Read the book: «8 поводов для моего сына сходить к психологу»

Благодарности

Моему сыну за то, что он выбрал меня и любит меня, несмотря на все мои ошибки.

Моим бабушке и маме за возможности, которые они открыли для меня благодаря своей заботе и участию в воспитании моего сына.

Евгении Королёвой за поддержку в создании этой книги и за то, что всегда придерживаешь дверь, за которой для многих открывается путь в писательский мир.

Каким-то неведомым силам за всех людей, приносящих в мою жизнь опыт или делающих ее легче, лучше, счастливее и радостнее.

Введение. Зачем эта книга вам и мне?

Я не знаю. Это ответ на вопрос заголовка.

Я, действительно, не знаю, зачем меня потянуло рассказать вам свою историю, но по каким-то необъяснимым для меня причинам, кажется, что эта своеобразная исповедь может откликнуться кому-то, помочь ответить на невысказанные вопросы и сделать так, чтобы хотя бы в момент прочтения вам стало чуть-чуть легче, чуть-чуть радостнее и чуть-чуть спокойнее.

Может быть кто-то, читая обо мне, увидит среди строк свою историю и посмотрит на себя со стороны, ведь со стороны всегда, кажется, виднее, понятнее, логичнее, и советовать другому всегда легче, чем предпринимать собственные шаги и принимать свои решения.

Вот может быть для этого и написана моя книга, чтобы вы мне что-нибудь посоветовали, разобрали мои действия в той или иной ситуации «по косточкам» и, качая головой, подумали: «А я бы сделала иначе и это было бы более мудрое решение!» или «Кажется, я не одна поступала так же, а значит могу думать, что не такая уж я и плохая мать». Ну, вдруг именно у вас именно от моей книги камень вины перед ребенком, давящий на плечи, распадется в пыль и перестанет доставлять неудобство, я буду рада, если хотя бы одному человеку рассказ о моей жизни поможет.

Здесь не будет готовых рецептов, я не буду рассказывать, как прожить вашу жизнь правильно, я очень просто и правдиво расскажу свою историю, дам вам возможность подглядеть за моей жизнью, чтобы вы смогли выдохнуть и почувствовать, что обстоятельства почти никогда не складываются идеально, но это совсем не значит, что они складываются неправильно.

Еще я думаю, что эти короткие, почти дневниковые записи, станут своеобразным извинением перед моим сыном, на страницах этой книги я буду максимально честной и очень уязвимой, страшно от этого, но у меня появилась непреодолимая потребность рассказать мою историю и объясниться, а «ведь, если звёзды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно?».1¹

Вся моя жизнь – поток бесконечных перемен и круговорот событий, поэтому в этой книге я не расскажу всего, да и нет задачи отразить мои достижения или провалы как человека, здесь хочется показать, как мои действия влияли на жизнь и психологическое состояние моего сына, как я воспринимала себя в наших отношениях и как я благодарна ему, что несмотря на все мои промахи и не идеальность, мой сын вырос хорошим человеком и настоящим мужчиной.

Может быть я никогда не узнаю, что он думает о моих решениях, может быть даже мои рассказы заденут какие-то тонкие струны его души, но уверена, что даже если вся эта книга станет девятым поводом для похода сына к психологу, то между строк и вы, и мой ребенок сможете прочитать мою любовь, бесконечное уважение и счастье неидеального материнства.

Мы все родом из детства.

Что в моем детстве сформировало потребность заботиться обо всех, кроме себя.

Для того, чтобы описать все мои последующие взаимодействия с сыном, надо рассказать кто я и что я, как я жила и развивалась до появления ребенка, какие ошибки я уже успела совершить к моменту его рождения и почему я в те или иные моменты делала тот или иной выбор. Ощущается естественным, что рассказ о взаимоотношении с моим ребенком надо начинать с другого ребенка – с меня!

Это сейчас я замужняя самодостаточная женщина, храню в папке с документами несколько дипломов о высшем образовании, работаю удаленно на крупную корпорацию, параллельно практикую психологию, консультирую в коучинге и просто живу каждый свой день. Это в этой новой жизни я нашла способ совмещать все и жить счастливо, хотя и не сразу, но когда-то я была маленькой, неопытной, испуганной.

