Read the book: «Семь шагов во тьму. Книга 4»

СТРАШНЫЕ НОЧИ

Было уже темно, когда я вошёл через турникет, вручив Франкенштейну свой билет на «Страшные ночи» в парке аттракционов «Урбана».

Когда я вышел на городскую площадь, то сразу заметил десятки зомби, бредущих по улице и пугающих посетителей. Маски и костюмы нежити были поистине впечатляющими — профессионального качества, куда лучше тех, что продаются в обычных магазинах карнавальных костюмов.

С моего места я видел несколько зданий с аттракционами ужасов и жуткими конструкциями на краю площади. Парк только открылся, и очереди к аттракционам были ещё недлинными, так что я встал в очередь к «Дому с привидениями».

Когда я наконец вошёл внутрь здания, то обнаружил, что оно украшено обычными хэллоуинскими декорациями и реквизитом. Стены были покрыты огромными паутинами с чудовищными чёрными пауками, свисающими почти до головы. Там же стояли надгробья, а из могил рядом с ними тянулись руки, словно пытаясь кого-то схватить. Из-за некоторых колонн в первой комнате выскакивали жуткие монстры — некоторые с бензопилами, топорами и косами.

Пройдя через эту зону, я попал в замок Дракулы. Когда я пробирался сквозь густой туман, я увидел вампирш в гробах с кровью, стекающей с удлинённых клыков. Летучие мыши порхали под потолком, волки выли из тёмных углов, а крысы бегали по полу.

В конце прохода стоял Дракула в своём длинном чёрном плаще и манил к себе, приглашая подойти, прежде чем я выйду в следующую комнату.

Несколько женщин в очереди передо мной завизжали, когда вампир скользнул к ним, а затем исчез, словно по волшебству, в тенях.

Я наконец выбрался из этой части аттракциона и побежал в следующую тёмную комнату. Первое, что я увидел, была полная луна, висящая на чёрном небе в комнате с очень высоким потолком.

Меня встретил угрожающий рык, когда я проходил через логово оборотня. Внезапно на стене, пока я шёл, началась трансформация человека в оборотня — точь-в-точь как в фильме «Вой».

Мои нервы были на пределе, сердце колотилось от пережитого страха, когда я решил, что мне нужно немного воздуха, и зашёл в туман одной из «зон страха». Я не видел собственной руки перед собой — туман сбивал с толку, но край дорожки был ограждён чёрными верёвками, которые не давали мне сойти с пути.

Из тумана на меня прыгнул Хищник с когтями, занесёнными для удара, но, как и вампир, он мгновенно исчез в тумане.

Эта зона казалась лучшим местом, чтобы начать то, ради чего я пришёл, — убивать случайных незнакомцев. Я нашёл идеальный уголок в стороне от протоптанных троп и надел свой костюм безумного клоуна с ботинками длиной примерно шестьдесят сантиметров каждый. Я потратил на этот костюм немало денег, чтобы он выглядел не хуже профессиональных костюмов в самом парке. Посетителям запрещалось носить маски или костюмы, но я не планировал слишком далеко отходить от укрытия тумана, что было критически важно, чтобы мои действия оставались незамеченными.

Моя маска была ужасающей — с жутко разрисованным лицом, выпученными глазными яблоками и ртом, полным острых кривых зубов. На мне также были резиновые когти, выглядевшие невероятно реалистично.

Моим орудием убийства на этот вечер был огромный нож вроде того, что носил Крокодил Данди, с чёрным лезвием, которое я всегда держал острым как бритва.

Мне не нужна была причина убивать совершенно незнакомых людей, кроме как ради развлечения, но была и другая причина выбрать именно этот парк аттракционов: я когда-то работал здесь и был уволен в подростковом возрасте за курение травки. К чёрту «Урбану» и всё, что она собой представляет.

Я услышал два мужских голоса, приближающихся. Они звучали молодо. Я встал на их пути, и когда один из них врезался в меня, я вонзил нож ему в живот и с силой провёл его вверх, вспарывая грудную клетку, затем полоснул вниз и дважды вверх, сделав глубокий разрез — достаточно большой, чтобы его кишки вывалились на землю. Я быстро перерезал ему горло, оттащил его немного к краю дорожки и бросил на землю.

