Read the book: «Альгения»
ГЛАВА 1. КЛУБ ДЖОННИ И ТЕРПКИЙ ВКУС ВИШНИ
Утро перед вылетом началось для Дэна Мьюита с привычного, ненавистного звука.
Пш-ш-шик — пневмоинъектор послушно выдавил дозу синтетического анальгетика в основание шеи. Дэн сидел на краю жесткой койки в своем модуле, уткнувшись лоб в кулаки, и ждал, пока искусственное тепло доползет до поясницы. Предыдущая доза перестала действовать еще глухой ночью, и последние четыре часа он старался лишний раз не дышать — металлические штифты в позвоночнике ныли так, словно пытались проткнуть легкие.
«Опять три дня ада», — привычно подумал он, медленно, со стоном разгибая спину.
Хваленая земная медицина со всеми её шаманами, хиропрактиками, мануальщиками и монахами с удивительными способностями ничем так и не смогла помочь после той жуткой катастрофы в системе Плеяд. Старые раны постоянно давали о себе знать: спина периодически начинала ныть так, что не позволяла ни разогнуться, ни согнуться. Проще было бы заказать себе новый кибернетический позвоночник, но на счетах Дэна сейчас гулял такой холодный вакуум, что в нем могли бы зарождаться новые звездные системы. В карманах было пусто, как в космосе. Собственно, из-за недостатка финансов он и решился на этот безумный полет в галактику 2389 — Бермудский треугольник, где бесследно пропадали корабли.
Дэн никогда прежде не занимался перевозками пассажиров, но в этот раз согласился. Его больше заинтересовала сама персона, предложившая полет, и безумная цель. Последние пять месяцев он изнывал от скуки, конвоируя рудовозы и лениво отстреливаясь от пиратских стычек.
Перед вылетом Дэн сидел в баре своего старого друга Джонни, чей отец когда-то служил губернатором сектора. Дэн лакомился редким и дорогим компотом из спелых вишней — натуральные продукты с Земли стоили недешево, но он не мог отказать себе в этом удовольствии.
— Дэн! Тебя тут барышня ищет! — проорал Джонни от входа, перекрикивая сорок киловатт звука в стиле электрокосмохаус. — Вон он сидит в синей куртке, уплетает вишни! Пройдите.
Она сразу приковала к себе внимание всех присутствующих в баре. Походка топ-модели, длинные, собранные в хвост ярко-рыжие, почти красные волосы и удивительные глаза, которые светились каким-то неестественным внутренним изумрудным светом. Она выглядела безупречной, заносчивой богачкой. Но когда она случайно задела плечо Дэна, устраиваясь на соседнем стуле, он перехватил её взгляд. В самой глубине этих зеленых глаз он увидел то, чего никак не ожидал встретить — точно такую же глухую, затаенную боль и смертельную усталость, какие сам каждое утро пытался спрятать за маской цинизма.
— Двойной кофе, пожалуйста. Не могу. Голова разболелась. А кофе помогает, — произнесла она бармену.
Повернувшись к Дэну, она тихо спросила:
— Это я с вами связывалась. Вы сможете мне помочь? Я знаю, что ваши услуги недешевы, но всё же. Мне вас рекомендовали как лучшего специалиста.
— Стоп, сударыня! Не с таким напором, — осадил её Дэн. — Во-первых, мне звонят десятки людей с разными предложениями. Во-вторых, чтобы я понял, с кем имею честь общаться, нелишне было бы представиться.
— Извините мою оплошность. Я привыкла, что люди запоминают меня, — она чуть заметно кивнула, попросив у бармена ванильное мороженое. Её правильная, чистая речь выдавала принадлежность к высшим кругам общества.
— Ах, оставьте свои комплименты. На лесть я не покупаюсь, — вяло отмахнулась она, когда Дэн попытался иронизировать. — К делу. Зовут меня Элис. Я звонила вам по поводу полета в галактику 2389. Мне нужно попасть туда как можно скорее.
Дэн напомнил ей, что это опасный район, куда уже лет двадцать не летают даже чартеры, а спасательные операции там не проводятся.
