Read the book: «Цифровое общество в культурно-исторической парадигме», page 14

Collective work
Font:

8. Эльконин Д.Б. Детская психология: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений / Ред.-сост. Б.Д. Эльконин. М.: Издательский центр «Академия», 2004.

9. Фельдшейн Д.И. Психология развития личности в онтогенезе. М.: Педагогика, 1989.

Socio-psychological characteristics of deviant adolescents
Soboleva М.О.,
Vygotsky Institute for Psychology, Russian State University for the Humanities, Moscow

Abstract. This article raises the problem associated with understanding the distinctive characteristics of those adolescents, which are traditionally called "deviant". This study examines the features of self-esteem, motivation for learning, extroversion/introversion, neuroticism. The obtained differences are analyzed and further prospects for studying the category of “deviance” are considered.

Keywords: deviant adolescents, self-esteem, learning motivation, extroversion, introversion, neuroticism.

Глава IV. Влияние информационных технологий на ВПФ

От «кликового» к клиповому и чиповому мышлению

Шнейдер Л.Б.,
Институт психологии имени Л.С. Выготского Российского государственного гуманитарного университета, г. Москва

Аннотация. В статье два ключевых момента цифровой среды: информация и ее потребитель – пользователь Интернета. В сравнительном ключе представлено описание людей, принадлежащих к двум разным поколениям – «кликовому» и клиповому. Прогнозируется дальнейший вектор развития – к чиповому мышлению.

Ключевые слова: цифровая среда, информация, потребитель, информационная грамотность, поколения, миллениалы («цифровые мигранты»), текст, центениалы («цифровые аборигены»), экран, чип.

В настоящее время мы живем в условиях информационного взрыва, кардинально изменившего пространство нашей жизни, систему отношений и общения. Возникшая вследствие этого специфическая ситуация многоплановых преобразований обусловливается зримо фиксируемыми изменениями самого человека, его жизненных ритмов, установок, отношений к себе и другим (Д.И. Фельдштейн). Современный человек в отличие от его предшественников живет совершенно в иной среде – информационной, и использует ранее неизвестные – цифровые технологии.

Среда характеризуется как информационно богатая, если в ней есть возможность получения доступа ко всем видам информационных ресурсов, каналов и баз данных. В противном случае ее можно считать информационно бедной. Соответственно, информационно богатым считается информационно грамотный человек, способный действенно и эффективно использовать различные виды информации. Такой человек может обучаться и развиваться на протяжении всей жизни. Информационно бедный человек на это неспособен (Медиа- и информационная грамотность в обществах знания, 2013; с. 37).

Итак, ключевыми моментами современности являются информация и человек как ее создатель, распространитель и потребитель.

Мощный поток свободной информации порождает уникальную информационную культуру личности со смешением виртуального и реального мира. Прежде культура информации заставляла учитывать требования, предъявляемые к форме информации и способам ее подачи, в нынешнее время цифровой мир обращает мало внимания на проблемы обмена, методы объединения и ритуальные формы, хотя эти аспекты важны для понимания формирующейся культуры. На самом деле цифровая культура больше ориентирована на описание того, что она предлагает, нежели того, что она делает в действительности (Медиа- и информационная грамотность в обществах знания, 2013, с. 108). Хаотичная информация, ставшая доступной вследствие распространения цифровых устройств, не относится к культуре «грамотности», которая в основу процесса ставит понятия прогрессивного обучения, развития искусств, разработки методов, исследовательских подходов, а также формирования знаний. Цифровая культура иная по самой сути, для ее постижения необходимо овладение информационной грамотностью.

По определению Фрейре и Мачедо, медиа- и информационная грамотность – это критическое «прочтение» мира и его «воссоздание» (Медиа- и информационная грамотность в обществах знания, 2013, с. 64).

Сегодня процесс определения моделей культурных практик, связанных с информационной грамотностью, кажется особенно трудным. Проведенные исследования (Шнейдер, Сыманюк, 2016) показывают, что информационная грамотность отсутствует даже у студентов престижных московских вузов. Между тем, мы окружены, взяты в плен информацией. Она повсюду: на телевидении, в печатных СМИ, Интернете, на билбордах, в кино, на предметах одежды и пр. И ситуация ее широкого масштабного распространения не ограничивается одной лишь коммерческой рекламой или сообщением новостей.