— Джерри, — окликнул его друг, — тебя монстр напугал, приятель? Эй, ты где? Я тебя не вижу.

Определив его местоположение по звуку голоса, я шагнул вперёд и, увидев его растерянное лицо, появившееся из тумана, приставил свой круглый клоунский нос к его носу.

Он ахнул, явно обосравшись от страха:

— Какого хрена? Ты не должен...

Я расправился с ним так же, как с его другом, и сбросил с дорожки в какие-то кусты. Эти две первые жертвы оказались проще простого, если не считать крови, стекающей по моим ногам.

Я решил убить ещё несколько посетителей в тумане, прежде чем сменить костюм. На этот раз я планировал подождать, пока не появятся какие-нибудь тёлки, желательно с большой грудью, — мои следующие жертвы. Реклама парка предупреждала, что никто не должен приходить на «Страшные ночи» в одиночку, так что найти одну женщину в тумане было маловероятно.

Ночь была наполнена рёвом бензопил, и я решил использовать свою бензопилу на следующей жертве.

Мимо прошло ещё несколько пар, и наконец мой путь пересекли две женщины. Их не испугал рёв моей бензопилы. Наоборот, они сами направились ко мне, желая специально испытать острые ощущения. Когда они подошли ближе и увидели мою маску, одна из них игриво крикнула:

— Эй, большой мальчик, надеюсь, твой член такого же размера, как твои ботинки.

Я всегда ненавидел шлюх, так что я снёс ей голову бензопилой прямо с плеч. Другая шлюха — такие всегда ходят парами — бросилась в туман, истошно вопя. Она исчезла, прежде чем я успел её прикончить.

Я решил снять костюм клоуна до того, как прибудет полиция. Водонепроницаемая одежда под костюмом осталась без крови, и как только я снял промокшие клоунские ботинки и натянул шлёпанцы, я был готов продолжить. На этот раз в роли Майкла Майерса, психопата из фильма «Хэллоуин».

Когда я вышел из тумана в сторону следующего аттракциона, я увидел очередь людей, ожидающих входа в величественное пирамидальное сооружение, в котором, по-видимому, располагалась «Гробница мумии». Внутри я понял, что Майкл Майерс здесь будет не к месту, поэтому я снял маску перед входом.

Продвигаясь по каменным коридорам, я в конце концов нашёл тёмный участок с валунами, за которыми можно было спрятаться. Поскольку я был скрыт в темноте, я видел проходящих посетителей, а они меня — нет.

Одна женщина, явно желавшая получше рассмотреть мумию в её гробнице, задержалась позади своих подруг, которые уже покинули аттракцион. Я шёпотом предложил ей зайти за гробницу, где якобы ждал «специальный приз». Не колеблясь, она подчинилась, и когда она шагнула с дорожки туда, где я ждал, я перерезал ей яремную вену и затащил за огромный валун. Позабавившись с ней, я забрал кольца из её пирсинга на память.

Чтобы не встретиться с её подругами, я выскользнул через служебный выход и вернулся в туман «зоны страха». Я увидел справа складское помещение и надел свой последний костюм на сегодня — Призрака Оперы. Я шагнул в густой туман и стал ждать следующую жертву. Интересно, сколько времени пройдёт, пока кто-нибудь найдёт одно из брошенных мною тел.

Мне начало надоедать бессистемное убийство и бесконечное стояние в очередях. Ещё несколько жертв — и я буду готов к шоколадному мороженому в «Макдоналдсе». Я купил сезонный абонемент, и впереди было ещё десять вечеров «Страшных ночей».

После очередного долгого стояния в очереди мысль о мороженом вызвала такой аппетит, что я решил: ещё одна бойня — и я отсюда уйду.