Есть такая расхожая фраза – мы все родом из детства. Вот и я, конечно, впитала в себя все горести и радости советского ребенка, родившегося на старте 1980-х в промышленном городе Челябинске и взрослевшего в 1990-х. Я жила и развивалась в одной стране, а потом из-за политических игр взрослых дяденек сменила страну проживания в один миг и даже не по своей воле. Страна развалилась на запчасти, а большие проблемы этих разрушений стали фоном дальнейшей жизни взрослых людей и таких же детей, как я.

Несмотря на то, что в стране творились перевороты и всякие другие разности, я жила свою вполне себе обычную жизнь. Папа ушел от нас, забрав даже поваренную книгу, подаренную на их свадьбу. Мне было всего четыре года, практические не помню папу, иногда всплывающие воспоминания не добавляют мне желания вспоминать что-то еще из того периода.

Но у меня же была мама. Прекрасная мама, которую мне уже примерно с шести лет захотелось опекать. Именно в этом моем возрасте с нашей жизни появился человек, я не могу его назвать отчимом, потому что они не были женаты, но вел он себя как хозяин, отстраивал всех под себя с помощью силы и нецензурной лексики. До сих пор не понимаю, почему мама на своей территории содержала на свою мизерную зарплату учительницы этого странного человека, терпела и чего-то ждала целых семнадцать лет. Но это не моя история, поэтому я и не понимаю. Уверена, у нее были свои причины десять лет носить одно и то же пальто, бесконечно сдавать и выкупать в ломбарде единственные золотые сережки, чтобы прокормить меня и продолжать кормить его. Все эти сложности не делали мою маму менее прекрасной, даже наоборот – в моих глазах она была мученицей или, нет, скорее королевной, которую удерживает в высокой башне дракон, и которую, конечно, надо спасать и оберегать.

А еще у меня были бабушка и дедушка. Очень интеллигентные люди, учительница и бывший военный. Не без тараканов в голове и со своими проблемами в жизни, но они меня очень любили.

Бабушка была маленьким ангелом с большими белыми крыльями, которыми она обнимала всех доступных ей людей, всех, кто появлялся в ее поле зрения. Она была низенького роста, но заполняла все мое пространство, детское, подростковое, и я не знаю, как бы обходилась без нее во взрослой жизни. Когда я училась в школе, мы всей нашей шумной толпой человек в десять-двенадцать заваливались на бабушкину шестиметровую кухню и были приняты, обогреты, накормлены. В 1990-х! Накормлены! Все! После бабушкиной смерти мы с мамой нашли в ее вещах книжечку, в которой были записаны без исключения все мои одноклассники, их даты рождения, родители, братья и сестры. В общем, телефоны, явки, пароли. Именно эта записная книжка помогла мне отыскать многих одноклассников, чтобы собрать всех на двадцатилетие окончания школы.

Жаль, что при всей своей душевной силе и красоте, моя бабушка была очень больна, с детства у нее был туберкулез костей позвоночника, а потом она два раза перенесла операции по удалению раковой опухоли молочной железы. А значит и о ней маленькая девочка, то есть я, приняла решение заботиться. Хотя в подростковом возрасте я и была грубой и несдержанной, отстаивала свои границы и важные для меня принципы, за что очень виновата перед всеми моими немногочисленными близкими родственниками. Эту вину, особенно сильно я ее ощущаю перед бабушкой, я в будущем буду много прорабатывать в терапии с психологом, но так до конца я и не смогу простить себя, а она меня, я уверена, простила.

Дедушка. Он всегда был рядом, но его как будто и не было с нами. Хотя воспоминания о нашем общении скорее светлые, хотя и смазанные из-за пристрастия дедули к алкоголю.