К. Уилсон со ссылкой на своих коллег заявляет: «Практически все, что мы знаем (или думаем, что знаем) о мире (не из своего непосредственного опыта), доносят до нас средства массовой информации. Тот факт, что СМИ, оказывающие громадное влияние на многие аспекты общественной жизни и, разумеется, на индивидуальное сознание, остаются за пределами школьной программы, – это показатель того, что медиа способны влиять на нас на таких уровнях, о которых мы не знаем» (Медиа- и информационная грамотность в обществах знания, 2013, с. 65).

Итак, информация, будучи весьма неупорядоченной и широко охватной, искусно влияет на наши убеждения. И не только. Сегодня мы становимся свидетелями пиар кампаний и корпоративного спонсорства – представители бизнеса и органы власти делают все возможное, дабы создать позитивный образ и повысить свой престиж. Используемые в информационном пространстве техники и стратегии постоянно совершенствуются для более успешного продвижения продукции, услуг и идей. Они оказывают влияние на поведение людей, формируют их ценности и аттитюды. Для многих представителей молодого поколения информация повествует не только о том, что происходит в мире, чего стоит ждать, что следует купить и пр., но и о том, как оценивать себя и свое место в мире (Медиа- и информационная грамотность в обществах знания, 2013, с. 69).

В связи с этим в информационной культуре личности, по мнению Н.И. Гендиной, особое место занимает информационное мировоззрение. Его суть – ценностное (осмысленное, ответственное) отношение и к информации, и к создаваемым и используемым информационным продуктам, и к техническим средствам, информационным технологиям. Информационное мировоззрение – это система взглядов человека на мир информации и собственное место в нем, включающая в себя ценности, идеалы, принципы познания и деятельности (Гендина, 2012).

В современной среде существует два типа потребителей информации. Дж. Палфри, У. Гассет называют их цифровыми мигрантами и цифровыми аборигенами (Палфри, Гассет, 2011). Цифровые мигранты – люди, родившиеся, выросшие и сформировавшиеся в информационной среде без цифровых устройств, и вошедшие в киберпространство в поздней молодости или зрелости. Цифровые аборигены – это люди, родившиеся, выросшие и повзрослевшие в эпоху цифровых технологий. Первые еще помнят, какой была жизнь без гаджетов, вторые этого вообще не знают. По сути, это два разных поколения.

Предыдущее поколение (миллениалы) можно отнести к поколению с «кликовым» мышлением (восприятием, пониманием), когда важным моментом организации жизни и поведения был клич (клик, текстовый вброс). На многое ориентировали призывы, лозунги: «Будь готов!», «Даешь пятилетку в три года!», «Миру мир!», «Нет войне!» «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» и т.д. и т.п. Призывной характер воздействия не допускал возражений. Клич взывал, соединял, будоражил, активизировал и направлял. Его короткий плакатный текст и трубный глас провозглашения не оставлял времени на размышления. Голосовое воздействие в специально организованных ситуациях (на торжественных собраниях, во время демонстраций и пр.) было достаточно мощным, плакатные призывы легко прочитывались и оседали в подсознании. «Кликовое» мышление порождено публичным воздействием, соответственно и реакция на него проявлялась внешне демонстрируемыми, часто шумными, способами. На это поколение доходчиво, но раздражающе воздействует реклама, которая, по сути, повторяет «кликовую струю» с назойливым и регулярно повторяющимся призывом «Купи!». Это поколение предпочитает читать, слышать и видеть. Это люди книги, люди подвергшиеся обработке текстовой доктриной. Кстати, название книг, заголовки газетных статей нередко носили (да и сейчас носят) зазывной характер. Зов (клич, текст) способствовал и развивал концентрацию внимания. Вероятно, корни этого явления уходят к эпохе глашатаев. Миллениалы ориентируются на короткую, четкую, повторяющуюся и однозначную информацию (отчеты, сообщения, короткие тексты и т.п.). Конечно, и в этом поколении нередко встречаются люди, которым нужен значительный, монотонный и последовательный объем информации, чтобы прийти к какому-то заключению. Сам мир предстает перед ними как текстовое пространство, последовательно заполненное фразами, которые предъявляются либо быстро, но с повторами, либо последовательно, но медленно.