— Знаю. Но вы, как специалист высочайшего уровня, были там, — Элис твердо посмотрела ему в глаза своей холодной, стальной волей. — Вы согласны? Или я пойду искать другого пилота?
Дэн выдержал паузу для вида, хотя внутренне давно согласился. В нем проснулся азарт.
— Завтра в 06:10 окно, которое я могу занять. Стартуем в 06:12. С собой можете взять 500 килограммов багажа. Документы, виза и разрешение на вылет из системы, надеюсь, у вас есть.
Элис оставила задаток в 20%. Говорить о целях полета она наотрез отказалась, попросив его просто честно выполнять свою работу.
Его корабль «Джоли» снаружи выглядел как потрепанный тяжелый крейсер, купленный по конверсии. На самом деле ему было всего пять лет, это была машина экспериментальной серии федерального флота. Дэн и его младший брат Вик, владевший лучшим тюнинг-ателье, переделали его под гоночный болид. Корпус имел специальную жидкокристаллическую краску хаки, которая меняла цвет с пульта управления. Начинкой Дэн занимался сам, затачивая управление под свою руку и укомплектовав корабль тяжелым вооружением за четвертым кольцом.
В пять утра Дэн уже был на стартовой площадке и заканчивал приготовления. Зная, что дамы опаздывают, он попросил диспетчера Сэма немного расширить окно. Но ровно в 06:05 к доку мягко подошла грузовая платформа с двумя контейнерами-близнецами. Датчик веса зафиксировал ровно 500 кг.
Элис легко спрыгнула с платформы. Её голос был ровным, без эмоций. Она ловко набрала код доступа на панели, и контейнеры потекли во чрево «Джоли». Ни суеты, ни лишних вопросов. Дэн невольно залюбовался её движениями и отметил, что контейнеры запечатаны тяжелыми армейскими пломбами первого класса секретности.
Они вышли в доковое пространство. Элис сидела в кресле второго пилота прямо и напряженно.
— Борт 1546. «Джоли». Приготовиться к таможенному сканированию, — заскрипел динамик интеркома.
Дэн ждал разрешения на запуск маршевых двигателей, но прошла минута-другая, а ответа не было. Он раздраженно нажал кнопку связи:
— Диспетчер, проблемы? У нас дорога дальняя!
— Дэн... — послышался тихий голос Сэма. — У пассажира отсутствует разрешение на вылет. Запрашиваю центр полётов, может, какая ошибка?
— Нет никакой ошибки, — горячо зашептала Элис Дэну прямо в ухо, её дыхание было горячим. — Я не успела оформить разрешение. Ждать больше не могла!
— Ты с ума сошла? — раздраженно зашептал Дэн в ответ. — Ты в тюрьму захотела? Мне за соучастие лишение прав светит!
— Борт 1546, — снова ожил канал. — Ошибки нет. Возвращаетесь и понесете наказание, или ваш вылет считаем законной эмиграцией?
— Законная эмиграция! — громко и четко объявила Элис в микрофон.
— Сэм, подтверждаем! — крикнул Дэн, понимая, что обратного пути нет. По законам Конфедерации нелегальный выезд закрывал въезд в центральные миры навсегда.
— Вы сумасшедшая... — в сердцах бросил Дэн, запуская маршевые форсунки. — Вы хоть понимаете, что натворили? Дорога обратно вам заказана!
Дэн злился на неё, но под этой злостью росло глухое чувство, похожее на эхо его собственной трагедии в Плеядах, когда он сам сбежал из Конфедерации, сжигая мосты. Чтобы решиться на такое, её цели должны были перевешивать саму Вселенную.
Вдруг их выделенный канал связи с Сэмом снова зашипел:
— Дэн, тебя тут люди спрашивают. Командор Рэйвен! Интересуется маршрутным листом... — успел произнести диспетчер.
У Дэна внутри всё похолодело. Командор Рэйвен — самый беспощадный пес Конфедерации.
— Нафига? — спросил Дэн.
— Дэн... — и связь резко оборвалась, оставив его в полном неведении.
