониэля растолкал камергер.

Король проснулся, недовольно смерил взглядом придворного, но, увидав смертельно бледное лицо того, ругаться передумал, а только спросил:

– Ну что у нас снова?

– Ваше Величество! Там народ! На улице! Они опять! И много!

– Ага, – кивнул Высший, выбираясь из постели. – Опять что ли мятеж?

– Народ занял Дворцовую площадь и требует выслушать его требования! – всплеснул руками камергер. – Говорят, теперь они не просто народ, а какое-то «Общество равных»!

– Эсеры хреновы, – быстро начал одеваться монарх. – Разогнать не пытались?

– Страже не протолкнуться! – возопил придворный. – Такой плотной толпой стоят! Ну, ровно – стена! А силу применять без Вашего позволения не решились!

– Правильно, не решились, – одобрил Антониэль. – Я с ними поговорю.

Он накинул мантию и вышел на балкон.

Народу собралось действительно много. Теперь уже не одни мужики, как в прошлый раз: притащили и женщин, и детей, даже младенцев. На площади яблоку негде было упасть.

Посреди этого безобразия лишь одно место оставалось более-менее свободным.

Ближе к балкону возвышался хлипкий деревянный помост, на котором, размахивая толстенной книгой, сыпал вольными лозунгами растрепанный мужик в видавшей виды душегрейке.

– Эттто ещё что за чудо чудное, диво дивное? – изумился король. – Зачем они этого бродягу сюда притащили? Или это он их так организовано собрал?

Монарх ещё немного понаблюдал за народом, потом махнул камергеру. Тот, в свою очередь, – музыкантам.

Грянули трубы. Толпа замолкла, в едином порыве подняла головы, увидала недовольного короля, барабанящего пальцами по перилам, раскрыла рты, застыла, как парализованная.

– Приветствуем вас, дорогие Наши подданные! – Антониэль высоко поднял руку. – Что у нас с вами опять случилось?

Народ загудел, что-то замямлил, шевельнулся, в едином порыве обернулся в сторону мужика на помосте.

Тот вытянулся во весь свой невысокий рост, вознёс над головой странную книгу в потертой кожаной обложке и провозгласил:

– Ваше Величество! Мое имя Хаэрин! Вам оно, конечно, ничего не говорит, но народ знает меня, как великого путешественника, учёного и даже пророка!

– О, как! – монарх не изменился в лице. – И это ты собрал народ? Чего же ты желаешь?

– Да, народ собрал я! Но только организовал, поскольку Ваши подданные давно уже прониклись идеей, которая подарит им лучшее! Никаких налогов! Никаких запретов! Никто не сможет приказывать, как жить! Богатые сеньоры исчезнут! Власть – в руках народа! Решаться всё начнет в общинах! Центрами таких общин будут священники! Народ станет свободным! Равным! Единым!

– И сдохнет! – в тон выступающему завершил король.

Хаэрин слегка смутился, запнулся, опустил свою книгу.

– Хорошо, не будет сеньоров, – Антониэль криво усмехнулся, – к кому вы побежите за защитой, если на нас нападёт тот же Свилий?

Горожане зашептались, запереглядывались, но идей выдвигать не спешили.

– К священникам будут приставлены маги! Они отобьют любую атаку извне! – парировал Хаэрин.

Толпа одобрительно загудела. Ободрённый «пророк» продолжил:

– Так же в засуху или дождливое лето маги смогут спасти народ от голода! Зимой – от нападения хищников! От лютых морозов! От...

– Так, ладно, Мы поняли! Это у тебя что за книжка? – поморщился Высший. – Программа очередная что ли? Почему такая драная? В стране, где ты её писал, финансовый кризис?

– Путешествуя по разным местам, я набрался многих знаний...

Король скептически приподнял бровь.

– И прочёл множество старинных книг! – «пророк» поднял палец вверх. – Не так давно меня занесло в Бриа. И там, как учёный, я получил доступ к древней библиотеке. Мне на глаза попалось удивительное творение, в котором описывается настоящая история нашего мира.

Хаэрин обвел рукой пространство вокруг себя.

– Так как родом я из Амшира, тщательно изучил этот раздел и выяснил: в древние времена здешними землями правили маги. Боги снисходили до них, вразумляли и наставляли, учили жить и правильно вести свой народ к благополучному будущему. А потом магов вынудили скрыться в стране Бриа. О знании забыли. Нами стали править короли.

Он на миг прервал свою речь, оглядел переминающуюся с ноги на ногу толпу.

– Но короли – совершенно не ставленники Богов! Корона не делает ближе к Богам! К власти, к богатству – да! Но не к милосердию, праведности и доброте! Я раскрыл народу правду! Я желаю лучшей жизни! Не для себя – для своих соотечественников! Чтобы дети росли, не зная лишений, войн, нищеты; старики доживали свой век, уверенными, что потомкам не грозит никаких бед! Я привёл народ сюда, чтобы призвать Вас отречься от короны и трона и передать власть священникам!

Хаэрин выкрикнул это с торжеством, выбросил руку с книгой вверх и замер, ожидая ответа. Грудь его вздымалась, глаза горели праведным огнем.

Народ взорвался криком. Кто-то одобрительно загудел, поднял сжатые кулаки. Младенцы, разбуженные шумом, зашлись плачем. Женщины заозирались, прижимая детей к себе, но возражать мужьям не смели.

Антониэль молчал.

Он стоял, опершись локтями о перила, смотрел куда-то поверх толпы, даже не мигая.

