Read the book: «Про мужиков»

Вместо предисловия

Разумная природа умело распорядилась человеческими чувствами. Мужчины всегда думают о женщинах, а оные ни на минуту не отпускают из своих размышлений первых. При том совершенно не обязательно будучи в парах. И даже наоборот...

Но этот сборник совсем не о любви. Как мог бы подумать читатель, увидев название книжки, и зная, что автор женщина.

Хотя вы правы. Во главе угла всех этих коротких повествований гендерные отношения. Хотя бы потому что так или иначе затрагивают личные контакты между мужчиной и женщиной. И связаны с неравенством их и доминированием одних над другими.

Однако они совсем не обязательно касаются извечного вопроса. Быть или не быть? Вместе. Как положено. Он и она...

Это вроде как бог решает. Однако я уверена в том, что социальные взаимодействия мужчин с женщинами совсем не неизменный факт. А весьма переменчивая материя. Никакого шаблона. Все строго индивидуально. Согласны?

Тогда читайте подборку рассказов, следующих за этим несколько нудным вступлением...

И, к слову, не подумайте, что я вам про покойников вещаю. Потому что веду обо всех речь в прошедшем времени.

Просто те дни, когда с подобными из них я была знакома, ушли в дальние дали. К анализу тех событий мне больше добавить нечего. И я вполне допускаю, что многие из моих персонажей теперь значительно похорошели. И душой, и телом.

Кстати, некоторых я просто придумала. Да нет. Пожалуй, всех. Вы ж знаете, как писатели пишут. Дескать, к реальным событиям рассказанное не имеет никакого отношения...

Иннокентий

Этого неприветливого на вид мужчину, мне кажется, даже в детстве ласковые или не очень родители Кешей не звали. Да и никто не осмеливался. Потому что внешний его вид требовал полного имени. И лучше с отчеством. Просто никто не знал, как его папу величали, а спросить было неудобно.

Да что там. Просто страшно. До того мужчина был хмур и мрачен. Иногда так глянет исподлобья, что собеседник, съев слово, надолго замолчит. А Иннокентий, как будто этого не заметив, опустит глаза и ждет, пока бедолага придёт в себя...

Между тем, мужчина давным-давно жил в обществе и не мог быть свободен от него. Тогда лет сорок ему было. И за плечами имелись и школа, и институт. Где угрюмого парня выучили на инженера-строителя.

Почему-то он выбрал такую стезю. Может, потому что дома, хоть кирпичные, хоть панельные, молчат? Однако с этим можно поспорить. Но не в этом рассказе. Да и работал он не с каменными монстрами, а с людьми.

Трудился на обыкновенной городской стройке. Раньше он там прорабом был, а теперь до начальника участка дослужился.Но только руководители высшего звена отдавали себе отчёт в том, как им несказанно повезло. Потому что дисциплина по месту приложения сил Иннокентия была железная.

У него даже разнорабочие в присущий большинству из них запой не уходили, хотя строительная отрасль, как общеизвестно, самая пьющая в мире...

Никто ничего про Иннокентия не знал. И не спрашивал. Как у такого буки интересоваться? Но случилось невероятное...

Однажды на стройке появилась новая работница. Очень нужной специальности. Отделочница. Вообще-то маляр, но и за штукатурку бралась. И все у неё ладилось. Маленькая такая, невидная, но дельная до восторга.

Иннокентий заметил ее. Как профессионала, не подумайте. Стал часто любоваться её слаженными движениями, точными взмахами рук издалека. И, чудо, порой начинал улыбаться. Надо полагать, незаметно для себя...

Строительный люд сразу заметил перемены в настроении начальника, но сплетничать и строить прогнозы никто не торопился. А маленькая малярша просто как-то подошла к Иннокентию и без всякой субординации назвала его Кешей.

Какую-то ерунду спросила, а сдвинула огромный айсберг.Впервые в жизни, наверное, услышав свое уменьшительно-ласкательное имя, тот помягчел лицом и расслабился. С работы они ушли вместе...

И все каменщики, бетонщики, сварщики и монтажники с каким-то благоговением начали наблюдать за тем, как из странного субъекта в потрепанных джинсах рождается зачётный мужик, которого хоть на картинку модного журнала помещай...

А некрасивая малярша как будто и не понимала, что, по сути, стала феей. Она каждый день после работы скакала вокруг своего любимого и тарахтела какие-то глупости. Он слушал её внимательно и даже иногда что-то отвечал.

А потом она убегала домой. Наверное, ужин готовить. А Иннокентий заканчивал свои производственные дела и тоже торопился оставить стройку.

Это раньше он мог сидеть в кабинете хоть сутками. А теперь у него была и другая жизнь. Личная...

Юрий

Когда говорят о ком-то, дескать, золотые руки у мужика, я всегда вспоминаю Юру. Нет, кажется, такого дела, с которым он бы не справился. И не только прикрутить, прибить, завинтить...

Умел Юра и ремонт сделать. Почти что евро. Если кто понимает, что это значит. Потому что большинство европейцев такого термина, поди, и не знают...

В общем, дома у него все работало, закрывалось и открывалось, что, согласитесь, бывает нынче совсем не в каждой квартире. Любая хозяйка рядом с ним бы расцвела. Работая потихонечку свою женскую работу. Помыть, постирать, приготовить...Вот только супружнице нашего Юры было глубоко безразлично, что дома не то что разрухи нет, а и вовсе имеется сплошной порядок. Потому что она и дома-то не бывала.

Все работала и работала. По её словам. Имея ненормированный рабочий день. Бухгалтером. В солидный фирме. Настолько солидной, что там и поздним вечером что-то считали. Наверное, деньги.