Следующие несколько часов полет проходил в абсолютном молчании. Дэн, подобно автомату, сверял приборы и вводил команды, уводя «Джоли» в гиперпространственный туннель.
ГЛАВА 2. БИЛЕТ В ОДИН КОНЕЦ
Старт с посадочной площадки космопорта оказался мягким, почти незаметным благодаря дорогой системе компенсации перегрузок. Установка этого оборудования влетела Дэну Мьюиту в круглую сумму, но она определенно стоила каждого потраченного кредита. Его старые раны, полученные во время страшной катастрофы в созвездии Плеяд, постоянно давали о себе знать: изувеченная спина периодически начинала ныть с такой силой, что не позволяла ни согнуться, ни разогнуться. Хваленая земная медицина с её дипломированными врачами, мануальщиками и заезжими монахами, обещавшими исцеление через духовные практики, оказалась бессильна. Проще было бы добавить еще немного денег и купить на черном рынке новый искусственный позвоночник, но финансы Дэна иссякли, а на его счетах гулял холодный вакуум.
Именно из-за нехватки денег он и согласился на этот безумный полет в галактику 2389, которую пилоты давно окрестили Бермудским треугольником Вселенной. За последние двадцать лет туда не решался летать ни один человек в здравом уме, ведь все отправлявшиеся в тот сектор корабли исчезали безвозвратно, не оставляя после себя даже обломков или аварийных капсул. Дэн никогда прежде не занимался перевозкой пассажиров, но его до глубины души заинтриговала сама Элис и её загадочная, почти самоубийственная цель.
Последние пять месяцев наемник откровенно изнывал от скуки, конвоируя неповоротливые грузовики и лениво отбиваясь от пиратских стервятников. В силу своего авантюрного характера он подсознательно ждал подобного сумасшедшего предложения.
Первые часы полета проходили в штатном режиме. Пока «Джоли» неслась по защищенным гиперпространственным туннелям ускорения, Дэн, подобно настроенному автомату, проверял показания телеметрии и следил за приборами. Автомагистрали в космосе давно заменили слепые прыжки прошлого, гарантируя безопасный выход в заданной точке, но на окраинах, где федеральный флот не мог обеспечить постоянные патрули, всё еще сохранялся высокий риск попасть в пиратскую засаду.
Элис сидела в кресле второго пилота прямо и напряженно, как натянутая струна. Её облегающий летный комбинезон подчеркивал безупречную спортивную фигуру, а густые медные волосы были собраны на затылке в тугой, строгий пучок. Она молчала, уставившись неподвижным взглядом в мониторы. Дэн периодически косился в её сторону, пытаясь угадать истинный цвет её удивительных глаз и размышляя о том, что могло погнать это красивое, утонченное создание в смертельно опасные глубины космоса.
На третьем часу полета Дэн не выдержал. Оставив автопилот следить за стабильностью прыжка, он поднялся из кресла и спустился на нижнюю палубу, в трюм. Он подошел к её контейнерам, запечатанным тяжелыми армейскими пломбами первого класса секретности. От груза веяло абсолютной, интригующей тишиной. Ведомый чистым инженерным любопытством, Дэн достал из кармана куртки портативный диагностический сканер, намереваясь проверить плотность содержимого.
Но едва зеленый луч прибора коснулся свинцовой пломбы, за его спиной раздался сухой, отчетливый щелчок взводимого затвора.
— Отойди от контейнера, Дэн. Медленно, — Элис стояла прямо в узком проходе. Её армейский импульсный бластер Конфедерации был направлен пилоту точно в голову.
Дэн медленно поднял руки, продолжая удерживать сканер в пальцах, и криво усмехнулся:
— Сударыня, на моем корабле нет секретов. Я должен быть уверен, что не везу в трюме термоядерную бомбу Конфедерации.
— Это не бомба, — тихо ответила Элис.
И в этот момент Дэн заметил, что ствол бластера в её руках мелко, едва заметно дрожит. Её хваленая стальная воля дала трещину, а в глубине зеленых глаз плескалась такая отчаянная, дикая уязвимость, словно перед ней стоял не наемный пилот, а безжалостный палач.