Внезапно я услышал, что кто-то приближается. Похоже, это был один человек. Какая удача. Я знал, что мало найдётся любителей ужасов, достаточно смелых, чтобы бродить по туману в одиночку. По голосу я определил, что это мужчина. Он напевал «Красную Шапочку» группы «Сэм зэ Шэм энд зэ Фэроуз» — песню, которую каждую осень перед Хэллоуином крутили по радио. Снова определив его местоположение по голосу, я встал прямо на его пути.

Внезапно красный круглый клоунский нос коснулся кончика моей маски Призрака. Луч фонарика на долю секунды осветил наши лица. В тот миг я увидел его холодные глаза, устремлённые на мои, и понял, что он не сотрудник парка, а такой же псих, как и я.

Я вонзил свой нож в его живот в тот же миг, когда почувствовал, как его клинок вспорол мой живот; моё тело рассеклось надвое, и нижняя половина шлёпнулась на землю. На мгновение верхняя часть моего тела застыла в воздухе, пока моя рука всё ещё сжимала рукоять ножа, вошедшего в его рёбра.

За секунды до того, как мой разум осознал, что сердце перестало биться, под тяжестью моей верхней половины рука с ножом опустилась вниз, распоров ему гениталии, а затем я рухнул в месиво собственной нижней половины. Я мельком увидел клоуна, заваливающегося назад, и услышал звон его самурайского меча об асфальт, прежде чем исчезнуть навсегда.

Подобные убийства происходили в таких парках и раньше, но владельцы аттракционов скрывали их, чтобы сохранить бизнес. И вот ещё один страшный клоун и ещё один Призрак Оперы лежали в луже крови и кишок.

Бригада по уборке останков зафиксировала схватку на мониторе ночного видения и уже направлялась собрать лопатами останки, чтобы затем отправить их на кремацию.

Чего не знаешь, от того не пострадаешь, но пока билеты продаются, владельцы парков аттракционов остаются довольны.

КТО СПАЛ В МОЕЙ МОГИЛЕ

Я чувствовал себя виноватым за то, что не навещал могилу отца больше года. Генри Уилкерсон усыновил меня, когда мне было два года, а мои настоящие родители, Эрл и Донна Смит, подали на развод. Генри был дядей моего биологического отца и фактически воспитал его, а позднее взял на воспитание меня. За всё время, что мы провели вместе, он был для меня настоящим отцом до самого дня своей смерти.

Участок на кладбище находился в секторе «Королева ангелов» кладбища Морнингсайд в Фэрфаксе, штат Вирджиния. Мой приёмный отец купил три участка после смерти его жены — моей приёмной матери — в 1958 году. Тогда мне было тринадцать лет. Один участок был для неё, второй для него самого, третий для меня. Когда отец скончался в 1981 году, я унаследовал неиспользованный участок.

Я примерно знал, где находятся могилы, но кладбище не разрешало устанавливать надгробные камни из-за сложностей с покосом травы: бронзовые таблички с именами усопших лежали вровень с землёй, и нужную приходилось высматривать среди остальных.

Когда я наконец увидел имена Генри и его жены на бронзовых табличках, я остолбенел, обнаружив, что на моём участке теперь красовалось чужое имя. Я не мог представить, чтобы кто-то был настолько наглым, но тем не менее за прошедший год кто-то похоронил незнакомца рядом с моими приёмными родителями. Какая наглость.

Затем до меня дошло: тот, кто это сделал, вероятно, решил, что этим участком всё равно никто никогда не воспользуется.

Я взглянул на табличку — Алоизиус Дулиттл, родился 31 августа 1950 года, умер 3 октября 2020 года. Рядом стояла бронзовая ваза с букетом засохших роз.

Я отправился в администрацию кладбища Морнингсайд и сообщил высокому худому мужчине, похожему на скелет, у которого, как говорится, одна нога уже была в могиле, о безобразии, которое кто-то учинил. Я показал ему своё свидетельство о праве собственности, и он долго молчал, не в силах поверить увиденному.

Даже после того, как он проверил мои документы, он продолжал твердить, что не понимает, как жена Дулиттла смогла договориться о захоронении мужа на моём участке.

Затем, найдя дело в архиве и изучив подробности, он увидел нечто, объясняющее загадку. Оказалось, что сотрудник Морнингсайда, оформлявший сделку, был уволен за взятки — он разрешал хоронить чужих людей на участках, принадлежащих другим.

