Read the book: «Счастливый Принц и другие сказки»
Глава
ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО
Есть книги, которые мы привыкли считать детскими, но которые на самом деле написаны для нас — давно выросших, уставших, разучившихся удивляться. «Счастливый Принц и другие сказки» Оскара Уайльда — именно такая книга.
Сам Уайльд, великий эстет и остроумный парадоксалист, не скрывал: его сказки адресованы не столько детям, сколько «ребячливым людям от восемнадцати до восьмидесяти». Сборник появился на свет в 1888 году — во многом благодаря сыновьям писателя, Сирилу и Вивиану, для которых он сочинял истории на ночь. Но то, что начиналось как семейное чтение, превратилось в нечто гораздо более значительное. Уайльд обратился к сказочной форме, чтобы исследовать глубочайшие этические и социальные вопросы — о любви и самопожертвовании, о социальном неравенстве, о лицемерии буржуазной морали.
В этих пяти историях — «Счастливый Принц», «Соловей и Роза», «Эгоистичный Великан», «Преданный друг», «Замечательная Ракета» — нет слащавого счастья. Уайльд не щадит своих героев и не дарит им заслуженных наград. Соловей погибает ради пустого каприза, Ракета сгорает в безвестности, а золото Счастливого Принца исчезает без следа для общества, которое он пытался спасти. Его сказки пронизаны горькой сатирой, а доминирующий дух — это не утешение, а беспощадная правда. И всё же в них звучит надежда. Уайльд верит: подлинное счастье — не в богатстве и не в поклонении, а в способности отдавать, сострадать, жертвовать собой. И эта вера, выраженная с изысканной красотой, делает его сказки не просто чтением, а своего рода нравственным испытанием.
Уайльд-теоретик провозглашал «искусство ради искусства». Уайльд-сказочник пошёл дальше: он показал, что красота и добро неразделимы, что этика становится основанием эстетики. Его проза — это драгоценная шкатулка с парадоксами, афоризмами и утончёнными описаниями, за которой скрывается трагическое мироощущение.
Этот перевод позволяет в полной мере ощутить уайльдовскую интонацию — ироничную, печальную, пронзительную. Он бережно сохраняет музыкальность фразы и остроту парадоксов, делая знакомые с детства сюжеты новыми и неожиданно взрослыми.
Не обманывайтесь обложкой. Эти сказки не для безмятежного сна — они для пробуждения. Для тех, кто готов услышать голос статуи, плачущей над городскими страданиями. Для тех, кто не боится увидеть себя в Мельнике, в Студенте, в Замечательной Ракете. Уайльд писал их не затем, чтобы утешить, — затем, чтобы напомнить: мы всё ещё способны выбирать между красотой и равнодушием, между жизнью для себя и жизнью для других.
Читайте медленно. И будьте готовы к тому, что эти истории запомнятся вам надолго — как напоминание о том, кем мы могли бы стать.
ОСКАР УАЙЛЬД
СЧАСТЛИВЫЙ ПРИНЦ И ДРУГИЕ СКАЗКИ
Посвящается: Карлосу Блэкеру
Счастливый принц
Высоко над городом, на стройной колонне, возвышалась статуя Счастливого Принца. Всё тело его было покрыто тончайшими листами чистого золота, вместо глаз сияли два ярких сапфира, а на рукояти меча алел крупный рубин.
Все им восхищались. «Он прекрасен, словно флюгер, — заметил один из городских советников, желавший прослыть человеком тонкого вкуса, — только не столь полезен», — поспешил добавить он, опасаясь, как бы его не сочли непрактичным, хотя на деле это было совсем не так.
«Почему ты не можешь быть похож на Счастливого Принца?» — спросила рассудительная мать у своего малыша, который плакал, требуя достать ему луну. «Счастливый Принц даже не думает плакать из-за чего бы то ни было».
«Как приятно знать, что в мире есть хоть кто-то совершенно счастливый», — пробормотал разочарованный господин, глядя на чудесную статую.
«Он точь-в-точь ангел», — сказали дети из приюта, выходя из собора в ярко-алых накидках и чистых белых передниках.
«Откуда вы знаете? — строго спросил учитель математики. — Вы ведь ни разу не видели ангелов». — «Ах, но мы видели их во сне!» — ответили дети. Учитель математики нахмурился и принял суровый вид: он не одобрял, когда дети позволяли себе мечтать.
Однажды ночью над городом пролетела маленькая Ласточка. Её подруги улетели в Египет ещё шесть недель назад, но она задержалась: Ласточка влюбилась в прекрасный Тростник. Она встретила его ранней весной, когда летела вдоль реки за крупной жёлтой бабочкой, и, пленённая его стройным станом, остановилась поговорить.
«Полюбить тебя?» — прямо спросила Ласточка, любившая ясность, и Тростник почтительно склонился. Так начались их ухаживания: она кружила вокруг него, касаясь воды крыльями и оставляя на глади серебряные круги. Это длилось всё лето.
«Какая нелепая привязанность! — щебетали другие ласточки. — У неё ни гроша за душой, да ещё и родственников пруд пруди». И действительно, река была полна тростника. Когда пришла осень, все улетели. Оставшись одна, Ласточка почувствовала одиночество и постепенно охладела к своей возлюбленной. «С ней не о чем говорить, — сказала она себе. — И боюсь, она кокетка: вечно флиртует с ветром». И действительно, при каждом порыве ветра Тростник кланялся с изысканной грацией. «Допускаю, что она домоседка, — продолжала Ласточка, — но я люблю путешествовать, а значит, и моя жена должна любить странствия».
«Улетишь со мной?» — наконец спросила она. Но Тростник покачал головой: он был слишком привязан к дому.
«Ты водила меня за нос!» — воскликнула Ласточка. «Лечу к Пирамидам. Прощай!» — и она улетела.
Весь день она летела и к ночи оказалась над городом. «Где бы пристроиться? — подумала Ласточка. — Надеюсь, город приготовился к моему визиту».
Тут она заметила статую на высокой колонне. «Осяду здесь, — решила она. — Место превосходное, воздуха вволю». И опустилась прямо к ногам Счастливого Принца.
«У меня будет золотая спальня», — прошептала она, оглядываясь, и приготовилась уснуть. Но едва она спрятала голову под крыло, как на неё упала крупная капля. «Что за странность! — воскликнула Ласточка. — На небе ни облачка, звёзды горят ясно и ярко, а идёт дождь. Климат в Северной Европе и вправду ужасен. Тростник любил дождь, но это было просто его эгоизмом».
Упала вторая капля. «Какая польза от статуи, если она не защищает от дождя? — пробормотала Ласточка. — Придётся поискать хорошую трубу». Она уже готовилась взлететь.
Но прежде чем она раскрыла крылья, упала третья капля. Ласточка подняла взгляд и увидела… Ах, что же она увидела?
Глаза Счастливого Принца были полны слёз, и они текли по его золотым щекам. Лицо его в лунном свете было так прекрасно, что маленькой Ласточке стало до боли жаль его.
«Кто ты?» — спросила она.