Центениалы (они же цифровые аборигены) живут в «молчаливой зоне», которую дополняют аудиальными (часто музыкальными) стимулами из наушников, и обладают клиповым мышлением (восприятием, пониманием). «Клиповое мышление» базируется на ярких образах и посланиях теленовостей или видеоклипов, представляющих собой последовательность почти не связанных между собой событий. В результате молодой человек, отметив одну жизненную «закладку», толком не осмыслив ее проблематику, переходит к потреблению другой. Усиливается желание искать комментарии, цепляющие заголовки и вирусные ролики, слушать новую музыку, «чатиться», редактировать фотографии, ставить лайки и так далее. Центениалы любят общаться в Сети, причем анонимно. У них иммунитет к рекламе, встроенный адблок (URL: lifehacker.ru). Они не любят (или уже не способны) долго концентрироваться, предпочитают смотреть, а не читать, процесс чтения заместился просмотром. Это люди, вакцинированные экраном. Цифровым аборигенам нужно уловить максимум информации в короткий срок. В работе с ней они предпочитают онлайн-каналы, визуализацию, динамику и скорость. В современном цифровом пространстве и подача информации, и ее восприятие ориентированы на быстроту реакции человека, отсюда судорожное переключение каналов («зеппинг») и чтение кратких материалов, занимающих массу времени (URL: lookatme.ru, rosbalt.ru). Сейчас скорость поглощения и обработки информации – главный показатель успешности. В памятке из 15-ти пунктов для студентов Гарварда есть такой пункт: «Твой успех прямо пропорционален твоей скорости восприятия, нахождения и обработки информации» (URL: fit4brain.com/).

Конечно, и среди молодого поколения есть люди с последовательным мышлением, с балансом между потреблением и созданием нового. Их отличает просмотр полноценных фильмов, посещение театральных представлений и продолжительное чтение больших текстов. Они склонны размышлять и анализировать.

Таким образом, в настоящее время сосуществуют два вида восприятия информации и соответствующего им мышления: «кликовое» и кли-повое. Между тем, похоже, что оба вида достаточно схожи. Носители того и другого (потребители цифрового контента) в своем большинстве не ориентированы на сложную аналитическую работу, на самостоятельное создание текстов или образов, больше подвержены управляемому воздействию, но меньше – умению и желанию думать. Если в прежние времена фиксировалась зависимость человека от плакатов, текстов, лозунгов, то теперь широко распространилась зависимость от цифровых носителей. В настоящее время все источники и способы получения информации окружены (объединены) Всемирной паутиной. Средства массовой информации могут быть цифровыми, общение – сетевым, игра – виртуальной, а художественные произведения – электронными (Батенова, 2009). Время, проводимое в Интернете, становится значимой частью распорядка дня, а Интернет – тем фактором, который определяет образ жизни.

Наряду с этим приходится констатировать, что человечество не стало свободнее, просто информационное «рабство» модифицировалось. Клиповое мышление, так или иначе, вытеснило «кликовое».

Об этом же повествование Б. Гейтса, утверждающего, что 90% информации он получает онлайн. «Трудно себе представить, как мы работали 30 лет назад, когда компания только зарождалась. Мы, наконец, приближаемся к тому, что я называю “цифровой стиль работы”. Если заглянете в мой офис, вы не увидите здесь много бумаги. <…> Вряд ли вы захотите вернуться назад, потому что это напрямую влияет на производительность вашего труда. <…> (Гейтс, 2008).

А что дальше?