— Пожалуйста... Просто веди корабль, — негромко добавила она, опуская оружие. — Я защищаю этот груз не ради денег. И это не твоего ума дело.
Дэн внимательно посмотрел на её дрожащие пальцы, затем на саму девушку, и молча спрятал сканер обратно в карман.
— Ладно, — тихо произнес он, проходя мимо неё к лестнице на мостик. — Считай, что я ничего не видел. Но с тебя кофе. Мой как раз закончился.
Они стремительно неслись к границе галактики М-49, за которой начиналось настоящее космическое бездорожье. Вернувшись в пилотское кресло, Дэн поймал себя на мысли, что невольно проникся уважением к этой женщине. Должна была существовать чертовски веская причина, чтобы решиться на такой отчаянный шаг и навсегда разорвать все связи с прошлым. В сорок лет его собственная жизнь была полна тяжелых воспоминаний, шрамов и глухой пустоты, но присутствие Элис в кабине «Джоли» странным образом заставляло его чувствовать себя нужным.
Чтобы прервать затянувшееся молчание, Дэн решил провести обязательный предлетный инструктаж.
— Сударыня! Ничего, если я буду к вам так обращаться? — спросил он, повернув голову к Элис. — Мне всегда нравились старые русские обращения. И вообще русский язык.
— Обращайтесь как вам угодно, — вяло отмахнулась она, не поворачивая головы.
— Так вот, сударыня. Инструкция по безопасности проста: если вдруг на выходе из прыжка начнется заварушка — пулей в кресло, ремни затянуть, шлем надеть и сидеть мышкой.
Элис чуть заметно усмехнулась:
— Я стрелок, в звании капитана третьего ранга. И прекрасно знаю правила поведения на боевых кораблях.
Этого Дэн никак не ожидал. Изнеженная светская дама оказалась кадровым военным офицером.
— Сколько боевых вылетов? На каких типах судов? — с интересом спросил он.
— Боевых — два, — ровно ответила она. — Но я участвовала в стычке у Крабовидной туманности.
Дэну не нужно было ничего объяснять. Сражение у Крабовидной туманности, случившееся семь лет назад между федеральным флотом и силами пиратской Гильдии вольных исследователей, превратилось в настоящую кровавую бойню. Федералы тогда попали в подготовленную засаду, и из шести тысяч человек живыми из того пекла вернулись едва ли триста.
— Я понял, — тихо произнес Дэн, помрачнев. — Но инструкция остается в силе. В кресло и пристегнуться.
Желваки на тонком лице Элис напряглись, но армейская дисциплина взяла верх:
— Есть, командир, — отозвалась она военным тоном, едва сдерживая иронию.
После этого Дэн занялся приготовлением ужина. Рацион на борту «Джоли» был стандартным — белковая масса и продукты гидропоники. В трюме корабля была смонтирована небольшая установка для выращивания свежей зелени, где Дэн умудрился раздобыть и посадить семена настоящей земной рукколы.
— О, какая роскошь! — съязвила Элис, заметив на столе свежие зеленые листья. — Может, у вас на этой посудине и бутылочка белого вина найдется к такому ужину?
— Вино, извините, отсутствует, — хмыкнул Дэн, расставляя тарелки. — А вот по глотку двадцатилетнего коньяка марки «Хард» найдется. Не то, конечно, к чему вы привыкли в своих столичных салонах, но нам, сирым, по карману.
Элис холодно посмотрела на предложенную флягу:
— Оставьте свое пойло для кого-нибудь другого.
Она резко отвернулась, и дальнейшая трапеза проходила в абсолютной, тяжелой тишине. Дэн так и не понял, чем обидел свою спутницу, но навязываться с расспросами не стал.
Спустя три часа после этого нелепого спора пилот спустился на жилую палубу, чтобы проверить показатели давления в гидравлических контурах. В кают-компании горел лишь тусклый синеватый свет аварийного режима.
Элис сидела у терминала. Судя по всему, она до последнего пыталась работать с какими-то зашифрованными военными файлами, но чудовищная усталость взяла свое — девушка уснула прямо на месте, уронив голову на сложенные руки. Густые медные волосы выбились из строгого пучка и мягкими волнами рассыпались по её плечам, лишая её образ привычной военной холодности и делая её невероятно беззащитной.
