Read the book: «Душа моя, ликуй и пой! (сборник)»

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви № ИС Р17-707-0262

Художник Наталья Климова

Рождество Христово

Сочельник в лесу

 
Ризу накрест обвязав,
Свечку к палке привязав,
Реет ангел невелик,
Реет лесом, светлолик.
В снежно-белой тишине
От сосны порхнет к сосне,
Тронет свечкою сучок —
Треснет, вспыхнет огонёк,
Округлится, задрожит,
Как по нитке, побежит
Там и сям, и тут, и здесь…
Зимний лес сияет весь!
 
 
Так легко, как снежный пух,
Рождества крылатый дух
Озаряет небеса,
Сводит праздник на леса,
Чтоб от неба и земли
Светы встретиться могли,
Чтоб меж небом и землёй
Загорелся луч иной,
Чтоб от света малых свеч
Длинный луч, как острый меч,
Сердце светом пронизал,
Путь неложный указал.
 

Александр Блок

Рождество

 
В полях сугробы снеговые,
Но брось же, колокол, свой крик —
Родился Иисус; – Мария
Над ним склоняет милый лик.
 
 
Узорный полог не устроен
Дитя от холода хранить,
И только свесилась с устоев
Дрожащей паутины нить.
 
 
Дрожит под лёгким одеяньем
Ребёнок крохотный – Христос,
Осёл и бык, чтоб греть дыханьем,
К нему склонили тёплый нос.
 
 
На крыше снеговые горы,
Сквозь них не видно ничего…
И в белом ангельские хоры
Поют крестьянам: «Рождество!»
 

Теофиль Готье, пер. Н. Гумилёва

Звезда
(Рождественская песнь)

 
На широком небосводе,
В звёздном ярком хороводе
Светит дивная звезда.
Всюду луч она заронит,
 
 
Где людское горе стонет, —
В сёла, рощи, города.
Луч доходит до светлицы
И крестьянки, и царицы,
 
 
И до птичьего гнезда.
Он вскользнёт и в дом богатый,
И не минет бедной хаты
Луч волшебный никогда.
 
 
Всюду ярче радость блещет,
Где тот звёздный луч трепещет,
И не страшна там беда,
Где засветится звезда.
 

Изабелла Гриневская

Рождественская песнь

 
Радость, радость без конца!
Звон вечерний раздаётся,
Нам благая весть даётся
От небесного Творца.
 
 
Тяжелы колокола,
Ну а звон их лёгок, светел,
Слышен он на целом свете,
От него душа светла.
 
 
С мамой, папой запоём
Мы рождественские гимны,
В этот чудный вечер зимний
Всех поздравим с Рождеством.
 
 
Ёлка золотом сверкает,
В ярких блёстках и огнях.
Из-за веток, я-то знаю,
Ангел смотрит на меня!
 
 
Птички кормлены пшеницей,
Радость, смех и суета.
Всё поёт и веселится
В ожидании Христа.
 
 
Воплотившись в жизнь земную,
Счастья людям он принёс.
Все сияют, все ликуют:
Днесь рождается Христос!
 

М. Мюнте, пер. И. Токмаковой

Рождество

 
Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Звезда светила ярко с небосвода.
Холодный ветер снег в сугроб сгребал.
Шуршал песок. Костёр трещал у входа.
 
 
Дым шёл свечой. Огонь вился крючком.
И тени становились то короче,
то вдруг длинней. Никто не знал кругом,
что жизни счёт начнётся с этой ночи.
 
 
Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Крутые своды ясли окружали.
Кружился снег. Клубился белый пар.
Лежал младенец, и дары лежали.
 

Иосиф Бродский

Рождественское

 
В яслях спал на свежем сене
Тихий крошечный Христос.
Месяц, вынырнув из тени,
Гладил лён Его волос…
Бык дохнул в лицо Младенца
И, соломою шурша,
На упругое коленце
Засмотрелся, чуть дыша.
Воробьи сквозь жерди крыши
К яслям хлынули гурьбой,
А бычок, прижавшись к нише,
Одеяльце мял губой.
Пёс, прокравшись к тёплой ножке,
Полизал её тайком.
Всех уютней было кошке
В яслях греть Дитя бочком…
Присмиревший белый козлик
На чело Его дышал,
Только глупый серый ослик
Всех беспомощно толкал:
«Посмотреть бы на ребёнка
Хоть минуточку и мне!»
И заплакал звонко-звонко
В предрассветной тишине…
А Христос, раскрывши глазки,
Вдруг раздвинул круг зверей
И с улыбкой, полной ласки,
Прошептал: «Смотри скорей!..»
 

