Read the book: «Хроники Тёмного Рока»

Рассказ первый.

Две форели.

Пролог.

— Знаешь, Петя, что больше всего мне нравится в нашей работе?

Профессор Зиновьев откинулся в кресле, заложил руки за голову и с наслаждением уставился на верхнюю перегородку рубки. Перегородка была серой, с подтёками конденсата и надписью маркером: «НЕ ТРОГАЙ, ЗАРАБОТАЕТ САМО». Надпись была трёхлетней давности.

— Что, Аркадий Львович? — Пётр Иванов, штурман, пилот, матрос и по совместительству специалист по полевой медицине, не отрывал взгляда от панели навигации.

— Вот так сидеть. И ничего не делать.

Иванов хмыкнул.

— Мы сейчас летим в жестянке размером с автобусную остановку, в грузовом отсеке у нас аморфная хрень, которая вчера пыталась меня сожрать, а вы говорите — ничего не делать.

— Ну так сожрать она пыталась тебя, а не меня. И вообще. Я говорю о принципе, Петя. — Зиновьев мечтательно прикрыл глаза. — Вот представь: ты большой начальник. Сидишь в кабинете. Дубовый стол. Кожаное кресло. Кондиционер. Секретарша. За окном — не космос, а, скажем, вишнёвый сад. И тебе приносят бумажки. Ты их подписываешь. И всё. А всю работу делают подчинённые.

— И за это платят?

— Не только платят. Ещё и уважают. И на банкетах говорят: «Аркадий Львович, вы гений!» А ты такой: «Спасибо, коллеги, это не только моя заслуга. Мне помогала моя команда». И тебе грамоты и премии. А ты ни черта не делал. Но гений. А команде — субботник и плановое увеличение рабочих показателей на десять процентов.

Иванов усмехнулся.

— Мечта.

— Синекура, — согласился Зиновьев.

Из грузового отсека донёсся глухой удар, затем шипение, затем звук, похожий на то, как кто-то лизнул микрофон. Оба привычно переглянулись.

Глава 1. Кот.

Существо в грузовом отсеке не имело формы. Точнее, форм у него было много, но вот именно сейчас существо стеснялось. Оно выглядело как облако густого дыма, запертое в клетке из титанового сплава. Облако медленно крутилось вокруг своей оси, переливалось оттенками от фиолетового до грязно-оранжевого и периодически пыталось просочиться сквозь прутья.

Каждый раз, когда оно касалось решётки, раздавался треск, облако дёргалось и издавало звук, подозрительно похожий на «мяу», произнесённое с глубоким оскорблением.

Когда облако пыталось телепортироваться — а оно пыталось каждые семь минут, с немецкой пунктуальностью, — клетка вспыхивала синим, и облако получало разряд, от которого его контуры на мгновение становились чёткими. В эти мгновения в нём угадывались уши. Усы. Лапы и хвост.

Кот.

На планете-астероиде 382-Б это существо появилось три недели назад. Просто возникло в столовой горнодобывающей станции, приняло форму чёрного кота, село на стол и мяукнуло. Через шесть часов весь экипаж станции — сорок три человека — чесал по очереди ему живот. Через двенадцать часов — кормил его тунцом из стратегических запасов. Через сутки — сорок два взрослых специалиста в области астероидной добычи ползали на четвереньках и мурлыкали в ответ, потому что кот так хотел. Только одна стажёрка, Маша Ковальчук, которая с детства ненавидела кошек и обожала собак, не поддалась. Она сбежала от всех. Через вентиляционную шахту доползла до аварийного пульта и нажала кнопку SOS.

Прилетели Зиновьев с Ивановым. Сущность отловили. Людей спасли.

— Аркадий Львович, — сказал Иванов, не оборачиваясь от панели. — Оно опять лижет решётку.