Юра очень жену жалел. Закончив после работы домашние дела, садился на диван и думал. Хотя мог бы взять телефон, да в танчики поиграть, или новости почитать. Как все. Но ему не хотелось. Он ждал. Ему всегда хотелось, чтобы жена побыстрее пришла. Без неё было плохо...

Она наконец возвращалась. Торопливо ела приготовленный им ужин, чмокала его в ухо и убегала в ванную. Потом незаметно оказывалась в спальне, и, когда Юра, прибравшись на кухне, торопился обнять её, она уже сладко сопела под одеялом.

— Устала, — с нежностью думал хозяин этого дома и улыбался. А гостья, по-другому-то как её назовёшь, ничего не знала о том, какие глубокие чувства вызывает у мужа. Чужого ей, по сути, человека...

Утром она так же небрежно, как и вечером, съедала свою кашу из овсянки, как положено даме, ведущий здоровый образ жизни, сваренную Юрой, допивала некрепкий чай, хотя любила погуще, и отправлялась считать свою бухгалтерию.

Юра работал дома. Имея сеньорский айти-статус. И разбирался в своих прогах, как слесарь в болтах и гайках. То есть, отлично. Без багов, если что. Мог дебажить, мержить и фиксить. Но в меру. Сутками за компом не сидел.

Впрочем, речь не об этом...Зарабатывал соответствующе. Но деньги старался зря не тратить. Копил. Хоть это и не модно. Мечтал о том, что у них с женой будут дети. Вернее, дочка. Такая же красивая, как супруга. И такая же умная и стильная. А ведь иначе как?

Бедный Юра и не предполагал, что у его любимой жены не было никаких планов ни на общих детей, ни на совместную жизнь. Чтоб и в горе, и в радости. Чтоб...

Впрочем, она еще нескоро ушла от мужа. Некуда было, и хитрая женщина пользовалась любой возможность жить как у Христа за пазухой. Экономя свои силы, эмоции и привязанности. Для кого-то другого. Не для Юры...

Справедливости ради надо упомянуть, что второй её муж, выбранный дамой вместо Юры, был редкий гад. И пил, и гулял, и бездельничал дома. А дверца платяного шкафа, оторванная несколько лет назад, сиротливо стояла у стены в их квартире. Кем-то прислоненная.

Юру бы сюда. Он бы все поправил...

НИКИТА

Ленивый мужик - очень плохая сущность. Потому что перевоспитать такового невозможно. А смириться, как теперь говорят, с бездействием, чревато. Ведь все-все окажется на женщине. Или на маме, или на жене. Весь груз жизненных и бытовых проблем...

Впрочем, родительница нашего Никиты оказалась мудрой. Как только поняла, что взрослый сын надолго не задерживается ни на одной работе, быстренько разменяла большую, к счастью, квартиру на две. Маленькие. И отселила недоросля. Иди, мол, сынок, в свое плавание...

Тот попервоначалу обрадовался. Очень уж манила жизнь без мамкиного пригляда. Только он упустил, что кроме надзора родительница обеспечивала ему не только чистые рубашки, но и суп. И все это в одночасье исчезло.Однако, делать нечего. Зажил самостоятельно. Утром недоуменно косил взглядом на хлебницу. А там не то что булки, корки сухой не было. Не говоря уж о масле в холодильнике. Старый все ж мамаша ему отдала.Так и пришлось на работу устраиваться. Водителем. В фирму.

Ездить Никите понравилось. Не так часто приходилось, чтобы уставать, но и не так редко, чтобы заскучать. Только недолго трудился. Должность сократили в связи с небольшой нужностью перевозок. Посчитали, что на такси сотрудникам будет передвигаться дешевле.

Несколько недель Никита пролежал на диване, проедая денежку, выплаченную по сокращению. И, честно признаться, уже начинал размышлять, что придётся опять устраиваться на работу. Благо, что знал — шоферить не очень тягостно.

Поэтому пошёл в другую фирму. Опять на водителя. А там порядки другие. Не комфортные. Межгород. Ненормированный рабочий день. И самому машину мыть. И ухаживать за ней.

Справедливости ради надо сказать, что Никита аж два месяца терпел это безобразие. И, может, ещё бы пришлось, если бы не счастливый случай. Аккурат с девушкой познакомился. И не просто погулять...Съехались они. Стали жить-поживать в Никитиной квартирке. И сердобольная барышня как-то, после очередного потока жалоб любимого на изматывающую работу, посоветовала ему подыскать другое место службы.

Она, может, думала, что он сначала найдёт вакансию, а потом уволится, но Никита не собирался совмещать эти два процесса. Хлопотно.

Рассчитался. И, лежа на диване, начал искать новую синекуру. Понятно, дело не двигалось. Кто там по телефону что посоветует? Да ещё, чтоб ничего не делать...К тому же, зачем напрягаться? В хлебнице всегда была булка, а в холодильнике масло...

Я вам больше скажу. Хлопотливая спутница Никитиной жизни даже суп варила. Так и жили они. И даже ладили. Вы ж знаете, есть женщины в русских селеньях...

А потом у них дети родились. Две девчонки. Близняшки. Но брак оставался гражданским. То ли Никите было лень суетиться, чтобы зарегистрировать его, то ли что другое.

Да и зачем, если все хорошо было? Когда сожительница с детьми недолго сидела в декрете, её родители помогали. А потом она опять хорошую работу нашла. Тем более что институт заочно закончила.

Нет, Никита пару раз тоже куда-то пристраивался. Но работать ему было тягостно и непривычно. Опять ныл и жаловался. И получал разрешение уволиться. Чтобы подыскать другую должность...

Но это ж не к спеху? Тем более, что бабушка, Никитина мать, внучкам все-все покупала. Очень их полюбила. И обувала, и одевала. Кровиночки...