Дэн тихо подошел ближе, стараясь не шуметь тяжелыми ботинками. Он остановился в двух шагах и невольно залюбовался ею. Синеватое мерцание монитора мягко очерчивало её утонченный профиль, падая на приоткрытые губы и длинные ресницы. В этом полумраке она казалась хрупкой и удивительно красивой.
За свою жизнь Дэн видел много спящих людей. Обычно расслабленное лицо делает спящего немного комичным, но по-настоящему красивыми во сне он видел только двух женщин.
Первой была его погибшая жена Лиза — вечно смеющаяся черноволосая девчонка с россыпью веснушек на носу, которая служила его ведомым пилотом и погибла в той мясорубке в Плеядах. Они мечтали выйти в отставку, осесть на уютной ферме в Канзасе и родить детей к его сорока годам.
Теперь ему было сорок. И в его жизни не осталось ни Лизы, ни детей, ни Канзаса — только титановые штифты в позвоночнике, унылый контрабандный рейс и глухая, выедающая душу пустота.
Второй была Элис. Она тихо вздохнула во сне, уткнувшись носом в воротник комбинезона — точно так же, как когда-то засыпала Лиза на его плече после тяжелой вахты.
В горле у Дэна встал горький, удушливый ком. Он бесшумно поднялся к себе в каюту, забрал старый шерстяной плед и так же тихо вернулся назад. Бережно, стараясь не дышать, он набросил его на плечи спящей Элис. Девушка сонно заворочалась, уютнее кутаясь в тепло, но не проснулась.
Дэн тихо, на цыпочках, ушел в рубку. Спина снова заныла тупой болью — действие анальгетика подходило к концу. Он со стоном опустился в пилотское кресло, уставился на мерцающие точки далеких звезд на обзорном экране и устало потер ладонями лицо. В рубке было тихо, лишь монотонно гудел бустер гидравлики. Дэн углубился в проверку температурных режимов реактора, изо всех сил стараясь не думать, почему в кабине старушки «Джоли» вдруг стало как будто чуточку легче дышать. С этими мыслями он и заснул.
Утром Элис поднялась в рубку управления — как всегда, строгая, собранная и застегнутая на все пуговицы. Плед лежал аккуратно сложенным на кресле Дэна. Они не проронили ни слова о прошедшей ночи, но когда их взгляды встретились, в её зеленых глазах больше не было прежней ледяной отчужденности.
Их путь лежал к окраине галактики М-49.
ГЛАВА 3. ПРИЗРАК КРАБОВИДНОЙ ТУМАННОСТИ И «АРТЕМИДА»
Сигнал выхода из туннеля в район с повышенной активностью космических объектов заверещал так громко и настойчиво, что Дэн Мьюит в очередной раз дал себе слово изменить тональность этого зуммера. На выходе из гиперпространства явно происходило что-то неладное. Активировав легкое вооружение, мины-ловушки и тепловые обманки для сбива тяжелых ракет, пилот приготовился к снижению скорости.
Боковым зрением он заметил, как Элис мгновенно собралась и буквально впилась взглядом в мониторы. Её военное прошлое дало о себе знать: она быстро оценила обстановку и определила класс кораблей. Целей было шесть.
Выход из туннеля и моментальный маневр уклонения дали Дэну несколько секунд для оценки ситуации. Пятеро пиратов атаковали грузовой транспорт. Появление «Джоли» оказалось для них полной неожиданностью. Приняв потрепанный крейсер за корабль сопровождения, вся пятерка ринулась в атаку. Подготовка пиратских пилотов оставляла желать лучшего: ловко лавируя между ними и не сделав ни одного выстрела, Дэн подставил их под перекрестный огонь друг друга. Двое пиратов тут же умудрились влепить энергетические заряды в своего соратника. Это была мелкая шантрапа, но они открыли огонь без предупреждения, и Дэн решил использовать этот случай, чтобы проверить стрелковые навыки своей пассажирки.