Сами IT специалисты смотрят в будущее с оптимизмом. Ст. Возняк утверждает, что современные технологии – машинное обучение, блокчейн, квантовые компьютеры, интернет вещей и пр. – вселяют в него большие надежды. Развитие многих из них – это тренд, который меняет жизнь. В компьютерных технологиях он видит персональных помощников, которые дают возможность решать задачи, не вводя текст, не обращаясь к девайсам и часто даже не формулируя самого гдавного. Он уверен, что системы распознавания речи скоро изменят окружающий мир, и полагает, что время роботов, которые будут нам помогать, не за горами (URL: econet.ru).

М. Каку в книге «Физика будущего» пишет, что образование будет базироваться на интернет-технологиях и гаджетах типа Google Glass. Совсем скоро компьютеры и очки Google Glass трансформируются в крохотные линзы, предоставляющие возможность загружать всю необходимую информацию. С одной стороны, не нужно будет перегружать мозг бесполезными знаниями. С другой – освободившийся умственный резерв переориентируется на развитие способности принимать быстрые и верные решения. Как он полагает, диктата учительства больше не будет. Люди станут образовывать сами себя, причем реально осознавая, какие именно знания им нужны. Университетское образование станет по преимуществу виртуальным, обучение будет основано на облачной системе. Города будущего, наполненные информационно-коммуникационными решениями, станут активными участниками новой образовательной среды. Учебники научатся начинять искусственным интеллектом, он сможет подбирать фото, тексты, видео, задания, схемы под потребности каждого конкретного ученика вне зависимости от его возраста.

М. Каку полагает, что общество постепенно переходит от товарной экономики к интеллектуально-творческой. Самое главное – вовремя сориентироваться и переключиться. Вполне реально, что будет создан сверхразум, превосходящий лучшие умы человечества практически во всех областях, что позволит максимально безопасно совершенствовать и стимулировать естественные когнитивные процессы, нарабатывать базу знаний. По его мнению, мозговые чипы, обеспечивающие непрерывную подачу информации, – технология недалекого будущего (URL: 22century.ru).

Таким образом, приходится констатировать, что эра клипового мышления изживает себя, приближается эпоха чипового мышления. Что оно принесет с собой? Время покажет.

Библиографический список

1. Батенова Ю.В. Психологические аспекты взаимодействия человека и информационных технологий: современные тенденции // Актуальные проблемы психологического знания. 2009. № 4. Вып. 13. С. 6–14.

2. Гейтс Б. Как я работаю. URL: https://blog.mann-ivanov-ferber.ru/ 2008/06/20/kak-rabotaet-bill-geyts/ (дата обращения: 20.02 2017).

3. Гендина Н.И. Информационная подготовка и медиаобразование в России и странах СНГ. Проблемы формирования информационной культуры личности и продвижения идей информационной и меди-аграмотности. Saarbrucken: Lambert Academic Publishing, 2012.

4. Каку М. Физика будущего / Пер. с англ. Н. Лисова. М.: Альпина нон-фикшн, 2012.

5. Лайфхакер. URL: https://lifehacker.ru/ (дата обращения: 10.03.2017).

6. Медиа- и информационная грамотность в обществах знания / Сост. Е.И. Кузьмин, А.В. Паршакова. М., 2013.

7. Палфри Дж., Гассет У. Дети цифровой эпохи. М.: Эксмо, 2011.

8. Росбалт – новости, статьи, мнения. URL: http://www.rosbalt.ru/ (дата обращения: 02.04. 2017).

9. Фельдштейн Д.И. Приоритетные направления психолого-педагогических исследований в условиях значимых изменений ребенка и ситуации его развития. М., 2010.

10. Фитнес для мозга. URL: http://fit4brain.com/ (дата обращения: 12.03.2017).

11. Шнейдер Л.Б., Сыманюк В.В. Пользователь в информационной среде: цифровая идентичность сегодня // Психологические исследования. 2017. Т. 10. № 52. URL: http://psystudy.ru/index.php/num/ 2017v10n52/1406-shneider52.html (дата обращения: 02.10.2018).

12. XXII век. Открытия, ожидания, угрозы. URL: https://yandex.ru/ search/?lr=216&text=22century.ru%20 (дата обращения: 12.03. 2017).

