Read the book: «Подземник»
Глава 1
Агата провожала взглядом тяжелые свинцовые облака. Там, в серой вышине, бранились тучи, и она подозревала, что совсем скоро хлынет дождь. Это её совсем не устраивало, ведь это означало, что до университета она доберется промокшая насквозь, а сменной одежды она не взяла. Зонт, по иронии судьбы, был сломан, а футболка легко продувалась. Возвращаться домой не хотелось, а потому Агата вздохнула, а затем покосилась на стоявшую рядом Нину. Подруга, несмотря на спешащих мимо людей, задумчиво смотрела вдаль. Агата с интересом глянула туда, куда смотрела Нина. Там, на противоположной от них стороне, на пустыре, толпилось несколько детишек. Они с интересом поглядывали то на небо, то на клочок земли, вокруг которого столпились. Вероятно, под их ногами находилось что-то занятное, но из-за большого расстояния Агата все никак не могла рассмотреть, что же там было.
— Ну хотя бы не сидят, уткнувшись в гаджеты. — Агата пожала плечами.
Нина кивнула, но промолчала.
— А ты помнишь, когда-то и мы там играли?
Нина снова кивнула. В небе громыхнула молния, и дети, весело завизжав, начали прыгать и толкаться. Агата непонимающе нахмурилась, а затем сделала шаг назад, под козырек дома, утягивая за собой и Нину. Та послушно последовала за подругой, не прекращая смотреть вдаль.
Их дом, блеклая многоэтажка, стоял на самой окраине города. Когда-то он и правда соседствовал с широким лесным массивом, но пару лет назад недальновидный застройщик выкупил большой участок напротив их дома и повалил все деревья. Но деньги у застройщика неожиданно закончились, и обещанную высотку так и не построили. Там, где раньше царствовала буйная зелень, более ничего не выросло.
Так и образовался пустырь. Агата замечала, что местные дети туда часто заглядывали, рассматривая что-то в жухлой траве.
Наконец, когда на крыльцо дома упала первая дождевая капля, ребятня замолкла и сосредоточенно уставилась на что-то под своими ногами. Не сбавляя темпа, следом хлынул ливень, создавая бурные потоки воды на тротуарах и поломанной детской площадке. Нина хотела было что-то сказать, но позади неё громко хлопнула подъездная дверь, и мимо Агаты промчался Сашка — их сосед и по совместительству младший брат их общего друга Вити Шубина.
Мальчишка шустро соскользнул со ступенек и помчался к своим друзьям.
— Саша! Куда?! — только и успела выкрикнуть Агата, шагнув вслед за мальчишкой.
Тот, не сбавляя бега, быстро обернулся и, указав пальцем на пустырь, прокричал:
— Туда! Там вода!.. Вода! — И, задыхаясь, рванул дальше.
— Простудятся же. — Вздохнула Агата, а затем, не глядя на Нину, закинула на спину рюкзак.
Морщась от холодного дождя, девушка аккуратно спустилась по влажным ступенькам, а затем, повернувшись к подруге, махнула на прощание рукой:
— До вечера! Помни, в шесть у Витька! — крикнула она, стараясь перекричать ливень.
— Хорошо, — тихо ответила Нина, а затем развернулась и зашла в подъезд.
Лиховск был старым, измотанным временем городом. Построенный еще в советское время, он уютно расположился под крылом Архангельска. Выстроенные в ряд пятиэтажки, пара панельных девятиэтажек на окраине. Широкие улицы, обрамленные тополями; аллеи, главный парк с детской площадкой, где на качелях и горке давно облупилась краска. Работающий по вторникам и четвергам дом культуры, музыкальная школа, на пустыре — ежегодный зимний каток, заливающийся инициативными родителями.
Между тем электричка номер А086 медленно утягивала за собой Агату и всех желающих в Архангельск. Там, практически в самом центре города, возвышалось темное здание — Северный государственный университет морского и речного флота. Агата успешно завершила первый курс на факультете кораблестроения и сейчас мчалась в университет, чтобы разобраться с зачетками и переговорить с куратором направления, так как являлась старостой группы. Последние деньки июня оказались на редкость дождливыми, но радость от сданной сессии все еще грела душу Агаты и многих её одногруппников.
— Дождик, — задумчиво пробормотала старушка, сидящая по соседству с девушкой.
Агата вяло кивнула, а затем вновь попыталась растереть окоченевшие руки.
— Надеюсь, что на каникулах будет стоять солнечная погода.
Женщина, сидящая поодаль, слегка кивнула головой в знак согласия с Агатой, а затем, порывшись в леопардовой сумке свободной рукой, вытянула бархатный мешочек.
— Дамы, а хотите скоротаю наше время?
Старушка, бросив взгляд тусклых глаз на мешочек, нахмурила брови:
— Мой век и так короток.
Тогда незнакомка перевела взгляд на Агату и снова задала вопрос:
— А ты, девонька? На любимого погадаю, хочешь?
Агата, не зная, что ответить, кивнула в сторону мешочка и ответила вопросом на вопрос:
— Что это?
Женщина довольно улыбнулась, а затем, поставив стаканчик с чем-то мутным на пол вагона, скинула с другой руки лямку сумки и одним движением руки вытряхнула на колени колоду карт.
То, что это были карты, Агата поняла сразу, но вид у них был совершенно необыкновенный. На темных рубашках золотым тиснением были выгравированы римские цифры, обрамленные лозой и цветами. Где-то поблескивали стразы, привлекая внимание к той или иной карте. На лицевой же стороне мелькали разные картинки — где-то виднелась широколицая луна, наблюдающая над бурным потоком воды; где-то, держа в руках венки, плясали девушки. На последней из карт, что попалась на глаза Агате, виднелся рогатый черт.