— Стрелок! Оружие к бою! — скомандовал он. — Перевожу управление, цели один, два и три по левому борту — на уничтожение. Огонь!
— Есть, командир! — отозвалась Элис.
Бой оказался коротким. Пока Дэн спокойно маневрировал и расставлял помехи, Элис вела редкий, но исключительно прицельный огонь, бережно расходуя боеприпасы. Сказалось долгое отсутствие практики, и сам Дэн справился бы с этой задачей раза в три быстрее, но для первого раза она отстрелялась на отличную пятерку. Последний уцелевший пират поспешно драпал, и догонять его они не стали.
Элис медленно опустила турельные манипуляторы. На её лбу выступили мелкие капли пота, а грудь тяжело вздымалась под облегающим комбинезоном. Она повернулась к Дэну, удивленно приподняв бровь:
— Командир, последний пират уходит на поврежденном маршевом. У нас на прицеле «Звездный разрушитель». Почему ты приказал отменить захват? Мы могли разнести его в пыль одним залпом.
Дэн лениво потянулся в кресле, стараясь не тревожить занывшую поясницу, и криво усмехнулся:
— Запомни, сударыня: я пилот, а не палач Конфедерации. Смысл добивать того, кто уже не представляет угрозы? Он уползает к своим с пустыми руками и пробитым баком. Пусть живет и расскажет остальным стервятникам, что к старушке «Джоли» лучше не соваться. Лишний труп не добавит кредитов на мой счет, а боезапас стоит денег. Нам на бездорожье пригодится каждый выстрел.
Элис внимательно посмотрела на него — без прежнего холодного презрения, скорее с тихим, удивленным облегчением. Её плечи наконец расслабились.
— Прагматичный подход, — негромко произнесла она. — Но справедливый.
Собрав разлетевшиеся обломки пиратских двигателей, обшивки и оружия, которые еще можно было отремонтировать или использовать, они подошли к спасенному транспорту. Судно везло редкоземельные металлы, высоко ценившиеся во всех секторах. Торговцы, потрепанные, но вполне жизнеспособные, с радостью приняли от Дэна запасные части для маршевых двигателей, и на этом их короткое знакомство закончилось. Такие стычки на окраинах обитаемых зон были делом обыденным.
Дальнейший путь лежал через колоссальную космическую свалку — зону обломков кораблей и планетарных конструкций, раскинувшуюся в диаметре на полсотни световых лет. В самом центре этого хаоса находился один из тайников Дэна. Благополучно добравшись до него, они разгрузили трюм от собранного пиратского лома и приняли на борт партию нанороботов-ремонтников, а также тяжелые ракеты типа «Апокалипсис» и «Звездный разрушитель». Дэн сделал это не из страха перед возможным нападением, а ради практичности: в поясах астероидов без тяжелых ракет прокладывать дорогу бывало крайне трудно.
В глазах Элис горел неподдельный интерес. В другой ситуации она наверняка спросила бы, откуда у простого наемника доступ к тяжелому вооружению Конфедерации, но сейчас лишь молча наблюдала, а когда в турелях закрепились массивные корпуса «Звездных разрушителей», на её лице даже появилась легкая, понимающая улыбка — это оружие было ей отлично знакомо.
На время погрузки Дэн объявил четырехчасовую остановку на ужин и отдых. Меню было стандартным: белковая масса и продукты гидропоники. Правда, в трюме «Джоли» функционировала небольшая установка для зелени, где Дэн умудрялся выращивать настоящую земную рукколу. Благодаря добавкам ужин вполне можно было сравнить с ресторанным.
— О! Какая роскошь! Может, у вас и белое вино найдется к такой еде? — съязвила Элис, глядя на тарелку со свежими зелеными листьями.
— Вино, извините, отсутствует, — хмыкнул Дэн, доставая флягу. — А вот по глоточку коньяка найдем. «Хард», двадцатилетний. Не то, конечно, к чему вы привыкли, сударыня, но нам, сирым, по карману.
— Оставьте свое пойло для кого-нибудь другого, — холодно отрезала Элис.