Yesterday, today, tomorrow: from klikovy to clip and further to chip thinking
Schneider L.B.,
Vygotsky Institute for Psychology, Russian State University for the Humanities, Moscow

Abstract. In article two key moments of the digital environment: information and its consumer – the Internet user. In a comparative key the description of the people belonging to two different generations – "klikovy" and clip is submitted. The further vector of development – to chip thinking is predicted.

Keywords: digital environment, information, consumer, information literacy, generations, millenials ("digital migrants"), text, centenials ("digital natives"), screen, chip

Клинико-психологические аспекты отношений человека с цифровым миром22

Балашова Е.Ю.,
Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова; Психологический институт РАО; Научный центр психического здоровья РАМН, г. Москва

Аннотация. Автор статьи анализирует комплекс психологических проблем, возникающих при взаимодействии человека с цифровыми технологиями и различными гаджетами. Обсуждаются феноменология поведенческих проявлений этих проблем и вероятные клинико-психологические механизмы формирования таких аспектов цифровой зависимости, как хроническая усталость от постоянного пребывания в интернете, снижение качества психического развития детей и подростков при слишком раннем и недозированном включении гаджетов в образовательный процесс и в сферу досуга. Автор приводит ряд доказательств отрицательного влияния цифровой зависимости на состояние когнитивных функций (памяти, внимания, мышления) у взрослых пользователей. Описываются современные методы средовой терапии и психологической профилактики такой зависимости.

Ключевые слова: цифровые технологии, гаджеты, клиническая психология, зависимость, профилактика.

Последние десятилетия характеризуются все более широким внедрением т.н. цифровых технологий в различные сферы жизнедеятельности человека: в науку, промышленное производство, здравоохранение, обучение, общение, досуг и т.п. Обладая несомненными преимуществами, эти технологии, вместе с тем, могут нести с собой определенные угрозы психическому здоровью людей (Балашова и соавт., 2010; Белинская, Марцинковская, 2018; Емелин, Тхостов, 2013; Головина, 2018; Марцинковская, 2010; Тхостов, Емелин, 2012; Teperik, 2010). Задачей (одновременно научной и практической) клинической психологии в данной ситуации является внимательный анализ возможных рисков и затем разработка профилактических мер.

Какие же проблемы взаимодействия человека и цифровых технологий (одним из реальных воплощений которых являются разнообразные гаджеты) обсуждаются сегодня в научной среде и в средствах массовой информации?

Во-первых, это сформировавшийся у многих пользователей особый вариант синдрома хронической усталости – но уже не от работы, а от постоянного пребывания в интернете. По данным Sky News, темпы продажи обычных мобильных телефонов растут сейчас больше чем в два раза быстрее, чем современных смартфонов. И эта тенденция объяснима – все больше и больше людей проводят в интернете десятки часов. Например, приблизительно у четверти взрослых британцев эта цифра составляет более 40 часов в неделю; более 60% европейцев и жизни себе не могут представить без глобальной паутины. Поэтому многие, понимая, что попадают в плен зависимости от гаджета, и осознавая, что это потенциально опасно или, по крайней мере, непродуктивно, пытаются оградить себя от соблазна, выбирая мобильный телефон без интернета.