Агата сжала губы, не зная, что сказать.
Незнакомка тем временем поправила свои огненно-рыжие волосы, а затем, хищно улыбнувшись, сгребла карты и начала тасовать.
— Издревле считалось, что карты — наши проводники в мир тонкой материи. Туда, где уже все известно.
Старушка, сидевшая до этого молча, перекрестилась.
— Тьфу ты.
— Ой, ну перестаньте. — Закатила глаза женщина. — Это универсальный инструмент. Рабочий. Вот давай, девочка… Как тебя зовут?
— Агата.
Девушка, пытаясь защититься от холода, скрестила руки на груди и вжалась в сидение вагона. Её заинтересовала яркая колода в руках незнакомки.
— Агата… Берегиня скрытых троп. Замечательное имя. Ну что, Агата, на кого погадать? На мальчика?
Девушка отмахнулась.
— Не знаю. Давайте на что-то судьбоносное. Может, на будущее? Например, на то, как пройдет мое лето?
Женщина с интересом закивала, отчего рыжие прядки веселыми завитками вновь выбились из общей прически и упали на лицо. Не обращая на это внимания, она начала что-то шептать и тасовать колоду.
— Ну и надо оно тебе, девонька, — прошептала рядом сидящая соседка, но заинтересованных глаз от предсказательницы не отвела.
Агате было непонятно, надо ей это или нет. Если это поможет скоротать время, пока они едут до Архангельска, будет замечательно.
— Встань, да покажись… — бубнила незнакомка, а когда и старушке, и Агате это начало уже надоедать, предсказательница вытащила три карты и, недолго думая, разложила их у себя на коленях.
— Ну что, детка, — начала было она и, взявшись за первую карту, перевернула её вверх лицевой стороной.
Агата с интересом взглянула на неё, отмечая искусно нарисованное колесо с различными мордочками животных.
— Что это значит? — спросила она.
— «Колесо Фортуны», — на выдохе прошептала женщина, а затем открыла еще две карты.
Юная пассажирка рассмотрела и их: кровавые тона карт, а также разрушающиеся здания наверняка не сулили ей ничего хорошего. От увиденного Агата немного расстроилась.
— Интересно… — прошептала предсказательница.
— Это плохо? Фортуна — вроде хорошее значение, да? Повезет в чем-то?
Женщина с прищуром глянула на карты, а затем на девушку. Что-то в её взгляде не понравилось Агате.
— Вторая карта — «Суд». А затем — «Башня».
Старушка, что наблюдала за предсказанием, замерла. Даже звук колес перестал бить в уши, а неугомонные студенты, сидевшие через пару скамеек от них, замолчали. Казалось, словно что-то зловещее притаилось в уголках вагона. Бросив взгляд на Агату, соседка шустро перекрестилась, а затем перекрестила и её.
Женщина же, словно пребывая в трансе, с удивлением разглядывала карты. Она глубоко дышала, вдыхая через нос и выдыхая через рот. Сама Агата задумалась. Воспоминания, наспех заколоченные в её сознании, скреблись и царапались, просясь наружу, но, увы, вспомнить то, что так отчаянно рвалось изнутри, не получалось.
— Колесо Фортуны уже запущено, дитя. Тебе придется столкнуться с собственной тенью. Откликнуться на призыв, который ты уже ощущаешь.
— И для чего? — нахмурившись, спросила студентка.
— Чтобы разрушиться. О, кажется, тебе предстоит умереть, Агата.
За окном ярко сверкнула молния, а затем по всему небу прокатился раскат грома. Черное свинцовое небо вздрогнуло, а затем, словно подпевая жуткой песне, в вагоне замигал свет. Старушка прошептала что-то, а затем чуть громче добавила:
— Чегой ты такую пургу несешь?! Девчушке такую судьбу пророчишь! Стыдно должно быть вам, шарлатанам!
Женщина обескураженно глянула сначала на старушку, а затем перевела взгляд на Агату. В попытке объясниться она сначала подержала в руках одну карту, затем вторую и, наконец подобрав слова, произнесла:
— Тропу своей жизни каждый прокладывает собственными шагами. Сегодня видение одно, завтра может быть совсем другое… В конце концов, «Башня» не означает смерть, ровным счетом, как и сама карта «Смерти». Возможно, ты… Ты же учишься, верно? Может, ты поменяешь университет? Или переедешь в другой город?
Агата едва кивнула.
— Ну вот, видишь! Не слушай тетку, я иногда как впаду в транс, как наговорю жути… — Она неловко рассмеялась, а затем, не ощутив поддержки, шустро сложила карты в мешочек.
— Пугаешь детей и только, — вновь осуждающе произнесла их соседка.
Женщина же, намереваясь встать со скамьи, схватила было сумку, но затем, еще раз глянув виноватым взглядом на Агату, вновь открыла мешочек с картами.
— Больше не надо… — начала было девушка, но рыжеволосая предсказательница усердно продолжала искать что-то среди колоды.
Перебирая карту за картой и вглядываясь в изображения каждой, она то и дело что-то бубнила себе под нос. А когда нашла, схватила и неловко протянула руку с одной-единственной картой Агате в надежде, что та её примет.
Агата, в общем-то, не собиралась. Но там, глубоко в груди, где билось её сердце, что-то покалывало, манило, а потому она отчего-то решила принять из рук женщины карту, мельком глянув на её лицевую сторону. Там, под яркой золотой звездой, сидела девушка, а из резного кувшина, что стоял у неё на коленях, стекала вода. Агате стало забавно, ведь если слегка наклонить карту, казалось, что вода действительно льется, настолько был искусен обманный эффект рисунка.