Она резко отвернулась, и дальнейший ужин проходил в торжественной, тяжелой тишине. Дэн так и не понял, чем обидел свою спутницу, и навязываться с расспросами не стал.
Спустя несколько часов, когда они продолжили полет на окраине галактики М-49, на экране пространственного радара внезапно появилась и погасла тусклая точка. Всплеск повторился через несколько секунд. Сигнал исходил от статического объекта прямо по их курсу. Дэн привел системы корабля в боевую готовность. Запрос кодов остался без ответа. Сканирование показало присутствие оружия и слабый источник радиации на борту неизвестного боевого судна.
Дэн приближался с максимальной осторожностью, готовый в любую секунду уйти на вираж. Корабль выглядел совершенно целым, без пробоин и трещин, но от его угрюмых общих обводов веяло чем-то зловещим и пугающим. Дэн сделал три контрольных витка вокруг мертвеца.
Датчики зафиксировали присутствие органики на борту — судя по всему, это были члены экипажа. Ядерный реактор корабля почти угас, что казалось физически невозможным: модель судна была совсем свежей, от силы семь-восемь лет, а запаса топлива на таких машинах должно было хватить минимум на два века. Если бы на борту произошла авария, сканеры зафиксировали бы утечку, но все системы были в норме. Не в силах совладать с любопытством, Дэн принял решение состыковаться и перейти на борт найденного судна, которое, судя по маркировке, называлось «Артемида».
— Командор! Я с вами! — решительно заявила Элис, пресекая любые возражения. — И не смейте меня отговаривать или запрещать. Эту экспедицию оплачиваю я, а сейчас прямой угрозы нет, так что я тоже иду.
Яростный напор Элис сразу загнал Дэна в угол.
— Ладно, — ворчливо согласился он. — На всякий случай запомните: код запуска шлюза «6451-БАХ». Примитивно просто, но еще ни один угонщик не догадался. И возьмите ручное оружие.
Тяжелые шлюзы «Джоли» и «Артемиды» состыковались с глухим, скрежещущим стоном. В тесном переходном тамбуре повисла звенящая пустота. Пока анализаторы «Джоли» лениво гоняли тесты на патогены и замеряли радиационный фон, Дэн и Элис стояли плечом к плечу, вслушиваясь в собственное частое дыхание в шлемах. Сквозь прозрачный лицевой щиток Дэн видел, как напряглись скулы Элис и как расширились её изумрудные глаза, жадно всматривающиеся в темноту за иллюминатором гермодвери. Её профиль казался высеченным из мрамора, и Дэн поймал себя на том, что беззастенчиво любуется её утонченной красотой. Сколько скрытой, отчаянной силы было в этой хрупкой фигуре.
Наконец прибор мигнул зеленым: биологической угрозы нет, дышать можно. Бронированная плита люка со скрежетом ушла в пазы. И прежде чем Элис успела сделать шаг, Дэн на одних только армейских рефлексах шагнул в темный проем первым, полностью перекрывая собой створ ворот и закрывая девушку от любой опасности. Он сделал это неосознанно, тело само приняло решение. Элис тихо выдохнула за его спиной, её пальцы на мгновение коснулись его наплечника и тут же опустились — она всё поняла и была благодарна.
На борту «Артемиды» их встретила леденящая тишина, затхлый воздух и тяжелый металлический привкус старой пыли. Но самым странным оказалось не это. Весь экипаж из двенадцати человек был мертв, но никто не был убит — они умерли от старости. В капсулах лежали тела одиннадцати глубоких стариков. Двенадцатый член экипажа находился в рубке на боевом мостике. Перед истлевшим скелетом, кости которого при первом же прикосновении осыпались в прах, лежал бортовой электронный журнал.
Подключив питание от систем «Джоли», Дэн оживил планшет. Первая же строчка повергла его в шок: последняя запись была датирована 3314 годом. На дворе же стоял только 3198 год! Записи шли в обратном хронологическом порядке и велись на протяжении 123 лет — экипажу даже пришлось вставлять дополнительные модули памяти, чтобы всё уместить.