Я сообщил ему, что поскольку планирую быть кремированным, участок мне не нужен, и я готов продать его кладбищу за разумную компенсацию.

Он замялся:

— Прошу прощения, мистер Смит, то, что вы предлагаете, исключено. Единственным решением будет эксгумировать гроб и освободить ваш участок.

Участок мне действительно был не нужен, и я взглянул на именную табличку на его чёрном костюме.

— Мистер Плам, — сказал я, — не могли бы вы дать мне имя того, кто незаконно приобрёл мой участок, чтобы я мог связаться с этим человеком?

— Прошу прощения, мистер Смит, боюсь, эта информация конфиденциальна, и я не имею права её разглашать.

Меня обуял гнев.

— Прошу прощения, Плам, но вы продали мой участок человеку, который не имел права его покупать. Я требую, чтобы вы либо сказали мне, кто это, либо выплатили мне компенсацию за участок.

Он выглядел совершенно растерянным и наконец позвонил другому человеку, видимо, начальству, чтобы спросить его мнение по этому вопросу. Закончив разговор, он сказал:

— Это крайне необычная ситуация.

Я перебил:

— Согласен, но не более необычная, чем продажа Морнингсайдом участка, который уже принадлежал мне.

Его лицо покраснело, и, исчерпав все варианты, он нашёл нужные сведения, записал имя и номер телефона покупательницы на карточку и отдал мне.

Набрав номер с мобильного, я задавался вопросом, не слишком ли рано я вмешиваюсь в это дело, вместо того чтобы предоставить кладбищу самому разобраться с ситуацией. После одного гудка я услышал голос оператора:

— Этот номер больше не обслуживается. Проверьте правильность набора и повторите попытку.

Я позвонил в справочную и узнал, что номер был отключён.

Затем я поискал информацию о Присцилле Дулиттл в интернете и обнаружил, что она умерла тремя месяцами ранее.

Я позвонил на кладбище и снова поговорил с Пламом:

— Я только что узнал, что женщина, купившая мой участок, умерла. Если вы компенсируете мне ту сумму, которую ваш сотрудник получил за незаконную продажу, я с радостью продам вам участок. В противном случае я вынужден попросить вас эксгумировать гроб и освободить мой участок.

— Как я уже говорил, наш сотрудник положил деньги в карман, у Морнингсайда их нет.

После долгих «э-э» и «м-м» и нескольких обсуждений с третьим лицом по этому вопросу Плам сказал:

— Мы решили эксгумировать тело, как вы и просили.

Это было не то решение, которого я хотел, но пришлось согласиться. Я уже пытался продать участок на eBay, но безуспешно.

Когда я узнал дату эксгумации, я решил прийти, чтобы убедиться, что могилы приёмных родителей не будут потревожены в процессе.

Пока двое мужчин убирали землю, я стоял поблизости, делая вид, что просто оказался рядом. Во время извлечения гроба одна цепь соскользнула, металлический гроб перевернулся, крышка открылась, и труп Алоизиуса Дулиттла вывалился наружу и упал лицом в грязь. Я не мог сдержать приступ смеха, когда обалдуи, устроившие этот фарс, быстро подняли труп из ямы и поместили в мешок для тела. Затем они положили его вместе с повреждённым гробом в катафалк и уехали.

К концу дня все три семейных участка были приведены в порядок. Я тщательно осмотрел их — всё казалось в порядке. Дёрн на моём участке выглядел так, будто эксгумации вообще не проводилось.

Вечером, когда я вернулся домой, я увидел прикреплённое к входной двери уведомление от Serious Express о том, что они пытались доставить посылку сегодня и попытаются снова завтра. Я заказал новый телефон и разрешил оставить посылку без моей подписи. Поэтому я заполнил бланк и приклеил его к двери.

Я совершенно забыл о доставке на следующий день, и когда вернулся домой, то нашёл на двери записку от Serious Express. В ней говорилось:

— Мы оставили вашу посылку на заднем крыльце.