Тишина эта, холодная, как лезвие, постепенно отрезвила народ. Крики стихли. Горожане зашевелились, начали переглядываться.

Вдруг стало слышно, как где-то на краю площади скрипит вывеска на ветру.

Король медленно перевел взгляд на Хаэрина. Усмехнулся уголком рта, не весело, а так, словно вспомнил старый анекдот, который ему рассказывали раз триста.

– А если Мы скажем – нет? Если Мы считаем, что программа твоя – бред, а сам ты – проходимец? Что все идеи, которые написаны в твоей, якобы, древней книжке, ты же вчера и придумал и нацарапал в ней сам?

– Это неправда! – громогласно заявил «пророк», снова подняв книгу над собой. – Я прошёл много миль, претерпевал трудности, лишь бы донести до народа истинное Слово! Знаю, к Вам уже приходили представители простых горожан и просили признать «Общество равных», просили отдать власть тем, кому она принадлежит по праву! Но Вы убили их всех! И горожан, что вышли тогда на улицы, и дворян, что посочувствовали бедствующим, и даже... священника... Это же не Боги, а Вы!

Мятежник впился взглядом в лицо Высшего, словно пытался вырвать признание, раскаяние или уничтожить своим обличением.

– Это Вы убили епископа Кристалла! Под покровом ночи! Тайно! Как преступник! Боги не тронули бы своего покорного слугу! Но Вы...

Такого Антониэль стерпеть не смог. Он отпрянул от перил балкона, вскинул голову.

– Знаешь... путешественник, учёный и кто ты ещё... – начал он почти лениво. – За глупые идеи, разжигание сословной ненависти, подстрекательство к мятежу и прочее, прочее, прочее Мы могли бы сейчас приказать просто выпустить в тебя болт любому, из стоящих за Нашей спиной стражников

Толпа ахнула. Кто-то в задних рядах пригнулся, словно болт уже летел. Хаэрин побледнел.

– Мы могли бы разогнать толпу, что ты собрал. Могли бы, но не сделаем, потому что не хотим гибели ни одной души из Наших верных подданных!

Рука короля легонько хлопнула по камню перил.

– Мы знаем, что книга – подделка. Тебя купили, ради организации вот этого митинга. По голосу и построению фраз Мы видим, что ты не нищий, хоть и влез в робу, имеешь образование, но и далеко не учёный! Учёный понял бы, к чему приведёт отмена налогов, отсутствие централизованной власти и взошествие на трон того, кто не заинтересован в истинном благе народа.

– Я... – начал было Хаэрин, но толпа уже не слушала его. Люди переглядывались, хмурились. Кто-то выкрикнул: «Пусть говорит!» — и тут же осёкся.

– Да, иногда вы, простые горожане и селяне, не можете понять всего того, на что приходится идти правителю ради страны. Налоги, сборы, войны, запреты... Вы думаете, Мы делаем это для себя? Казна так вообще принадлежит Нам? Так, по–вашему?!

Антониэль обвел толпу тяжелым взглядом. Площадь молчала. Даже младенцы притихли.

– А два года назад, когда в мае ударили морозы, померзли всходы и пришлось покупать зерно и прочее, кто из вас хоть монету на это дело пожертвовал? А когда пять лет назад пожар унёс три деревни, из чьего леса вы ставили новые дома? А если б вы его до этого на дрова порубили? Для кого строятся учебные заведения, госпитали, странноприимные дома, мосты, дороги, оборонительные сооружения и остальное? Откуда на это все берутся деньги? А когда на нас нападают другие государства, вы разве ополчением отбиваетесь? Или всё же Нашими бойцами? А их тоже нужно обеспечить и лошадьми, и доспехами, и оружием! И платить им надобно, ибо семьи у них, как и у вас!

Король выдержал паузу. Перевел дыхание. Снова посмотрел на Хаэрина — и тот под этим взглядом сжался, стал будто меньше ростом.

– Мы прекрасно понимаем, чем вы недовольны, но это просто необходимость! Без этого наше государство встанет и откатится в пещерный век! Мы разорим казну, вырубим лес, продадим товары, не станем платить, работать и так далее. Придёт Свилий или ещё кто и всех нас захватит, потому что мужики с дрекольем от войска не отобьются.

Антониэль замолчал. Смерил толпу долгим взглядом, потом усмехнулся и бросил, почти небрежно:

– Считаете, что маги защитят вас от голода, волков и нападения извне? Отлично! Обернитесь назад и посмотрите!

Толпа в едином порыве устремила взгляды в сторону городских ворот.

В столицу стройными рядами во главе с генерал-фельдмаршалом, облаченным в вороненый доспех и белый плащ, въезжал отряд потрепанных бойцов с поднятыми вверх копьями.

Народ ахнул, хлынул в стороны, вжался в стены домов, дабы не попасть под копыта.

Не доходя до дворца, генерал остановил войско полукругом, как бы отрезая выход с площади, сам двинул Тумана под балкон. Толпа перед ним расступалась, как волны расходятся перед идущим под парусом кораблём.

Остановив коня, Фарис снял шлем, отсалютовал королю, склонил голову.

– Ваше Величество! По Вашему приказанию войско магов разгромлено! Наши потери минимальны! Враг потерпел сокрушительное поражение, остался в меньшинстве и позорно бежал с поля боя!

– Ваше Высокопревосходительство, распустите отряд по квартирам. Дайте сутки на отдых! Благодарю за службу!

– Служу королю и Отечеству! – снова прижал кулак к груди и склонил голову генерал.

Он развернул коня и направился к войску. Антониэль развел руками, вопросительно посмотрел на народ.