Саша Чёрный

«Ночь тиха. По тверди зыбкой…»

 
Ночь тиха. По тверди зыбкой
Звёзды южные дрожат.
Очи Матери с улыбкой
В ясли тихие глядят.
 
 
Ни ушей, ни взоров лишних,
Вот пропели петухи —
И за ангелами в вышних
Славят Бога пастухи.
 
 
Ясли тихо светят взору,
Озарён Марии лик.
Звёздный хор к иному хору
Слухом трепетным приник.
 
 
И над Ним горит высоко
Та звезда далёких стран:
С ней несут цари Востока
Злато, смирну и ливан.
 

Афанасий Фет

«В эту ночь Земля была в волненье…»

 
В эту ночь Земля была в волненье:
Блеск большой, диковинной звезды
Ослепил вдруг горы и селенья,
Города, пустыни и сады.
 
 
А в пустыне наблюдали львицы,
Как, дарами дивными полны,
Двигались бесшумно колесницы,
Важно шли верблюды и слоны.
 
 
И в челе большого каравана,
Устремивши взоры в небосклон,
Три царя в затейливых тюрбанах
Ехали к кому-то на поклон.
 
 
А в пещере, где всю ночь не гасли
Факелы, мигая и чадя,
Там ягнята увидали в яслях
Спящее прекрасное Дитя.
 
 
В эту ночь вся тварь была в волненье,
Пели птицы в полуночной мгле,
Возвещая всем благоволенье,
Наступленье мира на земле.
 

Алексей Хомяков

У яслей Христовых

 
Перед счастливою Марией
Младенец в яслях возлежал:
«Ты тот, о ком во дни иные
Архангел с неба мне вещал!»
 
 
Взирает трепетно Иосиф…
И, мир забыв, всему глухи,
Склонившись к яслям, стадо бросив,
С молитвой смотрят пастухи.
 
 
Рассказу странному внимала
Мария, в счастье неземном,
И в сердце бережно слагала
Слова о Господе своём…
 

Николай Реморов

«С какою кроткостью и скорбью нежной…»

 
С какою кроткостью и скорбью нежной
Пречистая взирает с полотна!
Грядущий час печали неизбежной
Как бы предчувствует Она!
 
 
К груди Она Младенца прижимает
И Им любуется, о Нём грустя…
Как Бог, Он взором вечность проницает
И беззаботен, как дитя!
 

К. Р. (Великий князь Константин Романов)

Легенда о ёлке

 
Весь вечер нарядная ёлка сияла
Десятками ярких свечей,
Весь вечер, шумя и смеясь, ликовала
Толпа беззаботных детей.
И дети устали… потушены свечи,—
Но жарче камин раскалён;
[Загадки и хохот] весёлые речи
Со всех раздаются сторон.
И дядя тут тоже: над всеми смеётся
И всех до упаду смешит;
Откуда в нем только веселье берётся,—
Серьёзен и строг он на вид:
Очки, борода серебристо-седая,
В глубоких морщинах чело,—
И только глаза его, словно лаская,
Горят добродушно-светло…
«Постойте, – сказал он, и стихло в гостиной…—
Скажите, кто знает из вас,—
Откуда ведётся обычай старинный
Рождественских ёлок у нас?
Никто?.. Так сидите же смирно и чинно,—
Я сам расскажу вам сейчас…
Есть страны, где люди от века не знают
Ни вьюг, ни сыпучих снегов;
Там только нетающим снегом сверкают
Вершины гранитных хребтов…
Цветы там душистее, звёзды крупнее,
Светлей и нарядней весна,
И ярче там перья у птиц, и теплее
Там дышит морская волна…
В такой-то стране ароматною ночью,
При шёпоте лавров и роз
Свершилось желанное чудо воочью:
Родился Младенец Христос.
 

Семён Нодсон

Явление ангела пастырям

 
Встаньте и пойдите
В город Вифлеем;
Души усладите
И скажите всем:
 
 
«Спас пришёл к народу,
Спас явился в мир!
Слава в вышних Богу,
И на земли мир!
 
 
Там, где отдыхает
Бессловесна тварь,
В яслях почивает
Всего мира Царь!»
 

