Read the book: «На княжеской службе. Ливонский орден»

Глава 1. Задание князя

Два года мирной и спокойной жизни прошло с той ночи, когда Ратмир вёл ратников против горожан. Бояр после этого в Смоленске сильно поубавилось, а оставшихся князь держал в кулаке. Ратмир служил князю, выполнял любые задания. Появились длинные деревянные мосты, появились и каменные. Новые верфи и дороги, кузнецы ковали новые, крепкие мечи в новых, горячих печах. Появились в городе стеклодувы и ремесленники, о которых и не ведали до того.

В последнее время молодой боярин занимался новым делом. Он обучал каменотёсов. Множество молодых парней и мужиков в годах учились скалывать породу с помощью деревянных клиньев, разбухших от воды или огромных кувалд.

Другая артель, уже не в каменоломне, а вблизи города, а не в каменоломне, делали грубую формовку молотами-топорами или скобелями. Уже в самом городе, третья артель проводила тонкую обработку зубилами и бучардами.

Третья группа уже была на строительстве, из новых камней порешили ставить каменный кремль, и фундамент уже был готов, стены уже поднимались ввысь, но тут Ратмир придумал, как ставить арки с помощью другого вида камней. Глины вокруг Смоленска было безмерно много. Молодой мастер на все руки придумал делать из глины совсем маленькие камни, их обжигали в печах и тут же несли к стройке. Да и не просто ставили стены, как Бог на душу положит, а всё по чертежу, всё по науке.

Князь нарадоваться не мог на такого мастера. Дорожил им пуще глаза. Ратмир наблюдал за обжигом глиняных камней, когда его окликнул гонец.

— Здрав буди Ратмир Владимирович.

— И ты не хворай, парень. Что там у тебя? Грамота от князя?

— Да уж не грамота, призывает тебя князь наш, беседовать желает.

— Ступай, скажи, что поспешу, скоро прибуду. Эх, поработать не дают, а после в вину поставят, что ко времени не поспели.

Ратмир скинул фартук и схватил свой парчовый кафтан и шапку. До княжьего терема было недалеко. Но видно дело спешное. Гонец держал в поводу вторую лошадь, Ратмир запрыгнул в седло и поспешил.

Войдя в палату, удивился, никого почти не было там. Только сам князь и батька его. Начал было кланяться, да его прервали.

— Проходи Ратмир, садись-ка, нет времени на этакий политес, только что гонец привёз плохие вести.

— Что, татары идут?

— Сплюнь, такой беды нам ещё не хватало. Нет, Братство рыцарей Христа Ливонии зашевелилось.

— И что с того? Они вечно шебуршатся. Я сюда ехал, они и тогда воевали, охотников набирали, снаряжали оружием.

— То было тогда, а то стало сейчас. Верные вести привезли, что нацелились они на нас, уже и не только главные братья про то ведают, а и все говорят. Последний конюх знает, что скоро на Смоленск идти.

— Ишь ты, неужто осмелились?

— Выходит так, собрались, значит.

— Так войско надо готовить, городовой полк собирать.

— Голова! А знаешь, сколько городовой полк жрёт каждый день? А кормить их мне, а когда точно рыцари явятся? Мы по миру пойдём и без ливонцев.

— Вот как, понимаю. А что ж делать?

— Вот для этого мы тебя и позвали. Ты у нас учёный муж, с дюжины языков толмачишь, заморские края повидал. Стало быть тебе дорога к ливонцам. Разузнать, повыведать, что там и к чему, да письмишко с верным человеком прислать. А сможешь, так наймись к ним ратником, тогда уж верно всё вызнаешь, и мы готовы будем.

— Не ожидал такого оборота.

— Стало быть испугался?

— Отчего же? Всё исполню, только неожиданно.

— Так я тебя сейчас из города не гоню. Ты дела передай без спешки, человека вместо себя назначь, да и отправляйся денька через три. Помощника своего возьми, Игнатку- охотника. Мы его знаем уже, человек верный, с ним письмишко и передашь.

— Раз так пойду готовиться, многие дела решения требуют. Дай Бог за три дня управиться.

— Ступай, а мы тут ещё покумекаем, что и как делать. Может, что и надумаем.

Ратмир выбежал с подворья бегом, даже лошадь не стал брать. Игната нашёл там, где он и должен быть.

— Игнат, один ты, никого нет?

— Один, а ты чего такой? Будто у тебя шапку с головы украли?

— Хуже Игнат, нам с тобой снова дорога выпала, через три дня выезжаем.