Поскольку я регулярно пользуюсь московским общественным транспортом, хочу поделиться собственными наблюдениями. По моим подсчетам, смартфоны не выпускают из рук около 80% пассажиров метро. Это преимущественно подростки, молодежь, люди среднего возраста. Причем никогда! Ни в вагоне, ни на эскалаторе, ни на платформе. Ни сидя, ни стоя, ни идя пешком, ни даже во время посадки в вагон и выхода из вагона. Ни в толпе в «час пик», ни в относительном одиночестве. Более того, приблизительно у 25% «он» не один. Мне встречались пассажиры, у которых я видела в руках два смартфона и еще мобильник. А многие возят с собой еще планшеты и ноутбуки. На мой взгляд, широкое распространение массивных рюкзаков связано именно с непреодолимым желанием постоянно носить с собой все любимые гаджеты, далеко не всегда обусловленным профессиональной необходимостью. Зададим себе вопрос – это нормально? Это делает вас счастливее? Придает уверенности в себе? Это повышает вашу самооценку? Лично мне всегда казалось, что таскание тяжелых сумок – это вариант самоистязания (у психоаналитиков есть и более изящный термин – мазохизм). Читатели помнят, что те или иные проявления самоистязания часто имели место в разных религиозных культах. Впрочем, зависимость от гаджетов (или преклонение перед ними?) в чем-то сродни религии. Адепты «digital religion», например, готовы сутками стоять в очереди за новой моделью айфона: в конце сентября 2018 года москвичи удостоились лицезреть такую очередь на Тверской улице. Любопытно, что в ответах стоящих на вопросы журналистов причудливым образом сочетался фанатизм с меркантильными рефлексами: место в очереди оценивалось в сотни тысяч рублей и, при желании, покупалось и продавалось. Мне эта ситуация почему-то напомнила гениальный фильм Якова Протазанова «Праздник святого Йоргена», снятый аж в 1930 году. Вот уж где фанатизм и стяжательство становятся даже не ассоциативным комплексом, а настоящей функциональной (и весьма успешно функционирующей!) системой!

Во-вторых, внимание общества все больше привлекает влияние чрезмерного увлечения гаджетами на качество и успешность психического развития в ходе ранних этапов онтогенеза. Широко известен следующий факт: Стив Джобс, основатель компании Apple, где придумали первый смартфон, строго ограничивал для своих детей время пользования планшетом. В ряде элитных школ США и Европы не приветствуется наличие гаджетов – дети учатся делать вычисления вручную. Почему так? Оказывается, психические функции (устная и письменная речь, память, моторика, интеллект и другие) в детстве должны пройти определенный путь развития, складывания, автоматизации входящих в их состав действий и операций. При передаче ряда таких операций гаджетам функция не формируется в достаточном объеме. Кроме того, даже у взрослых людей отмечается заметное снижение IQ, если они во время выполнения заданий теста регулярно отвлекаются на звонки и мессенджеры своего смартфона. Между прочим, мне это напоминает поведение студентов на лекциях и семинарах: смартфоны всегда рядом с тетрадями. И как, по-вашему, это сказывается на усвоении учебного материала и формировании профессиональных знаний и навыков?

Словом, ресурсы нашего внимания явно не безграничны. И вообще, возникает впечатление, что длительное бездумное общение с некоторыми гаджетами моделирует давно известный в нейропсихологии феномен «полевого поведения» у больных с поражениями лобных отделов мозга: они отвлекаются на любой стимул и, вследствие этого, не могут сосредоточиться на решении главной задачи. Специалисты говорят еще и о том, что другим фактором интеллектуальной деградации является потребление информации маленькими порциями (а именно так она представлена в мессенджерах) не требует усилий и мозг начинает лениться (Головина, 2018). О влиянии многочасовых игр в «Тетрис», «Шарики» или «Пиратские сокровища» (настоящего убийства времени в духе произведений известного сказочника про приключения Алисы в стране чудес и в Зазеркалье) и говорить не стоит. Такое прогрессирующее интеллектуальное снижение уже получило страшненькое медицинское название – “digital dementia”.

В-третьих, развитие цифровых устройств и чрезмерное увлечение мобильными технологиями приводит к появлению изменению психики и поведения. Это неконтролируемый страх остаться без мобильника даже на несколько минут. Многие пользователи не расстаются с ним даже в душе или во время еды (фирмы-производители поэтому выпускают все больше и больше моделей с водонепроницаемым корпусом). Это невозможность запомнить, где в интернете вы видели ту или иную информацию (т.н. интернезия), и невротические реакции по поводу подобных затруднений. Замечу попутно, что даже разумное пользование интернетом, когда путешествия по глобальной паутине являются дозированными и целенаправленными, предъявляет особые требования к селективности памяти, к умению выбрать и запомнить нужное. Это вспышки ярости при сбоях в работе гаджета. Это носящие навязчивый характер опасения не успеть вовремя зарядить смартфон или забыть (потерять) зарядное устройство. Я перечислила лишь немногие из известных специалистам «цифровых» симптомов; весь их комплекс, без сомнения, уже давно превратился в настоящий синдром.