Афанасий Фет

Крещение Господне. Богоявление

Крещенская ночь

 
Тёмный ельник снегами, как мехом,
Опушили седые морозы,
В блёстках инея, точно в алмазах,
Задремали, склонившись, берёзы.
 
 
Неподвижно застыли их ветки,
А меж ними на снежное лоно,
Точно сквозь серебро кружевное,
Полный месяц глядит с небосклона.
 
 
Высоко он поднялся над лесом,
В ярком свете своём цепенея,
И причудливо стелются тени,
На снегу под ветвями чернея.
 
 
Замело чащи леса метелью, —
Только вьются следы и дорожки,
Убегая меж сосен и ёлок,
Меж берёзок до ветхой сторожки.
 
 
Убаюкала вьюга седая
Дикой песнею лес опустелый,
И заснул он, засыпанный вьюгой,
Весь сквозной, неподвижный и белый.
 
 
Спят таинственно стройные чащи,
Спят, одетые снегом глубоким,
И поляны, и луг, и овраги,
Где когда-то шумели потоки.
 
 
Тишина, – даже ветка не хрустнет!
А быть может, за этим оврагом
Пробирается волк по сугробам
Осторожным и вкрадчивым шагом.
 
 
Тишина, – а быть может, он близко…
И стою я, исполнен тревоги,
И гляжу напряжённо на чащи,
На следы и кусты вдоль дороги.
 
 
В дальних чащах, где ветви и тени
В лунном свете узоры сплетают,
Всё мне чудится что-то живое,
Всё как будто зверьки пробегают.
 
 
Огонёк из лесной караулки
Осторожно и робко мерцает,
Точно он притаился под лесом
И чего-то в тиши поджидает.
 
 
Бриллиантом лучистым и ярким,
То зелёным, то синим играя,
На востоке, у трона Господня
Тихо блещет звезда, как живая.
 
 
А над лесом всё выше и выше
Всходит месяц, – и в дивном покое
Замирает морозная полночь
И хрустальное царство лесное!
 

Иван Бунин

На Иордане

 
Под небом знойным Палестины
Красив священный Иордан,
Когда поднимется туман
От тихо дремлющей равнины
 
 
И в зыбь хрустальную, нежна,
Посмотрит южная луна.
Чаруют воды Иордана
Своей святыней мировой,
 
 
Крещенье принял над Собой
В них Иисус от Иоанна.
Раскрыло небо свой чертог,
И явлен Триединый Бог.
 

И. Лебединский

Клик Иордана

 
Запрыгал гремучий
Крутой Иордан,
И голос могучий
Река-ураган
В края посылает далёки:
«Сбирайтеся, дети, сюда;
Сбирайтесь, протоки и токи,
От гор и подгорий вода;
Ключи и ручьи отовсюду, —
Долины, равнины свои
Покинув, – в объятья мои,
Летите к великому чуду…
Неслыханный гость к нам идёт.
Мы, всею семьёю, иорданския воды,
Приветим и встретим Державца природы:
Он радость и сладость с Собою несёт,
Он новую душу в природу введёт!»…
 
 
Слыхал ли кто, от лет и от веков,
Чтоб Он… небесных вод и облаков водитель,
Сошёл в сей прах земной и принял зрак рабов?!
И вот теперь, чужих грехов носитель,
Он склонится державною главой,
И у реки Своей попросит омовенья!!.
Непостижим пример сей мировой
Непостижимаго смиренья!..
Летите ж, ласкайтесь
К священным стопам:
Вздымайтесь, сбегайтесь,
Се идёт Он Сам!..
 
 
И Он сошёл к потоку Иордана,
И преклонил державную главу
Под дланию крестящей Иоанна;
И чудное свершилось в вышине:
Таинственно, на самой глубине,
Сафирное вдруг растворилось небо;
И свет блеснул, как отблеск заревой,
И, – под кристальной, дальней синевой,
Явился голубь белый… световой,
И, над драгой Крестимаго главой,
Он плавал в влаге светло-голубой…
И огласилось нечто, как трубой,
Как голосом могучим исполина;
И в первый раз, – в великий миг чудес,
Услышала земля из уст небес
Великое, – святое имя Сына!..
 