— Дело привычное, надо, значит надо. Значит, поедем и исполним службу.

— А куда знаешь?

— Откель мне, но ты сейчас расскажешь.

— В Ливонию.

— А чего ж мы там забыли?

— А вот то и забыли, что тебе знать не велено. Позже сам поймёшь, а пока и не надо.

— Ну, стало быть, будем готовиться в путь-дорогу.

— Будем, да только не болтай, кому попало.

— Дело привычное, и помолчать могу.

— На том и порешили.

***

Вечерело, Ратмир отправился домой, шёл своим ходом, не верхом, смотрел по сторонам. Красив Смоленск, а его трудами ещё красы прибавил. Вот дорога, не грязь да распутица, а камнем вымощена, широка, две телеги могут разъехаться. Сколько труда в неё вложено, сколько монет потрачено, зато польза велика, Телеги и подводы не вязнут, быстро катятся, хотел Ратмир и за городом мостить, да у князя на такое денег не стало. Ну и пусть, успеется всё впереди. Тут вспомнил он про княжье задание и нахмурился. А может и не успеет он достроить, что хотел. Врагу в пасть голову совать опасно, опаснее, чем в поле биться. Одно подозрение и тебе конец, даже если не убьют, запытают, искалечат. Как же Ладе про то рассказать? Да может и вовсе не говорить, не бабское это дело, её дело сына нянчить и блины печь. Не стану говорить, скажу, уехал по княжьему делу и всё тут. С этими мыслями он и пришёл к своему терему. Уже не таков это был терем, как сразу после свадьбы. Девок-служанок, только, полдюжины, истопник, да пара парней, по хозяйству помогать, с тем, что девки не осилят. Со всеми Ратмир ладил, все его уважали, а Игнат поначалу с семьёй тут же обретался, да потом захотел и отдельно поселиться. Ратмир справил ему хороший дом, с большой печью, тот был рад-радёшенек. Вошёл в терем, стянул сапоги, кафтан и шапку и прошёл в горницу. Лада сидела с сыном, маленьким ещё был, всего-то год назад на свет появился. Но неладное заметила сразу.

— Что не весел?

— Чего это сразу не весел?

— С того, что вижу по лицу твоему.

— Да, от тебя, пожалуй, не спрячешься.

Поднял сына на руки, подкинул, малыш засмеялся счастливо.

— Князь новую службу придумал, в Полоцк отправляет, послом к князю полоцкому.

— Я же вижу, когда ты недоговариваешь, зачем обманом меня обижаешь?

— Да не вру я, не веришь, сходи к отцу да спроси. Глядишь, князь-батюшка твой тебе и не соврёт.

— Сам знаешь, что не пойду, что сор из избы не вынесу.

— Вот и не выпытывай тогда. Не бабское это дело, твоё дело сына нянчить и блины печь.

— А чего раскраснелся тогда?

— Вот от твоих расспросов. Всё, на том и закончим, пойдём-ка лучше, уж и вечерять пора.

— И то верно. В следующие три дня Лада про посольство в Полоцк не упоминала. Только молча собрала Ратмиру снедь и одежду в дорогу. Ратмир был этому рад, ему так было легче. Игнат тоже готовился, заходил каждый день, но дорогу они в тереме не обсуждали, выходили в сени или на двор. По прошествии трёх дней Ратмир и Игнат сначала явились к князю. Он словно постарел на десять лет.

— Что ж ты, князь не бережёшь себя? Ведь на князе на Руси всё держится, без князя только свара и беда будет.

— Всё так Ратмирка, да только забот уж больно много. Степь горит, там бушуют степняки, с другой стороны Ливонский орден скучать не даёт. А я ведь не только про Смоленск думать должен, Вон сколько земли у нас, за каждую деревушку я в ответе. Игнат раньше робел, а теперь по обвык и не боялся говорить при князе.

— А я раньше думал, что князем быть легче всего. Сиди себе на резном троне, да оброк считай.

— Князь аж засмеялся от этих слов, — ну что, касатики, собрались, готовы?

— Готовы, за последним словом пришли.

— Вот вам слово, Магистр в открытую сбор войска объявил, только куда пойдёт не сказал. А понять куда, дело не хитрое. На западе все паписты, только на востоке есть земли, а там только Полоцк, Витебск и мы. А Полоцк и Витебск им не противники, сомнут их и к нам. Объединяться надо, а они послов моих нагайками погнали, думают, что я хочу их под свою руку согнуть.