Поток информации, хлынувший из бортового журнала, не укладывался в голове. Карты неизученной, невероятно удаленной галактики, координаты звезд и планет создавали впечатление, что «Артемида» прорвалась в какую-то другую, параллельную вселенную со своими законами физики и математики. Видеоряд в самой аномальной зоне отсутствовал, словно дефект не позволял записать картинку, но приборы работали исправно. Судя по логам, вся эта «другая вселенная» удивительным образом умещалась внутри галактики М-49.
Дэн читал и всё больше убеждался, что капитан «Артемиды» попросту сошел с ума. Чего стоило одно только описание гигантских живых существ — Нокардов, свободно перемещающихся в открытом космосе и достигающих размеров средних планет! Но описание кубической планеты, похожей на Землю, окончательно добило его прагматичный разум. Он хохотал минут пять.
— Нет, ну ты представь себе, Элли! — Дэн отложил светящийся планшет и принялся в лицах расписывать эту кубическую фантазию, отчаянно жестикулируя. — На углах этого куба ведь гравитационный сдвиг! Океаны должны сползать к плоским граням, а на углах торчат сухие голые скалы высотой в тысячи километров! Корабли Конфедерации прилетают — а там вместо нормального порта висит квадратная пристань! И таможенники стоят кубические, с квадратными головами!
И вдруг Элис рассмеялась.
Дэн замолчал на полуслове, уставившись на неё. Это был не тот холодный, вежливый смешок, которым она защищалась раньше. Она смеялась искренне, чисто и звонко, как обычная счастливая девчонка. Её медные волосы слегка растрепались, а в уголках зеленых глаз заплясали теплые, золотистые искорки.
— Что? — смутилась она, заметив его пристальный взгляд, и тут же попыталась вернуть лицу строгую мину.
— Ничего, — Дэн мягко улыбнулся и повернулся к монитору. — Просто подумал, что тебе очень идет смеяться.
Она промолчала, уткнувшись в свой наручный компьютер, но её щеки заметно порозовели, а на губах еще долго блуждала легкая улыбка.
Прочитав в журнале о контактах поисковой группы с ведьмаками, привидениями и русалками, Дэн окончательно утвердился во мнении, что у экипажа развилась массовая шизофрения, вызванная нахождением в замкнутом пространстве гравитационных аномалий. А вот Элис с огромным интересом изучала данные, кропотливо копируя в свой компьютер координаты планет.
Они провели у заброшенного корабля три дня. От скуки Дэн занимался готовкой, экспериментируя со вкусовыми добавками, и они с Элис увлеченно играли в забавную бытовую игру «угадай, что на обед». То они пробовали суп из черепах, то ели мясо мастодонта, то пили чай с малиновым вареньем — рецепторы верили этой иллюзии вкуса, и Элис каждый день искренне хвалила его поварские таланты.
На четвертый день Элис проснулась совершенно преображенной. В её изумрудных глазах горели восторженные, сияющие огоньки.
— Я поняла! Я всё поняла! Я видела чудесный сон, он подсказал мне, куда надо следовать! — возбужденно объявила она.
— Кто... сон? — не понял спросонья Дэн.
— Нет! Лорд Инг! Он приходил ко мне во сне, и мы беседовали. Он рассказал, как найти дорогу к ним, в их мир. Он дал координаты и сказал, чтобы мы ничего не боялись, потому что он наблюдает за нами.
«Похоже, сумасшествие штука заразная», — с тревогой подумал Дэн. Он быстро вывел на монитор её показатели жизнедеятельности: пульс чуть учащен, адреналин повышен на две десятых, но в остальном организм функционировал идеально, даже месячный цикл еще не начался.
— Элис, ты в порядке? — осторожно спросил он. — Выглядишь как-то странно.
— Да я в полном порядке! — горячо воскликнула она. — Теперь я начала всё понимать — суть вещей, знаки и предзнаменования. Господь дал мне разум и указал дорогу!
Она театральным, но очень искренним жестом сложила ладони у груди и подняла глаза к потолку. Дэн невольно заразился её безумным весельем, предчувствуя конец вынужденному безделью.
— А... не пояснишь? Что это за лорд Ик? Икающий лорд, что ли? — ухмыльнулся он.