Фёдор Глинка

Богоявление Господне
(Святое Евангелие от Матфея, гл. 3, ст. 1)

 
Глас вопиющего в пустыне
Всех к покаянию зовёт,
Он говорит: «Христос идёт,
Ему пути готовьте ныне».
Толпой бесчисленной народ,
Внимая гласу Иоанна,
Стремится к брегу Иордана
Принять Крещенье в лоне вод.
И видит с светлых облаков,
Под видом голубя сходящий,
Господень Дух животворящий,
И слышен глас Творца миров,
Которым тайны объясненье
Даёт Вселенной Властелин:
«То Сей возлюбленный Мой Сын,
На Нём Мое благоволенье».
Хвала Тебе, о Божий сил!
Наш милосердный Искупитель!
Ты снова райскую обитель
Нам недостойным отворил!
О, дай, чтоб мы от колыбели
До гроба шли Твоей стезёй,
О, дай для нас воде купели
Быть иорданскою струёй!
 

Василий Бажанов

«Крестящуся Тебе, Господь! во Иордане…»

 
Крестящуся Тебе, Господь! во Иордане,
Да в освятительной воды и Духа бане
Омоешь от греха словесных естество,
В трёх Лицах чтимое явилось Божество:
Отец невидимый, Сый, всяческих Причина,
Тебя провозгласил, возлюбленнаго Сына;
И в виде голубя, примера чистоты,
Дух Божий на Тебя слетев от высоты,
Неложность утвердил Отеческаго слова.
Ты миру в облаке телеснаго покрова
Явился, Свет святый! разгнал греховну мглу,
И верой светлый мир гласит Твою хвалу.
Ко гласу Ты пришёл, гремящему в пустыни:
«Готовьте Вышнему путь правды и святыни!»
Жених словесных душ! ко другу Жениха,
Крещения прося не ведущий греха,
Вид рабский восприяв, Господь всея природы!
Увидели Тебя и убоялись воды;
И трепетен воззвал муж, посланный Творцем,
Муж-ангел, пред Твоим предшествовать лицем:
Как Света просветит светильник неприметный?
Как руку на Царя положит раб нищетный?
Ты вземлешь мира грех, спасаешь смертных род,
Святый! Ты освяти меня и бездну вод.
 

Сергей Ширинский-Шихматов

Крещение Господне

I.

 
Среди песков пустыни Иордана,
Где высятся ряды угрюмых скал,
Где бродит волк голодный и шакал,
Звучала речь Святая Иоанна,
Как к покаянию народному призыв,
Толпы людей, как волн морских прилив,
Стекалися к убежищу Предтечи
И слушали пророческие речи
Отшельника. Постами измождён,
Питаяся акридами и мёдом
И власяницею суровой облечён,
Святой Пророк являлся пред народом
И в пламенных, бичующих словах
Учил его и обличал в грехах.
Когда ж избрал, как символ очищенья,
В водах реки Крещенье —
Уверовав в учение его,
Шли многие креститься у него.
Он возвещал пришествие Того,
Кому ремень от обуви Его
Он равзязать по прах не был достоин.
Он говорил собравшимся о Том,
Кто сотворил Крещение огнём
И Духом Пресвятым, о Том – Непогрешимом,
Кто в житницу пшеницу соберёт
Лопатою, солому же сожжёт
Он на огне Своём неугасимом.
 

II.

 
И, вот, когда минуло тридцать лет
Спасителю, оставив Назарет,
Ко проповеди этой и Крещенью,
К суровому и чистому ученью
Пришёл и Он.
Пророк не знал Христа,
Но так была безгрешна и чиста
Спасителя Святая красота,
И нечто столь высокое в Нём было
И светлое, что душу поразило
Отшельника величием своим,
Когда Христос явился перед ним
У берегов цветущих Иордана!
Любовь и страх объяли Иоанна,
И он, что был к греху неумолим,
Святой Пророк, кидавший обличенье
В лицо царям, охваченный смущеньем,
Ничтожным вдруг почувствовал себя
Пред Иисусом. Надо от Тебя
Креститься мне, о Господи, и Ты ли
Пришёл ко мне? – в волнении твердили
Его уста, его смиренный вид.
Но отвечал Спаситель благодушно:
– Оставь теперь, зане так надлежит
Нам истину исполнить! – И послушно
Он Господа веленье совершил.
Когда ж из волн Спаситель выходил.
В сиянии открылся свод небесный,
И золотом в лазури голубой
Над Ним с небес спустился Дух Святой,
И свыше глас послышался чудесный:
– Сей есть Мой Сын возлюбленный, на Нём
Покоится Моё благоволенье! —
И понял Иоанн: то было откровенье,
И преклонился Он пред Господом Христом!
 

Ольга Чумина