Еще в моей жизни была улица. Нормальная такая классическая улица промышленного города начала девяностых, с чердаками, подвалами, группировками, сходками и начинающими наркоманами. Однако, улица была обычная, а вот отношение улицы ко мне оказалось совсем необычным. Наша дворовая братва почему-то решила, что я и моя самая близкая подруга, мы – принцессы. Они нас так и называли. Только сильно позже я поняла, что нам реально нереально повезло, что мы остались чистыми в той грязи, которая происходила в наших дворах. И вот тут, на этой улице, мне никого не надо было защищать, тут защищали нас. От всего, что могло бы нас запачкать, от самих себя защищали и от таких как они, но из другого района. Если честно, то я до сих пор не могу понять, почему было именно так, мы специально ничего не делали, никого не просили, не прятались, может быть мы даже иногда специально нарывались на неприятности, но и неприятности опасались наших защитников и обходили нас стороной. Кстати, сильно позже я узнала, что наши дворовые ребята защищали меня даже от мальчика, который не жил в нашем районе, но начал ухаживать за мной, они его проверяли, оценивали, решали, достоин ли он быть с их принцессой, делали они это доступными им средствами, как вы понимаете, это не были разговоры по душам.

Улица дала мне несокрушимую и неосознаваемую в тот момент веру в то, что весь мир бережет меня. Наверно, если бы я росла в другом месте, то и жизнь могла бы сложиться иначе, но случилось, как случилось – я поверила в то, что со мной ничего не может произойти плохого, что все люди вокруг меня красивы душой, даже если у них выбиты зубы или на пальцах красуются первые неумелые татуировки с именами. Я поверила в свою силу и отчасти в силу моего обаяния – должно же быть хоть какое-то объяснение тому, что я из всей грязи улиц девяностых вышла чистым благоухающим цветочком, что меня не задело происходящее даже по касательной.

Если проанализировать мой сбивчивый рассказ о детстве, то становится понятно, что маленькая девочка, воспитанная с одной стороны улицами, а с другой стороны двумя учительницами и офицером, решила, что только она может брать на себя ответственность, защищать всех самых близких ей людей, рано повзрослела и стала сильной не по годам. В моей голове не сформировалось идеи о любви к себе, зато я очень четко осознала, что если не я, то никто не позаботится обо мне и моих родственниках, в глубине подсознания четко засело, что только я смогу что-то изменить в наших жизнях и как-то примирить нашу семью с окружающей действительностью.

Первый повод. Мой правильный неправильный выбор.

Родителей не выбирают, но они почти всегда становятся первым поводом для терапии.

И вот девочка заканчивает школу. Она, то есть я, хороша лицом, прекрасно воспитана, не испорчена улицей, умна и в достаточной степени сильна духом. Но вот эта сильная и берущая на себя ответственность я, оказываюсь в свои 16 лет очень ведомой. Точнее так – в случае с выбором мужчины я повелась не только на красивые слова ухажера, но и послушалась советов родственников и друзей семьи, а все взрослые в этих наших девяностых смотрели на жизнь исключительно с точки зрения практичности и выживания в предложенных условиях.

«Что может дать тебе твой обожаемый одноклассник? А вот у этого принца (это про будущего бывшего мужа) … так вот, у него прекрасные родители, папа бизнесмен. Где ты видела вокруг нас людей в 1994 году выезжавших заграницу?! А его родители были в Париже и Греции! И шуба норковая у мамы есть. Подумай в сторону единственно правильного решения и прими ухаживания! Ну и что, что он живет в области, скоро приедет поступать в институт в Челябинск и будет рядом. Думай головой!»

И я подумала. И додумалась… Кроме того, что он очень красиво ухаживал за мной с моего восьмого класса, его безответная любовь подкупала окружающих меня взрослых, а он подкупал меня подарками, письмами, тогда ещё бумажными и по почте, кроме всего этого был взгляд в будущее, казалось, что меня ждет обеспеченная жизнь со всеми вытекающими отсюда радостями и прелестями! Оказалось, показалось!