Существуют ли способы совладания с описанной ситуацией? В разных странах мира появляются особые дни, когда люди пытаются полностью отказаться от использования гаджетов; создаются специальные программы отдыха с добровольной конфискацией всей «цифры» на время отпуска; в городской среде все чаще возникают зоны Wi-Fi free. Цифровая зависимость стала объектом огромного числа шуток, анекдотов, юмористических видео, что свидетельствует о наличии определенного критического отношения наших современников к этому феномену. Но важно и другое. Прежде всего, каждый пользователь цифровых гаджетов должен решить, кто слуга и кто господин. Он должен помнить, что гаджет – это небольшое устройство, предназначенное для облегчения и усовершенствования жизни человека, что оно является лишь средством достижения различных целей, а никак не сверхценным фетишем. Пользователю необходимо решить, не попадает ли он во власть растущей патологической потребности (в психологическом смысле этого слова), которая неизбежно окажет негативное влияние на его личность, когнитивные функции, реальное общение с окружающими людьми. Важно и понимание того, что отношение с миром гаджетов должно стать осознанным, продуманным, доступным произвольной регуляции. И в формирование навыков такого осознания и регуляции может внести существенный вклад клиническая психология.

Библиографический список

1. Балашова Е.Ю., Ковязина М.С., Сурнов К.Г. Часовой механизм в контексте проблемы культурной патологии // Психологические исследования. 2010. № 2(10). URL: http://psystudy.ru/num/ 2010n2-10/302-balashova10 (дата обращения: 18.09.2018).

2. Белинская Е.П., Марцинковская Т.Д. Идентичность в транзитивном обществе: виртуальность и реальность // Цифровое общество как культурно-исторический контекст развития человека: Сб. научных статей и материалов международной конференции, 14–17 февраля 2018, Коломна / Под общ. ред. Р.В. Ершовой. Коломна: Государственный социально-гуманитарный университет, 2018. С. 43–48.

3. Головина Е. Виртуальный доширак // Вечерняя Москва, 6–13 сентября 2018. № 34 (28030). С. 28–29.

4. Емелин В.А., Тхостов А.Ш. Вавилонская сеть: эрозия истинности и диффузия идентичности в пространстве интернета // Вопросы философии. 2013. № 1. С. 74–84.

5. Марцинковская Т.Д. Информационное пространство как фактор социализации современных подростков // Мир психологии. 2010. № 3. C. 90–102.

6. Тхостов А.Ш., Емелин В.А. Мобильные деспоты // Дети в информационном обществе. 2012. № 12. С. 60–65.

7. Teperik R.F. Ontopsicologia della dipendenza // Ontopsicologia. 2000. № 3. Pp. 91–98.

People and digital world: clinical-psychological aspects of the relationship
Balashova E.Yu.,
Lomonosov Moscow State University; Psychological Institute of the RAE, Moscow

Abstract. The author analyzes the complex of psychological problems arising in human interaction with digital technologies and various gadgets. The phenomenology of behavioral manifestations of these problems and probable clinical and psychological mechanisms of formation of such aspects of digital dependence as chronic fatigue from constant stay on the Internet, decrease in quality of mental development of children and teenagers at too early and unproven inclusion of gadgets in educational process and in the sphere of leisure are discussed. The author provides a number of proofs of the negative influence of digital dependence on the state of cognitive functions (memory, attention, thinking) in adult users. Modern methods of environmental therapy and psychological prevention of such dependence are described.

Keywords: digital technologies, gadgets, clinical psychology, addiction, prevention.

22.Исследование выполнено при поддержке гранта РФФИ 16-06-00161 «Экзогенные и эндогенные факторы информационной социализации».
Age restriction:
0+
Release date on Litres:
25 July 2019
Writing date:
2019
Volume:
351 p. 2 illustrations
ISBN:
978-5-4263-0722-3
Copyright holder:
МПГУ
Download format:
epub, fb2, fb3, ios.epub, mobi, pdf, txt, zip