Восьмой, девятый, десятый класс, все эти три года меня окружали ненавязчивыми ухаживаниями. После десятого класса я провела летние каникулы там, где жил он в небольшом поселке в Челябинской области, а там природа с походами и ночевками у костра, первый поцелуй на берегу озера и первый секс в нелегком алкогольном опьянении (ух, я это написала, не судите строго, написала правду). И я вернулась в Челябинск, и он приехал учиться в университет, и всегда был рядом. Я уже тогда понимала, что не люблю его, что любовь не приходит вместе даже со всеми богатствами мира, но я же думала головой, пока бабушкин кот метил его кроссовки, вот ведь правда – животных не обманешь. И, да, я продолжала уговаривать себя и думать головой. Мое тело отказывалось жить с мыслью, что мой первый мужчина должен быть единственным навсегда, но меня же именно так учили. Я думала, что никому не буду нужна потому что я уже не девственна. Я затолкала свои сомнения и знаки всего мира далеко в глубину подсознания, взяла на себя ответственность за мой поступок и приняла решение быть с ним до конца моих дней.

Так закончилась школа, встал вопрос выбора специальности в высшем учебном заведении. Выбирать сам ВУЗ не предполагалось, потому что я ещё с девятого класса знала, что иду в Челябинский политехнический институт, который к моменту окончания школы стал Челябинским государственным техническим университетом, а к моменту моего выпуска – Южно-Уральским государственным университетом. Только учиться я хотела на архитектурно-строительном, рисовала я может быть и посредственно, но очень старательно. Но напомню, что в этот момент я думаю головой и к окончанию школы я принимаю совсем странное для меня решение – я иду на автотракторный факультет, потому что для всех очевидно же – там учится он, а я же уже решила, что мы вместе до конца жизни.

Мне легко учиться, у меня была прекрасная база, практически всю программу первого курса мы прошли еще в старшей школе. Поэтому у меня есть время на общение с его друзьями, напомню, что он учится тут же, но на год старше. Наши группы благодаря нашей паре перемешиваются и в университете, и в общежитии. Круговорот студенческой жизни затягивает, мы развлекаемся, отдыхаем. Вечеринки в кафе с говорящим названием «Три поросенка», прогулки под луной, успешная сдача экзаменов после бессонных ночей. Жизнь бьет ключом, а мои родственники довольны моим выбором и нас не особо беспокоят, надеясь на счастливый, по их мнению, исход.

Я успеваю и развлекаться, и учусь параллельно за себя и за него. Благодаря своим человеческим и, неизвестно откуда взявшимся, организаторским качествам я закрепляюсь на кафедре, в студенческом профсоюзе, мне как будто все нравится в моей жизни, но тело говорит о другом, я болею все чаще, у меня начинаются проблемы с гинекологией (ух, и это я написала, какая смелая женщина), как потом оказалось из-за того, что мне регулярно подкидывали чужие бактерии после измен, но я не слышу звоночков, отказываюсь в эту сторону думать и верить слухам. Я верна и мне верны тоже – таков мой нарисованный мир.

В начале моего четвертого курса мы женимся и летом перед пятым курсом я становлюсь мамой.

Здесь стоит сказать, что никакого богатства после свадьбы мне не привалило. Моя мама взяла кредит на организацию свадьбы, который продолжала выплачивать, когда мы уже развелись. Брак продержался два неполных года. Жили в квартире его родственников. Последний этаж высотки и вечно сломанный лифт вынуждали новорожденного сына «гулять» в переносной корзине на балконе. Ко всем моим университетским обязанностям добавилась забота о малыше и бытовые обязанности, не облегчаемые тогда еще роботами-пылесосами, посудомоечными и автоматическими стиральными машинами. Молодой отец продолжал развлекаться с друзьями, статус семейного человека никак не повлиял на образ его жизни и не добавил ответственности в сознание. Он закончил уже университет и наверно должен был приложить массу сил для обеспечения молодой семьи, ведь сулились же мне золотые горы, молочные реки и кисельные берега. Но ничего этого не случилось. Зато очень быстро случилась измена, о которой мне не просто рассказали, я увидела эту девушку в моей постели, в моем халате.

В общем, я не стала ждать объяснений, хотя кажется, что никто и не собирался ничего объяснять, собрала я свои вещи и вещи сына, забрала кроватку и, частично повторяя опыт моего папы, малую толику свадебных подарков, уехала к бабушке и дедушке в однокомнатную квартиру. Не было у меня вариантов. Жить с отчимом, который тогда ещё был в жизни моей мамы, я не хотела, а на улице с сыном мы бы не выжили (здесь между слов должен читаться сарказм).

Бабушка вообще с первого дня появления на свет моего сына всегда была рядом. Без неё я бы никогда не закончила университет. Она сделал всё, чтобы я не брала академический отпуск, она давала мне возможность ходить на лекции, писать курсовые, работать три месяца полный рабочий день для прохождения преддипломной практики и защитить в конце концов диплом на отлично. Благодаря бабушке я имела профессию на момент развода.

Самое смешное, когда я подала на развод и он пришел в суд, где стал рассказывать о любви и предлагал попробовать все наладить. Вы сейчас скажете, как и многие мои знакомые, что надо было дать человеку шанс, добавите обязательно, что это ради ребенка. Я отвечу – да, тогда я задумалась, предложила не верить больше словам и смотреть на его поступки, и вот что увидела – он через неделю после этого душещипательного разговора, объявил всем нашим общим друзьям, что женится на той девочке, с которой я его застала, оказалось, что она беременна и ей всего шестнадцать. Легко догадаться, что бы его ждало, если бы он не женился.

Вот такое «воссоединение» нашей семьи меня бы ожидало, если бы я бросилась в его объятия и согласилась на «второй шанс».

История не терпит сослагательного наклонения, так что хорошо, что я не была влюблена, оказалась «расчетливой дрянью» (цитата) и довела развод до логического завершения.

Кстати, о богатстве духовном и финансовом – 277 рублей 25 копеек – такие алименты я получала на воспитание сына, а потом и они пропали, потому что платить ему стали еще более серую зарплату в еще более белых конвертах, а такие деньги под официальные выплаты не попадали, неофициально же мне говорили, что я и сама справлюсь – вот в этом я ни на секунду не сомневалась!

Вся эта семья, которую мои родственники выбирали по одежке, в момент развода тоже сделали вид, что ни меня, ни внука не существует. Был случай, когда они встретили нас в магазине и отвернулись, сделали вид, что не знакомы с нами, что нет у нас ничего общего и значит нет смысла общаться.

При этом я не препятствовала встречам, но хотела, чтобы сыну не портили психику, потому что видела, каким он возвращается после каждой встречи, прошедшей без моего присутствия. После таких встреч сын болел, становился неуправляемым, мог сидеть у входной двери и плакать часами.

Бывший муж приходил сначала раз в неделю. Иногда ходил погулять с сыном, иногда ограничивался короткой встречей дома, он приносил ребенку конфеты или маленькие подарки, и считал это достаточным вкладом в его воспитание. Примерно через пару месяцев после развода посещения стали более редкими и в итоге сошли на нет. Хотя сын ждал и снова плакал, и болел.

Но ребенок стал не интересен, про него забыли. Так бывает. И вот первый для сына повод во взрослом возрасте идти к психологу, он не связан со мной напрямую, но из-за моего осознанного выбора мой сын получил такого отца и его семью в родственники.

С другой стороны, с другим мужчиной был бы другой ребенок, а я бесконечно благодарна этому человеку за моего сына. Мне большего не надо, я это тоже с психологом проработала. И сын, он точно этот вопрос с психологом потом обсуждал и, кажется, для себя самостоятельно все решил.

Чтобы не оставлять это повествование без вывода скажу одно – важно помнить, что в каждый момент времени мы принимаем те решения, которые можем принять в конкретный момент времени. Часто они обусловлены странными и позже необъяснимыми умозаключениями, но именно так и никак иначе мы можем поступить сейчас. И если помнить об этом, то после принятого решения и взятой на себя ответственности, не стоит возвращаться в прошлое и искать возможные варианты добавляя «бы» к каждому предложению. Этот промежуток моей жизни еще больше убедил меня в том, что только я могу брать на себя ответственность не только за себя, но и за всех окружающих. Я приняла на себя обязательства защищать всех своих от всех чужих. Я быстро выросла, я рано повзрослела, в двадцать лет стала мамой и мои решения сформировали мою жизнь. Я делала все так, как могла делать в силу сложившихся тогда обстоятельств. Я взяла на себя ответственность и ни о чем сейчас уже не жалею.